Дневники Чарльза Одиннела. Сериал

Кое кто ударяется в эзотерику и начинает есть грибы по выходным, в кругу друзей. Кое кто курит разные интересные вещества в попытках вспомнить переживания первого старта… кто то употребляет воспоминатели, хотя это и вредно для психики, несмотря на терапевтический эффект (если не переборщить). Я же слушал музыку Старой Земли, безвестных музыкантов, которых теперь мало кто знает.

Теперь о главном. Арвере.

«Древняя раса, сошедших с неба в надежде получить сплоченную семью и потомков, полностью на себя похожих. Первых Арвере никто не может уже теперь и вычислить, они полностью затерялись среди своих дочерей. Основные параметры внешности – изящная кожа с синеватым отливом и черные волосы. Очень красивы, но, как и все инопланетяне, первые вышедшие на контакт, невероятно заносчивы.»

Да, я подростком ее полюбил. Можно было ни черта не делать, только наслаждаться компанией, а потом оказалось что хуже любых ухаживаний. Я подсел конкретно. И удрал на Плутон, пытаясь понять, что делать дальше. Но там слегка вышел из себя, когда добился своего – коснулся Верховного Разума всей Вселенной. Спросить совета?.. Хуже. Руководства. И получил, но с условием больше не вспоминать его, пока он Сам не коснется меня. Это было хуже всего.

Сони проснулись и потребовали ответа. Я же молча уткнулся в монитор и указал пальцем на выходной люк. Те молча стали собираться. Люси… интересная история. Как вы уже могли понять, ее отец был полигамен. В наше время приветствуется почти все, что может прийти в голову, но это было шиком даже для нас. После Арвере почти никто не отваживался женится снова.

И в нашем роду не было никого, кто добровольно пошел под венец с этими… пришельцами. Нет, не брезгливость, скорее недоумение и стремление обеспечить чистоту и надежность человеческой расы. Теперь о главном. Я женат? Не уверен… но по ходу да. Что то мне снова захотелось на Плутон… потому что я стал предателем своего рода. И это просто потому, что сказал «да», даже не поняв, о чем речь. Стадный инстинкт. Все сказали, и я сказал.

Порвать с любимой девушкой, это садисткий процесс. Женится на ней – это еще хуже. Но не понять того, что женишься… это полный вынос мозга.

– Ты чего ждешь? – спросила Рардж, – мы уже прилетели, пора на посадку.

Тут она затянула носом воздух.

– Что, отмечал тут без меня? Передай-ка и мне стаканчик того самого пойла, что ты считаешь правильно выдержанным кукурузным самогоном. Пусть хоть родители думают, что соединение прошло успешно.

– Я против.

– Твое мнение я спрашивала еще до твоего бегства с планеты три месяца назад. Сейчас оно почти полностью перестало меня интересовать. Кстати, как развлекался без меня?

– Очаровательно, – вслух подумал я, – она еще спрашивает, как я провел время на Хароне. И на Плутоне иже с ним.

– Столетия назад было принято, чтобы мужчина делал предложение руки и сердца. Ты после этого удрал в далекий космос. Где после этого логика?

– Я бы с удовольствием выдал тебя замуж за пристойного мужчину. Ну вроде этого новозеландского священника, что мы с тобой видели пару лет назад, помнишь?

– Священник? Фи. – сморщила она нос. – не наш фасон.

Тут я решил переключить ее внимание на что то более актуальное.

– Ты когда ни будь была на одной из терраформированных планет солнечной системы?

– Ни разу, а что?

– Да так, думаю, тебе бы понравилось.

– О да, – выдохнула Рардж, – ты предлагаешь мне поехать с собой в свадебное путешествие? Я ведь правильно поняла?

– Не совсем, – отшатнулся я от ее не совсем уместных объятий. – я, конечно, понимаю твое жгучее желание выйти замуж, но не совсем понимаю, почему именно теперь и именно таким образом – тайком от мужа, то не совсем удобно, наверное, было то? Ведь правда?

– Самое сложное, – решали та внезапно поддержать разговор, – было научить бабочку не улетать, пока я взламывала коммуникационную сеть. А так я выступила от лица Совета, предложила тряхнуть стариной и сделать импровизационную свадьбу. Источники и свидетелей предоставила также я сама. Ты их не знаешь, но зато они о тебе уже наслышаны. Кстати, они должны будут у нас в гостях во время свадебного ужина….

– Я этого не поддерживаю, – оборвал я ее. – какой еще свадебный ужин?.. Это я должен был все спланировать!.. в случае, если бы мы планировали свадьбу!

– Ты был занят, вот я и взяла все расходы на себя.

– То есть, ты была рада, что я улетел, и ты взяла все работы на себя?

– Хоть так поступают и не самые юные девы, а по правде говоря, и вовсе отцы семейств, но надо же было кому то взяться за организацию семейного праздника.

– Ты хоть бы спросила, как я провел время на отшибе.

– Дорогой, твое самое лучшее время жизни будет здесь внизу, у нашего порога, когда ты будешь переносить меня через него!

– Дожили….

– Да ладно тебе, мы же оба этого хотели, я просто все организовала как следует!.

Конечно, перенести ее через порог – была и моя мечта, давнишняя конечно, но все же. А вот женится по неведенью – это уже фишка женщин, а не моя собственная. Конечно, я что то такое слышал из истории бракосочетаний, когда семейная пара толком не знала о предстоящей свадьбе, но это редкость. Сначала поход в загс устраивали их родители, потом друзья, потом свидетели по свадьбе, когда им уж слишком сильно хотелось погулять на чьей то свадьбе.

– … Привет, милая! Ну, как прошла свадьба? Как жених, не слишком удивился?

– Нет, какой то он даже слишком спокойный. Такое ощущение, будто он и так все заранее знал.

– Не все, конечно, но как я сейчас вспоминаю, меня предупреждали о подвохе. Теперь я понимаю, о каком подвохе шла речь. Сам удивляюсь, как я сказал «да» в присутствии всех тысяч собравшихся.

– Ты просто не слишком был внимателен. На это и был весь расчет.

– А почему мать не присутствовала на заседании брачующихся?

– Она это сейчас делать будет, – отозвалась мать Рарджи, – а теперь ты должен выполнить свой долг – перенести любимую через порог дома, где ее и так родили. Теперь это будет и твой дом.

– Я обязан?..

– Да, ты обязан.

Я чувствовал себя все это время довольно глупо, словно в какой то недалекой кинокомедии, рассчитанной на подавляющее большинство. Смешно и глупо. И, как и следовало ожидать, я окончательно перестал понимать, что же мне следует делать дальше.

– «Расслабься, Чарли, – послышалось у меня над ухом. – она это давно уже все спланировала, у тебя не было ни малейшего шанса. Тем более она пользовалась услугами семейного Оракула».

Их семейный Оракул был чем то вроде большого Компьютера, рассчитанного на приятие важных решений и отчасти прогнозирования предстоящих событий. Потому и оракул. Хотя все таки это был семейный компьютерный мозг.

Прозвучала сирена, но она оказалась быстро подавлена электромагнитными помехами. Странно было услышать сирену в данный момент времени, но все настолько шумно суетились вокруг, что им было определенно не до того, чтобы обращать внимания на сигналы опасности.

Небо заволакивало сиреневыми тучами, потом раздался золотистый свет, и… все пропало.

Очнулся я на холодном столе, окутанный проводами, от которых шло мягкое золотистое сияние. «Да ладно тебе, – мягко коснулось моего мозга, – не так уж она была и страшна, чтобы так рефлексировать. Хочешь, давай попробуем снова?»

«Где мы? – подумал я, хотя хотел произнести это вслух».

«Не пытайся отвечать, просто слушай. Пришло время позарится на правительницу мира Земли, если ты знаешь о чем я. Она молода и прекрасна, но не годится на роль мужа, так как является женщиной. Выходит, ты должен стать одним из ее мужей, которыми она так восхищается…»

«Не понял».

«Вряд ли. Ты умный мальчик. Я играю в одну игру, древнюю и беспощадную, как само время. Будешь ли ты со мной играть?»

«Мне для начала хотелось бы вспомнить, кто мы, и куда идем… то есть, где я, и почему окутан проводами».

«Это мыслесфера. Старая штука, надежная, как храп единорога, когда дело касается воспоминаний. Ты только вернулся с Земли, на которой женился по наитию одной юной барышни. Впрочем, ее не стоит винить, она сама того хотела, но ты ее изрядно взволновал в одно время».

«Подумаешь, первый раз, что ли?» – раздался сверху насмешливый женский голос. Точнее мысль, но выглядела он как голос. Хотя как это сказать…

«Не пытайся объяснить, тебе же доктор приказал молчать и ничего не делать, так зачем же ты ворочаешься?»

«Кто такой доктор?»

«Тот, кто тебя лечит, глупышка»

«Я не об этом. Почему это я не знаю, что меня должны лечить, и вообще, где это я?

Теперь также внезапно изображение снова расплылось и я снова оказался на ферме. Судя по тому, что мать Рарджерики еще даже не успела зайти в дом, то времени прошло немного. Так…, подумал я, – это был временный глюк, или я что то упустил?

Я в нерешительности подался вперед и задумался: по традиции, именно в этот момент я должен был перенести Рарджерику через порог на руках. Словом, традиция, что уж тут поделать. И хоть умом я понимал, что должен был удирать далеко в другое место, а именно на корабль и там пережидать ночь в ожидании продолжения конгресса… собственно говоря, мысленно я так и сделал, однако мое тело, повинуясь традиции, подошло к Рарджерике, взяло ее за талию, потом поместило аккуратно к себе на руки пошло с ней наперевес ко входной двери. Инстинкты мне кричали бросать это дело и бежать куда глаза глядят, но инстинкты – штука тонкая, а потому никуда я не побежал, а стал мерно равномерно протискиваться с ней в дверной проем. Такое ощущение, будто мне это нравилось! А впрочем, может так оно и было…

Там нас ожидал свадебный ужин. Свадебный теленок, зажаренный целиком, лежал на накрытом столе вместе со столовыми приборами и бутылками чистого и дорогого вина. Там я аккуратно поставил ее на ноги, спросил как она, не ушиблась ли, когда я переносил ее через порог и случайно задел ею один из косяков. На что она сказала, что прочем то именно этого и ожидала, так что особо расстраиваться не стоит.

Ужин был вполне ожидаем. Толпа гостей, пришельцы из других миров по большей части, их жены и дети¸ а назидание остальным сидели по центру стола и громко переговариваясь между собой, активно мешали другим уловить ход событий. Пару раз эта красочная толпа требовала поцелуев с невестой, на что я реагировал как во сне, то есть полным и безоговорочным согласием. Я был уже не рад, что пил в шатле, тем более, что в меня вливали настойки и вина все снова, снова и снова. Я был уже основательно пьян, когда наконец то гости стали расходится. По традиции я знал, чем оборачиваются для жениха и невесты подобные возлияния, и впрочем, я был прав. Они так и закончились. Оставшись, наконец то наедине, мы сладострастно облизнули губы, разделись и… мирно захрапели на брачном ложе.

Проснулся я в холодном поту и в полной темноте. Мерно шипели двигатели. Тусклый свет, мигнув пару раз, задребезжал во тьме и выхватил контуры моего тела, лежащего на корабельной койке. Я посмотрел на экран часов – те вроде тускло, но работали, а потому можно было разглядеть, что на Земле в моем родном поясе сейчас три часа ночи, и да, новый день конгресса. Или… я прищурился, пытаясь в полусумраке каюты выхватить из тени контуры нарисованных стрелок календаря, и увидел, что те показывают не следующий, а этот день научного конгресса, что не вязалось с действительностью. И в самом деле, что могло быть общего между всем этим, и происшедшим сегодня ночью? Насколько я могу помнить, мы с моей неожиданной женой отключились сразу по приходу в спальню, но если верить бортовому компьютеру, то реальность явно не вязалась с тем, что я знал.

На столике лежали три таблетки бордового цвета с надписью на английском языке, и маленький клочок бумаги. «Попробуй, тебе понравится. Особенно на трезвую голову. Если хочешь острых ощущений, то попробуй выпить это чудное снадобье, что лежит у тебя на столике и больше его не трогай. И да, коньяк тебе больше идет, чем это чертовое виски».

Я посмотрел на таблетки, и, взяв одну из них, попытался прочитать ее название. «Enigma», гласила надпись на боку овальной не то таблетки, не то капсулы, и я попытался вспомнить, что и где слышал хоть что ни будь об этом препарате. Ничего.

Интересно, так какой же сегодня день? И это все мне приснилось? «Не совсем» весело прозвучало у меня в голове. Больше ничего не звучало, а потому я стал одеваться. Натягивая ремешок часов, я бросил взгляд на корабельные часы. Те самые, со встроенным календарем. Быть может, они сломались? Не может быть, что сегодня только начало научного сборища экологов. Я же только сегодня на нем был!