Эмоциональ. 7 измерение

Глава 4. Место

Мирослава стояла на месте, ожидая Антона. При появлении одноклассника она выдохнула.

– Начала думать, что меня одну оставят, – призналась она.

– Парк развлечений? – Антон оценил высоту колеса обозрения, стоящего ровно перед ним.

– Где лучше всего скрыть всплеск эмоций? В парке эмоций, – Мирослава сама ответила на свой же вопрос.

– Тебе не нравится? – удивился одноклассник.

– Вот именно сейчас нет, не нравится, – Мира брезгливо осмотрела несколько аттракционов. – Спрятаться хочется, а не слушать вопли и крики, – с этими словами у неё резко заболела голова. Она обхватила её руками и застонала.

– Что случилось? – Антон испугался, не зная, чем и как ей помочь.

– Сейчас пройдет, надо переждать, – Мирослава потирала височную часть, чтобы уменьшить боль. Через минуту она выпрямилась, как ни в чем не бывало. – После того, как я тебя выкинула из обладателей, начались эти всплески эмоций и судорожные боли в теле, – делилась Мира. – Дядя Паша сказал, надо сутки потерпеть.

– Дядя Паша, – фыркнул Антон.

– Да, он мой дядя, что в этом плохого? – Мирослава заметила синее свечение, растянувшееся во все стороны на несколько метров.

– Кто сказал, что это плохо? Я просто удивился, как ты его зовешь.

– Он мой крестный, как я его должна звать?

– Как хочешь, так и зови, чего ты ко мне цепляешься?

– Да ты… Ты… – Мирослава возмущалась, еле сдерживая себя.

– Скажи, что я? – Антон скрестил руки на груди.

– Почему ты мне не сказал, что ты наблюдатель? – выпалила Мира.

– Что бы это изменило?

– Ничего, но я бы знала.

– И что? Зачем тебе это знать?

– Это было бы честно по отношению ко мне, – возмущалась Мирослава.

– Мира, да тебе все это время было не до меня, – оправдывался Антон. – Ты вспомни, что произошло за последние полгода.

– Полгода, – озарилась Мира. – Как летит время. Антон, расскажи мне всё, что знаешь, пожалуйста, – попросила она.

– О чем ты? – одноклассник удивился смены ее настроения.

– Мне надо знать правду.

– С ней сама разберешься.

– Почему ты не хочешь мне помочь? – ругалась Мира.

– Я не могу! – не сдержался и выкрикнул Антон. – Когда ты, наконец, поймешь, что обладатели не управляют своей судьбой? Нам не разрешено делать всё, что нам вздумается и рассказывать об этом всем кому не лень.

– Но, ты наблюдатель, – Мирослава испугалась тона одноклассника.

– Я не могу, – спокойнее повторил Антон.

– Что тогда ты можешь? Влюблять в себя всех обладательниц, чтобы подпитывать основную эмоцию? – Мира развернулась и направилась к ближайшему аттракциону, только чтоб оказаться подальше от одноклассника.

– Мира! – Антон звал её, но она не оборачивалась и не останавливалась.

Воздух вокруг Мирославы заполнился насыщенным фиолетовым оттенком.

«Сколько можно? Надоело!» – Мира мысленно ругала всплеск эмоции, после чего схватилась за живот. Она села на ближайшую свободную скамейку, переждать резкие болевые ощущения.

– Мира, никого и никогда я в себя не влюблял, – Антон сел рядом с ней. – Никто кроме тебя, не знает мою основную эмоцию, и обвинять меня в твоих эмоциях ко мне неправильно, тем более зная, что они взаимны, – признался он.

– У тебя нет основной эмоции, – Мирослава смогла выпрямиться и посмотреть Антону в глаза. – У наблюдателей её нет. Ты меня обманываешь.

– Я тебя не обманываю, – ответил Антон. – Я оберегаю.

– От чего? – спросила Мирослава.

– Ты хотела спросить: от кого? – вздохнул одноклассник.

– И от кого же?

– От меня, – признался Антон.

– Как это понимать?

– Как хочешь, так и понимай.

– Антон, расскажи мне, – попросила Мира.

– Я не могу, – одноклассник закачал головой. – Если бы я заранее знал, как все вывернется, я бы никогда не пришел в твою школу.

– А-а-а… – закричала Мирослава, хватаясь за голову и спускаясь со скамейки на землю.

– Да что с тобой? – растерялся Антон. – Кого бы ты ни выкидывала из обладателей, не должно быть таких болей, – уверял он.

– А-а-а… Куда вы? Вернитесь! Вернитесь! – кричала Мира, обращаясь к кому-то из своих видений.

– Мира! Мира! – звал одноклассник, но Мирослава не реагировала на его призывы. – Мира, хватит! – Антон резко раскинул руки в стороны.

С его движением все вокруг стихло и исчезло. Пропали все аттракционы и люди, а воздух заполнился густым туманом.

– Вернитесь, – плакала Мирослава.

– Мира, кого ты зовешь? – тихо спросил Антон.

– Духов камней, они все от меня ушли, – всхлипывала Мира. – Пусть они вернутся. Я хочу, чтобы они вернулись.

– Это всего лишь твой страх, – Антон помог ей встать.

– Я больше не могу. Я перестала понимать: где правда, а где ложь – это невыносимо и обидно, – Мира обняла одноклассника и уткнулась ему в плечо. – Почему ты мне сразу не признался, что ты наблюдатель?

– Я не наблюдатель, – Антон тяжело вздохнул.

– Кто же ты? – Мирослава отстранилась.

– Я твой одноклассник, который очень боится тебя потерять, – признался Антон.

– Все шутишь.

– Ни капельки.

– Тогда, я обещаю, что ты меня не потеряешь, – Мира прижалась к однокласснику.

– Мне бы твою уверенность, – Антон вздохнул.

Они стояли в обнимку, не задумываясь о времени.

– Кстати, где мы? – Мирослава вглядывалась в туман.

– О! Это интересно, мы в твоей голове, – улыбнулся одноклассник.

– Что? Как такое возможно?

– Ты не реагировала на мои призывы и действия, поэтому я пришел в твоё сознание, – объяснил Антон.

– Намекаешь, что у меня в голове туман? – рассердилась Мира.

– Нет, это твоё подсознание не впускает внутрь посторонних, – посмеялся одноклассник.

– Предлагаю выбраться отсюда.

– Как скажешь, – Антон развел руки.

Туман рассеялся, возвращая аттракционы и людей, с их эмоциями и криками.

– Душно, – Мирослава села на скамейку, одновременно замечая, как воздух наполнился белым цветом.

– Ты сменила измерение? – уточнил Антон.

– Нет, – покачала головой Мира. – Это разве не эмоция?

– Нет, седьмое измерение, – задумался одноклассник. – Кто-то очень хочет пригласить к нам в гости твоего отца.

– С чего ты взял?

– Нас направили в отрезок воспоминаний, который переместился в седьмое измерение, сомнительное такое совпадение, – ярко-голубые глаза взволнованно метались по толпе.

– Мы в любой момент можем вернуться, – напомнила Мира.

– Я хочу посмотреть, что будет дальше, если ты не возражаешь, – сказал Антон.

– Как хочешь, – Мирослава пожала плечами.

Неожиданно все пространство вокруг заполнилось насыщенным зеленым цветом.

– Страх, – расстроилась Мира.

– Лучше не придумаешь, – улыбнулся Антон. – Ты, как обладатель страха, можешь его впитать.

– Не могу, Гагат запретил.

– Не может быть? Страх стал тебе не подвластен? – удивился одноклассник.

– Да, он надумал сменить хозяина, – кивнула Мирослава.

– Тогда понятно, зачем они здесь, – Антон недовольно вглядывался в толпу.

– Кто? – оглянулась Мира.

– Лучше не знать, – тихо ответил Антон.

В парке было многолюдно. Люди замерли при переходе в седьмое измерение, заполняя все пространство между аттракционами. Среди людей стали отчетливо видны тени, которые хаотично перемещались, задевая и сбивая всех на своем пути. Мирославе с каждым их шагом становилось не по себе, а в области сердца стали различимы слабые уколы от алмазной брошки. Зеленое свечение спало, после чего у Миры стало сильно болеть правое плечо.

– Тебе надо выйти из воспоминания, – Антон вложил Мирославе в руку камень, который недавно получил от директора школы.

– Без тебя не пойду, – Мирослава почувствовала сильный укол в области сердца.

– Ой, как в кино, – закатил глаза Антон. – Что за героизм на пустом месте? Здесь нет никакой опасности. Я выйду из воспоминания следом за тобой, – он внимательно смотрел на приближающиеся тени. – Пора, Мира, – одноклассник одним движением сформировал вокруг них двоих серую дымку. – Дяде скажи, чтоб в музее ждал, – Антон замахнулся и одним ударом расколол надвое камень в руке Мирославы.

– Антон! – выкрикнула Мира, моментально оказавшись около стены в кабинете директора.

– Неожиданно, – Павел Геннадьевич удивился её появлению. – Что случилось? Где Антон? – он встал с места и быстро подошел к Мирославе.

– Он остался, а меня выкинул из воспоминания, – объяснила Мира. – Кто-то осуществил переход в седьмое измерение, а затем появились тени.

– Чьи тени? Ты успела разглядеть?

– Нет, не успела, – Мирослава покачала головой. – Я могу вернуться туда?

– В это воспоминание уже не сможешь, ты разбила камень, – дядя Паша указал на её зажатый кулак.

– Как же вернется Антон?

– У него есть возможность выйти через свой защищенный фрагмент воспоминания, – рассказал дядя Паша.

– Что за фрагмент? – заинтересовалась Мирослава.

– Обладатели создают защищенные фрагменты воспоминаний, чтобы иметь возможность выбраться из разного вида ловушек.

– Почему у меня такого нет?

– У всех они есть. Подобным воспоминанием служит любое знаковое событие в твоей жизни, которое ты отчетливо помнишь, или о котором вспоминаешь время от времени, – описал Павел Геннадьевич.

– Любое событие, о котором я помню, способно помочь выбраться из ловушки? – уточнила Мирослава.

– Да, если ты знаешь, как это сделать.

– Конечно, я не знаю, – Мирослава почувствовала боль между лопаток.

– Тогда тебе стоит научиться этому, – ответил Павел Геннадьевич. – С Андреем поговори, он тебя быстро научит, а пока припомни, Антон не сказал где его стоит дожидаться? Обладателям надо захлопывать воспоминания, а оно было моё, значит, закрывать должен буду я.

– В музее, – выпалила Мирослава. – Он сказал вам передать, что ждать надо в музее.

– Хорошо. Поедешь со мной или здесь подождешь? – уточнил Павел Геннадьевич.

– Что за вопрос? Конечно, поеду, – ответила Мира.

– Я так и думал. Отцу не звоним, я правильно понял?

– Пока не надо, вдруг всё обойдется, – Мирослава опустила голову.

– Поехали, – Павел Геннадьевич направился на выход. – Даша, ты с нами? – он обратился в сторону дальней стены.

Мирослава только сейчас заметила женскую фигуру, сидящую в кресле. Она не сразу признала сестру дяди Паши, отчего поздоровалась с ней после продолжительной паузы.

– Тетя Даша, здравствуйте, – тихо прошептала Мира.

– Чего же ты испугалась, Мирослава? – улыбнулась темноволосая женщина.

– Вы слишком неожиданно появились.

– Я здесь была с момента вашего прихода, но вам с Антоном было не до меня, – посмеялась тетя Даша.

– Простите, я правда вас не видела, – извинилась Мира.

– Даша, ты поедешь или нет? – повторил вопрос Павел Геннадьевич.

– Поеду, – обрывисто ответила ему сестра.

– Тогда пошли. Антон может уже вернулся, а нам еще ехать, – директор открыл дверь и вышел из кабинета.

Тетя Даша и Мирослава последовали за ним, стараясь не отставать. Они вышли из школы, сели в машину и направились к зданию музея. Мирославу смущало наличие в воспоминании странных теней, непонятно чьих и непонятно в каком количестве, но она надеялась, что с Антоном ничего не случится, и что он благополучно вернется.

Глава 5. Воспоминание

Серая дымка спала сразу, как Мирослава исчезла. Тени на секунду замерли, после чего стали приближаться еще быстрее. Антон стоял на месте, пытаясь не выдать своего волнения.

Одна тень стала приближаться быстрее остальных, ускоряясь и сбивая все больше людей, встречающихся у неё на пути. При приближении к Антону из тени стал формироваться знакомый силуэт.

– Снова встретились, Мирослава, – манипулятор обратился к Антону.

– Здравствуйте, – выдал Антон голосом Миры, радуясь, что никто не заметил смену его обличия. Он с детства тренировался на Алине и Карине, становиться их клонами, за что зачастую получал от обеих сестер. Но благодаря именно этим тренировкам он научился создавать клон человека за несколько секунд.

– Я бы хотел получить эмоцию страха. Она тебе все равно больше не подчиняется, значит, не нужна, – спокойно сказал Алексей Викторович.

Все больше теней подлетало к Антону и формировалось в силуэты членов клана одиночек. Многих из них Антон видел раньше, а некоторых – впервые. Он старался запомнить всех, кто пришел в воспоминание вместе с манипулятором. Очередная тень преобразовалась в Петра.

– Ты? – удивился Антон.

– Не ожидала, высшая? – зло ответил Петр. – Всё из-за тебя. Нажаловалась всем, что я на соревнованиях напал на твоего любимчика, и меня быстро из клана выкинули, – он сделал шаг вперед, но его тут же остановил манипулятор.

– Петр, не сейчас. Поквитаешься с ней потом, после того, как я заполучу эмоцию страха, – блеснули в сторону Антона радужные глаза.

– Я не отдам эмоцию, – Антон сжал руку в кулак.

– Думаешь, что если ты наблюдатель, то вселенная тебя спасет из воспоминания? Или вся надежда на твоего отца? – засмеялся Алексей Викторович. – Уверяю, никто тебя не спасет, и ты сама не сможешь ничем воспользоваться. Я специально переместил воспоминание в измерение твоего папочки, чтобы заблокировать действие и его, и всех эмоций.

– Переход заблокировал влияние эмоций? Как это? – удивился Антон, зная, как работают законы эмоций и измерений, и, не понимая, как может так быть.

– Тяжело иметь дело с новичком в обладателях, – манипулятор закинул голову. – Ладно, расскажу азы. Любое воспоминание создается в определенном измерении. Я знаю, что Павел создает воспоминания исключительно в измерении твоего отца. Он делает это специально, чтобы, если что, друг помог в любую минуту, ведь Женя знает и чувствует все, что происходит в подвластном ему измерении, – с энтузиазмом делился манипулятор. – Чтобы заблокировать влияние твоего отца, надо всего лишь повторно переместить воспоминание в седьмое измерение. Двойное измерение приравнивается к реальности, которая не подвластна твоему отцу, поэтому действие его влияния прекратилось с момента перехода.

– И все? Причем здесь эмоции? – удивился Антон, понимая, как манипулятор проводит атаки и влияния, если оказывается в седьмом измерении.

– Этого вполне достаточно, чтобы обезопасить себя и вывести эмоции из измерений, – ехидно улыбнулся Алексей Викторович.

– Путаница какая-то, – задумался Антон. – Не должно такого быть.

– Давай проверим, сформируй страх.

– Не буду, – Антон состроил обиженную гримасу.

– Что так? Не подвластна эмоция? – засмеялся манипулятор

Несколько человек рядом посмеялись вместе с ним.

– Я не буду формировать эмоции, – повторил Антон. – Зачем? Если вы говорите, что это бесполезно?

– Или что-то другое тебя останавливает, – Алексей Викторович пристально вгляделся в образ Мирославы. – Я что? Обманут? – радужные глаза заблестели переливами цветов.

– Не понимаю, о чем вы? – Антон насторожился.

– Отлично понимаешь, – в Антона на скорости полетело белое облачко.

Антон успел молниеносно выставить вперед руки, сформировав вокруг себя серебряный щит. Белое облачко при попадании в щит рассыпалось и разлетелось во все стороны радужными искрами.

– Не её скорость, – разозлился манипулятор. – С кем же я имею честь беседовать? Антон, ты? Прекращай спектакль, – он сформировал в руке белый шар, размером с яблоко.

Антон за несколько секунд вернул свое обличие. В толпе присутствующих были слышны вздохи разочарования.

– Каков, а? – улыбнулся Алексей Викторович. – Всех обманул. Вот, Голубев, молодец. Миру выкинул, а сам спектакль нам устроил, – он запустил в сторону Антона белый шар, который с силой ударился о щит и отскочил в пол. – Лжец, – ругался манипулятор.

– Сами не лучше, лапшу на уши вешаете обладателям, – вспылил Антон.

– Ах, ты, – манипулятор замахнулся и с силой пустил в щит еще один шар белого цвета.

В метре от Антона шар замер.

– Леша, кто же так себя ведет в чужих воспоминаниях? – послышался за спиной Антона голос Евгения Викторовича.

Отец Мирославы медленно подошел к своему ученику и встал немного впереди него.

– Явился, – огрызнулся манипулятор.

– Не смог остаться в стороне. Такие интересные воспоминания стоит посещать лично, – Евгений Викторович осматривал всех присутствующих. – Леша, у тебя теперь есть высший обладатель, поздравляю, – сказал он. – Петр я рад, что ты получил по заслугам. Дочь никому ничего так и не рассказала о твоих нападениях, а я вот не разделил её мнения и посодействовал твоему отстранению и исключению из клана.

– Вы? – разозлился Петр.

– Да, я. Благородство дочери должно компенсироваться чем-нибудь реальным и правильным, – дополнил Евгений Викторович. – Подобного рода обладатели, даже высшие, не должны состоять в кланах и участвовать в соревнованиях «Эмоциональ».

Антон посмотрел на учителя. Он не ожидал услышать подобные слова, и был удивлен тем, как Евгений Викторович обошелся с Петром.

– Все власти хочешь? Ничего не меняется в жизни, – манипулятор покачал головой.

– Не угадал, Леш, у меня достаточно власти. Её даже больше, чем нужно: целое измерение.

– Что же тогда? Зачем ты высших обладателей из кланов выводишь? Антона, Петра, – перечислил Алексей Викторович.

– Значит так надо, – сухо ответил Евгений Викторович.

– Женя, что ты задумал? Я вот всегда все по правилам делаю, а ты играешь в какую-то свою игру, – радужные глаза подсветились желтым оттенком.

– Я играю по правилам, – Евгений Викторович оценивающе наклонил голову. – Попрошу освободить воспоминание. Никто же не хочет драки? – он пробежался взглядом по всем собравшимся.

– Не в этот раз, – ответил за всех Алексей Викторович. – Пойдемте, дамы и господа.

Силуэты обладателей стали превращаться назад в тени и отдаляться. Отец Мирославы стоял и провожал взглядом тень манипулятора, пока та не скрылась за очередным аттракционом.

– Учитель, как вы здесь оказались? – поинтересовался Антон.

– У меня свои пути в воспоминания Паши, – улыбнулся Евгений Викторович. – Рад, что я успел вовремя, спасибо, Даша предупредила.

– Кто предупредил? – переспросил Антон.

– Скоро узнаешь. Ты куда планировал выйти из воспоминания?

– В музей.

– Вот и давай, выходи, – строго сказал Евгений Викторович.

– А вы?

– Что я?

– Вы со мной?

– Нет, меня там не ждут. Дочь меня оберегает от лишних переживаний, а Паша ей подыгрывает, – отец Мирославы закачал головой. – Советую и тебе не рассказывать Мире, что я был здесь. Меньше знает, крепче спит, – Евгений Викторович щелчком пальцев сменил измерение, развернулся и направился к входным воротам парка развлечений.

– Учитель, – окликнул его Антон, – если честно, зачем вы из кланов выводите высших?

– Случайно получается, – Евгений Викторович остановился и пристально посмотрел на ученика. – Не стоит верить всему, что ты вскользь услышал. Информацию надо всегда проверять.

– Я поэтому у вас и спрашиваю, – сосредоточился Антон.

– Спрашиваешь, да, – отец Мирославы стоял на месте, – но при этом, ты не готов услышать правду.

– Готов, – заверил Антон.

Евгений Викторович подошел ближе к ученику и с минуту пристально вглядывался в его глаза.

– Нет, Антон, ты не готов.

– С чего вы взяли? Что вы увидели? – Антон заинтересовался действиями учителя.

– Сомнения, – описал Евгений Викторович. – Поторопись, пожалуйста, тебя ждут. Она очень сильно переживает, – он подмигнул ученику и поспешил к воротам.

Антон смотрел вслед отдаляющейся фигуре и никак не мог решиться сменить воспоминание. Интуиция подсказывала ему, что именно с этим воспоминанием связана какая-то тайна, которую он не сможет разгадать, если выйдет из него.

– Что же не так? – Антон всматривался в людей и старался зацепиться взглядом за кого-нибудь или за что-то, что поможет ему разгадать секрет воспоминания. Через пять минут, он сформировал в руке радужную сферу, которую просто бросил себе под ноги.

Сфера впиталась в воспоминание, подсветив при этом группу школьников, которая проходила мимо Антона, громко обсуждая аттракцион, на котором они только что прокатились.

– Пойдемте быстрее, а то не успеем, – торопил всех мальчик, который показался Антону знакомым и очень напоминал отца Мирославы.

– Побежали, – подхватил идею другой мальчик, увидев которого у Антона не осталось сомнений, что перед ним будущий директор школы.

– Совместное воспоминание, здорово, – восхитился Антон, понимая, как учитель так быстро пришел к нему на помощь.

Группа школьников отдалялась.

Антон посмотрел на свои руки, стараясь сосредоточиться на воспоминании, чтобы осуществить переход и оказаться в музее.

– Женя, ты чего завис? – молодой голос директора школы отвлек Антона.

– Я снова их вижу, – ответил молодой отец Мирославы.

– Опять двадцать пять, – его друг закинул голову. – Сколько раз повторять, это всего лишь твое воображение, никого ты не видишь.

– Вот он стоит, – мальчик указал на Антона.

– Что? – спросил Антон одновременно со школьным другом Евгения Викторовича. – Ты меня видишь? – уточнил он.