Гравитационная парадигма мироздания

1. Работы Исаака Ньютона и Альберта Эйнштейна

Согласно определению фундаментальной науки, в природе материального мира действуют четыре типа взаимодействий: «слабое гравитационное, электромагнитное, а также сильное и слабое ядерные взаимодействия». Ньютонов закон всемирного тяготения подтвержден расчетами и многочисленными экспериментальными наблюдениями, поэтому для уточнения можно сказать, что авторитетная официальная общемировая наука относит гравитацию к слабому универсальному фундаментальному взаимодействию, обеспечивающему взаимное притяжение между всеми материальными телами макрои микромира нашей Вселенной. Сразу же оговорюсь, что такая узкая трактовка такого глобального понятия, которое наука называет гравитацией, не соответствует реальным процессам материального мира. В этой работе я и попытаюсь представить доказательства этого факта, и эти доказательства помогут нам расширить понятия о процессах гравитации и по-новому посмотреть на природу этого всеобщего свойства материального мира. С понятием гравитации я знаком со школьной скамьи. В порядке нарастающей сложности в советской школе сначала меня ознакомили с тремя фундаментальными законами механики, а затем и с законом всемирного тяготения. Автором всех этих фундаментальных законов является великий гений Средних веков Исаак Ньютон (1642–1726). Обоснование и доказательства все этих законов изложены в его объемной работе «Математические начала натуральной философии»[1]. Ученикам самой работы Ньютона наши учителя не доводили. Вряд ли и сами учителя когда-нибудь читали главный научный труд жизни Исаака Ньютона. Видимо, наши учителя тоже пользовались учебниками или комментариями к работам Ньютона высокопоставленных научных авторитетов, составляющих учебники.

В учебнике физики законы Ньютона занимали не более четырех страниц и были изложены в виде абсолютно достоверных и научно установленных догматов, не требующих никаких дополнительных проверок. Определения массы были весьма расплывчаты и запутанны. Это и вес, и груз и тяжесть механических тел – то есть все то, что создается ускорением свободного падения, которое генерируется и непрерывно поддерживается механическим веществом земного шара. Да и само ускорение свободного падения объяснялось как некая производная массы земного шара. Тем не менее, законы Ньютона, включая закон всемирного тяготения, показались для моего детского сознания настолько правильными и убедительными, что я сразу же и навсегда запомнил их и не сомневался в их истинности почти пятьдесят лет моей сознательной жизни. Сам Ньютон и его последователи считали и считают, что гравитационное силовое взаимодействие обладает дальнодействием и мгновенно передается по пространству вакуума. Уже в собственной старости, изучая переписку и работы великого гения, я понял, что Ньютон перевел на язык математики и численного анализа философские рассуждения о гравитации, изложенные в доисторических трактатах глубокой древности. Не исключаю, что Ньютон пользовался материалами атлантической цивилизации, погибшей за 12 тысячелетий до времени жизни самого Ньютона.

От кого и каким образом Ньютон получил доступ к древним трактатам, мы никогда не узнаем. Однако нет никаких сомнений в том, что он имел обширные знания о природе гравитации, но ограничил всеобщее значение гравитации лишь силой взаимного притяжения.

Не исключаю и того факта, что Ньютон знал тайну мгновенного дальнодействия, как и знал тайну, за счет какой энергии осуществляется небесная механика и происходит непрерывное перемещение небесных тел по вселенскому пространству, но вполне осознанно не захотел поделиться этой тайной со своими современниками. Публично он всегда заявлял, что не знает причины, каким образом осуществляется мгновенное силовое взаимодействие между небесными телами. Окидывая мысленным взором историю человечества из сегодняшнего времени, становится ясно, что поступил так он вполне осознанно и правильно. Открытие этой тайны в Средние века могло привести к изобретению смертоносного оружия невиданной силы и преждевременному самоуничтожению земного человечества. Вся последующая посленьютоновская история человечества представляет собой череду локальных и глобальных войн с применением летального оружия той или иной разрушительной силы. Самоуничтожения человечества не случилось, потому что мировое научное сообщество с подачи Ньютона отнесло гравитацию к слабым взаимодействиям односторонней направленности взаимного притяжения и надолго отклонилось от путей истинного познания реальных физических гравитационных процессов, которые протекают внутри макрои микроструктур материального мира.

В последующие времена блистательных ученых было в достатке, но гениев, равных Ньютону, среди них не оказалось. Поэтому наука временно забыла о гравитации и все творческие силы сосредоточила на изучении магнитных и электрических энергий и электромагнитных процессов. В этом плане, вольно или невольно, умолчания и недомолвки Ньютона по поводу природы сил гравитации спасли мир от преждевременного самоуничтожения. Однако на пороге XX века и Первой мировой войны выросла плеяда выдающихся ученых, которые обходными путями, помимо гравитации, вплотную подошли к раскрытию тайны атомной энергии и изобретению ядерного оружия. И тут вполне своевременно возник новый гениальный теоретик в области гравитации и небесной механики по имени Альберт Эйнштейн (1879–1955). Опираясь на работы некоторых своих предшественников и современников и ограничив всякое мгновенное дальнодействие скоростью света, Эйнштейн разработал математически и теоретически идеальные модели небесной механики под названием общая (ОТО) и специальная теории относительности[2]. Работы были полностью опубликованы в 1915–1916 годах, когда уже вовсю шла Первая мировая война, а европейские ученые думали не о причинах гравитации, а о том, как изобрести новые виды оружия для обеспечения победы своих стран в этой всеобщей человеческой бойне. Языком математики и геометрии, вполне доступно и безупречно, Эйнштейн в своих работах доказал, что причиной гравитационного силового взаимодействия небесных тел является вовсе не реальная сила тяготения, а искривление пространства-времени вблизи массивных небесных тел, что и понуждает малые небесные тела вращаться вокруг больших и соблюдать общую гармонию материальной Вселенной.

Благодаря объемности и всеохватности советской школы 60–70 годов прошлого века, уже в старших классах на уроках физики нам были изложены некоторые элементы общей и специальной теории относительности Альберта Эйнштейна. Меня это крайне заинтересовало, и я прочитал массу дополнительной литературы, чтобы понять глубинную сущность этого нового неординарного взгляда на природу гравитации. Я настолько глубоко вник в математическую и геометрическую доказательную базу ОТО, что мог убедить в ее правильности кого угодно из своих товарищей, кроме самого себя. Этот внутренний протест я объяснял для себя не ошибками главных постулатов ОТО, а ущербностью моего собственного разума, неспособного понять глубинный смысл основных положений и правильно оценить парадоксальные выводы теории относительности. Что удивительно, года через три-четыре вся логика ОТО исчезала и «выветривалась» из моего разума и мне снова приходилось восстанавливать стертые знания чуть ли не с нулевого уровня. Позже я понял, что благодаря невиданной шумихе и рекламе ОТО в околонаучной публицистике и СМИ по всему миру, ведущие ученые мирового уровня начиная с 1915–1916 годов тоже отвлеклись от своих тем по изучению энергии атомных ядер и были вынуждены заниматься ОТО. С самого начала вокруг ОТО возникла яростная научная полемика, которая не утихает и до сего времени. Пропаганда в СМИ сделала свое дело. Уже в 30–40 годах прошлого века официальный ученый, отрицающий ОТО, постепенно выпадал и из научного сообщества.

Многим маститым ученым мирового уровня приходилось делать вид, что они признают теорию относительности главной частью фундаментальной науки. Они обсуждали ее на семинарах и в публичных лекциях, подтверждая ее правильность, хотя в своих творческих поисках тайны ядерной энергии в основном разрабатывали идею сильных и слабых ядерных взаимодействий, никак не связывая эти взаимодействия с силами гравитации или искривлениями пространства-времени. Так было не только в США и Европе, но и в СССР. Знаменитая формула Е = mc2 сразу же стала узнаваемым брендом и самого Эйнштейна, и его теории относительности. Формула тиражировалась миллионами экземпляров средствами массовой информации и буквально «вдалбливалась» в сознание и разум людей, поражая воображение даже людей далеких от науки. И поражаться есть чему, потому что формула указывает на огромную энергию, упакованную в каждом грамме обычного вещества материи. Тем не менее, даже сам Эйнштейн считал, что эта колоссальная энергия является не энергией гравитации, а энергией сильных ядерных взаимодействий. Отделение слабых гравитационных взаимодействий от мощных ядерных взаимодействий, на мой взгляд, привело к великой научной путанице. И эта путаница не ускорила, а задержала создание реальной атомной бомбы. Великим счастьем для всего человечества явился тот факт, что атомная бомба, как смертоносное оружие колоссальной мощи и силы, была создана не в Германии, а в США. И это случилось в середине 1945 года, когда Германия уже была разгромлена и капитулировала.

Для устрашения мира 8 и 9 августа 1945 года атомные бомбы были сброшены на японские города Хиросима и Нагасаки. Последствия этих бомбардировок были ужасны, и все мировое сообщество содрогнулось от ужаса перед этим новым средством массового уничтожения населения земного шара. Нет никаких сомнений, что если атомные устройства были бы созданы во время войны в самой Германии или в 1943—44 годах на территории США, то применение ядерного оружия произошло на европейском континенте и привело к необратимым последствиям радиоактивного заражения огромных площадей континентальной Европы. Этой мировой трагедии не случилось. И немалая заслуга в этом спасении Европы принадлежит Альберту Эйнштейну. Надо отдать ему должное. Он был одним из первых научных авторитетов мирового уровня, среди тех, которые подписали обращение к правительствам США и СССР и мировому содружеству о запрете разработок, испытаний и применения ядерного оружия. Но было уже поздно. Атомный джин был выпущен из бутылки, а само ядерное и термоядерное оружие на долгие годы стало главным элементом сдерживания от развязывания третьей мировой войны. В преклонные годы Альберт Эйнштейн обвинял себя в том, что его теоретические разработки по гравитации способствовали созданию ядерного оружия. Это не так. Анализ показывает, что научные труды Эйнштейна никак не способствовали и не ускоряли работы по созданию ядерного и термоядерного оружия. Если чему они и способствовали, то главным образом – развитию астрофизики и космогонии, которые определили современные теории и гипотезы мирового научного сообщества и фундаментальной науки по самосотворению материи и эволюции материальной Вселенной.

2. Развитие идей Эйнштейна и Ньютона в современной науке

Сам понятие «Большого Взрыва», как начала времени, с которого началось формирование материи и оформление ее в галактики и галактические объекты в виде разнородных звезд, планет и газовых туманностей, является следствием из исследования теории относительности Эйнштейна средствами математического и геометрического анализа. Идея сингулярной точки, где до начала «Большого Взрыва» в бесконечно малом объеме была изначально сосредоточена бесконечно большая энергия с бесконечно большой плотностью и температурой, тоже является следствием из теории относительности. Так что сегодняшняя мировая фундаментальная наука по эволюции и устройству окружающего нас мира, желает того она или нет, но полностью опирается на работы Эйнштейна и представляет собой математическое и геометрическое развитие и осмысление его теории относительности в применении и совокупности с экспериментальными наблюдениями общевселенских процессов. Если говорить о себе чистую правду, то представить в своем сознании сингулярную точку до «Большого Взрыва» в физическом виде объективной реальности мне так и не удалось. Для меня сингулярная точка, содержащая внутри себя всю вселенскую материю, представляется математической мистикой, а значит, поиски замены сингулярной точки представимым физическим объектом, положившим начало эволюции Вселенной, и является для меня главной побудительной причиной для углубленного изучения природы гравитации.

Кроме того, на сегодняшний день великое противоречие между идеями Ньютона и Эйнштейна так и не устранено и никакой «Общей теории всего», о которой мечтает великий астрофизик современности Стивен Хокинг, так и не создано. В работах Эйнштейна и его современных последователей экспериментально проверенное ньютоново гравитационное взаимодействие взаимного притяжения механических тел объясняется уже не прямым силовым взаимодействием, а искривлением пространства-времени. Согласитесь, что это разные и даже несовместимые понятия. Тем не менее, обе теории прекрасно уживаются друг с другом и являются в совокупности колоссальной творческой фундаментальной научной базой для новых открытий и поисков на пути проникновения в тайны гравитации. Ведь и теория струн, и теория квантовой вихревой гравитации, и теория торсионных полей, признанная в современной России «лженаукой», – все они и все предыдущие и последующие теории гравитации так или иначе опираются и будут опираться на тот научный фундамент, который предоставили современным ученым работы Эйнштейна и работы Ньютона. Даже яростные и вечные споры о наличии или отсутствии в пространстве Вселенной не «чистой» пустоты, а какой-то малоподвижной субстанции, которую называют то вакуумом, то эфиром, тоже определяются разными подходами к причинам гравитационного взаимодействия вытекающих из разных взглядов на гравитацию последователей Ньютона и последователей Эйнштейна. В то же время понятия «массы», взаимного тяготения «масс», и понятие «гравитация» настолько затерлись и превратились в научные шаблоны, что мы уже не видим за ними единого глубинного смысла, а каждый ученый вкладывает в них свой смысл и свое содержание.

Особенно эта неясность проявилась после того, как в последние два-три десятилетия экспериментальными наблюдениями ученые астрофизики обнаружили, что условно пограничные галактики на расстояниях в миллиарды световых лет, яростно и ускоренно разбегаются. Это ускоренное разбегание невозможно объяснить ни гравитационными постулатами Эйнштейна, включая постулаты постоянства скорости света и искривления пространствавремени вблизи массивных объектов, ни теорией силового взаимного тяготения масс по закону Ньютона. Ученые нашли выход в том, что заявили об открытии новых материальных субстанций, которые они назвали «темной материей» и «темной энергией». Кроме того, что эти субстанции должны обладать отрицательной плотностью, а вместо взаимного притяжения обеспечивать силовое взаимное отталкивание, других внятных свойств этих новых субстанций наука не обнаружила. Сейчас идут активные экспериментальные и теоретические поиски «темной материи» и «темной энергии» внутри Солнечной системы и в веществе земного шара. Мощный адронный коллайдер под Цюрихом используется также и для поиска этих темных материальных сущностей. Открыли или почти открыли самую малую частицу протона, которую ранее теоретически предсказали и назвали бозоном Хиггса. Якобы эта частица и является носителем массы. Пока обо всех этих открытиях заявляется с такой расплывчатостью и неуверенностью, что приходишь к убеждению о неуверенности самих «открывателей» в своих результатах. Но какой вывод напрашивается из экспериментальных наблюдений пограничных областей Вселенной, которая якобы на 95–96 % наполнена материей и энергией с отталкивающими свойствами в совокупности с экспериментальными исследованиями элементарных частиц на адронном коллайдере?