- -
- 100%
- +
Дисклеймер: все персонажи в эротических сценах являются совершеннолетними.
Глава 1 Здравствуй, школа
Ленину сестру закололи ножом, и об этом знала вся школа. Вот только кто и зачем, оставалось загадкой.
Лена вылезла из такси, растерянно вытащила чемодан из багажника и замерла у самого входа. Дубовые двери возвышались на три метра, из пары окон таращились ученики.
Она одёрнула и без того длинную юбку, поднесла руку к двери, замешкалась, но наконец постучала.
– Открыто! – раздалось сверху с последовавшим хохотом.
Лена прокашлялась и потянула за громоздкую ручку. Дверь на удивление легко поддалась и открыла овальный холл с хрустальной люстрой и множеством портретов.
– Елена Паукова? – жилистая женщина с тёмными волосами вышагала из-под огромной лестницы. Её тугой пучок будто натягивал глаза на виски, отчего казалось, что она немного косила.
– Да, здраствуйте.
– Вы опоздали, – резко повернулась к Лене спиной и спряталась обратно под лестницу.
Лена опять осталась одна и подтянула к себе потрёпанный чемодан. Сестра Марина изъездила с ним полмира. Вторую половину младшей придётся увидеть одной.
– Елена, вам нужно особое приглашение?
Лена поторопилась на зов уже знакомого голоса. Колёсики чемодана заскрипели, и она зашла в кабинет, скрывавшийся под той самой лестницей. В центре стоял увесистый стол с синим сукном, за которым женщина казалась ещё более худой и невзрачной. Вблизи в её черном пучке заметны были седины грязно-серого цвета. Она надела очки и открыла красную папку.
– Присаживайтесь, – не поднимая глаз, она махнула на стул.
Лена осторожно зашагала к нему по ковру, такому же синему, как сукно.
– Дверь.
– Ч-что?.. – Лена растерянно вцепилась в ручку чемодана.
Женщина наконец оторвалась от бумаг и уставилась на Лену.
– Дверь закройте, пожалуйста. Вы к нам из хлева или у вас дома портье?
– Ой… извините… – Лена кинулась к двери, закрыла её, пошла к столу, но снова вернулась за оставленным у входа чемоданом.
– Не надо его сюда тащить. Сядьте уже и угомонитесь. Вас из клетки только, что ль, выпустили?
Лена прикусила обе губы и с осторожностью опустилась на стул под грохот упавшего чемодана. Не так она представляла себе знакомство со школой мечты.
Пять лет назад её закончила Марина – отличница, золотая медалистка и одна из немногих, кто учился в «Эстуарии» бесплатно. За такую возможность ежегодно боролись сотни, а то и тысячи школьников, но мест было всего-навсего пять. И вот наконец спустя годы попыток Лена оказалась здесь в одиннадцатом классе. Как говорится, успела в последний вагон – открыли дополнительное шестое бесплатное место. Вот повезло!
– Значит так, я – завуч Клементина Ивановна, – она протянула Лене лист с вензелями. – А это – ваше согласие.
– На что?.. – Лена забегала глазами по документу, но буквы разбегались, не донося смысл слов.
– А мы с вами ещё намучаемся, как вижу… Согласие на следование всем нашим правилам. Читайте, ознакомляйтесь. Это-то хоть вы умеете?
Лена молча кивнула и включила все умственные способности. Ношение формы. Отбой до двенадцати. Соблюдение гигиены.
– Здесь распис.. расписаться?
– Удивительные дедуктивные способности, Елена, да-да, именно там, где написано – по-о-одпи-и-ись, – Клементина Ивановна покачала головой, перепроверила Ленину закорючку и сунула лист в папку. – Ох, ну что с вами делать, пойдёмте, она тяжело поднялась из-за стола, будто ей было лет сто или столько же килограммов.
– Куда?
– Да за какие такие грехи вы мне на голову-то свалились? А? Елена. Вы у меня в кабинете хотите остаться?
– П-простите… – Лена поспешила за отчеканивавшей каждый шаг сантиметровыми каблучками завучем. Её тонкое тело сурово подергивалось, будто всякий раз она наказывала пол за непослушание.
Шум колёсиков чемодана терялся за грозными шагами. Клементина Ивановна уверенно обошла лестницу и стала спускаться по другой, более узкой и менее помпезной. Через пролёт открылся деревянный холл с мигом загоревшимися на стенах канделябрами. Завуч без стука распахнула ближайшую дверь, и Лена отшатнулась от крика. Звон, кряхтение, сиплые извинения.
– Ды я тут… вы уж простите, Клементин, ну хоть постучать бы… вот…
Та молча выждала паузу и шагнула внутрь со вздёрнутым подбородком.
– Уважаемых наш Максим Юрьевич, не будете ли вы так любезны, не пригублять на рабочем месте? – она кивком пригласила Лену, и та успела заметить сноровисто спрятанную бутылку. – Это, Елена, наш завхоз, как слышали – надеюсь – Максим Юрьевич. Максим Юрьевич, дорогой вы наш, это Елена Паукова. Новенькая.
– Добро пожаловать, – он потёр знатные усы и улыбнулся.
– Здравствуйте…
– Так и будем стоять? – Клементина Ивановна оперлась рукой о стол, но тут же одёрнулась и принюхалась к ладони.
– А, ну да! Вот всё тут, пожалуйста, – завхоз засуетился, – форма, обувь. А бельё уже в комнате. Всё отнёс, всё, в общем, всё. Да.
Лена взяла из его рук увесистый пакет и поблагодарила.
Пока завуч вела её в комнату, встретился только один человек. Субтильная девочка с чёрным мейком.
– Ты почему не на уроке, Аверьева?
– Я в туалете была, – не останавливаясь, бросила та, и припустила по лестнице.
Клементина Ивановна цокнула.
– Есть туалеты в учебной части! – проследовала до конца коридора и впустила Лену в просторную комнату. – Ну проходи. Располагайся.
Лена аж рот разинула – в помпезности комната холлу не уступала. Резная мебель, хрустальная люстра и… с одной из стен аляписто таращилось чёрное пятно, поверх которого болтались фото рок-звёзд.
– Вам о-о-чень повезло с соседками, – Клементина Ивановна бросила папку на кровать у окна. – Вот ваше место, в папке – личное расписание и кружки. Их и факультативы выберите в течение недели, или я назначу сама.
– Хо– – не успела Лена договорить, как дверь захлопнулась, скрыв за собой строгого завуча.
Ну вот, теперь Лена там, где так давно хотела оказаться. Та самая школа, то самое общежитие, о которых так много слышала от сестры. Когда та приезжала на каникулы, Лена неустанно слушала о том, как тут круто и весело, какие красивые парни и чумовые девчонки. Она не раз видела фото комнаты, но и понятия не имела, насколько в реальности тут красиво. Прям как в кино с Хитом Леджером. Не про Джокера, а Казанову.
Лена открыла окно, впустив тепло бабьего лета. До холодов было ещё далеко, не то, что в столице. Там остались друзья, ушедший с головой в работу отец и мама с вечно красными опухшими глазами.
– Ну привет, – дверь резко распахнулась, и в комнату вошли две девчонки. Первая, с замазанными чёрным глазами, та самая, что встретилась по пути, плюхнулась на рокерскую кровать. – Лена?
– Привет. Да…
– Я – Крис, эта вон – Тори.
– Очень приятно…
Тори молча прошла в уборную.
– Она странненькая, – Крис откинулась на подушку. – Ты хоть не странненькая?
Лена глупо улыбнулась и пожала плечами.
– Ясно.
Крис заткнулась наушниками, через которые орала Металлика. Марина тоже её любила.
Лена выждала немного и, поняв, что знакомство окончено, отвернулась к окну.
Там в зелёных ветвях чернели вороны. Поодаль виднелся край огромного озера, отсюда казавшегося маленькой лужей.
– Короче, – Тори наконец вышла из ванной, когда Лена решила, что та провалилась, – у нас тут типа есть свои правила. Хочешь есть – только за стол, – она указала на один из трёх, явно Ленин, – воздух не портить. Ну ты понимаешь? Объелась гороха – иди в туалет.
Лена снова прикусила обе губы. Неужели они что-то унюхали, когда зашли в комнату?
– Мальчиков не водить.
– Я… – Лена замотала головой.
Крис тем временем вынула наушники и изображала пальцами щёлкающий клюв.
– После отбоя и во время выполнения домашки – тишина. И, – она отбросила пушистые волосы, – и не надо свои гигиенические штуки в открытом виде выбрасывать. Понятно?
– М… угу… – Лена закивала и покосилась на Крис.
Та закатила глаза.
– Не слушай, Ленок. Давай мы тебе клёвое имя придумаем, а?
– Это как это не слушай? – Тори аж покраснела.
Крис встала с кровати и, отодвинув соседку с прохода, уселась рядом с Леной.
– Может, Еля? Нет? Не нравится? Мне тоже. Е… хм… Ле… Елдак! – она загоготала и чуть не свалилась с кровати.
Лена уставилась на Тори, но та только покачала головой и пошла в дальний угол комнаты, где стояла её кровать.
– Ладно, – Крис отсмеялась, – пока будешь Леной, но я ещё не закончила.
Понемногу Лена обживалась, раскладывала вещи, уже даже зубную щётку поставила и кровать застелила.
– О, это она? – Крис взяла рамку с фото Лены в обнимку с сестрой, которую та пристроила на прикроватную тумбочку.
– Кто?..
– У тебя же сестру убили? Это она? Марина вроде?
Лена похолодела и молча забрала фотографию.
Крис не унималась:
– Она ж тут училась? Внизу есть её фотки. Видела? Блин, она у тебя крутая была. Золотая медаль! Золотая – мать её – медаль!
Лена с трудом сдерживала слёзы. Прошло всего несколько месяцев со смерти Марины, и она не была готова обсуждать её с малознакомыми людьми.
– Ты тоже на медаль нацелилась?
Лена одновременно пожала плечами и помотала головой.
– Ты ревёшь, что ли? Эй? Сорян, – Крис положила руку ей на плечо, – я не это… не хотела.
Лена кивнула и поставила рамку обратно на тумбочку.
– Вы очень похожи, – Крис вернулась на свою кровать и опять надела наушники.
Тори злобно бормотала под нос, пытаясь делать домашку.
Лена глянула на улыбавшуюся с фото Марину. Неужели похожи? Она ведь была очень красивой, даже в конкурсе красоты участвовала. А Лена… Нет, уродиной её, конечно, не назовёшь, но родители всегда ставили старшенькую в пример. Как любил говорить отец: «Спортсменка, комсомолка и просто красавица».
Красавица…
Её нашли изуродованной. Семьдесят три ножевых.
Хоронили в закрытом гробу.
Глава 2 Новая надежда школы
Лена в очередной раз уставилась в лист с расписанием. Литература. Сто процентов. Литература. Двести пятый кабинет. Получается, второй этаж, левое крыло. Всё правильно.
Сердце отплясывало чечётку. Это тебе не обычный урок в старой школе с придурками. Это… это же первый, самый первый урок в школе мечты «Эстуарий»!
Лена осторожно заглянула в раскрытую дверь, ученики сидели на партах, болтали. Полноватый пацан изображал озабоченного перед бюстом Толстого.
Тихо, чтобы не прервать перфоманс, она прошла к последнему ряду и села за крайнюю парту.
– Не-не, это Димкина, – тут же одёрнуло её лицо в пирсинге.
Лена аж отшатнулась.
– Вон там свободно.
Свободная парта пошатывалась. Неужели в такой элитной школе не судьба её заменить? Ничего, когда все рассядутся, можно будет увидеть, если остались другие свободные места, и пересесть.
– А ну отойди от Льва Николаевича! – в кабинет вошла рослая женщина с пышным бюстом и шевелюрой. Высокий ворот белой блузы доходил до чёткой линии подбородка. С такими данными ей бы в модели. Тут и гадать не надо – все парни в неё влюблены.
Лена вздохнула и поправила форменную рубашку. Завхоз подобрал размерчик точь-в-точь.
Прозвенел звонок. Ученики нехотя расползались по местам.
– Рассаживайтесь, рассаживайтесь! Живее! О! Елена!
Лена замерла под взглядом учительницы.
– Тишина! Леночка, выходите, пожалуйста! Давайте-давайте, не бойтесь.
Лена проковыляла до протянутых рук учительницы и, не поднимая глаз, поздоровалась.
– Здравствуй-здравствуй, Леночка! Я – Маргарита Васильевна, а теперь, пожалуйста, представим тебя, да?
Нет-нет-нет-нет-нет… только не это… неужели сейчас её будут выставлять, как обезьянку, перед всеми этими незнакомыми людьми?
– Ребята!
Да. Лена сжалась в попытке исчезнуть.
– У нас новенькая! Тишина! Тихо-о-о!
И откуда у такой молодой девушки замашки старой училки?
– Давайте уделим внимание нашей новой ученице! В конце концов, не каждый день к нам приходят бесплатники, да? Тем более такие! Позвольте представить вам Елену Паукову, сестру той самой Марины Пауковой – нашей известной бывшей ученицы, которую, не дай бог никому, постигла такая трагическая участь! Леночка, – она схватила Лену за плечи и развернула к себе, – мои глубочайшие соболезнования! А теперь расскажи нам пару слов о себе! Ваши с Мариной родители, должно быть, безумно гордятся, что аж обе дочери смогли учиться у нас бесплатно! Давай!
Наконец она отступила, и Лена осталась стоять, одинокая и выставленная напоказ дюжине пар насмешливых глаз.
– Давай же!
– Ну… всем привет, я Лена, – она неловко махнула рукой и сконфузилась.
Хоть бы предупредили, что надо готовить рассказ о себе. Хоть бы…
– Здравствуй, Лена! Ну давайте! – Маргарита Васильевна зашагала на своих каблуках, подбадривая класс поприветствовать новенькую.
Пронеслось вялое и невнятное приветствие и один резкий выкрик: «Здоров, Ленок!»
– Продолжай, Леночка!
– М… я из Москвы, меня – хэ – зовут Лена, мне семнадцать…
– Прекрасно-прекрасно!
Через пару минут соплежевания её наконец отпустили. Идя обратно к парте, Лена даже не обратила внимания на шушуканья за спиной и шлепок по заднице. Зато заметила Маргарита Васильевна и тут же выкрикнула:
– А ну, Едрищев, вон из класса! Вернёшься через пять минут! – она всучила ему табличку со словом «наказание» и повернулась к доске.
Тем временем Лена растерянно стояла перед занятой крупным парнем партой. Он выглядел как взрослый мужик, рассевшийся в первом классе.
Сумка со всеми учебниками и вещами Лены валялась поодаль в углу. Она проглотила ком в горле, подняла сумку, выпавший из неё пенал и села за другую свободную парту.
Не так, ой не так она представляла себе первый учебный день в «Эстуарии».
– Ну как литра? – Крис остановила Лену в коридоре на перемене.
Та растерянно пожала плечами.
– Я-я из М-м-москвы, – передразнила та с пирсингом и засмеялась вместе с кучкой сопровождавших.
Крис резко зашипела, как кошка, и группка ускорилась.
– Вижу, не очень. Эта экзальтированная сучка заставила тебя представляться перед всем классом?
Лена кивнула.
– Жесть. Ладно, чё у тя там? – она выхватила лист с расписанием. – О, у меня тоже биоша.
Она сгребла Лену под руку и поволокла за собой, расталкивая всех встречных.
На каждом уроке Лене давали слово, к счастью, не так, как на первом. Каждый учитель пытался понять, что за одарённый алмаз пришёл к ним, когда набор в школу был уже явно закрыт. Шла вторая неделя учебного года, а тут раз – и сестра звезды их школы пятилетней давности явилась, как… главное, чтобы не как чёртик – из табакерки.
В коридоре перед телефонными аппаратами топталась парочка человек. Ждали, пока те освободятся. Мобильные здесь не ловили, так что связь с внешним миром была разве что в этом крошечном месте.
На полу с красным ковролином сидела миниатюрная девочка и перекидывала из ладони в ладонь огрызок от яблока. Один из звонивших обрушил трубку на аппарат. Лена вздрогнула. Это был тот самый здоровяк, выгнавший её с парты.
От внезапного грохота девочка с огрызком его уронила и на карачках поползла ловить. В последнее мгновение отдёрнула руку от наступившей на него ноги. Раздался склизкий чмафк, и девочка захныкала.
– Ну ты идёшь или ныть будешь? – ещё одна, ждавшая возможности позвонить, цокнула и пошла к свободному аппарату.
Девочка уже без огрызка убежала.
– Нормально, мам… угу… да… я… просто… ну, наверно, ждала чего-то другого… Марина так всё рассказывала, а тут… не знаю, обычная школа… разве что покрасивее…
На том конце провода мама вздохнула. Тяжело и протяжно.
– Ты главное, учись там. Хорошо? Делом занимайся, а не мальчишек ищи. Поняла? Ну всё-всё, не расстраивайся. Давай, завтра ещё позвони. Угу. Лен. Люблю тебя, слышишь, дочь? Целую.
Трубка плавно легла на крючок. Главное – не показывать слёзы. Пару мгновений, тише, тише. Лена зажмурилась, вдох-выдох. Можно идти.
Глава 3 Бестиарий
Под окнами ванной кто-то стонал. Уставшая от долгого дня разочарований, Лена смывала с лица лёгкий мейкап. Стёкла были заклеены матовой плёнкой, и Лена решила выглянуть наружу, чтобы проверить, что происходит.
Да что ж такое? Окно было заперто на замок, как в детских больницах. Лена взгромоздилась на крышку унитаза и потянулась к форточке. Та поддалась, но толку от неё было мало. Разве что стоны стали громче, но от этого не понятнее.
В дверь резко постучали. Лена подпрыгнула и приземлилась уже враскаряку: наполовину на унитаз, наполовину – на пол. Больно ударилась подбородком.
– Ты скоро? Я писать хочу!
Она вышла из туалета, потирая ушиб. Крис мигом залетела внутрь и, не запираясь, устроилась на унитазе.
– Какая ж ты мерзкая, – Тори захлопнула дверь. Покосилась на Лену, будто что-то хотела сказать, но молча вернулась обратно на кровать.
Этого ещё не хватало. Лена разглядывала ссадину в зеркальце пудры. Так вдруг захотелось домой. Обратно в Москву, где никто её не передразнивал и не заставлял выступать перед кучами незнакомцев. Конечно, и там были придурки. Но придурки свои. Знакомые и понятные. Этого можно было спокойно послать. Тому – плюнуть в стаканчик в столовке. А тут? Чего один только здоровый этот стоит! Вот взял и просто выкинул вещи. а потом сидел и игнорил. И что ему можно сказать? Вдруг он ещё и отбитый? В смысле, вдруг? Явно отбитый. Может, ещё и толкнёт, или того хуже – ударит.
Лена была здесь чужой. Новенькой. Приехала б она хотя бы со всеми, а так – уже все обжились, даже кто первый год. Кое-как познакомились. А она одна-одинёшенька, только с Крис разве что и общалась. Точнее, только Крис общалась с ней. Даже вторая соседка смотрела как на врага народа, а Лена ей вообще ничего плохого не сделала. Ничего!
– Это ты форточку открыла? – Крис с довольным лицом вышагала из уборной.
Умытая, без чёрных теней и подводки она продолжала выглядеть угрожающе, но теперь напоминала недовольного пупса, а не мрачную Леди Вамп.
– Да, а что?
– Не стоит. Придурки вечно кидают всякую хрень с заднего двора. Как-то петарду забросили.
– На четвёртый этаж?
– До пятого долетало! Они из рогаток стреляют. Там вечерами темно, и охрана особо не шастает, так что…
– Ладно, – Лену будто бы отчитали. Она вернулась к зеркальцу и пробормотала: – Рогатки… копец…
– А?
– Да это я так… просто… рогатки – как из книжки про Тома Сойера или Повелителя Мух.
– Тут не только мухами повелевать будешь! Ни мессенджеров, ни онлайн-игр. Я в первый год об этом не подумала даже, так и играла в одну стрелялку на телефоне без нета. Теперь я научена, – Крис потрясла телефоном. – Я блин даже макраме плести начала! А ты посмотри, где я, а где – макраме!
– А я люблю макраме…
После отбоя Крис продолжала играть в телефоне, Тори читала с книжным фонариком, а Лена смотрела в окно на небо. Хорошо, что ей досталась эта кровать, с других таких видов не открывалось. Лежишь себе на подушке, а перед тобой и Луна, и Венера. И…
Лена вскрикнула. Перед окном пронеслось что-то большое и быстрое.
– Я чуть не обосралась! – грохнула Крис и засмеялась.
Тори злобно захлопнула книгу и накрылась с головой одеялом. И чего она так невзлюбила Лену? Что она ей плохого сделала?
Это опять прошмыгнуло.
– Да забей, – Крис уже снова резалась в игруху, – это просто летучие мыши.
– Мыши?..
– Они не кусаются. В отличие от Тайсона.
Крис выжидающе таращилась на Лену и наконец спросила:
– Ты его уже видела?
– Кого? Майка Тайсона?..
– Да какого Майка?! Тайсона, чувака такого, как шкаф.
Перед глазами тут же мелькнули воспоминания о выброшенной сумке и раздавленном огрызке.
– Ну… возможно…
– Он вечно ходит в футболке для физры.
Не то, чтобы Лена особо обратила внимание на его одежду. Скорее, в глаза бросались размеры и злобная морда – лицом и не назовёшь. А в чём он там был… да чёрт его знает.
– И учителя ваще не трогают его с этим – дешевле будет. Он типа уже несколько рубашек порвал, так что, – Крис развела руками. – Он же тоже бюджетник, папа с мамой не доплатят, всё на школу ложится.
Лена съёжилась. Она тоже обременяла школу. А если не сможет стать второй Мариной, то её либо выгонят с позором, либо она сама сгорит со стыда.
– Короче, я бы на твоём месте держалась от него подальше. Ни друзей, никого у него тут нет. Говорит только на уроках, когда учителя спрашивают. Всё. Может, больной какой-то, может, хрен его знает.
– Может, заткнётесь? – Тори ещё сильней натянулась на голову одеяло.
– Время детское, – Крис перебралась на Ленину кровать. – Ещё очкарика такого белого видела?
– М… не знаю… в смысле, альбиноса?
– Ну типа да.
– Вроде в коридоре, но так – мельком.
– Ещё один урод – Бледный. Это просто пипец! Не, ну ты сама говоришь, видела, и вот скажи мне, кто на это ваще посмотрит. М?
Лена пожала плечами.
– Вот и я не знаю. А он вечно ко всем яйца подкатывает, то облапать хочет, то засосать. Как-то ко мне подошёл, типа спросить хотел какую-то чушь, а потом как разинул свою пасть – ё-о-о-о-о, – Крис хлопнула себя по лицу. – Я ему под его подкаты, конечно же, зарядила, но он явно отбитый. Спроси любую. Да, Тори?
– Да-да, отстань…
– Так что, от этого тоже держись подальше., если не хочешь, чтобы он тебя обвафлил.
– А почему никто на него не пожалуется?..
– Пф! Его батя так школу спонсирует, что, скорее, любую из нас выгонят, чем его.
– Отстой.
– Во-во.
Крис ещё долго рассказывала о местных чудиках и чудовищах, но день был долгий, и Лена потихонечку засыпала.
Во сне она видела Тайсона, откусывавшего ухо Бледному, а потом они оба бегали за ней, чтобы съесть и засосать. Или в обратном порядке.
Проснулась Лена от какой-то возни. Тёмная тень склонилась над кроватью Крис и чавкала.
Лена схватила кружку с тумбы и нанесла молниеносный удар. Тень взвыла и осела, потихонечку матерясь.
– Крис, ты в порядке?!
А та уже ржала и сползала с кровати вслед за тенью. Лена в растерянности наблюдала за двумя копошащимися телами, держа ручку от разбитой кружки.
Наконец Крис собрала все силы и, всё ещё смеясь, выдала:
– Да ты! Да ты – просто женщина-кружка!!!
– Да-а-а блииин…. – потирая затылок, тень поднялась.
У тени был глубокий приятный голос, будто поставленный, как у диктора.
– Ленка, блин! Аха-ха-ха-ха! – Крис вцепилась в её ногу, Лена отшатнулась. – Это – аха-ха – Дэн – ха-ха-хааааа! Ты чуть Дэна моего не убила!
Тень выпрямилась и протянула Лене руку.
– Дэн.
– Л-л-лена… – она вяло ответила на рукопожатие, только-только соображая, что произошло.
– Да как же вы заманали! – Тори вылезла из кровати и пошла в туалет, громко хлопнув дверью.
В свете неполной луны, пробивавшемся сквозь тонкую занавеску, Дэн казался одним из тридцати трёх богатырей, только вышедших из моря. С тёмных волос капала вода из той самой кружки, в синеве глаз терялся призрачный отблеск.
– Привет, – он всё ещё держал её руку.
– П-привет…
Крис продолжала смеяться и выпроваживать Дэна. Наконец он ушёл, оставив после себя лёгкий запах попкорна. С солёной карамелью.
– Ты только не трепись, ок? – Крис прыгнула обратно в кровать и зашуршала бумагой. – Хочешь?
Лена прищурилась и разглядела пакетик с попкорном.
Так это не сам Дэн так пах… от этого, стала немножечко грустно.
Она задумчиво вытащила слипшуюся горсть, захрустела.
– А как же правило «мальчиков не водить»?
– Да ты чего? Я ж те сказала, забей, – Крис похлопала по кровати. Лена неохотно опустилась. – Наша комната – делаем, что хотим. Бери ещё.
Крис долго рассказывала про Дэна. Как он нравился ей в прошлом году, но всё останавливалось на гляделках и лёгком флирте из-за его тогдашней девчонки. И как в этом году он снова стал холостым, а потом опять потерял свободу. Теперь уже с Крис. Крисдэн – так она называла их пару в стиле Бранджелины и Беннифер.
– Ну как он тебе, а? Хорош же! Ну скажи, ведь офигенный!
Тори вернулась в кровать.
– Проперделась? – Крис загоготала и опять набросилась на Лену с расспросами.
– Ну да… ничего…
– Ничего?! Да он просто бог! – она схватила её за плечи и затрясла.
Лена не сопротивлялась.
– Хорошо. Бог. Как скажешь.
Этот бог никак не хотел покидать Ленины мысли. Крис давно успокоилась и посапывала в позе звезды. Лена ворочалась и то пыталась уснуть, то таращилась на яркие звёзды.