- -
- 100%
- +
Посвящается себе.
Глава 1. Площадь Свободы
Люди. Много людей. Целые толпы шли в направлении центральной площади Харькова. Они уже были мертвы, просто еще не знали этого.
Стадо, управляемое умелым погонщиком. Все они прекрасно отдавали себе отчет о том, ЧТО может их тут ждать. И тем не менее, все новые и новые поклонники творчества Пророка, продолжали стекаться на площадь.
Тщеславие – мощная штука. Каждый из них хотел сказать:
«– А у меня, в отличие от вас трусливых уродов, хватило духу прийти сюда!»
– Что ж, вы все сможете так сказать! Правда цена за такую возможность, будет непомерно высока.
Ему не нужно было присутствовать здесь физически. Он мог бы нажать на «красную» кнопку из любой точки планеты. Но Он не смог устоять. ТРИ секунды. Всего три. Целых три! Все это делалось ради них. И была еще одна причина, почему Он был здесь.
Как и любой работающий на пределе своей мощности компьютер, мозг нужно было охлаждать. Эта функция была возложена на Зверя, а раз в ближайшее время им предстояло сесть на жесточайшую «диету», Зверя надо было хорошенько накормить.
Он уже не раз и не два продумал все до мельчайших деталей. План был безупречным. И теперь он мог наслаждаться творением рук своих, предвкушая предстоящее «веселье», и втягивая словно губка, страхи и ожидания тщательно отобранной им же толпы.
Все толпы управляются с помощью одних и тех же принципов. Его посетило прекрасное воспоминание: 14-й год, январь, Майдан. Первое осознанное убийство. Запах хорошенько прожаренного мяса, и крови, разлетающейся фонтаном под ударами дубинок.
Им отдали простой приказ: лишь имитировать противостояние. У их, так называемых, противников дела обстояли точно также. Так и протекал этот вяло текущий балет, а Он терпеливо ждал своего шанса внести капельку разнообразия в это безобразие. И дождался.
Строй беркутовцев развалился. Лишь на мгновение там образовалась щель, и Зверь, выверенным, никем не замеченным движением, запустил коктейль молотова прямо в цель.
ЗАПАХ!!! Горящей, живой, человеческой плоти! Убегая от взбешенных берктувцев, Он вдыхал его полной грудью, намереваясь навсегда оставить в своей памяти.
Рядом с ним, как по заказу, оказался его напарник, который еще 36 секунд назад был уверен, что это легкие деньги. 100 баксов в день – не так ужи мало, но не за это. Удар ребром ладони в кадык, для Зверя – пустяк, и падкий до денег, борец за права обиженных и обездоленных, рухнул на мостовую как подкошенный.
Осталось только уронить зажигалку рядом с ним, и наблюдать, спрятавшись за деревом, как озверелые от запахов вояки, кромсали беднягу.
Он насчитал 87 ударов дубинками, и 54 ногами. Череп был проломлен, глаза вытекли, как у принца Обериона *Игра престолов*. Он запечатлел этот образ. Этого хватило ему надолго. Теперь Он собирался создать новые воспоминания.
Пророк продолжал отдавать последние «указания» следователю Майорову, уже почти открыто над ним издеваясь. Он ему не мешал, лишь контролировал, чтобы болтовня не привлекла ничьего внимания. С учетом того, какая вокруг была эйфория, это была почти излишняя предосторожность.
Зверь пытался вырваться из «клетки». Контролировать его становилось все сложнее, но это было уже не важно. Очень скоро он насытиться, управлять им станет легко как щенком. Что было весьма кстати, ведь именно Зверь, был по сути клапаном, позволяющим в нужное время выпускать пар, и удерживающем всех в состоянии равновесия.
Остальные дремали, терпеливо ожидая своей очереди, когда их выпустят, погулять. Только Пророку и Зверю было дозволено наслаждаться зрелищем вместе с Ним. Им это было полезно, остальным нет.
Было пять минут до полуночи. Хоть Он и не анонсировал точное время, в этом Он был согласен с Пророком: не нужно было заставлять своих последователей долго ждать, тем более, что эффект сразу после речи пастора, действительно был бы максимальным.
Он достал телефон из кармана, ввел заветную комбинацию, оставалось лишь нажать «отправить».
Что чувствует человек, держа в руках заветную «красную» кнопку? Технически, Он уже давно не был человеком, по крайне в том смысле, который общество вкладывает в это слово. Но даже Он был вынужден признать, что именно сейчас, за очень долгий промежуток времени, чувствовал себя живым.
Опять же, технически, кнопка была не нужна, Он мог установить таймер на своих «птичек», и те, прилетели бы сами. Но, и Он отдавал себе в этом отчет, ВСЕ, что Он и остальные, делали за последние несколькие лет, сводилось именно к этому моменту, а не к тому, что последовало бы за ним. Даже не к самому моменту нажатия кнопки, а к тем нескольким мгновениям, что непосредственно предшествовали ее нажатию.
Вот оно!!! Он стоит посреди многотысячной толпы. В его руках детонатор. Одно касание, и 800-900 человек, по Его предварительным расчетам, умрут, еще 2-2,5 тысячи, получат травмы различной степени тяжести, шрамы от которых останутся до конца их жалких жизней, и всегда будут напоминать им, что произошло на площади Свободы в Харькове 15 октября 2017 года.
Пиздят все эти психологи утверждающие, что массовые убийцы ищут славы. Нихера! Три секунды, (хоть слава тоже важна) – вот ответ на вопрос, что движет массовым убийцей.
Он был словно Юлий Цезарь, решающий судьбу последнего оставшегося в живых гладиатора, на глазах у всего Колизея. Подобные чувства испытывал каждый, кому была дарована возможность решать: «казнить нельзя помиловать». И каждый, хотел бы снова это испытать. Те, кто утверждает обратное – пиздят!
Он нажал на кнопку. Чувство прошло. Тысячу раз был прав мистер Спок, произнося свои культовые: «Хотеть – намного приятнее, чем иметь». Он с горечью осознал, что в ближайшее время у него не будет возможности испытать ничего подобного. Что ж, зато ровно через 126 секунд, а именно столько нужно было его «птичкам» чтобы добраться до пункта назначения, у Него будет возможность испытать кое-что иное.
Он обвел взглядом толпу вокруг себя, где-то каждый 50-й из них, уже был мертв. 2 %, с одной стороны показатель не очень высокий, но с другой, вполне достаточно для его целей.
Момент был выбран идеально. Пастор завел толпу, на площади становилось шумно, отличное прикрытие для реактивных двигателей его «малюток».
Играться с ними было даже приятно. Он вспомнил погожий летний денек, AliExpress и в этот раз не подвел, но, их надо было проверить. Ну, у кого скажите, вызовет подозрения милый ботаник, выехавший, так сказать «в поле», проверить свои новые игрушки?
На шум реактивных двигателей, сбежались деревенские ребятишки. Он разрешил каждому из них, под Его чутким руководством разуметься, порулить этим чудом техники. Как же «светились» их глаза! Возможно, Ему удалось зародить мечту в ком-то из них. Может этим Он навсегда изменил их жизни. Кто знает!?
36 секунд. Наступал критический момент. Какова была вероятность того, что посылка не дойдет? Его малютки были полностью автономными. В них была заложена не такая уж и сложная программа, единственной целью которой было доставить их из пункта А в пункт Б. Система, которой так гордился киевский следак Панасовский, не в состоянии была их засечь, а тем более сбить с курса. Она просто не была для этого предназначена. С ее помощью можно было остановить вертолетик, управляемый с помощью радиосигнала или спутника, но не полностью автономный дрон.
Конечно же, всегда была вероятность технической поломки, или непосредственного физического воздействия, благо снайперов на соседних крышах хватало.
Но с технический точки зрения, Он сделал все идеально. Это не была лесть по отношению к самому себе, просто так и было. А благодаря следователю Майорову, пускай тот и сам об этом не знал, все высматривали мифического Человека паука, который должен был вскарабкаться по одной из стен, с грузом взрывчатки за спиной. Никто не смотрел выше уровня крыш.
15 секунд. В голове пронеслась мысль, что если он таки облажался с системой наведения, то один из дронов вполне может рвануть прямо у него над головой. Тогда даже Зверю мало не покажется. Но риск того стоил.
7 секунд. Даже сквозь гул толпы, невероятный слух Зверя, позволил Ему услышать, звук приближающихся реактивных двигателей. Именно так и должна звучать смерть. Все три были в строю. Каждый нес заряд, способный снести кирпичный дом вместе с фундаментом, и небольшой набор гаечек, в качестве приятного бонуса. Чистая взрывная волна, во всем ее великолепии.
Если Голливуд, показывает вам, как рядом с главным героем, неким Томом Крузом например, взрывается бомба, отбрасывает его на стену, а затем он подымается, и с видом мученика продолжает погоню за главным злодеем – не верьте в это. Это чистый пиздеж. Если бы в реальности, эффект от взрывной волны снарядов, был столь жалок, военные бы просто их не использовали. В действительности, такой взрыв превратил бы внутренности нашего храброго Тома Круза, в кашу.
Тоже самое, но в несколько больших масштабах, должно было через три секунды произойти на площади Свободы, и те, кто после этих взрывов смогут встать самостоятельно, будут счастливчиками.
Он уронил телефон. Присел, делая вид, что пытается, дотянуться до него. Он был окружен идеальным живым щитом, риск получить травму был сведен к минимуму. Никто на них не смотрел. Он обхватил голову руками, открыл рот, чтобы свести к минимуму нагрузку на барабанные перепонки. Первый дрон был уже над площадью.
Грохот от взрыва, произвел впечатление даже на Зверя. Допустить потерю контролю было неприемлемо. Зверя надо было успокоить.
Спокойно малыш. Ты же знаешь мы в безопасности. Еще два, и твой выход.
Зверь успокоился. В конце концов, давление на барабанные перепонки, было единственным физическим воздействием, которое он ощущал.
Два оставшихся дрона, взорвались в положенное им время, с погрешностью не больше метра, создав полное впечатление ковровой бомбардировки.
Зверь был словно сжатая пружина, готовый в любой момент вскочить на ноги. Вокруг него валялись тела, большинство шевелились, и пытались встать. Кровь и ошметки человеческих тел были повсюду. Наконец, большинству из тех, кто еще мог сделать это самостоятельно, удалось встать на ноги. Зверь аккуратно встал вместе с ними. Он ждал, терпеливо и с предвкушением момента, когда толпа придет в движение.
Большинство людей были в прострации, не понимая даже где они находятся. До некоторых постепенно начинало доходить, что с ними произошло. Они с опаской взирали на небо. Они ведь не знали кончилось это, или нет.
Некоторое время ничего не происходило. Зверь начинал терять терпение. Пусть он и стоял по щиколотку в крови, ему хотелось убивать самому. Толпе надо было задать вектор движения. Сделать это было не так уж и сложно.
Он ткнул пальцем, в один из сигнальных огоньков телевышки Госпрома. Через секунду в том же направлении взметнулись 10 пальцев, затем 100. У одного из снайперов не выдержали нервы. Он начал отстреливать все огоньки ни в чем не повинной телевышки.
Звуки выстрелов и боязнь рецидивов недавних взрывов, сделали свое дело. Толпа пришла в движение.
Против инстинкта самосохранения, особо не попрешь. А он просто кричал, более чем 40 тысячам обезумивших людей, что они должны убираться отсюда, чего бы им это не стоило. Кто то пытался успокоить толпу, но это было все равно, что пытаться остановить реку. Дамбу прорвало.
Люди ринулись подальше от вызывающей подсознательный страх телевышки, инстинктивно выбираю дорогу вниз, в сторону станции метро «Площадь Конституции», словно надеясь на помощь гравитации.
На ее помощь, рассчитывал и Зверь. Он находился в самом центре этого потока, увеличивая и так богатый «урожай». Аккуратная подножка, прямой правый в челюсть, удар под дых, люди падали, и уже не вставали.
Жаль что я не могу видеть, как их рожи вдавливают в брусчатку.
Против толпы не мог пойти даже Зверь. Но ему и так хватало, куда деть свою неуемную энергию.
Поток замедлил свою скорость, он напоролся на первое из трех препятствий, возведенных заботливыми местными властями. То, что по задумке, должно было всех спасти, в эту ночь сгубило не одну сотню жизней.
У первых рядов не было ни единого шанса, их вдавило в турникеты, словно поршнем автомобильного двигателя. Река препятствия, почти и не заметила. Самое страшное препятствие ждало впереди: внешний барьер турникетов, заграждающий непосредственный выезд на площадь Конституции. Тут уж местные власти расстарались вовсю. Они просто приказали поснимать часть турникетов со стадиона Металлист, и приварить их намертво к близстоящим домам.
Больше минуты понадобилось людскому потоку, чтобы преодолеть это последние препятствие. Словно под прессом людей вдавливало в эти импровизированные противотанковые ежи. Даже Зверю пришлось здесь постараться. Он равномерно распределял давление вокруг себя, перенаправляя его на соседних людей.
Наконец, турникеты рухнули, поток ринулся на открытое пространство, давление ушло. Многие люди этого так и не заметили. Они продолжали бежать дальше, пока не упали замертво.
Какое-то время бежал и Зверь. Просто бежать ему быстро надоело, вокруг уже нечем было «поживиться», Зверь пошел спать. На его место встал Артур Тедер, безобидный мальчик из Эстонии 28 лет, который ехал в Харьков за чем-то вроде начала новой жизни. Что ж, в каком-то смысле он получил что хотел.
Физическая подготовка Артура, оставляла желать лучшего. Дыхалка быстро сбилась, ноги заплелись, он споткнулся. Зверь хоть, и злой, оттого что его разбудили, сгруппировался, и смягчил падение, затем снова пошел спать. Результатом их ночных похождений были лишь многочисленные синяки особенно на лице. Но так и задумывалось. Теперь риск их разоблачения сводился почти к нулю.
Артур, не нашел в себе силы встать. Он так и сидел, пока его не подобрал один из патрулей, собирающий обломки этого грандиозного крушения.
Глава 2. «Возвращение» в Эстонию
– Сер, вы говорите по-русски?
Ответа нет.
– Do you speak English?
Молчание.
– Ты что не видишь он в прострации! Вколи ему успокоительное.
– По моему, он и так крайне…
– Твою мать, Света! Кто из нас интерн, а кто общий хирург!? У него ступор, успокоительное позволит ему хоть на вопросы отвечать! И у нас таких же паралитиков полный стадион! Так что шевелись!
Всех пострадавших от взрывов на площади Свободы, кроме тех, кто нуждался в хирургическом вмешательстве, свозили на стадион Металлист. Здесь был создан чрезвычайный штаб, по борьбе с последствиями событий в центре Харькова, и того что за ними последовало.
Интерн Света сдалась и вколола парню стандартную дозу успокоительного. Через 15 минут оно подействовало, и Артур начал снова воспринимать окружающие его объекты. Он сидел на зеленой траве, вокруг него было множество людей, большинство как и он, пялилсь в одну точку. Трава была приятная на ощупь. Ему захотелось растянуться на ней, и представить что он, где-то очень далеко отсюда, жаль свободное вокруг него пространство не позволяло это сделать.
– Сер, вы говорите по-русски?
Значение слов доходило до него с трудом, но он уже начал осознавать, что на эти вопросы надо бы желательно отвечать.
– Когда ему вкололи успокоительное?
– 15 минут назад.
– Должно было уже подействовать.
– Где я?
– Сер, вы на стадионе Металлист в Харькове.
– О боже! – воспоминания нахлынули на него потоком. Вот он стоит на площади, слушает пастора. Затем вспышка, затем еще одна, еще. Он лежит, пытается встать, части тел вокруг, чья-то рука, из нее торчит кость…
Извини Артур, никто не говорил, что будет легко.
…лица людей, в крови. Артур разрыдался, его затрясло.
– Вколоть еще успокоительного?
– Нет! Экономь, пока не подвезли еще. К тому же это явный прогресс! Подойди к нему еще минут через 5!
Постепенно, Артура начало попускать. Слезы закончились, трясучка прекратилась. Он начал постепенно вспоминать, как попал сюда, сумасшедший бег от площади куда то вниз, толпа, затем снова, бег, бордюр, поездка в полицейской тачке, стадион. Было много белых пятен. Но Артуру совсем не хотелось их вспоминать.
– Сер вы меня понимаете? – на него смотрела какая-то девушка.
– Да.
– Слава богу! Скажите, пожалуйста, ваше имя.
– Артур.
– Фамилия?
– Тедер.
– Откуда вы приехали в Харьков?
– Таллин, Эстония.
Интерн занесла информацию в свой журнал. Прицепила на Артура бейджик. Так делали со всеми, кто хоть частично приходил в себя. Чтобы потом не нужно было по 10 раз задавать одни и те же вопросы.
– С кем из ваших родных я могу связаться?
– Наверное, лучше всего с отцом. Андрес Тедер. Я ему сейчас позвоню.
– Вы не сможете. Линии перегружены. Продиктуйте мне его номер, и я сама ему позвоню.
Картинка расплывалась, Артур с трудом нашел номер отца, и протянул свой телефон девушке. Чтобы с вами не случилось, но мобильный телефон – это последнее, что вы потеряете.
– Сер, подождите еще минут 5, пожалуйста. Я свяжусь с вашими родными, и сразу к вам вернусь.
– Хорошо.
Она оставила заявку на звонок в Эстонию. Приходилось ждать, чтобы тебе выделили линию. Интерн пошла опрашивать остальных своих пациентов. Артур на фоне остальных был почти подарком. Из других даже имя невозможно было вытащить. Наконец ей сказали, что линия готова.
***
Если вам звонят посреди ночи, новости вряд ли будут хорошими. Андрес Тедер подумал о неприятностях на работе, и очень удивился, когда понял, что звонят ему из другой страны.
– Алло!
– Андрес Тедер?
– Да! Девушка вы знаете, который час!?
– Сер это ОЧЕНЬ важно, и касается вашего сына.
– Артур!? Что с ним?
– Сер, с Артуром все в порядке, он находиться недалеко от меня, но пока не может с вами разговаривать. Вам нужно как можно скорее приехать в город Харьков, Украина.
– Зачем!? Скажите уже, наконец, что с ним произошло!?
– В Харькове произошел теракт.
– Боже! Но с Артуром то все в порядке?
– Да.
– А что он делал в Харькове?
– Сер, вам нужно как можно скорее приехать в посольство Украины в Таллине. Там ответят на все ваши вопросы, и дадут подробные инструкции как вы сможете в кратчайшие сроки увидится с вашим сыном.
– Но…
– Не пытайтесь добраться до Украины самостоятельно! Только через посольство!
– Ясно.
– Всего вам доброго сер, и простите за беспокойство.
– Да чего уж там, – их рассоединили. Андрес подумал, что это розыгрыш. Но затем понял, что такими вещами не шутят. Растолкал жену.
– Лариса вставай! И быстро собирайся! Мы едем в посольство Украины.
– Ты что сдурел! Три часа ночи, какая нахрен Украина!?
– С Артуром все в порядке но…
– При чем тут Артур и блядская…, – она вскочила с кровати. – Что произошло?
– Артур жив, серьезных травм не получил, но в Харькове произошел теракт. Сейчас с ним занимаются сотрудники центра чрезвычайных ситуаций.
– Но…
– Бога ради! Я знаю не больше тебя.
– Если там правда произошел теракт, можно…
– НЕТ! Я запрещаю тебе даже прикасаться к телефону, пока мы не попадем в посольство! Одевайся!
***
Интерн Света отдала телефон технику. На стадионе творился настоящий дурдом, но она не жаловалась. В конце концов, ей досталась, далеко не самая худшая работа. Звонить родственникам и сообщать им, что с их родными, по крайне мере относительно все в порядке, было куда лучше, чем сообщать, например, что вашей дочке пробила череп двухмиллиметровая гайка, и скорее всего, она до конца жизни останется овощем.
Теперь Артур. Она отволокла его в одну из импровизированных палат, наскоро состроенных в подтрибунных помещениях стадиона, где такие же как он, пришедшие в себя достаточно, чтобы дать контакты своих родственников, ожидали пока их заберут.
Артур не сопротивлялся, старался, как мог, выполнять все, что ему говорили. Позволил уложить себя на подобие кровати и вколоть очередную дозу успокоительного. Почти сразу он заснул. Слава богу, без снов.
Сколько он проспал, Артур не имел ни малейшего понятия, но когда он открыл глаза, его родители были уже рядом с ним. Артур поймал в себе странное ощущение, что словно сканирует их лица в поисках…, чего он так и не понял. Чувство очень быстро прошло.
– Сынок! – мать сгребла его в объятиях, немного не рассчитав силы.
– Мам, больно!
– Что с тобой!? Не молчи! Я сейчас же позову врача!
– Да не надо! – в доказательство Артур начал имитировать бурное движение в его койке. – Все кости целы, просто чувствую себя будто меня грузовик переехал.
– Итак он очнулся. – В палату вошел врач.
– Что с ним!? У него лицо, как будто его избили ногами, – мать Артура была в шоке, и дикой радости, от того, что ее сын, в отличие от очень многих, остался жив. Она не обращала, внимания на мелкие детали и несоответствия, в строении тела и лица ее «сына», на которые обязательно обратила бы внимание будь они в более спокойной ситуации.
Пройдет совсем немного времени, и они перестанут для нее существовать.
– Лариса, дай доктору его осмотреть, – это отец Артура догадался позвать врача. Внешне он переживал эту ситуацию гораздо спокойнее жены, но Он знал, что внутри у него целый ураган чувств, и ему так же не до того чтобы придираться к мелким деталям.
Их «сын» был жив, а судя по лицам, они уже успели почитать новости.
Доктор провел стандартные процедуры, постучал по коленке, посветил фонариком в глаза, зачем-то пересчитал ему все зубы, по крайне мере Артуру так показалось.
– Что ж, – начал врач. – Физически с ним все в порядке.
– Как вы можете быть в этом уверены?! – снова вспылила мать Артура. – Ему нужно сделать МРТ!
– Согласен, – ответил доктор. – Но сейчас, в Харькове, сделать это не представляется возможным.
– То есть как?! Я на вас жалобу подам!
– Лариса! – остудил свою жену Андрес. – Сейчас тысячи людей, нуждаются в помощи гораздо больше нашего сына!
– Да. Извините, – она вспомнила, зачем собственно их разбудили посреди ночи.
– Я уже разговаривал с представителем посольства Эстонии в Украине, – продолжил успокаивать жену Андрес. Что в данном случае нужно было говорить сыну, он не имел ни малейшего представления. И в глубине души надеялся, что когда они вернуться в Эстонию, его сыном будут в основном заниматься специалисты. – Наш рейс запланирован уже через несколько часов. В Таллине Артур получит всю необходимую помощь. Так, что нам уже нужно выдвигаться в Аэропорт.
– А мои вещи?
– Может я смогу из забрать, просто скажи мне…
– Андрес не мели ерунды, ты же не собираешься шляться по незнакомому городу ради…, – Лариса решила не продолжать.
– Ваша жена права, – сказал врач. – Просто сообщите представителю посольства название гостиницы, где остановился ваш сын, и они этим займутся. А сейчас вам действительно нужно ехать в аэропорт.
– Сынок ты можешь идти?
– Да, мам.
– И помните, – шепнул врач, отцу Артура, когда они уже начали выдвигаться к выходу со стадиона. – Ни в коем случае не оставляйте его одного.
***
Для всех потянулись скучные будни. Одному Зверю было хорошо, этих воспоминаний ему должно было хватить минимум на полгода. Если он и начинал брыкаться, достаточно было прокрутить несколько из них. Особенно Зверь любил, звуки ломающихся под натиском толпы костей.
Для остальных, такие воспоминания не годились. За руль их не пускали, а развлечения были, мягко говоря, скудными. Постоянные обследования, прохождения одних и тех же тупых тестов, доставучие психоаналитики, мнящие себя не пойми кем.
Зато проблем с «родными» не возникало. Даже если у Ларисы и Андреса Тедера и возникали подсознательные сомнения, что с их сыном, что-то не так, Артур развеял их, плаксиво пересказав несколько счастливых историй их совместных поездок в Юрмалу. Эти воспоминания, как и многое другое, были любезно предоставлены им настоящим Артуром Тедером.
Особенно получилась история про то, как они полдня искали его любимое мороженное.
– Мама, папа, если бы не вы…, – и т.д., и т.п. Все разрыдались. Кажется, их горячо любимый сын возвращался к норме. Семья воссоединялась.
Пять раз с ним беседовали следователи, в присутствии его психоаналитика разуметься.
Кстати, зачетная телка.
По сравнению с ними следователь Майоров, казался просто гением. С использованием доморосченных схем, они пытались выяснить с точностью до метра и секунды, где он был, куда бежал, что слышал. Над ними можно было хоть поиздеваться, между собой разуметься.
Это, если не считать сисек их любимой психиаторши, было чуть ли не единственное их развлечение в течении долгих месяцев. Поскольку Надя, так звали их психоаналитика, была сейчас единственной нормальной телкой, в их окружении, все просто умоляли Его трахнуть ее.