Старый новый кот

Любое использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.

© Малинкина Е.2026

© ООО «Издательство АСТ», 2026

Души людей связаны невидимыми нитями. Нити переплетаются, сходятся и расходятся, тянутся параллельно друг другу, снова сближаются и сплетаются в узлы, которые невозможно распутать, не разорвав их зубами. Нити – пути. Бесконечная паутина судеб, переплетений, точек пересечения. Потяни за нить, и ты узнаешь, что всё это когда-то было.

19 июля 1996 года, пятница, Санкт-Петербург

Несколько дней подряд шёл дождь. Июль выдался холодным и мрачным. Ехать на дачу не хотелось, но Марина обещала сыну и маме, они ждали совместных выходных и возможности хотя бы на пару дней выбраться из тесной квартиры.

Марина была рада, что их подбросят до дачи и не придётся тащиться с сумками в электричке. Данька, небось, насобирал кучу игрушек, приготовился к поездке.

Марина улыбнулась. Сын всегда вёз на дачу целый арсенал игрушек: меч, пистолеты, автомат, который работал от батареек и как-то ночью ни с того ни с сего начал «стрелять», испугав Марину с мамой. Даньку же из пушки не разбудишь.

Разговаривать не хотелось. Она уставала на работе от бесконечного общения. Хотелось тишины. Она была благодарна за то, что к ней не лезли с разговорами и за молчащее радио. Каждый был погружён в свои мысли.

Проехали перекрёсток, и автомобиль, вопреки ожиданиям, не свернул к дому, а продолжил движение по прямой.

– Мы пропустили поворот!

Неожиданно Марина почувствовала укол в ногу и удивилась.

– Оса в машине?

Голова закружилась и последнее, что она услышала, теряя сознание:

– Быстрее!

07 декабря 2019 года, суббота, Санкт-Петербург, улица Беринга, Васильевский остров

– Мам, ты спишь?

Даша не ответила, сделав вид, что заснула. Тим поднялся на локте и потрогал её за нос. Даша с трудом скрыла улыбку.

– Не буди мать, – буркнул кот Василий, и Тим послушно лёг на подушку.

Кот перевалился на другой бок и положил лапу мальчику на лоб. Тим затих и через некоторое время Даша услышала ровное дыхание спящего сына. Стараясь не шуметь, она осторожно спустила ноги с кровати, нащупала тапочки и на цыпочках вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь. Спустя пару секунд кот тенью последовал за ней. Даша включила чайник и остановилась у окна.

– Снег.

Василий запрыгнул на подоконник и подтолкнул лбом её руку, предлагая почесать за ухом.

– Стучат. Слышишь? Кого-то принесло, – проворчал кот.

– Вику, конечно. Кто может знать, что Тим спит и поэтому нужно стучать?

Вика жила по соседству. Они сдружились, когда Даша перебралась в квартиру побольше из центра Васильевского острова ближе к станции метро «Приморская».

У Вики был свой весьма прибыльный бизнес: импровизированный салон красоты, под который она отвела целую комнату в их с мамой трёхкомнатной квартире. Вика в совершенстве постигла тайны декоративной косметики. Она лучше всякого художника владела кисточками и карандашами. Также, при необходимости, стригла, красила и могла соорудить невероятную свадебную причёску. К ней записывались невесты, которым она делала «лук под ключ», так она сама называла наведение красоты перед походом в ЗАГС. Ремесло процветало, а работа Вики вызывала восторг и восхищение у клиенток.

Однако, чтобы посещать салон Вики, нужно было обладать крепкими нервами и хорошим чувством юмора. И дело не в её мастерстве, а в способности говорить людям правду в глаза. Если Вике казалось, что кто-то поступает неправильно, она не стеснялась высказывать своё мнение прямо в лицо. От желания немедленно восстановить справедливость и правду, она мгновенно закипала и взрывалась. Вокруг образовывалось торнадо, всё закручивалось, неслось, падало и переворачивалось с ног на голову. Такие вспышки длились недолго, но, как правило, оставляли яркие воспоминания.

К примеру, как у той девушки, которая, пока Вика колдовала над её причёской, призналась, что спит с женихом своей сестры. Невеста, о которой шла речь, к тому времени уже ушла, довольная своим «луком», а тут её сестра внезапно разоткровенничалась. Пришлось бедолаге удирать без причёски, хорошо волосы на голове остались. Вика как-то через год встретила её в универсаме, та поспешила спрятаться за овощами. Узнала, в общем.

Своим характером и красивым профилем Вика была обязана отцу-армянину, с которым у её мамы тридцать пять лет назад случился короткий курортный роман, подаривший миру жгучую черноглазую красотку Вику. Отец души не чаял в дочери. Несмотря на то, что в Сочи у него была другая семья, он дважды в год садился в старый ржавый фургон и приезжал в гости с горой провианта, полагая, что жители севера отчаянно страдают от отсутствия витаминов и калорийной пищи.

Вика, одетая в розовую пижаму, вошла в квартиру, держа в одной руке телефон, а в другой – кружку с кофе. Она сразу направилась на кухню.

– Дашка, у меня суперновость! Потрясающее предложение! Только ты должна обещать, что согласишься, не раздумывая.

Вика села спиной к окну и поставила кружку на стол.

– Ты же за любой кипиш?

Даша налила себе чай.

– Наш завуч в таких случаях говорил: «А если Боброва тебя попросит из окна выпрыгнуть?»

– У нас с тобой был один завуч?

– Тогда уж и одна Боброва.

– Что за Боброва? – поинтересовалась Вика.

– Да, была у нас заводила, то организует экспедицию, чтобы увидеть северное сияние, и тогда половина класса вместо того, чтобы вернуться домой, едет на электричке на Северный полюс, то собаку математички спасает от хозяйки, потому что математичка обмолвилась, что на задачах повышенной сложности собаку съела. В общем, с Бобровой было страшно, но интересно. У вас так же?

– Один в один. Только в нашем классе Бобровой была я. – Вика хмыкнула, вспомнив о каких-то школьных проделках. – Короче, в шоу «Семья с первого взгляда» …

– О, я так надеялась, что оно уже закончилось.

– Если бы ты видела нового красавчика-ведущего, то не язвила бы.

– Вика, не ты ли мне вчера говорила, что тебя больше не интересуют красавчики?

– Я передумала.

Вика постоянно находилась в поиске идеального мужчины. Романы заводила мгновенно, ухажёры не переводились, но все как один сбегали, услышав какое-нибудь очередное справедливое замечание или правду, которую им «обязательно нужно знать».

Вика никогда не была замужем, даже за отцом своей дочери, хотя он был одним из немногих, кто стойко выносил её характер. По словам Вики, Иван был не лучшим примером и большим её просчётом. Василий, который неоднократно слышал эти слова, всегда говорил, что достойные примеры можно найти только в учебнике по математике.

– Тебе тоже пора развеяться и завести какой-нибудь роман. Нельзя же вечно сохнуть по неизвестно кому.

– О ком ты?

– Как о ком? Об отце Тимофея, конечно. Сама говоришь, что всё в прошлом, а мне даже имени его так и не назвала.

– У меня есть причины о нём не говорить.

– Ну вот опять. Ты слышала, что твой Тим моей Мане сказал? Что его папа четвёртый богатырь из «Сказки о мёртвой царевне». И когда у него будет волшебная палочка, он наколдует, чтобы папа-богатырь вернулся домой. Как тебе?

– Я знаю, ему понравилась картинка в книжке. Он часто говорит о волшебной палочке, – Даша нахмурилась.

– Он ведь никогда не видел своего отца? – спросила Вика.

– Видел. У Тима есть его старая фотография, – ответила Даша.

На самом деле на этой фотографии отца Тима было почти не узнать. Даша специально выбрала такой снимок в интернете на всякий случай, потому что оставлять сына без изображения папы она считала несправедливым по отношению к ним обоим.

– Ух ты! Покажи!

– Не могу.

– Я сама тогда у Тима попрошу.

– Он не покажет. Знает, что это секрет. Потому что папа не только богатырь, но и секретный агент.

– Да ладно? Правда, что ли?

Даша приподняла бровь.

– А, поняла, это легенда такая. Ну-ну. И всё-таки, мне ужасно любопытно, что это за богатырь такой, которого ты забыть не можешь.

– Вика, я его стараюсь забыть, почти забыла. Но меня мучает совесть, ведь я так и не рассказала ему, что у него есть сын.

– Он живёт на другой планете?

– Нет, всего лишь на другой ветке метро.

Даша никому не рассказывала об отце Тима, даже своим родителям. Она хранила в тайне, какой мужчина вскружил ей голову и оставил, даже не узнав, что она носит его ребёнка. Отец Тима должен был узнать о сыне только от неё самой или не узнать вовсе.

В свидетельстве о рождении сын был записан как Тимофей Андреевич Оленев – отчество и фамилия по отцу Даши. В январе Тиму исполнится четыре года, а отец так и не знает о его существовании. И не Дашина в том вина.

Как-то раз её шеф, Егор Андреевич, начал расспрашивать об отце Тима. Даша пыталась сменить тему разговора, но Егор Андреевич знал о её непродолжительных отношениях с Кириллом и задавал неудобные вопросы. Чтобы убедить его, что Кирилл не имеет отношения к Тиму, Даше даже пришлось придумать историю о недолгом романе с другим мужчиной. Ей не хотелось впускать в свою личную жизнь посторонних.

Она расскажет ему сама. Только сама.

После рождения сына в жизни Даши всё изменилось. Работа, окружение и место жительства – всё стало другим. Но самое главное, у неё изменились приоритеты. Теперь она всё делала с оглядкой на Тима. По этой же причине она не заводила новых романов: боялась, что эти отношения могут навредить её сыну.

Конечно, её приглашали на свидания. Она была обаятельной: с лучистыми зелёными глазами, задорными ямочками на щеках, стройная и длинноногая – всегда привлекала внимание мужчин. Однако до серьёзных отношений дело не доходило, и ей хотелось верить, что её чувства к отцу Тима были здесь ни при чём.

Четыре года назад она без памяти влюбилась в Кирилла и думала, что её чувства к нему – это навсегда. Она была уверена, что только с ним хочет идти по жизни рука об руку. Но где он? Глупая ошибка, недопонимание, и он исчез, заподозрив Дашу в измене[1].

Он уехал за границу. Он так легко от неё отказался.

Когда Даша узнала о своей беременности, это придало ей сил, чтобы переступить через свою гордость, найти его и рассказать правду. Она искала возможность встретиться и поговорить с ним, передавала свою просьбу через общих знакомых, но не называла причину, по которой хотела встретиться. Однако его телефон был вне зоны доступа, общие знакомые, словно сговорившись, не признавались, что знают, где Кирилл. Возможно, они и на самом деле не знали.

Кирилл продал дом, квартиру и уехал. Бизнесом в России заправляли доверенные лица, а он начал новый проект где-то за рубежом.

17 июля 2018 года, вторник, Санкт-Петербург, набережная канала Грибоедова

Даша узнала о возвращении Кирилла из-за границы совершенно случайно. Её внимание привлекла фотография на обложке журнала, а вскоре после этого в новостях заговорили о новых проектах с его участием.

Даша уже давно перестала искать информацию о нём в интернете, потому что всё, что она находила, было сплетнями и домыслами, а его фотографии вызывали у неё только тоску и боль. После пары месяцев бесплодных поисков она решила отпустить ситуацию и позволить времени всё уладить.

Даша понимала, если Кирилл вернулся и не нашёл её, значит он не хочет встречи. Но она решила сделать ещё одну попытку рассказать о сыне.

С трудом раздобыв новый адрес, она отправилась туда. Даша сама не хотела себе в этом признаться, но где-то в глубине души ещё жила надежда на возможное возобновление отношений.

Они с Тимом только вернулись из поездки на море. Сыну было два с половиной года. Он научился плавать в нарукавниках и очень этим гордился. После затяжных дождей в Питер пришло долгожданное жаркое лето.

– Мы волшебники и привезли с собой хорошую погоду, – говорила Даша Тиму, и он радовался.

Загар Даши приобрёл золотисто-персиковый оттенок. В жару она предпочитала обходиться минимумом косметики, но для встречи с Кириллом подкрасила глаза и губы. Надев легкое голубое платье, Даша улыбнулась своему отражению. Несколько тонких браслетов на её запястье весело звякнули, когда она подняла руку, чтобы поправить волосы. Даша светилась от радости и предвкушения судьбоносной встречи.

Кирилл переехал в дом на набережной канала Грибоедова. Его квартира занимала половину второго этажа. Чтобы попасть внутрь, нужно было позвонить консьержу. Этот человек, словно цепной пёс, охранял покой жильцов и отказался впустить Дашу, так как хозяева не предупредили его о её визите. Однако ей всё же удалось проскользнуть внутрь, пока консьерж отвлёкся на разговор с доставщиком еды.

Дверь открыла девушка модельной внешности, облачённая в свободную кружевную блузку и джинсовые шорты. Её рыжие с золотом волосы были заплетены в длинную толстую косу, спускавшуюся ниже пояса. Треугольное лицо «сердечком», аккуратный чуть вздёрнутый нос и миндалевидные глаза какого-то невозможного синего цвета делали их обладательницу нереальной красавицей.

Даша невольно залюбовалась и даже поздоровалась не сразу, а спустя пару секунд. Красавица, проигнорировав приветствие, с чуть заметной усмешкой уставилась на неё. Даше показалось, что её появление здесь не стало неожиданностью. Она уловила знакомый, еле ощутимый древесный запах парфюма, которым пользовался Кирилл. Даше так хотелось увидеть Кирилла, что она не могла понять, на самом деле она чувствует аромат парфюма или это игра воображения.

Девушка молча разглядывала Дашину фигуру, ведя взглядом почему-то снизу вверх: от длинных загорелых ног в босоножках на узких ремешках к лёгкому голубому платью, невесомым браслетам на тонких запястьях, и, наконец, к лицу Даши, загорелому румянцу, острому носу и встревоженным светло-зелёным глазам в ореоле вьющихся светло-каштановых волос. Под её взглядом Даше сделалось неуютно.

Красавица, просканировав её глазами, едва заметно кивнула – то ли своим мыслям, то ли решила-таки поздороваться в ответ. Даша набралась смелости.

– Меня зовут Даша Оленева. Я знакомая Кирилла. Он дома? Я могу с ним поговорить? – голос дрогнул.

В потемневшем взгляде синих глаз полыхнуло пламя, и Даше показалось, что та сейчас испепелит её.

– Зачем вы сюда пришли? Вас приглашали?

Она говорила мягко, слегка растягивая шипящие звуки, но в её вкрадчивом тоне Даше послышалось что-то зловещее, как шипение змеи или разъярённой кошки. Она не нашлась, что ответить.

– Он вас приглашал?

Даша покачала головой. Она не могла произнести ни слова, словно кто-то на мгновение отключил её способность говорить. Сердце бешено колотилось от какого-то непонятного, неосознанного страха, предчувствия чего-то тяжелого и непоправимого.

Тем не менее, красавица продолжала атаковать.

– Вы напрасно думаете, что если будете бегать за Кириллом, он на вас обратит внимание.

– Я… я … не бегаю. То есть раньше я пыталась его найти, но потом он уехал …

– Какая наглость! Забудьте сюда дорогу, не смейте здесь больше появляться!

– Но почему? Я хочу с ним поговорить, я всё объясню.

– Вы так и не поняли?! Имейте хоть каплю гордости! В жизни Кирилла есть только одна женщина – это я. Мы любим друг друга. Вам понятно? – с этими словами красавица шагнула вперёд, словно намереваясь столкнуть незваную гостью с лестницы.

Даша отшатнулась.

– Любите? Но Кирилл …

– Забудьте сюда дорогу!

Дверь захлопнулась. Даша в растерянности спустилась по лестнице, не замечая ничего вокруг, вышла на улицу и села в машину. Некоторое время она сидела, уставившись в одну точку. В горле стоял комок, не дающий возможности дышать. В машине и без того было душно. Дрожащей рукой она включила зажигание. Заработал кондиционер. По радио заиграла мелодия, мужской голос пел: «Как исцелить пугливость женских рук, ждущих не встреч – только разлук?»

Даша, словно очнувшись, нажала на газ. Выезжая, она увидела, как на её месте припарковалась другая машина. Ей показалось, будто за рулём сидел Кирилл, но это уже не имело значения.

«Больше никогда, никогда …» – повторяла она.

07 декабря 2019 года, суббота, Санкт-Петербург, улица Беринга, Васильевский остров

От промелькнувшей перед глазами картины защекотало в носу. Даша отвернулась, делая вид, будто что-то попало в глаз.

– Никогда не говори «никогда», – мяукнул кот.

– Ты Василия своего кормила? Так жалобно мяукает.

– Кормила, раз десять.

– Врёт, – Вася спрыгнул с подоконника и, гордо подняв хвост, подошёл к миске с едой.

Вика отхлебнула кофе и поморщилась.

– Остыл.

– Давай сварю. Этот можешь вылить.

Даша поставила турку на огонь и насыпала коту корм из цветного пакета. Вика подошла к раковине, выплеснула из чашки холодный кофе.

– Даш, давай начистоту. Дом – работа, дом – работа. Никакой личной жизни. Хотя с такой работой, как у тебя… Следить за чужими отношениями.

– Вот-вот. Чужая личная жизнь.

– Я ни на что не намекаю, но тебе всего лишь тридцать два, а ты решила похоронить себя с котом.

– Позвольте не позволить, о похоронах мы не договаривались, – послышалось из-под стола.

Вика протянула руку и погладила кота.

В тёмном небе кто-то запустил фейерверк. Всполохи освещали детскую площадку перед домом. Даша с задумчивым видом смотрела в окно и не уследила за туркой. Пенка кофе поползла вверх, и коричневая лужа залила плиту.

– Мой кофе!

– Замечталась…

Даша выключила конфорку и собрала губкой сбежавший кофе.

– Новый сварить? Тут мало осталось.

– Нет, давай этот. Хватит кофе переводить. Рассказывай, о чём или о ком ты замечталась? Что-то случилось? Меня не проведёшь.

– Хочу уволиться.

– Оп-па! Перемены? Как по мне, давно пора. Ты таки решилась?

– Надоело. Неинтересно заниматься одним и тем же. Неверные мужья и жёны. Все измены как под копирку. У половины клиентов просто крыша поехала от ревности на пустом месте, а там, где подозрения небеспочвенны – там мерзко.

– Так скажи своему Клещу. Пусть даст тебе заниматься чем-то поинтересней.

– Бесполезно! Я уже говорила. Слушать ничего не хочет. Я же не профессиональный сыщик. Всё, что он мне разрешает, это наводить справки и мониторить соцсети, а иногда вести скрытое наблюдение из машины. Издалека. Даже не преследование, а просто дежурство рядом с домом. Безопасно и скучно. В общем, теперь, когда Тим ходит в садик, пора подыскать другую работу. В понедельник поеду к Егору Андреевичу в офис. Или он разрешает мне участвовать в достойном расследовании, или я увольняюсь.

– Ну ты даёшь, подруга. Пойдёшь на шантаж?

– Да уж какой там шантаж? Просто хочется чего-то настоящего, а не этого всего…

Кот потёрся носом о ножку стола:

– Давненько в нас никто не стрелял.

– А ты, вообще, помолчи, – сказала Даша коту и обратилась к подруге: – Ладно, давай давай не будем о работе. Что ты опять придумала, рассказывай.

– Только чур не отказывайся сразу.

– Хорошо, откажусь не сразу, – засмеялась Даша.

Вика в шутку погрозила ей кулаком.

– В шоу «Семья с первого взгляда» набирают участников для нескольких питерских выпусков.

Вика выставила вперёд руку предупреждая Дашин комментарий.

– Туда попасть сверхсложно, почти невозможно.

– И?

– Не надо вот этого скептического «и». Ты, вероятно, думаешь, что это снова какая-то афера и я буду просить тебя устроить меня на шоу через связи твоего всемогущего шефа?

– Думаю.

– Не буду!

– Уже интересно.

– Вот именно! Очень интересно! Туда попадают избранные. Всё-таки женихи и невесты часто – это реальные звёзды.

Даша не смогла сдержать улыбки. Вику с недавних пор манила звёздная жизнь, она знакомилась с актёрами, пробиралась на звёздные тусовки и не упускала случая познакомиться с селебрити. Когда-то Иван, отец её дочери Мани, казался Вике идеальным молодым человеком. Он был изобретателем, работал над проектом и писал диссертацию. Однако, когда пелена влюблённости спала, Иван превратился в горе-изобретателя, Вика критиковала каждую его новую придумку и предпочла воспитывать дочь в одиночку. Больше никаких изобретателей!

– Представляешь? Приходим, а все так и падают от нашей красоты. У них вечно на шоу какие-то странные девицы. То ума, то красоты не хватает. А тут удачное совпадение! Всё при нас. Но, Дашка, самое главное, там можно познакомиться со звездой! Понимаешь, к чему я веду?

– К чему?

– К достойному мужу для тебя и для меня.

– Не путай холодное с зелёным. На таких шоу вряд ли кто-то находит себе пару. Скорее всего участники идут туда на людей посмотреть и себя показать.

– Возражения не принимаются. Завтра съёмки. Я через знакомого нашла выход на администратора шоу, мы в списке. Ты же не занята в воскресенье?

– Лучше бы она тебя в цирк пригласила, давно не смеялись, – подал голос кот.

– В воскресенье исключено!

– Почему?

– Потому что я давно обещала Тиму пойти с ним в железнодорожный музей. Он ждёт. Если ты собираешься на съёмки, я могу и Маню с собой захватить. Тим будет рад, он мне все уши прожужжал, Маня обещала научить его какому-то фокусу.

Дочке Вики Мане недавно исполнилось семь, она училась в первом классе и для Тима была непререкаемым авторитетом.

– Так и быть, пойду одна и выйду замуж за актёра, а ты будешь локти кусать.

– Прекрасный план!

– Эх, Дашка, видела бы ты, какие там холостяки участвуют! Ведущий такой лапочка! Почти что Серкан Болат!

– Звучит так себе, – отозвался кот.

– Подруга, берегись, достойный звёздный муж – это оксюморон!

– Будь здорова, – отреагировал Вася.

Вика лишь отмахнулась. Она уже наметила цель и сворачивать не собиралась.

09 декабря 2019 года, понедельник, Малодетскосельский проспект

Даша сидела в мягком кресле напротив бесконечно огромного стола шефа. Егор Андреевич перебирал увесистые папки в шкафу, стоя к ней спиной.

С тех пор как Даша ушла из журнала «333 кв. м.» и начала работать в детективном агентстве у Егора Андреевича Клеща[2], прошло более трёх лет. Поначалу она радовалась тому, что в её обязанности входит выполнение довольно простых заданий, например, мониторить соцсети, и у неё есть время на сына. Она могла работать, пока гуляет с коляской или помешивает кашу. По правде сказать, каша обычно не терпела конкуренции и пригорала. Всё же это было роскошью – четыре часа работы из дома за неплохие деньги. Пока сын был совсем крохотным, эта работа её спасала. Тим подрос, Даша стала оставлять его с няней или отдавать на пару дней родителям, а с сентября Тим пошёл в детский сад.

Рабочие задачи Даши стали сложнее. Она участвовала в переговорах, собирала документы и даже вела наблюдение, но ей больше не хотелось этим заниматься. Может быть, снова уйти в журналистику?

Егор Андреевич опустился в кресло напротив Даши. На его гладком литом лице не было ни одной мимической морщинки, все эмоции он держал под контролем: заранее предположить, о чём шеф хочет поговорить, было просто невозможно.

Что бы ни случилось, Егор Андреевич Клещ на всё реагировал с каменным выражением. Но за несколько лет работы под его руководством Даша узнала, что за бесчувственной маской скрывается добрый и отзывчивый человек.

– Как дела, Даша? Как сын?

– Спасибо, всё хорошо. Ходит в детский сад.

– Хорошо так хорошо. Тогда сразу к делу. Знаю, что тебе надоели однообразные задания, которые приходится выполнять. Но ты должна понять, я не могу поручить тебе что-то серьёзное и допускать тебя к делам, где есть хоть какой-то риск для жизни. У тебя нет соответствующих навыков, к тому же я когда-то обещал…

Даша вопросительно посмотрела на шефа. Егор Андреевич переложил бумаги с места на место.

– Это неважно. Что-то я заговариваюсь. Старею.

– Я…

– Подожди, не перебивай. Я хотел сказать, что очень ценю твой вклад в работу агентства, то, как ты серьёзно и ответственно подходишь к моим поручениям. Вижу, что ты последнее время недовольна своей работой и подумываешь об увольнении.

– Но откуда? Егор Андреевич…

– Теперь к делу. В пятницу ко мне пришёл молодой человек. Его зовут Даниил Иванов. Он разыскивает свою мать, Иванову Марину. Признаюсь, сначала я хотел ему отказать. Дело давнее и я не знаю, сможем ли мы ему помочь. Но молодой человек настаивал, и я сдался. Хочу поручить это дело тебе. – Шеф посмотрел на часы. – Через полчаса он придёт сюда и сам обо всём расскажет. Я подумал, что тут пригодится твоя особенная интуиция, ну ты понимаешь, о чём я. Ты готова?