Кодекс убийцы

Пролог

На славный портовый город Лутион опустилась беззвездная ночь. Темное небо хмурилось низкими тучами. Густой молочный туман оседал на лице холодными каплями, заставляя ежиться от прохлады. В такое время каждый добрый человек стремится поскорее попасть домой. Или в жарко натопленную таверну, где можно весело скоротать часок-другой за кружкой горячего вина. Но я не относился к добропорядочному люду. Скорее, наоборот. Каменная стена, к которой я прислонился, ощутимо холодила спину. Не спасал даже теплый плащ. Ничего, будем надеяться, долго ждать не придется. Мой клиент вот-вот должен был выйти из питейного заведения «Веселая вдовушка», чтобы отправиться домой.

Я широко зевнул. Тяжело работать по ночам. Особенно если днем вынужден вести жизнь обычного горожанина, который и близко не должен знаться с запретными гильдиями Тририона. Впрочем, нечего жаловаться. Завтра отосплюсь в читальном зале. Благо, что служу я архивариусом, а ныне мало кто пользуется услугами городских библиотек.

Но вот дверь таверны, за которой я пристально наблюдал все это время, скрипнув, отворилась. На пороге показался невысокий плотно сбитый гном, с трудом держащийся на ногах. Свет, падающий из таверны, лег на огненно-рыжие волосы и пышную кучерявую бороду незнакомца, когда тот обернулся и махнул рукой кому-то в зале, прощаясь. Ага, кажется, мое долгое ожидание подошло к концу. Клиент вышел.

– Бывай, Рий! – громогласно крикнул гном и, сильно шатаясь, шагнул в темень улицы. Удивленно огляделся, словно припоминая, куда ему следует держать путь, но почти сразу уверенно взял курс на южную окраину города. Все правильно. Именно там находится его, купца Тирна, дом. И именно на него мне поступил выгодный заказ.

Изрядно выпивший купец не заметил, как я выскользнул из ближайшей подворотни и неспешно двинулся следом. Избегая освещенных участков, проследовал за ним по всей улице, не рискуя пока показываться на глаза. Чай, дурных нет на рожон раньше времени лезть. Слишком людно сейчас в закоулочках города. Неровен час, на шум кто-нибудь выглянет. А я не люблю, когда мне мешают. И потом, совсем не хочется обагрять руки лишней кровью невольных свидетелей. С купцом-то все понятно. Приговор уже вынесен и обжалованию не подлежит. Слишком много грехов скопилось на его жалкой душонке. Убийство компаньона, кражи и обсчеты, изнасилование невинной девицы, и не одно, поди. Да и не люблю я представителей торговой гильдии. Они мать родную за лишний процент выгоды продать завсегда готовы.

Купец шел, с усилием опираясь на резной посох, который помогал ему не упасть. Моя будущая жертва заподозрила неладное, лишь когда безнадежно углубилась в безлюдный переулок, примыкающий в городскому парку. Правда, тут уже я перестал соблюдать всякую осторожность и нарочито громко зашаркал ногами за спиной Тирна.

Полный мрак немного разбавлял лишь неяркий свет покупного магического огонька, предусмотрительно активизированного купцом, чтобы не навернуться в сточную канаву. Я увидел, как он остановился и судорожно зарыскал глазами по прилегающим к дорожке кустам. Но меня не заметил – за миг до этого я нырнул в угольно-черную тень. Успокоившись, пошел было дальше, но вновь замер на месте, услышав мой негромкий окрик:

– Любезнейший!

Купец испуганно обернулся. Его руки постыдно дрожали на посохе, который он воинственно выставил перед собой. Так, надо быть осторожнее. Мало ли какими заклинаниями заряжен сей предмет. Тирн, если верить моей информации, никогда не экономил на безопасности. Благо, что сегодня оказался без телохранителей. И не мое дело, как этого добился заказчик.

– Ты кто? – грубо спросил гном, мгновенно протрезвев. – Чего надо?

– Я заблудился, – совершенно пьяным голосом отозвался я. Растерянно развел руками, едва не упав при этом. – Не проводите ли меня… ик!.. куда-нибудь?

Купец облегченно выдохнул после моих невнятных сбивчивых объяснений. Расслабился, но посох пока не опускал. Его навершие грозно смотрело мне прямо в грудь, что, понятное дело, вашего покорного слугу совершенно не устраивало. Ну что же, продолжим наш спектакль.

– Пожалуйста, – выдохнул я и умоляюще прижал руки к груди, глядя преданным взором на купца.

– А не пойти ли тебе?.. – невежливо предложил Тирн, присовокупив при этом, куда именно мне надлежит отправиться.

– Любезнейший! – еще более пьяно возмутился я. – Я же заплачу! Чес-слово!

Кошелек, звякнув, выпал из моей трясущейся руки. Несколько золотых покатились к купцу, но не преодолели и половины расстояния, затерявшись в пыли. А затем и я, словно окончательно обессилев, опустился на колени и громко икнул. Быстрый взгляд исподлобья убедил меня, что все идет по плану. Тирн клюнул на простенькую приманку. В его глазах при виде монет зажглись такие понятные и знакомые огоньки жажды наживы.

– Проводить тебя… – задумчиво повторил купец. Сделал пару шагов ко мне, ловко подобрал отлетевшие к нему золотые и жадно посмотрел на лежащий около моих ног кошелек. – Почему бы и нет?

Я дождался, когда Тирн подойдет ближе и нагнется за кошельком. И лишь тогда резко ударил его по голени, заставив рухнуть на землю. Одной рукой вырвал у жертвы посох, тут же откинув его подальше, другой – схватил за волосы, отводя голову назад и обнажая шею. В ладонь из потайных ножен, закрепленных в голенище сапога, привычно выскочил кинжал. Не тратя времени на лишние слова, я полоснул купца по горлу и привычно кинул перед собой простенький магический щит, спасаясь от брызг крови. Замучаешься потом отстирывать.

Вероятно, Тирн даже не понял, что произошло. Еще мгновение назад он жил и дышал, а сейчас уже был во власти смерти. Со слабым шорохом из его руки выскользнули злосчастные золотые. А следом на землю упало и тело, издавая на редкость неприятное бульканье. Конечно, это было нарушение кодекса наемных убийц. Перед исполнением заказа надлежало зачитать приговор, чтобы жертва знала, за какие грехи расплачивается. Но мне никогда не нравилось это правило. Всегда существовала вероятность, что обреченный поведет себя слишком шумно и привлечет внимание прохожих, которых в итоге придется упокоить. А я уже говорил: не люблю убирать за собой следы столь радикальным способом. И потом, какая разница, минутой раньше или позже произнести приговор?

– Купец Тирн из торговой гильдии, – сухо проговорил я, оглядываясь по сторонам и убеждаясь, что аллея все так же темна и пуста. – Вы признаны виновным в убийстве Ряна, вашего компаньона. Вы признаны виновным в надругательстве над его дочерью, которая отказалась передать вам дела отца. Вы признаны… А, ладно! И так все понятно.

Купец при всем желании ничего не мог сказать в свое оправдание. Поэтому я еще раз посмотрел по сторонам и принялся за своеобразную уборку. Мало того, что тело надо с дороги оттащить, так еще и себя от возможного магического преследования обезопасить.

Через несколько минут все было закончено. Купец мирно упокоился в сточной канаве, а я так же мирно удалялся прочь, унося в кармане свой кошелек с золотыми. Эх, вот бы каждое дело заканчивалось так легко и приятно!

Часть первая

Первое правило убийцы

Утром я проснулся в прекраснейшем расположении духа. Точнее, меня разбудили. И то, как это сделали, мне весьма понравилось.

– Флокса, это ты? – на всякий случай сонно поинтересовался я, когда нежданная гостья от ласковых поцелуев перешла к решительным действиям.

– Негодник, неужели ты ждешь кого-то другого?! – звонко вскрикнул знакомый голосок, и я окончательно расслабился. Действительно, Флокса с утра пораньше забежала. Люблю ее визиты, особенно, когда они заканчиваются настолько приятно.

Нет, не подумайте ничего дурного, мы с Флоксой просто друзья. То, что мы друг с другом иногда спим, совсем не мешает нам прекрасно общаться. И потом, подобными шалостями мы занимаемся, только когда у кого-то из нас расстраивается очередной роман. Можно сказать, пытаемся таким образом друг друга утешить, благо, как только один из нас оказывается свободным, так и другой достаточно быстро разрывает отношения с прежним возлюбленным. Странное совпадение, ничего не скажешь.

Когда Флокса наконец-то оставила мое тело в покое и мирно засопела мне в подмышку, в окно вовсю светило солнце. Так, выспаться сегодня точно не удастся. Через полчаса уже вставать надо и в библиотеку собираться, если не хочу под горячую руку главного архивариуса попасть. Он терпеть не может, когда кто-нибудь опаздывает, благо, что потом не проверяет, чем я на работе занимаюсь.

Я не удержался и широко зевнул, сладко потянувшись.

– Мерзавец! – тут же возмутилась Флокса, пребольно ткнув остреньким кулачком мне под ребра. – Я тут старалась, а он все это время спал, оказывается! Шени, тебе не стыдно?

– Ни капли, – честно признался я и зевнул еще раз.

– Мне очень интересно знать, что ты делал этим вечером. – Подруга рассерженно фыркнула и облокотилась на подушку, вглядываясь в мое лицо. – В твоем любимом трактире тебя не было, дома тоже свет не горел. Или продрых всю ночь, или шлялся непонятно где.

Я кисло поморщился. Вообще-то верным был второй вариант. Я вернулся домой только на рассвете, перед этим хорошенько проплутав по городу. Специально, чтобы запутать следы, если кто-нибудь вздумает разыскивать убийцу магическим путем. Поэтому на сон мне выпало сегодня всего два часа, если не меньше. Но признаваться в этом Флоксе я совершенно не собирался. Особенно если учесть специфику ее работы.

– Драгоценная моя, ты же знаешь, какой я засоня, – предпринял я вялую попытку оправдаться. Затем грозно нахмурился и спросил, стремясь как можно быстрее перевести разговор на другую, менее опасную тему: – Кстати, а как ты оказалась в моей постели? Неужели с Дуком рассталась?

– Сволочь он! – Флокса рассерженно взъерошила короткие каштановые волосы, подстриженные на мужской манер. – Гад этакий! Явился домой за полночь, весь в губном кармине. Явно с веселыми вдовушками развлекался. Ну и как это называется?

У меня всегда был сильно развит инстинкт самосохранения, поэтому я промолчал. Хотя мог бы напомнить подруге, как буквально на прошлой неделе она помогла мне пережить расставание с очередной пышногрудой блондинкой. Так хорошо помогла, что я уже на следующее утро не помнил имени той красавицы.

– И ты пришла получить утешение в моих объятиях? – мурлыкнул я, окинув Флоксу плотоядным взглядом.

– Не совсем. – Она шаловливо стукнула меня по слишком настойчивым рукам и встала. С удовольствием потянулась, обнаженная, напротив настежь открытого окна, словно не услышав моего приглушенного восклицания от открывшегося зрелища. – Вообще-то я была в этом районе по делам. Городская стража попросила храм богини-дочери о выделении человека для расследования убийства. Ночью нашли труп одного богатого гнома.

Я на всякий случай задержал дыхание. Затем тихонечко выдохнул через рот. Ого, как интересно. Неужто Флоксе дали задание найти убийцу купца Тирна? Забавно, очень забавно. До этого момента подруга ни разу не занималась делами, в которых я являлся основной причиной смерти. Что, впрочем, не мешало мне узнавать о ходе расследования. Все-таки женщины такие сплетницы! И никогда не упустят возможности посудачить об успехах или неудачах коллег по работе.

Флокса тем временем подтянула повыше черные тончайшие перчатки, которые облегали ее руки, словно вторая кожа, и принялась неторопливо одеваться. Пожалуй, об этой детали ее гардероба стоит рассказать подробнее.

Все дело в том, что моя подруга – телепатка. Нет, не истинная, поскольку подобным даром от рождения обладают только вампиры, которые к настоящему моменту в Тририоне практически полностью уничтожены объединенными усилиями четырех храмов. Флокса никогда не говорила, каким образом получила эту способность. Но из нескольких случайно оброненных фраз я сделал вывод, что в раннем детстве ее подвергли некому ритуалу. Весьма мучительному, по всей видимости, раз она до сих пор болезненно морщится, когда речь заходит о различных храмовых обрядах. И теперь моя подруга получила возможность прочитывать мысли живых существ путем прикосновения. Вот поэтому Флокса постоянно носит перчатки, не снимая их даже на время сна, чтобы не раздражать окружающих столь неудобной особенностью. В них она способна разве что уловить отголоски эмоций прохожих, не больше.

Понятное дело, храм богини-дочери, в котором состоит Флокса, не мог не использовать такой талант в своих целях. И моя подруга стала при нем кем-то вроде неофициального дознавателя. Наш город Лутион, стоящий на пересечении важнейших морских путей королевства, всегда славился разгулом преступности. Пожалуй, своей печальной славой он затмил даже Мейчар, второй крупнейший торговый город, находящийся на южных окраинах страны. Слишком много различного сброда сходит каждый день на берег. Это вполне устраивает меня, поскольку помогает оставаться в тени и хранить мой род занятий в тайне. Но совсем не устраивает городские власти, которым приходится расследовать слишком большое количество похищений с целью получения выкупа, убийств и ограблений. По этой причине бургомистр заключил с храмами, расположенными в городе, взаимовыгодное соглашение. Он дарует им некоторые послабления в плане выплат податей и налогов в казну, они в свою очередь всеми возможными способами участвуют в очищении города от разномастных негодяев и мерзавцев.

Думаю, ни для кого не является секретом, что служители божьи часто бывают нечисты на руку и используют средства, полученные от прихожан, во имя собственной выгоды. Для борьбы с этим злом при каждом храме существуют особые люди, которые занимаются расследованием подобных преступлений. Флокса как раз входит в их число. Но из-за ее способности к телепатии городские власти часто используют мою подругу, когда речь заходит о более серьезных делах. Например, об убийствах.

Из-за уникальных способностей Флоксы настоятельница храма богини-дочери сквозь пальцы смотрела на ее поведение и образ жизни, не всегда достойный служительницы божьей. И моя подруга полностью оправдывала подобную милость неустанным трудом во благо прихожан и города. Неужели теперь мне предстоит играть против нее? Не хотелось бы, если честно. Флокса – очень умная девочка и имеет все шансы распутать это дельце, поймав меня на горячем. Мне будет очень, очень неприятно, если придется устранить эту угрозу, когда моя подруга подберется слишком близко в разгадке личности убийцы.

– Ты чего затих? – Флокса натянула прямо на голое тело слишком облегающее, на мой взгляд, черное длинное платье. Немного подумав, надела на шею серебряный медальон храма богини-дочери, на котором были изображены два крыла как символ ветра. – Заснул, что ли?

– Рядом с такой красоткой, пожалуй, задремлешь. – Я усмехнулся и в свою очередь встал. Попытался привлечь девушку к себе, но тут же получил шуточный удар локтем в живот, после чего жалобно вопросил: – Драгоценная моя, ты чего дерешься? Или уже воображаешь, как с преступником расправляться будешь?

– Может быть. – Флокса провела моей расческой по коротким волосам и неожиданно нахмурилась. – Если честно, не нравится мне это дело, Шени. Какое-то дурное предчувствие у меня.

Я криво усмехнулся, но промолчал. И что тут скажешь, если сам не в восторге от перспективы убить лучшую подругу?

– Какие-нибудь зацепки уже есть? – словно между прочим поинтересовался я, потянувшись за штанами.

– Да как сказать, – уклончиво проговорила Флокса. – Вообще, если честно, городские власти должны поблагодарить преступника. Этот Тирн – та еще штучка. Точнее, был ею. Наверняка занимался контрабандой. Ходили слухи, что даже участвовал в работорговле. Продавал девушек, по воле случая оставшихся без родных, которые могли бы за них заступиться, в орочьи степи и прибрежные бордели. Говорят, содержал в столице притон, торгующий «белым дурманом».

– Ого! – Я присвистнул, сделав вид, будто впервые слышу о подвигах своей недавней жертвы. – Что же он по улицам так спокойно разгуливал?

– Потому что в нашем государстве у кого есть деньги – тот и прав. – Флокса с раздражением отшвырнула расческу в сторону и взъерошила с таким трудом приведенные в порядок волнистые волосы. – Тирн снабжал «белым дурманом» влиятельных придворных. Наш король стар и уже давно не соображает, какие бумаги подписывает. Вот кто-то из дружков купца и выправил ему охранную грамоту.

– Полагаю, врагов у этого самого Тирна хватало, – осторожно заметил я, искоса наблюдая за реакцией девушки.

– Хватало, – легко согласилась она. – Поэтому дельце будет трудным. Не читать же мне мысли всех подряд из окружения купца. Да мне и не позволят. Только при наличии веских доказательств виновности.

Я наклонил голову, пряча довольную усмешку. Да, Флокса не имела права без личного разрешения бургомистра снимать со своих рук перчатки. А тот, здраво полагая, что пользоваться такими радикальными способами нужно как можно реже, позволял это лишь после предоставления неопровержимых улик. Что, собственно, по вполне очевидным причинам было мне весьма по нраву.

– Чем сегодня займешься? – Я затянул шнуровку на просторной светлой рубахе и по-хозяйски привлек подругу к себе. Проникновенно заглянул в ее темно-карие, почти черные глаза и шепнул на ушко: – Быть может, поужинаем вместе?

– Не знаю. – Флокса приподнялась на носочки и быстро чмокнула меня в губы. – Шени, как масть ляжет. Мне еще с домочадцами купца беседовать. А это дело ой какое небыстрое. Если сумею вырваться пораньше – зайду за тобой в библиотеку. А так жди меня в нашей любимой таверне. Если не приду – значит, не судьба.

Девушка отстранилась и подошла к двери, где накинула на плечи шаль. Уже на пороге оглянулась, послала мне шутливый воздушный поцелуй и, рассыпая по гулкому коридору дробь каблуков, убежала по своим делам.

Оставшись в одиночестве, я быстро прогнал с лица легкомысленное выражение и задумчиво потер подбородок. То, что именно Флоксе поручили расследовать это дело, с одной стороны было выгодно мне – как же, всегда смогу узнать о последних новостях. Но с другой стороны существовала немалая опасность, что подруга заберется слишком далеко. На моей памяти еще не было такого преступления, которое ей оказалось бы не по зубам.

– Ладно, – чуть слышно пробурчал я себе под нос. – Надо решать проблемы по мере поступления. И сейчас основная загвоздка в том, что, сдается, я серьезно опаздываю.

Поминая всех богов разом, я быстро натянул сапоги, с сомнением покосился в окно, за которым царило яркое летнее солнце, но все же взял с собой плащ. Мало ли, в Лутионе слишком резко меняется погода, чтобы иметь беспечность легко одеваться. Затем провел расческой по коротким светлым волосам и посмотрел в зеркало, проверяя, все ли в порядке. Отражение ответило мне хмурым взглядом красных от постоянного недосыпания глаз. Н-да, побриться бы не помешало. Но это потом, сейчас совершенно некогда приводить свою малость заросшую физиономию в порядок.

Спустя секунду в комнате никого не осталось. Напевая себе под нос не совсем приличную песенку, я быстро спустился по лестнице и почти побежал по улице в сторону библиотеки. Главный архивариус грозился, что если еще раз опоздаю на работу – он выкинет меня прочь. А мне бы очень не хотелось лишаться столь удобного рода занятий, который позволяет вволю отсыпаться после ночных приключений.

Слава небесам, я успел как раз вовремя. Правда, столкнулся при входе с самим великим и ужасным главным архивариусом – мелким вредным старикашкой, который в любую погоду расхаживал, завернувшись с головы до пят в длинный меховой плащ. И не снимал его даже в столь пригожий теплый денек, как сегодняшний. Интересно, он не сильно потеет в своем коконе?

Понятное дело, настолько личный вопрос я не стал ему задавать при неожиданной встрече. Вместо этого изобразил нечто среднее между издевательским поклоном и вежливым кивком и быстро прошмыгнул перед самым его носом в здание. Чтобы не говорил, что я позже его пришел на работу.

– Шени! – остановил меня разгневанный окрик, когда я уже внутренне праздновал столь удачный маневр.

– Сударь Роммий. – Я скорчил недовольную гримасу, но затем натянул на лицо самое почтительное выражение и обернулся к архивариусу. – Чем обязан?

– Мне не нравится, как ты работаешь, – завел свою привычную песню старик. Подковылял ко мне ближе и рассерженно ткнул пальцем прямо в грудь. – Думаешь, я не чувствую, что ты не испытываешь никакого почтения к книгам? Ты относишься к ним, словно они простые, ничего не значащие бумажки, а это не так! Тебе выпала небывалая честь – работать в святилище знаний. А ты не ценишь подобной милости.

Я глубоко вздохнул. Затем робко пролепетал, постаравшись вложить в свой ответ должную смесь почтения и трепета:

– Что вы, сударь. Я безмерно счастлив, что служу здесь. От великой радости, бывает, ночью заснуть не могу – считаю минуты, когда вновь вдохну сладкий запах сего славного заведения. Как вы можете так дурно обо мне думать?

Мой голос предательски дрогнул в этот момент, словно от нахлынувших чувств. Но на самом деле я изо всех сил сдерживался, чтобы не расхохотаться.

Архивариус недоуменно принюхался, будто пытаясь понять, о каком аромате я так вдохновенно распинался. И тут же сморщился, почуяв вонь от обильной лужи, красовавшейся прямо по центру коридора. Опять Тиона – женщина, которой было поручено мыть полы в библиотеке – забыла прибрать за своим пакостливым котом.

– Смотри у меня! – глухо пригрозил Роммий и поспешил прочь, припадая на сучковатую клюку. – Тиона! Тиона, где ты? Иди убирай за своим дрянным животным!

Пронзительные крики архивариуса эхом отдавались в пустом здании. А я проводил старикашку взглядом и покачал головой. Если бы он только знал, как мне иногда хочется свернуть его тонкую морщинистую шею. Подстеречь в темном переулке и раз и навсегда избавить себя от этой маленькой проблемы. Но я пока держал себя в руках. Еще неизвестно, кого пришлют ему на замену. Вдруг новый главный архивариус начнет изводить меня придирками пуще прежнего. Эдак я рискую всех библиотекарей королевства перебить за короткий срок. Что, несомненно, вызовет подозрения. Да и не хотелось лишний раз попадаться на глаза городской страже и ее начальнику – суровому и весьма въедливому полукровке Зиргию, наполовину человеку, наполовину орку. Каждый раз при случайных встречах с этим высоким и откровенно некрасивым мужчиной меня пробивала холодная дрожь. Казалось, будто он видит меня насквозь своими пугающе холодными голубыми глазами.

Я глубоко вздохнул и неспешно отправился в хранилище. Будем надеяться, сегодня, как и обычно, мне никто не помешает хорошенько выспаться после бурной ночи, подложив под голову какой-нибудь увесистый том о деяниях королей древности.

Однако моей мечте не было суждено исполниться. Едва я облюбовал себе подходящий фолиант, повествующий о великих полководцах Столетней войны, как в дверь решительно постучались, и, не дожидаясь ответа, в хранилище вошел тот самый Зиргий. Как говорится, вспомни орка, он и придет.

– Чем могу быть полезен? – Я расплылся в самой угодливой улыбке и так порывисто вскочил со своего места, что чуть не опрокинул кресло.

Начальник стражи, не обратив на мой вопрос никакого внимания, медленно подошел ближе. Остановился прямо по центру огромного зала и огляделся по сторонам с таким видом, будто сам не понимал, как здесь очутился.

Я настороженно скользнул взглядом по перевязи мужчины, на которой красовался меч. Жалко, очень жалко, что обычному библиотекарю не положено иметь при себе оружие. Конечно, это не мешает мне таскать с собой в потайных ножнах острый кинжал. Но вряд ли он поможет мне, если Зиргий пришел задержать меня. По рассказам знающих людей, полуорк – отличный мечник. Полагаю, он без особых проблем нашинкует меня на сотню маленьких кусочков и даже не слишком вспотеет при этом. Нет, в честном поединке у меня, возможно, был бы шанс. Но не сейчас, когда я безоружен. Неужели я все-таки где-то прокололся?

Зиргий наконец-то остановил свой взгляд на мне, и я в очередной раз подивился его мертвым, ничего не выражающим глазам. Растерянно кашлянул, не зная, что говорить или делать дальше.

– Шени, не так ли? – хриплым шепотом спросил полуорк. Громче он просто не мог разговаривать. Если верить слухам, некогда в одной из схваток ему сильно досталось. С тех пор шею мужчины перечеркивает бугристый уродливый шрам. Удивительно, как Зиргий вообще тогда выжил.

– Да, – вежливо произнес я. – Он самый.

Зиргий удовлетворенно кивнул, подхватил стул и присел к моему столу. Жестом показал, чтобы я тоже опустился на свое место. Что я и исполнил, примостившись на самом краешке и в любой момент готовый выхватить кинжал из ножен в голенище сапога.

– Мне говорили, ты знаешься с Флоксой, – проговорил полуорк. – Спишь с ней. Это так?