Чародей XXI века. Искра Безумия

Чародей XXI века: Искра Безумия

Искра Безумия

Из приказа №378 «О существовании личностей с паранормальными способностями, наследственными мутациями, особым генетическим кодом»:

«Все лица, причисленные к разряду А1 и В1 обязаны быть занесены в городской реестр, прикреплены к определенным отделам Институтов По Изучению Аномальных Явлений и трижды в год проходить ОНВОк – Обследование На Выявление Отклонений. В случае подтверждения психической невменяемости или превышения уровня силы лица с коэффициентом 200 и выше подлежат ликвидации как особо опасные.

Исключениям подлежат:

– Сотрудники ведомственных служб, проходящие каждый месяц медицинские проверки на психическую вменяемость.

Список ВС: Институты По Изучению Аномальных Явлений

            Департаменты

            Министерства

            Частные компании, подконтрольные ведомственным службам

– Лица, служащие на благо общества, отмеченные наградами или имеющие косвенное отношение к ведомственным структурам.

Приказ не имеет срока давности. Распространяется на территории всей РФ.»

Сергей не первый час ждал вестей от брата. Он волновался и надеялся, что Нортону удастся сбежать, спрятаться и спастись вместе с детьми. Но с каждым часом, каждой минутой, пока он смотрел в темное, затянутое черными облаками ночное небо, надежда на счастливый исход таяла.

Жанна сидела возле мужа и с пониманием наблюдала за его душевными терзаниями. Она не могла ему ничем помочь, ведь сама узнала всего пару месяцев назад правду о нем настоящем: о его крови, родстве и даже о том, что у Сергея есть племянник и маленькая племяшка.

– Все будет хорошо. Он выберется.

– Надеюсь…

Прошло еще два часа, показавшиеся Сергею вечностью, – и в дверь наконец-то позвонили.

Он с женою кинулись вниз и, как только выбежали в холл, увидели, как слуги, заранее предупрежденные, буквально вносят в коридор тело, закутанное в темные одежды.

Сергей бросается к молодому человеку, сжавшемуся в тугой комок от боли, и пытается разжать ему руки, но ему не удается, пока прибывший не оказывается на диване.

Гость медленно открыл красные от недосыпа и усталости глаза и, поняв, что наконец-то добрался до пункта назначения, перевел взгляд на Сергея, склонившегося над ним и тщетно пытающегося докричаться до него.

Юноша не отвечает.

Молча расслабляет руки – и выпускает сверток.

Сергей хватает этот сверток – и в ту же секунду холл дома оглушил пронзительный рев маленького ребенка.

Сергей впервые видит свою собственную племянницу и, смотря на нее, видит черты собственного брата. Словно его душа переселилась в это крохотное и беззащитное создание, которое еще три часа назад было на волоске от смерти.

– Давай ее мне, – Жанна протянула руки к малышке и, как только взяла, не смогла сдержать улыбки.

Девочка была точной копией ее мужа.

– Унеси, – приказал Сергей. – А вы, – он посмотрел на слуг, – исчезните!

Все расползлись по дому и оставили Сергея наедине с гостем, жить которому оставалось относительно недолго. Рана, которую ему нанес демон, была смертельной. Даже для такого могущественного существа.

– Ты до сих пор думаешь… что я… что я предатель?

– Я в этом никогда не сомневался, – заявил Сергей. – Но твой поступок доказал, что даже такой твари ничто человеческое не чуждо.

– Но я не давал… наводки…

– Кроме тебя – некому.

– Сергей!..

– Замолчи!

Сергей налил в бокал чистой воды, снял с груди небольшой амулет с капсулой и, открыв небольшой пенал, достал оттуда одну из таблеток и бросил ее в прозрачную жидкость. Вода тут же приобрела гранатовый оттенок, после чего Сергей, поднеся бокал к губам умирающего, сказал:

– Будет легче.

– Смерть долгая?

– Пара минут.

– Замечательно…

Гость из последних сил взял в руки бокал и выпил все, до последней капли. После этого поставил сосуд на столик и, посмотрев в окно, на вышедшую из-за облаков луну, вдруг ухмыльнулся и, оголив свои острые клыки, сказал:

– Ну хоть на что-то сгодился…

После этого Сергей услышал, как сердце гостя сделало последние три удара – и остановилось. Его поразил самый сильный в их мире яд, способный убить человека за считанные доли секунды, а нечисть – за пару долгих минут.

После остановки волосы гостя побелели, став похожими на снег, на ресницах образовался иней, а кожа и губы приобрели синеватый оттенок. В помещении стало холодать, из-за чего Сергею пришлось поторопить своих людей, дабы они быстро избавились от тела.

– Могила готова? – уточнил он.

– Да, – кивнул молодой водитель, знавший все наизусть.

– Тогда везите. В церковь не суйтесь. Таких – не отпевают. А впрочем… Нет, не стоит. Увозите. Только…

Сергей подошел к телу и, расстегнув две верхние пуговицы на мантии, обнажил для себя шею гостя и, увидев амулет, расстегнул цепочку и снял с трупа последнее, чем бы он еще смог искупить свой грех перед всей семьей Германовых.

– А вот теперь – уносите.

Сергей дождался, пока труп вынесут и уедут с ним на кладбище, а после, немного успокоившись, направился наверх.

В огромном частном доме владельца группы фабрик по производству оружия для офиса была подготовлена комната, где суждено было расти его новоиспеченной дочери, которой родные родители даже не успели дать имени. Все случилось так быстро…

Жанна уже нянчилась с малышкой, как с родной: качала, целовала в носик и щечки и даже пела ей колыбельную, которую готова была петь своим родным детям, которых, к сожалению, Бог им никогда не даст.

– Она так похожа на вас, – заметила Жанна, укачивая девочку. – Те же светлые волосы и голубые глазки… Посмотри только, какие синие… как небо.

Он подошел к племяннице и посмотрел ей в глаза. Действительно, сходство было на лицо. К тому же, Сергей, как только увидел девочку, сразу понял, что вопросов по поводу «похожа или нет» ни у кого не возникнет.

Но к тому же он увидел и кое-что еще. Очень важное и неотвратимое, что ждет этого ребенка в будущем. Поэтому решил дать ей самое правильное имя:

– Александра.

– Саша? – удивилась Жанна. – Мы же вроде…

– Нет. Пускай будет Александрой. Я так решил.

– Ну хорошо, – Жанне было все равно, как будут звать ребенка, главное, чтобы он был. – Саша… Александрия… Ну что ж, посмотрим, кого ты победишь в будущем, воительница ты наша…

Сергей посмотрел на сияющую от счастья Жанну, а после – на ночной город, который впервые за много лет обитания в нем вампира стал сверкать своими огнями ярче и красочнее. С появлением в стенах этого дома Александры мир заиграл новыми, до этого никому незнакомыми цветами.

А когда девочка впервые засмеялась, то Сергей окончательно растаял. Этому ребенку он отдаст всего себя. Он сделает все возможное, чтобы Александру миновали горести и злополучные правила для существования нечисти бок о бок с людьми.

– Да уж, – Жанна положила уснувшую Александру в кроватку и выключила свет. – Клятва – это великая вещь…

ГЛАВА №1

Дети Ночи

Он приехал домой, когда уже было около пяти утра. Тело ломило, ноги были просто ватными, а голова наполнилась столькими мыслями, что заболела и, как показалось парню, все внутри смешалось в густую кашицу.

Распахнув двери своего дома, он еле доковылял до дивана и, рухнув на него и уткнувшись лицом в подушки, впустил в свое пространство того, кому безгранично доверял.

– Ты опять на нуле? – уточнил светловолосый паренек, не подходя близко к другу.

– Нет…

– Это правда? – уточнил вампир, глядя на мага своими рубиновыми глазами. – Неужели она действительно выжила? Неужели все это время она…

– Была жива. Я вновь оказался прав, – он хмыкнул и перевернулся с бока на спину и приложил холодную ладонь ко лбу. – А они не верили… считали меня сумасшедшим.

– Но Ред… Ты ведь…

– Нет, наши силы связаны, но не так, как я думал. Раз она не погибла тогда, шестьдесят лет назад, значит…

– Я не про то.

Паренек подошел к нему и осторожно, словно прикасаясь к зараженному чумой, взял двумя пальцами белую прядь волос мага и показал ему самому.

– Ты снова использовал слишком много силы? Ред, ты же прекрасно знаешь, что тебе нельзя так напрягаться, времена сейчас такие…

– Стас, времена всегда тяжелые. – он убрал его руку от себя подальше. – И вообще, это ты забыл, на кого работаешь и с кем имеешь дело.

– Но Ред, это по людскому летоисчислению тебе уже больше шестидесяти лет, а по нормальному подсчету… да ты совсем еще юнец, который…

– Который попросит тебя сейчас заткнуться и сбегать в магазин за краской, – он достал из кармана пальто бумажник и положил перед Стасом одну зеленую купюру. – Да и вообще, нам пора менять местоположение.

– Опять?! – возмутился Стас. – Ред! Мы уже шестой раз за год меняем место жительства!

– На сей раз мы перебираемся ближе к городу. Я присмотрел нам прекрасное местечко, – он закрыл глаза и расслабился, – тихое и спокойное. Там нас не побеспокоят.

– Ты уверен?

– Да. На сей раз – уверен.

– А ты уверен, что Сергей не найдет тебя в городе, если мы тем более переберемся туда? – уточнил Стас. – Это глупо: прятаться там, где расставлены мышеловки.

– Глупо стоять и тратить бездумно воздух на пустые слова, – заметил маг.

Стас покраснел от злости, после чего направился к дверям. Но уже стоя на самом пороге, вдруг обернулся, закрыл дверь, подошел снова к магу и, склонившись над ним, приложил руку ко лбу друга и, почувствовав ужасный жар, лишь цокнул языком.

– Ты всегда был эгоистом? – уточнил Стас.

– Да.

– И будешь им дальше?

– Безусловно.

– Почему?

– Потому что эгоисты дольше живут. У них слишком повышено чувство нарциссизма. А у подобных им тяга к жизни такая, что дай бог каждому суициднику.

– Ред…

– Иди. Не мути воздух.

Стас ушел. Ред услышал, как их машина сорвалась с места и унеслась в город. Выждав пять минут, маг и сам ринулся на улицу, чтобы наконец-то увидеть ее.

Тенью он скользнул на подоконник, мелькнул в прямоугольнике ночи и тут же исчез во тьме ночных полей и лесов, сквозь которые лежал его путь к цивилизации, к которой спустя почти шестьдесят лет прибило это крохотное существо, названное Александрой.

Черный силуэт скользнул вдоль многочисленных улиц городка, после чего унесся на возвышенность к частному сектору и, оказавшись возле ворот богатого особняка и увидев охранников, тут же стал сизым дымом, который, смешавшись со сгущающимся под утро туманом, проник на территорию и, оказавшись возле окон второго этажа, вдруг заметил, что ставни приоткрыты и он может проникнуть внутрь.

Уже ничего не боясь, он осторожно проскользнул в комнату, где уже никого не было, и, подойдя к детской кроватке с балдахином и увидев под белоснежной тканью мирно лежащую малышку со светлыми, сверкающими в лунном свете волосами, голубыми яркими, как море, глазками и идеально гладкой светлой, цвета молока, кожей, улыбнулся.

Примерно так он и представлял себе юную наследницу рода Германовых: светлую, сверкающую своей энергетикой и источающим ее телом.

– Мило…

И вдруг девочка потянула к нему свои маленькие ручонки.

Она улыбнулась, после чего забила ручками по кроватке, видя, что маг не торопится идти на контакт. Она чуть не разревелась, однако Ред не дал этому случится.

Он снял с руки черную перчатку и осторожно, как будто прикасаясь к чему-то хрупкому, сделанному из праха или пыли, протянул малышке свои ладонь. Маленькая Александра ухватилась за протянутую руку так, как утопающий хватается за спасительную соломинку.

– Мы еще увидимся, – пообещал Ред, осторожно убрав руку и погладил малышку по голове.

Несколько секунд – и он уже растворился в ночной мгле, в которой вдруг послышался детский визг и ор. Прибежали родители, испугавшись, что с малышкой что-то случилось, а Ред, еще несколько минут посмотрев на маленькую Александру, исчез, убравшись восвояси.

                              ***

В весенний июньский день, когда над городом парили белоснежные, ничего не весящие облака, маленькая девочка со светлыми волосами, похожими на золото, и ярко-голубыми небесными глазами, играясь рядом с речкой, вдруг обнаружила, что в лесной чаще, чуть дальше от того места, где стояла машина родителей, стоит фигура кого-то темного и высокомерного, с гордо вздернутым подбородком и развевающимися на ветру темными волосами.

Саша, придерживая свою панамку, чтобы не слетела от сильного ветра, и всматриваясь все более тщательно в силуэт, встала и пошла к нему по теплому золотому песку, однако уже совсем скоро поняла, что с ней не желают видеться.

Незнакомец ушел в тень деревьев и Саше преградили к нему путь высокие корни деревьев, взметнувшиеся вверх и создавшие стену между ней и тем, кого она часто видела около их дома, но с коим никак не могла познакомится.

– Выходи, – приказала она писклявым голосом. – Или я позову папу!

– И что он мне сделает? – уточнили из тьмы.

– Заставит со мной иглать!

– Да? Я так не думаю…

– Саша! – позвала Жанна издалека. – Сашенька, ты где?!

Девочка вдруг почувствовала, как ее поднимают вверх и переносят ближе к тому месту, откуда она сбежала.

Посмотрев вниз, девочка вдруг увидела, что через берег, передавая друг другу, ее несут корни и ветви деревьев. Они это делали настолько нежно и плавно, что Саше даже понравилось. Она заулыбалась и захлопала в ладоши, даже не подозревая, что вскоре рухнет в песок и, ударившись коленкой о какой-то камешек, разревется.

– Сашенька! Ты что! Нельзя так далеко уходить! – заявила Жанна, подобрав девочку на руки и понесся к машине.

– Мама! Там… там!.. Он там! – она указала пальчиком маме за спину.

Жанна обернулась, увидела, на кого указывала Александра, однако сказала:

– Никого там нет. Пошли, а то папа будет ругаться.

– Пусть! Он там! Он не хочет со мной иглать!

– Ну ничего. Он просто уже большой, – он погладила ее по волосам и прижала к себе еще сильней, – вот подрастешь, тогда он с тобой и поиграет, и поговорит…

– Плавда?!

– Правда.

Жанна поцеловала ее в лоб и, как только скрылась за высокими кустами с крыжовником, душа мага успокоилась. Александра уймется и вряд ли вспомнит эти слова своей матери, которой, однако, оставалось относительно недолго.

– Поехали, – попросил Стас, сидя на ветке высокого дуба и точа свой нож.

– Сейчас…

– У тебя снова проклевываются белые волосы, – заметил Стас.

– Да? – маг рефлекторно положил руку на макушку. – Раз в пять лет, значит…

– Ты себе все волосы сожжешь.

– Ничего. Они быстро отрастают, – он демонстративно провел по пышной и длинной шевелюре, после чего обернулся к Стасу и сказал:

– Поехали. На сей раз я нашел нам такое пристанище, из которого точно больше никогда и никуда не переедем.

– Ты это говоришь уже десять лет подряд!

– А я не виноват, что у нас в стране настолько все трудно, – заметил Ред, бросая Стасу ключи от машины. – Погнали. Нам еще вещи собирать.

– А Саша?

– К ней мы вернемся немного позже. Лет через пятнадцать.

– Сколько?!

– Мне пора обновляться.

– Как?! – изумился еще больше вампир. – Ты же только – только вот… недавно…

– Прошло уже двадцать лет. Мне пора менять облик, чтобы не попасться. Ты же помнишь.

– Ну помню, конечно….

Они сели в припаркованную на холме машину и вскоре очутились в новом доме, который стоял неподалеку от города – в его спальном районе, – в ничем не примечательном, тихом и спокойном секторе, который для мага был глотком воздуха.

– Ты плохо выглядишь. Что, совсем прижало? – уточнил Стас, когда увидел друга после выгрузки коробок в новом доме.

– Все хорошо. Не волнуйся и разгружай.

                              ***

Впервые в жизни Саша видела столько детей. Все были одеты одинаково нарядно и улыбались, смотря на величественное старинное здание лицея. Башня с колоколом, возвещавшем о начале занятий, пока молчала, но уже каждый знал, чем закончится торжественная линейка.

– Иди, не бойся, – сказал отец, подталкивая дочь к ребятам.

– Не хочу. Мама скоро приедет? – уточнила она.

– Нет. Мама сегодня не приедет, – сказал сдержанно Сергей, присев перед ребенком на корточки. – Саша… понимаешь… мама, она…

– Умерла, да?

– Нет, ты что… она…

– Но тогда почему она стоит позади тебя?

У Сергея по спине пробежал холодок. Он сам чувствовал, как за ним уже не первый час кто-то следовал и даже касался его плеча и шеи своими холодными мертвыми пальцами.

Он обернулся.

Действительно, Жанна стояла позади него, в белом красивом платье с блестками на рукавах, в венке из белых хризантем на рыжих кудрявых волосах и сверкающими на свету золотыми кольцами и браслетами. Ее глаза был наполнены слезами, поэтому так сильно блестели в лучах утреннего сентябрьского солнца.

– Жанна, – Сергей чуть не бросился к жене, но вовремя вспомнил, что ее больше нет.

Что кроме него Жанну больше тут никто не видит, а следовательно, о нем и его дочери могут подумать невесть что. И лишь поэтому он не подошел к жене, а она, прекрасно все поняв, без осуждения и упреков, подошла к Саше и, склонившись над ней, сказала:

– В твоей комнате ждет небольшой подарок. Храни его. Он поможет тебе в любой ситуации…

– Мама…

– Я тебя очень люблю, моя дорогая… Прости меня…

Поднялся ветер, и Александре с Сергеем пришлось прищуриться, чтобы поднявшаяся пыль с песком не попала им в глаза. Но стоило Александре только открыть глаза, как она увидела лишь заполненный людьми двор, услышала торжественную музыку, а после была подхвачена потоком незнакомых ей одногодок, рвущихся за школьные парты.

Сергей проводил класс дочери до самого выхода на школьный двор и, как и все родители, принялся записывать это мгновение на камеру. На его удивление всегда борзая и наглая Саша вела себя относительно спокойно и даже равнодушно. Сначала отца это настораживало, но потом он сам себя успокоил: к чему волноваться ему, если даже его ребенок не проявляет обеспокоенности?

В это время, стоя за металлическими прутьями забора, черная БМВ тихо и мирно дремала в тени тополей и дубов, посаженных вдоль дороги. В ее салоне сидели двое: уже подросший, не мальчик, а юноша, со светлыми волосами, стянутыми в тугой хвост, и сверкающими на свету гранатовыми глазами, и все такой же молодой и ко всему готовый молодой человек с подстриженными по-новому темными волосами и потухшими глазами.

– Пора, – сказал светловолосый. – Нельзя столько на солнце находится.

– Когда прозвонит колокол…

– Ред, – светловолосый пихнул его в плечо. – Хватит. Поехали. Тебе еще к ритуалу сегодня готовится. А ты и так не соблюдал ни диеты, ни готовился морально.

– Мне это не нужно.

– Ты не собираешься перерождаться? – бровь парня изогнулась.

– Собираюсь. Но для этого не нужно всего того, о чем ты мне здесь трещишь.

– Да что ты говоришь! – Стас чуть не взвыл. – То есть я должен соблюдать все правила, а ты у нас звездное исключение?!

– Да. Исключение. И вообще – замолчи.

Он наклонился к двери и, открыв ее, вышел из машины.

Теплый сентябрьский ветер ударил его по лицу и шее и парень, вдохнув прекрасный аромат свободы, вдруг услышал оглушающий весь район звон школьного колокола, возвещающего у начале занятий.

Он вгляделся в толпу и увидел в ней того самого вампира, к которому перешло право распоряжаться жизнью Александры, и ее саму – милую маленькую девочку в черной школьной форме, с цветами и двумя огромными бантами, которые были, как показалось Реду, больше ее головы.

Он невольно улыбнулся и, как только толпа двинулась, он исчез за стволом дуба, шепчущего слова поздравления всем первоклашкам. Все деревья приветствовали новый учебный год так, словно за три месяца успели соскучиться по крику и гаму в коридорах и на стадионе.

И вдруг Стас, который уже тоже вышел из машины, увидел, как мага пошатнуло и он, впившись тонкими бледными пальцами в кору дерева, сполз на асфальт и, закрыв глаза, обмяк.

– Черт!

В этот момент к стоянке подъехала белая ауди, из которой выбежал рыжеволосый молодой человек, с изумрудными глазами и слегка загорелой кожей. На его черном смокинге Стас увидел следы крови, однако белая рубашка была в безупречном состоянии. Ни багровой крапинки.

Он подбежал к магу и, приподняв его голову, посмотрел с гневом на Стаса.

– Я же тебе приказал следить за ним, – сквозь зубы процедил оборотень.

– Но ты же знаешь…

– Я знаю. И ты знаешь! Тогда почему не делаешь?!

– Но ведь срок был назначен на вечер…

– Похоже ждать вечера нельзя, – оборотень взял на руки тело мага и понес к своей машине. – Съезди домой и привези оттуда все необходимое. Нужно успеть до полуночи, иначе придется ждать еще двадцать лет. Давай-давай, в этот раз можем не успеть.

Стас кинулся к БМВ и, сев на водительское место, завел машину и унесся прочь из города. Рыжеволосый отнес Реда к своей машине, положил на задние пассажирские – и вместе с ним уехал за город. Туда, где уже давно все ждали, но где ни за что бы не подумали, что перерождение может начаться на закате дня, когда этого делать категорически нельзя.

– Душа может потеряться в огне, – пробубнил монах, когда оборотень положил Реда на алтарь. – Небо и земля сейчас однородны. Нельзя…

– Нужно! – рыкнул оборотень, проверяя на груди брата крест. – Делайте, что вам говорят. Или вы хотите, чтобы вашей дочерью занялся офис?

Старик уступил, и уже через час в лесной чаще, под белокаменным сводом с узорчатыми гравировками и лозой, которая обвила белые колонны, собрались все, кто так или иначе был причастен ко всей нечисти, появившейся в тот час около алтаря.

– Если что – все будет на твоей совести, – вдруг сказал один из вампиров, пришедший на ритуал в качестве проводника из иного мира в людской.

Оборотень не ответил.

Сидя в круге из семерых, он уже настраивался на волну трех измерений, с которыми его связь была слабее всех присутствующих. Если на Правь и Явь он был настроен более-менее хорошо, то с Навью было все не так просто. Волна сбивалась… Оборотням было не присуще заявляться в мир мертвых, в отличие от вампиров и духов с демонами, которым сейчас было как раз проще всего.

Но стоило огням дня погаснуть за горизонтом, как алтарь засиял зеленоватым светом и все его узоры стали полыхать, как знамена о конце света. От их света зажглись все свечи, выставленные между участниками ритуала, а также колыхнулась прозрачная гладь воды.

Все почувствовали, как зашумел лес, как звери и птицы собрались посмотреть из тьмы деревьев и кустов на перерождение того, кому они безоговорочно подчинялись. Луна вышла из-за облаков и светила безмятежное лицо мага, не тронутое за все шестьдесят лет ни одной морщинкой или изъяном. Он был так же молод и красив, каким его породила природа.

Однако все знали, что это всего лишь оболочка. Силы покидали мага с каждым днем на протяжении этого года и сейчас настал тот момент, когда ему нужно было ненадолго уйти в себя. Погрузиться в трехдневный сон, чтобы набраться новых сил и знаний, приобрести терпения в том объеме, в котором оно у него было от рождения, и все-таки попробовать связаться с духом некогда могущественного правителя нечисти, чтобы узнать – вернется ли тот вообще в мир живых или его тело давно пора погрузить под землю и покончить с мукой всех его подчиненных раз и навсегда…

Рыжеволосого вдруг больно кольнуло и он, поморщившись, вдруг поднял голову от своей свечи и увидел, как полупрозрачный силуэт брата, защищенный ореолом их общей энергетики, уходит во тьму леса.

За ним смыкаются костлявые руки деревьев и склоняется листва, как будто бы природа боится, что на этот раз кто-то все-таки сорвется с места и проследует в то царство тайны, дорога в которое открыта лишь одному на этой земле…

                              ***

Но годы мчались. Осень кончалась, наступала зима, после нее приходила весна. Все шло своим чередом: Сергей работал и расширял бизнес, желая, чтобы у дочери было все, чего та захочет, а Саша, взрослея в особняке с слугами и кошкой Люськой, которую отец принес ей в два года, осознавала, что желает только одного – свободы.

До четырнадцати лет она выходила из дома только в лицей, но вскоре и этого лишилась. Сергей, в связи с усилившейся преступностью в их городе, стал категорически против посещения Сашей школ и других заведений для нечисти, коих в городе, в десяти километрах от сектора, было полно. В итоге, Сашу стали обучать нанятые лично им учителя из лучших школ и гимназий города, поэтому девушка не росла неучем. В пятнадцать она свободно говорила на двух языках: английском и французском, – умела решать все задачи за девятый и десятый классы, хотя по возрасту ей было идти только в восьмой, но помимо этого с легкостью освоила искусство фехтования, которым должны были владеть все выпускники школ нечисти и могла дать фору даже тем, кто учился этому всю жизнь, с первого по одиннадцатый класс.