Дочь старого Крыма

Глава 1: Начало (второй недели)

Екатерина распахнула глаза, хмуро уставилась на опутанную паутиной люстру на деревянном потолке и, вспомнив, где и зачем находится, вздохнула. Добро пожаловать в очередной день твоего феерического отпуска, Катюха.

Будильник стоял на полвосьмого, но организм, судя по всему, не желал терпеть местные матрасы ни секундой дольше необходимого и в приступе оптимистичной бодрости проснулся на час раньше. Конечно, явный недосып еще аукнется вечером, когда она вырубится сразу после касания головой подушки, но чем меньше сил осознать, куда ложится, тем ей же и лучше. Привычным движением Екатерина смахнула с руки очередного муравья и села, собираясь с мыслями. Кафе открывается в восемь, но, как она еще в самом начале выяснила, это не значит, что к тому времени появится кто-то из персонала, — спасибо хоть столики с улицы не убирают, можно подождать с комфортом. Значит, где-то в восемь двадцать закажет завтрак, пока раскочегарятся-принесут, пока оплатит... Машину надо вызывать на девять.

Набрав номер местной службы такси — подружиться с приложением у Екатерины так и не получилось, — она продиктовала адрес, а когда оператор повесила трубку, перезвонила еще девять раз и через горячие клавиши подняла цену со стартовой — две тысячи пятьдесят рублей — до двух с половиной. Здешние порядки, с которыми против воли пришлось знакомиться на четвертый день пребывания, до сих пор повергали в недоумение привыкшую к сервису большой земли Катюху: безликая администратор назначает цену, заявка падает в некий чатик таксистов и может висеть там сколько угодно, пока кто-нибудь не подхватит, никакого принудительного назначения на заказ. Еще и берут охотнее, если доплачиваешь, но сколько нужно накинуть — не скажут, повышай вслепую по пятьдесят рублей и надейся, что повезет. Ну, пару раз ей уже везло.

Вспомнив вчерашнего скандалиста, поклявшегося и самому не возить, и остальным о «придурочной» рассказать, Екатерина поморщилась и подняла цену до трех тысяч. Теперь точно должны клюнуть.

После достала адаптер и первым делом положила на зарядку часы: по неизвестной причине во всех розетках номера переходник очень быстро раскалялся, оставлять его на ночь или без присмотра Катюха не рисковала, совершенно не желая расширять свой и без того сомнительный курортный опыт еще и пожаром. Сделав пару упражнений и быстро умывшись — душ принимала по вечерам, ибо без этого не могла заставить себя лечь на неприятную коже простынь с вырвиглазными цветочками, — нанесла крем для лица и вернулась в комнату оценивать масштаб трагедии. Ага, новая пара синяков на ногах — не зря брала длинные юбки, в них и на жаре полегче, и последствий приключений не видно — и стремный отекший укус чуть пониже плеча, потихоньку начинающий чесаться. Добавив к утренней порции витаминов антигистаминное, Екатерина стянула с себя корпоративную футболку, в которой спала, и принялась обильно вмазывать дорогущее солнцезащитное средство, насоветованное консультанткой в «Золотом Яблоке». Будем честны, цена оказалась единственным поводом для нареканий: крем свое дело делал, реально спасая кожу от безумного южного солнца, даже когда Катюха пропускала рекомендуемое время повторного нанесения. И если бы кое-кто — не будем показывать пальцем, она и так раскаивается — в первый день не забыл, что шея существует еще и сзади, то, скорее всего, вообще бы не обгорала. Слава богу, до ожога не дошло, но могло, могло...

Щедро нанеся защиту и убедившись, что часы наконец-то зарядились, Екатерина смахнула с них вездесущих муравьев, воткнула в розетку уже телефон и принялась проверять рабочие чаты и почту, оставив самое неприятное — прогноз погоды — на последние минуты перед выходом. Пара договоров — дождутся ее возвращения, просроченные отчеты — тем более, поздравления коллеги с рождением дочери, уведомления о созвонах, комментарий от начальницы, что на встрече с партнером та будет присутствовать вместо Екатерины Тавровны...

Вообще Алла Эдуардовна была удивительно душевной и доброй бабулечкой, какую совершенно не ожидаешь обнаружить во главе рекламного агентства, и когда искала помощницу, говорила прямее некуда: «В клиентах недостатка нет, внучатые племянники старых подруженек, царствие им небесное, всегда имеют в наследство бизнес-другой и мой телефончик помнят. А вот чтобы эти шалопаи из нас все соки не выпили и по миру не пустили, нужен уже кто-то помоложе и желательно с хваткой питбуля». Катюха, если честно, тогда не особо надеялась на успех: среди соискателей были и попредставительнее, и с дипломами заведений получше, и с опытом приличным, но из двадцати дошедших до финала девиц — мужчин в качестве помощников трижды разведенная Алла Эдуардовна не рассматривала принципиально — выбрали все-таки ее. Как позже поделилась начальница, ни диплом, ни опыт и вправду роли не сыграли: «Просто ты, Катеринушка, в перерыве мамушке позвонила, вот я вас чуть-чуть и послушала. Прости, конечно, старуху расчетливую, но из таких как раз настоящие питбули и вырастают: хоть по голове тебя лупи, челюсть не разожмешь».

Так и повелось: Катеринушка, известная за пределами кабинета Аллы Эдуардовны исключительно как Екатерина Тавровна, с жаром накинулась на переговоры и документацию, выступая в роли вежливой, но непреклонной правой руки, которая постоянно мешает руководству понять и простить очередного крестника и стабильно напоминает о сроках платежей и невыполнении договоренностей, и за первые пару лет заработала вполне себе репутацию, а за последующий десяток — даже имя.

В полноценный отпуск на три недели, к тому же за пределами Москвы и большую часть времени без связи, она ушла впервые и скрепя сердце — как там ее добрая начальница, сдюжит ли? По итогам первой недели можно было выдохнуть: Алла Эдуардовна вполне справлялась, пусть и заканчивала каждое сообщение неизменным «я же все правильно сделала, да?». Отдельно Катюху повеселила быстро распространившаяся в конторе кулстори: на встрече с прессой у их делегации спросили, кто из них Екатерина Тавровна, и Алла Эдуардовна выдала: «Ой, я за нее».

Однако, не считая подобных очаровательных моментов, получалось, что без Катюхи мир не рухнул, руководительница вполне успешно подхватила процессы, и фирма работала как работала — ну и слава богу, пусть хоть и самую малость обидно. Зато о них можно было не вспоминать до следующего утра: планерку Екатерина все-таки собиралась послушать, мало ли чего, однако на второй неделе отпуска поняла, что уже в разы меньше переживает во время отключений мобильного интернета. В первые дни ей упорно казалось, что ровно в этот момент до нее непременно попытаются дописаться по какому-нибудь чрезвычайно страшному ЧП, но пока что максимум проблем, выпавший на долю дорогих коллег, выглядел как лишняя бутыль воды для кулеров, мешавшаяся в проходе, поскольку не влезла в подсобку. Екатерина радовалась за них — и немного завидовала: на данный момент против нее словно ополчился весь Крым.

Взять, к примеру, заселение. Естественно, по первоначальному плану правая рука руководительницы крупной рекламной фирмы ехала не в деревянный домик к муравьям, а во вполне себе приличный четырехзвездочный отель на первой линии. Вот только на месте выяснилось, что за три ночи до нее туда добралась местная программа реновации: пляж и все вокруг перекопали и огородили, а благодаря меткому попаданию ковша экскаватора зажавший возврат предоплаты отель оказался одновременно и без электричества, и без воды.

В соседних ситуация по понятным причинам сложилась не лучше, на вопрос, когда все починят, ответом было «потихоньку», и устраивало это Катюху примерно никак. Мобильный интернет отключили, так что погуглить ближайшую замену Екатерина не могла и, добыв хотя бы телефон таксиста, вызвонила того и попросила отвезти на другую сторону города в надежде заночевать там: подсказать что-то путное ни мальчик на ресепшене, ни сам водитель не смогли.

В следующем отеле свет и вода были, но предсказуемо не нашлось мест, и Катюха двинулась вдоль улицы, просто заходя в каждый и раз за разом слыша: нет мест, нет мест, нет мест... Логично, бывшие постояльцы пострадавших номеров явно подсуетились раньше. Перспектива вслепую переться искать жилье в другой город настораживала, селиться к частникам казалось небезопасным, и тут, на ее счастье, мимо проезжала Юлия, то ли владелица, то ли просто сотрудница небольшого кемпинга, как ни странно, с той самой, обновляемой стороны набережной. Ее заведение находилось в дальнем углу соседней улицы, вторая линия, и каким-то чудом коммуникации под ковш экскаватора не попали. Да, комнатка с деревянной обшивкой стен, муравьями, вырвиглазным постельным бельем и полотенцами, плохой проводкой и полным отсутствием туалетных принадлежностей, кроме бумаги, не претендовала на вершину комфорта, но хотя бы наконец-то была — с водой, холодильником, чайником и, что немаловажно в плюс тридцать пять, кондиционером.

А еще сюда у нее раз за разом получалось вернуться — тоже хороший знак.

Закончив читать рабочую почту и убедившись, что солнцезащитный крем худо-бедно впитался, Екатерина смахнула с себя очередного зарвавшегося муравья и, накинув рубашку с коротким рукавом и легкую длинную юбку, прихватила наушники, телефон и заряженный с вечера пауэрбанк, затолкала все в маленькую сумочку через плечо и, не забыв солнечные очки, бесстрашно вышла из благословенных двадцати пяти градусов кондиционера в пока еще утренние, а потому терпимые двадцать семь улицы. Небольшой рюкзачок грустно остался ждать в номере: пусть в него и помещались крем, вода и куча прочих полезных в дороге штук, зато спина потела как в бане, и повторять ошибку первого дня Катюха не собиралась. Заказав в кафешке напротив свежевыжатый апельсиновый сок, раф комфортной температуры и рапаны в кляре — не самый здоровый набор, но после всех приключений не хватало только на кукухе экономить, — бухнулась за тот же столик, где завтракала и ужинала последнюю неделю, и снова уткнулась в телефон, на этот раз изучая карту соседнего города, в который предстояло ехать. Яндекс закладывал час на дорогу, значит, обратную машину вызвать лучше где-то в полдевятого...

За тщательным планированием сегодняшнего маршрута настало девять, однако с ней до сих пор не связался водитель. Девять пятнадцать — машина все еще не была назначена, и Катюха вновь набрала номер такси, дождалась ответа оператора, начала объяснять ситуацию и услышала гудки в трубке — ее просто сбросили. Сделав глубокий вдох и ме-е-е-едленно выдохнув, Екатерина набрала снова и через робота отменила заказ. Ладно, видимо, все-таки не клюнут даже на три тысячи. Оставалась последняя надежда — на спасительную Юлию.

Та нашлась, как обычно, в сторожке-по-совместительству-ресепшен, в компании спящего белого песика-облачка и сопровождающего кондиционер вентилятора: стройная и вполне себе бодрая женщина чуть за пятьдесят в алом сарафане, с ярко-оранжевыми волосами и настолько загорелой кожей, что могла бы дать фору даже мореному дубу. Оторвавшись от очередной заполняемой убористым почерком тетрадки, Юлия радостно поздоровалась:

— О, Катюша, утро доброе! Как спали?

— Как убитая, — тут даже душой кривить не пришлось, после дневных марш-бросков Катюха и вправду отключалась словно по кнопке. — Только наши старые друзья опять вернулись, хотя еды у меня в комнате по-прежнему как не было, так и нет.

— Муравьи-то? — оживилась Юлия. — Они у нас оптимистичные, нет-нет да и заглянут, вдруг чего. Не волнуйтесь, потравим, не впервой. Еще что-нибудь беспокоит?

— Да. У вас нет проверенных таксистов, которых могли бы посоветовать? Я пользовалась вот этими, — она показала номер на экране, — и, кажется, угодила там в ЧС.

— Тоже мне, трагедия, — хмыкнула собеседница. — Не вам в обиду, Катюша: им лишь бы за косарь до автовокзала пару раз в день подбросить и все, никакой клиентоориентированности. Есть у меня пара телефончиков... — Нырнув в нижний ящик стола, она выложила на стойку две многое и многих повидавшие визитки. — Светка — единственная девчонка-бомбила в округе, матершинница дай боже, но путная и ответственная. Минусы — машина без кондея. А, ну еще курит, но вам вроде не важно.

— Не важно, — кивнула Екатерина.

— Ну и хорошо. Вот, а второй — наш Ромаш: не курит, матом не ругается, водитель аккуратный, с кондеем. Из минусов — девки на него падки, и он этим пользуется, так что кошелек держите подальше от сердца: этот улыбаться — улыбается, бабло сосет, да в руки не дается.

— Еще и на мужчин у меня бюджета точно не хватит, максимум, что ему светит, — оплата по счетчику, — хмыкнула Катюха, но первой набрала Светлану: как ни крути, а когда ты одна-одинешенька в незнакомой глуши, с женщиной в машине спокойнее даже без кондиционера и под перемат.

Трубку та взяла, внимательно выслушала и бодро ответила в ключе «да, взяться могу, но часика через два — сейчас уже на заказе, в другом городе». Пообещав перезвонить, если что, Екатерина повесила трубку и задумчиво уставилась на вторую визитку. Терять время не хотелось, и без того первая неделя, считай, коту под хвост, но мужик, привыкший к дамскому вниманию, — вдруг полезет? Тоже на фиг не упало...

Аккуратно убедившись, что заточка все еще во вшитом внутреннем кармашке юбки, Екатерина решилась и набрала второй номер. Ответивший мужской голос был приятен, не скроем, и обещал прибыть минут через двадцать. Дожидаться Катюха осталась на ресепшен, во владениях кондиционера и вентилятора, и, пока Юлия что-то строчила в толстой тетради, еще пару раз проверила, что заточка легко достается и не менее быстро и удобно прячется. Вообще, вшивать потайные уплотненные кармашки ее приучила мама, исповедовавшая парадигму, будто на отдыхе все только и делают, что обязательно пытаются приезжих ограбить, поэтому наличку необходимо хранить максимально близко к телу. Конечно, в современном мире необходимость в подобных ухищрениях давно отпала — Екатерина даже фейс айди не подключала во избежание несанкционированного доступа к финансам, но вот ее новой острой подруге вшитый по привычке карман оказался четко по размеру.

М-да, что отдых с людьми делает: еще неделю назад она была Екатерина Тавровна, а сейчас — Катюха с заточкой. Ну, отец, надеюсь, ты этого стоишь...

Однако двадцать минут спустя так никто и не появился, и минуло хорошо за десять, когда в сторожку наконец вошло новое и довольно неожиданное лицо: загорелый блондин с белозубой улыбкой смотрелся бы излишне кинематографично даже в обнимку с серфом в Калифорнии, не то что за баранкой крымского такси. Молоденький — Екатерина и тридцати б не дала, — стройный, но подкачанный, с трогательно лезущей в глаза челкой, хоть сейчас в поп-группу бери и в тур по России, любого Шамана за пояс заткнет. На ногах шлепки, чуть выше — то ли шорты, то ли плавки и белая рубашка из чего-то глубоко натурального. До образа максимально расслабленного покорителя пляжных сердец не хватало только какой-нибудь цепочки с кулоном, желательно в роли воспоминания о несчастной любви, чтоб ненавязчиво болталась и притягивала взгляд к ключицам. Но, как было здесь принято, лишний раз заморачиваться, чтоб довести картинку до совершенства, никто не собирался. Бойкая Юлия на его появление только глаза закатила:

— Ну наконец-то, явился не запылился. Екатерина, знакомьтесь, Ромаш. С другой планеты, что ли, ехал? Человек тебя сколько ждать должен?

Таксист улыбнулся шире, и Катюха моментально поняла, как исчезали деньги у его клиенток: имей она при себе наличку — сама б ему в карманы всю просувала, лишь бы сделал так еще.

— Теть Юль, я ж не виноват, что у вас тут очередная перестройка: два самосвала разъехаться не могут, мне их чего, перепрыгнуть прикажете? Пришлось машину на углу у заправки бросить и дальше пешочком. О, вы без сумок? До заправки дойдем?

Екатерина сухо кивнула, мысленно злясь на себя: сначала заточка, теперь готовность кинуться на шею первому же смазливому таксисту... Отпуск на море определенно не шел ей на пользу, и, попрощавшись с Юлией, Катюха первой ринулась наружу к уже вполне недружелюбным тридцати градусам. На выходе с территории они поравнялись — и тут же уткнулись в черную «шкоду» с подозрительно знакомыми номерами. Ах да, вчерашний. Высунувшийся из окна водитель смерил ее взглядом и, скривившись, крикнул спутнику:

— Ромаш, это ж та, про которую я в чате писал. Она походу... — тут он покрутил пальцем у виска.

Новый таксист только плечами пожал:

— Что теперь, не работать? Все лучше, чем пьяных возить.

И прошел мимо, чем заработал в глазах Екатерины пару дополнительных баллов. Правда, его поведение тоже настораживало: неужели в замкнутом сообществе на пару десятков коллег-соперников слухи до него не дошли? Или отмахнулся? Можно ли такому вообще доверять?

— Сколько в итоге поездка выйдет? — решила она на всякий случай прощупать почву.

— Две двести устроит? На две сотни меня как раз штрафанут за то, что заказ увел.

— В смысле? — не уловила логику Екатерина. — У кого увели? Меня ж за почти три часа так никто и не взял.

— Не взял, — кивнул парень, отходя к обочине и пропуская вчерашнего таксиста. — Ты там не выедешь, дурень! Ай, глухая тетеря, царя включил, не слышит. В общем, пусть и не взяли ваш заказ, но я-то его в общем чате видел. Да, потом вы его отменили, но раз нас вместе засекли, вопросики точно последуют: чего сразу не вызвался через агрегатор, почему напрямую работаем, процент отчислять не хотим, да? Начальству хрен че объяснишь, так что проще штраф оплатить и забить.

— А почему не взяли, если видели, а теперь везете, еще и за меньшие деньги? — оторопела Катюха.

— Сразу не взял, потому что, во-первых, Володька, подвозивший вас вчера, сразу верещать принялся, мол, человек в неадеквате, может, даже под веществами, связываться ни в коем случае нельзя; он, конечно, из тех, кто даже год спустя обиду помнит и на дороге всех проучить пытается, но, сами понимаете, времена неспокойные, мало ли чего... А во-вторых, там, куда мы едем, связь часто отрубают, обратку фиг найдешь. А везу в итоге, потому что раз вам теть Юля мой телефон напрямую дала, значит, помочь надо. Как-то так.

— Но почему дешевле? Я три ставила, — продолжала недоумевать Екатерина.

Тот глянул на нее как-то заговорщицки и вдруг рассмеялся:

— Ну блин, тут час езды! Не стоит оно трех тыщ, две за глаза даже с учетом обратного порожняка.

Что ж, либо Ромаш еще не смекнул, что она женщина и из нее можно, как выразилась Юлия, «сосать бабло», либо с утра оказался не на пике своей клещевой формы — и на том спасибо. Однако молчание было нарушено, и далее диалог продолжил уже он.

— На поворотах вас, кстати, не укачивает? — деловито поинтересовался, отступая с дороги, чтобы пропустить грустно ехавшего обратно коллегу: видимо, самосвалы так особо и не продвинулись.

— Когда не лихачат — нет, — пожала Катюха плечами.

— Отлично! Если уши закладывать начнет — это нормально, перепады давления. Не стесняйтесь зевать, рот открывайте или чупа-чупс там пососите, они у меня в бардачке есть, бесплатно.

Видимо, идея, что она сядет не рядом, им даже не рассматривалась.

— Назад кондей не добивает, — правильно истолковав ее молчание, пояснил Ромаш. — Если хотите, можете, конечно, и там ехать, но, скорее всего, поплохеет в разы быстрее, тут уж соси — не соси.

Последнюю фразу, по мнению Екатерины, стоило бы рассмотреть в качестве универсального слогана всего местного сервиса, но высказывать эту идею вслух не стала, тем более выпитые на жаре раф с соком резко попытались одновременно выйти через поры и явно столкнулись в дверях: с лица натурально начало капать, и в таком состоянии привлекать к себе лишнее внимание красавчика не хотелось. Блин, если б он до отеля доехал, обошлось бы без всего этого, но кто ж знал...

— Видите впереди «фольксваген» синенький? Это наш.

Екатерина, если честно, не опознала среди далеких точек даже цвета, не то что марки машин, но кивнула. Ромаш скосил на нее глаза и с заботой уточнил:

— Вам салфетки сухие дать?

Любое проявление собственной слабости Катюху бесило, поэтому, пробормотав нечто похожее на вежливый отказ, она попыталась украдкой утереть подбородок рукавом и чертыхнулась: блин, солнцезащитный крем! Рукав светлой рубашки мгновенно радостно пожелтел. Ну и хрен с ним, все равно к вечеру вся одежда в таких разводах будет, никуда не деться.

Дойдя до машины, они наконец сели, завелись, и Ромаш, как и обещалось, аккуратно порулил в сторону соседнего города под тихий аккомпанемент магнитолы. Машина старенькая, но чистая, кондиционер и вправду что-то там пытается, никаких энергетиков под рукой, а в бардачке — обещанные чупа-чупсы, яблочные и кока-кольные. Пробовать Катюха не стала, но само наличие оценила и сразу призадумалась, в чем подвох такого сервиса: в везение не верилось совершенно. Скорее, Крым с ней не закончил и сейчас размахивается для очередного удара...

— Решили воздержаться? — с улыбкой уточнил Ромаш, кивнув на бардачок.

— Пока не закладывает.

— Если что, можно и просто так брать, для удовольствия.

— Спасибо, учту, — пробурчала Катюха и постаралась как можно мрачнее уставиться в окно: на улыбку парня так и тянуло ответить, а там и до разговоров по душам недалеко. Нафиг-нафиг, нельзя терять бдительность. Но молча поразглядывать пейзаж ей не дали — таксист словно невзначай снова завел волынку:

— Как вам у нас?

— Да как всегда: жара, трава вся высохла, сплошные виноградники да горы.

— Уже бывали тут?

— Да, очень давно.

— И, видимо, в восторге не остались?

Ага, в двенадцать-то лет с в ужасе крестящейся матерью — и почему-то без восторга...

— Скажем так, были причины.

— Но все-таки решили повторить? Интересный выбор.

— Сама в шоке.

Ромаш ободряюще улыбнулся, сердце радостно запело, и мозг тут же на него зашикал: сидеть! Не время пялиться на смазливых парней, у нас вообще-то цель. Не без труда вернувшись к созерцанию незамысловатых пейзажей, Екатерина старательно принялась в них вглядываться, словно ища поддержку, но тщетно: однотипные кусты и виноградники пролетали друг за другом, изредка сменяясь однотипными же домиками или стадами умиротворенных коров да баранов, однотипные забегаловки по обочинам однотипно зазывали на устрицы, а самым неожиданным и ярким событием стал внезапный мужик, торговавший медом на обочине посреди абсолютного ничего. Горы тоже копировали одна другую, совершенно не внося определенности в пейзаж, и с каждой минутой Катюхе становилось все тоскливей и тоскливей: шанс спустя двадцать с гаком лет найти среди похожих дорожек нужную казался уже не просто призрачным, а абсолютно нереальным. Ничего, сдаваться без боя не в ее правилах. Главное — четко идти по их с мамой следу, авось тогда и вспомнится. В конце концов, они ведь каждый год так путешествовали, да? Не могла же она забыть все окончательно, а горы — с землей сравняться, должны хоть какие-то зацепки остаться — или Крым и тут с ней играет?

— Не хотите искупнуться? Рядышком съезд прям к морюшку отличный, о нем только местные знают, весь пляж — наш, — внезапно вернул ее в реальность Ромаш.

Ну-ну — в безлюдное место с парнем, которого только встретила? Держи карман шире.

— Нет, спасибо, я купальник не взяла.

— Если что, мы недалеко отъехали, могу вернуться...

— Я вообще его с собой не взяла, — с нажимом ответила Екатерина.

Пожалуй, не предлагай Юлия до этого каждый божий день не кукситься, а прогуляться поплавать, Катюха завелась бы чуть меньше. Но и сдерживаться в такой ситуации смысла не видела — чем быстрее этот инкуб местечкового разлива поймет, что ловить нечего и дама не расположена к приключениям, тем лучше.

— Но тут же море, — продолжал не понимать ее Ромаш.

— А у меня дела, — отбрила Екатерина. — Времени на развлечения нет, и без того не ясно, на сколько еще все затянется.

— Ну хотя бы ножки помочить! — не сдавался таксист.

— Шлепок тоже нет, — отрезала она. — И нет, босиком не пойду, а тратить лишние деньги не намерена: это сегодня повезло, но верю, завтра кто-нибудь из ваших коллег обязательно отобьет все сэкономленное.

— Вы и завтра планируете куда-то ехать?

— Да, — осеклась она, поняв, что проговорилась.

— Так давайте я и отвезу. Лишнего точно не возьму, обещаю!

— Ну вам же, как я понимаю, особо резона так кататься нет: обратно попутчика не найдете...

— Альтернатива — сидеть и сторожить заказы, авось первый ухватишь, а так хоть какая-то стабильность! Вас, кстати, обратно забрать надо или там заночевать планируете?

Екатерине очень не понравилось, что он прощупывает ее планы, но при этом она мысленно чертыхнулась: точно, еще же обратно, а в городе могут связь отключить. Хороша бы она была в попытке найти таксиста наобум...