На берегу

НА БЕРЕГУ

– Ну что ж… Начнём по порядку? – существо подкинуло дров в костер и заговорило.

Голос был мерный и тихий, как будто где-то далеко отыграла музыка и последним отзвуком дрожала струна. Но он не печалил, он согревал как последняя надежда. И путешественники, сжавшись у костра, удивленно слушали его.

– Я не знаю, кто вы. Я не знаю, кто я. У меня была возможность разобраться: столько со мною рядом перебывало разных существ – мудрых и странных, добрых и злых – можно было бы попросить у них в этом помощи. А я не смогла. Потому всё так же сижу и сижу на берегу реки.

Жизнь – это Река, впадающая в Океан. Она стремительно рвется вперёд, теряется вдали и… проносится мимо меня. Волна обгоняет волну, свистит и мчится ветер. И те, кто в Реке, кто движется вместе с водою и ветром, – те и живут. А я… Я просто сижу на её берегу.

Верите ли, мне необъяснимо приятно вот так вот сидеть и смотреть на тех, кто живёт. Они занятны: такие разные, и такие похожие в одночасье. Некоторые из них, целеустремленные и решительные, пытаются покорить Реку. Они движутся, никого и ничего не замечая вокруг, как будто пытаются обогнать волны и достичь какой-то своей, собственной цели раньше, чем туда добежит вода, не обращая внимания ни на кого. Всё для них – движение, а мир для них – Река.

Есть и другие, авантюристы и мечтатели. Они не стремятся гнаться за Жизнью. Им просто нравится то нежиться на водной глади, то рисковать, носясь по валам. Уж если они с кем и соревнуются, так это с другими Плывущими. Мне иногда кажется, что им всё равно, что там, в конце Реки, куда она течёт и куда несёт их – лишь бы покуражиться! Они бросают вызов каждому успешному пловцу, а прежде всего – друг другу.

Были среди Живущих и отчаянные смельчаки, намеревавшиеся побороть течение и плыть против него. К чему? Неужели их цель – не та, что у всех остальных? Видимо, да. Но, несмотря на отчаянные усилия, широкие взмахи и гребки, их продвижение к Истокам так незначительно и так временно! Вода неизменно относила их к Океану, измученных, но непокорённых.

Видела я и иных, влекомых волнами с хмурой, решительной обреченностью. Они не поднимая головы, гребут и гребут в никуда, видя перед собою только отражение собственного отчаяния в бурных водах. Мне не известно, зачем они однажды вошли в Реку, почему их не прельщают ни Океан, ни Истоки, ни Берега, как непонятно и то, какая сила всё ещё удерживает их наплаву.

Но страшнее всего было видеть обессиленных – плывущих на спине, ещё живых, но уже отрешённо глядящих вверх и не видящих ни неба, ни Реки. Как мёртвые, они перекатывались бревнами в быстром потоке и исчезали в нём навсегда.

И те, и другие, и третьи, и даже последние всё-таки были и оставались частью Жизни, частью Реки, её настоящим, прошедшим и будущим, несмотря ни на что. Время от времени некоторые из них даже замечали меня и звали с собой. А я? Я остаюсь Сидящей на берегу.

Не потому, что боюсь потерпеть поражение в борьбе с Рекой и Океаном – мне незачем было бороться с тёмными тёплыми водами (пусть только позовут – и я нырну, чтобы умчаться в потоке навстречу вечности). Дело в ином. Как объяснить? Я просто ощущаю себя – лишней среди плывущих. Я улыбаюсь им – пусть вам повезёт и всё будет хорошо в вашем пути. Улыбаюсь – и машу им вслед рукой, и остаюсь на своём берегу.

Ещё, наверное, и потому, что мне иногда кажется, будто я оставлена здесь (Кем-То или Чем-То) совсем не зря. Пусть даже если и не всегда мне суждено сидеть на берегу, то хотя бы до тех пор, пока не найду этого Кого-То или Чего-То, чтобы плыть вместе с ним, вслед за ним. Или хотя бы не найду… себя. Ведь я до сих пор даже не знаю, кто я – Я, оставленная на берегу. Впрочем, начнем по порядку?

АНО

Долго я ощущала себя деревом. Живое существо увидал во мне однажды старый Чарг, теперь мой верный друг. Правда, когда он впервые спустился с неба на песок возле меня, обошёл вокруг, кося чёрной бусинкой внимательных глаз, почесал недоумённо лапкой клюв, он ещё не был другом, а скорей случайным первым встречным птахом. Прокашлявшись, Чарг сам завел беседу:

– Ммм-да-с-с-с… Что мы имеем? Самочка, определенно самочка, да-да. Только какого вида?

– Кто – я? Вы это – обо мне? – и смутилась, и обрадовалась я, то ли нежданному собеседнику, то ли звукам собственного, такого нового для меня, моего голоса, то ли тому, что вообще, оказывается, умею говорить. – А откуда вы… узнали?

– Хм! – усмехнулся Чарг и снова почесал клюв. – Хм. Видимо, по запаху? Ххха! Конечно, по запаху! Крра!

Тут мы засмеялись оба (хорошая шутка – по запаху! – ведь смешно же, правда?), разговорились и стали друзьями. Как друг, он рассказал мне бесконечно много и изумительно интересно. Всё, что я знаю о Реке и о Плывущих, я узнала именно от него. Чарг бывал в разных местах и из каждого полета возвращался, удивляя меня новостями. А однажды он принес мне тёплый лёгкий платок. Нет, целый плед! В красную и зелёную клетку, с бахромой. Такой огромный, что мне несложно было завернуться в него целиком.

– Чарг, но мне нечего подарить тебе взамен. – смутившись, сказала я ему – А хочешь, я сделаю тебе гнездо? Мы будем там вместе, и ты бы навсегда остался со мной?

– Вот ещё! – хмыкнул он. – Носи, Самочка Неизвестного Вида, носи этот плед и не выдумывай глупостей! А я и так ещё прилечу к тебе. И не раз. Зачем мне твоё гнездо? Да и я тебе – зачем? Незачем! Ты лучше вот что: лучше сделай себе дом и жди.

– Чего жди?

– Особь твоего вида, но… противоположного пола. Он обязательно найдётся, и вы будете вместе. Понимаешь? Не поняла? И ладно. И Бог с тобой. Поймёшь со временем. А пока верь мне, – сказал он, а потом…

Потом Чарг, не привыкший сидеть на одном месте, снова улетел. Как улетал всегда. Тем более, уже заканчивалось лето. А осень всегда действовали на Чарга одинаково – заставляла исчезать куда-то на долгую-долгую зиму.

Одно хорошо: каждая весна возвращала его обратно. Возвращались его рассказы о Мире, о Реке, об Океане, многих и многих Живущих и Плывущих, о его высоких полетах, и… обо мне. Правда, обо мне он каждый раз рассказывал другое и новое – никак не мог разобраться, кто я и что я. Единственное из его слов было ясно точно: я – живая, одушевлённая, я – Ано, самочка неизвестного вида.

И еще кое-что я узнала благодаря Чаргу: с его отлётами я узнала, что такое о-ди-но-чес-тво и о-жи-да-ни-е…

ДОМ

Я долго думала над словами Чарга о доме. Но с чего начать? Как начать? Я не знала. И подолгу сидела на своем берегу – думала!

А однажды утром над водой, прямо напротив меня остановился туман. Я хотела поговорить с ним, но он был занят. Туман одной лапой уперся в песок около меня, а другой – в противоположный берег, пил воду и пытался разглядеть на тёмной скользкой поверхности своё отражение. Тщетно: глупый туман закрыл своей широкой спиною солнце и ничего не мог увидеть теперь. Он расстроился, сжался, отяжелел, брызнул поневоле от горя весомыми редкими слезами и, раздражённо оттолкнувшись от берегов, взмыл кверху. Он повис невысоко, качаясь и печалясь. Под ним, как под крышей, плавала по воде вместо отражения его темная грустная тень. Я залюбовалась.

Но тут примчался легкий веселый ветер. Он стал дергать туман за рукава, за полы ватного пальто, сбил с него косматую шапку, уцепился за длинный белый шарф. Он тянул его за усы и бесшумно смеялся ему в лицо с лёгким придыханием. От его насмешек туман совершенно расклеился, распался в клочья, расцвёл в вышине кучевыми облаками: бело-розово – на голубом…

Ветер недоумённо пожал плечами – вот незадача! – и погнал куда-то по разбитому зеркалу реки последние лоскутья тумана.

Я осталась совсем одна. Только моё отражение – очертания самочки неизвестного вида – невесомо выглядывало из пледа, качаясь сюда и туда на волнах.

– Тоскуешь? – спросила я его – А друг твой Чарг улетел и прилетит только когда пройдут холода, но сначала выпадет, а потом сойдёт снег…

Отражение мое вопросительно поглядело на меня:

– Ты чего? Спрашиваешь, как я готовлюсь его встречать? Мы сядем, поговорим… Я насыплю ему сухих ягод, которые припрятала для него под пеньком, и…

Вдруг мне захотелось: пусть там, где мы будем беседовать с Чаргом, будет так же покойно и тихо, как под крышей, которую соорудил над водою туман. Но только чтобы пробегающий мимо ветер не размахивал руками и не ерошил нас. И чтобы был, была, были…

– Дом! Теперь я знаю, как я буду делать для нас дом!..

Я отошла подальше от берега, к сухому глинистому пригорку на опушке соснового леса. Обошла, рассмотрела его и поняла: если вырыть в нём ход, а потом широкую просторную нору, которая, как капля, расширялась бы вглубь и уютно круглилась снизу, можно будет не стыдиться принять в ней моего друга.

До глубоких холодов шла моя работа. Я рыла долгий ход, потом копала комнатку, ровняла её стены. Из вынесенного наружу суглинка выкладывала и лепила вокруг пригорка, моего будущего дома, низенькую длинную стену. Из лесу носила ветки, укрепляла, подпирала потолки. В редкие тёплые деньки сушила листья, хвою, жухлую траву. А позже устилала ими пол в своём новом доме. Там стало мягко и тепло, пахло солнцем и сладкой осенью. Только темень стояла непроглядная. Даже как-то неуютно.

– Что же делать? Мой Чарг так любит свет, свободу. Я не могу заставить его сидеть со мною здесь во тьме! Надо придумать, как запустить в мой дом солнце.

Я подумала, и прорыла два окна. Одно – в длинном ходу-коридоре, другое – в комнате. Стало светло и… прохладно. Холод нам не нужен!

И тогда, вспомнив как летом трудились пауки, я догадалась и сплела из камыша занавеси на окна и покрывало для входа, и повесила. На это у меня ушло ещё несколько дней. Но теперь холод отступил, а сквозь рыжеватый камыш пробивались тонкие лучики – свет. Теперь Чаргу будет уютнее и светлее. Остается только его ждать. Я – дождусь, ведь у меня никого кроме него нет. Даже меня.

До первого снега я управилась. Перенесла внутрь все свои запасы. А как только лёд тронул реку – вошла в свой новый дом: хо-ро-шо! Я легла и заснула, как засыпают зимой медведи, ежи, лягушки, черепахи, летучие мыши. Заснула, потому что мне нечего стало делать, пока рядом со мною нет моего друга.

ОТТЕПЕЛЬ

Я думала проспать так всю зиму – а вдруг я действительно медведь? – но оттепель разбудила меня. Журчала вода, плясали солнечные блики, терпко пахло весной. Я испугалась: вдруг пропустила во сне прилет Чарга?

Но выбежав на берег, я увидала серую, хмурую, вовсе не весеннюю реку.

– Чарга нет. Потому что нет и весны. Это просто короткая нежданная оттепель, – проговорила я себе.

И тут услышала:

– Кррра! Самочка, это ты?

Мой друг размеренно ходил по песку и тепло, чуть насмешливо, поглядывал на меня. Я обрадовалась и запрыгала до небес:

– Чарг??!! Миленький, неужели уже весна? Ты прилетел ко мне на всё лето?

– Нет, просто была оттепель. И я подумал: вдруг успею слетать к тебе? Ты ведь без меня… скучаешь? Поболтаем, проведаю тебя и – улечу.

– А может,… останешься? Послушай, я построила нам – дом. Погляди!

Мы вместе пошли к пригорку. Я вошла в свою нору и открыла окно, чтобы Чарг влетел внутрь.

– Ну-ну, – сказал он, осматриваясь. – Хороший дом. Я даже не ожидал. Ты очень быстро развиваешься! Я уж думал, что ты – медведица, а теперь… Теперь я даже не знаю. Ничего, разберемся. Главное, ты не унывай.

– Но ты… Ты останешься со мной или нет?

– Вряд ли. Да и зачем я теперь тебе? Тебе, бесспорно, нужен самец твоего вида, твоего возраста… А я? Теперь тебе самое время сидеть на берегу и ждать новых знакомств. Я чувствую: скоро у тебя всё изменится. Жди гостей.

– Но я не хочу гостей! Я хочу, чтобы со мною был ты!

– Я? Зачем? Я просто старый Чарг, который прилетает к тебе раз в год и брюзжит над твоей головой. Вот и всё.

– Так ты… покидаешь меня?

– Зачем же так? Я тоже к тебе привязался. За столько-то лет! Ещё буду прилетать, помогать, советовать. Ведь вдруг тебе понадобится совет? Видишь, что я приволок? – Чарг махнул крылом в сторону побережья; там лежал небольшой ящик.

– А что там?

– Котелок, чай и сахар. И немного печенья. Я рассказал о тебе плывущим. Их называют ещё Идюл. А они любят всякие диковинки и странных зверей. Вот и передали – для тебя. Может, научишься пить чай, и тебе понравится?

Мы бы говорили ещё, но тут усилился ветер.

– Мне пора, – строго сказал Чарг. – Слышишь? Усилился ветер. Оттепель прошла и скоро пойдет снег.

– Останься. Я теперь знаю, как тебя согреть!

– Не могу. – ответил он. – Птица должна летать. Тем более, если я останусь, то ничего не узнаю нового о тебе. Я улечу, но прилечу снова. С вестями. А ты жди гостей и приглядывайся: вдруг среди них будет кто-то из твоего племени. Прощай.

И я снова осталась одна.

МОИ ПЕРВЫЕ ГОСТИ

Моими первыми гостями стали плывущие – те самые Идюл, о которых говорил Чарг…

Видимо, он действительно рассказывал им обо мне. Потому что однажды, прохладным солнечным утречком, ломая прибрежный ледок, они причалили к моему берегу своей огромной лодкой. Я видела, как высокие Идюл прошлись по заиндевелой траве, оставляя на белом – свои буроватые следы и… случайно вышли к моему дому.

Мы вместе удивились друг другу. Но Идюл пришли в себя раньше меня и заговорили. Сначала много, непонятно. Но понемногу я стала разбирать их слова – ведь они говорили как Чарг, только звонче, быстрее.

– Ты кто? – спросили они меня.

– Я? Не знаю. Может, это знаете вы? Чарг, например, считает, что я – самочка неизвестного вида. А вы?

– Мы-то? Мы-то Идюл, Плывущие. – сквозь смех выдавили они. – А ты… – самочка? Ну-ну…

Помолчав немного, они спросили ещё:

– И ты живешь вот в этой норе?

– Как «в норе»? Это – мой дом! Я построила его себе сама. Здесь я жду весны и своего друга Чарга.

– А раньше ты где жила?

– Раньше? Не знаю, не помню. Мне кажется, что я была деревом и росла на берегу.

– Да неужели? Ну и что ты станешь делать теперь, когда ты уже не дерево, а… – снова засмеялись они, – самочка неизвестного вида?

– Я же говорю: буду ждать весны и своего друга Чарга. Есть, пить, спать, выходить на берег. У меня много припасов. – я сбегала в дом и вынесла им орехов и ягод, насыпала каждому в пригоршни. – Видите? Хотите ещё? Берите! Это очень вкусно. Ещё у меня есть чай, но я не умею его есть.

Но Идюл почему-то засмеялись снова.

– Хочешь, мы научим тебя разводить костер? – предложили они. – Ты сможешь тогда греться и пить

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.