Интерполирую прошлое – экстраполирую будущее

– Конечно! У меня брат на старшем курсе, поэтому после моего зачисления я был полностью проинформирован, – кивнул парень. – Но вы мне не поверите, если я вам расскажу.

– Мы уже осознали, что это нечто сверхсекретное, – ответила я.

– Если они даже используют зеркальный купол для укрытия, – подтвердила Ники, и мы вместе с ней с надеждой уставились на нового знакомого.

– Ладно. Только пообещайте не перебивать.

– Обещаем! – легко согласились мы, жаждая получить новые знания.

– Вы когда-нибудь задумывались о том, что судьбу можно переиграть, опередить? – с хитринкой в глазах спросил Колли. – Наверняка даже не подозревали, что судьбы великих людей складывают именно экстраполяторы и интерполяторы? Здесь готовят специалистов, в которых течет магия. Здесь нас научат пользоваться своим внутренним даром, с помощью которого мы сможем увидеть кривые жизни людей, отмечать основные точки и экстраполировать события.

– Ты гонишь, – прошептала я. – Какой дар?

– Я просил не перебивать, – пафосно ответил Колли. – Я же говорил, что не поверите. Но осознать свою особенность и значимость придется. Первый курс – базовый, а вот дальше пойдет разделение на интерполяторов и экстраполяторов. Последние более сильные поляторы, они занимаются непосредственно изменением судьбы, а вот интерполяторы просчитывают прошлое и возятся в основном с расчетами, определяют значимые точки и дают возможные прогнозы. Хотя составлять прогнозы должен уметь и каждый экстраполятор, ведь иногда приходится действовать в экстремальных условиях и определять максимумы и минимумы и производить расчеты самостоятельно.

– То есть мы кто-то типа волшебников? – удивленно прошептала Ники, и Колли пожал плечами.

– Назвать можно по-разному, но суть одна – мы очень значимые люди во вселенной. В наших руках будут судеб сотен людей.

– То есть и нашими жизнями кто-то управляет? – прошептала я. – Я могла опоздать сегодня не случайно?

– Вряд ли такие мелкие события в компетенции поляторов, – слегка поморщился Баскинс. – Они занимаются судьбами верхушки конфедерации и её недругов, и им нет дела до обычных людей. Если ты, конечно, не привлек особое внимание экстраполятора. Но если рассматривать конкретно тебя, то могу успокоить: на поляторов редко действует их же магия, поэтому наши судьбы остаются, преимущественно, незатронутыми, если это не что-то глобальное.

– Во дела! – выдохнула Николетта. – Всю жизнь жила, а о таком даже не слышала.

– А ты нас не разыгрываешь? – недоверчиво посмотрела я на парня. На серьезного человека он не тянул.

– Вот завтра на первой паре и получишь подтверждение моим словам, – хмыкнул он, после чего поднялся из-за стола. – Ладно, лиа, с вами хорошо, но мне еще вещи разбирать. До завтра!

– Во дела… – вновь шокировано повторила Ники, и я с ней была солидарна. Добавить было нечего.

У комендантши мы взяли все необходимое для уборки: моющий пылесос и губки. Причем лиабе смотрела на нас таким сочувственным и виноватым взглядом, что я сразу поняла: следить за чистотой комнат – её обязанность, которую она откровенно игнорирует. Но портить отношения с комендантом в первый день – верх глупости, поэтому мы дружно промолчали и отправились к себе в бокс.

Зайдя внутрь, вновь ужаснулись – объем работы представлялся немалым. Недолго повздыхав над своей тяжелой долей, мы принялись за уборку. Сначала решено было включить на планшете музыку и смести всю пыль с потолка, что мы и сделали. Ходить по такому слою пыли было фактически невозможно, поэтому пол тоже не остался без внимания. И остался только встроенный в стену шкаф и несколько прикроватных тумбочек в спальне.

– Давай сначала сдвинем кровати, сделав из четырех односпальных две широких? – предложила Ники, и я её идею поддержала.

Выбрав места для размещения, мы направились к первой кровати и встали с одной стороны, чтобы подвинуть кровать ближе к стенке, где стояла вторая. Не успели мы и на несколько сантиметров переместить мебель, как раздался загробный вой. Взвизгнув, мы отпрыгнули.

– Ты тоже это слышала? – испуганно прошептала Ники, и я кивнула.

– К сожалению. Что за шутки?

Я упала на колени, чтобы заглянуть под кровать, и тут же чихнула из-за слоя пыли. Хозяюшки! Под кроватями не пропылесосили! Прочихавшись, я взяла пылесос и принялась очищать пол, после чего вновь присела на колени и заглянула под кровать. Но тут же на меня полетел белый фантом.

С криком я вскочила на ноги и сбила Ники. Мы вместе полетели на пол, а над нами взметнулся белый призрак и с бешеной скоростью закрутился по комнате.

– Что за черт?!

– Наверное, проектор где-то стоит, – отойдя от первого шока, прошептала я.

Хотя у меня появилось сомнение. Вдруг, призрак реальный? Про поляторов я тоже ничего не слышала, но они же существуют! Почему бы этому мифу не ожить?

– Наверное, – немного успокоилась Николетта, но взгляд отвести от проекции не смогла, впрочем, как и я. – Тогда нужно найти этот проектор.

И последующие полчаса мы искали этот чертов проектор, пока над нашими головами кружил белый фантом, периодически завывая. Причем мы даже не могли разобрать, откуда идет звук, он был слишком объемный.

– Ники, – позвала я девушку после неудачных поисков, – кажется, я начинаю понимать, почему нам дали эту комнату на двоих. Не стоило мне называть её имя.

– Думаешь, в этом дело? – робко улыбнулась соседка.

– Определенно, – серьезно кивнула я. – Может, у неё ненависть к своей фамилии? А мы не знали и такую оплошность совершили!

– Тогда что нам делать? Просить выделить нам другую комнату?

– Не получится, – покачала я головой. – Помнишь её слова о том, что в этом году много поступающих? Все боксы переполнены, не зря она нам выделила именно этот номер.

– А если нас расселить по другим комнатам? – с надеждой спросила лиа, поглядывая наверх, где кружил белый фантом. – Я не смогу жить с этим над головой.

– Представь, что это светильник.

– А с воем что делать? Беруши надевать?

– Привыкнуть, – пожала плечами я. – Но нас теперь определенно в другой бокс не поселят, да и я не хочу. Я воспринимаю это, как вызов. И ты тоже должна.

– Что должна? – непонимающе хлопнула ресницами девушка.

– Делать вид, что наша комната самая лучшая, и с ней всё в порядке.

– Но это неправильно! Нечестно! Несправедливо! За что мы должны портить свои нервы? Я по ночам с этим воем спать не смогу!

– Поэтому нужно найти источник, – безапелляционно ответила я, и поднялась на ноги. – Продолжаем поиски!

Теперь я принялась за шкаф и тумбочки. Открыв створки первого с помощью приборной панели, я вновь удостоилась внимания призрака. На этот раз другого, и он уже не был воспринят с ужасом. Белесый фантом пролетел буквально сквозь меня, отчего я зажмурилась, а потом воспарил над потолком, устроив настоящие пляски со своим «другом».

– Тумбочки открывать не будем, – с содроганием посмотрев на означенные предметы мебели, заключила Ники.

– Не будем, – согласилась я, и поспешно добавила: – Пока…

Ни через час, ни через два поисков мы не обнаружили ни одного проектора, а вой всё продолжался. Ники уже принялась хныкать, а я закипать от злости. Включила громче музыку, но буквально через минуту вой тоже усилился. Нет, просто издевательство! И это больше не похоже на встроенные проекторы, а на самоуправляемую систему.

– Аврора-а, а если за нами следят? – всхлипнула Ники, и я вздохнула, взъерошив волосы.

– Не имеют права. Комендант бы точно не поселил нас в такую комнату, так как частная жизнь охраняется законом. Значит, у этого устройства есть чувствительные сенсоры.

– Мне страшно-о.

– Ники, хватит раскисать! Наушники есть?

– Есть.

– Вот и вставляй их в уши и пошли убираться, – отрезала я, беря в руки губку, после чего отправилась в ванную. Как только вошла, то поскользнулась на мыльном полу, но от падения меня спасла стирально-сушильная машина, за край которой я успела уцепиться. – Ники, ты кран не выключила?!

– Я не заходила туда после тебя! – удивленно ответила подруга, и мне пришлось призадуматься. Неужели я кран забыла выключить?

Выпрямившись, я аккуратно подошла к раковине, на дне которой лежал кусочек мыла. Видимо, действительно я оплошала. Закрыв за собой дверь, я с блаженством погрузилась в долгожданную тишину. Вой здесь был слышен не так сильно, что было просто бальзамом для моих нервов. Намочив губки, я вновь вышла и направилась к шкафу, но стоило мне просунуть руку поглубже, как меня ударило током.

– Что случилось?

– Током шибануло. Неужели там провода какие-нибудь?! – с удивлением спросила. Ники в это время пылесосила под всеми кроватями. Делали мы это неумело и с заминками, всё-таки к работе не привыкли, хоть и не были изнеженными барышнями.

Теперь я включила подсветку и проверила все полки, но нигде провода не торчали. Нахмурившись, я более аккуратно принялась протирать мебель. Уже вымыла половину шкафа, когда по телу вновь пробежал разряд.

– Аврора, не пугай меня.

– Не пугаю, не отвлекайся, – ответила я, теперь уже не торопясь работать губкой. Но выбора у меня не было, поэтому пришлось закончить с уборкой шкафа. Зато теперь туда можно было погрузить свои вещи.

Мы с Ники раздвинули кровати по разные стороны, освободив огромное пространство посередине. Своей работой мы остались довольны, и на две проекции, летающие вокруг нас, уже внимания обращали мало. Даже к вою практически привыкли, всё-таки его неплохо перекрывали звуки музыки. Моющим пылесосом мы прошлись по полу, и теперь оказались в чистых комнатах. Тумбочки открывать мы по-прежнему не спешили, оставив их по обе стороны от наших теперь уже двуспальных кроватей.

– Ник, я тут подумала, – задумчиво проговорила я, – а как нам у коменданта постельное белье брать? Ведь она даст нам односпальный комплект.

– Будем решать проблемы по мере их поступления, – оптимистично провозгласила Ники, и в который раз вздрогнула, когда рядом с её рукой пронесся призрак.

Всё-таки очень развитая проекция, даже учитывая наш уровень технологий. Кровати тоже были тщательно протерты, а матрас избавлен от пыли с помощью нашего чудодейственного пылесоса, правда, расчихались мы тогда минут на десять.

Время уже близилось к ужину, поэтому мы решили сходить в душ и отправиться в столовую. Надо узнать, где тут продукты закупать, хотя учиться готовить я не горю желанием. Но ведь всегда можно запастись полуфабрикатами?

Первой в ванную отправилась Ники, и не прошло и пяти минут, как оттуда раздался крик. Я побежала к двери, но открыть её не смогла. А потом на меня вывалилась мокрая соседка, обернутая в банное полотенце.

– Что случилась? – удивленно спросила я, поймав испуганную девушку, а потом поняла, в чем дело. Вся она была оранжевого цвета в прямом смысле. На её коже сиял автозагар. – Надеюсь, он не успел закрепиться.

– Я здесь больше не останусь!

– Ники, где твой оптимизм? – нахмурилась я. – Всё будет хорошо. Идем, тебе нужно смыть с себя эту дрянь.

– Но там льется краска!

– А мы выпустим эту краску, – ответила я, и девушка осознала разумность моих слов. Из-за шока и испуга она сама не догадалась.

– Насколько же комендантша не любит своё имя?.. – всхлипнув, спросила девушка.

– Наверное, в детстве её обидно дразнили, – вздохнула я, включая кран в душевой кабинке. Сверху действительно полилась оранжевая жидкость и только через минуту мы увидели прозрачную воду. – Заходи.

– Угу, – кивнула соседка, и я вышла из ванной.

Спустя еще две минуты раздался очередной крик, а потом выбежала соседка.

– И что опять? – спросила я, оглядев её. Теперь оранжевая краска стала смотреться как сильный загар, всё-таки не успела совсем закрепиться. Но платиновые волосы всё равно пострадали и утратили свой цвет, став мелированными.

– Там огромная двуногая мышь! Двуногая шиншилла! – воскликнула Николетта.

– В общежитии запрещены животные, это стандартное правило, – недоверчиво протянула я, но девушка меня и слушать не хотела.

– Я говорю, что там огромный меховой клубок с глазами-бисеринками! И он подглядывал!

– И ты такую прелесть испугалась? Идем искать её, значит.

Но поиски вновь ничего не дали. Никого мы так и не увидели, поэтому разумно пришли к выводу, что это очередная проекция, и на этот раз в душ отправилась я. Моё пребывание там обошлось без эксцессов, поэтому вскоре мы отправились на ужин. Ники всё время чесала кожу и готова была разрыдаться в любой момент.

– Ники, не расстраивайся. У тебя приемлемый цвет лица.

– Приемлемый? – с надрывом спросила соседка, и я прикусила язык. Лучше бы молчала!

На этот раз в столовой нас никто практически и не заметил. Первокурсники успели познакомиться и разбиться на компании, оживленно обсуждая какие-то свои темы. Им с комнатами повезло больше, чем нам! Старшекурсников здесь были единицы, видимо, предпочитали готовить самостоятельно.

Поужинав, мы с соседкой вернулись в общежитие и зашли к коменданту. Женщина встречала нас с опаской, Николетта порывалась всё рассказать и пасть на колени, прося о новом боксе, но я всё время придерживала её за руку, периодически сжимая ладонь в знак предостережения. Мы справимся! Думали, побежим просить о новой комнате? Ничего подобного!

– А у вас нет двуспальных комплектов? – решила понаглеть я. Хоть какие-то преимущества должны же быть в этой комнате?

– Мы из четырех кроватей сделали две, – поспешила оправдаться Ники.

– Специально для вас – есть, – неуверенно улыбнулась лиа Кассиета. Надо же, совесть проснулась?

– Мы будем вам очень признательны, – одарила её потрясающей улыбкой соседка, и я чуть ли не закатила глаза к потолку. Быть милой – привычка этой девушки.

– И еще нужны новые жалюзи. Прежние уже валяются на подоконнике.

С неудовольствием Кассиета выдала нам и их. Забрав цветастый комплект постельного белья и жалюзи, мы отправились к себе в бокс. Заходили мы с опасением и потаенной надеждой, но последняя не оправдалась: по комнате все также летали проекции белых существ. Брр.

Мы кинули унылые взгляды на заляпанную плиту и прочую кухонную мебель, но решили, что сначала следует закрыть окна от света и отмыть ванную. К нашему огромному счастью, пребывание в последней прошло без эксцессов и в спальню мы вернулись живыми, но уставшими.

– Останется ли у нас время на кухню? – с надеждой на отрицательный ответ спросила соседка. Я не стала её разочаровывать.

– Нам ее вещи разобрать, а в ближайшее время мы всё равно пользоваться кухней не будем. У нас и продуктов-то нет.

– Тогда разбираем вещи и спа-ать! – радостно захлопала в ладоши девушка, а потом побежала за своим чемоданом.

Я последовала её примеру. Подтащила чемодан к шкафу, открыла и принялась выкладывать вещи на полки. В шкафу было предусмотрено отделение с паровой глажкой, поэтому я не заморачивалась по поводу развешивания одежды. Обувь убрала на нижнюю полку, после чего поднялась и оттряхнула руки.

– Учитывая то, что мы так рано проснулись, наше желание вернуться поскорее в постельку неудивительно, – заправляя кровать, прокричала Ники. Музыка всё еще грохотала в комнате.

Я не ответила, также занимаясь спальным местом. Когда все было подготовлено, мы выключили музыку, закрыли жалюзи и легли по кроватям. Минут десять мы лежали в тишине, нарушаемой воем фантомов. Потом мы, не выдержав, тоже взвыли вслед за ними и накрыли головы подушками.

– Слушайте, может, заткнетесь, а? – жалобно спросила я, но на мои мольбы они заголосили еще сильнее.

– Без наушников не обойтись, – проговорила Ники с другой кровати, и мы вместе встали и пошли к своим сумкам, чтобы достать нужный предмет электроники. Свет включался по щелчку.

Врубив на планшетах музыку и воткнув наушники, мы вернулись к своим местам и легли под одеяло. Теперь было совершенно не слышно завываний, поэтому я в блаженстве закрыла глаза и приготовилась спать. Я бы уплыла в объятия Морфея, если бы внезапно не зачесалась лодыжка. Зуд не проходил, а лишь усиливался, и через несколько минут чесалось всё тело.

– Аврора, меня кто-то покусал! У меня всё тело чешется!

– У тебя тоже? – удивилась я, скидывая одеяло. – Я в душ. Охлажу тело, может, зуд пройдет.

Зуд не прошел, но стало определенно легче. Я даже смогла провалиться в дремоту, но разбудила меня головная боль. Зарядка на планшете уже закончилась (днем я забыла его зарядить), поэтому сейчас я отчетливо слышала завывания.

Какой-то кошмар! Наверное, это от звуков голова разболелась. Я дотронулась рукой до волос и, вскрикнув, разбудила и Николетту! Волосы сверху, где они были приличной длины, были заплетены в мелкие косички.

– Аврора, что случилось?! – подбежала ко мне соседка, по дороге щелчком пальцев включив свет. Я вновь вскрикнула, только теперь от вида подруги. – Да что такое?!

– Ники, твои волосы! Они все в мелких косичках! Неужели ты не чувствуешь?!

– Я крепко заснула, – растерянно ответила она, а потом смысл моих слов дошел до неё, и она резко развернулась к зеркальным дверцам шкафа. – А-а! Что это?! Как?!

– Не знаю, – прошептала я, посмотрев на призраков наверху.

– Надо пойти к коменданту!

– Нет! – нахмурилась я. – Вот к ней мы точно не пойдем! Давай переживем с тобой эту ночь, а завтра придумаем, как решить проблему? Поищем в интернете, поспрашиваем у преподавателей?

– Но почему…?

– Потому что я не сдаюсь, – отрезала я, а потом направилась в сторону ванной. – Идем расплетаться.

Ники захныкала, но перечить мне не стала. Самоуверенная на первый взгляд девушка оказалась весьма послушной. Забрав из спальни стул, мы закрылись в ванной, включив воду, чтобы не слышать завывание. Первым делом решили расплести Николетту, но это оказалось не такой простой задачей! Она мне помогала, но даже нашими совместными усилиями мы не могли справиться с таким объемом работы.

– Давай отрежем? Я больше не выдержу, я спать хочу! – захныкала Ники.

– Ты сегодня говоришь «отрежем», а завтра жалеть будешь, – не согласила я. – Давай тогда завтра расплетем? Ничего страшного, если на учебу пойдем так.

– Мы завтра еще и на учебу пойдем?!

– У нас нет выбора. В МГУ занятия просто так не пропускают, тем более в первый день. Но сейчас я хочу спать.

Со вздохом Николетта согласилась, и мы пошли в свои кровати, где к нам вновь вернулся зуд. Со стороны соседки раздались всхлипы, да и мне, если честно, уже хотелось плакать. Из-за неудобной прически, голову сжимало, будто в тисках, а тело уже стало красным и жутко чувствительным.

– Аврора, кто же так сделал?

– Не хочу об этом думать, – прошептала я. Губы поджимались от едва сдерживаемых слез. – Давай, всё завтра. Здесь происходит что-то странное, но мы обязательно с этим справимся.

– Кажется, ты перенимаешь от меня оптимизм, – всхлипнула Ники.

– Заражаюсь, – ответила я с легкой улыбкой. К вою мы уже начали привыкать.

На самом деле, это во мне говорит инстинкт защитника. Когда рядом кто-то такой беззащитный как Ники, в нас просыпается способность оберегать, мы всей душой стремимся заслонить его от невзгод и утешить. Вот и со мной сейчас было то же самое.

Уже шел четвертый час ночи, тело устало, как и мозг, поэтому мы с соседкой провалились в долгожданный сон.