Не драконьте короля! Книга 2

Глава 2

Купава Даорг

– Значит, у вас преподаёт Дейн Эверус, – задумчиво подвела итог бабуля после моего рассказа и пригубила чай.

– Ты его знаешь? – тут же встрепенулась я.

К чаю у нас были восхитительные бабушкины пирожки с малиновой и вишнёвой начинками. Она впрок напекла дома и привезла с собой, подвергнув их заклинанию стазиса, чтобы пирожки сохранились свежими и ароматными.

Вообще-то есть ночью не очень полезно, но за окном уже забрезжил рассвет, и я посчитала это ранним завтраком.

– Нет, – мгновенно отозвалась бабуля, слишком быстро для той, кто ничего не знает, и я прищурилась. – Просто слышала кое-что от подруг. Видишь ли, пока я добиралась сюда, а заняло это по меньшей мере три дня, я решила не терять времени зря и занялась информационной подготовкой. В карете было скучно, вот я и писала письма своим знакомым, расспрашивая не только об академии, куда тебя отправили, но и о самом Максимилиане Раманском. Хочу тебе сказать, фигура он интересная. Судьба у него необычная и не сказать, что лёгкая. В шестнадцать лет потерял отца! И главное, где? В горах. На него напала стая манкор.

– Манкор? – изумилась я. – Но ведь они одиночки. Редко сбиваются в стаи.

– Редко, но метко, – вздохнула гномка и причмокнула губами. – Не сдюжил король. Хотя шут его знает, как он вообще оказался в горах один – история о том умалчивает. И вот шестнадцатилетний парень восходит на трон. Никто ведь не верил тогда в его величие, – тут она лукаво посмотрела на меня, – но говорят, он хорош. В правлении, я имею в виду, – добавила бабушка, вдоволь насладившись румянцем на моих щеках. – Отогнал орколейцев от границ, заставил их присягнуть на верность, да ещё и Малоземье присоединил к Рамании и стал величаться их Владыкой – прежде никто не носил этого статуса. Племена в Малоземье разрозненные, поэтому каждый и хотел забрать себе кусочек. Максимилиан взял их под своё крылышко и по их же просьбе.

Я кивнула. Это всё я знала. Я жаждала услышать иное, куда более личное.

– А теперь то, что в учебниках истории не пишут, – продолжила бабушка и взяла пирожок, начав его с удовольствием есть. Я вся напряглась, выжидая минуты, пока королева Энштепс вернётся к волнующей меня теме разговора. Она же подтрунивала надо мной, специально растягивая время. – На войне юноша получил травму. Не волнуйся так – он её уже вылечил, но вот как – это уже интереснее. Помогал ему шаман из Малоземья, у которого он и жил полгода после окончания войны. Шамана зовут Кайн, очень уважаемый в среде малоземцев, выдающийся маг, обладающий не свойственной нам магией, а своей особенной. Он смог вылечить короля. Какой у него был недуг, никто не знает, я сама спрашивала, – ответила бабуля, прочитав вопрос по моим глазам. – Заодно обучил некоторым малоземским колдовским премудростям.

– Пока там жил, его величество и подружился с Дейном Эверусом? – догадалась я.

– Подружился? – фыркнула бабуля. – Судя по моим источникам, всё наоборот. Они ровесники и невзлюбили друг друга с первого взгляда. Молодые девятнадцатилетние парни буквально соревновались друг с другом, ведь жили под одной крышей – как тут не соперничать?

– А фамилия того шамана случайно не Эверус? – я вновь проявила чудеса смекалки и на этот раз угадала.

– Да, Дейн – сын того шамана, которому его величество обязан жизнью.

Поэтому Максимилиан терпел панибратское отношение и ещё не отправил Дейна на плаху. Значит, они друг друга недолюбливают, но при этом имеют не просто общее прошлое, но и какую-то тайну?

– Интересно, а почему два парня могли соревноваться? Например, Арк-Вирту и Элаю, моим одногруппникам, нечего делить. Они хорошо общаются.

– Кто знает? Может, там девушка какая-нибудь замешана. Наверняка очень красивая, – поддела меня бабуля, и я вся вспыхнула.

– Его величество не похож на того, кто может испытывать сильную сердечную привязанность, – фыркнула я и отвернулась, нахмурившись. – Он вообще очень… очень…

– Очень?

Что именно он «очень» я сказать не могла. Он просто «очень». Во всём. Очень красив. Очень бесит. Очень одарён. Очень невыносим.

– А Дейн похож? – внезапно спросила бабушка, и я хлопнула ресницами. – Дейн похож на того, кто может испытывать сильную привязанность?

Я задумалась. В итоге уверенно кивнула.

– Вот и ответ, – заключила её вдовствующее величество. – Они разные. И каждый из них лидер по своей сути. Два лидера с разным видением мира не могут ужиться на одной территории. Это аксиома.

Пожалуй, бабушка совершенно права. Но почему-то было забавно представлять двух молодых парней – Максимилиана Раманского и Дейна Эверуса, пытающихся ужиться под одной крышей.

– В общем, суть я поняла. Будем решать. Увидимся завтра.

– А куда ты?

– Как куда? В бриольскую резиденцию, я ведь королева, мне не по статусу ночевать в общежитии. Карета ждёт снаружи.

Энштепс поднялась на ноги и зашагала к выходу. Я подскочила вслед за ней.

– А как ты сама прошла на территорию академии? Когда тебе успели выписать пропуск? – внезапно задумалась я.

– Я заранее написала ректору и потребовала внести меня в список людей, имеющих право посещать академию.

– А такой список есть? – изумилась я.

– Если не было, то теперь точно есть, – сделала вывод бабуля и, развернувшись ко мне, заключила меня в прощальные объятия. – Доброй ночи, драгоценность. Береги себя и помни, какое ты сокровище.

Бабушка покинула меня так же стремительно, как и прибыла. И думается мне, завтра вся столица будет поднята бабушкой – если она успела раздобыть столько информации, пока ехала сюда, то сколько всего узнает, находясь в Энибурге?

Зевнув, я развернулась ко всей своей весёлой компании.

– Её величество сообщит его величеству, что я тут, и всё – пиши-пропало, – вздохнул Крепыш.

– Вот за это точно не переживай, – покачала я головой и прошла к бра, на котором тихо посапывал зимокрыл. – Она ничего не расскажет отцу, более того – ещё и создаст новых тайн, которые придётся хранить от него. И ещё – нам нужно ускориться с поисками чешуек, потому что, если к делу подключилась бабушка, неизвестно, когда нам прикажут паковать вещи. Конечно, она обещала приглядеться к Максимилиану, но чувствую, он не подойдёт под её свободолюбивые требования.

– А мне кажется, он ей понравится, – внезапно подала голос Хмилья и тут же смутилась. – Гномы же очень ценят рост, а его величество Максимилиан высокий.

– И щедрый, – добавила я. – Ты видела, сколько он даров привёз в Бриоль? А это гномы не ценят. Точнее, дары они ценят, но чтобы дарили им, а не они. Так что бабушка не выдаст меня за него замуж, скажет, что муж растратит все семейные богатства.

К слову, надо намекнуть на этот недальновидный поступок Макса леди Энштепс.

– Кстати, как мы его назовём?

– Кого? – недоумённо спросил Крепыш.

– Зимокрыла.

– Кажется, это женская особь. Назовём её Курицей? – предложил Крепыш.

– Так точно не подойдёт, – покачала я головой и задумалась, присев на край стола. – Может, Синеглазка? Сокращённо буду звать её Синькой.

– Хорошо, а я всё равно буду звать её Курицей, – хмуро отозвался Крепыш и ушёл к окошку, забившись в угол подоконника, где уже успел соорудить себе спальное уютное гнёздышко.

Мы с Хмильей переглянулись. Кажется, они не поладят. Решив, что подумаю о грядущих проблемах завтра, отправилась спать.

Выходные прошли и слава драксу. Я готова восхвалять даже этого пакостника, потому что вымоталась. Началось всё утром в воскресенье, когда явилась бабуля.

– Купава, а это что такое? – изумилась её вдовствующее величество, заглянув в мой шкаф, и развернулась ко мне, уперев руки в бока. – Это что, бриольская мода?

Окинула взглядом свой гардероб. Милые платьица в основном терракотового и болотного оттенков носились с белыми блузами – повседневные, а также выходные наряды с высокой горловиной и длинной пышной юбкой. Меня всё в этом устраивало.

– Что-то не так?

– Драгоценность моя, – проникновенно начала бабушка и сделала осторожный медленный шаг ко мне, словно ласковый хищник, – ты ведь знаешь, что в каждом королевстве своя мода?

Кивнула медленно-медленно, словно обдумывая её слова.

– И раманская мода отличается большей открытостью, наличием золотых нитей в одежде и множеством украшений?

– Какое мне дело до раманской моды? Я тут ненадолго и вообще – учиться приехала.

– Учиться, – буркнула бабуля, – или всё-таки в последующем править?

Я вспыхнула. Вот никогда не рассматривала эту сторону брачного вопроса. Задумывалась о том, каково будет в браке с Максимилианом, но что значит быть супругой короля и нести ответственность за его народ – не представляла.

– Знаешь ли, мода гномов тоже отличается от бриольской и мне пришлось перенять традиции.

Я возмущённо открыла рот.

– Бабуля! Вообще-то наши модные веяния не так сильно отличаются – это раз, а два – всё благодаря тебе. Кто ввёл болотный цвет для повседневных платьев в моду? Это ведь потому что зелёный прекрасно оттеняет твои рыжие волосы.

Бабушка кокетливо поправила шевелюру и клыкасто улыбнулась, совсем не по-королевски, но очень даже по-гномьи.

– Ну вот и ты можешь смешать модные веяния, сразу после того как станешь королевой. А пока не стала ею – попробуй стать раманкой.

– Не собираюсь, – отрезала я.

– Уверена, Максимилиан оценит.

– Тем более не собираюсь, – упрямо заявила я.

– Кажется, тебе нужны были вещи для твоей птички? – пошла на шантаж бабуля, и я вздохнула.

Она единственная, кто может беспрепятственно заходить в академию. Я сейчас в уязвимом положении.

– Два платья, – пробормотала я хмуро.

– Два платья и приталенную форму, а ещё – обязательный выход в этом платье в понедельник.

– Почему это?

– Узнаешь, – подмигнула бабуля и, открыв ридикюль, извлекла из него измерительную ленту. – Раздевайся!

В этот момент в дверь постучали. Я так обрадовалась, что отскочила от бабули.

– Ты купи на глаз, хорошо? – попросила я. – У тебя же зрение гномье, а гномы размер бриллианта, который сделают из алмаза, определяют до сотой доли карата. Ты справишься.

Подмигнув ей, я побежала открывать дверь. Но едва распахнула её, застыла. На пороге стоял высокий мужчина в тёмной форме без знаков отличия. Он тут же прикоснулся двумя пальцами к груди и на кармане проявилась эмблема тайной канцелярии, имя и звание. Капитан Митлок.

– Доброе утро, ваше высочество, – его взгляд метнулся мне за спину, – ваше величество. – Он почтительно поклонился, приподнял коробку с названием местной кондитерской и продолжил: – Вы не хотите выпить чаю за непринуждённой беседой?

Допрос? Конечно, понимаю, после случившегося мои показания имеют большое значение.

– Проходите, капитан Митлок, – кивнула я и отступила в сторону, пропуская мужчину.

Мы разместились на диване. Бабушка поближе ко мне, коршуном глядя на капитана, чтобы и не думал обижать её внучку. Он отвечал ровным взглядом и не тушевался, чем заслужил моё уважение. Впрочем, с чего бы ему тушеваться, если он в полтора раза выше бабули?

Хмилья готовила нам чай и раскладывала пирожные. Выглядели они весьма аппетитно, особенно если учесть, что я ещё не завтракала.

– Вы не против? – спросил капитан и положил на стол артефакт – он поглощал звуки под куполом, чтобы никто нас не подслушал.

Правда, все внешние звуки до нас всё равно доносились.

– Непринуждённая беседа, – весело прокомментировала я, припомнив его предыдущие слова, и капитан виновато улыбнулся.

– Подскажите, принцесса, как вы оказались в заповеднике и что там делали?

– Я зашла к магистру Эверусу, а потом меня пригласила на отработку мадам Ястер. Я подумала, что неплохо поработать в выходной до вечера, тогда засчитаются сразу несколько дней наказания.

– За что именно вам выписывались наказания? Может ли быть такое, что они были намеренно подстроены и вы не имели отношения к происшествиям, за которые вам выписывали листы отработок?

Тут я смутилась.

– Это исключено, – ответила я, опустив голову. – Я несколько… м-м… имела отношение к случившемуся.

Более чем имела. Так и скажем – сама напрашивалась. Влипать в истории я умею. В этот момент из комнаты послышался клёкот, а следом писк фейри. Капитан тут же вытянул шею, посматривая в сторону двери спальни, а я прочистила горло.

– Окно в спальне открыто, – оправдалась я.

В этот момент в спальне что-то упало. Предположительно, ваза. Я бросила взгляд на Хмилью. Горничная, активно улыбаясь капитану и пятясь спиной к двери спальни, прошмыгнула туда. Но звуков меньше не стало. Наоборот. Больше. Теперь птичий клёкот был более различим, а фейри…

– Убива-а-ают! Помоги-и-ите! Спаси-и-ите!

– Ваше высочество? – недоумённо обратился ко мне капитан.

– Фейри, – пришлось ответить мне. – Те ещё затейники, знаете ли. Такие спектакли организовывают. И на птиц любят охотиться. Такие рогатки мастерят – залюбуетесь. А потом эти птицы им мстят.

– Мстят?

– Пытаются поклевать.

– Вы не хотите спасти своего фейри? – уточнил капитан, и тут я широко улыбнулась.

– Сам разберётся.

Спасать его я больше не собиралась, потому что видела, как под утро он проснулся, подлетел к спящему зимокрылу и начал выдёргивать у него едва отросшее оперение. Так что заслужил.

– Кхм, что ж…

– Знаете, я пожалуй, пойду, – прервала его бабушка и поднялась на ноги. Капитан вслед за ней. – Нужно купить большую клетку со звукоизоляцией.

– Для фейри? – уточнил капитан удивлённо.

– Конечно! Чтобы спасти бесценных птичьих особей, – покивала бабуля и тихо добавила: – Они, в отличие от Купавы, защитить себя не могут. – И громче: – Доброго дня, капитан.

– Ваше величество, – поклонился он и, когда бабушка вышла, сел напротив.

Из комнаты всё ещё доносились странные звуки, к которым теперь добавились крики моей служанки. Я непринуждённо взяла кружку, пирожное и обратилась к капитану.

– Продолжайте, я готова.

В общем, когда допрос закончился, капитан покинул мои комнаты хмурый и в крайнем изумлении. Я же сразу бросилась в спальню и, чуть ли не с ноги открыв дверь, окинула её взглядом. Хмилья утешала зимокрыла в одном углу, поглаживая нахохлившуюся птицу, а Крепыш сидел на подоконнике, лелеял раненую руку и тоже хмурился.

– Поскорее бы вернулась бабушка с клеткой.

Обработав всем раны, я решила взяться за уроки. Но мои соседи по палате, то есть по покоям, на этом не остановились. Они продолжали друг друга донимать, но уже тише, чтобы не мешать мне. Я от всего так устала, что едва ли не вприпрыжку бежала к бабуле – она принесла большую клетку с артефактом шумоизоляции, питание, подстилки и коробки с платьями – их помог донести мистер Вейсон. Вскоре комендант с поклоном удалился, недоумевая, зачем фейри такая клетка, а я уточнила:

– А маленькой клетки не было? Чтобы и второго посадить, а то он сможет пролезать через прутья.

– Я поставлю защиту и не сможет, – убедила меня бабушка. – Такую, чтобы скрыть заодно магию твоей птицы. Хотя подозреваю, сегодня капитан просканировал пространство и, возможно, понял, кто сидит рядом с тобой.

– Крепыш уверял, что его магия активируется только рядом со мной, – разочарованно произнесла я.

– Сильный маг видит даже малейшие всполохи, и пусть я бы не смогла вот так определить вид птицы, но то, что она волшебная – поняла бы наверняка. Клетка скроет это.

– Спасибо! – облегчённо произнесла я и обняла бабулю. – А может, ты сделала это бескорыстно и платья не придётся мерить?

– Придётся! – была непреклонна гномка, и я вздохнула.

Зачем же ей нужно, чтобы в понедельник я выглядела обворожительно?

Глава 3

– А курицам учиться не положено, – фыркнул Крепыш, поправляя галстук-бабочку на шее и направляясь на выход из спальни.

Зимокрыл посмотрел на него без удовольствия. Я тоже. Фейри просто излучал радость по поводу учёбы и даже отказался от завтрака – так ему не терпелось приступить к занятиям. В отличие от меня.

Я посмотрела на своё отражение. Светло-зелёное платье было с неглубоким, но всё-таки декольте, поэтому приоткрывало грудь, да и из-за длины хорошо были видны лодыжки – неслыханная дерзость для Бриоля и вполне обыденность для Рамании. Мои волосы Хмилья заплела не в тяжёлую прическу по бриольской моде, а уложила мягкими локонами, как принято в Энибурге, – этому её вчера научила бабуля. Провела ей мастер-класс. И вот теперь я стою перед зеркалом и хмурюсь. Даже чёрная мантия теперь не спасала – она была по фигуре, не закрывала декольте, а подчёркивала его, и подпоясывалась на талии изящным ремешком с золотой пряжкой.

– Она что-то задумала, – сказала я своему отражению. – Определённо.

– Ваше высочество, вы на завтрак не опоздаете? – уточнила Хмилья, и я поняла, что пора выходить.

Элай, Арк-Вирт и Рами с Клаудией ждали меня за столиком. Я поставила поднос, полный еды, и опустилась рядом с ним. Поняла, что ребята застыли и вопросительно приподняла бровь.

– По какому случаю изменения? – спросила Рами. – Выглядишь шикарно. Для кого старания?

– Я, кажется, знаю, – широко улыбнулась Клаудия и наклонилась к столу, понизив голос: – Позавчера её спас сам король, она пала жертвой его чар – дама в беде и принц-спаситель, как троп из романтических книг – поэтому она решила измениться, чтобы претендовать на его руку и сердце.

Мои щёки вспыхнули. Да с чего они взяли, что это я?

– Звучит вполне правдоподобно, – кивнул Элай, – и я даже не сомневаюсь, если Купава захотела выйти за него замуж, то так и будет. Знаете, сколько она женихов отвергла? Меня в том числе.

– Ты не выглядишь расстроенным по этому поводу, – хмыкнула над его ухом Тимория и присела рядом за стол. – Но Купава невероятно красива. Действительно интересно, для кого старания. И тоже склоняюсь к кандидатуре его величества. Максимилиан – мечта!

– Да не нужен мне Максимилиан, – шикнула я. – Прекратите сватать меня за вашего монарха.

– Я слышала, что он недавно наведывался в Бриоль, – неожиданно сообщила Клаудия. – Матушка написала мне и поделилась слухами. – Вздох. – Если это действительно так, то неужели ты отберёшь у нас нашего короля? Я с пяти лет мечтала выйти за него замуж.

– Что-то ты не выглядишь расстроенной, – повторила я слова Тимории и прищурилась, глядя на дочь герцога.

– Так я в любом случае в выигрыше, – хмыкнула она. – Если ты не выйдешь замуж – выйду я, а если выйдешь – буду первой фрейлиной королевы и на всю жизнь останусь подругой. Как ни крути – у меня идеальный расклад.

И так легко это было сказано, что я улыбнулась. У меня не было подруг. И наши отношения с Клаудией с первой встречи не задались, она приревновала Элая, но в итоге расслабилась, поняв, что между нами точно ничего нет.

Или ревновала не она, а Рами? А Клаудия защитила интересы подруги? Я внимательно осмотрела друзей и заметила, с каким неудовольствием смотрит на Тиморию брюнетка.

Закончив с завтраком, мы все вместе отправились в академию. Сегодня здесь было многолюдно и все столпились возле расписания, что-то громко обсуждая. Мы тоже заинтересовались, но я близко не подошла, стоя сбоку.

– Новый факультатив – «Особая магия». И преподаватель не значится!

– Будет кто-то новый, уверена, известный маг, – с энтузиазмом отозвалась одна из студенток.

– Может, шаман из Малоземья? Их магия самая особенная.

– Не скажи, – хмыкнул четвёртый из толпы. – А русалочья?

Спор продолжился, а ко мне вернулся Элай с новостями:

– «Особая магия» значится три раза в неделю, причём только у нас, у первого курса, – поведал он мне с воодушевлением. – Конечно, факультативы могут посещать все, и я услышал от пары третьекурсников, что они тоже собираются сходить.

Я никак не прокомментировала это. Взгляд упал на входную дверь и… я застыла, превратившись в статую.

– Это же его величество! – пискляво воскликнули девушки.

– Максимилиан Раманский! – зашептались парни.

А я даже разговаривать не могла. Повернуться тоже. Я просто внезапно поняла, что именно замыслила бабушка. Максимилиан был невероятно хорош – в тёмно-фиолетовом камзоле с золотой вышивкой на лацканах, с идеально уложенными волосами, со сверкающими артефактами-кольцами и весь такой вальяжный… Ему даже не нужен был венец, чтобы перед ним склонялись.

– Сюрприз, – пробормотал Элай и склонил голову в знак приветствия.

Я всё ещё не могла пошевелиться. Просто взгляд короля упал на меня, и на мгновение Максимилиан замер. Прошёлся по моей фигуре, отмечая и декольте, и открытые лодыжки, а я вся залилась краской. Я не для него старалась, не для него! Но что он сейчас подумал?