Рунное наследие. Вдыхающая жизнь
- -
- 100%
- +
– Ты не в том положении, чтобы командовать, понял? Будешь нас слушаться, так уж быть, мы поиграем с твоими женщинами, а затем убьём их не на твоих глазах. Хотя… – коротышка сделал вид, что задумывается, но не выдержал и мерзко засмеялся, а когда приступ злорадства прошёл, добавил: – Нет. Всё же ты будешь наблюдать. И умолять. А знаешь, почему?
Тишина. Брол знал, что лучше выведывать сведения у людей не под принуждением, а в добровольной атмосфере, поэтому молчал. Тем более, многие люди любят поболтать и похвастаться, когда думают, что уже победили. Да и бдительность падает, чему ярким примером служил недавний спор Брола с дочерью.
– Вот скажи: что же ты так плохо себя ведёшь? Нет, чтобы учить себе тихо и мирно, надо же показать себя крутым! Взял и унизил сегодня одного парня на глазах у многих. Зря ты так с ним. Ну, погорячился он малость. С кем не бывает после инициации? Я и вовсе когда впервые познал силу буйвола, разорвал первого попавшегося человека. Точнее, двух. Хорошо, что это был обычный крестьянин со своим отпрыском. Так, что— то я отвлёкся. Ах да, как я понял, ты ещё не рассказал об этом случае его отцу, – низкий обратился к плечистому компаньону: – Ведь так, Волчара? Ваш отец ещё не в курсе?
Тот оскалился, и если бы сбоку на этого бандита падал свет, то на тени можно было бы различить, как у того вытягивается морда и увеличиваются зубы, превращаясь в клыки.
– Что ж, теперь и не узнает, – вздохнул самый говорливый из троицы.
– Ещё будут признания? – спросил Брол.
– А что такое? Не терпится умереть?
– Значит, ты из рогатого клана. Твой дружок из щенков. А третий?
– Видимо, ты торопишься на тот свет. А жаль. Я думал, ты помрёшь последним. Что ж, – больше не говоря ни слова, бандит взмахнул мечом и… отправился в полёт прямо на своих товарищей. Брол, сделав прямой удар ногой в прыжке вперёд, снова встал, как и прежде.
– Вышли вон! – скомандовал воин, но его вновь никто не послушал.
Мелкий снова накинулся на Брола, но в этот раз он перехватил запястье бандита, вырвал меч и только потом снова ударил ногой.
– Вышли во двор. Вам же лучше. Сможете вместе напасть, – подсказал Вольный, понимая, что жена с дочерью всё равно уже проснулись. Зато в доме ничего не пострадает от неизбежных падений невезучей троицы.
Судя по всему, логика всё же не была чужда негодяям. Пятясь и бормоча проклятия на ходу, они все трое вышли за дверь, расходясь в стороны.
Брол же неспешным, но уверенным шагом, держа руки за спиной, побрёл в центр двора, давая возможность нападающим окружить его, как им будет угодно.
– Третий, – Вольный кивнул на самого высокого, – какой клан? Журавля? Богомола? Берёзы? Таких же нет. Или есть?
Коротышка отбросил меч, и под светом луны на его голове вдруг начали расти рога, а сам он раздался вширь.
Волчара тоже не стоял на месте, и вскоре не только пасть с клыками свидетельствовали о точном прозвище – весь покрытый шерстью, он громко завыл.
Третий никак не поменял свой облик, оставаясь всё таким же обычным, пусть и довольно высоким человеком.
Два получеловека, один с головой буйвола, а другой – волка, одновременно кинулись на Брола. Когда оба почти коснулись его: первый – рогами, а второй – пастью, воин юркнул вниз и толкнул в спину мелкого. Бандит из клана Буйвола полетел прямо на своего товарища. А через мгновенье один рог торчал из волчьей головы, нанизанной через пасть.
Рогатый коротышка не сразу понял, что случилось, но когда до него дошло, он взревел как настоящий разгневанный буйвол. Но Брола беспокоил не этот любитель поболтать, а тот молчун, до сих пор остававшийся в тени. Высокий бандит никак не проявил себя даже после того, как увидел, что произошло с его товарищем.
Скинув со своего рога ношу, получеловек— полубуйвол уже не столь опрометчиво атаковал Вольного. Его кулаки стали превращаться в подобие копыт, но сами руки так и остались человеческими. Когда же трансформация закончилась, член клана Буйвола ринулся на Брола, выставив перед собой свои «молотилки». И они выглядели угрожающе и очень опасно.
Воин не стал больше рисковать и незаметно для нападающего вытащил из рукавов лишь рукояти кинжалов. Бандит сделал три атакующих удара, но Брол без проблем уклонился от них, тогда получеловек поднырнул головой и почти достал рогом до подбородка воина, но это оказался тот самый приём, с помощью которого он обхитрил свою дочь.
И Дана это поняла. Она наблюдала из своего окна с затаённым дыханием, как её отец справляется с негодяями, проникшими в их дом. Но чего она не уловила, так это как голова буйвола застыла на кулаке отца. Не только из— за расстояния, но и благодаря резкости манёвра, Дана проглядела, как Брол не только успел развернуть лезвие кинжала, но и воткнуть его снизу вверх под челюсть напавшего. С такой же прытью воин вынул лезвие и снова прижал к запястью.
Послышались три хлопка. Брол не забывал про третьего, но услышать с той стороны аплодисменты было неожиданно.
– Твой клан? – бросил воин, приняв положение, похожее на расслабленное. На самом же деле ноги и руки его были согнуты и готовы к действию.
– А ты? – растянуто спросил высокий человек.
– Вольный клан.
– Врёшь, – тут же отрезал бандит.
– Как знаешь, – Брол пожал плечами.
– Значит, не договариваешь, – долговязый тип замолк и после паузы задумчиво продолжил: – Отец мне рассказывал про один клан. Людей из него нанимали для ночных убийств. Они двигаются бесшумно, говорят тихо, впрочем, как и убивают. Ещё я слышал, что они могут растворяться в тени и проникать в самые защищённые места. Да так, что даже охрана не заметит, пусть даже если в неё будут входить десятки опытных воинов.
– И?
– И их отличает то, что они пользуются незаметным оружием, таким, как ножи и кинжалы. Ты ведь из клана Призраков?
Брол чуть заметно повернул голову, чтобы боковым зрением увидеть, не слышит ли их Дана – её он заметил ещё когда выходил из дома. Но та никак не отреагировала. Значит, не слышит.
– Значит, это не миф, – от высокого человека не ускользнуло движение Брола.
– Ты ведь понимаешь. Что не жилец, – впервые за всё время в его голосе послышался намёк на чувство. Сожаление.
– Посмотрим, – и единственный оставшийся в живых бандит сделал шаг.
– Твой клан? – Снова поинтересовался Брол.
– А вот ты мне и скажи, – при этих словах чужак резко потянулся рукой к ноге воина.
Брол отступил, сделав шаг назад. Но этого оказалось мало. Щупальце охватило его ногу и дёрнуло на себя. Брол потерял равновесие и упал на спину. Ещё два щупальца потянулись к его рукам и одно даже сумело перехватить локоть, пока воин оказался на миг в замешательстве, а вот другое… А кончик другого отвалился под заточенным лезвием кинжала.
Но враг не растерялся и даже не отвлёкся, а только ещё сильнее обвил ногу и руку Брола. Только воин намерился отрубить щупальце, сжимавшее цепкой хваткой его запястье, как неизвестно откуда появилось ещё одно и, перехватив локоть Вольного, сдавило его. Присмотревшись, Брол понял, почему не увидел это щупальце. Оно оказалось точно такого же цвета, как и земля под ногами. Воин расслабился и больше не сопротивлялся.
– Неплохо, – похвалил Брол. – Очень неплохо. Какой клан?
– Никакой, – ответил высокий человек. Точнее, человеческой у него осталась голова, а вот туловище трудно было назвать таковым – оно теперь представляло собой скопление длинных конечностей, часть из которых, казалось, жили собственной жизнью, то плавно, то резко двигаясь, сгибаясь и разгибаясь без всякой системы. Брол сосчитал все отростки – их оказалось восемь.
Незнакомец заметил удивление на лице воина и решил объяснить ему:
– Да, я не вхожу ни в какой клан. Я и вовсе первый в своей семье, кто потратил деньги не на выпивку, гулянья и девушек, – незнакомец с презрением плюнул на землю. – Я копил пять лет на тотем. От отца, который когда— то ходил в море, я узнал об одном существе, обитающем в воде. Оно умеет менять окрас, маскируясь под любую внешнюю среду, да ещё и имеет в два раза больше конечностей, чем человек. Ну что, понял, о ком речь?
– Впервые слышу, – не соврал Брол.
– Оно и не удивительно. Я и сам больше ни от кого не слышал об осьминоге. Как же я удивился, когда увидел в списке тотемов именно его. Правда, пришлось очень долго ждать, пока поймают и привезут это существо в город. Ведь оно обитает очень далеко. Да и само море не близко. Эх… Что— то я разговорился. Ладно, пора заканчивать с тобой. И со свидетелями, – он поднял голову, чтобы посмотреть на девушку в окне, но никого не увидел. – Поверь, я этого не хочу. Но я сам виноват, что пошёл на это дело. С другой стороны, я благодарен тебе, что ты избавился от них, – он махнул головой в сторону трупов. – Мне уже надоело притворяться подчинённым этому…
Вжух.
Брол не стал ждать реакции бандита и, пока тот глазел на отрубленную почти у основания конечность, вытащил метательный нож из рукава и пырнул им сначала одно, а потом и другое щупальце.
– Руби ещё! – крикнул воин дочери, но пока Дана снова занесла меч над головой, её оттолкнуло свободное щупальце бандита.
Брол воспользовался тем, что человек— осьминог отвлёкся. Воин подобрал выпавшие клинки и успел отрезать ещё две конечности неудачливому убийце.
Но тот удивил Брола своей реакцией. Бандит не кинулся в агонии на него, а скрылся в тени дома, на удивление быстро перебирая оставшимися щупальцами.
Брол побежал было за ним, но понял, что потерял его.
Даже если ты из клана Призраков, это не значит, что всегда сможешь найти замаскировавшегося убийцу. Особенно если этот убийца имеет способность менять окраску и принимать любую форму, используя свои конечности.
Вспомнив описания осьминога от бандита, Брол вернулся к Дане и, постоянно косясь то в одну, то в другую сторону, повёл её в дом.
Пока мать прикладывала к ушибу дочери лечебные травы, отец поглядывал в окно на трупы, ожидая, что их подберёт выживший преступник, приготовившись среагировать в любой момент, если вдруг какая— то из дверей приоткроется. Но убийца оказался умнее – он так и не появился.
Приняв человеческий вид, силуэт с отрубленной по локоть левой рукой и отсутствующими двумя пальцами на правой, брёл, прихрамывая, в сторону другой окраины города.
Глава 11. Отцы и дети
Под нежные прикосновения материнских рук, гладивших её по голове, и успокаивающие тихие напевы Дана уснула довольно быстро. Брол же до самого рассвета не оставлял свой пост – молча сидел у окна и прислушивался. Причём, голос жены не мешал, а наоборот – благотворно влиял на него, только усыпляя в нём не сознание, а ненужные негативные чувства.
Когда же солнце показалось и пришло понимание, что негодяй уже явно не появится, Брол решил ковать железо, пока горячо. Несмотря на желание лечь поспать после ночного дежурства, он загрузил в тележку для дров два трупа и повёз их к дому клана Волка. Ведь виновник нападения, как выболтал мёртвый бандит, был родом оттуда.
Брол и так намеревался поговорить с отцом нерадивого ученика, но теперь придётся ещё и стать вестником дурных вестей. Ведь каким бы человек плохим ни был, для своих родителей он всегда будет самым любимым и родным – Брол прекрасно это понимал. Ведь как бы он ни злился или досадовал иногда на свою дочь, он всегда её любил.
А чтобы не привлекать всеобщее внимание и не позорить семьи и кланы, представители которых находились в тележке, Брол накрыл тела покрывалом и хорошенько их перемотал, чтобы они не выпали.
Как только он добрался до дома, где жил его наниматель – тот самый, который платил за обучение своего сына, Вольный постучал в дверь, и из-за неё тут же показался один из людей клана Волка.
– Ты за деньгами? – тот сразу же узнал Брола и его взгляд метнулся на телегу: – А это что? Нам дрова не нужны.
– Позови Старшего.
– Слушай, он сейчас не в духе, – поморщился говоривший. – Давай я тебе отдам, сколько нужно, а если надо с ним поговорить, приходи в другой раз. Без обид.
– Без обид. Позови его. Речь о его сыновьях.
– Я тебя предупредил, мужик. Проходи, – говоривший Серый распахнул дверь и Брол зашёл, везя за собой тележку. – Он злой как соб… кхм, волк.
– Где он?
– Я тебя провожу.
Пока они проходили коридор и внутренний двор, за это недолгое время провожатый успел в общих чертах обрисовать причину гнева Старшего, о которой Брол уже и так догадывался. Когда же его привели к главе клана – мужчине приблизительно тех же лет, что и он, Вольный вновь задумался, кто же оставил Старшему на память четыре шрама на пол-лица, предполагая, что тот в своё время, наверное, немало дрался с такими же, как он – полулюдьми-полузверями.
– А, Брол, – буркнул хозяин дома.
– Я по делу.
– Право слово, сейчас не до тебя.
– Ошибаешься. Где поговорим?
– Давай уже выкладывай, что у тебя там, да я пойду. Мне ещё сына искать надо. Вот же дубина твёрдолобая, говорил ему не шастать с этим рогоносцем, тьфу ты, – сплюнул Старший.
«Давай уже, выкладывай».
Брол представил себе, если бы и правда выложил то, с чем пришёл. Хозяин дома явно не оценил бы иронию между своими словами и его, Брола, действиями. Но всё же бывалый воин решил не делать так, а подойти к вопросу деликатнее. Насколько он вообще это умел.
– Не надо искать. Он сам нашёл. Меня.
– Ты о чём? – было видно, как Старший задал вопрос больше по инерции, но с каждым мгновеньем до него начал доходить смысл сказанного. – Что?! – чуть ли не взвыл он. – Как только ты зашёл, я сразу почуял запах смерти. Что ты принёс мне?! Говори!
Брол, приготовившись к худшему, рассказал всё: начиная с тренировки и превращения ученика в тотемное животное, заканчивая ночным нападением троих бандитов.
Как и предполагал Вольный, отец убитого не смог сдержать свой гнев и набросился. Ему понадобился всего один миг полёта в прыжке, чтобы перевоплотиться. Брол впервые увидел такого огромного волка, и вообще, до этого момента он и не слышал, чтобы кто-то из звериного клана сумел полностью, а не частично стать похожим на тотемное животное.
Воин поразился такой прыти, но сумел отреагировать на атаку.
Брол шагнул в сторону, и здоровенный волк влетел прямо в тележку для дров, перевернув её и тем самым раскрыв то, что находилось под покрывалом. Ещё и разлил бочку воды, стоящую рядом. Увидев своего сына мёртвым, старший Серый взвыл. Вскоре к нему присоединились и другие члены клана, чьи лица принялись вытягиваться, превращаясь в волчьи морды прямо во время воя.
– Опомнись, Старший! – взывал Брол к рассудку человека, чья душа озверела от потери наследника.
Когда же Вольный встретился взглядом с волком, то увидел в глазах того лишь жажду крови и мести. Ни единого намёка на человеческий разум.
Брол понял, что угодил в ловушку, которую сам же и создал. Не давая возможности Старшему первым атаковать, воин побежал на него. Когда широкая пасть волка раскрылась, Вольный нырнул под неё и перекатился по полу как раз туда, куда и намеревался – к холодному телу бандита.
Брол поднял его перед собой и, прикрываясь словно щитом, снова твёрдо произнёс:
– Остынь, Старший! Он уже мёртв! Да. Я убил его. Но вспомни, почему! Чья на самом деле вина?
Огромный волк замер перед мертвецом, тяжело дыша. Затем звериные глаза взглянули в лужу от разлившейся воды под ногами. Старший Серый встретился со своим отражением. Только тогда в его глазах появилось осознание. Все, кто слышал вой и принимал участие в нём, окружили Брола, но не в человеческом обличии, а полузверином. Они ждали приказа своего вожака.
Но Старший, к удивлению и облегчению воина, принялся уменьшаться и вскоре стал человеком. Он не рыдал, не кричал, не размахивал руками – он никак не проявлял свои эмоции. Но этого не требовалось. Достаточно было посмотреть ему в глаза, чтобы увидеть взгляд, говоривший красноречивее всех жестов и поступков, слов и звуков. Это был взгляд старика, пережившего самое тяжёлое человеческое горе, которое может испытать лишь родитель, осознавший смерть своего ребёнка.
– Ты прав, – безжизненным голосом ответил Старший. – В этом моя вина. Я не проследил за инициацией одного сына. За воспитанием другого. До меня доходили слухи, что кто-то из Волков состоит в тройке мразей, грабящих, насилующих и убивающих горожан. Но я не верил в эти сплетни. Какой же с меня Старший, если я не смог выявить паршивого шакала в стае волков?
– Сочувствую утрате. Искренне, – в своей манере отозвался Брол. – Не буду задерживаться. Ещё в клан Буйвола идти. – Он поставил на колёса тележку, уложил туда тело самого мелкого бандита и накрыл его.
– Постой. Я с тобой. Мне тоже есть о чём поговорить с их Старшим. Да и вдруг отец этого выродка захочет тебя прибить. Признаюсь, я и сам до сих пор хочу разорвать твою глотку, – заметив, как насторожился Брол, он добавил: – Не волнуйся, я давно приручил своего внутреннего зверя и не дам ему вырваться на волю.
– Я заметил, – Вольный не собирался расслабляться рядом со Старшим, который буквально пару мгновений назад чуть не разорвал его на куски. И вместе с тем, Брол понимал, что этот случай, скорее всего, и правда был исключением. И что такой сильный эмоциональный всплеск он и сам бы, наверное, не удержал, случись с ним подобное.
Пока они оба шли к территории клана Буйвола, Вольный расспрашивал Старшего из Волков то об инициации, то о бывшем своём ученике, то о Тотемном клане. Лишь бы увести разговор подальше в сторону от убитого сына.
Но больше всего Брола интересовал тот молодой человек, который не просто хотел его убить – у него почти получилось это сделать, пусть и с помощью обмана. К удивлению воина, Старший никогда не слышал ни о тотеме осьминога, ни о его владельце. И даже когда Брол описал его по тем немногочисленным деталям, которые приметил, отец убитого не смог припомнить никого похожего в компании сына.
Стоило им дойти до территории Буйволов, как Старший из Волков взял инициативу на себя:
– Говорить с их Старшим буду я. Раз ты с ним не знаком, поверь, он даже слушать тебя не будет. Убьёт, и рогом не пошевелит.
– Я бы поспорил. Но не до этого.
– А ещё лучше – молчи. Даже не знаю, стоит ли говорить, что это ты убил его племянника?
– А его отец?
– Он точно набросится на тебя, когда узнает, будь ты хоть сто раз прав. Да и по характеру он ещё тот урод. Не удивительно, яблоко от яблони… Эх… а вот в кого мой сын таким уродился? Тьфу.
Старший из Волков постучал в массивную коричневую дверь.
– Чё надо? – послышался голос, но открывать никто не спешил.
– Скажи главному рогатому, что самый Серый пришёл. Дело есть.
– Ща! – Послышались уходящие шаги.
– Умеете вы поговорить, – заметил Брол.
– С этим быдлом по-другому никак, – и Старший снова сплюнул.
Дозорный, или кто там разговаривал через дверь, обратно уже бежал. Послышался лязг засова, и вход стал свободным.
Брол сразу же обратил внимание на грязь под ногами, амбары с сеном, кучи навоза по углам двора и соответствующие запахи, вызывающие желание поскорее убраться из этого места. От всего этого складывалось впечатление, что тут живут свиньи, причём самые настоящие, а не клан. Люди в таких условиях не жили бы. По крайней мере, Брол так считал раньше.
К Старшему из Волков подошёл на копытах низкий, но широкоплечий и волосатый человек, с огромными рогами на голове. Причём на то, что это существо было человеком, указывали лишь лицо, руки и шорты, надетые далеко не на мужскую талию.
– Чего тебе? – вместо приветствия спросил «главный рогатый».
– Давно своего племяша видел?
– Какого из? У меня их, как навоза, хе.
– Того, который с моим сыном шатается.
– Ты хотел сказать: кому твой сынуля в копыта стелится?
– Уже нет, – Старший из Волков не стал выяснять, кто кому прислуживает и решил перейти к цели визита.
– Чё так?
– Хотя бы по этой причине, – и он содрал с тележки покрывало, показывая скрученное бледное тело, над которым уже мухи начали летать. – Некому уже в копыта стелиться.
Глаза Старшего из клана Буйволов налились кровью, но он не сорвался, как ожидал Брол, а лишь взревел:
– Кто?
– Неправильно задаёшь вопрос, рогатый. Не «кто», а «почему». Или «за что»? Ты вообще знал, чем твой племяш, мой сын и ещё какой-то… жердяй занимаются по ночам? Ты знал, что это они – та самая троица, кем пугают детей, чтобы они не выходили со двора даже днём, я уже не говорю про ночь.
– Позови Марва, – рогатый обратился к опешившему парню, который сопровождал Брола и Старшего из Волков, а потом снова задал тот же вопрос у нежеланных гостей: – Кто это сделал?
– Тот, в чей дом он залез. Залез, чтобы изнасиловать двух женщин на глазах хозяина дома. Только вот недооценил твой племяш человека, – Старший из Волков вздохнул, – как и мой сын. Он тоже мёртв.
– Где дом этого ходячего трупа? Постой, – только сейчас рогатый подозрительно посмотрел на спутника Старшего из Волков. – Кто это такой? Почему он здесь? И почему молчит, как сыч? Неужели… это подарок для меня? – оскалился он. – Ведь это тот самый хозяин дома, так? Вот мой братишка обрадуется, что сможет так быстро отомстить за своего отпрыска.
– Он и сам может ответить, – сказал Старший из Волков и обратился к Вольному: – Брол?
– Да, это я, – просто ответил воин.
– Чё звал!.. – крикнул ничем не примечательный человек, вразвалку шедший к напряжённой компании, и на мгновение замер, увидев лежащее тело.
Сбросив спесь, он подбежал к тележке и присел у головы мертвеца.
– Какая гнида это сделала?
Брол сразу понял, кто перед ним. Черты лица и комплекция были схожи с теми, что были у лежавшего на грязном полу трупа.
– Ты знал, чем твой сын… – начал было Старший из Волков, но человек перебил:
– Мне наплевать. Я убью этого…
– Марв, этот сыч и есть тот, кого ты хочешь убить, – рогатый указал пальцем на Брола.
– Зря, – только и успел сказать воин, обнажив оба кинжала.
На него набросились. Уже в который раз за день.
Глава 12. Враг появляется – мечта сбывается
Брол возвращался домой весь в крови. В крови врагов. Рядом, прихрамывая, шёл мрачный Старший из Волков.
Чтобы угомонить обидчивый клан, им пришлось перебить чуть ли не всех озверевших Буйволов. Первым умер Марв – тот самый, развязавший драку. Хотя, ту бойню трудно было назвать дракой; грубую силу рогатых останавливали или клинки Вольного, или пасть Волка. Эти двое работали слаженно. Брол не раз ловил на себе хищный взгляд самого Серого, ожидая от него нападения, но всё же тот оказался прав – человек сумел приручить зверя внутри себя.
Старший из Буйволов оказался самым опасным противником. И несмотря на то, что он ещё был жив, когда вся эта потасовка закончилась, Волк не дал ему возможность выкарабкаться – не столько из-за того, что он ранил его в ногу своим рогом, сколько из соображений кровной мести. Серый сомкнул свои клыки на шее врага и сжимал их, пока у того не погасли глаза.
В итоге клан Буйвола перестал существовать как клан. В их дворе остались восемь живых женщин, семь детей от года до шестнадцати лет и два раненых молодых человека, которых ни Брол, ни Волк не решились добивать. Перепуганный вид юношей и крики их матерей поставили точку в убийствах.
Всего выходило семнадцать живых на клановой территории, и ещё трое мужчин отсутствовали – с рассветом ушли на охоту. Для поддержания статуса «клан» Буйволам не хватало пяти человек. Ровно в три раза больше бездыханных тел валялось на дворе, обозначая незримые границы круга, в центре которого и сражались безмолвный воин и рычащий Волк.
– Даже не знаю, Брол, как тебе теперь быть? – начал разговор хромающий Старший, пока они шли в одну сторону. – Ведь твою спину некому прикрыть. Вас всего трое в семье, хатка небольшая, да и забор несерьёзный. Опасно тебе оставаться в городе, пока дышит хоть один человек из клана Буйвола. На нас они ещё долго не рискнут напасть – статус клана Буйволы могут вернуть себе уже через год – плодить много труда и ума не надо. Пройдёт не один десяток лет, прежде чем они снова станут такими же нарывистыми, как чирьи на заднице. И вообще, мы, Волки, привыкли к клановым войнам – такое происходит каждые пять-десять лет, как только какой-нибудь клан начинает борзеть.
– А другие кланы? Они будут мстить?
– За кого? За Буйволов? Нет, конечно. С этими рогатыми даже их копытные собратья не якшаются. Да что там, клан Быка – один из самых справедливых, если об этом понятии вообще можно говорить по отношению к кланам. Да, они яростные громилы, когда дело доходит до драки. Но они стараются не использовать силу тотемного животного даже наполовину, так как знают, что могут потерять контроль. Именно над этим они постоянно и работают – учатся сдерживать свои эмоции. Но, конечно, им далеко до нас, Волков.