- -
- 100%
- +
© Никита Мамонтов, 2024
ISBN 978-5-0062-9209-3
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Интермеццо один
В прорези серых, как и всё вокруг, жалюзи просматривается почти весь город, такой же серый, с плотно затянутым облаками небом. Вся обстановка буквально кричит о том, что ничего хорошего сегодня ждать не придётся. Нормальное в целом состояние для любого жителя северной столицы. Боже, нахватался в школе. Нет бы сказать Санкт-Петербурга, да хоть просто Петербурга. А зачем я вообще выпендриваюсь? Норм для Питера. Сентябрь всё сильнее сдаётся октябрю. Погода, и без того нерадостная, становится всё хуже. Мозг начинает закипать. Вчера происходящее казалось прозрачнее и яснее, пазл сложился практически моментально, но сейчас затея начинает выглядеть просто глупо. На что я вообще надеялся? С чего решил, что всё это мне по плечу? Тело неприятно застонало, напоминая, что события минувшего дня ему не очень-то понравились. У настроения флэш-рояль, чтобы добить меня, а я всё жду и надеюсь, что хоть кто-то здесь сможет мне помочь.
С последнего посетителя, который со мной заговорил, прошло уже несколько часов. Я даже не знаю сколько, часов то нигде нет. Ненавижу ожидание. Никогда никуда не опаздывал, чтобы не доставлять другим дискомфорт, который испытываю сейчас. Особенно это нервирует сейчас, когда каждая минута на щету. Нужно торопиться, а я бесцельно просиживаю штаны в ожидании кого-то. Вот и думай потом, как работают наши правоохранительные органы.
Краем уха я уловил некоторое шевеление за дверью, а спустя мгновение ручка опустилась и в кабинет вошли четверо. Они медленно обогнули длинный стол, за который я так и не решился сесть, чтобы не выглядеть виноватым. Вошедшие медленно опустились в кресла напротив и вперили в меня острые, как бритва, взгляды.
Самый старый из них – дядька лет шестидесяти. Представительный мужик в костюмчике, пошитом явно под заказ, высокий, плечистый, крепкий. В нем чувствуется немолодая, но звериная мощь. В молодости он явно был красив и пользовался успехом у сверстниц. Трое остальных одеты по форме и ничем друг от друга не отличаются, за исключением цвета этой самой формы. Все такие же немолодые, статные, и, судя по погонам, занимают высокие посты. Тот, что в костюме, достал из кармана блокнот, ручку и проговорил сильным, уверенным, даже командным голосом:
– Господин Августов, позвольте представиться. Генерал-лейтенант ФСБ Петренков Алексей Юрьевич, – он повёл рукой в сторону своих спутников и продолжил. – Рядом со мной генерал-полковник Зотов Михаил Михайлович, командующий Северо-Западным округом Министерства обороны, генерал-майор Субботин Павел Андреевич из первого отдела Министерства юстиции и генерал-лейтенант Столыга Анатолий Владимирович, начальник ГУ МВД по Санкт-Петербургу.
Трое других мужчин промолчали, а Алексей Юрьевич продолжил:
– Мы находимся здесь по особому поручению своих ведомств. Хотя лично мне непонятно, каким образом вы умудрились привлечь столько внимания к свое персоне. Но я отвлекся. С этим мы потом разберёмся, сейчас нам всем не до того. В свете событий последних суток нам поручено установить некоторые детали следствия, – он остановился, может обдумывая что сказать, может подчеркивая важность момента, затем продолжил. – Судя по всему вы являетесь непосредственным участником этих самых событий, хоть в это и верится с трудом. Не поймите меня неправильно, но, как мне кажется, вы слишком молоды, чтобы это было правдой.
Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом, будто детектором лжи проверяя, соврал ли я. Я прямо посмотрел ему в ответ, показывая, что скрывать мне нечего. И хотя это не совсем так, думаю, что у меня получилось.
– Расскажите все по порядку, не упуская ни единой детали, – продолжил Алексей Юрьевич, – нам важно знать все.
Я начал прокручивать в голове всё, что со мной приключилось, открыл рот, чтобы начать, но в последний момент мелькнула мысль, что для начала нужно высказать свое негодование. Что я, просто так просидел здесь полдня?
– Теперь вы хотите меня выслушать?! – в сердцах выпалил я. – Ну наконец-то, мне сейчас невообразимо полегчало! Вы хоть представляете, как это унизительно, когда ты обращаешься за помощью, а к тебе относятся как к преступнику, да ещё и не воспринимают всерьёз. Наряд, который меня забрал, вообще не пытался меня выслушать. Парни едва старше меня, и на уме у них точно не охрана правопорядка. Ржут как кони да смотрят, с кого бы денег стрясти. Про оперов в отделе вообще говорить не хочется. Цензурных слов на них нет. Послушали, посмеялись и отправили на медосвидетельствование, будто я наркоман какой-то. А потом ещё и в обезьяннике закрыли. А теперь, когда вам всё-таки стало интересно, я битый час торчу здесь, жду вас, хотя дело очень срочное. Мне даже воды не предложили за весь день! Спасибо хоть не в наручниках сижу!
– Это я сейчас тебе быстро организую!
Полицейский, который генерал-майор или как его там, подскочил с весьма несвойственной для генерала резвостью и уставился на меня наливающимися кровью глазами. Фсбшник вытянул руку вперед в успокаивающем жесте и сказал:
– Остынь, Толя. Видишь же, парень совсем молодой, строптивый. Остроты на языке в таком возрасте всегда полно. Тем более, если то, что он сейчас сказал, – правда, то ему есть на что злиться. Присядь обратно.
Полицейский еще раз посмотрел на меня злым взглядом, но все же взял себя в руки и уселся обратно. Я же поймал себя на мысли, что мне нравится этот Петренков. Несмотря на свое положение и, определённо, большую власть и влияние, он остался человеком из народа, который не опускается до надменности и бахвальства. Человеком чести, если говорить проще. Алексей Юрьевич дождался, пока полицейский окончательно придет в себя, после чего взял ручку, открыл блокнот и проговорил:
– Весь город сейчас стоит на ушах. Сотрудники полиции, Росгвардии, да что уж там, каждый силовик в городе сейчас землю носом роет, чтобы выудить хоть какие-то обрывки информации. Пресса нас атакует, хочет знать все детали происходящего, – он взглянул на меня и с лёгким подобием улыбки добавил. – Не то чтобы мы хотели дать им ответы, но мы и сами в предвкушении вашего рассказа. Давайте поступим так. Мы вас не будем перебивать, выслушаем всё, что вы нам расскажете, и постараемся быть максимально объективными. Такой расклад вас устроит?
Я взглянул на полицейского, тот нехотя кивнул. Следователь, который до этого момента не обронил ни слова, сказал:
– Я буду вести ваш допрос. Мы вас слушаем. Представьтесь как положено.
Я глубоко вздохнул и начал:
– Августов Александр Евгеньевич…
Легче не бывает
Жизнь человека состоит из череды событий хороших и плохих, весёлых и грустных. Взлёты, падения, обстоятельства. Семья, друзья, случайные знакомства. Всё это определяет нас как личность и ведёт по жизни. Кем мы станем или могли бы стать, зависит от личного выбора каждого. И на этот выбор влияет множество нитей, которые тянут нас в ту или иную сторону. Но иногда случается так, что обстоятельства сильнее нас. Кого-то это может утянуть на дно, другого повести по иному пути. Некоторые возвысятся до небес, даже не ударив палец о палец. Я же будто попал в альтернативную вселенную, такую далёкую от моей привычной жизни. Но давайте по порядку.
Как может быть устроена жизнь обычного российского одиннадцатиклассника? Стандартное утро с мучительным пробуждением, завтраком, дорогой в школу. А ещё скучные занятия, весёлые перемены, бессмысленные шатания по улице после занятий, мучения с домашним заданием по вечерам, сон и… всё по новой. Каждый день одно и то же скучное волочение без тени какого-либо просвета в мраке заурядности. Так вот, это всё не про меня. Нет, определённо, всё это у меня есть, но моя жизнь гораздо интереснее, веселее и… сложнее.
Родители мои – промышленные инженеры. Работают они в очень большой компании и часто находятся в разъездах. Оба они выросли в детском доме, так что, кроме них, у меня никого больше нет. Поэтому частенько я предоставлен самому себе, и мне это, чёрт возьми, нравится!
В их отсутствие мы с друзьями частенько собираемся у меня, покупаем то, что нам покупать пока нельзя, приглашаем девчонок и отжигаем по полной. Не забываю я и о культурной программе. Ночные прогулки по Петербургу – это что-то. Мало какая страна может похвастаться таким городом. Представьте себе белые ночи, что и не ночи вовсе, а лишь сумерки, ненадолго опускающиеся на город, Невский проспект со своим северным шармом, подсветкой старинных домов, ресторанами, барами, уличными музыкантами, фокусниками, праздно бродящими жителями и гостями города. С наступлением вечера город не засыпает, а оживает с новой силой. Воздух свежеет, наполняется ароматами цветения, женских духов, разнообразных мировых кухонь, восточными нотками кальянных. Отовсюду доносится задорный смех, различная музыка. Спросите, каким боком здесь школьник оказался? Да всё просто. Уметь надо.
А умею я много чего, ведь в те редкие моменты, когда родители не в отъезде, они из меня все соки выжимают, особенно отец. Мама спрашивает за учёбу, хотя не было такого, чтобы я приносил плохие оценки, постоянно разговаривает со мной на иностранных языках, чтобы я их лучше запоминал. Куда уж лучше, по современным меркам я полиглот. А ещё классическая музыка, литература, опера. Ну, вы поняли, мама за культурное развитие.
А отец… Отец за физическое. Походы, спортивное ориентирование, физическая подготовка, полевые и военные сборы. А ещё альпинизм, спортивная стрельба, дайвинг, паркур (отец как-то раз невзначай обронил, что знаком с основателем этой дисциплины). Ну и, конечно же, единоборства, особенно рукопашный бой и самбо. Очень-очень много. Всё время от него только и слышу, что я недостаточно хорош. Не хочу хвастаться, но мои медали скоро начнут меня перевешивать. И всё равно, по мнению отца, я недостаточно хорош. А я ведь перечислил только лето. Стоит небесам разразиться снегом, как в моей жизни появляются лыжи, сноуборд, коньки и всё, что с этими предметами связано. Если бы я не знал маму с папой как своих родителей, подумал бы, что они из меня делают того знаменитого агента британской разведки.
В общем, я начинаю дышать полной грудью только тогда, когда они уезжают в командировку. Но, несмотря ни на что, я знаю, что они всё-таки меня любят. Ведь есть и много того, что мне нравится с ними делать и не требует при этом гигантских физических или умственных усилий. Мы с мамой частенько кулинарим, смотрим классику мирового кинематографа, слушаем старую музыку. С отцом ездим на игры местных спортивных команд, гоняем в картинг-клубе, играем в бильярд и боулинг, занимаемся бейсджампингом.
Сегодня же, практически накануне нового учебного года, мы с отцом только вернулись с военных игр, где в командном зачёте по баллам заняли первое место. Как всегда. Попробовали бы не занять, папа до следующего года не слез бы с меня. Мама встретила нас, как и всегда встречает с таких мероприятий: с хлебом и солью. Не буквально, конечно, но стол накрыт как на Новый год. Мы с отцом вымыли руки, приземлились за стол и, как обычно, начали беседу. Беседа, по мнению родителей, по моему же определению, – это допрос с пристрастием.
– Готов к учебному году? – папа, кремень и залог стабильности, всегда начинает с одного и того же вопроса.
– Да, – ответил я, закатывая глаза. – Вы каждый август это спрашиваете, а я каждый раз даю один и тот же ответ.
– Саша, не ерничай, папа всего лишь хочет удостовериться, что ты настроен на учебный процесс, а не на… альтернативное времяпрепровождение, – мама в своём репертуаре, высокие слова, грамотная речь, мне иногда кажется, что раньше, когда-то в прошлой жизни, она была лингвистом.
– Простите, – виновато ответил я. – Но вы же знаете, что я готов. Зачем тогда спрашиваете?
– Затем, что знаем, что ты можешь больше, только не хочешь раскрывать свой потенциал, – с показной строгостью ответил отец.
Мама положила свою ладонь на плечо отца и мягко улыбнулась, успокаивая:
– Женя, не наседай так. Когда представится возможность, он себя покажет.
– Скорей бы, – коротко ответил отец, разделывая курицу.
– Как прошли сборы? – обратилась мама к нам с папой.
– Ничего интересного, всё как обычно, – ответил я, кладя себе отрезанный окорок. – Папа поставил новый рекорд по сбору-разбору автомата, я на втором месте, третье занял дядя Андрей Мирошников. Он опять пытался доказать судье, что тот нам подсуживает.
– Да, – подтвердил отец, кладя маме филе, а себе второй окорок. – Он всё никак не может смириться, что даже Саша его обходит на несколько секунд.
– «Я был самым быстрым в полку!» – передразнил я слова дяди Андрея судье. – Он каждый раз пытается доказать свою правоту этой фразой.
Мы втроём рассмеялась и приступили к еде. Пару минут спустя мама продолжила разговор:
– Что ещё интересного было?
– Кросс пробежали, полосу препятствий прошли, – ответил я, добивая окорок. – Ничего особенного.
– За исключением того, что потеряли четверых человек в лесу во время ориентирования, – добавил папа. – Целые сутки их искали.
– Господи, – испугалась мама. – Нашли?
– Нашли, – улыбнулся отец. – Оказалось, что они набрели на медведя. Тот их несколько часов гонял по лесу, пока они не нашли дерево, на которое смогли забраться. Так сутки там и просидели.
– Ужас какой! – посочувствовала мама.
Повисло недолгое молчание, которое нарушил отец, обратившись к маме:
– Наташа, вчера звонил босс. Вечером у нас самолёт в Анталию. Будем заниматься проектом отеля на первой береговой линии, – отец прикончил свой окорок (у нас за них постоянно война) и обратился уже ко мне. – Ты остаешься за старшего. Только особенно здесь не хозяйничай.
Мама посмотрела на меня ласково и немного виновато, добавила:
– Не расстраивайся сильно, я понимаю, что послезавтра начинается учёба. Но работа есть работа, за нас её никто не сделает.
Я постарался сделать скорбный вид, якобы очень сильно расстроен, но на деле выдал плохо скрываемую радость. Буквально неделю назад мои друзья с тренировок по рукопашному бою предложили присоединиться к ним тридцатого августа, чтобы отпраздновать начало учебного года. Проблема в том, что они уже совершеннолетние, а мне восемнадцать стукнет только в январе. Так что командировка родителей – это подарок небес, а не печальное событие. Я собрал волю в кулак и с грустным голосом проговорил:
– Печально, но тогда, как вернётесь, с вас ресторан!
– Смотри, какой ушлый! – с улыбкой ответил отец.
Дальше шёл непринуждённый разговор о всякой всячине, наставления о том, что мне можно, а что нет. Отец рассказал пару смешных анекдотов. После ужина я принялся за уборку стола, а мама с папой приступили к быстрым сборам. Прошло не больше часа, как мы, стоя в прихожей, начали прощаться.
– Мы вернёмся где-то к десятому сентября. Если всё пойдёт по плану, то, может, даже раньше. Веди себя достойно и постарайся не разнести квартиру, – мама крепко обняла меня, поцеловала в щеку и добавила. – Налегай на учёбу. Помни, если не усвоишь начало, не усвоишь вообще ничего.
Отец же посмотрел на меня строгим взглядом и не менее строгим и серьёзным тоном сказал:
– Помни! Ответственность за себя и за других. Наши поступки, наши слова, наши дела определяют, кто мы такие есть на самом деле. Иди сюда, сынок, – он крепко меня обнял и даже немного приподнял, что, в общем-то, непросто (рост и телосложение у меня не по годам). – Шумные вечеринки только до одиннадцати. Если соседи пожалуются, сам знаешь, что тебя будет ждать.
Отец усмехнулся, мама нежно улыбнулась, поцеловала ладонь и помахала ей в прощальном жесте. Я закрыл за ними дверь и остался с довольной улыбкой в абсолютно пустой квартире.
***
Вечером того же дня я уже наводил марафет, подбирал одежду и думал о предстоящей ночи. Друзья решили, что такое событие, как моя амнистия от родительской заботы, потянет на поход в ночной клуб. Они оперативно забронировали стол в одном ретро-заведении с фамилией известного космонавта в названии и назначили встречу на восемь вечера. Сомнений в том, что меня туда пустят, ни у кого не было, в том числе и у меня (я же говорил про рост?). И вот я стою перед зеркалом и сомневаюсь, в чем мне идти: в модном молодёжном прикиде или в более классической одежде. Всё-таки надену классику, буду выглядеть старше. Чёрные классические зауженные брюки, белоснежная приталенная рубашка, начищенные до блеска ботинки с характерным английским элементом и очки. Нет, со зрением у меня всё в порядке. Очки декоративные, просто со стёклами. Так сейчас модно, ну и опять же возраста добавляют. У отца я позаимствовал классные запонки и французскую туалетную воду. Я ещё раз взглянул в зеркало, удостоверился, что всё идеально, схватил телефон, кардхолдер, ключи и вышел из дома.
Обожаю вечера в Петербурге. Лето в этом году на удивление хорошее, заканчивается по календарю, но не по погоде. На улице тепло, деревья зелёные, пахнет грядущим весельем. Духота уходит. Появилось чувство какого-то умиротворения. Я поглубже вдохнул вечерний, полный летних ароматов воздух. Появилось острое желание прогуляться, вот только времени в запасе у меня нет. Да и добираться не близко, так что всё же придётся ехать на автобусе.
Пока я мечтал о том, когда пойду получать водительские права, ноги на автомате донесли меня до остановки. Транспорт ходит часто, так что ждать долго не придётся.
В паре метров от меня остановились две симпатичные девушки. Глаза мои невольно начали скользить взглядом. Обожаю лето: девушки одеты в мини-юбки, короткие блузки, босоножки с коротким каблуком. Боевой раскрас на довольно милых загорелых лицах говорит о том, что они вышли на охоту. Девушки решили не оставаться в долгу и начали откровенно разглядывать меня, явно с удовольствием, судя по улыбкам. Я уже было сделал движение в их сторону, чтобы перевести рассматривание в разговор, но из-за угла вывернул мой лимузин и медленно подъехал к нам. К моему сожалению, красотки в автобус не вошли, так что поехал я в гордом одиночестве. Пассажиров внутри не оказалось, я плюхнулся на ближайшее место и уставился в проплывающие пейзажи. Люблю этот маршрут. Мы живём в стандартной петербургской коробке недалеко от места, где стрелялся на дуэли Пушкин. Потому большинство маршрутов отсюда выезжает на набережную, и этот не исключение. Очень быстро мы выехали к Неве. Показались заросли Елагина острова, вдалеке громадой выросли аттракционы парка развлечений, стадион и «кукурузина». По реке неспешно идут катера, катамараны. Пару раз промчались на огромной скорости гонщики на водных мотоциклах. Вот и гребцы на лодках подоспели. Все стараются ухватить последние деньки сезона, потому как все знают, что скоро наступит стандартная для Петербурга погода – вечная осень.
Машин на дорогах мало, покатили мы с ветерком и набережная быстро осталась позади. Оставшаяся часть пути до пункта назначения пролетела за считанные минуты и вот я вернулся в тёплый летний вечер прямо на пороге клуба. Галдящая толпа возле входа всем своим видом кричала:
«Вы такие не одни!»
«Сегодня будет жарко!»
«Мы сегодня оторвемся!»
Ну и, естественно, самая шумная и неугомонная компания ожидала меня. Не подумайте, что мы слишком легкомысленные и бесшабашные, но всё же такие мероприятия не каждый день происходят. К тому же большинство из моих друзей не только студенты, но и рабочие люди, а этот аспект редко позволяет нам собраться всем вместе. Так что мы сегодня в предвкушении большого события.
Макс, Серега, Игорь, Иван. Так их нарекли родители. Все – мои друзья, спортсмены. Три раза в неделю мы выбиваем друг из друга дух на тренировках, но чем сильнее каждый удар, тем крепче наша дружба. Мы неразлейвода. При моем приближении все четверо замерли и с каменными лицами уставились в мою сторону, как истуканы. Самый крупный из них, Игорь (он у нас тяжеловес), проговорил сильным басом:
– Явился всё-таки. А мы уж и не ждали. Надоел ты нам.
– Да и мне твоя физиономия уже осточертела, – ответил я с не менее каменным лицом.
Люди вокруг, те, кто были поближе, начали с тревожными взглядами озираться на нас в ожидании чего-то нехорошего. А мордоворот, который Игорь, растянул лицо в широкой улыбке и расхохотался. Рассмеялась и все мы.
– Алекс! – крикнули они почти хором, считая, что до Александра я ещё не дорос, да и слишком длинно, Саня не нравится мне, слишком просто, что ли, так что сошлись на «Алекс», что мне, кстати, нравится. – Где тебя волки утащили? Мы уже забеспокоились, что ты познакомился с кем-то по пути и решил, что на сегодня миссия выполнена.
– Автобус долго ждал, – честно соврал я, зная, что они не поверят и не обидятся. – К тому же возможность была.
– А мы и не сомневались, – пробасил мой друг.
Мы снова рассмеялись, после чего поочерёдно со всеми обнялись и под мерцание софитов и стробоскопов, двинулись ко входу.
Таких не бывает
Несколько часов мы бурно праздновали. Осушив несколько бокалов ярких, праздничных коктейлей, прокричав несколько тостов и здравиц друг другу, мы наконец решили, что пора размять ноги на танцполе. Людей сегодня собралось много, диджей на пару с ведущим мастерски подначивают народ. Так что, помножив одно на другое, танцпол быстро набился битком.
Мы уже приглядели парочку женских компаний для совместного времяпрепровождения, таких, чтобы слегка на веселе, но не слишком. Мы же сюда пришли веселиться, а не дебоширить. Наблюдая за теми, кто присматривается к нам в ответ, резюмировали:
– Девчонки за стойкой прикольные, – Макс сделал пару глотков своего коктейля кислотно-синего цвета, у меня даже промелькнула ассоциация с моющим средством, которым пользуется женщина, по четвергам наводящая у нас дома порядок. – Я, когда напитки забирал, перекинулся с ними парой слов. Та, что в зеленом платье, – Лена. Красивая. Да и вообще, веселые они, смеются без остановки. Одна проблема: их четверо, а нас пятеро.
Макс в нашей компании самый общительный, с кем угодно заведет разговор с полуслова, особенно с девушкой.
– Через два стола от нас большая компания, но туда уже подсаживаются ребята, так что не вариант, – сделал тонкое умозаключение Иван, парень добродушный и донельзя простой.
Игорь слегка грохнул по столу кулаками (стол даже от этого лёгкого, шуточного удара неприятно лязгнул) и с наигранной агрессией сказал:
– И что? Мы их одной левой подвинем!
– Ну конечно, а охрана нас одной левой проводит к выходу, – ответил Серега, он в нашем кругу отвечает за здравый смысл, старается, чтобы мы реже во что-то ввязывались. – К тому же не забывай, что вне зала мы можем драться только для самозащиты, иначе не видать нам тренировок.
– Да шучу я, шучу. Всё помню. Это я так, для поддержания разговора, – Игорь одним глотком осушил свой бокал и поднялся. – Идем атаковать барную стойку.
– Кто в пролёте? – спросил Иван, возвращая нас к факту неравного состава компаний.
– Решим по старинке, – сказал Игорь, закатывая рукава.
Мы все встали, с грозным видом сделали то же, что и Игорь, вскинули кулаки и разобрались по-мужски, то есть на камень, ножницы, бумага. После нескольких подходов мои друзья вышли из-за стола и направились в сторону бара, а я остался в гордом одиночестве. Если честно, то я даже не расстроился. По моему мнению, такой выбор спутниц на вечер не совсем правильный. Мне нравится случайное столкновение, искра, так сказать.
Пока я об этом думал, ребята уже успели облюбовать компанию у стойки. Завязалось бурное общение. Даже отсюда, сквозь музыку и крики, я услышал заливистый смех девчонок и гоготание моих друзей. Девушки были явно не против знакомства. Особенно с такими кавалерами. Все физически развитые, высокие, красивые.
Страбоскопы бьют по глазам, лазеры им аккомпанируют. Играет популярная мелодия прошлого тысячелетия, переделанная под современность и клубную атмосферу. Все, кто есть на танцполе, подняли руки вверх и как единый организм подпевают и танцуют. Пора мне к ним присоединиться. Я допил свое пенное (не люблю все эти коктейльчики – одна химия, не чета натуральному продукту), поднялся и задал направление вектора в эту движущуюся массу безудержного веселья.
В первые минуты сложно влиться в атмосферу коллективного танца, но буквально через четверть часа меня уже было не отличить от любого другого, находящегося здесь. Движенье вправо, движенье влево, хлопок, прыжок, и снова все в едином биоритме, практически цепляясь друг за друга, чтобы не упасть, подпевают и прыгают, пританцовывая.
Незаметный переход от одной композиции к другой, и вот уже играет что-то более современное. Та популярная пуэрториканская мелодия, что захватила мир пару лет назад. Танцпол как будто замер на мгновение… и разразился восторженным криком. Движения у всех стали более плавными, динамичными. Теперь на танцполе можно различить каждого по отдельности, а особенно тех, кто пришел сюда с парой или нашел ее здесь. Песня мелодичная, заводная, даже страстная. Те, кто танцуют вдвоём, стараются показать всё, что умеют, но те, кому с парой сегодня не повезло, стоят и переминаются с ноги на ногу. Я в таком состоянии чувствую себя некомфортно, потому начал поворачиваться в сторону стола.