Шоколадка и другие с Фабричной улицы

Монстры, ковбои, грабители

Жарким летним днем маленькая смуглая девочка, которую домашние прозвали Шоколадка, наблюдала через окно, как дышат паром камни на грунтовой дороге. Она старалась смотреть только на улицу, которая называлась Фабричной. Шоколадка боялась повернуть голову. На носу от страха выступили капли пота, от окна веяло жаром, но тем не менее, она уверила себя, что поворачиваться нельзя.

Шоколадке казалось, что прямо за спиной стоит монстр. Монстр рычал, а отвратительные слюни стекали, и он лязгал пожелтевшими зубами. Сердце девочки колотилось так быстро, казалось, что кто-то сжимает его в кулак, от чего оно побаливало. На самом же деле, это шумел холодильник советского производства. Как и вся техника той эпохи, о которой она часто слышала от родителей, он работал исправно, но шумно. Шоколадка просто обожала страшилки, но, когда девочка, оставалась одна дома, каждый предмет превращался в монстра. Поэтому Шоколадка чувствовала себя более комфортно, ожидая взрослых у окна.

Иногда за Шоколадкой присматривала соседка Марта живущая, напротив. Шоколадка называла ее бабушка-немка. Вчера, когда Шоколадка оставили на пару часов у бабы Марты, старая женщина, уставшая усмирять непоседу, решила припугнуть ее воспользовавшись моментом. Как только холодильник зарычал, бабушка-немка сказала, что, если девочка не прекратит баловаться чудище из холодильника поглотит ее. Вот и сейчас Шоколадка была одна дома, и услышав гул холодильника, напуганная, она повторяла: «Не поворачивайся, из окна исходит свет, тут безопасно». Очень часто Шоколадка оставалась одна дома. Родители делали все чтобы свести концы с концами, а брат и сестра днем были в школе. И каждый раз, когда кто-то уходил она лгала, что не боится, чтобы успокоить их.

Шоколадка любила, когда ее оставляли у бабушки-немки. Старушка была полной, носила цветастые халаты и даже летом не снимала шерстяных носков. В ее аккуратно собранных в пучок серебряных волос всегда был виден деревянный гребешок. Шоколадка очень радовалась, когда эта добрая соседка соглашалась за ней присмотреть. Старушка Марта готовила манную кашу, попкорн, обожаемый и казавшийся девочке блюдом для королей:

– Попкорн, такая дивная еда, – девочка втягивала вкусный запах, и каждый раз задавала один и тот же вопрос. – Наверно, такое добро вам присылают из Германии, ваши родственники-немцы?

– Из Германии, детка, из Германии, – смеясь отвечала старушка.

Обычно отведав манной каши и попкорн, Шоколадка составляла компанию бабушке-немке, когда та делала свои дела по дому. Между делом старушка занимала девочку рассказами и загадками. Шоколадке нравилось проводить время у бабушки-немки, но меньше всего она любила, когда в послеобеденное время возвращались внуки Марты: Андрей и Юра. Марта принималась разогревать обед для внуков и спрашивала, как прошел день у них в школе. Шоколадка по натуре ревнивая, не любила внуков Марты. Но благодаря некому природному такту, она понимала, что это родные внуки Марты и это естественно, что ее внимание переключается на них. В такие моменты Шоколадка брала книжки с картинками и листала их, но одним глазком поглядывала как беседует бабушка с внуками.

Шоколадка завидовала уюту этой семьи, у нее дома взрослые всегда были погружены в проблемы, связанные с пропитанием, одеждой, деньгами, и прочими заботами. После тяжёлого дня они обычно просили чересчур разговорчивую девочку помолчать. Иногда взрослые играли с ней в игру кто дольше промолчит. Поэтому она так ревностно относилась к ее постоянному слушателю, которую приходилось делить с ее внуками.

Однажды Шоколадка потеряла весь контроль над сокрытием своей ревнивости. Юра и Андрей уже вернулись, но малышка продолжала без умолку болтать, о том как она видела как муравей несёт другого мёртвого муравья, о том как галчонок выпал из гнезда и как дети пытались его спасти. Все эти факты, казались важными для шестилетней Шоколадки. Старушка Марта заслушалась детским лепетом, и забыла про кипящее молоко, которое сбежало. Впервые, Марта была недовольна:

– Вот ведь, из-за тебя все молоко сбежало, – нахмурившись, сказала старушка.

– Как это из-за меня, я его не прогоняла, захотело молоко и само сбежало, – выпалила Шоколадка.

– Да потому что ты болтушка, – ухмыляясь сказал Андрей, который смотрел телевизор на диване.

– Сам болтушка, – слово «болтушка» казалось самым обидным Шоколадке, потому что все вокруг всегда просили ее помолчать. – Сам ты болтушка, ещё раз так меня, я твои лошадиные зубы выбью.

На что Андрей рассмеялся, и Шоколадка стала швырять в него свежевыглаженное белье Марты. Разозлившись Марта сказала: «Слышишь звук, это за тобой Бабайка пришел, потому что сегодня себя очень плохо ведешь». Шоколадка знала, что звук исходит от холодильника, но также понимала лучше будет, если она молча посидит, так как она почувствовала, что такое поведение раздражает обычно добрую старушку.

Но сейчас ей показалось, что холодильник с рычащим звуком, по-настоящему превратился в чудовище, которое стоит за спиной и если она повернется, то чудище ее проглотит. Очень хотелось пить. Шоколадка неподвижно сидела у окна и смотрела на улицу, Она всегда так делала, когда оставалась одна дома, ожидая взрослых. Ждать их у окна было всегда легче, можно было понаблюдать за редким прохожим, чем передвигаться по дому так как в одиночестве за каждым углом дома девочка видела что-нибудь устрашающее.

Дом, в котором жила Шоколадка, находился в начале извилистой улицы перпендикулярной другой. И редкие прохожие, появлялись из-за угла, неожиданно. И в любой момент кто-то из прохожих мог оказаться кем-нибудь из семьи. Вот, наконец-то из-за угла появился брат Шоколадки Малик. Малику было лет шестнадцать. Он был хорошо сложен, с густыми бровями и такой же шевелюрой. Шоколадка всегда хотела иметь ровный и правильный нос брата, и белую кожу как у своей сестры Салимы. И как только Шоколадка увидела брата, совсем позабыла о чудище.

Дом состоял из двух строений основного и маленького дома, в котором была лишь одна комната, она была кухней и спальней отца. В комнате был топчан, деревянное сооружение из досок на козлах, используемое и как кровать, и как кухня, когда поверх ставится небольшой стол. Окна маленького дома одновременно выходили на улицу, и во двор, из-за этого это было любимым местом ожидания. Шоколадка имела возможность заметить родных с улицы, и наблюдать как они заходят со двора домой.

– Привет, ты пришёл! – бросилась приветствовать брата Шоколадка.

– Привет, есть хочешь? – спросил Малик.

– Да, но только куры не неслись сегодня.

– Ну и ладно, разогреем масло, – Малик включил плитку, налил на сковороду подсолнечного масла, когда оно было разогрето, вместе с сестрой они макали хлеб в масло. Насытившись, Малик переодел школьную форму и взяв со собой сестру принялся выгонять баранов из стойбища.

Шоколадка сидела на шее брата, когда тот отгонял скот в рощу.

– Не держись за шею ты меня душишь, – попросил Малик

–Хорошо, – но страх упасть не покидал Шоколадку.

– Ай, тем более не за уши, оторвёшь ведь. Не бойся не упадёшь, я за ноги держу.

Спустя некоторое время они пришли на опушку. Высокие тополя раскинулись во все стороны, они были такой величины, что не было видно солнца, свет просачивался сквозь те редкие дыры на небе, что не закрывали ветки деревьев.

Малик развел костёр, и наказал Шокаладке играть только в указанном им месте, через несколько минут он вернулся с охапкой белый грибов. Потом уже в почти догоравший костёр он бросил грибы, а когда они были готовы он надел их на палочку. Жуя грибы, довольная Шоколадка представляла, что это шашлык.

Вернувшись вечером домой, все уже были дома: мама и сестра Салима. Салима тоже была подростком, ей было семнадцать. Рано закончив школу, она обучалась на акушерку в мед. училище. У нее было светлая кожа, с постоянным розовым румянцем.

– Какая ты чумазая! А ну, иди сюда, – позвала ее сестра и принялась снимать с нее грязную одежду. – Ты как хрюшка, и как тебе не стыдно.

– Не стыдно, на мозги не капай, – ответила Шоколадка.

– Мам, ты послушай, что она говорит, – возмущённо сказала Салима.

– Следующий раз, сразу шлёпай по губам, я разрешаю, – нахмурившись произнесла мама.

Салима искупала сестру в тазике, перед сном Салима предложила ей лечь с ней, но Шоколадка всегда ложилась рядом с братом и отказала в просьбе сестре.

Ее любовь к сестре будет расти с годами, ну а пока у нее к ней есть безмерное уважение, она более ближе к брату, потому что он не делает ей замечаний, и с ним всегда весело.

***

На следующий день пришли двоюродные сестры и брат Шокаладки. Дядя с тётей уехали продавать свой урожай в соседнюю страну, город Алматы, Казахстан. Двоюродные сестры и брат остались в доме, до тех пор, пока с рейса не возвращался отец Шоколадки, у него ужасно портился характер, если он видел дома родственников жены.

Они были немного старше самой Шоколадки. Самой старшей кузине Рабие было 8, среднему кузену Омару 5, и совсем маленькой Мине 2 годика. Они недавно переехали из деревни и жили на параллельной улице. Шоколадка ладила со своими кузенами, они часто приезжали в отсутствии ее отца, а теперь, когда они перебрались ближе, дети постоянно проводили время вместе.

Дядя с тетей всегда забирали маленькую Мину в свои поездки, одни оставались Рабия и Омар. На этот раз их поездка была планировалась лишь на два дня, родители решили оставить малышку. В Алматы, они жили в кабине машины на которой привозили овощи для продажи. С маленьким ребёнком торговать было тяжело, и когда родители уезжали на пару дней, дядя с тетей оставляли малышку. Шоколадка целыми днями играла с кузенами. Мама Шоколадки готовила детям еду и оставляла их одних. Когда дядя с тётей бывали в отъезде, а отец Шоколадки дома, то все дети перебирались к себе домой и Шоколадка составляла им компанию. В те дни, когда у Салимы не было дежурств в больнице она всегда ночевала с детьми.

К вечеру приехал папа Шоколадки, она ему очень радовалась, но к сожалению племянники ее мамы вызывали аллергическую реакцию на нрав ее папы. Двоюродные брат с сестрой ушли к себе домой.

Шоколадка стала размышлять чем-бы себя занять и включила телевизор. Девочке пригляделась программа. В ней быки яростно накидывались на красиво одетых и храбрых мужчин, и отважные дяденьки катались на спинах быков. «Вот оно интересное занятие», – восторженно подумала Шоколадка. Она отыскала соломенную шляпу в чулане, нацепила ее на голову и в припрыжку поспешила к постройкам на заднем дворе, где находились около десятка гиссарских баранов. Эти бараны отличались тем что они особо крупные и имели курдюки, самцы гиссарских баранов обычно чрезмерно агрессивны.

Шоколадка решила скопировать тех мужчин из телевизора и сыграть в игру, кто дольше продержится на спине животного. Она просунула свою голову через отверстие кормушек и стала рассматривать потенциального барана для езды. Изучив самок и ягнят, она решила, что ей никто не приглянулся. Она подошла к хлеву самцов, трёх самцов отделили от самок, эти бараны по какой-то причине обычно бодали беременных самок и ягнят. «Пожалуй, эти бараны подойдут. Они повыше других и у них есть рога, за что можно будет держаться», – подумала она пролезла в кормушку, а оттуда во внутрь хлева.

Бараны начали забиваться в угол хлева, пытаясь спрятаться друг за другом. Глубоко вздохнув Шоколадка подошла к барану, что был поближе и тот рванул с места. Но она успела ухватиться за шерсть сзади несколько секунд она бегала кругами вместе с ним, ударяясь временами об тех двух обезумевших баранов, которые тоже начали бегать по всей замкнутой территории.

В конце концов забравшись на несчастного барана ей даже удалось прокатиться круга два пока тот ее не скинул со спины. Упав, Шоколадка стала обтряхиваться от навоза, но вдруг она замерла, уставившись в злые светло-коричневые, почти прозрачные глаза барана. Неожиданно, баран принялся бодать Шоколадку. Она же, вцепившись ему в рога, пыталась оттолкнуть его от себя, баран все наступал и бодал девочку так, что деревянная перегородка содрогалась каждый раз от удара. За перегородкой другие животные собрались в крайнем углу.

В это время мама Шоколадки прервала шитье услышав гулкие звуки ударов через открытое окно, подумала, что самцы бодаются. Она вышла проверить все ли в порядке. Подойдя к хлеву и увидев там Шоколадку, она громко завопила: «Мамочки! Малик, Малик скорее иди вытащи ребенка из хлева».

Малик ворвался в хлев, отогнал баранов и взял Шоколадку на руки. Но она, вырываясь, проговорила: «Шляпу обронила!» – он покачал головой и натянул ей эту шляпу на голову.

Мама, увидев дочку, запричитала: «Зачем ты туда забралась, посмотри, что они сделали с твоими руками?!». Тут Шоколадка, увидев, что на коже на пальцах обеих рук ободрана и бежит кровь, она громко стала плакать. Брат спустил ее с рук, наклонился и сказал: «Мальчики не плачут». Шоколадка сглотнула ком в горле и перестала плакать. Шоколадка хотела быть мальчиком, так как ей казалось, что девочки скучно проводят время.

Большую часть времени Шоколадка проводила с братом, так как папа уходил всегда по непонятным делам, мама на базар, а сестра училась в мед.училище. Шоколадка первую половину дня была с братом. Вернувшись со школы, он организовывал что-нибудь поесть. Малик после занятий выгонял пастись овец на поляны или в рощу, он сажал младшую сестру на плечи и выводил животных. Подыскав подходящее места для пастбища, он обычно разжигал костер и готовил там картошку, иногда грибы. Спустя некоторое время загнав отару обратно домой также сидя на плечах у брата Шоколадка становилась участником подросткового мальчишеского досуга: плавание в речках, озёрах, всяких ребяческих игр, в которых нередко явно присутствовало агрессия, нецензурная лексика. Шоколадка слышала много запрещённых слов, но дома она их не употребляла, потому что ее брату досталось бы за это. У них был уговор, он брал ее повсюду с условием, что дома никто не о чем не узнает.

Вечером же начиналось женская часть воспитания, когда мама и сестра отчитывали за грязное платье, озабоченно поругивая, обрабатывали ссадины и синяки и заставляли наводить порядок среди своих вещей: складывать одежду, убирать игрушки, чистить обувь всего семейства.

Переживая за день такой контраст, Шоколадка хотела стать мальчиком: в ее представлении быть мальчиком – это весело и предрекало свободу и безумство, а быть девочкой означало быть ответственной, аккуратной и послушной. Из-за сложившегося мнения Шоколадка решила, что быть мальчиком веселее и если, она будет вести себя как мальчик, она им станет, прямо-таки, как и Пиноккио. Дошло до того, что Шоколадка писала стоя, и каждый раз при этом думала, раз ей удаётся писать струёй, то вскоре удастся и мальчиком стать.

Скорее всего на ее решение вести себя как мальчик также повлияли ребята, с которыми ей приходилось играть. Девочки часто обижались, и чтобы играть с девочками нужны были куклы, которых у Шоколадки не было. Она брала ствол, объеденной кукурузы, что было куклой, а волосы куклы были из листьев, мелко поделённых вдоль жилок и заплетённые косичку. Девчонки не очень хотели играть с этой страной девочкой с початком кукурузы вместо куклы, которая могла в споре оторвать их куклам какую-нибудь часть тела к примеру руку или голову, благо то были куклы-Барби, что и голову, и руку можно было вновь вставить на место. Но порой с завистью вспоминая какие красивые и словно настоящие волосы у куклы Барби одной из девочек. Шоколадка залезала в огород и играла с ворсинками еще не поспевшей кукурузы, такими же мягкими и шелковистыми. Шоколадке всегда хотелось иметь куклу Барби, но она не просила, понимая, что у родителей нет денег на это.

Не вписавшись в чаепития и игры девочек, Шоколадка с большим удовольствием лазала по деревьям, играла в альчики и дралась с мальчишками, твёрдо решив стать мальчиком.

И старший брат, часто манипулировал ею этим желанием, и сейчас, чтобы она не плакала, Малик спокойно говорил: «мальчики не плачут». И в ту же секунду девочка собирала все эмоции в кулак и перестала реветь.

Заботливая Салима искупала Шоколадку, потому что она пропахла овцами, обработала раны на руках. Малышке уже очень хотелось спать и она, пожелав спокойной ночи всем, заснула крепким сном.

По обыкновению, Шоколадка спала беспокойно и клала ноги или наваливалась всем телом на Салиму, и та, чтобы отогнать сестру на ее территорию кровати пощипывала ее. Шоколадке снился сон, что их с Салимой кровать поднимается высоко ночное звездное небо. В какой-то момент, ее преодолел страх, было жутко посмотреть с краю кровати вниз, но несмотря на свой страх Шоколадка пыталась не шуметь, так как Салима крепко спала и даже не почувствовав, что они высоко в небе. Но вдруг полет в звездном небе прекратился. Шоколадка стояла в хлеву и на нее неслась отара злобных баранов, и повсюду на нее смотрели десятки пар злых бараньих глаз, и они ее так сильно бодали, что в какой-то момент ей захотелось закричать «мама», и тут она проснулась, и с ужасом поняла, что намочила кровать.

Шоколадке, хотелось тут же встать поменять трусики и лечь на сухую простыню и дальше спать. Она не могла этого сделать, так как знала, мельчайшее ее движение разбудило бы Салиму. Шоколадка лежала неподвижно на мокрой простыне. От неприятного чувства она не смогла заснуть до самого утра. Первой проснулась Салима. Шоколадка, притворившись спящей, подождала пока ее сестра отправится в туалет. Через несколько мгновений, посмотрев аккуратно через занавеску, как Салима идет по белой мраморной дорожке с обеих сторон, были грядки в туалет. Шоколадка быстро заправила постель как можно аккуратней, так как боялась, что, если постель будет заправлена небрежно, Салима сама заправит ее и обнаружит, что натворила Шоколадка.

– Шоколадка, ты почему не спишь? И постель уже заправила? – спросила Салима.

– Да мне уже не хочется спать, а постель я решила сегодня сама заправить.

– Ой, молодчина, – сказала Салима, поцеловав ее в лоб.

Дождавшись, когда все ушли Шоколадка, сбросила постель с кровати, сняла простынь с одеяла и чехол с матраса. Свернув в их ком, она вынесла их во двор, чтобы постирать. Она стала в таз набирать ковшом воду из бочки. Бочка была наполовину пустая, Шокаладке приходилось наклонять туловище внутрь бочки при этом, встав на табуретку. И вот в очередной раз, когда она окунула ковш в бочку, она услышала, как слабый, старческий голос назвал ее имя: «Халима».

Шоколадка чуть приподняла, голову оглянулась никого не было вокруг, но как она вновь нагнулась внутрь бочки как голос вновь позвал ее. «Неужели, кто-то зовет меня из дна бочки, а может быть это портал в другой мир», – думала про себя Шоколадка, вглядываясь в свое отражение, а голос все продолжал ее звать. Приложив ухо почти к воде, девочка поняла, что звук исходит не из дна бочки. Встав в полный рост на табуретке, она огляделась и заметила старушку соседку, звавшую ее из окна второго этажа соседнего дома: «Мама дома?» – спросила она, узнав, что мамы Шоколадки дома нет, она закрыла окно. А Шоколадка вернулась к процессу скрытия улик своего преступления.

Постирав простынь и наматрасник, встав на табуретку, Шоколадка стала вешать сначала простынь на бельевую веревку. Она с трудом закинула простынь на веревку, вода по рукам стекала в подмышки и на бока, было не приятно. Расправив одну часть простыни, она переместила табуретку и стала расправлять другую часть на веревке. Она взяла наматрасник и закинула его на веревку, но наматрасник соскользнул и упал на землю, вздохнув, девочке пришлось полоскать его заново, прежде чем развешать.

После этого, она попыталась стянуть матрас с кровати, но он был слишком тяжелым, Шоколадка, хотела вынести матрас на солнце, так как вспоминала как до этого она однажды намочила кровать, и мама вытаскивала матрас сушить на солнце, после того как помыла его. Шоколадка хотела помыть желтое пятно на матрасе, но потом передумала, и решила набрызгать много духов на него.

Пока сушились простынь и наматрасник, Шоколадка принялась за свои домашние обязанности: подмела на кухне, протерла пол, а также подмела двор и возле ворот. Посмотрев, что большая стрелка показывает двенадцать, а маленькая одиннадцать на часах, она побежала включать телевизор, где каждый день шел ее мультик. Шоколадка не умела смотреть на часы, просто она заучивала, где обычно часовые стрелки находятся в канун важных событий дня таких как: ее утренних и вечерних мультиков, и когда все возвращаются домой. Даже потом уже во втором классе, самостоятельно сходив в поликлинику, когда девочке на следующий день велели принести в три часа дня принести баночку с мочой, она попросила доктора на бумажке написать ей, где будут находиться стрелочки, и объяснив, где она живет, попросила доктора учесть время на ее дорогу и также написать ей, где должны находиться стрелочки, когда она должна выйти из дома. Доктор, улыбаясь все это написал, и даже нарисовал два циферблата с указаниями.

Посмотрев мультфильм, она вышла во двор и обнаружила, что они высохли. Собрав их с бельевой веревки, она все обратно натянула и аккуратно заправила постель, и она ощутила, что ей очень хочется спать. Девочка проснулась, от каких голосов, и она с ужасом подумала, неужели к ним обратно забрались воры. Так как совсем недавно воры украли ценные и редкие породы бойцовых курей Дакан и декоративной породы Феникс. Куры Феникс были очень красивыми с длинными хвостами, в курятнике для них повесели старые чайники, и они неслись там. Очень жалко и досадно было семейству Шоколадки, когда все обнаружили кражу. И больше не на одном птичьем рынке города брат Шоколадки, который занимался разведением редких курей так и не смог приобрести курей породы Феникс.

Шоколадка как можно бесшумно пробралась в сарай, достала там капкан, установила его и прикрыла дорожкой. Выскользнув из дома, она заперла сарай на ключ и побежала звать на помощь соседей. На улице она увидела брата, и побежала к нему сказать, что дома грабители, и она заперла их, а под красной дорожкой капкан. Малик побежал домой. Шоколадка тоже побежала за ним, по дороге схватив два камня.

Когда девочка прибежала, Малик сидел у крыльца и громко хохотал, она спросила у брата все ли хорошо, испуганно вглядываясь внутрь дома. Он, продолжая смеяться, повел ее за руку в дом и указал на включенный телевизор.

Великанша, дылда и злыдни

При своей безобидности у Шоколадки были и «враги» на улице: пышка Нарис, ее сестра Бану и веснушчатый Дылда, имя которого она не знала.

Пышка Нарис всякий раз, приметив Шоколадку на улице, ловила ее и зацеловывала, поцелуи были противные: ее слюни и зубы ощущались на щеках, помимо этого она покусывала их или больно щипала щеки. Сопротивляться Шоколадке было трудно, Нарис была подростком, она была большая и сильная.

Шоколадка часто ходила играть с двоюродными братом и сестрой. Они жили на параллельной улице, крыша их дома можно было заметить из окна дома Шоколадки. Но путь их дому пролегал мимо дома Нарис.

Как-то Шоколадка пожаловалась маме, что ее мучит Нарис, на что мама девочки сказала: «Доча, я очень устала, я конечно могу поругать ее, но я хочу, чтобы ты научилась разбираться со своими проблемами сама, я в тебя верю».

Солнечным утром, направляясь в дом кузенов через участок дороги, где жила Нарис, девочка представила себя рыцарем, а Нарис великаншей. Только Шоколадка завернула за угол ее взгляд встретился с Нарис, та поливала цветы. Нарис хищнически, обнажив свой оскал, наклонилась, чтобы оставить шланг в клумбу.

– Куда идешь, а?

– Пусть тебя это не волнует, -ответила Шоколадка, подумав про себя: «любой ценой, сегодня будет плакать она, она, не я»

– Эээ, че здороваться не учили, и не говорили, что взрослым грубить нельзя? – собрав руки на пояс, она перегородила путь Шоколадка у.

– А ты, толстушка быстро пропустила меня и не кусай меня больше!

– Кто толстушка, а? -спросила Нарис, и начала хватать Шоколадку.Шоколадка, что было сил схватила пальцами за жир на животе Нарис и упиралась от ее рук, которые хотели ее поднять, так продолжалось некоторое время. Шоколадка почувствовала, что силы истощились. И тут девочка решила укусить Нарис за ногу. Шоколадка укусила девушку, та заверещала от боли как хрюшка на всю улицу, выбежала сестра Нарис, Бану, которую Шоколадка также не любила, она часто высокомерно называла девочку «безбровая».

– А я[i], что случилось?

– Это дура, меня укусила, прям за ляшку.

– А я, сдалась вам это «безбровая»?

– Помочись в лужицу и посмотри на свою рожу «безмозглая», – выпалила Шоколадка, развернувшись, и пошла к дяде.

Поигравшись вдоволь с кузенами, Шоколадка решила пойти домой. Напротив, дома дяди была небольшая опушка с деревьями и меж деревьями играли мальчишки. Шоколадка увидела среди них Дылду с веснушками.