Чужое Королевство

Пролог

Тьма сгущалась над северными горами, где не ступала нога человека уже целые века. Холодный ветер нёсся меж скал, завывая, будто чья-то давняя, бесконечная жалоба. Здесь, среди утёсов и каменных осыпей, существовало место, о котором знали лишь древние книги да редкие безумцы, решавшиеся говорить о нём вслух.

Разлом.

Он не был похож на обычную трещину в земле. Это было зияние, рассечение самого воздуха. В беззвёздной глубине сверкали отблески чужого мира, словно там дышало иное небо, иные законы бытия. Каждый, кто слишком долго смотрел в эту пропасть, чувствовал, как сердце начинает биться в такт невидимому ритму – и этот ритм не принадлежал человеческому миру.

Сегодня Разлом дрожал. Он шевелился, будто сам воздух хотел разорваться шире. Из глубины доносился гул, похожий на рокот тысячи голосов, поющих одну и ту же безумную песнь.

На выступе стоял человек в тёмном плаще. Его лицо скрывала капюшонная тень, но глаза – два холодных угля – наблюдали за трещиной с жадным вниманием. В руке он держал серебряный жезл, испещрённый рунами.

– Время пришло, – произнёс он хриплым голосом, и его слова растворились в ветре. – Слишком долго наш мир был отделён. Слишком долго они ждали.

Треск раздался из глубины. Что-то вырвалось наружу: сначала когти, затем искажённое тело, похожее одновременно на зверя и тень. Существо выло, изгибаясь, но мужчина коснулся его жезлом, и оно смирилось, склоняя голову.

– Да, – прошептал он, улыбаясь. – Вскоре все узнают, что границы больше не защищают.

Разлом расширился ещё на дюйм. Словно весь мир содрогнулся.

– Ключ уже среди них, – сказал человек. – Он живёт, не подозревая, кто он такой. Но я найду его. Я приведу его сюда.

Ветер стих. Существа исчезли в тени, а плащ мужчины растворился в мраке.

И только Разлом продолжал тихо пульсировать, как чёрное сердце, ждущее часа, когда оно сможет разорваться вширь и выплеснуть в мир всё то, что веками скрывалось по ту сторону.

Глава 1. Сирота с окраины

Солнце поднималось над деревней Бринн лениво, будто и оно не торопилось начинать новый день. Узкие улочки оживали: женщины торопились к колодцу за водой, дети босиком бегали между хатами, а мужчины собирали телеги, запрягая лошадей. Сегодня был особенный день – ярмарка в городке Дастен, куда стремились попасть все жители окрестных деревень.

Айден стоял у старой конюшни и поправлял сбрую на своём коне. Серый жеребец нетерпеливо бил копытом по земле, будто чуял перемены.

– Потерпи, Сивый, – сказал юноша, затягивая ремень. – Там, в городе, тебя ждёт целый мешок овса, клянусь.

Айдену было семнадцать. Высокий, жилистый, с тёмными глазами и чёрными, слегка взъерошенными волосами, он выделялся среди деревенских ребят. Не потому, что был сильнее или умнее – просто в его взгляде жила какая-то странная сосредоточенность, будто он ждал от жизни большего, чем она могла предложить в Бринне.

Он вырос сиротой. О матери он ничего не помнил, а отец погиб, когда Айдену было всего пять лет. Его приютила старая травница Мира – женщина резкая, с язвительным языком, но доброй душой. Она учила его находить лекарственные травы, зашивать раны и думать головой, а не кулаками. Но больше всего – держать свои вопросы при себе.

Перед уходом на ярмарку она оставила записку: «Береги себя. Вечером встретимся в Дастене. У меня к тебе важный разговор.»

Айден нахмурился, перечитывая её. Слова были непривычно серьёзными – Мира редко говорила загадками.

Юноша вскочил в седло, подтянул поводья и направился к дороге. Люди в деревне приветствовали его короткими кивками, спешили, переговаривались. Праздничное настроение витало в воздухе, но Айден вдруг заметил нечто странное.

На горизонте, там, где серые горы упирались в небо, виднелась тонкая полоса света. Она пульсировала, будто живая, и не исчезала, хотя облаков вокруг не было.

– Гроза? – пробормотал он, прищурившись.

Нет. Это было не похоже на грозу. Небо оставалось чистым, и только этот разлом – словно шрам в небесной ткани – не давал отвести взгляда.

– Айден! – окликнул его голос.

Он обернулся. По дороге к нему бежала Лиора – девушка лет шестнадцати, соседка и давняя подруга. Светлые волосы выбивались из-под косынки, а в руках она несла узелок с хлебом.

– Ты всё ещё здесь? – запыхавшись, сказала она. – Мы уже выходим.

Айден улыбнулся и протянул ей руку, помогая взобраться на коня позади себя. Лиора была лёгкой, почти невесомой.

– Я видел странное в небе, – сказал он, когда они тронулись.

– Ты вечно всё усложняешь, – отмахнулась она. – Наверное, солнце отражается. Сегодня праздник, а ты опять ищешь дурные знаки.

Юноша усмехнулся, но взгляд его снова невольно метнулся к горизонту. Разлом всё ещё сиял, едва заметный, будто ждал, когда кто-то наконец обратит на него внимание.

Они присоединились к деревенской колонне. Люди шли шумно, с песнями, кто-то гнал коз, кто-то нёс корзины с сыром и мёдом. Для крестьян ярмарка была больше, чем торговля: это был день радости, встреч, веселья.

Айден тоже пытался расслабиться. Но внутри, в самой глубине души, зрело ощущение, что этот день станет началом чего-то, к чему он совсем не готов.

Дорога к Дастену вилась через луга и перелески. Солнце уже поднялось выше, воздух был тёплым, пахло свежескошенной травой и дымком от деревенских печей. Люди переговаривались весело, строили планы о покупках, спорили, чей товар продастся быстрее.

Айден вёл коня рядом с остальными, а Лиора всё щебетала за его спиной:

– Говорят, в этом году приедут купцы с юга! У них ткани такие яркие, что глаза режет. И специи… представь, специи из самого Кардоса! Ах, как я хочу их попробовать…

Айден только кивнул. Её голос звучал радостно, но он не мог отогнать ощущение, будто нечто невидимое идёт рядом с ними.

– Лиора, – тихо сказал он. – Ты когда-нибудь думала, что за нашими лесами? Дальше, за горами?

– Конечно! – рассмеялась она. – Там море, дворцы, заморские страны… Но нам-то что? Наш мир здесь, в Бринне. – Она ткнула его в плечо. – Ты слишком много мечтаешь.

Он хотел возразить, но впереди послышался шум. Толпа замерла. На дороге стоял всадник в чёрном плаще. Лошадь его была крупной, вороной масти, с пеной на губах, будто скакала без остановки всю ночь.

Незнакомец медленно снял капюшон. Лицо его было худым, с резкими скулами, глаза – тёмные, словно два угля. Он окинул людей тяжёлым взглядом, и разговоры мгновенно стихли.

– Дорога в Дастен свободна? – спросил он низким голосом.

– С-свободна, господин, – пролепетал староста деревни. – Мы сами туда направляемся…

Незнакомец кивнул и направил коня дальше. Но, проезжая мимо Айдена, вдруг задержал взгляд. Казалось, в эти несколько секунд время остановилось.

Айден ощутил холод, пробежавший по коже, и непонятный страх. Будто этот человек видел его насквозь.

Через мгновение всадник исчез за поворотом, а шум вернулся, люди заговорили громко, словно пытаясь развеять тягостное впечатление.

– Ты видел? – прошептала Лиора. – Он смотрел прямо на тебя.

– Наверное, просто показалось, – ответил Айден, но голос его дрогнул.

Остаток пути прошёл тише. Даже песни стихли. Только колёса телег скрипели да ветер гонял сухие листья.

И всё же, когда вдали наконец показались каменные стены Дастена и блеснули на солнце башни, люди оживились, словно забыли о странной встрече.

Айден же не забыл. Внутри него, глубоко под привычной оболочкой, что-то шевельнулось. Как будто сама судьба только что отметила его.

Когда стены Дастена выросли перед ними во весь рост, Айден впервые понял, насколько их деревня мала и уязвима. Башни города возвышались над равниной, украшенные гербами и флагами, стража стояла на воротах с алебардами. За стенами слышался шум ярмарки: звон колокольчиков, музыка свирелей, рёв торговцев.

– Вот он, город! – радостно воскликнула Лиора. – Настоящий, живой! Ты только посмотри!

Айден смотрел, и сердце его билось сильнее. Толпы людей сновали туда-сюда, разноцветные ткани развевались на ветру, пахло хлебом, жареным мясом и пряностями, которых он никогда не видел. Всё это казалось ему сказкой.

Они въехали в ворота вместе с остальными крестьянами. Стражники лениво проверяли повозки, пропуская деревенских без особых вопросов. Но когда Айден проехал мимо, один из стражей вдруг прищурился, словно хотел что-то сказать… и всё же промолчал.

Толпа увлекла их вперёд, на центральную площадь. Там гудела ярмарка: сотни голосов сливались в единый хор. Здесь продавали всё – от кувшинов и железных ножей до блестящих амулетов и шёлковых платков.

Лиора завизжала от восторга и сразу потянула Айдена к лавке с тканями:

– Посмотри, посмотри! Они светятся, будто звёзды!

Айден улыбнулся, но мысли его всё ещё возвращались к тому всаднику на дороге. В шуме и веселье города тревога чуть отступала, но не исчезала.

Вдруг на площади раздался звук рога. Толпа обернулась к помосту, где уже собирались люди. Глашатай в красном плаще поднялся и раскрыл свиток.

– По указу Его Величества, – громко возвестил он, – все жители и гости Дастена должны явиться к замку на вечерний сбор! Объявление касается каждого!

В толпе зашептались. Подобное бывало редко.

Айден почувствовал, как рядом с ним Лиора сжала его руку. В её глазах мелькнул страх.

– Думаешь, это из-за ярмарки? – спросила она.

– Не знаю, – ответил он. – Но чувствую: это только начало.

Он и представить не мог, что именно этот день станет первой трещиной в привычном мире.

Глава 2. Тени над городом

Толпа, как река, уносила Айдена и Лиору всё дальше вглубь города. Шум нарастал с каждым шагом: звон бубенцов, барабанные удары, выкрики торговцев, смех детей, запах жареного мяса и пряностей, смешанный с дымом факелов. Но за всей этой суетой Айден чувствовал что-то чужое. Будто поверх веселья лежала невидимая пелена тревоги.

– Держи крепче, – сказала Лиора и сжала его руку. – Здесь легко потеряться.

Айден кивнул, хотя и сам ощущал, что сердце бьётся слишком быстро. С того момента, как они встретили того странного всадника на дороге, он не мог отделаться от ощущения, что за ними наблюдают.

И вот – вторая площадь. Просторная, вымощенная серым камнем, она была заполнена людьми до отказа. На краю возвышался деревянный помост, у которого выстроились стражники в кирасах. Их лица были суровы и неподвижны, словно маски. В толпе царило возбуждение, но не праздничное – больше похоже на ожидание приговора. Люди переговаривались вполголоса, перешёптывались, будто боялись сказать что-то лишнее.

Когда на помост вышел высокий мужчина в длинном плаще с серебряным гербом, шум мгновенно стих. Его голос разнёсся над площадью, резкий и властный:

– Жители Дастена! – начал он. – По велению Его Величества вам надлежит знать: королевство в опасности.

Толпа загудела. Женщина рядом с Айденом ахнула и прижала ребёнка к груди. Кто-то сжал кулаки, кто-то зашипел от возмущения.

– На южных окраинах, в деревнях у границы, – продолжил глашатай, – пропадают люди. Ночью появляются странные существа. Они не знают усталости и не боятся оружия. Даже стража гибнет, не вернувшись со своих постов.

По площади прокатился ропот. Айден ощутил, как внутри похолодело. «Существа?» – эхом прозвучало в его голове. Он вспомнил туман на дороге и пустой, мёртвый взгляд того всадника.

– Его Величество повелевает, – голос глашатая стал ещё суровее, – чтобы каждый, кто способен держать оружие, готовился к службе. Завтра в полдень начнётся первый отбор юношей.

Толпа взорвалась. Кто-то закричал: «Опять война?» Другие ругались, спорили, пытались пробиться к помосту, чтобы задать вопросы. Айден чувствовал, как Лиора напряглась рядом.

– Нет, – прошептала она, – Айден, ты же не пойдёшь? Ты не обязан…

– Это приказ, – глухо ответил он. – Если назовут моё имя, я не смогу отказаться.

Он и сам не знал, откуда взялась эта решимость. Может, от гордости, а может, от того, что в глубине души он тоже понимал: что-то надвигается.

В этот миг свет на площади резко изменился. Солнце скрылось за тучей, воздух стал тяжелее, словно перед грозой. Люди зашептались, начали оборачиваться: с узких улочек доносился странный звук – то ли шорох, то ли скрежет.

И вдруг из одного переулка медленно вышло нечто. На первый взгляд – человек, закутанный в серый плащ. Но шаги его были неестественно неровными, будто он шёл, волоча ноги. Толпа раздвинулась сама собой, открывая ему дорогу.

Когда существо подняло голову, люди ахнули: лица у него не было. Только гладкая бледная кожа, а вместо глаз – узкие чёрные щели. Женщина закричала, её подхватили и унесли в сторону.

– Прочь! – рявкнул один из стражей и бросился вперёд. Но когда его копьё коснулось существа, древко треснуло пополам, как сухая ветка.

Толпа завопила. Дети заплакали. Несколько человек рухнули на колени, кто-то бросился прочь, сбивая других. Из соседних переулков выползли ещё два таких же.

Айден инстинктивно заслонил Лиору собой. В голове звучал один вопрос: почему они здесь?

Одна из тварей резко повернула голову, и Айден ощутил, как пустые глазницы «смотрят» прямо на него. Будто ищут. Будто узнают.

– Айден… – прошептала Лиора, вцепившись в его руку.

Прежде чем существа успели приблизиться, над площадью загремел гул рога. Ворота замка распахнулись, и наружу выехал отряд рыцарей в тяжёлых доспехах. Их щиты сияли гербами Дастена, а мечи отражали огонь факелов.

– Защитить жителей! – выкрикнул предводитель.

Рыцари бросились вперёд. Столкновение было страшным: металл звенел, копыта били по камню, люди кричали. Одна из тварей отшвырнула воина, словно тряпичную куклу. Другая взвыла, звук пробирал до костей.

Айден, не раздумывая, схватил Лиору за руку.

– Бежим! – закричал он, увлекая её в переулок.

Они мчались, спотыкаясь, пока вокруг гремела битва. Город, который ещё утром казался сказкой, теперь превращался в кошмар: крики, звон оружия, горящий факел, упавший на землю, и чёрные тени, скользящие за спинами бегущих людей.

Айден не знал, куда бежать. Он знал лишь одно: тварь смотрела именно на него. И это было страшнее всего.

Глава 3. Первый отбор

Улицы Дастена молчали. Вчерашний кошмар всё ещё висел над городом, как дым после пожара. Люди ходили тише обычного, почти не смея заговорить вслух. Даже торговцы, которые прежде зазывали покупателей на каждом углу, теперь открывали лавки неохотно и говорили короткими фразами.

Айден плохо спал ночью. Перед глазами вставали безликие существа и пустые глазницы, уставившиеся на него. Каждый раз, когда он засыпал, ему казалось, что они стоят у окна. Лиора всё время будила его, и сама не могла сомкнуть глаз.

– Сегодня будет отбор, – тихо сказала она утром, когда они сидели за деревянным столом в трактире. – Может, они передумают после вчерашнего? Это же безумие, бросать мальчишек против того, что мы видели.

Айден молчал. Внутри него боролись страх и странное чувство неизбежности. Словно сама судьба толкала его вперёд.

К полудню площадь снова заполнилась народом. Но теперь лица были другими – настороженными, бледными. Никто не шутил, никто не улыбался. Стражники проверяли документы, записывали имена и выстраивали молодых парней в шеренгу перед помостом.

Айден оказался среди них. Рядом переминались с ноги на ногу такие же, как он – кто-то из деревень, кто-то из города. Все старались держаться прямо, но в глазах у каждого стоял страх.

На помост поднялся мужчина в тёмном доспехе – капитан стражи. Его голос был твёрд, без лишних эмоций:

– Сегодня вы пройдёте первый отбор. Те, кто проявит смелость и выдержку, будут зачислены в учебные отряды. Остальные вернутся по домам.

Толпа загудела. Кто-то облегчённо вздохнул, кто-то наоборот напрягся ещё больше.

– Ваше испытание, – продолжил капитан, – проверка в катакомбах под городом. Там темно и сыро, но бояться нечего… если у вас крепкое сердце.

Айден почувствовал, как холод пробежал по спине. Катакомбы. Он слышал о них в детстве – говорили, что там давно никто не спускался.

– По двое, – скомандовал капитан. – Каждая пара должна принести знак, что вы дошли до нижнего зала.

Перед строем выкатили сундук с медными жетонами. Их нужно было взять из зала и вернуть на поверхность.

Айдену достался напарник – высокий парень с густыми бровями и напряжённым взглядом.

– Кай, – коротко представился он, сжав кулак вместо приветствия. – Ну что, деревенский, не струсишь?

Айден не ответил. Он просто шагнул к входу в катакомбы, стараясь не показывать, что руки дрожат.

Внутри пахло сыростью и плесенью. Каменные стены сжимались со всех сторон, факелы освещали только несколько шагов вперёд. Где-то в глубине капала вода, отдаваясь гулким эхом.

– Ненавижу тьму, – пробормотал Кай. – Но лучше пройти это быстро.

Они шли всё дальше. Коридоры ветвились, воздух становился тяжелее. Айден пытался сосредоточиться на каждом шаге, но в голове всплывали вчерашние твари. А если и здесь что-то подобное?

– Тише, – вдруг сказал Кай и поднял руку. – Слышишь?

Айден замер. Далеко впереди раздался странный звук – будто по камню кто-то царапал когтями. Он пытался убедить себя, что это крысы, но сердце билось всё быстрее.

– Это проверка, – шепнул он, больше себе, чем Каю. – Должно быть, это просто проверка.

Но когда они свернули за угол, факел Айдена вспыхнул ярче – и в свете они увидели силуэт. Высокий, худой, неподвижный. Тень словно ждала их.

– Это не крыса, – хрипло сказал Кай, сжимая в руке нож.

Фигура качнулась вперёд. Сначала шаг медленный, потом быстрее. И вот уже слышно, как скребутся по камню длинные пальцы. Лица у существа снова не было.

Айден едва не выронил факел. В голове закричал голос: «Зачем? Зачем именно он?»

– Бежим! – выкрикнул Кай, хватая его за руку.

Они рванули по коридору, спотыкаясь, слыша за спиной скрежет и шорох. Айден чувствовал, что ноги отказываются бежать, дыхания не хватает, но страх гнал вперёд.

Наконец, впереди показался зал. В центре – алтарь из чёрного камня, а на нём лежали те самые жетоны. Но рядом с ними – ещё одна тень. Она стояла, наклонив голову, словно ждала именно их.

Айден замер. Ему показалось, что внутри существа слышится тихий шёпот, зовущий по имени.

– Ай-ден…

Он сжал кулаки. В этот миг он понял: если он повернёт назад, его жизнь уже никогда не будет прежней.

– Я возьму жетон, – сказал он неожиданно твёрдо. – Отвлеки её.

Кай посмотрел на него так, словно считал безумцем. Но потом кивнул, поднял нож и шагнул в сторону. Существо качнулось за ним.

Айден бросился к алтарю, схватил жетон. В тот же миг тень взвыла, воздух задрожал, камни под ногами заскрипели.

– Быстрее! – закричал Кай.

Они вырвались из зала, несясь по катакомбам, слыша за спиной вой и топот, будто сама тьма гналась за ними.

Когда наконец свет дневного факела ударил в глаза, Айден едва не упал на колени. На ладони лежал жетон, холодный и тяжёлый.

– Прошли, – выдохнул Кай, вытирая пот. – Но… что это было?

Айден не ответил. Он чувствовал: испытание было не просто проверкой. Тьма уже знала его имя.

Глава 4. Знак чужого

Казармы, куда загнали отобранных, были старыми, пахли плесенью и мокрым камнем. Когда-то здесь квартировали солдаты, но теперь всё выглядело так, будто стены не слышали человеческих голосов долгие годы. Дощатые нары, грубо сбитые и скрипучие, вмещали десятки юношей и девушек, среди которых Айден с Лиорой чувствовали себя чужаками. Все шептались, переглядывались, некоторые – пытались шутить, чтобы разрядить напряжение, но смех звучал глухо, будто утонул в толще камня.

Айден сел у стены, положив сумку с остатками хлеба под голову. Лиора устроилась рядом и не сводила глаз с тяжёлой дубовой двери, за которой время от времени слышались шаги стражников.

– Ты заметил? – прошептала она. – Они смотрели на тебя особенно.

– Мне показалось, – отмахнулся Айден, но в груди неприятно кольнуло. Он тоже почувствовал этот странный взгляд – пристальный, холодный, словно стражники видели в нём что-то, о чём он сам и не догадывался.

Ночь наступила быстро. Факелы в коридоре погасли один за другим, и в казармах воцарился полумрак. Сон подкрался к Айдену тяжёлой волной, и он провалился в темноту.

Сначала ему показалось, что он стоит в своей деревне. Но дома были разрушены, крыши – вырваны ветром, улицы – завалены серым пеплом. Он шёл босиком, и каждый шаг оставлял следы на пепельной земле.

Вдали возвышались руины башен, и между ними двигалась фигура в плаще. Айден хотел окликнуть её, но горло сжало – голос пропал. Фигура остановилась, медленно повернулась, и в тени капюшона вспыхнули два зеленоватых огня – глаза.

– Ты не отсюда, – произнес шёпот, словно дул северный ветер. – В тебе есть то, что принадлежит нам.

Айден отшатнулся, но земля под ногами разверзлась, и он полетел вниз, в бездонную черноту.

Он вскрикнул и распахнул глаза. Вокруг стояла всё та же казарма. Но ладонь его левой руки горела огнём. Айден сел, задохнувшись, и увидел: на коже проступил странный знак, будто ожог в форме закрученной спирали. Края светились тусклым серебристым светом и тут же гасли.

– Айден! – Лиора встрепенулась, схватила его за запястье. – Что это?..

– Не знаю, – прошептал он, судорожно натягивая рукав. – Тише. Никому не показывай.

Сквозь щели двери пробивался тусклый свет факелов – дежурившие стражники обходили казарму. В их разговорах то и дело мелькали слова: «метка», «чужие», «наблюдать».

Сердце Айдена билось так, что он боялся – его услышат.

Утро встретило их гулом голосов. В казарму вошёл жрец – высокий, в длинной одежде, с символом солнца на груди. За ним следовали два стражника. Он медленно прошёл между рядами, останавливаясь и кладя ладонь на головы новобранцев, будто что-то проверял.

Когда жрец приблизился к Айдену, мальчик почувствовал, как кожа под рукавом вспыхнула снова. Знак ожил – и в этот миг глаза жреца сузились.

– Этот… – его голос был глухим. – Отведите его отдельно.

Стражники схватили Айдена за плечи. Лиора вскочила, но жрец поднял руку:

– Девчонка останется. Только он.

Айден хотел крикнуть, вырваться, но внутри было чувство, сильнее страха: он знал, что сопротивление бесполезно. Всё было решено в тот миг, когда знак появился на его руке.

Его вывели в коридор. Дверь за спиной глухо захлопнулась.

Впереди тянулся длинный проход замка, и где-то в конце мерцал свет. Сердце Айдена сжалось. Он понимал – дорога назад для него закрыта.

Глава 5. Секрет замка

Айден шёл следом за молчаливыми стражниками, и с каждым шагом воздух вокруг становился тяжелее. Замок словно жил своей отдельной жизнью. Сверху капала влага, в темноте где-то за стенами шуршали крысы, а факелы давали не тепло, а зыбкий, холодноватый свет, отчего камни казались влажными и скользкими.

Коридоры изгибались, поднимаясь и опускаясь, будто они сами были лабиринтом. Айдену показалось, что его ведут не в глубину замка, а в чью-то пасть. Ноги наливались свинцом, но любопытство жгло сильнее страха.

На одном из поворотов стражники резко остановились. Из тьмы навстречу выступила фигура в сером одеянии. Это был жрец. Его худое лицо с впалыми щеками выглядело словно высеченным из сухого дерева. Глаза – узкие щели, но Айден почувствовал на себе их пронизывающий взгляд.

– Дальше он пойдет один, – голос старика прозвучал так, что возражать было невозможно.

Стражники переглянулись, но подчинились. Теперь Айден остался с ним наедине.

– Следуй, – сказал жрец, развернувшись.

Их путь пролегал через всё более старые и мрачные залы. Здесь факелы горели редко, и казалось, что тьма сжимается, едва они проходят мимо. На стенах проступал мох, камни были влажными, а в воздухе витал запах сырости и чего-то железного, будто старой крови.

– Что это за место? – не выдержал Айден.

– Здесь хранятся воспоминания, – коротко ответил жрец. – То, что нельзя забыть, но и нельзя открывать всем.

Они остановились у массивной двери. Камень её был чёрным, а по всей поверхности тянулись узоры, похожие на паутину из тонких линий.

– Только отмеченный может войти, – сказал жрец. – Замок сам решает, кого пустить.

Айден хотел спросить, о какой отметке речь, но в этот миг его ладонь загорелась мягким светом. Символ, появившийся ночью, вспыхнул и словно отозвался на линии двери. Камень задрожал. Символы на створках засияли и одна за другой начали вспыхивать, как оживающие звёзды. С гулом и скрежетом двери распахнулись.