Вниз с холма

Глава 1. Рома

– Вы только посмотрите на него! – воодушевленно шепчутся девушки за моей же спиной, думая, что я не слышу, но это, конечно, не так.

Я стою рядом с отцом в деловом костюме, прекрасно сидящем на моей спортивной фигуре. Чувствую взгляды женского пола, даже исподтишка присматриваюсь к очередной кандидатуре, которая могла бы скрасить ближайшую ночь, но никто мне сегодня не нравится. Девушки из высшего общества какие-то одинаковые: с надутыми губами и ужасными бровями, с тонной косметики на лице и искусственными прядями волос, в дорогущих платьях, которые не украшают, а наоборот уродуют фигуры. Да, этим вечером никто не радовал глаз.

Приём в честь того, что я выиграл весенний молодежный турнир по гольфу, навевает скуку. Хочется сбежать и завалиться спать, а не стоять рядом с отцом с приклеенной доброжелательной улыбкой на лице. Возможно, кто-то из гостей мог разгадать мою наигранность, но даже этот факт не пугал. Все сегодняшние гости были такими же.

Пробыв ещё полчаса, под предлогом подготовки к тесту, я возвращаюсь к себе в комнату. Но нахожусь там недолго. Я лишь переодеваюсь в удобную повседневную одежду и осторожно выбираюсь через открытое окно на покатую крышу. Там я вдыхаю свежий майский воздух и несколько секунд любуюсь ясным вечерним небом. Совсем скоро солнце сядет за горизонт и окрасит всё вокруг в пурпурные краски. Поэтому нужно спешить.

Я осторожно забираюсь на большую яблоню, растущую рядом. Это дерево было надёжным помощником всегда, когда мне нужно было куда-то улизнуть. Я спрыгиваю с толстой ветки и бесшумно дохожу до ворот. Там уже ждет машина. Не моя, а друга. Потому что моя машина должна находиться в гараже, так же, как и я сам в своей комнате. Мой уход с приёма не слишком понравился отцу. Не хочется даже думать о том, что произойдет, если он вдруг не обнаружит своего сына в спальне с учебником в руках. Отец платит за мою учёбу в МГУ, каждый месяц отчисляет определённую сумму на мою карту. Слишком многое зависит от него.

До восемнадцати лет меня отпускали гулять в строго определенные дни. И вот такие побеги всегда сходили мне с рук. В девятнадцать моя жизнь стала более свободной, но по сути ничего не изменилось.

Только сев рядом с другом, я успокаиваюсь и расслабляюсь. Денис резко срывается с места, и машина несется по пустой дороге. Мы выезжаем из элитного коттеджного поселка и едем на огромной скорости по шоссе.

– Ну как? – интересуется Денис, и я понимаю, что тот спрашивает о приеме.

– Да никак!

– Затусим потом в клубе?

– Не знаю.

Мне хочется совсем не этого. Все мысли только о том месте, куда мы сейчас едем. До темноты остается ровно час, и я надеюсь, что этого времени хватит.

– Сегодня приедет пара новеньких. Тёма протестил их и решил, что они могут составить вам конкуренцию.

– Ну, конечно! – самодовольно хмыкаю я. – А откуда они взялись?

– Тёма сказал, что нашел их на нашем форуме. Видео с их прокатом впечатляют.

– Посмотрим, так ли они хороши,

– Вот прикол будет, если кто-то из них тебя обыграет!

– Это вряд ли. А как там мой велик?

Я оборачиваюсь назад, чтобы убедиться, что велосипед на месте. Было бы странно участвовать в гонке на не отремонтированном транспорте.

– Нормально. Артур все сделал, как надо. Как обычно.

– Спасибо.

За разговором я и не замечаю, как мы подъезжаем к месту соревнований, взобравшись на высокий холм. Впереди находится лесистая часть холма, по которой и начинается маршрут гонки. Сегодня собралось слишком много народу несмотря на то, что это обычный будний день. Здесь девушки при ближайшем рассмотрении уже намного симпатичнее и раскованнее.

Я осматриваюсь вокруг. Вдоль тропы, по которой нужно будет проехать, расставлены фонарики, а деревья и кусты отмечены жёлтой лентой. Я уже ездил по этому маршруту, знаю его наизусть, поэтому с лёгкостью готовлюсь победить в этой гонке. Ни Артем, ни ребята, с которыми мне сегодня предстоит соревноваться, не являются сильными конкурентами.

– А мы только тебя и ждём! – кричит мне Тёма, надевая на руки перчатки.

– Я быстро, – отвечаю, скользнув взглядом по новичкам.

Один в разноцветной клетчатой рубашке, которая так длинна, что наверняка будет мешать ехать быстро. Он уже сидит на велосипеде, полностью готовый к старту. Второй крепит камеру к шлему, и судя по трясущимся рукам, не слишком верит в свои силы.

Я достаю велосипед из машины, не обращая внимания на девичьи крики. Проходя мимо них, лишь снисходительно улыбаюсь. Возможно, этой ночью я выберу не сон.

Пожимаю руки своим конкурентам, напоследок оставляя новичков. Слабое рукопожатие парня в клетчатой рубашке заставляет меня усомниться в том, что тот способен продержаться на предстоящем сложном маршруте. Вид его велосипеда тоже оставляет желать лучшего. Впереди перепады высот, крутые спуски, корни деревьев, камни и небольшие трамплины, с которых нужно прыгать очень осторожно, не теряя сосредоточенности. Уж чего-чего, а этого у меня в избытке благодаря почти ежедневным тренировкам в гольф.

– Удачи! – говорит мне Денис, стоя сбоку ото всех с фотокамерой в руке. Он, как и всегда, собирается запечатлеть эту гонку.

Раздается громкий свист, и мы стартуем. Я позволяю обогнать Тёме себя, но лишь затем, чтобы в следующую же минуту опередить его по более опасному участку трассы, чтобы показать, кто здесь главный. Драйв и адреналин в крови перемешиваются внутри, позволяя наслаждаться скоростью, но одновременно приходится напряжённо следить за дорогой. Я слышу, как позади кто-то вскрикивает, но не оборачиваюсь, потому что впереди первый трамплин, прыгая с которого по неправильной траектории, можно приземлиться на острые камни.

Я успеваю приземлиться на дорогу и тут же поворачиваю налево, где ожидаю ещё один небольшой спуск. Маршрут совсем недолгий, но то ли после четырех часовой утренней игры в гольф, то ли после скучного, почти невыносимого, приёма, я чувствую усталость. Позволяю себе чуть снизить скорость, чтобы зевнуть и поправить камеру на шлеме. И это было ошибкой! Новичок в развевающейся от высокой скорости клетчатой рубашке обгоняет меня по густой траве, подрезает и вырывается вперёд. А до финиша остаётся всего ничего. Я и глазом не успеваю моргнуть, как прихожу вторым.

Это так непривычно, что с трудом укладывается у меня в голове. Я растерянно смотрю на пёструю рубашку того, кто посмел вырвать у меня победу. Это просто шок! Ещё больше я поражаюсь, когда новичок снимает шлем, и вверх взметаются ярко-рыжие волосы. Воздуха не хватает. Кто забрал победу прямо перед моим носом? Девчонка!

Глава 2. Вика

Я с трудом привожу свое дыхание в порядок. Гонка была непростой, если учитывать, что маршрут я проходила всего третий раз. Жалею о том, что не снимала свою победу на камеру. Такие моменты стоило запечатлеть на память. Чувствую чей-то пристальный взгляд на своей спине и поворачиваюсь. Парень, которого я обогнала перед самым финишом, смотрит на меня неотрывно. Что его удивляет? То, что его обогнала девушка? Я пожимаю плечами и принимаю поздравления от Пети, пришедшего четвертым. Только благодаря ему я решилась участвовать в этой любительской гонке. Набраться опыта, получить деньги за выигрыш… Для той, которая села на велосипед всего год назад, результат отличный.

– Поздравляю с победой! – Голос позади меня приятный, но тон, которым парень произнес эти слова, мне не нравится.

Я встречаюсь взглядом с парнем, у которого отобрала победу. Как только он появился здесь, все девушки тут же начали поправлять волосы и восторженно глядеть на него. Парень красив и знает об этом. Он откидывает чёлку со лба и смотрит на меня немного заносчиво и оценивающе. В закатном солнце его волосы отливают медью.

– Спасибо, – отвечаю я кратко. Что кроме этого я могу сказать ему?

Хочу отвернуться, но не могу. Парень подходит ближе и дотрагивается до руля моего велосипеда.

– Как ты выиграла на этом?

– А что не так?

– Твой велик скоро развалится от старости, – ухмыляется он, вновь переводя взгляд на мое лицо.

– Но прежде я успею выиграть ещё несколько гонок, – с раздражением отвечаю я.

Эти богатенькие мальчики начинают действовать на нервы. Конечно, если бы у меня было столько денег, как у них, на таком велике я бы не ездила. Но это всё, что могу себе позволить, и довольствуюсь малым.

– Жду реванша, – улыбается парень.

– Жди, – отвечаю я и отворачиваясь.

Знаю, что тон мой дерзок, но ничего не могу поделать. Терпеть не могу таких заносчивых парней, которые не знают отказа и не признают поражения.

– Поехали? – спрашивает меня Петя, до этого молча наблюдавший за разговором.

– Давай, – охотно соглашаюсь я.

Слышу, как подкалывают парня остальные участники гонки, и ещё раз убеждаюсь, что тот не привык проигрывать. Его ответы полны сарказма и скрытой злости. Слушать это неприятно, поэтому я с огромной радостью сваливаю в закат, а точнее, сажусь в Петину машину. Слышу насмешки богатеньких детишек по поводу ее внешнего вида, но не обращаю никакого внимания на это. Подумаешь, машина уже ездила и до моего рождения! Зато Петя сам ее обслуживает и ремонтирует. Точно так же, как и наши старенькие велосипеды.

– Как тебе гонка? – интересуется Петя, уже подъезжая к моему дому.

– Сборище тупых мажоров. Даже не знаю, зачем мы связались во всё это.

– Может, потому что тебе скоро переведут деньги за этот выигрыш?

– Возможно.

Вообще-то я согласилась участвовать в этой гонке не ради денег, хотя они тоже ни разу не помешают мне. Я хотела почувствовать дух соперничества. Никогда ранее я не соревновалась серьезно и по-настоящему. Ездить на время с Петей не считается, потому что это было несерьёзно. А сегодня я уловила эту пьянящую эйфорию от скорости, когда ты летишь и ничто над тобой не властно. Кроме закона тяготения. Если бы я упала, то все могло закончиться плачевно.

– На следующей неделе будешь участвовать?

Я неуверенно киваю головой в знак согласия. Если не захочу, то придумаю тысячу причин для того, чтобы не поехать на гонку. Самыми важными аргументами могли бы быть предстоящие зачёты и экзамены.

– Пока, – говорю я Пете и оставляю велосипед и всю свою экипировку в его машине. Если родители прознают, чем я занималась час назад, мне несдобровать.

– Я посмотрю колеса. Возможно, где-то пробито.

– Спасибо.

Я машу ему рукой и захожу в подъезд. Там прохладно и пахнет сыростью. Поднимаюсь пешком на пятый этаж за пару минут и открываю дверь ключом. Шум телевизора из спальни родителей успокаивает. Возможно, мне удастся пройти незамеченной в свою комнату, и никаких вопросов о том, где я была, не будет задано.

– Вика, где была?

Мама появляется на пороге, когда я только и успеваю разуться.

– Гуляла, – неопределенно отвечаю я. Кто бы знал, как мне не хотелось врать, глядя маме в глаза!

– У тебя что, красивой одежды нет? – интересуется она, осматривая меня с ног до головы. Ей явно не нравится ни моя свободная рубашка, ни мешковатые спортивные брюки.

– Это удобно.

– Будешь ужинать?

– Я поела, – отвечаю я, в этот раз не соврав, потому что Петя угостил меня бургером и картошкой фри на заправке. – Пойду готовиться к завтрашнему семинару.

Мама хлопает меня по плечу и уходит обратно в спальню. А я прохожу к себе. В комнате душно. Перед уходом я забыла открыть окно. Распахиваю его настежь, и небольшой ветерок тут же колышет занавески.

Я переодеваюсь в домашнюю одежду и вздыхаю. Нужно бы и вправду начать готовиться к семинару по английскому. Быть первокурсницей нелегко, если иногда забивать на учебу, да ещё и работать три дня в неделю официанткой в ресторанчике в центре Москвы.

Я открываю тетрадку с теорией. После сегодняшней гонки, которая отняла все силы, вызубрить несколько листов непростая задача. Телефон вибрирует в рюкзаке, и я тут же открываю последнее сообщение. Оно от Пети и состоит всего из нескольких слов: “Юля бы гордилась тобой!”

Невольно бросаю взгляд на то место, где стояла раньше кровать моей сестры. Сейчас там большой книжный шкаф. Но воспоминания, эти предательские, бередящие душу, моменты, возвращают меня на пару лет раньше, когда эта комната принадлежала не только мне, но и старшей сестре.

– Правда или действие? – спрашивает Юля у меня, присаживаясь с мокрыми после душа волосами на краешек кровати.

– Правда.

Терпеть не могла эту игру, но каждый раз, будто под гипнозом, все равно играла.

– Ты поцеловалась с Владом?

– Ты знаешь, – смущённо заявляю я, отворачиваясь. Мне неудобно смотреть в смеющиеся глаза сестры.

– Нужно ответить. Таковы правила.

– Да.

– Мне нужны подробности.

Я закрываю руками лицо. Этот поцелуй был так ужасен, мокр и слюняв, что я уже решила для себя, что никогда больше не смогу ни с кем целоваться. Тем более с Владом, который тут же сделал вывод, что я дала доступ к чему-то более сокровенному, и полез рукой под юбку. И получил за это! Все это я рассказываю Юле, а та с сочувствующей улыбкой гладит меня по голове.

– Правда или действие?

– Действие, – уверенно заявляет она.

– Позвони Владу и скажи, что он полный придурок.

Юля тут же выполняет это задание, и мы смеемся громко и заразительно, пока Юля не задаёт вопрос:

– Правда или действие?

– Правда.

– Если бы ты должна была поменяться жизнью, кого бы ты выбрала?

Я тру глаза, чтобы не заплакать. С каждым днём останавливать слёзы всё проще. Пишу короткое сообщение Пете: “Знаю”. И закрываю окно, потому что замёрзла. Всё, о чем думаю весь остаток вечера, вместо того, чтобы учить английский: сейчас ей было бы девятнадцать.

Глава 3. Рома

Всю ночь, вместо того чтобы спать или провести в компании привлекательной девушки, я обдумывал, где я совершил ошибку. Нет, все не настолько психологично и глубоко, чтобы я размышлял обо всей своей жизни. Но в том, что я совершил по ходу соревнования несколько ошибок, нет сомнений. Самая главная из них – это моя самонадеянность. Я просто перестал думать о возможности того, что хоть кто-то мог одержать надо мной победу. И кто же это сделал в итоге? Девчонка!

С этими не слишком позитивными мыслями я ем свой омлет и стараюсь не вспоминать о том, что сегодня должен буду сдать итоговую работу по экономике, которая не доработана. Зачем я вообще поступил на экономический? Ненавижу финансовые рынки, маркетинг и все, что с ними связано! А что же люблю? Перед глазами проносится картинка вчерашней гонки. Скорость, ощущение полета, понимание, что все зависит только от тебя… Все это даёт мне свободу, которой так не хватает в этом доме.

– Выспался? – с тёплой улыбкой на лице спрашивает меня мама.

– Плохо спалось, – отвечаю я ей.

Как по-другому объяснить то, что она застала меня вчера ночью у холодильника с полной тарелкой закусок, оставшихся после приема? Я был настолько расстроен, что наплевал на спортивную диету.

– Приедешь после университета, отдохнёшь.

Мама заботливо подливает мне кофе в чашку. Не понимаю, с чего родители когда-то решили, что я фанат кофе. Мне больше нравится зелёный чай. Я с улыбкой делаю небольшой глоток и встаю из-за стола. Отец, до этого молчащий, отрывается от чтения новостей в своем телефоне и произносит:

– Игра сегодня в пять.

Я киваю. Что ещё мне остаётся, если выбор мне не предоставлен?

– Серёжа, может сегодня дашь нашему мальчику отдохнуть?

Я с безразличием жду ответа папы, уже зная то, что он скажет.

– Нет. Роме нужно тренироваться чуть ли не каждый день. Один пропущенный день тренировки может стоить победы.

Последнюю фразу я произношу вслух вместе с отцом, невольно пародируя его тон. Папа воспринимает это, как согласие с моей стороны, и улыбается.

– Вот видишь, Вера, наш мальчик сам знает, чего хочет в жизни!

Застывшая улыбка пропадает с моего лица только после того, как я выезжаю на шоссе и включаю тяжёлый рок на полную громкость. Пальцы сжимают руль, а нога хочет вдавить на газ, но я знаю, что этого нельзя делать. Образ примерного мальчика, первоклассного спортсмена и идеального сына Сергея Северского рассыпется на миллионы осколков. Или всё же не рассыпется? Я увеличиваю скорость и несусь по левой полосе, ощущая свободу.

Я вспоминаю, как однажды переключал каналы по телевизору, не зная, что посмотреть в своё не очень долгое свободное время, и обнаружил передачу про детские бальные танцы. Там плакал мальчик, некрасиво, с надрывом и всеми составляющими настоящего плача, когда не беспокоишься о том, как выглядишь со стороны. Он кричал, что больше не хочет танцевать. А родители в этот момент просто стояли рядом и кивали, посматривая на камеру с дурацкой широкой улыбкой, говорившей лишь о том, что им стыдно за срыв своего ребенка перед всеми зрителями. Я досмотрел передачу до конца. Тот мальчик занял первое место, а потом с окаменелым выражением лица стоял на пьедестале почета. Он не радовался своей победе. Потому что он на самом деле проиграл. Всю свою жизнь.

Я знаю так много о гольфе с шести лет, что, наверное, никто не может сравниться со мной в мастерстве из парней моего возраста. Я могу отличить айроны от драйверов с закрытыми глазами, умею определять траекторию полета мяча, попадать в лунку за один удар (редко, но и такое мне удавалось). Но я не могу сказать своим родителям о том, что мне опротивел гольф, что моя спортивная любовь уже несколько лет принадлежит даунхиллу. Что делать с этим мне, если с каждым днём становится все тяжелее хранить тайну в себе, и вместе с тем раскрыть это почти невозможно? Ведь столько всего вложено в меня с детства. Все надежды и мечты родителей пойдут камнем на дно. И что же мне остаётся? Носить каменную маску на лице и продолжать соответствовать их запросам.

– Рома, ты только посмотри, какая красотка! И почему я раньше её не видел? – восклицает мой однокурсник Олег, глядя на фигуристую блондинку около входа в университет.

Я скольжу взглядом по её лицу, отмечаю про себя заинтересованное выражение, наигранное покусывание губы и прохожу мимо. Кажется, она с пятого курса. На мгновение перед глазами мелькают огненные волосы той, кто победила в гонке. За несколько минут вчерашней беседы я изучил её лицо: большие зеленовато-серые глаза, веснушки на немного курносом носу, красиво очерченный рот и чуть приподнятый подбородок. Она безусловно привлекательна, но совсем не в моем вкусе. И тот факт, что эта гонщица выкрала у меня победу, не способствует тому, чтобы я о ней вспоминал. Единственное, что я хотел бы сделать, так это обогнать ее перед самым финишем, как это сделала она. Я сажусь за парту и набираю Тёму, чтобы выяснить, когда будет следующая гонка. Денис, подсевший ко мне лишь с удивлением смотрит, когда, получив ответ, я задаю следующий вопрос:

– А та девушка будет?

– Вика?

– Видимо, Вика.

Надо же! Даже имя девушки сулит ей победу! Ответ Артёма меня не удовлетворяет. Он не знает, появится ли она снова, и я прошу его переслать мне её номер телефона.

– Ты влюбился или ты отыграться хочешь? – спрашивает Денис, когда я сбрасываю звонок и жду, когда Тёма скинет мне телефон девушки.

– А ты как думаешь?

– И то и другое, – ухмыляется друг и тут же получает локтем в бок от меня.

– Идиот! Конечно, я хочу выиграть у неё гонку.

– Не сомневаюсь в этом.

Экран телефона моргает, и я тут же открываю сообщение от Тёмы. Начинается лекция. Мне приходится убрать телефон под парту, чтобы преподаватель не заметил, что я строчку сообщение Вике.

– Привет. Это Рома. Тот, кого ты опередила на финише. Хочу реванша.

Я успеваю записать несколько абзацев скучнейшей лекции, когда мне приходит ответ:

– Хотеть не вредно.

Пялюсь, как дурак, на это краткое сообщение, только потом замечая, что Вика пишет мне что-то ещё. Через минуту приходит следующее:

– У меня мало свободного времени. – Я закатываю глаза. Как будто, у меня его полно! – Поэтому ваши гонки могут не совпадать с моим графиком. На выходных я работаю.

– Гонки вечером, – пишу я и чуть ли не скриплю зубами от досады.

Чувствовать себя лузером мне совсем не улыбается. Я хотел выиграть гонку и войти в раж! Но Вика не даёт мне ни шанса.

– Я работаю допоздна.

Написала и пропала из сети! Как она смеет отказывать мне? Никто из девчонок так не поступал. Наоборот, они из кожи вон лезли, чтобы побыть со мной рядом. А эта… Слышу, как Денис беззвучно ржёт надо мной, наблюдая мою тихую ярость. Как смешно! Меня обошла какая-то девчонка! Хорошо, что о гонках знают совсем немного людей, иначе мой статус после проигрыша понизился бы. Чтобы вернуть себе уверенность и перестать думать о рыжей гонщице, я подхожу после лекции к той самой блондинке, которая стояла у входа. Мне позарез нужно забыться и почувствовать себя в своей колее. Поэтому я шепчу девушке о том, что хотел бы с ней сделать. Щеки девушки краснеют, но вижу, что она совсем не против. Я веду её к своей машине и распахиваю заднюю дверцу, где окна затемнены. Перерыв до следующей лекции пятнадцать минут. Мне хватит.

– Серьезно? В машине? – тихо спрашивает меня Денис, когда я сажусь рядом с ним, немного опоздав.

– А что?

– Да так. Как-то на тебя не слишком похоже.

– Ты меня просто не знаешь, – бурчу я, открывая новое сообщение от Вики.

– Ладно. В ближайшей гонке в пятницу я смогу поучаствовать. У тебя есть шанс.

Я протягиваю руки, расправляя затёкшие плечи, и довольно улыбаюсь. Этот шанс я точно не упущу.

Глава 4. Вика

Не знаю, зачем я только согласилась участвовать в пятничной гонке. Петя работает и не сможет меня подвезти. Ехать на велосипеде до того места долго, а возвращаться придется уже по темноте. Мне стоило отказаться. Но… я хочу участвовать. Хочу почувствовать силу и красоту скорости, узнать вновь, на что способна.

– Ты куда-то собралась? – спрашивает мама, появляясь на пороге комнаты.

– С Дашей пойду погуляю, – вру я, глядя в пол.

Даша меня прикроет, если что. Она действительно хорошая подруга.

– А разве она не на даче с родителями?

– Нет. Они поедут завтра.

Еще одна маленькая ложь. Даша и вправду уже на даче. Только бы мама не догадалась позвонить ее родителям!

– Когда вернешься?

– Не позже одиннадцати.

– В десять, чтобы была дома, – строго говорит мама, и я понимаю, почему она это делает.

– Хорошо.

Её взгляд пробегает по книжному шкафу. Знаю, о ком она вспоминает, поэтому быстро выхожу из комнаты и дохожу до коридора, чтобы обуться. Мне ещё заходить в Петин гараж за велосипедом и экипировкой для гонки. Петя успел привести мой велосипед в порядок, но это ненадолго. После каждой гонки я жду, что он скажет мне “до свидания”, но каким-то чудом этого не происходит.

Я подъезжаю к месту гонки. Рядом с Петей было спокойней, а теперь я совсем одна среди богатеньких мажоров. В боковом кармашке рюкзака на всякий случай находится газовый баллончик, и это обнадеживает. Ко мне подходит Артём, пригласивший нас с Петей сюда. Он улыбается немного нагло и самоуверенно, что уже раздражает и подкрепляет мою мысль, что зря я сюда вообще приехала.

– А где твой парень?

Я понимаю, что Артём говорит о Пете, имя которого он даже не удосужился запомнить.

– Он мне не парень, – отвечаю, вдруг соображая, что зря я это сказала. Намного лучше было, если бы все здешние парни думали, что я не одинока.

– Так у тебя нет парня, – заключает Артем, и его взгляд тут же становится заинтересованным.

– Я такого не говорила.

Делаю вид, что больше не хочу разговаривать, отъезжаю к ближайшему дереву и достаю большие очки, шлем и перчатки из рюкзака. От налокотников и наколенников я отказалась ещё осенью после поездки в Крым, где натренировалась ездить по крутым горам. Этот холм слишком лёгок для прохождения после того, что я пережила в горах Ай-Петри.

– Ты что, на нем сюда приехала?

Я поворачиваюсь к тому, кто всё время неожиданно оказывается за моей спиной, заставляя вздрагивать. Я и не заметила, как Рома здесь появился. Слишком шумно ведут себя зрительницы предстоящей гонки, приехавшие поглазеть на красивых парней.

– У меня поставлен какой-то телескопический штырь, чтобы можно было ехать по обычным дорогам, – отвечаю ему, встречаясь с ним взглядом и не отводя его. – Я не помню точно, как это называется.

– Не разбираешься в технике?

– Нет, – честно признаюсь я и добавляю: – Не думаю, что и ты в этом сечешь.