Повелительница соблазна

Catherine Mann

HIS SECRETARY’S LITTLE SECRET

© 2016 by Catherine Mann

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2017

Глава 1

Доктор Истон Лурдес висел вниз головой на дереве, пытаясь спасти белоклювого дятла. Все его внимание было приковано к вымирающему виду птиц, поэтому он не заметил, что все внимание его помощницы Порши Сото было приковано к нему самому.

Между ветвями черного мангрового дерева поблескивали звезды на чернеющем небе. Время сразу после заката было самым любимым временем Порши в заповеднике. Пение ночных птиц заполняло сад, ночью это место становилось таинственным и соблазнительным. Гораздо более соблазнительным, нежели сама Порша.

Вот только рядом с доктором Лурдесом она чувствовала себя совершенно другим человеком. Если честно, Истон был хорош, чертовски хорош. Сексуальный, богатый, наследник немалого состояния, гениальный ветеринар, специализирующийся на редких видах животных.

К тому же он был отцом ее еще не рожденного ребенка, зачатого в одну сумасшедшую ночь во время тропического шторма почти два месяца назад.

За время, прошедшее с их близости, Порша сделала все возможное, чтобы сохранить их отношения на профессиональном уровне, а также чтобы защитить свое личное пространство и независимость. Ей было все труднее придерживаться этого курса: она все чаще замечала, как Истон бросает на нее задумчивые взгляды, когда думает, что она не видит его.

Порша никак не могла остановить хаос, воцарившийся в ее жизни, несмотря на все усилия контролировать происходящее. Хотелось выстроить планы на будущее до того, как она сообщит своему любовнику о ребенке. Но у нее не было на это времени.

Они сошлись от страха перед беспощадной стихией. Секс на одну ночь был совершенно нетипичен для Порши, тем более секс с собственным шефом. Она всегда следовала правилам и отрицала свое влечение к Истону, пока эта страшная буря не застала их обоих врасплох.

Она наслаждалась каждым мгновением той ночи, но наутро она испугалась. Она переживала не только о том, что подвергла риску свою работу, но и о том, как сильно на нее повлияла близость с Истоном. У нее совершенно не было времени на переживания, тем более на отношения. Она работала день за днем, чтобы как-то держаться на плаву в финансовом отношении, тем более что ее брат поступил в колледж четыре года назад.

А теперь у нее и вовсе не было выбора, кроме как думать о будущем ее ребенка. Она отказывалась рожать малыша в тех же материальных условиях, в которых росла сама, из-за того что ее родители не позаботились о благосостоянии своих детей.

Мысль о будущем подтолкнула Поршу к действиям. Она не могла просто взять и уйти, не поговорив с боссом. Она погладила ладонью все еще плоский живот, прикрытый просторной футболкой.

Несколько листьев упало с дерева на голову Порши, словно напоминая ей о человеке, находящемся сейчас прямо над ней.

– Можешь переместить фонарь левее?

– Конечно. Насколько левее?

– Просто левее, – проговорил он. Мило и неопределенно, как, впрочем, и всегда.

– На четыре дюйма? На двадцать?

– Просто двигай фонарь, я скажу, когда остановиться.

– Хорошо, – устало вздохнула Порша. Она с трудом узнавала себя в последнее время: то, что раньше ее не беспокоило, внезапно начинало раздражать.

– Стоп.

Четыре дюйма. Она сдвинулась ровно на четыре дюйма. Неужели нельзя было сразу сказать? Она тяжело вздохнула. Она стала раздражительной, ее тошнило, к тому же адски болела грудь.

– Теперь ты его видишь?

– Почти. Осталось немного, и я до него дотянусь, – сказал он, растягивая слова. Это прозвучало почти драматично, но в этом была часть очарования Истона.

Внезапно ночную тишину разрезал треск ломающихся веток. Порша подняла взгляд и словно в замедленной съемке увидела, как Истон падает с мангрового дерева. Его тело глухо ударилось о землю, и даже ночные птицы разом умолкли, словно тоже хотели знать, что случилось.

Поршу охватила паника, ноги словно приросли к земле, но она заставила себя сдвинуться с места. Истон не шевелился, а сама она не могла рассмотреть, дышит ли он.

– Истон! – испуганно вскрикнула Порша, словно умоляя его очнуться.

Он лежал всего в нескольких дюймах от ствола дерева, лишь чудом избежав падения на корявые корни. Порша присела рядом, чтобы осмотреть его. Слава богу, он дышал. Она взяла его за запястье, чтобы проверить пульс, но он не ответил на ее касание. Положив руку на плечо Истона, она осторожно потрясла его.

Господи, пусть с ним все будет в порядке! Одна мысль о том, что отец ее будущего ребенка лежит на земле без сознания, мгновенно выстроила в ее голове наихудший из возможных сценариев. Что, если она не сможет рассказать ему о ребенке? Вдруг он впал в кому?

Поток ее мыслей мгновенно остановился, когда она поймала на себе лукавый взгляд его ярких, сверкающих глаз.

– Со мной все в порядке, – пробормотал он и слегка улыбнулся ей своей сексуальной улыбкой.

Темные вьющиеся волосы Истона украшали обломанные ветки наподобие короны, делая его похожим на какого-то мифического лесного принца. Очень сексуального принца, надо признать. Рука Порши задержалась на его запястье, когда она вспомнила проведенную с ним ночь. Она тщательно избегала его прикосновений с того самого утра, когда они проснулись вместе. А теперь выяснилось, что она беременна. Как же все сложно!

Ей хотелось отстраниться и бежать куда глаза глядят. Порша не знала, как долго сможет сохранять работу, жить в своем маленьком домике и скрывать правду. У нее не было времени накопить достаточно денег, чтобы стать финансово независимой до того, как ее положение станет очевидным.

Она все расскажет Истону, он заслуживает знать правду. Но сначала Порша хотела сходить к врачу, и каждый новый день давал ей время, чтобы подумать о своей дальнейшей жизни.

Порша почувствовала, как одно простое прикосновение пробудило в ней не только воспоминания о той ночи, но и желание. Сейчас, находясь рядом с ним, чувствуя его запах, она ощущала легкое покалывание кожи.

Истон лежал на спине и смотрел на нее своими пронзительно-голубыми глазами.

– Ты чертовски красивая женщина, – проговорил он, погладив ее по волосам.

– Остановись. Ты ведь так не думаешь на самом деле.

Черт! Зачем она это сказала? Словно выпрашивает новый комплимент! Она поклялась себе, что не будет тратить свою жизнь на признание собственной привлекательности, как ее мать, ставшая когда-то королевой красоты.

– Почему это не думаю?

– Ну, может, по-своему ты и считаешь меня привлекательной, но ты флиртуешь. Сосредоточься на деле. Как птица?

Истон пошевелился и поморщился от боли, но смог выпрямиться и сесть. Ему все-таки удалось защитить хрупкую птицу, которую он с гордостью держал в ладонях.

– Он не пострадал от падения, но нам нужно вернуться в клинику и выяснить, почему он не может летать.

– Я поведу, если не возражаешь. Тебе не стоит пока садиться за руль, ты только что свалился с дерева.

Истон пожал плечами, медленно поднимаясь на ноги.

– Да ради бога! Почему я должен возражать?

– Большинство мужчин предпочитают сами водить машину.

Порша вспомнила, как отец говорил, что ее мать слишком легкомысленна, чтобы водить машину. Поморщившись от неприятных воспоминаний, Порша поднялась и отряхнула шорты.

– Я не большинство. И ты права: я только что свалился с дерева. – Он снял с волос обломок ветки и подошел к своему четырехдверному джипу.

– Тогда решено, поведу я.

Управление массивным джипом даст ей некую иллюзию контроля, именно то, что сейчас нужно.

– Ты в любом случае водишь лучше, чем я. Даже когда я не падаю с деревьев на задницу.

– Ни один человек на планете не признал бы этого. – Порша заправила за ухо выбившуюся прядь волос, и Истон хитро взглянул на нее.

– Просто никто не обладает той же уверенностью в себе, что и я.

– Или высокомерием. – Она саркастично изогнула бровь.

– Тоже правда. – Он скользнул на пассажирское сиденье. – Ты сегодня хотела мне что-то сказать, когда нас прервали срочным вызовом в заповедник. По дороге в клинику у нас будет достаточно времени. О чем ты хотела поговорить?

Рассказать ему о беременности вот так? Нет, она совсем не так это планировала. Порша расскажет ему обо всем в подходящий момент, в спокойной обстановке.

– Сейчас не самое подходящее время.

– Почему нет? Это что-то серьезное? Если так – говори сейчас, – твердо сказал он, повернувшись к ней лицом.

– Давай сначала позаботимся о птице.

Ее губы сжались в тонкую, упрямую линию. Ее мать во всем зависела от мужа, а потом осталась ни с чем, когда он обанкротился и попал в тюрьму. Порша пообещала себе, что никогда не будет ни от кого зависеть, что будет уверенно стоять на собственных ногах. Она не разрешала себе думать о том, как тяжело быть матерью-одиночкой.

Истон прищурился, перебирая в голове возможные темы.

– Это личное? – спросил он.

– Я этого не говорила.

– Это о той ночи несколько недель назад? – Довольная улыбка засияла на его лице.

Какой он догадливый, черт возьми! Тем более ей стоит быть осторожной.

– Сейчас не время говорить об этом.

– Ты не хочешь говорить об этом с того самого дня, как все произошло. Когда мы поговорим?

Порша знала, что не может до бесконечности откладывать этот разговор, но сейчас она была слишком взволнована из-за падения Истона. К тому же для начала она хотела посетить врача, чтобы удостовериться, что беременность развивается нормально, а потом уже огорошивать новостью Истона.

Порша пыталась придумать причину, по которой может отсрочить этот разговор, потому что, как только Истон узнает о ее беременности, она навсегда потеряет контроль над собственной жизнью.

Доктор Истон Лурдес откинулся на спинку пассажирского сиденья, голова у него все еще немного кружилась. Отчасти из-за падения с дерева, но главным образом из-за женщины, сидящей рядом с ним, и воспоминаний о единственной ночи, проведенной с ней. С тех самых пор, как она начала работать у него два года назад, он подозревал, что за ее скованным поведением таится огонь. Но Истон даже приблизительно не мог себе представить, насколько обжигающее пламя бушует в ней.

Порша Сото, самый организованный секретарь на свете. Женщина, которая до недавних пор держала свою эксцентричную натуру в узде. Но та ночь во время шторма показала ему, насколько дикой и необузданной она может быть, когда распускает свои роскошные волосы. Но на следующий день она снова собрала свои карамельно-каштановые кудри в тугой пучок и стала выглядеть даже неприступнее, чем раньше.

Ему нужна была его секретарша. «Приют для живой природы» Лурдесов быстро стал всемирно известным научно-исследовательским центром, а Истон был главным человеком, ответственным за науку. Чтобы сделать нечто важное, способное изменить мир, ему нужна была его секретарша. Но при этом он хотел Поршу. И он не был уверен, что он сможет совместить эти две ее ипостаси.

Если бы он понимал людей так же хорошо, как животных! Когда Истон был маленьким, его родители, всегда много путешествовавшие, открыли ему мир, полный удивительных животных, он любил их и понимал их молчаливый язык. И все же Истону не хватало умения общаться с другими людьми, а не только с родителями и братом. Не успевал он с кем-то подружиться, как семья снова собирала чемоданы и отправлялась в новое экзотическое место.

Истон осторожно покрутил головой, и в шее что-то хрустнуло. Это движение наконец-то ослабило боль в спине, и он повернулся, чтобы посмотреть на Поршу. Ее длинные пальцы с безупречным маникюром уверенно сжимали руль, карие глаза полностью сосредоточены на дороге.

Целеустремленная, вот как бы он назвал Поршу. Целеустремленная и правильная. И дикая.

Несмотря на ухоженную внешность, она прекрасно вписывалась в дикую природу, которую охраняла его семья. Истон вносил свой вклад в семейное дело как ученый и ветеринар, специализирующийся на редких видах животных, а его старший брат Ксандер руководил бизнесом и привлекал инвесторов.

Было, конечно, немало сборов денежных средств и политической подоплеки, связанной со спасением животных, и прекрасные организационные способности Порши были как нельзя кстати и на этом фронте работы совместно с Ксандером. Истону нужно было только раз в несколько месяцев облачаться в смокинг, чтобы рассказать о своих любимых научных исследованиях.

Большую же часть своего времени он проводил на спасательных и исследовательских работах, и способности Порши позволяли ему тратить на это максимум времени. Он был счастлив, что мог доверить финансовую сторону вопроса брату и делать то, что любил больше всего. И он сделал все, что мог, чтобы Порша была практически постоянно рядом с ним.

Взгляд Истона скользнул к лицу Порши, позолоченному мягким светом фонарей. Заповедник растянулся на несколько акров в Ки-Ларго, маленьком острове в архипелаге к югу от Флориды. Истон, как и новый совет директоров, считал, что это необходимый ответ на повсеместную урбанизацию и развитие туризма.

Ему чертовски повезло: он жил своей мечтой каждый день. Несомненно, многие люди могли бы обратить мечту в звонкую монету, но Истон был ветеринаром по призванию и велению сердца. Он признавал, что во многом ему помогли семейные деньги и это позволило ему следовать своему призванию, не беспокоясь о материальной стороне вопроса. Для Истона деньги не имели большого значения, потому что он работал с единственной целью – помогать животным, сделать что-то хорошее в этом мире. Деньги никогда не заботили его лично, но реалии небольшого приюта для животных, подотчетного совету директоров, заставляли его беспокоиться о финансировании.

Порша была великолепным секретарем – организованная, преданная делу, именно такая, которая нужна такому легкомысленному парню, как он. Но помимо этого он хотел ее как женщину, и это делало совместную работу очень и очень непростой.

Все два года, что они проработали вместе, Истон всегда был полностью сосредоточен на деле. Но теперь он то и дело ловил себя на том, что отвлекается на ее нежные губы, на то, как она в задумчивости поправляет волосы. Он снова и снова проигрывал в голове события той ночи. В идеальном мире у него могло быть и то и другое: его идеальный секретарь и сексуальная любовница. Но Порша чертовски ясно дала ему понять, что не приветствует этого. Наутро она отправила ему коротенькое сообщение и игнорировала все его послания, только если они не были связаны с работой.

Его сердце начинало бешено стучать, когда он думал о той единственной ночи, проведенной вместе с ней. Заставив себя сосредоточиться на настоящем, он посмотрел на Поршу. За последние несколько минут она почти ничего не сказала, но тишина, казалось, тяготила ее.

– Как ты думаешь, птица сломала крыло?

Он моргнул, озадаченный ее сухим, деловым тоном.

– Возможно. Нужно сделать рентген, чтобы удостовериться.

– Хорошо. Рада, что мы смогли ему помочь.

Как обычно, сухая констатация факта. Ни единого намека на что-то большее.

Порша свернула на подъездную дорожку к клинике и припарковала джип. Когда она повернулась к Истону лицом, он заметил беспокойство в ее глазах. Неужели она настолько переживает из-за его падения?

Ему так хотелось прикоснуться к ней, провести пальцами по ее нежной коже, накрыть ладонями грудь. Пространство между ними сократилось, и воздух словно заискрился от напряжения. Истон увидел, что в ее глазах горит та же искра, что и в ту ночь, и ему захотелось снова высечь из этой искры пламя.

И он поцеловал ее. Боже, он снова ее целовал! Он пытался сдерживать себя, чтобы насладиться моментом, а не набрасываться на нее с яростным желанием, чтобы не спугнуть ее. Но, черт возьми, как же она хороша! Истон обхватил ладонью ее лицо.

На какой-то невероятный миг ему показалось, что она ответила на поцелуй, но потом все резко изменилось. Порша тут же отстранилась, лицо ее было смертельно бледным. Она рывком распахнула дверь автомобиля и убежала прежде, чем Истон успел вымолвить хоть слово.

Этот мужчина всегда заставлял ее внутренности болезненно сжиматься, а уж теперь, когда она была беременна, желудок и вовсе взбунтовался. Подошвы кожаных балеток Порши глухо стучали по земле. К горлу мгновенно поднялась желчь.

Она вбежала в клинику через боковой вход. Порша прижалась спиной к прохладной стене своего кабинета и медленно сползла на пол, пытаясь решить: стоит ли бежать дальше в туалет или просто пересидеть здесь. Она прислушалась к своим ощущениям и решила пока остаться на месте. По крайней мере, в этот поздний час в обычно шумной клинике никого не было, не хватало ей только свидетелей ее плачевного состояния. Глаза Порши уже привыкли к тусклому освещению, когда она услышала скрип двери кладовки.

Порша сделала глубокий вдох и сглотнула, снова почувствовав, как подступает тошнота. В соседнем кабинете вспыхнул свет и открылась дверь. Морин, научный ассистент Истона и его невестка. Как и сам Истон, Морин жертвовала собственным сном ради спасения животных.

В руках у нее была папка с записями, а ручка заложена за ухо: должно быть, Морин проводила инвентаризацию. Порша вздохнула, когда Морин заметила ее и подошла ближе. Она присела рядом, тряхнув огненно-рыжими кудрями, и участливо посмотрела на нее.

– С тобой все в порядке? – взволнованно спросила Морин с легким ирландским акцентом.

– Все нормально, просто забыла поужинать, сахар в крови немного упал. Все будет хорошо.

Морин открыла один из шкафчиков, в котором держала съестные припасы: соленые крекеры, протеиновые батончики и жвачку.

– Ты слишком много работаешь.

Морин бросила ей упаковку крекеров, и Порша, удивив саму себя, ловко ее поймала. Раскрыв упаковку, она вытащила один крекер и осторожно надкусила его, раздумывая, что ответить на комментарий Морин.

– Мне нравится моя работа.

Но это было не совсем так. Она была благодарна за хорошо оплачиваемую работу и маленький домик, который шел с ней в комплекте. Когда-то Порша мечтала стать учителем, но она должна была платить за обучение брата и обеспечивать себя. Только вот у нее уже нет времени, чтобы воплощать в жизнь собственные мечты, она должна думать о брате и своем будущем ребенке. Ей не хватит времени, чтобы накопить денег до того, как она признается во всем Истону.

Порша ненавидела думать о деньгах, так ей казалось, что она становится похожа на свою мать. Но есть суровые реалии, о которых она не может не думать.

Порша задумчиво грызла крекеры, и ее измученный желудок с благодарностью принимал каждый проглоченный ею кусочек. Морин внимательным взглядом осмотрела клинику, заглянув и за угол, в сторону смотровой.

– А где наш доктор?

– Осматривает птицу, которую мы спасли, – ответила Порша, хотя и не была в этом уверена.

Какого черта он вообще ее поцеловал? И что еще более важно, о чем думала она сама, когда позволила этому случиться? Она всегда по праву гордилась своим самообладанием и здравым смыслом. А рядом с Истоном она, казалось, теряла и то и другое.

Морин прошла мимо контейнера с влажными салфетками и взяла несколько штук. Бриллиант в ее кольце сверкнул всеми цветами радуги в электрическом свете – она совсем недавно вышла замуж за Ксандера.

– Держи. – Морин протянула салфетки Порше.

– Зачем? – смущенно спросила она.

– У тебя колени и локти грязные.

Порша опустила взгляд, щеки ее пунцово вспыхнули, когда она вспомнила, как близко к Истону она находилась, как прижимались друг к другу их тела на земле.

– Работа такая, – вымученно улыбнулась Порша.

Словно по команде открылась боковая дверь, и Порша без труда узнала звук широких, размашистых шагов Истона. Он искоса глянул на Поршу и осторожно прижал к себе птицу.

– Нужна помощь? – шагнула к нему Морин.

– Нет, спасибо. – Он покачал головой. – Сам справлюсь. – Истон направился в сторону рентген-кабинета, и вскоре его шаги стихли.

– Мне казалось, тебе ближе работа в офисе. – Морин снова повернулась к Порше. – Я не раз задавалась вопросом, что заставило тебя пойти на эту работу.

Откровенный разговор с Морин? Порша всегда высоко ценила прямолинейность Морин, но она не была уверена, что готова сейчас к подобным диалогам.

– Зарплата высокая, к тому же мне нравится это место.

Порше показалось, что это прозвучало довольно фальшиво, но это было сущей правдой. Ей просто необходима была высокая зарплата, включавшая проживание, чтобы сэкономить деньги на учебу брату. Почувствовав тошноту, Порша взяла еще один крекер. С недавних пор привычные запахи клиники не давали ей покоя: острый запах дезинфицирующего средства, древесная стружка, выстилавшая клетки с животными, ароматы живых растений.

– У тебя такая высокая зарплата, потому что ни одна из прежних секретарш не выдерживала своего эксцентричного босса, сверхурочной работы, помощи с рентгеном, животными и полевой работой… К тому же они пытались захомутать его. А ты терпишь его, хотя он совершенно не в твоем вкусе.

– А кто же тогда в моем вкусе? – Порша застыла, не донеся печенье до губ.

– Получилось бестактно? Прости, я не хотела.

– Вовсе нет. Мне просто любопытно, потому что… А, не важно.

Слова Морин прозвучали совершенно невинно, но они заставили Поршу задаться вопросом: не подозревает ли подруга о том, что произошло между ней и Истоном?

– Я просто хотела сказать, что вижу тебя рядом с успешным бизнесменом или каким-нибудь профессором. Но, разумеется, ты вполне способна сама устроить свою личную жизнь. Расскажи, какие мужчины тебе нравятся. Или у тебя уже кто-то есть?

Порша изогнула бровь и закатила глаза, стараясь всем своим видом показать, что у нее никого нет. Порша всегда гордилась своим умением спрятать за разговором свои истинные мысли и чувства.

– Лучше расскажи мне о своих планах на медовый месяц.

Эта тема должна была отвлечь их. Морин и Ксандер отложили свадебное путешествие, потому что только после свадьбы поняли, что любят друг друга. Изначально их брак был заключен по расчету: Ксандеру нужна была жена, чтобы получить полную опеку над дочерью, а Морин необходимо было американское гражданство. Но со временем их симпатия превратилась в настоящую любовь.

– Не могу дождаться. Конечно, тяжело будет провести две недели вдали от Роуз, но она останется с дедушкой и бабушкой.

Роуз – дочь Ксандера, очаровательная малышка со светлыми кудряшками. И двоюродная сестричка будущего ребенка Порши. Ее ребенок и Роуз всегда будут семьей. Теперь Порша навсегда связана с этим местом и этой семьей.

Порша сразу подумала о брате, который сейчас обучался на последнем курсе колледжа, еле сводя концы с концами. Конечно, он получал всестороннюю поддержку от тети, но пожилая женщина тоже была не слишком обеспеченной. В свое время она взяла под свою опеку их обоих, когда мать допилась до отказа печени. На тот момент Порше исполнилось тринадцать, а ее брату Маршаллу – всего семь лет.

Порша обязана была поддержать свою семью, включая этого незапланированного ребенка. Как же все запуталось!

– Ты уверена, что хорошо себя чувствуешь? – Морин озабоченно нахмурилась.

– День был долгий, я проголодалась и очень устала, вот и все.

Нужно собраться. Удостовериться, что беременность развивается нормально, а потом уже придумать, что делать дальше. Она слишком много работала, чтобы добиться независимости, и теперь она просто не имеет права сдаться, как бы ни был соблазнителен Истон.

Глава 2

Какого черта происходит с Поршей?

Войдя в здание клиники, он сразу отметил ее бледность и странное поведение. Лучшим вариантом ему показалось оставить ее в покое и дать поговорить с Морин. Полчаса спустя он услышал, как обе они ушли.

Истон уже понял, что Порша сожалеет об их импульсивной близости во время тропического шторма. Он даже почти признал, что это уже ни к чему не приведет. У них была лишь одна ночь – и все. Но сегодня он что-то увидел в ее глазах…

Покачав в замешательстве головой, он закрыл дверь клиники и поставил здание на сигнализацию, прежде чем войти в ночную темноту. Казалось, обитатели заповедника словно говорили с ним сквозь мрак, и он мог с легкостью идентифицировать каждый звук, как разные человеческие голоса.

У Истона было немало предложений о работе в других клиниках в куда более экзотических местах, но «Приют для живой природы» был их с братом детищем, и он счастлив был назвать его своим домом.

Ему всегда нравилась та эксцентричная жизнь, которую вели его родители, постоянно перебираясь с места на место, но при этом Истон любил просыпаться в одном и том же месте. Заповедник в Ки-Ларго сочетал в себе и то и другое, даже большой дом отражал этот баланс едва прирученной дикой природы: старинный двухэтажный особняк с открытыми балконами и бассейном-оазисом.