Бизнес Хантер

Бизнес Хантер.

Введение.

О, привет! Дай отгадаю, конкуренты достали? Ничего нового. И что ты хочешь от меня? Спектр моих услуг довольно широк: могу парализовать работу, устроить хаос в офисе, уничтожить компьютеры и базы данных, тихо и понемногу, подобно троянскому коню, разваливать имидж и образ. Или натравить санэпидемстанцию, налоговую или трудовую – будет достаточно? У меня много знакомых, лиц и имён, я никогда не повторяюсь, бью точно и наверняка. Для меня нет разницы – прикрыть соседнюю закусочную или развалить крепко стоящую на ногах компанию, дело лишь во времени и том, сколько ты мне заплатишь… Но давай, не нужно, пожалуйста, фантазий, я не всесилен и имею чувство самосохранения. Службы безопасности больших корпораций давно знают моё лицо и не подпускают к офисам и филиалам даже на пушечный выстрел. Хотя сами не гнушаются иногда пользоваться услугами охотника.

Свою профессию я придумал сам, и в аду уже наверняка поставили разогреваться котёл для моей бренной души, но что поделать, я не умею строить, только ломать.

Глава 1.

От изучения синей книжечки «Санитарно-эпидемиологические требования к организациям общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья» отвлекла неожиданно заговорившая на столе рация.

– Первый, Второму. У нас пополнение.

– Второй в канале, принял тебя, что делать, ты знаешь.

Что делать, он действительно знает: сейчас «отловит» во дворе школы, рядом с которой расположен НП какого-нибудь пацанёнка среднего школьного возраста, а тот, в свою очередь, уже за малую копеечку вычистит конспиративный почтовый ящик и доставит всю корреспонденцию уже в другой дом, на пару кварталов дальше по улице. Далее Ин Ван, низкорослый выходец из Вьетнама, по камерам просмотрит, не «прицепился» ли хвост; если последний не будет обнаружен, заберёт конверт, поднимется на чердак и выйдет уже через другой подъезд с обратной стороны дома.

Шифруемся как можем: в городе уже достаточно людей, сильно обиженных на меня. Как-то, знаете ли, неприятно обнаруживать перерезанные тормоза автомобиля или ощущать посреди ночи запах гари, потому что сильно расстроенный владелец очередного развалившегося бизнеса решил добавить огонька в мою и без того нескучную жизнь. А ведь у одного почти получилось…

С самим Ин Ваном, а для своих просто Ваном или Ваней, познакомились мы благодаря работе. Кто бы знал, что чернорабочий «швей», безвылазно сидящий в полуподвальном помещении блошиного рынка, может настолько же сильно ненавидеть своё «белое» начальство, насколько хорошо разбираться в электронике. Правда, последнее обнаружилось уже позже, когда спасшийся в багажнике моей машины от инициированного мной же рейда миграционной службы вьетнамец вылез во дворе арендованного дома. За те пару дней, пока я думал, куда же пристроить это дитя Индокитая, оно как-то прижилось. Починило мой старый ноут и сломанный кондей. Видимо перепутав систему видеонаблюдения с телевизором, проанализировало её, указав на явные недочёты в системе видеонаблюдения дома. Менять, конечно, мы ничего не стали: ни к чему это в съёмном доме. Но вот на удивление рукастого Вана я решил придержать и снял для него отдельную квартирку недалеко от своей. Кстати говоря, я ещё ни разу не пожалел, что предложил ему работать совместно.

Думаю, вы уже догадались, чьей идеей было выгнать с работы русских швей и набрать вместо них вьетнамцев-нелегалов. Всего за 3 месяца благодаря природной обаятельности, знанию психологии, умению убеждать было развалено швейное предприятие, которое «заказал» бывший совладелец, выдавленный из бизнеса и якобы продавший долю мне. Его обидчик уехал по этапу по совокупности статей, вьетнамцев депортировали, друг из миграционки получил внеочередное, ну а я приобрёл ценного специалиста и неплохой, к слову сказать, гонорар за проделанную работу.

Так, воспоминания – это, конечно, хорошо, но пора на смену. Господи, как же я ненавижу ходить куда-то изо дня в день и делать одно и то же! Но ничего, совсем скоро заведение прикроют на срок до девяноста дней, а мой контракт будет выполнен, осталось совсем чуть-чуть.

Прошёл в небольшую отдельную комнату, отделённую пластиковой шторой, которая сейчас выступает в роли лаборатории. Для выполнения данного контракта пришлось немного изучить микробиологию, дать на лапу знакомому лаборанту и закупиться в магазине «Юный Химик». На этот раз в качестве оружия будет использована кишечная палочка. Надеюсь, гости, которые следующие 12–48 часов проведут в незабываемых приключениях где-то между кроватью и туалетом, меня простят.

На удивление, самым сложным оказалось найти на кухне кофейни нужную палочку, которая изменила цвет питательной среды Энда на красный с металлическим отливом и была классифицирована как эшерихия коли. Пару пробирок с размноженной бактерией прицепил на хитрый подвес на предплечье так, чтобы сохранялась возможность быстро поднести сделанный под золото металлический перстень к магниту внутри крышки пробирки, отодвинуть её и нанести на перчатку мазок получившейся культуры. Звучит долго, но на деле занимает секунды. Сверху накинул клетчатую рубашку. Джинсы, кеды, улыбочка. И вот перед вами уже не тридцатилетний бизнес-хантер Николай Ермолов, а молодой двадцатипятилетний стажер – работник кухни.

– Думаете, никого не обманул? Ведь для трудоустройства в общепит необходима медицинская книжка, трудовая, паспорт.

Угу – это по уму, но единственное, что попросили от меня перед трудоустройством – показать профили в соцсетях, спросили, почему хочу работать в компании и готов ли учиться новому. И всё, добро пожаловать на кухню: первая смена посудомойщиком, вторая – на приготовлении простых блюд по технологическим картам, ещё три недели стажировки, и вот ты уже самостоятельный сотрудник, выходи, работай на кухне один.

Блин, да закрыть таких будет даже полезно! Неизвестно, кто ещё и с какими болячками работал у них до меня. Ну нельзя так халатно относиться к лицу своей фирмы!

Над головой мелодично прозвенел колокольчик входной двери, в голове раздался умопомрачительный аромат свежезаваренного кофе. Вот чего мне будет не хватать, так это его. Проходя мимо, приветственно кивнул симпатичной русой девушке за кассой, показал большой палец высокому рыжему парню за кофемашиной и уже в зале столкнулся с тяжёлым взглядом Галины.

Вот уж кто, а эта темноволосая, в меру фигуристая девушка с наипротивнейшим характером «выводила» меня на регулярной основе каждую смену. Гм, наверное, только мысль о том, что я всего через месяц-другой всё равно крепко «поимею» её – в моральном плане, естественно, – заставляла меня весело и задорно стебаться над ней вместо того, чтобы проявлять агрессию и предпринимать попытки поставить на место.

Смена началась резко, без раскачки: короткий ритуал передачи кухни, большой поток гостей и немного трясущихся от волнения поджилок. Начинать диверсию в три часа дня рановато, велик риск того, что кого-то скрючит преждевременно, и тогда подозрения падут на меня, а вот посмотреть в журнале регистрации, что за смену из заготовок приготовила Галя, – идея совсем не плохая, месть должна быть сладкой.

Ещё несколько часов беготни между грилем и посудомойкой, и вот «чекователь» выдаёт условленный заранее заказ: два сэндвича с сёмгой, салат, фреш и милкшейк с собой.

Ну, понеслась родимая! Весь этот заказ – это заранее согласованная контрольная закупка Роспотребнадзора. Естественно, согласованная мной же с моим ещё университетским товарищем Аркашей, который сейчас работает инспектором.

Чиабаты на гриль, творожный сыр, салат, сёмгу, авокадо – из холодильника.

Пока поджаривается хлеб, ставим большую тарелку на стол так, чтобы от одной камеры её прикрыл угол шкафа, от второй закрываем спиной. Накидываем листьев руколы. Магнитом открываем одну из пробирок и вливаем совсем чуть-чуть, буквально половину миллилитра питательной смеси. Сверху добавляем слайсы клубники, сыр рикотта, миндальную стружку, немного соли и сахара. Всё хорошенько перемешиваем так, чтобы даже намёка на «особый» ингредиент не было, выкладываем в контейнер go on.

Чиабаты – из гриля долой! Ох, как классно они поджарились: снаружи хрустящие, но всё ещё мягкие и воздушные внутри. Даже жаль такие портить!

Намазываем по срезу творожный сыр, выкладываем лист салата для гидроизоляции. Совершенно случайно роняем ложку, и вот у нас есть несколько секунд на то, чтобы, поднимая её в мёртвой зоне камеры, нанести бактерию на перчатку. Далее собираем уже без изысков: всё, что нужно, само окажется на слайсах сёмги и авокадо. Ещё пару минут на приготовление фреша и милкшейка прямо так, не меняя перчаток, и заказ со звонком вылетает с кухни запакованный в брендированный пакет.

– Ну вот, первая часть плана выполнена. «Стоит ли травить гостей?» – промелькнула в голове мысль и тут же была забита сапогами ответственности в самый дальний угол черепной коробки.

Тупой вопрос, конечно, стоит, я же профессионал! Только сделаю это не напрямую: просто разолью в конце смены оставшуюся пробирку по контейнерам с соусами и мясом, что стухнет за ночь, то выкинут, чем-то всё та же Галина, работающая в первую смену, накормит людей.

Ещё важно не забыть после вечерней уборки «попачкать» раковину, дверцы холодильников, миксеры – словом, всё то, с чего завтра работники санитарной службы будут брать смывы для исследований…

Как всегда, домой вернулся уже затемно, голодный как чёрт. Ещё на подходе быстро пролистал записи с камер. Обнаружил Вана, заходившего примерно через час после моего ухода. Тот неспешно прошёлся по квартире, выложил тёмный прямоугольник конверта на стол, пару минут посидел в телефоне и так же неспешно удалился из квартиры.

А больше ничего интересного: пусто и тихо, пусть бы оно так дальше и продолжалось. Конверт так и лежал на столе, но открывать его сегодня желания почему-то не было. Вместо этого прошёл в ванную, поставил набираться горячую воду. Не 60 градусов, конечно, но в совокупности со щедро залитым антибактериальным мылом должно хватить для дезинфекции себя любимого. Мне как-то совсем не улыбается ощутить все радости заболевания.

Искупался, поужинал и лёг спать: шут с ней, с этой работой, не убежит, ещё этот контракт до конца не доведён.

И вновь утро. «Я люблю утро!» – как говорил один из персонажей российского писателя-фантаста, проживавшего на тёплых испанских берегах. Нет, честно, люблю! Люблю проснуться не спеша, протопать босиком по холодному полу, засыпать в турку кофе и проснуться уже окончательно, когда горячая кружка, источая ни с чем не сравнимый аромат, слегка обожжет кончики пальцев.

К сожалению, от такого пробуждения пришлось отказаться. Из сладкой неги дремоты безжалостно когтями выцарапал звонок Аркаши.

– Привет, спишь? – немного гнусавя, спросил он.

– Уже нет, – пришлось ответить, скрывая раздражение.

– В общем, всё нормально, культура из пробы выросла. Когда я могу заехать за деньгой?

– В смысле за деньгой, родной, ты ничего не попутал? У нас с тобой какой договор был? Закрываем – получаешь, всё логично.

– «Ладно, – скрывать раздражение пришлось уже ему. – Основания для проведения проверки теперь имеются, собираю группу и выезжаю. Искать там, где условились?»

– Ага, смотри: закрыть их надо в течение недели, желательно завтра. Если всё сработает, то твои наработки будут последним гвоздём в крышке гроба. Не подведи! Заказчик ждёт.

А заказчик действительно ждёт и несёт убытки, хотя бы потому, что его заведение находится по соседству с «заказанным» и даже в час пик имеет максимум треть загрузки. Он, видимо, совсем дурак открываться в заведомо проигрышном месте, в надежде потеснить уже не первый год работающую компанию, вкладывать не один миллион в помещение и оборудование, терять по сотне тысяч в месяц на текущих расходах… Да, пожалуй, обратиться ко мне – это действительно единственный для него выход. Хотя я совсем не уверен, что клиентура закрывшейся кофейни перейдёт в его «Кофе на Голгофе». Мляя, название-то какое дебильное. Или это по задумке? Кофе должен быть таким хорошим, что последнее желание перед смертью должно быть: «Бахнуть кофейку»? Пил я его кофе и должен сказать, что значение слова голгофа, как место тяжких мучений и испытаний к его заведению и продукции подходит намного лучше.

С такими мыслями я и проснулся окончательно.

Сегодня по плану у меня вроде как выходной – точнее, свободный от работы в кофейне. Панику поднимут не скоро: к обеду, а скорее всего, даже к вечеру, когда «дорогие гости» потихоньку начнут собираться в инфекционном отделении.

Заняться своими делами или всё же посмотреть содержимое конверта? Немного подумав, всё же решил остановиться на последнем. С щелчком выпрыгнуло лезвие ножа-вертикалки. Хрустнула бумага. На руку выпал сложенный в два раза лист с отпечатанным на принтере текстом: «Нужно встретиться, есть работа по профилю, e-mail для связи». Вот так чётко, скромно и лаконично.

Работа – это хорошо! Что ж, хотите встретиться, давайте, почему бы и нет. Открыл WhatsApp, набил сообщение Вану: «Нужно организовать встречу сегодня ночью, давай на точке 3 в 1:00». Через секунду получил краткое: «Окей, сделаю. Тебя заберу в 23:30». Ну вроде как всё, теперь с одноразовой почты отстучать сообщение заказчику, скинуть регламент, координаты и время, а там уже ему решать, захочет – приедет.

Теперь замести улики и разобраться с лабораторией. В принципе, всё просто: всё, что подозрительно, выкидываем. Но перед этим обеззаразим. Поставил в ванну большой таз, погрузил в него чашки Петри, стёкла для пересевов, трубочки, груши и прочее и залил приготовленным заранее крепким раствором «Оптимакса» – он в концентрации 5% используется в больницах для мытья полов во время эпидемий, так что думаю, 10% за глаза хватит для моей кишечной палочки, ну пускай себе отмокает. Йогуртницу – в мусорный бак за окном. Пробирки «с руки» я ещё вчера уничтожил, специально сделав для этого неплохой крюк по городу. А что поделать? Тихих мест без камер становится всё меньше и меньше, а сложные схемы скрывать всё сложнее и сложнее.

Первое сообщение поступило уже к обеду. Телефон, как обычно, блямкнул, на рабочем столе высветилось сообщение: «У нас проверка, Роспотребнадзор, что-то собирают на кухне». Спустя пару минут упало ещё одно: «Хорошо, пусть проверяют. Скоро буду». – Это уже директор.

Нужно отдать должное, бояться ребятам было действительно нечего: в холодильниках всегда поддерживалась чистота, все продукты были промаркированы, товарное соседство тщательно блюлось, а рабочие поверхности, посуда и инвентарь вылизывались настолько тщательно, что тщательность, с которой коты вылизывают валерьянку, и рядом не стояла. Если бы не пара… Но вы уже в курсе.

Ближе к условленному с Ваней времени, вытащил из ванны склянки, уложил в черный непрозрачный мешок и хорошенько прошелся по нему молотком, превратив содержимое в мелкое крошево – ибо нечего улики оставлять, а мелкое битое стекло намного проще утилизировать. В нашем случае просто выкинуть в реку по пути к месту встречи с новым клиентом и опять же не мешком, а россыпью.

До условленного места добрались, как и планировали, примерно за час. Большой и пустой ангар встретил звонкой тишиной, но это как раз-таки хорошо: есть время подготовиться, развернуть свет, поставить звук, развернуть место для клиента. Логика проста: на встречу может прийти кто угодно от человека, действительно желающего заказать чей-то бизнес, до расстроенного бывшего владельца бизнеса.

Именно поэтому сейчас мы сидим в машине, в сотне метров от ангара, и ждём клиента. В данный момент его задача проста: подойти к входу и следовать логике. Надеемся, что придумали всё достаточно интуитивно понятно.

В начале зажжём гирлянду, расстеленную на земле, в центре ангара – прожектор, светящий прямо на стул, стоящий под ним. Для чего этот пафос? Всё не просто так: под стулом закреплён микрофон, через который мы и будем слышать гостя. Видеть его, в принципе, не обязательно, но и камеру мы не поленились и поставили. А какой от неё толк в темноте? Ну и как вишенка на торте – несколько динамиков по всему помещению, которые создают ощущение того, что находимся мы совсем рядом, в этом же помещении и, не стесняясь, гуляем по периметру.

Предвещая ваш вопрос, да, и нам поначалу казалось, что слишком перестраховываемся, но после одного случая решили, что встречи будем проводить только так и никак иначе.

Было это также по весне около двух лет назад. Ожидалась рядовая встреча: узнать картину, обговорить задачу и договориться о связи в дальнейшем. Как сейчас помню, клиент стоял в центре светового пятна, нервно перекидывая из руки в руку солидную связку ключей, бренчание которых начинало раздражать. В целом вёл он себя достаточно странно, очень хотел увидеть кого-нибудь вживую, неважно под каким предлогом. И руку специалисту пожать порывался, и на передаче бумаг лично настаивал. Закончилось всё тем, что после очередного отказа он каким-то ловким, почти неуловимым движением руки выхватил из-за пазухи обрез и гулким дуплетом разнёс говоривший с ним динамик. И это на звук, не прицеливаясь!

Что происходило дальше, остаётся только гадать, ведь не везёт как по-крупному! По стечению обстоятельств трансляция велась через динамик, закреплённый прямо за камерой. И первый заряд картечи пришёлся прямо по ней…

Мы не стали ждать дальнейшего развития событий, а просто тихо покинули свою наблюдательную позицию, словно нас и не было. А вот что было действительно забавно – это найденная через пару дней всё на том же месте аппаратура, сваленная в одну кучу и украшенная сверху кучей уже другой, явно антропогенного происхождения.

Бывает, что и вот таким незатейливым способом вполне взрослые люди выражают своё негодование. Но и мы люди совсем не глупые. Залегли на дно и стали по чуть-чуть собирать информацию о нашем доброжелателе. Перешерстили базы «пострадавших» и заказчиков, пытались найти концы через друзей в МВД, но то ли мы плохо искали, то ли стрелок ранее в поле зрения не попадал. Пришлось уехать из города почти на полгода, оборвав связи со всеми, руководствуясь старой притчей: «Там либо шах помрёт, либо ишак сдохнет».

Пока вспоминал, чуть не прозевал подход гостя. Выдал его бегающий по веткам деревьев луч света камеры смартфона. Спустя пару минут он уже стоял напротив широко распахнутых дверей. Тёмное нутро ангара прорезала неожиданно яркая полоса света, зажглась лампа, освещая лишь небольшой клочок пространства посередине. Как ни в чём не бывало, гость спокойно положил телефон в специально подготовленный на входе ящик, захлопнул крышку, введя только одному ему известный код на замке. Прошёл внутрь до условленного места, снял куртку, оставшись в одной облегающей водолазке, заправленной под туго затянутый ремень, поднял руки вверх и не торопясь сделал оборот на 360 градусов.

– Ну что ж, всё верно, – эта процедура была описана в наставлении, отправленном по е-мейл. Не хватало мне ещё повторения ситуации с обрезом, спрятанным под курткой. Заодно видим, что и кобуры на человеке нет и больших передатчиков. Нет, я, конечно, понимаю, что записывающее устройство сейчас может быть запрятано хоть в пряжку брюк, но уж если за дело возьмутся спецы, которые обладают таким оборудованием, ловить нам тут особенно нечего.

Ведь не так много в стране людей и органов власти, которым дозволено такими девайсами баловаться. Ну что, пора начинать. Плавно закрывается на хорошо смазанных петлях дверь, отсекая клиента от внешнего мира. Теперь начнется сугубо интимная часть. Вань, включай дальний.

– Здравствуйте, как я могу к Вам обращаться? – от неожиданного звука клиента передёрнуло как от лёгкого удара током.

– Здравствуйте, моё имя пока не имеет значения, а если вы захотите его узнать, то без труда раскопаете, основываясь на биографии и фактах, которые я расскажу. Для удобства можете называть меня просто Сергей.

– Хорошо, не будем тянуть кота, Сергей, расскажите, с чем вы к нам пришли. Какую работу хотели бы предложить и какой результат увидеть?

– Я посмотрю, вы люди деловые. – Тут он немного замялся. – Я присяду, если вы не против? История довольно долгая будет. Видите ли, моя ситуация во многом завязана на личном. Есть у нас в городе одно очень интересное место. В этом месте учат людей стрелять. Конечно же, спорт там ни разу не государственный, а насквозь частный и дилетантский. Но многим место нравится. Люди идут, занимается много детей, часть из них уходит в большой спорт, растут, добиваются вершин, становятся известными… Выигрывают чемпионаты. И не поймите меня неправильно, как раз за них я очень рад, но есть и свои подковёрные игры. И вот как раз они-то и перевели дело в статус личного. Не мне рассказывать, как кого-то подвинуть, отодвинуть и задвинуть, но я расскажу, как это сделали со мной.

В году две тысячи мохнатом, после долгих тренировок, отобрался я на участие в чемпионате Европы по пулевой стрельбе. До отъезда на сборы оставалась буквально пара месяцев, когда один из тренеров предложил мне подзаработать, позаниматься с детьми и поучить их стрелять. Я, дурак, согласился. Молодой был, прыщи только сошли…

И была среди всех занимающихся одна очень милая и привлекательная девушкаПоля шестнадцати лет. Фигура стройная, волосы русые, прямые. Глаза – просто не оторваться. И попросилась эта Поля на вечернюю индивидуальную тренировку, обычная практика. А дальше я и сам толком не понял, как это произошло. Пока я мишени вешал, разделась она, ко мне подбежала, развернула, спиной к стене привалила и давай вниз спускаться, молния вжикнула… И вот бы всему начаться. Тут дверь открылась, и тот самый тренер, что мне поработать предложил, с камерой… 3 быстрых щелчка затвора фотоаппарата. И если вкратце, то либо я из спорта ухожу и место освобождаю, либо сажусь за совращение и опять же место освобождаю. Вот ведь засада! До сих пор как вспомню, аж в мороз бросает.

– В прочем, ладно. Я для вас кое-какую информацию собрал, – Сергей покачал зажатую в руках жёлтую пластиковую папку. – Там содержатся сведения о всех людях, которую удалось собрать, не так много, но и не с нуля.

– Папочку вы, конечно, оставьте, информацию мы обязательно изучим. Думаю, что я знаю место, о котором идёт речь. Никогда не думал, что вокруг него могут кипеть такие страсти. Из вашего рассказа я могу сделать вывод, что просто сделать так, чтобы место закрылось, вам не подходит. А что нужно? Подставившего вас тренера посадить? Репутацию места испортить?

– Нет, нет, портить имидж совсем не нужно. Мне хотелось бы, чтобы вы изучили эту кухню изнутри, узнали, как идут дела. Как вообще тогда получилось провернуть всю махинацию, а дальше сделать так, чтобы руководство у места сменилось.

Мне бы самому хотелось встать у руля, всех подвинуть, а уж потом мои воспитанники сами задвинут кого и куда нужно. Как вы понимаете, сейчас для меня это игра в долгую. На пять, а может на восемь или десять . Деньги у меня есть, а вот нереализованные амбиции остались.

– Знаете, учитывая стоимость моих работ, вам не проще своё место построить? План, конечно, хороший, но вы должны понимать, что с кондачка такие дела не решаются. Понадобится достаточно много времени, сил, ухищрения и, конечно же, средств, и всё это без 100% гарантий.

– Я готов рискнуть. Я не хочу толкаться в этом деле боками. Я слишком долго стрелял в командах за границей, изучал мировой опыт, налаживал связи и знакомства за рубежом, чтобы мне потом снова вставляли палки в колёса. Да и мои фото у кого-то по-прежнему лежат. Будет нехорошо, если я всплыву рядом с этим местом раньше времени. В конце концов, результат того стоит.

– Что ж, замечательно. Будем считать, что мы Вас услышали. На выходе, в ящике справа от вашего, лежит звонилка для связи, код ящика 5781, папочку можете оставить там же. Не нужно искать с нами связи, если решимся взяться за дело, то позвоним вам сами. Обещаем дать ответ в течение месяца, сами понимаете, нужно дополнительно собрать информацию и оценить шансы на выполнение контракта, выставить ценник.

Двери за спиной заказчика любезно распахнулись, давая понять, что диалог на этом закончен. «Всего доброго», – сказал он в глухую пустоту ангара, накинул на плечи куртку и, забрав телефоны, спустя пару минут растворился в прохладной весенней ночи.

Глава 2.

– «Утро, я люблю утро», – вновь в голове звучит знакомый голос аудиокниги.

Чёрт, опять уснул в наушниках. Как только не удушился проводом до сих пор? Пора бы уже бросить эту дурацкую привычку засыпать под равномерное бурчание, способное убаюкать даже самые громкие голоса в голове.

Вот хорошо «Хмелю» – спустился на этаж ниже и уже на работе, знай пиво качай. Зато мне, в отличие от него, по 8 пилюль с утра пить не требуется, так что один-один. Хотя состояние сейчас такое, каким я представляю Хмелева без таблеток. Как бы вам его описать… Пробовали ли вы когда-нибудь лечь спать глубоко за полночь, а встать, когда солнце только начинает первыми робкими лучами ощупывать город? Знакомо чувство разрывающей пасть зевоты и чугунной головы одновременно? Нет? Да вы счастливый человек! А мне вот ещё себя как-то в душ «сносить» надо. Его в такую рань я ненавижу так же сильно, как просыпаться, ну не приспособлен мой организм к ранним водным процедурам. Не может тело понять, почему это его вытащили из чего-то тёплого и мягкого и засунули в что-то сырое и попеременной температуры. Уф, ненавижу!