Запретная страсть

Глава 1

– За нас и за автоматы! – вопит Лерка, моя дорогая подруга.

– От сессии до сессии!.. – вторит ей Гошка, выкрикивая известную всем поговорку, окончание которой тонет в звоне шотов.

– Ура-а-а!

Стекло сталкивается со стеклом, напитки смешиваются, как и смех однокурсников.

Губы тянутся к напиткам или к губам – это уже неважно. Пьянит музыка, пьянит алкоголь. Пьянит свобода. Сессия закончена!

– Танцевать хочу, – восклицаю я и поднимаюсь с высокого табурета. Разглаживаю на бедрах узкие брюки и натягиваю блузку на груди – Леркиной зависти.

– Н-нет, – пьяно тянет подруга и усаживает меня обратно. – Ты еще слишком трезвая. Драйва не будет. Давай по американке. Спорим, я тебя перепью?

– Окстись! Ты уже еле сидишь! – небрежно хмыкаю и делаю новую попытку встать.

– А вот и проверим! Или сыкотно? Боишься проиграть? Ты же знаешь, от меня пощады не жди.

– Тру-си-ха! Тру-си-ха! – на весь бар скандируют приятели. На нас уже начинают оборачиваться, и я решаюсь.

– Это мы еще посмотрим, кто из нас проиграет, – храбро заявляю я. – Сама падаешь, только пробку понюхав.

– Ура! Наливай! – выстроив в ряд десяток или полтора шотов, командует Гошка бармену.

На стойке выстроился ровный ряд стаканов, а в них блестит водка.

– На старт! Внимание! – вопил Гошка. – К барьеру!

Мы с Леркой встаем с разных концов ряда.

– Впере-о-о-д!

Один, второй, третий.

– Давай-давай! – воплям Гошки вторят собравшиеся вокруг студенты, и я давлюсь.

Пока кашляю, Лерка приканчивает все шоты.

– А вот и победительница!

Парни поднимают подругу на руки и начинают качать. Короткая юбчонка задирается, демонстрируя всем желающим аккуратную Леркину попку и алые стринги.

– Проиграла! – констатирует неоспоримый факт Лерка, когда ее ставят на пол. – А теперь наказание.

Она подходит вплотную ко мне так, что вминается своей нулевочкой в мою троечку.

– Це-луй-тесь! – скандируют придурки-сокурсники.

– Ты переспишь с первым, кто сядет на соседний с тобой табурет, неважно какого он будет пола, – жарко шепчет мне в ухо.

Я отшатываюсь и округляю глаза.

«Нет!» – говорю одними губами.

«О, да!» – зубасто улыбаясь, так же беззвучно отвечает она. Еще и кивает.

Стерва!

Глава 2

Я торопливо осматриваюсь. Еще не хватало, чтобы рядом сел один из беснующихся на танцполе придурков, но они, слава богу, не обращают на меня никакого внимания.

В кармане вибрирует телефон. Увидев абонента, раздраженно сбрасываю звонок.

– Предки? – сочувственно спрашивает Лерка.

– Мать, – я кривлюсь и засовываю телефон в карман. – Опять будет нудеть когда приеду домой. У нее, видите ли, свадьба. Представляешь, в таком возрасте выходить замуж. Как ей не надоест?

– Забей! – беззаботно отвечает Лерка. Конечно, не ее же мама решает завести новую семью. – Давай, махнем куда-нибудь отдохнуть, или все еще сохнешь по тому лектору? – издевательски подмигивает она. – Хоть раз позвонил? Хоть смс—ку прислал? – продолжает бередить так и не отпустившую обиду. – Он тебя и не помнит, а ты готова во имя него надеть пояс верности. Ну не дура?

– Сама такая, – бурчу я. – Заня… – не успеваю сказать, когда на соседний табурет опускается мужчина. Взрослый, представительный, несмотря на джинсы и рубашку. Совсем не похож на беснующихся сокурсников. Показалось, что на висках блеснула седина. Ничё се! Что он забыл в баре, где в основном собираются студенты?

– Поздно, – хихикает Лерка и дергает меня за руку. – Твоя судьба на сегодня решена, вот и развеешься.

Ну, зараза!

Я чуть не выплескиваю ей в лицо остатки водки с соком.

– Ты хочешь, чтобы я с ним спала? – шиплю я. – Со стариком?!

Слишком живое воображение сразу же рисует картину, как он заваливает меня в кровать.

– Никакой он не старик. Очень привлекательный дядечка, – Лерка снова хихикает. – Отличный вариант. Если бы не спор, забрала бы его себе, – и демонстративно поправляет грудь. – Давай же! С твоим-то богатством соблазнить его пара секунд. Эх, дал бог зерно слепой курице, – вздыхает и косится на мой бюст.

Она права – это первое, что мужчины замечают во мне. Вот и этот все чаще оборачивается и дольше задерживается взглядом. Уверена, мысленно он давно уже меня раздел. Взгляд незнакомца перемещается на губы.

Омг. Все мысли написаны на его лице.

Я словно смотрю его глазами.

Распахнутая на груди рубашка, напряженный пресс, с проступившими кубиками под блестящей от выступившего пота кожей. Поблескивает пряжка расстегнутого ремня, и моя голова между разведенных ног.

Я осторожно касаюсь губами глянцевой розовой головки, вбираю в рот, посасываю, размазываю по языку выступившую солоноватую капельку. Но ему мало. Он собирает мои волосы на затылке и давит. Я послушно обхватываю губами ствол, чувствую каждую напряженную венку. Его член скользит по небу, упирается в гортань, и я расслабляю горло, позволяю ему продвинуться глубже. Боже, какой он большой! Незнакомец хрипло стонет и давит еще сильнее. Кажется, мое горло полностью заполнено его членом. Не могу даже сглотнуть. Тогда мужчина, по—прежнему удерживая меня за волосы, начинает двигаться и задавать темп. Его член, горячий и напряженный вколачивался в мое горло, я поглаживаю языком вздувшиеся венки, а губы покалывал выбритый лобок.

Из неторопливых и протяжных, движения незнакомца становятся резкими, рваными, и я понимаю, что он приближается к оргазму. Осторожно прохожусь ногтями по яйцам. Он напрягается, дрожит, а потом в горло ударяет горячая густая струя…

– Что здесь за бедлам? – глубокий и низкий голос незнакомца возвращает меня в бар.

Глава 3

Не желая выдавать замешательство, я медленно выдыхаю. Немного отклонившись, бросаю взгляд на обтянутые джинсами крепкий зад и длинные ноги. Вот это меня повело. Интересно, насколько фантазии соответствуют реальности? И невольно смотрю на руки – пальцы длинные и красивые.

Между ног уже горячо и болезненно пульсирует. Не ожидала, что так быстро заведусь, но да, подстегнутая воображением, я хочу почувствовать, как он двигается во мне. Я хочу его. Что это со мной? Неужели в водку что-то подмешали?

– Сессию отмечаем, – как можно более беззаботно я поворачиваюсь, улыбаюсь и медленно облизываю губы. Надо же как—то начинать его соблазнять. На сокурсников действует безотказно. Дядечка тоже залипает.

– Студентка, значит, – он окидывает меня взглядом и, будто что-то прояснив, кивает. – Чем тебя угостить?

Поднимаю стакан водки с соком и покачиваю.

– Повторите девушке, а мне скотч. Уже закончила или еще нет?

– Неа, еще учусь, – под его внимательным взглядом я ловлю языком соломинку и втягиваю коктейль.

– На кого?

Боже, к чему все эти вопросы? Я полностью разворачиваюсь к нему и кладу грудь едва ли ему не на колени. А что делать? Обещания надо выполнять. Вот и балбесы—однокурсники уже пялят глаза и ухмыляются.

– Маркетинг и реклама, – отвечаю я. Если честно, то вспоминать про учебу не хочется совсем.

– Я остановился здесь недалеко, в отеле. В баре есть неплохой коньяк. Попробуешь?

– Носик припудрю, – улыбаюсь я, а сама нахожу в толпе Лерку и заставляю сфотографировать дядечку. На случай, если завтра не вернусь в общежитие.

– Готово. Удачи, – шепчет она и звонко шлепает по заднице.

Глава 4

Возвращаюсь к стойке, и мужчина снова окидывает меня оценивающим взглядом. Я неуверенно улыбаюсь. Даже не представляю, чем закончится авантюра, в которую меня втянула Лерка, но развеяться, и правда, не помешает.

Парня, с которым я провела полчаса в университетской аудитории. Безумных, невероятно горячих, сногсшибательных полчаса, я больше не встречала. Видимо, его крыша осталась крепко держаться, и я не заинтересовала настолько, чтобы искать встреч. Так чего же мне сохнуть?

– Не передумала? – негромкий хрипловатый голос прокатывается по телу возбуждающей волной.

– Нет, – качаю головой.

За его плечом гримасничает Лерка и показывает поднятые большие пальцы.

Лестница и холл мелькают перед глазами, как при обратной перемотке. Аккуратно поддерживая под локоть и придерживая дверь, незнакомец выводит меня из зеркальных дверей клуба. Прохладный ночной ветер прокатывается ознобом по разгоряченной коже.

– Замерзла? – косясь на меня, он стягивает пиджак и накидывает мне на плечи. – Кстати, тебя как зовут?

– А не все равно? – хмыкаю я.

– Надо же мне как—то тебя называть.

– Пусть будет… Таня, – отвечаю я.

– Хорошо, Таня, – он неодобрительно хмыкает, давая понять, что не в восторге от моей фантазии. – Тогда меня зови Женя.

– О.К.

Не хочу показывать, что мне все равно. Он может передумать, а от Лерки потом не отделаешься.

Такси. Хвойный освежитель безуспешно старается бороться со спертым воздухом. Кондиционер шпарит по ногам ледяной струей. Хочется поежиться, но я сдерживаюсь. Чтобы скрыть неловкость, отворачиваюсь к окну и провожаю взглядом мелькающие шары фонарей, всполохи иллюминации, неизвестно куда бредущие парочки. Вскоре мы останавливаемся у светящегося входа в отель.

Зеркальные стекла и двери, сверкающие люстры, глянцевый пол и стойка из натурального камня – гостиница не из дешевых. С кем это я связалась? Олигарх под прикрытием?

– Добрый вечер, – улыбается он манекену на ресепшене. – Номер один девять ноль восемь.

Манекен неожиданно расплылся в широченной улыбке, которой позавидовал бы и Верник. Невольно думаю, что у него сейчас уголки рта сомкнуться на затылке.

– Разумеется, – превращаясь в одну сплошную улыбку, манекен кладет на стойку магнитный ключ.

Сверкающий мрамор ступеней с вмонтированными спотами, залитая светом площадка и натертые до зеркального блеска двери лифтов.

У меня уши закладывает, когда за пару минут взлетаем на девятнадцатый этаж. Широкий, застеленный ковром коридор, и уже у дверей. Красное дерево и позолота – никогда не видела ничего более пафосного.

– Заходи, – мужчина распахивает передо мной дверь. – Шампанское? Коньяк?

Глава 5

– Н-нет, – качаю я головой. – Уже достаточно выпила, – топчусь у двери. Как-то раньше не приходилось оказываться в такой ситуации. Теперь чувствую себя, мягко говоря, неважно.

– Все нормально? – оборачивается мужчина.

– Да, конечно, – стараюсь выглядеть уверенно, но руки сами по себе теребят сумку.

– Тогда проходи, чего застыла?

– Впрочем, я бы выпила коньяка, – сбрасываю туфли, прохожу в номер, осматриваюсь.

За широким окном простирается неспящий город. Переливается огнями, подмигивает, будоражит кровь, и я чувствую, как закипает адреналин.

– Красиво, верно? Люблю этот отель за прекрасный вид. Каждый раз здесь останавливаюсь, – теплое дыхание касается шеи, крепкие ладони скользят под руками и обвивают талию. – Коньяк, как и заказывала принцесса.

Опускаю взгляд и вижу пузатый бокал, наполненный янтарным напитком. Обоняния касаются легкие шоколадные нотки. Большим глотком отпиваю почти половину, пока «Женя» губами прихватывает кожу на шее, спускает с плеча блузу.

– Ты приезжий?

Дурацкий вопрос, но надо же что-то спросить.

– Мы ведь не разговаривать сюда пришли, – недвусмысленно напоминает он.

Залпом заглатываю коньяк, и в отместку он обжигает горло.

Ну, понеслась. Сейчас или никогда.

Ставлю бокал на подоконник и разворачиваюсь, расстегивая блузу.

Какое-то время он взглядом следит за тем, как вырез на груди становится все глубже, а потом сдергивает блузку и обхватывает грудь.

Пальцы впиваются в кожу, а язык врывается в мой рот. Горячий настойчивый. Проталкивается вглубь, массирует десны, язык, нёбо.

С каждым настойчивым движением, в голове, словно вспышки, появляются нафантазированные мной картины. Будто это не язык, а член скользил по небу и пробирался к горлу.

Разгоряченная коньяком кровь устремляется вниз, к животу, потом еще ниже, и пульсирует между ног.

Там горячо и влажно.

А он умеет завести женщину.

Я забываю о неловкости, торопливо расстегиваю и сбрасываю брюки, хочу снять стринги, но «Женя» останавливает.

– Подожди.

Глава 6

Он тоже сбрасывает рубашку, и я касаюсь жадными губами крепкого тела. Запах дерева, хвои и немного ментола. Он возбуждает. Кажется, стринги промокли насквозь. Я чувствую свой сладковатый запах и завожусь еще сильнее.

«Женя» прерывает поцелуй и пальцами гладит мои губы, сдавливает, пощипывает, а я ловлю их, желая ощутить во рту.

Наконец, вволю подразнив, он позволяет мне это, с силой втягивает сосок в горячий рот.

От двойного удовольствия я громко стону, вбираю глубже его пальцы, а он в ответ прикусывает грудь, посасывает, скользит горячим языком. Я плавлюсь, выгибаюсь, подставляясь под более откровенные ласки. Потом он хватает на руки и кладет на кровать.

Мне хорошо. Прогибаюсь в пояснице, потягиваюсь, приподнимаю бедра, пока он стаскивает с меня плавки. Разгоряченной кожей чувствую гладкую прохладу простыней. Это так контрастно. Так остро, что по позвоночнику простреливает электрический разряд. Я вздрагиваю, мышцы живота дрожат от нетерпения и возбуждения. «Женя» разводит мои ноги и касается набухшего клитора.

Вздрагиваю от неожиданности, ведь представляла совсем обратное.

– Ты очень красивая. Ты знаешь об этом? – его дыхание сбивается, он нависает надо мной и рассматривает. – Грудь – само совершенство, – обводит ее по окружности. – На нее хочется постоянно смотреть, целовать, ласкать. Она такая нежная и упругая, – сжимает ладонью, а я выгибаюсь навстречу. Приподнимаю бедра. Внутри все горит и пульсирует, а он пальцем проводит дорожку по солнечному сплетению спускается к пупку. – Такой бархатистый животик, – и сразу же следует горячий поцелуй.

Я упираюсь ему в плечи, толкаю вниз. Хочу почувствовать его там. Ну сколько издеваться—то можно?

Но он не торопится, снова накрывает губами сосок. Кладет ладонь на лобок и массирует, а потом сдавливает клитор.

Внутри будто разрывается какая-то струна. Словно молния пронзает от ступней до головы. Меня подбрасывает на кровати. Я пронзительно вскрикиваю. Конвульсии следуют одна за другой. Острые, пронзительные. И дрожу, как в лихорадке. Сводит живот, руки, даже ноги.

Так вот ты какой, клиторальный оргазм. Приятно познакомиться. Нет

Чувствуя, что спазмы отступают, и я снова могу управлять своим телом, поспешно поднимаюсь и тянусь к ширинке. Вот чего я хочу. Вот что мне надо почувствовать, иначе кого—нибудь порву.

– Какая ты горячая, – тихо смеется «Женя». – Нетерпеливая. Ненасытная. Мне это очень нравится.

Брюки вместе с трусами упали на пол, и наконец—то я увидела его полностью голым. Несмотря на возраст, он хорошо сохранился. Подтянутое тело с тугими, бугрящимися мышцами, развитая грудь, крепкие плечи и руки, плоский рельефный живот. Темная, поднимающаяся к пупку дорожка, а в ее основании… Он. Твердый, блестящий, оплетенный вздувшимися венками. Розовая головка, глянцевая, как леденец, так и соблазняет слизнуть, почувствовать на языке солоноватый вкус выступившей прозрачной капли. Ощутить, как он наполняет мой рот, скользит по нёбу. Его напор и твердость.

Я тянусь к так восхитившему меня члену, но «Женя» подхватывает меня под мышки.

Глава 7

– Нет. Я хочу смотреть на тебя. Любоваться твоим совершенством.

Он откидывается на кровать и притягивает меня к себе, заставляя сесть на бедра.

Я приподнимаюсь и резко опускаюсь, чувствуя, как член, упирается, с силой растягивает стенки, входит в меня. Все глубже, до сладкой тянущей боли. Откидываю голову и резко выдыхаю, когда он оказывается полностью во мне.

– Как же хорошо…

– О, да! Детка! – он скользит ладонями по моему телу, приподнимает грудь, сдавливает соски.

Удовольствие наполняет густым тягучим медом, и я начинаю двигаться. Сначала неторопливо приподнимаюсь и опускаюсь, сдавливаю внутренними мышцами, чтобы усилить удовольствие. Почти выталкиваю, чтобы снова позволить войти медленно, на грани терпения, так глубоко, как только возможно. Чтобы даже воздуху не осталось места, и он вырывается из горла низким стоном.

– Красавица, – хрипло шепчет мужчина, сдавливает мою талию и задает темп.

Быстрее, резче насаживая на себя. Я задыхаюсь, он тоже.

Низ живота постепенно стягивает. Не так резко и пронзительно как было до этого. Медленнее, но ощущения намного полнее, глубже. Хочется кричать от счастья, и я не сдерживаюсь.

– Сумасшедшая, – смеется «Женя».

Резко поднимается и затыкает мне рот поцелуем.

Этим движением он, вроде как проталкивается еще глубже, заполняем меня до отказа, дает то, чего все это время не хватало, и это переполняет чашу удовольствия. Для него, кажется, тоже.

Я ощущаю, как его член пульсирует во мне, и это отдается во всем теле яркими вспышками. От избытка чувств вонзаю ногти ему в спину.

– Тихо-тихо, моя кошечка, – смеется он, освобождаясь от моих объятий. – Кожа мне еще пригодится. – Это было восхитительно.

Прижимая меня к себе, он снова падает на спину. Я не возражаю и продолжаю нежиться на волнах удовольствия.

Если с лектором в университете была чистая, крышесносная страсть, то произошедшее сейчас было сродни искусству с опытным и умелым любовником.

Ну почему я опять о нем вспоминаю?

«Женя» восстанавливает дыхание и тянется к телефону.

– Ты чего? – лениво спрашиваю, скользя глазами по упругой заднице.

– Закажу шампанское и клубнику. Перекусим и продолжим?

Я почти мурчу. В горле сухость, и глоток холодного шампанского придется как нельзя кстати. Взгляд подает на часы, и я подскакиваю на кровати.

– Шампанское отменятся. Мне пора, – торопливо собираю разбросанные шмотки.

– Мама ругаться будет? – смеется он.

– Комендантша выселит, – бурчу я.

– Так ты тоже неместная?

– Угу.

– Жаль, мне тоже завтра уезжать. Знаешь, что? Оставь мне телефончик. Когда снова приеду, созвонимся и повторим. Я прихвачу кое—что для разнообразия. И это тоже оставь, – выхватывает у меня из рук бежевые стринги и на мой изумленный взгляд поясняет: – Чтобы не так сильно тосковать по тебе.

«Ненормальный», – фырчу себе под нос, но если раздумываю над его предложением, то лишь миг. Почему бы и нет? Я свободна, никому ничего не должна. Лектор, судя по тому, что так и не объявился, мне не светит. Ведь это я о нем ничего не знала, а он, как минимум, знал, где я учусь, но так и не дал о себе знать. Так, почему бы и не да?

– Записывай, – достаю телефон и диктую номер. Почти сразу же комнату оглашают латиноамериканские ритмы моего звонка.

– Отлично, – мужчина откладывает телефон. – Слушай, прежде чем уйдешь, – роется в портфеле, достает конверт и протягивает мне.

Не понимая, что это, беру, заглядываю и вижу стопку купюр.

Глава 8

– Я не проститутка!

Едва не подпрыгиваю о неожиданности и, кипя негодованием, швыряю конверт. Хочется в лицо, но получается в грудь.

– Ты меня не так поняла, – поднимая, оправдывается он. – Это подарок. Если бы завтра не уезжал, то подарил бы сам, но за неимением возможности, решил, что сама купишь, то, что хочешь. Не хотел тебя обидеть.

– Но обидел. Я не принимаю таких подарков. Не звони мне, – запахиваю блузку и, фырча от возмущения, как закипающий чайник, выбегаю из номера.

– Таня, подожди! – раздается за спиной.

Ага, щас! Разбежался.

Остервенело давлю на кнопку лифта. К счастью он недалеко, и уже открылись двери.

«Ублюдок! Кретин! Недоносок! Жертва аборта!» – шиплю я, выбегая из дверей отеля и ловя такси.

Город живет своей жизнью, пульсирует светом, а люди, и автомобили, словно кровь по артериям—улицам, летят от одного ночного клуба к другому.

А вот и родная общага подмигивает одиноко светящимися окнами. Расплачиваюсь. Ежусь от холода и бегу ко входу. В тишине позднего вечера каблуки оглушительно цокают по плитке. Как я всех не перебудила?

Проскальзываю мимо охранника и на одном дыхании взбегаю по лестнице.

В комнате пусто. Девчонки еще не вернулись или решили заночевать в другом месте.

Душ, любимый гель для душа с ароматом черной орхидеи, удобная пижама и родная постель.

Я вытягиваюсь во весь рост, уютно кутаюсь в одеяло, но сон не идет. Дыхание продолжает сбиваться, словно я все еще в гостиничном номере и вижу отвратительный конверт. Сердце колотится с перебоями.

«За кого он меня принял?!» – заполошно мечется в голове.

Так меня еще никто не оскорблял, даже… пропавший лектор. А может… потому и пропал?

Промелькнувшая догадка заставила меня задуматься, и память отшвырнула на пару месяцев назад, в воспоминания о короткой, но горячей встрече. В те самые, которые я все это время безуспешно прогоняла.

Глава 9

Едва Вадим Викторович, как он нам представился, вошел в аудиторию, меня словно током ударило. Настолько сильная у него была энергетика. Или это только на меня он так воздействовал?

Я покосилась на соседок, они тоже выглядели заинтересованными, что неудивительно при его сногсшибательной внешности, но, все-таки, не как я.

Почти не слышала, о чем он говорил, достаточно было голоса, его тембра, отзывающегося вибрацией в животе, мурлыкающих модуляций. Я таяла и ничего не могла с этим поделать, как и отвести от него взгляд.

Рассказывая, на какие критерии в рекламе обращает внимание современный предприниматель, Вадим обводил взглядом ряды студентов и, видимо, удивленный, почему я так на него смотрю, все чаще задерживался на мне. К концу, он будто все время обращался ко мне.

– Ну что, есть вопросы по теме? – он спустился с кафедры, оперся спиной на перегородку и скрестил ноги.

У меня было много вопросов. Например, как пиджак может сидеть настолько безупречно, что не видно ни одной лишней морщинки. Действительно ли его джемпер такой мягкий, каким представляется.

Гул же сыпавшихся вопросов воспринимался, как фоновое сопровождение для самого сексуального голоса на свете.

Кстати, в основном активничали девушки, парни проявляли намного меньше энтузиазма.

Время вышло, Вадим Викторович складывал заметки, а мы нехотя потянулись к выходу. Так хотелось задержаться подольше, остаться под воздействием его обаяния, но нас ждали другие лекции, а его – дела.

Поддавшись искушению, я немного отстала от Лерки. Обернулась, и он перехватил мой взгляд.

– Задержитесь, пожалуйста, – низкие и бархатистые модуляции словно нашли отклик внизу моего живота.

– Я? – все еще не верилось, что именно я удостоилась его внимания.

– А-ага, – кивнул он.

– Я скоро, – махнула Лерке и подошла к Вадиму. – Что? – заглянула ему в глаза и… пропала. Серые, искристые, с более темными крапинками в глубине, они затягивали, как лабиринт.

– Ты так внимательно слушала и так пристально смотрела… Мне показалось, что хочешь о чем-то спросить?

– Не спросить, – покачала я головой.

– А что?

Зря он спросил.

Уронив рюкзак на пол, я приподнялась на цыпочки, обхватила Вадима за шею и… поцеловала.

Он не стал возражать. Обнял меня за талию, прижал к себе, развернулся, и мы буквально ввалились в какой—то закуток, где осталась одежда профессора, который преподавал в этой аудитории.

Не прекращая целоваться, врезались в одну стену, затем в другую. Вжав меня в стену, Вадим подхватил и сжал бедро. Подтянул выше и вжался. Даже сквозь стринги я чувствовала, как увеличивается под брюками его член. Крыша окончательно отправилась в автономное путешествие без прогнозов на возвращение.

Вжик молнии словно обнажил все нервы. Дрожа от нетерпения, я скрестила ноги за его спиной и откинула голову, когда гладкий и горячий член прошелся по увлажнившимся губам, коснулся клитора. Меня колотило, будто в лихорадке. Мягкая ткань гладила, а зубчики молнии царапали тонкую кожу.

Я чувствовала каждое движение внутри себя, и это было восхитительно. Напористо, неудержимо и страстно—горячо.

Неровности стены впивались в спину, но мне было наплевать, со шкафа свалилась какая книга и ударила по плечу, но я только сильнее вжалась в Вадима, чтобы почувствовать себя заполненной до конца.

У меня не было сил управлять собой, своими мышцами, я только позволяла Вадиму делать с собой все, что ему захочется, и это было невероятно.