Огненный стяг. Дом Земли
- -
- 100%
- +
Юноша посмотрел на камень – теперь тот был абсолютно чёрным. На гладкой, словно зеркало, поверхности проступали замысловатые огненные знаки.
***
Соня присела на ствол упавшей осины и стала ждать, когда вернётся Егор – единственный, по её мнению, адекватный человек в этом сборище ненормальных. Она скучала. Парни ушли за хворостом, Лина и Алиса готовили место для обеда, женщины хлопотали у костра, а отец Егора разбирал вещи. Куда подевался проводник, было загадкой. От скуки Соня принялась разглядывать собственные пальцы. Она очень гордилась длинными крепкими ногтями и перед отъездом тщательно вывела на них стильные узоры.
Внезапно ей в лицо ударил порыв ветра, да с такой силой, что девочка едва не упала с дерева. Тряхнув головой, Соня огляделась – перед ней была та же поляна. Изменился только камень: он стал чёрным, а на его отполированной поверхности проявились какие-то странные надписи.
Соня растерянно опустила взгляд и, не удержавшись, вскрикнула. Её идеальные ногти были теперь обломанными и грязными, коже пришлось ещё хуже: она сморщилась и пожелтела. Теперь это были руки дряхлой старухи.
Она вскочила и побежала к Лине и Алисе.
– Посмотрите! Вы видите? Что-то случилось с моими руками!
Те в ответ омерзительно расхохотались.
– Вот это рожа! Такой только детей пугать! – закричали они и стали тыкать в Соню пальцем.
Девочка прижала ладони к лицу и почувствовала, что оно тоже изменилось. Это была не она, а какое-то мерзкое чудовище с выпирающими вперёд бровями, длинным крючковатым носом и огромной нижней челюстью. Соню окатила волна ужаса. Она неловко шагнула в сторону и едва не сшибла с ног Вадима.
Взглянув на неё, мужчина брезгливо поморщился и отпрянул в сторону. В панике девочка заметалась по поляне.
– Смотрите, смотрите на неё! Вот уродина! – слышалось со всех сторон.
– Что со мной? – Соня в отчаянии бросилась прочь с поляны, надеясь укрыться за деревьями.
Она бежала, не разбирая дороги. Корни хватали за ноги, ветви царапали руки, а в голове звучал отвратительный смех её спутников. Хотелось только одного – исчезнуть, чтобы больше никто никогда не смеялся, глядя на неё.
Заметив впереди Анну, Соня остановилась как вкопанная. Такой красивой свою тётку она никогда не видела. Стройная фигура женщины была окутана дымкой, тончайшее серо-голубое платье струилось вниз к самой траве. Длинные соломенные волосы, заплетённые в мелкие причудливые косы, развевались на ветру. Черты лица Анны словно проявились, стали ярче, сочнее. Девочка бросилась к ней.
– Что со мной стало?
Женщина повернулась, и Соня почувствовала холод внизу живота. Это одновременно была её тётя и какое-то чужое, незнакомое существо.
– Я не вижу никаких перемен, – спокойно ответила Анна.
Девочка прикоснулась к лицу в надежде, что оно стало прежним, но вновь почувствовала под ладонями уродливые бугры.
– Как же?.. – рыдая, воскликнула она. – Разве ты не видишь? Моё лицо… оно изменилось! Теперь надо мной все смеются!
Анна посмотрела на неё с сочувствием.
– Не плачь. Пока это всего лишь маска, которую ты любишь носить, но она может остаться с тобой навсегда.
– Нет! – Лицо хлестнул новый порыв ветра.
***
Алиса ослепла. Она не могла вспомнить, как именно это случилось. Просто вокруг неё неожиданно образовалась кромешная тьма.
Девочку охватил страх. Ещё мгновение назад она видела Лину, родителей, солнце над деревьями и сочную траву под ногами, а теперь всё было черным-черно. Голоса исчезли, она осталась совсем одна в этой темноте. Пытаясь нащупать какую-нибудь опору, Алиса вытянула руки, сделала несколько неуверенных шагов и почти сразу упёрлась в прохладную поверхность валуна. Странно, ей казалось, что он стоит дальше.
Она держалась за камень, как за спасительную соломинку. Этот валун – всё, что у неё осталось. Жизнь больше не имела смысла – слепой она никогда не сможет рисовать. Её, словно пешку, вышибли с шахматной доски. Что делать? Куда идти и зачем? Девочка не могла закричать или заплакать – слёзы вместе с криком застряли в горле вязким комком.
Алиса беспомощно шарила руками по камню и вдруг спиной почувствовала чьё-то присутствие. Обернувшись, она взмахнула рукой в пустоте, и её запястье тут же оказалось в руке матери. Девочка без труда узнала тонкие пальцы и сухую тёплую ладонь.
– Мама, я ничего не вижу! Помоги! – взмолилась она, поддавшись вперёд. Но мать отстранилась и только крепче сжала её руку. – Мне страшно, – прошептала Алиса.
– Я знаю. Запомни всё, что чувствуешь сейчас.
– Чувствую? Мама, я ослепла!
– Обычное зрение может подвести. Однажды ты потеряешь всё, если не научишься видеть сердцем.
Тьма неожиданно отступила. Теперь перед Алисой стояла объятая пламенем женщина, в которой она с трудом узнавала мать.
***
Какое-то время Саша безрезультатно пытался найти дорогу к поляне. Несколько бесплодных попыток заставили его поверить, что он окончательно заблудился. Парень остановился, сделал несколько глубоких вдохов и ещё раз огляделся по сторонам. Стволы, стволы, стволы… Борясь с приступом паники, Саша без сил прислонился к ближайшему дереву. И тут же услышал голоса. Он вытер рукавом куртки вспотевшее лицо и прислушался. Голоса доносились откуда-то справа. Саша пошёл туда и через несколько шагов увидел за деревьями человеческую фигуру. Он прибавил ходу, а спустя мгновение едва не столкнулся с собственным отцом.
Подполковник Хорошилов не нашёл ничего лучше, чем появиться посреди леса в парадном мундире. Увидев сына, он выругался:
– Ничтожество!
У Саши голова пошла кругом. Откуда взялся отец? Почему кричит? Он вдруг увидел эту сцену со стороны: самого себя, бледного от испуга, и нависающую над ним мрачную тень отца.
– Ничего не можешь, даже дорогу найти! Без толку тебя учить! Как родился болваном, так им и останешься! – Подполковник резко качнулся вперёд и отвесил сыну звонкую оплеуху.
Лицо обожгло болью. Не в силах больше выносить этот кошмар, он бросился назад и чуть не столкнулся с Анной. Она, словно лесная нимфа, стояла между деревьев и молча наблюдала за происходящим.
Юноша обрадовался, но что-то во взгляде тётки заставило его остановиться.
– Ты намерен и дальше это терпеть?
– А что мне делать? Ударить в ответ? Он ведь мой отец!
– Бить вовсе не обязательно. Для начала сам перестань считать себя ничтожеством.
***
Мальчишки долго не возвращались, и Вадим заволновался. Мало ли что могло случиться в этом лесу! Он решил пойти поискать их, а заодно помочь донести хворост.
Взглянув на жену, которая вместе с сёстрами хлопотала у будущего очага, Вадим улыбнулся. Ему нравились эти внезапно обретённые родственники. Даже огромный и молчаливый Михаил Захарович, из которого клешнями слова не вытянешь, вызывал симпатию. Новые знакомые разительно отличались от всех, с кем ему обычно приходилось иметь дело. В них не чувствовалось фальши. Можно было расслабиться и поддаться их природному обаянию.
Вадим решил не беспокоить жену зря. Скорее всего, мальчишки просто увлеклись и забрались немного дальше, чем нужно. Шагнув с залитой солнцем поляны в тень зарослей, мужчина огляделся. Он хорошо помнил, в какую сторону ушли ребята, но сейчас кругом были только деревья. Стволы берёз и осин тянулись ввысь, точно построенные на плацу солдаты. К ним сиротливо жались невысокие ёлки.
Мужчина не стал звать сына. В лесу стояла такая удивительная тишина, что ему не хотелось нарушать её криками. Вадим редко мог позволить себе минуты одиночества и, решив воспользоваться случаем, просто пошёл по следам. Поначалу находить их было легко: парни притоптали траву, как слоны. Он даже почувствовал себя немного следопытом, вспомнив любимые в детстве книги Фенимора Купера. Но чем дальше Вадим уходил от поляны, тем гуще становились заросли, тем плотнее кроны деревьев подступали друг к другу. В полумраке следы стали почти не видны.
За деревьями что-то мелькнуло. Мужчина пошёл туда, уже предвкушая, как прочтёт сыну нотацию за непослушание. Сказано же: не отходить далеко от лагеря! Но вместо мальчишек он наткнулся на спину Михаила Захаровича. Бородач стоял, прислонившись плечом к дереву, будто ждал кого-то.
Вадим удивился. Он хорошо помнил, что перед уходом видел великана сидящим у валуна. Тот явно был неравнодушен к камню и считал его чем-то вроде древнего капища. Но сейчас дядя Миша находился прямо перед ним.
– Вы ребят не видели?
– Видел.
– И где они?
– Кто ж знает?
– То есть как? – удивился Вадим. – Что же делать?
Дядя Миша медленно повернулся.
– Как что? Ясное дело – спать.
Слова застряли у Вадима в горле, а затем и вовсе вылетели из головы: широкое бородатое лицо Михаила Захаровича вдруг вытянулось и обросло густой бурой шерстью, а руки превратились в мощные лапы.
Зверь встал во весь рост, открыл клыкастую пасть и заревел. Что было дальше, Вадим не видел, потому что без сознания рухнул на землю.
Косолапый замер над неподвижным телом, потягивая широкими ноздрями воздух, и, убедившись, что мужчина перед ним в полном беспамятстве, снова обратился в человека. В руках великана появилась увесистая палка. Он провёл ею вокруг Вадима, оставляя след на земле, а затем бесшумно растворился за деревьями.
Глава 7. Камень
Лина подняла голову и увидела, что на поляне никого нет. Мама, тётки, Михаил Захарович, ребята и даже Тори – все куда-то подевались. Краски вокруг потускнели, словно она попала в негатив цветной фотографии. Блёклое, точно выцветшее солнце зависло над сиреневыми кронами. Его бледно-розовые лучи лились в центр поляны, прямо на вершину валуна.
Девочка хорошо помнила, что раньше камень был белым и гладким, а теперь его чёрная поверхность оказалась испещрённой какими-то письменами. Зачарованная видением, она подошла к валуну. Он был влажным. Вода текла откуда-то с вершины, но казалось, что это лучи тусклого солнца струятся вниз.
«Вот почему ты такой гладкий», – подумала Лина.
Очень быстро узкие струйки стали широкими потоками. Теперь камень походил на огромное зеркало, в котором отражалась её жизнь. Перед глазами за несколько мгновений промелькнули десятки лет. Из подростка Лина превратилась в девушку, женщину, потом – в дряхлую старуху. Сердце сжалось от страха – вся её грядущая жизнь была полна одиночества, никто так и не смог её полюбить.
От жалости к себе у Лины перехватило дыхание. Слёзы застлали глаза. Она вдруг остро ощутила, как проживёт жизнь совсем одна, лишённая любви и понимания. Это открытие было невыносимым. Ей захотелось выпрыгнуть из собственного тела, убежать прочь с поляны, от этого камня и от себя.
– Не убежишь, – раздался за спиной тихий голос матери. – Лучше перестать бояться.
Лина обернулась – и отпрянула. Кожа Маргариты казалась полупрозрачной, в глазах плескалась тёмная синева. Волосы струились по плечам, перетекая в складки длинного переливающегося платья. Тело женщины выглядело зыбким, дрожало, струилось, будто состояло из воды и в любой момент могло рассыпаться миллиардами брызг.
– Мама? Я схожу с ума?
– Нет.
Лина вспомнила образы, которые показал ей камень.
– Я не хочу быть одинокой.
– И не будешь. У тебя есть ты.
Лину охватило отчаянье, слёзы брызнули из глаз.
– Этого мало! – закричала она. – Мне такая жизнь не нужна!
– Не плачь. Скоро ты поймёшь, что недостающие части нужно искать в себе, а не в других.
Лина хотела закричать, что не согласна с такой судьбой, что быть одинокой ужасно, но странное солнце вдруг погасло, и всё погрузилось во тьму.
***
Прохожий, невесть каким ветром занесённый в эти места, никогда бы не догадался, что валун в центре поляны хранит в себе могущественную магию. Но случайные путники здесь не ходили.
Камень был таким старым, что помнил руки древних богов. Когда-то они нарекли его Алатырём и начертили на его поверхности магические знаки, дающие силу тем, кто имел на то право.
Давным-давно на этом месте плескалось море, но потом вода ушла, а земля вокруг поросла дремучим лесом. Однако камень, как и прежде, проводил силу четырёх стихий и открывал двери в другие миры, жизнь в которых существенно отличается от жизни за нашими окнами.
О существовании Алатыря и его силе знали немногие. Посвящённые хранили тайну ценой своих жизней, ведь попади камень не в те руки, нарушилось бы хрупкое равновесие стихий. Валун пролежал на этой поляне много тысяч лет, и всё это время Елена Захаровна и её брат хранили его от чужих глаз, взамен пользуясь скрытой в камне мощью.
Именно магию Алатыря испытали на себе подростки, и на каждого она подействовала по-своему. Но на самом деле всё было совсем не так, как привиделось им.
Единственным свидетелем случившегося могла стать Тори, но она, к сожалению, и сама всё пропустила.
– Спи, – ласково потрепав собаку за ухом, шепнул Михаил Захарович. И та, сладко зевнув, тут же подчинилась.
***
– Аня, пожалуйста, высуши ветки, – попросила сестру Ольга, пока остальные занимались обустройством лагеря. – Они настолько сырые, что огонь не желает их есть.
Анна посмотрела на мокрые сучья и усмехнулась.
– Что, порезвились вчера? Теперь костёр разжечь не можете?
Она быстро огляделась по сторонам – убедиться, что никто не смотрит, – и дотронулась до влажных хворостин. Воздух вокруг них пришёл в движение, образуя множество миниатюрных вихрей. Через пару секунд ветки полностью высохли.
Ольга благодарно улыбнулась сестре, сложила хворост на месте старого кострища и выпрямилась. Сблизив ладони, она дождалась, когда между ними вспыхнет крохотный огненный шарик, а затем толкнула его в будущий костёр. Послышался треск – это пламя распробовало сухое лакомство.
– Не можете без фокусов? – Маргарита с укором наблюдала за сёстрами. – Есть же спички.
– Предлагаешь ветки феном сушить? – фыркнула Анна. – Между прочим, мокрые они по твоей вине.
– Я просто предлагаю быть осторожнее.
– Ну всё. – Ольга с трудом оторвала взгляд от языков пламени, пожирающих сухое топливо. – Стихии в сборе. Пора начинать.
– Погоди, – остановила её Анна. – Осталась ещё одна проблема – твой благоверный.
Ведьма Огня обречённо вздохнула – манипуляции с сознанием мужа её не радовали.
– Ладно уж, отправлю его мальчишек искать. – Она бросила быстрый взгляд на дядю Мишу, и тот в ответ едва заметно кивнул. – Прости, любимый, – прошептала Ольга, глядя на ничего не подозревающего супруга. – Это всё ради твоей безопасности.
Вадим почти сразу засобирался на поиски Егора и Саши. Как только он исчез за деревьями, Михаил Захарович последовал за ним.
Анна взглянула на Лину и Алису: те возились с вещами и даже не смотрели в сторону взрослых. Соня сидела на сломанном дереве и любовалась ногтями. Спустя несколько минут Михаил Захарович как ни в чём не бывало вернулся на поляну.
– Пора, – скомандовала ведьма Воздуха.
Сестры обступили камень с трёх сторон, с четвёртой встал Михаил Захарович. Каждый из них направил в камень силу своей стихии. Потоки первичной энергии хлынули в Алатырь, пробуждая скрытую в нём магию и заставляя проявляться священные письмена. И вот энергия взрывной волной ударила во все стороны, открывая дорогу древней силе.
Магия камня безошибочно определила слабость каждого из ребят и заставила их встретиться со страхом лицом к лицу. Вот почему Егор стал невидимым, Соня обнаружила на лице уродливую маску, Алиса ослепла, Саша испытал физическую боль, а Лина увидела своё одинокое будущее.
Выплеснув силу, камень вновь стал белым. Магические вязи, проявившиеся во время ритуала, стали тускнеть. Ведьмы с сочувствием смотрели на лежащих без сознания подростков. Магия камня застала ребят врасплох.
– Не хотела бы я оказаться на их месте, – призналась Ольга.
– Ты уже была на их месте много лет назад, – напомнила ведьма Воздуха.
– Думаете, они всё поймут? – Марго хмурилась, глядя в испуганное лицо дочери.
Только Анна, по обыкновению, оставалась спокойной и собранной.
– Мы же поняли.
– Это сделает их сильнее. – Голос ведьмы Огня предательски дрогнул. – А мне будет уроком. Я догадывалась о страхах Егора, но вот слабость Алисы стала для меня откровением.
Маргарита взглянула на сестру с пониманием.
– Тоже не думала, что Лина так боится одиночества. Елена Захаровна оказалась права…
– Хватит причитать! – перебила сестёр Анна. – Вы не наседки, а они не цыплята. Они будущие волшебники. В жизни их ждут испытания посложнее, чем безобидная встреча с монстрами из шкафов.
Ольга состроила обиженную гримасу.
– Ты так говоришь, потому что Саша с Соней – твои племянники, а не дети.
– Может, и так, – согласилась ведьма Воздуха. – Но это позволяет мне быть непредвзятой.
Маргарита улыбнулась.
– Да, но будь они твоей плотью и кровью, тебе пришлось бы так же тяжело, как и нам.
– Наверное. Но что поделать, если сила приходит только через осознание слабостей?
На это ведьмам Огня и Воды было нечего возразить.
– Что с Вадимом? – спросила Ольга у Михаила Захаровича, когда тот вынес из леса бесчувственные тела Егора и Саши.
– Спит в защитном круге шагов за сто отсюда.
Ведьма Огня невольно улыбнулась, представив, что пришлось пережить её мужу. Хорошо, что он потом ничего не вспомнит.
– Пора их будить. – Анна громко хлопнула в ладоши.
Подростки стали медленно приходить в себя. Они жмурились от яркого солнца и крутили головами, пытаясь понять, что произошло. Нахлынувшие воспоминания заставили их испугаться снова. Соня с тревогой ощупала лицо, Егор – руки и ноги, Саша схватился за голову, Алиса тёрла глаза, а Лина не сводила испуганного взгляда с матери.
– Всё в порядке, – попыталась успокоить их Ольга.
– Кто ты такая? Где папа? – Егор оглядывался по сторонам в поисках отца.
Алиса прижималась к брату и едва сдерживала слёзы.
Ведьмы переглянулись. Подростки смотрели на них круглыми от ужаса глазами.
– С вашим отцом всё в порядке.
Ольга потянулась к дочери, но та резко отпрянула.
– Не трогай нас! – Егор выставил перед собой руку. – Я спрашиваю: кто вы такие и что это за камень?
Парень перевёл взгляд на валун, боясь увидеть странные знаки, но камень снова был белым и гладким.
Анна вздохнула, наблюдая за безуспешными попытками сестёр успокоить испуганных подростков. Это было так же невозможно, как и продолжать оттягивать неизбежное. Они должны узнать правду, какой бы странной она ни казалась.
– Мы ведьмы, – громко сказала она, – а этот камень – Алатырь.
Подростки посмотрели на неё так, словно перед ними была сумасшедшая, а Саша и вовсе нервно захихикал.
Маргарита попыталась приблизиться к Лине, но та в страхе отпрянула.
– Да это секта какая-то! – ужаснулась Соня. – Такое по телевизору показывали. Заманивают подростков, опаивают чем-то, а потом в рабство на всю жизнь…
Её слова заставили ребят сбиться в кучку. Теперь они смотрели на женщин с ещё большим подозрением.
– Не говори ерунды, – строго произнесла Анна. – Никто вас не неволит. Завтра же все сможете отправиться по домам – если, конечно, захотите. Но сначала выслушайте.
Егор повернул голову и посмотрел на ребят, которые сгрудились позади, ожидая его решения.
– Хорошо… мы слушаем. Но сперва я хочу знать, где мой отец.
– С ним всё в порядке, – смущённо ответила Ольга. – Он спит здесь неподалёку…
– Спит? Почему? – удивилась Алиса.
– Потому что не имеет никакого отношения к происходящему. Вадим не должен знать, кто мы такие. Ради своей же безопасности.
– Ну, допустим… – неуверенно согласился Егор. – Но почему мы должны вам верить?
– Предлагаешь нам показать пару фокусов? – спросила Анна. – Или хочешь снова почувствовать себя невидимкой?
– Нет, не хочу… Но с чего нам верить? Докажите!
Анна улыбнулась.
– Ну что ж, фокусы так фокусы.
Женщина подняла руку, и на кончике указательного пальца, точно детский волчок, завертелся маленький вихрь. Подростки рты раскрыли от изумления. Но Анна, не обращая внимания, продолжила раскручивать крохотный ураган, а потом резко направила его вверх. В лица тут же ударил порыв ветра. Всё вокруг пришло в движение, закружилось. Ребята стали цепляться друг за друга, боясь упасть, но ветер стих так же внезапно, как и появился.
– Теперь моя очередь! – Ольга сложила ладони, словно собираясь слепить невидимый снежок, но вместо снега в её руках возник огненный шар. Женщина подкинула его вверх, и через секунду яркая молния изрезала безоблачное небо, как тонкую цветную бумагу.
Ребята испуганно пригнулись к земле, ожидая, что следом за молнией грянет гром, но его не последовало. Лица подростков выражали недоверие и страх вперемешку с восхищением.
Затем вперёд шагнула Маргарита. Она развела руки в стороны, и с ясного неба хлынули потоки воды. Ребята втянули головы, готовясь промокнуть, но капли, так и не достигнув земли, неожиданно потянулись обратно вверх.
«Ух!» – прокатился по поляне восторженный вздох.
Марго хлопнула в ладоши, и капли без следа растворились в воздухе.
– Вы научитесь делать так же, если согласитесь вступить на путь магии.
Егор открыл рот, чтобы что-то сказать, но в этот момент на поляне появился его отец. Вадим шёл, пошатываясь и озираясь по сторонам. Увидев жену и сына, он направился прямиком к ним.
Ольга кинула на Егора умоляющий взгляд, и тот нехотя кивнул.
– Оля, я почему-то отключился прямо в лесу… – шёпотом пожаловался Вадим, но на поляне стояла такая звенящая тишина, что каждое слово было отчётливо слышно всем присутствующим.
Вадима слегка трясло и покачивало. Он хотел продолжить, но, увидев Михаила Захаровича, умолк. Смутные воспоминания заставили его замереть на месте.
На помощь пришла Анна.
– Ну вот, наконец-то все в сборе! – беззаботно воскликнула она. – Давайте уже обедать, я умираю с голоду!
Хозяйка снабдила их в дорогу жареной курицей, картошкой в мундире, хлебом и салатом из свежей редиски с зеленью. Картошку почистили и вместе с курицей подогрели на углях. Получилось вкусно, но от переживаний у ребят пропал аппетит – они жевали и проглатывали машинально.
Обратный путь проходил в полном молчании. Подростки, словно зомби, шли вперёд, не разбирая дороги. В головах у них творилась полная неразбериха – в одно мгновение мир перевернулся с ног на голову. Для Алисы, Егора и Лины самые близкие женщины на свете неожиданно превратились в незнакомок. Они искоса поглядывали на матерей, не зная, как теперь относиться к происходящему. Саша и Соня чувствовали себя ещё более потерянными.
Ведьмы прекрасно понимали, что чувствуют сейчас подростки. Когда-то им пришлось пережить то же самое: растерянность, страх и тоску по привычной реальности, которая ускользала как песок сквозь пальцы. Ничего не поделаешь, с этим приходилось столкнуться всем, кто вступал на путь магии. Это только кажется, что быть магом просто: шепнул заклинание – и готово. На деле нужно многому научиться, прежде чем у тебя сработает самое простенькое волшебство.
Вадим всё пытался вспомнить, как умудрился заснуть посреди леса, но память не возвращалась.
– Это мог быть тепловой удар, или давление поднялось… – пряча глаза, утешала мужа Ольга.
И лишь жизнерадостная Тори чувствовала себя великолепно. Благополучно проспав под кустом больше часа, она была готова к новым подвигам. Поводок не мог сдержать переполненного энергией лабрадора, и на обратном пути собака ныряла в траву за бабочками, распугивала в кустарниках птиц и гоняла мелких грызунов.
– Почему ты не рассказала обо всём раньше? – спросила Лина у матери, когда они подошли к реке.
Маргарита серьёзно посмотрела на дочь.
– Я не имела права.
Лина почувствовала, что мать не лжёт, и немного расслабилась.
– А почему сейчас?
– Время пришло. – Женщина осторожно взяла дочь за руку.
Девочка вздрогнула, но руку не отняла.
– Я не знаю, что делать.
– Понимаю. Теперь у тебя появятся возможности, о которых ты прежде даже не мечтала. Но большим возможностям всегда сопутствует большая ответственность.
– Мне страшно.
– Это нормально, – успокоила её мать.
Глава 8. Сложный выбор
В сумерках одинокий дом, едва видимый на фоне тёмной стены деревьев, показался ребятам призрачным замком.
Вернувшись из леса, подростки отказались от ужина и, продолжая хранить молчание, разбрелись по комнатам. Им предстояло пережить ночь, полную тревог и сомнений.
– Что ты обо всём этом думаешь? – спросила Алиса у брата, когда они остались вдвоём.
Девочка без сил опустилась на кровать и принялась разминать ноги, уставшие от долгой ходьбы.
– Не знаю.
Егор выглядел растерянным. Присущая ему уверенность куда-то исчезла, в глазах метались сомнение и тревога.