Приключения Таисии Цветковой. Мёртвая отчётность
- -
- 100%
- +
– Розалия не пришла на сеанс, – озабоченно ответила Марина, поправляя очки. – А она никогда не опаздывает. Более того, вчера после процедуры она сказала, что чувствует себя странно, и попросила вызвать такси.
– Может, заболела? – предположила я.
– Возможно. Но звонить ей бесполезно – телефон отключен. Витольд Семенович говорит, что такое бывает после интенсивной детоксикации организма. Мол, нужно дать ей отдохнуть.
Меня что-то кольнуло в груди. Детоксикация? После тех таблеток с химическим запахом? А что, если…
Я не успела додумать эту мысль, потому что в центр влетел мужчина лет сорока пяти. Высокий, элегантный, в дорогом костюме, но с лицом, искаженным тревогой.
– Где моя жена? – громко спросил он, обращаясь к администратору. – Где Розалия Круглова?
Администратор испуганно заморгала накладными ресницами:
– Простите, а вы кто?
– Геннадий Круглов, муж Розалии Алексеевны. Она вчера ушла из дома на процедуры и до сих пор не вернулась. Телефон не отвечает. Что с ней случилось?
В этот момент из кабинета вышел Витольд Семенович. Увидев взволнованного мужчину, он тут же включил свой профессиональный шарм:
– Господин Круглов! Какая неожиданная встреча. Ваша супруга действительно была у нас вчера, но ушла в прекрасном настроении. Возможно, решила немного развеяться, заняться шопингом?
– Шопингом? – Геннадий побагровел. – Розалия ненавидит магазины! Она могла бы провести там максимум полчаса, а исчезла на целые сутки!
– Милый мой, – вкрадчиво произнес Морковкин, – после наших процедур организм иногда требует покоя. Возможно, ваша жена просто сняла номер в отеле, чтобы отдохнуть.
– Без вещей? Без документов? – Геннадий выхватил из кармана мобильный телефон. – Вот, смотрите! Розалин телефон лежит дома, на тумбочке. А сумочка с паспортом и деньгами тоже дома!
Я почувствовала, как мурашки побежали по спине. Женщина ушла из центра красоты и исчезла, оставив дома все личные вещи? Это же невозможно!
Витольд Семенович нахмурился:
– Странно, конечно. Но, возможно, у неё случился какой-то личный кризис? Знаете, женщины иногда поступают непредсказуемо…
– Хватит! – взорвался Геннадий. – Я обращался в полицию, но они говорят, что нужно ждать трое суток. Трое суток! А она могла попасть под машину, упасть в обморок, её могли ограбить!
Марина Булочкина сочувственно покачала головой:
– Бедняжка. Хотя вчера она действительно выглядела неважно. Жаловалась на головокружение и тошноту.
– Видите! – Геннадий схватился за эти слова. – Ей было плохо, а вы её отпустили одну!
– Мы не имеем права удерживать клиентов против их воли, – холодно ответил Морковкин. – Ваша супруга настояла на том, чтобы уехать.
Я смотрела на эту сцену и чувствовала, как во мне нарастает тревога. А что, если исчезновение Розалии как-то связано с теми подозрительными таблетками? Что, если в центре действительно происходит что-то нехорошее?
Геннадий растерянно озирался по сторонам. Было видно, что он на грани нервного срыва.
– Послушайте, – обратился он ко мне и Марине, – вы же знали мою жену. Скажите честно – она вела себя как-то странно в последнее время?
Марина задумалась:
– Ну, жаловалась на провалы в памяти. Говорила, что иногда не может вспомнить, что делала вчера или позавчера.
– И на галлюцинации, – добавила я. – Розалия рассказывала, что видит несуществующие вещи.
Лицо Геннадия стало мертвенно-бледным:
– Господи… А я думал, это она шутит. Она всегда была такой артистичной, театральной…
Витольд Семенович поспешно вмешался:
– Дорогие мои, не стоит драматизировать. Небольшие побочные эффекты от процедур детоксикации – это абсолютно нормально. Я уверен, что ваша супруга скоро объявится.
– Процедур детоксикации? – переспросил Геннадий. – Какой еще детоксикации? Розалия говорила, что пьет витамины и делает массаж!
Повисла неловкая пауза. Морковкин явно понял, что сказал лишнее.
– Ну да, витамины, – быстро поправился он. – Очищающие витамины. Это и есть детоксикация.
После этого разговора Геннадий ушел, а я осталась с тяжелым чувством на душе. Мне почему-то очень захотелось помочь этому измученному человеку. А еще больше – выяснить, что же на самом деле происходит в центре "Стройность навсегда".
Домой я вернулась раньше обычного. Персик встретил меня у двери и сразу же начал обнюхивать мою одежду. Потом недовольно фыркнул – видимо, запах центра ему не понравился.
– Персик, – сказала я, снимая куртку, – кажется, мы с тобой влипли в какую-то темную историю.
Кот посмотрел на меня умными глазами и мяукнул. Я поклялась бы, что он ответил: "Наконец-то дошло!"
Вечером раздался звонок в дверь. На пороге стоял Геннадий Круглов с букетом цветов и коробкой конфет.
– Извините за беспокойство, – сказал он, протягивая подарки. – Я узнал ваш адрес у администратора центра. Сказал, что хочу поблагодарить подруг жены.
– Проходите, – пригласила я, принимая цветы. – Хотите чаю?
Геннадий выглядел еще более измученным, чем утром. Было видно, что он не спал всю ночь.
– Таисия Петровна, – обратился он ко мне, когда мы устроились на кухне, – я знаю, что мы едва знакомы, но у меня к вам просьба. Помогите мне найти Розалию.
– Но я же не детектив, – растерялась я. – Я обычный бухгалтер.
– Именно поэтому, – настойчиво продолжал Геннадий. – Вы последние, кто общался с моей женой. Вы знаете людей в центре. А полиция… – он махнул рукой. – Полиция считает, что взрослая женщина имеет право куда угодно исчезнуть.
Я посмотрела на Персика, который сидел на табуретке и внимательно слушал наш разговор. Кот одобрительно мурлыкнул.
– Хорошо, – решилась я. – Попробую помочь. Но только не знаю, с чего начать.
– Спасибо вам огромное! – Геннадий чуть не расплакался. – Я уже не знал, к кому обратиться. Вот, возьмите ключи от нашей квартиры. Может быть, вы найдете какие-то зацепки.
Квартира Кругловых находилась в престижном районе, на Кутузовском проспекте. Трехкомнатная, с дорогим ремонтом и антикварной мебелью. Видно было, что Геннадий действительно успешный продюсер.
– Розалия очень аккуратная, – рассказывал он, показывая мне квартиру. – Каждая вещь лежит на своем месте. Посмотрите – её косметика, украшения, все любимые платья на месте. Она бы никогда не ушла, не взяв хотя бы помаду!
Я внимательно осмотрела спальню Розалии. Действительно, все выглядело так, будто хозяйка вышла на минуточку и вот-вот вернется. На туалетном столике стояли открытые баночки с кремом, а на кровати лежала начатая книга.
– А где она обычно сидела? – спросила я.
– В гостиной, на этом диване, – показал Геннадий. – Любила читать, смотреть сериалы. Персик тут же оживился и принялся обнюхивать диван. Потом он забрался под него и начал что-то там искать.
– Персик, вылезай, – позвала я. – Не мешай.
Но кот упорно копошился под мебелью. Наконец он вылез, держа в зубах небольшую тетрадку в красной обложке.
– Что это? – удивился Геннадий, беря тетрадку.
Я открыла её и ахнула. На первой странице красивым почерком было написано: "Дневник. Розалия Круглова. Личное. Не читать!"
– Розалия вела дневник? – поразился Геннадий. – Она мне никогда об этом не говорила.
Мы с жадностью принялись читать записи. То, что мы там обнаружили, заставило меня похолодеть.
"15 марта. Начала ходить в диетический центр. Витольд Семенович очень обаятельный мужчина. Обещает потрясающие результаты."
"18 марта. Странно, но после приема таблеток у меня кружится голова. В/С говорит, что это нормально."
"22 марта. Вчера была в центре на каких-то новых процедурах. Не могу вспомнить, что именно делали. Проснулась дома, а как добралась – не помню."
"25 марта. Познакомилась с Таисией и Мариной. Приятные женщины. Но у всех нас одинаковые проблемы – провалы в памяти и галлюцинации. Случайность?"
"1 апреля. В/С предложил мне участвовать в каком-то эксперименте. Обещает, что я похудею на 25 кг за неделю. Звучит фантастически, но почему бы не попробовать?"
"3 апреля. Что-то происходит в центре. Я видела, как В/С разговаривал с какими-то подозрительными мужчинами. Один из них показал ему пачку денег. О чем они договариваются?"
"5 апреля. Узнала страшную вещь. Оказывается, несколько женщин из центра исчезли! Их родственники получили SMS о том, что они уехали за границу лечиться. Но это ложь! Я видела документы в кабинете В/С. Там были их фотографии и какие-то медицинские карты."
"7 апреля. Боюсь, что меня тоже хотят убрать. В/С слишком настойчиво предлагает мне новый курс процедур. Говорит, что после них я стану "совсем другим человеком". А что, если в прямом смысле? Завтра иду в центр в последний раз. Если что-то случится, пусть Гена знает – я его очень люблю."
На этом записи обрывались.
Геннадий сидел бледный как стена.
– Боже мой, – шептал он. – Что они с ней сделали? Что это за эксперименты?
– Нужно немедленно идти в полицию, – сказала я, захлопывая дневник. – Это серьезное дело.
Персик тем временем продолжал обследовать квартиру. Он обнюхивал углы, заглядывал за мебель, словно искал еще какие-то улики. Потом остановился возле окна и начал жалобно мяукать.
– Что с ним? – спросил Геннадий.
Я подошла к окну и выглянула на улицу. Внизу, возле подъезда, стояла черная машина с затемненными стеклами. За рулем сидел мужчина в кепке.
– Как давно она там стоит? – спросила я.
Геннадий пожал плечами:
– Не знаю, не обращал внимания.
Но Персик явно чем-то обеспокоился. Он метался по комнате, заглядывал в окно и тревожно урчал.
– Персик чувствует опасность, – сказала я. – У котов очень развитая интуиция.
В этот момент зазвонил мой телефон. Номер был незнакомый.
– Алло? – ответила я.
– Таисия Петровна? – в трубке прозвучал мужской голос. – Это Витольд Семенович. Не могли бы вы подойти в центр? У нас тут кое-что для вас припасено.
– Что именно? – настороженно спросила я.
– Сюрприз, – загадочно ответил Морковкин. – Кое-что касательно вашей подруги Розалии.
Трубка отключилась. Я посмотрела на Геннадия, потом на Персика. Кот смотрел на меня такими глазами, что я поняла: он категорически против этой затеи.
– Не идите туда, – взмолился Геннадий. – После того, что мы прочитали в дневнике… Это может быть ловушка.
Но мое бухгалтерское любопытство взяло верх. Если в центре действительно происходит что-то криминальное, то нужны доказательства. А Розалию нужно спасать, пока не поздно.
– Завтра же пойдем в полицию с дневником, – пообещала я Геннадию. – А пока я попробую выяснить, что случилось с Розалией.
Персик недовольно зашипел. Видимо, он считал, что его хозяйка совершает большую глупость. И, как выяснилось позже, был абсолютно прав.
Глава 4. Витамины с секретом
Утром я проснулась с твердым решением докопаться до истины. Персик лежал рядом на подушке и смотрел на меня с выражением глубокого понимания в янтарных глазах. Кажется, мой умный кот тоже понял, что дело принимает серьезный оборот.
– Персик, – обратилась я к нему, почесывая за ухом, – нам нужно выяснить, что это за таблетки такие. И я знаю, к кому обратиться.
Аркадий Сергеевич Пробиркин работал в химической лаборатории при медицинском университете. Мы познакомились три года назад на дне рождения моей соседки тети Клары. Невысокий, лысоватый мужичок с добродушным лицом и вечно перепачканными реагентами пальцами, он сразу мне понравился. Аркадий обладал удивительной способностью объяснять самые сложные химические процессы простыми словами, да еще и с юмором.
Позвонить ему я решила прямо с утра, пока не передумала.
– Аркадий Сергеевич? Это Таисия Цветкова, помните, мы встречались у Клары Семеновны?
– Таисия Петровна! – обрадовался знакомый голос. – Конечно, помню! Как дела? Не заболели часом? Голос какой-то встревоженный.
– Не заболела, но есть одна проблемка. Не могли бы вы помочь? Нужно проанализировать состав одного препарата.
– Легко! Приезжайте в лабораторию, я как раз сегодня до обеда свободен. Только образец не забудьте захватить.
Образец у меня был – несколько таблеток, которые я вчера подобрала с пола. Персик проводил меня до двери с таким видом, словно понимал всю важность миссии. Или просто надеялся, что я принесу ему что-нибудь вкусненькое из университетской столовой.
Лаборатория Аркадия Сергеевича находилась в старом здании медуниверситета. Пахло там химическими реактивами и какой-то особой научной стерильностью. Сам хозяин встретил меня в белом халате, весь увешанный пробирками и колбами.
– Ну, показывайте свою загадку, – потер руки Аркадий Сергеевич.
Я протянула ему пакетик с таблетками и рассказала всю историю – о диетическом центре, странных побочных эффектах и подозрительном химическом запахе. Химик слушал внимательно, время от времени хмыкая.
– Ясно, – сказал он, когда я закончила. – Сейчас посмотрим, что тут у нас. Но предупреждаю – анализ займет часа полтора. Можете пока прогуляться по городу или в нашей библиотеке посидеть.
– А нельзя ли мне здесь остаться? – попросила я. – Очень интересно посмотреть, как это делается.
Аркадий Сергеевич улыбнулся:
– Ну что ж, оставайтесь. Только не мешайте и ничего не трогайте. У меня тут все очень хрупкое.
Следующий час я с замиранием сердца наблюдала, как химик колдовал над моими таблетками. Растирал их в порошок, смешивал с какими-то жидкостями, капал реактивы, рассматривал результат под микроскопом. Иногда он задумчиво хмыкал или удивленно присвистывал.
– Ну и ну, – пробормотал он, наконец, отодвигаясь от приборов. – Таисия Петровна, а вы уверены, что это витамины?
Сердце у меня подпрыгнуло к горлу.
– А что это такое?
– Это, милочка, очень серьезный коктейль из психотропных веществ. Тут есть и транквилизаторы, и нейролептики, и что-то вроде наркотических средств. Одним словом, препарат, который может полностью отключить волю человека.
Я почувствовала, как ноги стали ватными.
– То есть, как отключить волю?
– Ну, представьте себе зомби из фильмов ужасов, – пояснил Аркадий Сергеевич. – Человек остается в сознании, может ходить, говорить, выполнять простые действия, но при этом полностью подчиняется внешним командам. А еще у него пропадает память – он может не помнить, что происходило с ним под действием препарата.
У меня кружилась голова. Значит, все симптомы Розалии, Марины и мои собственные – это не побочные эффекты диеты, а действие наркотиков!
– Аркадий Сергеевич, а что будет, если принимать такие таблетки длительное время?
Химик нахмурился:
– Ничего хорошего. Может развиться стойкая зависимость, нарушения психики, провалы в памяти станут постоянными. А при передозировке человек может впасть в кому или даже умереть.
– А похудеть от них можно?
– Да никак! Скорее наоборот – некоторые из этих веществ способствуют набору веса.
Я села на стул, потому что стоять больше не могла. Значит, весь диетический центр – это обман! Но зачем? Зачем Морковкину превращать клиенток в зомби?
– Таисия Петровна, вы в порядке? – забеспокоился Аркадий Сергеевич. – Может, валерьянки дать?
– Нет, спасибо, – отмахнулась я. – Просто пытаюсь понять, во что влипла.
– А вы знаете, что я бы на вашем месте сразу же обратился в полицию, – посоветовал химик. – То, что я обнаружил в этих таблетках, – это серьезные наркотические вещества. За их незаконное изготовление и распространение дают большие сроки.
– Обращусь, – пообещала я. – А можно ли получить письменное заключение о составе?
– Конечно. Сейчас все оформлю.
Домой я ехала в полном смятении. В голове крутились самые страшные мысли. Если Морковкин действительно накачивает женщин наркотиками, то что он с ними потом делает? И где Розалия? Неужели с ней случилось что-то страшное?
Персик встретил меня у двери с таким видом, словно уже знал результаты анализа. Он обнюхал мою сумку, в которой лежало заключение Аркадия Сергеевича, и одобрительно мурлыкнул.
– Да, рыжий, ты был прав с самого начала, – сказала я, присаживаясь на диван. – Эти таблетки действительно опасные.
Кот запрыгнул ко мне на колени и начал мурчать. Видимо, считал, что теперь я наконец-то все поняла и перестану травить себя подозрительными препаратами.
Но тут зазвонил телефон. Звонил Геннадий Круглов.
– Таисия Петровна, – взволнованно заговорил он, – у меня новости! Я сегодня с утра наблюдал за этим центром. И видел очень странные вещи.
– Какие? – насторожилась я.
– К центру подъезжала черная машина. Оттуда вышли двое мужчин в дорогих костюмах, но с очень неприятными лицами. Они о чем-то долго говорили с вашим Морковкиным возле служебного входа.
– А потом что?
– Потом они уехали, а Морковкин стал нервно курить и разговаривать по телефону. Таисия Петровна, я уверен, что моя жена попала в какую-то криминальную историю!
Я рассказала Геннадию о результатах анализа. Он выслушал меня в полном молчании, а потом тихо выругался.
– Значит, они наркоманов из наших жен делали? – спросил он севшим голосом.
– Похоже на то. Только непонятно зачем.
– А я думаю, зачем, – мрачно сказал Геннадий. – Слышали когда-нибудь о торговле людьми?
От этих слов у меня мороз пробежал по коже. Торговля людьми? Неужели все так серьезно?
После разговора с Геннадием я долго сидела на кухне и думала. Персик лежал у моих ног и тоже о чем-то размышлял. Время от времени он поднимал голову и смотрел на меня, словно хотел что-то сказать.
– Ты же умный кот, – обратилась я к нему. – Что думаешь по поводу всей этой истории?
Персик встал, потянулся и направился к входной двери. Там он сел и выразительно на меня посмотрел.
– Хочешь погулять? – удивилась я. – Но ты же домашний кот, никогда не выходил на улицу.
Персик громко мяукнул и царапнул лапой дверь.
– Ладно, – сдалась я. – Но только на поводке. И недалеко.
Поводок для кота у меня был – купила год назад в приступе заботы о здоровье питомца, но так и не использовала. Персик отнесся к этому аксессуару философски и даже с некоторым интересом.
На улице кот повел себя очень странно. Вместо того чтобы исследовать кусты и нюхать цветочки, он уверенно направился в сторону центра "Стройность навсегда". Я покорно следовала за ним, гадая, что он задумал.
Возле центра Персик остановился и начал принюхиваться. Потом тихонько замяукал и ткнул лапой в сторону служебного входа. Я проследила направление его взгляда и увидела припаркованную поблизости черную машину. Ту самую, которую описывал Геннадий!
– Персик, идем отсюда, – прошептала я, пытаясь увести кота. – Тут может быть опасно.
Но Персик упрямо сидел на месте и наблюдал. И тут служебная дверь центра открылась. Оттуда вышел Витольд Семенович в сопровождении двух мужчин. Именно таких, как описывал Геннадий – в дорогих костюмах, но с неприятными, жесткими лицами.
Я быстро спряталась за ближайшее дерево, таща за собой Персика. Кот не сопротивлялся – видимо, тоже понимал необходимость маскировки.
– Товар готов к отправке? – спросил один из мужчин.
– Завтра утром, – ответил Морковкин. – Все документы оформлены, транспорт подготовлен.
– А новые образцы, когда поступят?
– Через неделю. Марина уже отобрала подходящих кандидаток.
Я чуть не ахнула вслух. Марина Булочкина! Значит, она действительно сообщница!
– Смотри, чтобы все прошло гладко, – угрожающе сказал второй мужчина. – Начальство не любит накладок.
– Все будет в порядке, – заверил Морковкин. – Я профессионал своего дела.
Мужчины сели в машину и уехали. Морковкин еще постоял немного на улице, покурил и тоже скрылся в здании.
Я схватила Персика на руки и почти бегом направилась домой. Сердце колотилось так, что казалось, его слышно на всю улицу.
– Персик, – задыхаясь, говорила я коту, – мы случайно стали свидетелями страшного преступления. Завтра кого-то отправляют! Наверное, Розалию и других исчезнувших женщин!
Дома я сразу же позвонила Геннадию и рассказала о подслушанном разговоре. Он выслушал меня и сказал:
– Таисия Петровна, нужно немедленно обращаться в полицию. У нас есть заключение химика и показания свидетелей. Этого должно хватить, чтобы начать расследование.
– Но что если мы ошибаемся? – засомневалась я. – А вдруг все не так страшно?
– А вдруг завтра будет поздно? – жестко ответил Геннадий. – Вы слышали – завтра утром "товар готов к отправке". Если это действительно люди, то времени у нас совсем мало.
Он был прав. Медлить нельзя. Я набрала номер дежурной части районного отделения полиции.
– Дежурная часть, слушаю, – ответил усталый мужской голос.
– Здравствуйте, я хочу сообщить о преступлении, – начала я.
– Какого характера?
– Торговля людьми. Наркотики. Похищения.
– Адрес? Время происшествия? Имена пострадавших?
Я попыталась объяснить ситуацию, но дежурный явно не понимал, о чем я говорю.
– Гражданочка, – вздохнул он, наконец, – вы к нам с заявлением приходите. Завтра с утра. С документами и свидетелями. А по телефону я ничего оформить не могу.
– Но завтра может быть поздно! – воскликнула я.
– Ну, так приезжайте прямо сейчас, если дело такое срочное.
Я посмотрела на часы. Половина седьмого вечера. До утра еще далеко, а "товар" должны отправить завтра утром. Времени в обрез.
– Персик, – обратилась я к коту, – кажется, нам придется провести бессонную ночь.
Кот посмотрел на меня понимающе и мяукнул. Видимо, он тоже понимал всю серьезность ситуации.
Пока я собирала документы для поездки в полицию, зазвонил телефон. Звонила Марина Булочкина.
– Таисия Петровна, – сладко проворковала она, – завтра в центре особенное мероприятие. Витольд Семенович приглашает всех клиенток на заключительный сеанс программы. Обещает потрясающие результаты.
– Какой заключительный сеанс? – насторожилась я.
– Ну, вы же помните – курс рассчитан на месяц. Завтра как раз финальная процедура. Очень важно, чтобы никто не пропускал.
– А что это за процедура?
– Сюрприз! – захихикала Марина. – Приходите завтра в десять утра. И не опаздывайте, пожалуйста.
Трубка отключилась. Я стояла с телефоном в руке и понимала – это ловушка. Марина знает о наших подозрениях и пытается заманить меня в центр.
– Персик, – сказала я коту, – кажется, завтра нам предстоит решающая схватка с силами зла.
Кот серьезно посмотрел на меня и направился к своей миске. Видимо, решил подкрепиться перед важным днем. И был абсолютно прав – сил нам понадобится много.
Глава 5. Голодные игры
Утро пятницы началось с того, что весы снова показали те же семьдесят восемь килограммов. Персик сидел рядом и смотрел на меня с таким выражением, которое можно было перевести как: "А ты что хотела, хозяйка? Чудес не бывает, особенно когда кормишь организм непонятной химией."
– Ну ладно, рыжий, – вздохнула я, слезая с весов. – Может, сегодня что-то прояснится.
В центр "Стройность навсегда" я шла с тяжелым сердцем. После вчерашнего разговора с Геннадием и находки дневника Розалии мне совсем не хотелось встречаться с Витольдом Семеновичем. Но любопытство взяло верх – надо было выяснить, что происходит с исчезнувшими женщинами.
В холле центра висело объявление: "Сегодня специальный тренинг 'Голодные игры'. Учимся правильно голодать для максимального эффекта похудения. Начало в 11:00."
Голодные игры? Название меня насторожило. Что-то в нем было зловещее, несмотря на яркие буквы и улыбающиеся смайлики на плакате.
Администратор с накладными ресницами встретила меня приветливой улыбкой:
– Таисия Петровна! Как хорошо, что вы пришли! Витольд Семенович специально для вас организовал этот тренинг.– Специально для меня? – удивилась я.
– Ну конечно! Вы же одна из наших самых перспективных клиенток. Витольд Семенович говорит, что у вас огромный потенциал для трансформации.
Трансформации? Это слово мне тоже не понравилось. Трансформируются роботы, а не люди.
В зале для групповых занятий собралось человек десять женщин разного возраста. Я узнала несколько постоянных клиенток центра, но большинство были мне незнакомы. Марина Булочкина сидела в первом ряду и сосредоточенно что-то записывала в блокнот.
– Где Розалия? – тихо спросила я, присаживаясь рядом с Мариной.
Марина подняла на меня покрасневшие глаза:
– Не знаю. Муж все звонит, спрашивает. А я что могу сказать? Последний раз видела ее позавчера.
– А раньше кто-нибудь из клиенток исчезал?
Марина оглянулась по сторонам и наклонилась ко мне:
– Таисия Петровна, если честно, то да. Помните Светлану Пирожкову? Приходила к нам месяца три назад, полненькая такая блондинка?
Я попыталась вспомнить, но в памяти не всплыло ничего конкретного.