ПикничОк за туманом Эйдоса

Глава 31. Свобода.

Потихоньку начало светать. Олег поднялся на ноги – в который раз за это время – и, стараясь ступать как можно тише, снова направился к люку. Казалось, друзья так долго там, внизу. Периодически он подходил к приоткрытому щиту, присаживался на корточки и прижимался ухом к холодному дереву, вслушиваясь в глубину.

Олег присел у люка, приложил ладонь к шершавым доскам и замер. Он старался дышать через раз, чтобы даже собственное дыхание не мешало слушать. Под землёй что-то гудело – ровно, монотонно, как работающий трансформатор.

– Ну что? – не выдержала Эридан, когда он вернулся обратно.

– Пока ничего, – пожал плечами Олег.

– Надеюсь там всё хорошо, – поёжилась Риана, думая, как там её Даниэль.

Прошло ещё несколько томительных минут. Надирэ периодически припадал к земле то одним ухом, то другим, словно слышал что-то, чего не слышали люди. Вдруг он дёрнулся, напрягся, а шерсть на загривке проднялась. Он не залаял – только издал тихое, вибрирующее поскуливание. Вейо заворочался и открыл глаза.

– Надирэ! – Эридан мгновенно встрепенулась, её усталость как рукой сняло. – Он что-то чует! – Эридан уже не удивлялась, она просто знала, что Надирэ что то и правда учуял.

Олег опять рванул к люку. На этот раз, едва он приложил ухо к дереву, его лицо изменилось – брови сошлись к переносице, а глаза сузились.

– Что там? – Аня и Риана подбежали к Олегу и, вдруг сами услышали какие-то приглушённые звуки из-под земли.

Олег ответил не сразу. Откуда-то из-под земли, сквозь толщу спрессованной глины, доносился звук – ритмичный, глухой, повторяющийся. Бум. Бум. Бум.

– Слышите? – прошептал он , прислушиваясь и всматриваясь вниз.

– А если на них напали и им нужна помощь? – испуганно предположила Риана, прикрывая ладонью рот от страха .

– Не знаю, – с заметным волнением замотал головой Олег. – Как будто... как будто правда сигнал подают. – Если что, я лезу на помощь...

Он выпрямился и огляделся вокруг. Лес молчал, но эта тишина, смешанная с гулом, была напряжённой – словно всё вокруг затаило дыхание..

И тут, он, этот гул, который уже начал было восприниматься как само собой разумеющееся, вдруг на долю секунды прервался. Уши внезапно резануло тишиной, затем после этой милисекундной паузы гул возобновился.

Вейо резко подпрыгнул, он почувствовал словно его ударили по ушам, во взгляде читался неподдельный испуг, он начал метаться в панике, но Риана, стоящая рядом с ним взяла его за руку, и Вейо понемногу стал приходить в себя..

– Вейо, мой мальчик, – Аня увидела это, крепко обняла мальчонку и стала гладить его по голове, – всё хорошо, хороший мой. Всё хорошо...

Олег по-отечески похлопал Вейо по плечу и снова склонился над люком, пытаясь понять, что же там происходит. Эридан и Надирэ также вслушивались в темноту, и вглядывались в щель приоткрытой двери, в которой был виден синий свет. Пёс не скулил, не подавал голос, а сидел тихо рядом с люком и это успокаивало людей. Иногда он перебирал лапами, и повиливал хвостом, словно он чего-то ждал.

Постепенно, откуда-то из глубины начали доноситься голоса людей, Олег сначала насторожился, а затем отчётливо услышал говор из деревни вперемежку с их привычным. Олег с Эридан удивленно переглянулись.

Голоса приближались, вдруг щель, через которую был виден синий свет увеличилась, послышался глухой скрип металла и через какое-то время Олег услышал знакомый голос Алекса, тот крикнул, щурясь в предрассветное небо: «Олег, ты? Ребята?»

– Да, я, вы в порядке? – ответил Олег.

– Времени мало, здесь люди, Иларио нашли! – Алекс говорил торопливо, практически взбегая по лестнице. А за ним следом двигалась целая толпа людей.

***

В подземелье в это время люди быстро двигались к той самой лестнице, минуя технический отсек. Узкая каменно-земляная лестница уходила вверх, где через открытый люк виднелось предрассветное небо. Алекс первым выбежал, чтобы сообщить друзьям, ждущим наверху, что Иларио найден и что возможно сработает какая-то сигнализация. Взбегая по лестнице, он увидел, что сверху кто-то смотрит.

– Олег, ты? Ребята? – с небольшой опаской спросил Алекс, глаза, привыкшие с синему свету, разглядели лишь силуэт.

– Да, я, вы в порядке? – Алекс услышал голос Олега и стал быстро говорить, – времени мало, здесь люди, Иларио нашли!

– Иларио нашли! – крикнул он остальным, хотя Алекса уже услышали все. Риана, услышав, что брат найден, сразу выдохнула с облегчением. А затем с ужасом подумала, живым ли он найден?

– Он живой? – переспросила она с надеждой..

Алекс первым вылез на поверхность, вдохнул холодный предрассветный воздух, такой сладкий и чистый после спёртой атмосферы подземелья, что у него на мгновение закружилась голова.

– Живей живых, – Алекс вытер пот со лба, и тут же стал подавать руку кому-то из следующих за ним людей. – Быстро отводите их в укрытие, у нас очень мало времени. Скорей всего здесь появятся солдаты.

– Быстрей, быстрей, – где-то из глубины слышался взволнованный голос мужчины, который подгонял людей. Это был голос Кэла, он знал, что с минуты на минуту их обнаружат и тогда...

Олег тут же собрался, вместе с Алексом начали выводить людей, которые и сами старались изо всех своих последних сил. Местные жители, хоть и ослабшие, знали этот лес и знали, как прятаться, – они привыкли к этому за долгие месяцы жизни под гнётом Синдиката.

Из люка один за другим начали появляться люди. Вейо, увидев темноволосого мужчину с перевязанной рукой, – вдруг вскрикнул и бросился к нему.

– Дядя Тойран! – мальчик вцепился в мужчину так, словно боялся, что тот исчезнет. – Ты жив! Ты жив!

Эридан бережно принимала на руки маленького ребёнка, помогая его матери выбраться, передала малыша Ане. Та повела его маму с другими людьми в укрытие в кустах. Эридан была сейчас в ещё большем шоке, как могли эти нелюди так поступить с матерью и таким малышом, ему же не более двух лет. И вообще со всеми этими людьми.

Надирэ бегал рядом с люком и приветливо вилял хвостом каждому, кто появлялся на поверхности, словно лично встречал и ободрял.

Риана, помогла выбраться очередному освобождённому – совсем юному пареньку, лет тринадцати-четырнадцати, с огромными испуганными глазами, он был худой, как щепка, и сильно хромал. А сама то и дело поглядывала на люк, надеясь увидеть знакомые лица брата и друзей.

– Ну где же они? – с волнением шептала она сама себе, отводя мальчишку к Ане. – Где?

Добравшись до укрытия, паренёк тут же рухнул на землю и сидел, тяжело дыша и озираясь по сторонам с видом затравленного зверька. Вейо, увидев его, рванулся навстречу.

– Лин! – закричал он. – Лин, ты жив!

Паренёк поднял взгляд, и вдруг заплакал, уткнувшись в плечо подбежавшего Вейо. Они были ровесниками и, судя по тому, как крепко вцепились друг в друга, – друзьями.

– Вейо... – повторял Лин сквозь слёзы. – Думал, боле никого не увижу... что помру там. А нога болит.

Вейо, сам едва сдерживая слёзы, похлопывал друга по спине. – Аня ногу вылечит. Тут Олег, Сергей, Алекс... Тут наши все.

Вдруг Эридан, вернувшаяся к люку, увидела знакомые выгоревшие на солнце пряди, а затем и лицо – сосредоточенное, напряжённое, но при виде своих осветившееся той самой кривоватой, чуть ироничной улыбкой, которую они все так хорошо знали. Сейчас она конечно была немного вымученной, но все равно «Слешевской». Она никогда не спутает улыбку друга с любой другой похожей..

– Слеш! – Эридан уже бежала к нему, а за ней, громко гавкнув, рванул и Надирэ.

Он практически тащил на себе мужчину со светлой бородой. Одежда на которой висела лохмотьями, через прорехи виднелись синяки, а ноги подкашивались при каждом шаге – было видно, что каждое движение даётся ему через силу.

Она подхватила мужчину с другой стороны, и вдвоём они вытащили его из проёма. Мужчина, оказавшись на поверхности, заморгал, в глазах блестели слезы, он что-то забормотал на своём гортанном наречии, его голос дрожал, срывался, и хотя слов было не разобрать, смысл был ясен без перевода: он благодарил. Благодарил так, как благодарят люди, которым только что подарили второй шанс.

Риана вдруг увидела, как из проёма показалась рыжая, взлохмаченная голова, эти непослушные вихры, которые торчали во все стороны, что бы с ними ни делали. Она увидела, что он также, как Слеш, практически на себе затаскивает пожилого мужчину с седой бородой, а снизу его подталкивает Даниэль. Она бросилась к ним. И когда наконец они выбрались на поверхность, а дедушку повёл Олег в укрытие, она не знала, к кому первому кинуться. Они втроём крепко обнялись.

– Ил! Дэн! – Риана буквально повисла у обоих на шеях, стискивая так, что они захрипели и засмеялись одновременно.

– Ничего себе, какая ты у меня сильная! – хрипел Даниэль.

– Рианка, прости меня дурака, – также захрипел рыжий и захлюпал носом.

Риана наконец остабила хватку и потрепала брата по огнненной шевелюре.

– Так, молодые люди, потом обниматься будете... – услышали они сзади голос Сергея, он вместе с незнакомым мужчиной в рваной, но в современной одежде быстро закрыли проём люка. – Надо поторапливаться..

– Деда... – прошептал Вейо, увидев, как Олег помог старику Йорану присесть на землю. – Деда, – закричал он.

Йоран вздрогнул, услышав знакомый голос. Он повернулся, ища глазами источник, и вдруг увидел своего внука, который сидел рядом со своим лучшим другом, Вейо быстро поднялся и бросился к старику, присел рядом с ним и обхватил руками.

– Вейо, – прохрипел старик, не веря своим глазам. – Внуче... Како ты зде...?

– Иларио ворози забрали, и мы идоша за ним.. – Вейо начал наскоро рассказывать деду, что случилось. – А како ты тут..?

– И меня того дня забрали, внуче, – Йоран гладил мальчика по голове своей широкой мозолистой ладонью.

Глава 32. Небесный ворог.

Обессиленные люди, прятавшиеся теперь в густых зарослях кустарника неподалёку от люка, все ещё не могли поверить в то, что они на свободе. Они жадно вдыхали свежий предутренний воздух, которого так не хватало в тесных затхлых камерах. Там, в подземелье, вентиляция там всё же была, но только лишь для того , чтобы было чем дышать. Иначе никто бы не выжил, но воздух был спертым, отдающим металлом и озоном. А здесь, наверху, он был совершенно другим - густым, влажным, пахнущим листвой, хвоей, сырой землёй и близким рассветом. Некоторые из освобождённых то и дело поднимали лица к небу и просто дышали. Глубоко, полной грудью, словно хотели надышаться впрок.

У некоторых начинала кружиться голова – слишком резкий был переход от спёртой атмосферы подземелья к чистому лесному воздуху.

Женщина с младенцем опустилась на мох, привалилась спиной к стволу старой ели и закрыла глаза, продолжая покачивать ребёнка. Мужчина со светлой бородой, тот самый, которого вытаскивали Слеш и Эридан, сидел, обхватив колени руками.

Но расслабляться было нельзя. Опасность ещё не миновала. Синдикат скорей всего уже знает, что произошло. А это значит, что опять явятся солдаты. Затем оторвал густую ветку и замёл ею следы, которые могли оставаться на траве.

– Синдикат скорей всего уже знает, что произошло, – произнёс Кэл негромко, но так, что услышали все. Его голос был хриплым, но в нём звучала какая-то особая уверенность. – Я бы на их месте уже поднял тревогу. А это значит – солдаты. Скоро.

– Сколько у нас времени есть? – Сергей думал о том же, о чём думали сейчас все: смогут ли эти люди идти? Некоторые из них едва держались на ногах. А если по пути на них нападут солдаты – что, скорее всего, и случится, – у них просто не останется ни единого шанса.

– Не знаю, – вздохнув, покачал головой Кэл, и оглядываясь вокруг, – боюсь, что нисколько… Тревоги не слышно, сирен нет, но это ничего не значит. У них бесшумный протокол оповещения… – Кэл не понаслышке знал, как устроена система охраны Синдиката, и знал, что говорил. – Двигаться сейчас опасно, просто поверь на слово… Здесь они могут нас не увидеть, а если мы двинемся сейчас... Главное, замереть и не шевелиться. Эти кусты хорошо скрывают от вражеских глаз.

Сергей обвёл взглядом поляну, и подметил, что местные, и это было невероятным, словно сливались с кустами, с мшистыми стволами, с тенями от ветвей, ему даже пришлось приглядываться. Они сидели тихо, почти не шевелясь. Тойран, дядя Вейо, замер у края зарослей – со стороны его можно было принять за корягу или замшелый валун. Женщина с младенцем так закутала ребёнка в свои одежды и закрыла его руками, что его практически не было видно – только крошечное личико, посапывающее во сне. Вейо сидел между дедом Йораном и другом Лином. Старик был слаб – оно и понятно, не каждый день тебя бросают в тюрьму, а потом вытаскивают оттуда те самые чужаки, которых ты сам же накануне выгнал из деревни, – но держался, положив тяжёлую, сухую ладонь на плечо внука. Удивительно, но сейчас он молчал. Сейчас он просто сидел, глядя перед собой, и в его молчании было что-то такое, от чего Вейо становилось не по себе. Было ощущение, что деду есть что сказать.

Неместные же, то есть “лесные призраки”, и особенно новенькие ребята были заметнее. Они сравнительно активно жестикулировали, перешёптывались, и это отличие очень бросалось в глаза. Рядом тихонько переговаривались Олег и Аня, и Даниэль со Слешем и Алексом. Алекс, казалось, единственный из всех не чувствовал усталости – сказывалась спортивная подготовка. Он сидел на корточках, упруго покачиваясь, словно готовый в любой момент сорваться с места и бежать. Они обсуждали состояние людей – кому нужна срочная помощь, кто сможет идти сам, а кто нет. Аня то и дело поглядывала на Лина, мальчонку с перевязанной ногой, и на Йорана, который хоть и держался, но ему явно было трудно идти без своего посоха. "Да и всем остальным понадобится помощь, – думала она".

Риана уткнувшись в плечо брата, все не могла наобнимать его, словно боясь, что он опять куда-то исчезнет, и постоянно переспрашивала полушёпотом, точно ли всё с ним хорошо.

– Нормально всё, – отмахивался рыжий, но голос его был слабым, непривычно тихим. – Голова только гудит. И пить хочется.

– О чём думаешь? – Риана повернулась к Эридан, которая гладила своего Надирэ и смотрела в сторону женщины с ребёнком на руках, Риане показалось, что на лице подруги проскользнула какая-то эмоция ярости, она даже сжала кулак .

– Думаю о том, какие же сволочи этот их Синдикат, запереть такого малыша в подземную тюрьму! Он-то что им сделал? – поделилась Эри с подругой, – меня аж злость разбирает.

– Да, тоже про это думаю, какие же они жестокие…

– Внимание! – вдруг прозвучал голос Сергея, громко, так, что все прервали свои разговоры и обратили внимание на него. – Если появятся солдаты, замираем и не шевелимся. Всем понятно? Не шевелимся! – он оглядел людей, взгляд его, как и голос, был серьёзным и строгим, и не терпящим возражений. – От этого зависят наши жизни, не только успех операции, – добавил он уже мягче, увидев, что все утвердительно кивают. И снова повернулся к Кэлу. Тот тоже одобрительно кивнул.

– Как вы нас нашли? – спросил Кэл Сергея и Олега. Его голос был хриплым, но в нём звучало искреннее удивление. – Об этом люке никто не знал, даже внутри Синдиката не все знают… Это старый технический вход, его законсервировали. А вы просто пришли и открыли. Как?

– Нас привёл вот он, – коротко ответил Сергей, кивая на Надирэ.

– Та самая волшебная собака!? – улыбнулся псу Кэл.

Тот лежал у ног Эридан, но глаза его были открыты, уши стояли торчком, и весь его вид выражал настороженность. Время от времени он тихонько поскуливал, периодически глядя на небо. Эридан обнимала его за шею, и гладила по голове, приговаривая полушёпотом:

– Тише, мальчик, тише. Всё будет хорошо.

– Когда мальчишка наш пропал, – продолжил Сергей, указывая на огненно-рыжего пацана, – он привел нас сюда, заставил рыть там.., – он перевел взгляд в сторону люка. – Пёс - умнейший…

– Да, согласен, и вправду волшебный. А эти дети настоящие верные друзья! Сестрёнка вот как брата обнимает! – сказал Кэл.

– Эти дети, на самом деле, меня просто поразили, если сейчас в нашем мире такие вот подростки, не всё потеряно…

Не успел он проговорить эти слова, как Надирэ прижал уши и залаял куда-то на небо, периодически тыкая носом хозяйку в бедро. Над лесом раздался сухой, резкий треск и совсем недалеко от них, полыхнула ослепительная вспышка. Бело-синяя молния ударила из пустоты, разорвав предутреннее небо своей злой красотой.

Вслед за вспышкой все услышали знакомый, леденящий душу звук – электрический треск, переходящий в нарастающий гул, но не тот, к которому они почти привыкли, а другой, отдаленно напоминающий гул винтов вертолета, который буквально вчера слышали, когда оставались на ночлег в сарае в деревне.

– Не двигаемся, ни звука, – закричал Кэл.

Все замерли.

Воздух над поляной пошёл рябью, а в том самом месте, где только что полыхнула молния, вдруг показалась лапа, состоящая из нескольких сегментов, потом ещё одна и ещё. Вслед за ними постепенно появлялось тело, с остальными лапами. Вдоль брюха тянулись ряды каких-то отверстий — то ли сопла двигателей, то ли что-то ещё, чего никто из смотревших на него не мог даже предположить. От каждого отверстия исходило слабое синеватое свечение, пульсирующее в такт низкому, вибрирующему гулу, который теперь заполнял всё пространство.

Каждый сегмент был оснащён какими-то устройствами.

Лапы разворачивались в воздухе, словно конечности гигантского паука. Они двигались независимо друг от друга, каждая по своей траектории, но при этом в их движениях угадывалась единая, чудовищно точная координация.

– Что это, – испуганно зашептала Риана, глаза её заняли пол лица.

– Тихо, не двигаемся, – крикнул Кэл снова. – Если будем шевелиться, – проговорил он уже спокойней, – он заметит нас. – Он реагирует на движение…

Паук завис над поляной метрах в тридцати над землёй, и его тень накрыла кусты, где прятались люди. Стало темнее, словно мир снова погрузился во тьму, крадя приближающийся рассвет. Он завис в воздухе, его многогранные глаза-сенсоры сканировали лес, поворачиваясь в разные стороны. Гул его двигателей заполнил собой всё пространство, закладывал уши, вибрировал в груди, в зубах, в каждой клеточке тела.

Глава 33. "Лесные призраки" против летающего монстра.

Механический паук завис над поляной, заслоняя собой бледнеющее предрассветное небо. Его тень накрыла кусты, где затаились люди. Несколько сенсоров вращалось независимо друг от друга, сканируя лес в поисках движения.

Все затаили дыхание.

Эридан вжалась в землю, одной рукой прижимая к себе Надирэ. Пёс замер с прижатыми ушами, даже не рычал. Она чувствовала, как внутри подкрадывается паника, видела ужас в глазах сидящей рядом подруги и беззвучно молила: «Только не шевелись».

Риана не шевелилась. Сквозь этот страшный гул, заполнивший всё пространство, ей вдруг показалось, что она слышит, как бешено колотятся сердца каждого из друзей. Ей казалось, эти стуки слышит даже паук.

Вейо зажмурился, прижавшись к стволу дерева и сливаясь с корой. Йоран не шевелился – он словно окаменел, превратившись в часть того самого замшелого валуна, на котором сидел. Его суровые глаза следили за пауком с выражением той самой застарелой, выстраданной ненависти, какую может испытывать только человек, живущий под гнётом этой чудовищной силы. Аня замерла с раскрытым ртом. Олег, Сергей, Алекс – все превратились в камни.

Кэл сидел неподвижно, затаив дыхание, и молился про себя, чтобы никто не сорвался. Чтобы никто не дёрнулся. «Нужно продержаться совсем немного, и он уйдёт!»

Паук медленно развернул корпус, раскачиваясь в воздухе. Несколько секунд он висел неподвижно – и вдруг двинулся прямо туда, где укрывались Риана с Эридан и Надирэ.

Короткое, толчкообразное движение – и он спустился ниже. Корпус наклонился. Лапы развернулись. Теперь он смотрел точно на Риану.

Девушка почувствовала этот ледяной взгляд, он словно гипнотизировал её. Он прошёлся по её лицу, по плечам, по рукам – и замер. Риану сковал страх.

«Он меня видит, – с ужасом подумала Риана». Она оставалась неподвижной не только потому, что так надо. Тело словно само застыло, трудно было даже пошевелить пальцем. В голове судорожно металась одна мысль: «Что делать? Он меня сейчас съест или просто.. убьёт!»

Риана чувствовала, как холодный пот заливает спину. Из мыслей осталась только одна, самая страшная: «Сейчас меня сожрут».

Паук качнулся вперёд.

– Риана!

Даниэль сорвался с места раньше, чем успел подумать.

Он видел только одно: этот железный монстр смотрит на его любимую. Смотрит и собирается... что? Схватить? Ударить? Риана была белее мела, а Даниэль уже не соображал – он просто рванул к ней, чтобы заслонить собой, закрыть.

– Дэн, нет! – крикнул кто-то.

– Даниэль, стой! Он блефует! – заорал Кэл.

Но было поздно. Даниэль уже бежал к Риане.

Паук отреагировал мгновенно. Лапы дёрнулись, корпус развернулся – грациозно и вместе с тем страшно. Одна из ног обрушилась на Даниэля и отшвырнула его на несколько метров.

Риана с ужасом наблюдала, как чудовище с силой ударило парня куда-то в бок, отбросило к ближайшим деревьям – и он врезался в ствол. Схватился за ребра, судорожно пытаясь вздохнуть, и медленно обмяк.

Она, не помня себя, бросилась к нему, забыв про страх, про паука, про всё на свете. Она вылетела из укрытия, упала на колени рядом с Даниэлем, схватила за плечи. Он не двигался. – Дэн! – голос Рианы сорвался.

Её слегка ударило током, но она не обратила внимания. Слеш бросился следом, не думая, просто ноги понесли сами.

– Не трогай! – закричал Кэл. – Не трогай его! – Он обернулся к затаившимся и с ужасом наблюдающим за всем происходящим, людям: – Ни в коем случае не шевелитесь!

Сам он выбежал следом за Рианой, подскочил и рванул её назад.

– Током ударит! Не трогай его, говорю! Старайся не шевелиться.

Но Риана не слышала, она снова припала к Даниэлю, схватила за плечо, начала трясти, повторяя его имя.

Кэл нащупал шею парня, другой рукой перехватил запястье Рианы, заставляя прекратить тряску.

Риана не смогла сдержать слёз, они залили всё лицо, хотя она пыталась всхлипывать тихо. – Это мой парень! Дэн, слышишь меня? Дэн!

Кэл прижал пальцы к сонной артерии. Пульс. Слабый, но есть.

– Живой, девочка, – выдохнул он. – Жив твой парень.

Риана выдохнула с облегчением, и новая порция слёз, уже от счастья, окатила её бледное лицо. Она поняла, что он дышит. Даниэль вдруг пошевелил рукой и приоткрыл глаза. Риана тут же взяла его за руку.

Паук уже был рядом. Он приготовил ноги для следующего удара..

У Иларио, как и у всех, просто всё перевернулось, в голове его только и крутилось , как паук сначала нацелился на его сестру. Как Даниэль тут же бросился защитить её, и теперь лежал и не шевелился. Вот, Слэш бежит к раненому другу. Всё это произошло так быстро. Сквозь судорожные мысли, наконец, пришла идея. Её надо попробовать – во что бы то ни стало.