Мой принц на белом модеме или Инструкция для разведенки.

Глава 10

9-й совет в кризисной ситуации.

Сходи в ночной клуб.

На выходных поздним вечером мне позвонила Томила.

- Приветик, Даринка. Как дела? – беззаботно, как обычно, сказала она.

- Все в порядке, спасибо, - лениво ответила я, недовольная тем, что меня отвлекли от просмотра любимой экранизации книги по роману Джейн Остин.

- Ты чего кислая такая? Давай я тебя развеселю! Мы сейчас с друзьями на дискотеку собираемся. Пошли, а? Тут такие парни! Просто супер! Мой своих друзей пригласил. Я еще Милану позвала. Ну пошли! Я же не могу тащиться в клуб с тремя мужиками! И тебе не помешает, развеешься.

- Слушай, мне не хочется. Поздно уже. Я устала, неделя была нелегкая. Я на выходных просто хочу выспаться, - не успев придумать никакой более вразумительной отмазки, проговорила, я.

- Не будь занудой! Ты молодая и красивая девушка! И тебе тоже надо развлекаться иногда. Ты когда в последний раз была в клубе? Ну, вспомни!

- Да не помню, я. В универе, наверное. Не люблю я их.

- Я отговорок не принимаю! Мы приедем за тобой через полчаса. Форма одежды парадно-выходная!

Я услышала в трубке гудки. Да, Томила умела настаивать на своем. А может, и вправду сходить? Чего я себя хороню заживо? Ничего со мной не станется. Ну, познакомлюсь, а не понравится парень, так пошлю. Что я теряю?

Мама, кажется, даже обрадовалась тому, что я наконец-то куда- то собралась и с радостью осталась с Васькой.

Я вытащила из шкафа давно купленную стильную кофточку, которую я ни разу еще не надевала, потому как просто не предоставлялось подходящего случая. Влезла в удобные джинсы, сделала себе яркий вечерний макияж, при этом сама не понимая, для чего я наряжаюсь. Наверное, я делала это просто по привычке, потому что, отправляясь в подобные места, нужно было выглядеть так, и не иначе. Хотя на самом деле мне было глубоко фиолетово, понравлюсь я кому-то или нет. А может, мне просто не хотелось выглядеть хуже подруг. Я распустила длинные волосы и без особого энтузиазма, почти как осужденный на казнь пленник, спустилась вниз. Меня уже ждал здоровый джип друга Томилы.

Внутри сидела Милана – наша однокурсница. Милана всегда славилась своей безупречной красотой. Такие девушки редко встречаются на улицах. В нее, кажется, невозможно было не влюбиться – большие зеленые глаза, длинные каштановые волосы, аккуратный носик, ладная фигурка. Словом, у мужчин при взгляде на нее не было ни единого шанса. При этом она была напрочь лишена всякой женской стервозности, а скорее наоборот - страдала от совершенно непонятных мне и окружающим комплексов. Она была несколько бесхарактерной и почему-то считала, что должна ложиться в постель с каждым мужчиной, который сводил ее в ресторан. А желающих сделать это было немало. И почти все они пропадали после первой ночи. Мне иногда было обидно за нее. Почему такая красивая и, по сути, хорошая девушка так мелко себя растрачивает? Я не могла этого понять. Мне нравилась Милана, потому что, она была, при всем при этом, очень добрым и бесхитростным человеком. Рядом с ней сидел высокий темноволосый парень, с голубыми глазами, вполне симпатичный. Я так поняла, что это был, на сегодняшний вечер, ее ухажер.

- Это Борис, познакомься. А это Владимир, - проговорила Томила, загадочно на меня посмотрев, по ее взгляду было понятно, что это был парень для меня.

Владимир, тоже был вполне симпатичным, со светлыми волосами и темными бровями. Эта странная несочетаемость в его внешности мне, почему- то сразу не понравилась. Судя по всему, он был невысокий. Впрочем, учитывая то, что мой бывший муж был ростом почти два метра, мне в последнее время резко разонравились великаны. Я, со свойственным мне, максимализмом, стала считать, что у высоких мужчин вся совесть уходит в рост.

Парень Томилы, Рустам, был вполне симпатичным, крупным белокожим казахом.

С первого взгляда, я поняла, что ни с одним из мужчин, сидящих в машине, у меня ничего не будет. Я видела, что они имеют вполне приятную наружность, однако чего-то особенного, главного в их глазах не было. Да, именно в глазах. При знакомстве я всегда смотрела людям в глаза, недолго, чтобы не смутить. Я знала, что мой взгляд часто бывает слишком тяжелым и не все его могут вытерпеть. И все же этих секунд мне обычно хватало, чтобы сложить о человеке правильное мнение.

Владимир явно решил принарядиться и своим внешним видом показать свою респектабельность. Однако вышло у него это неуклюже. Он был одет в черный классический костюм, дорогие лакированные туфли, которые выглядели слишком броско и вызывающе, и белую рубашку. Если не обращать внимания на то, что в такой одежде в принципе неудобно и даже неуместно ходить в ночной клуб, был и другой момент, который меня дико раздражал в мужчине, желающем выглядеть парадно. Самым ужасным в его облике было отсутствие галстука. Я всегда ненавидела, когда мужчины надевали классический костюм с белой рубашкой и без галстука. Для меня этот человек автоматически становился провинциалом, стремящимся показать свою интеллигентность, при этом - весьма неловко. Я считала, что если уж ты не желаешь надевать галстук с костюмом, то тогда нужно выбрать рубашку любого цвета, но только не белую! Это был мой особый пунктик с давних времен.

Я вспомнила, как в лет семнадцать ко мне на свидание пришел мальчик в костюме и белой рубашке без галстука. Мне он очень нравился, я не хотела его обидеть, ведь он был так наивно горд своим обликом. Тогда я на ближайший праздник просто подарила ему хороший галстук. Он был довольно сообразителен, и после всегда его надевал.

Однако Владимиру мне дарить ничего не хотелось. И его внешний вид только лишний раз подчеркнул то, что и так сказали мне его глаза — это не мой человек.

Борис был одет менее вычурно - джинсы, модная футболка. Его внешность показалась мне более приятной, и все же - опять не мой вариант. Впрочем, угодить мне и в те годы, когда я не пылала такой дикой ненавистью к мужчинам, было ой как непросто. А теперь и подавно. У меня всегда был свой, совершенно особенный перечень требований. В него не входили дорогие иномарки и золотые часы. Это казалось мне слишком примитивным и простым. Нет, я искала что- то внутри человека, искала какой- то свет, тепло, что-то особенное, сама до конца не понимая, что именно. И, увы, крайне редко находила это. Чтобы по-настоящему заинтересовать меня, звезд над этим человеком должно было сойтись очень много… В этой машине таких особенных мужчин точно не было. И теперь оставалось только пережить этот вечер и, по возможности никого не обидев, смыться.

Я быстро поняла, что приглянулась Владимиру, и он всю дорогу, придвинувшись ко мне поближе, пытался вести непринужденную беседу.

- Кем вы работаете?

- Психологом в детском центре развития, - ответила, я.

- И сколько вам лет? – спросил он.

- А разве вы не знаете, что девушкам задавать такие вопросы неприлично? – шутливо проговорила, я подспудно ощущая, что его голос и манера общаться уже начинают меня раздражать.

- Но просто, мне кажется, что вам не больше восемнадцати. А вы уже и институт закончили...

- А вам сколько лет? – спросила я, недовольно сверкнув глазами, меня раздражала его активность и напор.

- Мне двадцать пять.

- Мне уже тридцать, - соврала, я, наивно надеясь, что это его охладит. - И у меня есть пятилетняя дочь. Так что, боюсь, я не подойду вам по возрасту.

- Что за глупости! Сейчас модно встречаться с девушками, которые тебя старше! Тем более с такими красавицами, как ты.

Так, мы уже перешли на, «ты». Началось.

- И вообще меня даже заводит, когда женщина старше. Это ведь значит, что она достаточно опытна, ну, ты понимаешь, о чем я… - сказал Владимир, многозначительно улыбнувшись.

Я тяжело вздохнула и посмотрела в окно на проезжающие мимо машины и город, светящийся ночными огнями. Мне стало тоскливо и захотелось оказаться дома с любимым фильмом, с любимыми героями, с чьих уст никогда не сорвалось бы этих глупостей и пошлостей.

Однако Владимир, кажется, воспринял мое молчание, как разрешение продолжать.

- А ты знаешь, я сразу заметил, у тебя такая сногсшибательная фигура! Просто Богиня! Удивительно, что ты сохранила такую фигуру, родив ребенка. Обычно женщины очень дурнеют от беременности, - с умным видом, заключил Вова.

Мои глаза гневно сверкнули.

- А я считаю, что ничто не украшает женщину, так, как материнство, - жестко отчеканила я.

- Ну, глядя на тебя, я с этим соглашусь. Если бы моя жена выглядела так же после родов, то я бы ни за что не развелся!

Так, прекрасно. Значит, этот тип еще и был женат, и бросил жену с ребенком. Я гневно посмотрела на Томилу. Она только пожала плечами: видимо, подруга тоже была не в курсе данных обстоятельств его личной жизни.

- И что же с вашей женой было не так? – спросила, я, стараясь скрыть свое негодование и испытывающее глядя мужчине в глаза.

Я редко смотрела людям в глаза. Обычно только в двух случаях: когда я была увлечена мужчиной и хотела его покорить, или когда я была ни на шутку зла и готова вцепиться в него, как дикая кошка.

- Ну, женщина ведь всегда должна быть женщиной и следить за собой. А моя бывшая растолстела, как корова. Вечно по дому ходила взъерошенная, в засаленном халате. И ребенок этот орет все время… - проговорил Владимир, и на его лице отразилась отвращение.

- Что значит фраза – «ребенок этот»? У вашего малыша нет имени? – чувствуя, что я начинаю заводиться, спросила, я.

- Почему же? Есть, кончено! Димка его зовут, - все еще не понимая моего настроя, беззаботно проговорил Вова.

- Тогда почему же вы его не называете по имени, точно это не ваш сын, а бандероль какая- то? – зло сказала, я, намеренно обращаясь к нему на «вы».

- Ну, что ты к словам цепляешься? И вообще, к чему об этом? – пытаясь смягчить тон разговора, ласково промяукал Владимир.

- Но ведь это вы начали эту тему, - спокойно ответила я, но в моем голосе слышался лед.

- Я просто хотел тебе комплимент сделать. Вот и сказал, - растерянно пробормотал Вова.

- Весьма оригинальный способ делать комплимент одной женщине, при этом оскорбляя другую, при том, что она является матерью вашего ребенка. И проблемы с ее фигурой начались не без вашего в том участия, я полагаю, - жестко проговорила, я, пристально глядя ему в глаза.

- Ну ладно тебе, Дарина. Не ссорьтесь. Мы же отдыхать едем! - пытаясь разрядить накалившуюся обстановку, сказала Томила. - Ведь Володя прав в чем-то. Женщина должна всегда за собой следить и быть в хорошей форме. Мужчина же любит глазами…

- Да, да, - согласилась Милана.

- Вы так говорите, потому что у вас детей пока нет. А вы знаете, как трудно следить за собой женщине, у которой на протяжении года в голове только одна мечта – выспаться?! Потому что мужчина, который рядом с ней, предпочитает вместо того, чтобы помочь ей, сидеть у компьютера или того хуже, шляется с едва знакомыми бабами по клубам! - я со злобой посмотрела на Владимира и резко отвернулась к окну.

В машине воцарилось тяжелое молчание. Думаю, в тот момент все пожалели о том, что взяли меня с собой. Но больше всего жалела об этом я. Мне было противно сидеть в машине с этим аморальным существом, которое смело себя называть мужчиной.

Благо, клуб был уже близко, и тяжелая молчаливая пауза вскоре прошла. Мы зашли внутрь. Я не жалела о том, что сказала, и была уверена в том, что моя резкость не позволит Владимиру более подбивать ко мне клинья. Но я ошиблась.

Ночной клуб был большим и красивым. Я не бывала здесь прежде. Он считался одним из самых элитных клубов города. Сюда пускали девушек с восемнадцати лет и мужчин с двадцати пяти. Видимо, полагая, что только к этому возрасту, мужчина может обзавестись достаточным количеством денег. Нашим спутникам даже пришлось показать паспорта. Не далеко от входа располагалась барная стойка, за которой бармен показывал чудеса ловкости. Несколько человек столпились, наблюдая за этим действом. Мы прошли к забронированному столику. Мужчины заказали водку себе и мартини со льдом нам, какую-то легкую закуску, лимон и плитку шоколада. Рустам решил тоже выпить, не уточнив при этом, сядет ли он потом за руль. Однако я для себя сразу решила, что с пьяным водителем не поеду. Но и добираться ночью одной тоже не хотелось.

На танцполе плясали яркие девушки в коротких юбках и длинных сапогах. Вокруг них клубился сизый дым, разноцветная подсветка освещала их молодые, хорошо сложенные тела и совершенно пустые глаза. Мне почему-то показалось, что они под кайфом. Их движения были до невозможности вульгарными, но при этом они периодически теряли ориентацию в пространстве и едва не падали, потом начинали как-то дико и неестественно смеяться. Периодически к этим девушкам походили какие-то пузатые мужчины и уводили их прочь…. Все было предельно понятно и просто, а потому очень гадко.

И зачем я поперлась в этот клуб? Спала бы себе спокойно дома.

Владимир какое-то время держался от меня поодаль. Но пара стопок водки, сделала свое дело. И вот меня уже приглашают на танец и вновь что- то шепчут о моих «сногсшибательных округлостях».

- Дарина, я тебя умоляю! Ну, потанцуй с ним хоть разок! Для меня! – дергая меня за руку, говорила Томила, которая тоже уже была навеселе, и я почти ненавидела ее в тот момент.

Опять кто- то пытается заставить меня сделать то, чего я не хочу!

- Что тебе, жалко? Тебя же в постель с ним никто не тянет! Ты и так ему достаточно нагрубила, ну смягчи хоть чуть-чуть…

Я не хотела танцевать с Вовой, но мне все же было неловко за свою резкость, хотя я нисколько не жалела о ней. Я не стала обижать Томилу, которая так старалась меня развлечь. Она же не виновата, что все мужики - придурки. Я согласилась на танец, решив, что этим никак не уроню свое достоинство, и мысленно пообещав себе, что это будет первый и последний раз.

И все же, какое это мучение - танцевать медляк, с человеком, который тебе неприятен! Это тупое и нелепое топтание на одном месте из стороны в сторону, а в это время тебе в лицо дышат парами водки и пытаются прижаться поближе. И каких усилий стоит держать эту пресловутую дистанцию, чтобы только не чувствовать его тела!

А между тем мой партнер смелел с каждой минутой, и вот уже его руки начинают сползать с талии вниз. И как же хочется в этот момент, забыв о подруге, двинуть ему по роже и, гордо развернувшись уехать домой!