- -
- 100%
- +
Подхожу к клубу. На входе охрана не родная.
Жвачку жую посильнее, наушники на ушах, иду пританцовываю.
- Стопе малышка, - амбал остановил меня двумя пальцами в плечо.
Слюняво обсмотрел.
- В чём дело, я тут работаю, - недовольно жую жвачку.
- Не волнуйся, мы тебя не больно обыщем.
Здоровенными ладонями облапал везде проехался по телу, как так и надо.
- Сумку открывай.
- Качкого хрена?
- Я сказал сумку…
Резким движением открыла рюкзак, в котором куча всякого барахла.
Лапа охранника нырнула вглубь, поерзала.
- Доволен? - нахально усмехнулась я.
- Ну ты, не дерзи, а то ведь, могу и ещё разок обыскать.
- Мечтай придурок, - я вошла внутрь и пошла вниз по лестнице.
Совсем не обязательно знать амбалу, что я работаю только второй день и сегодня надеюсь… последний.
Ночь в самом разгаре, клуб гуляет. Музыка гремит. Бегаю с заказами. Терпеливо жду, когда же всё это закончится.
В полпервого ночи приехали какие-то люди. Важно прошли на второй этаж в вип зал. Туда же пошли несколько девок из танцовщиц. Вскоре потянулись заказы. Бармен махнул мне рукой.
Началось.
- Через минуту подойди, я наверх выдам.
Я кивнула и пошла в сторону туалетов. Подошла к большой пальме, что стоит между дверями женского и мужского, остановилась. Опустила поднос, прикрывая второю руку и запустила пальцы в землю. Нащупала то что нужно, достала и быстро спрятала в карман маленького передника.
Сразу к бармену. На поднос поставила коктейли и бокалы. Пару бутылок с выпивкой.
Руки начали дрожать. А сейчас никак нельзя. Я ждала этого момента несколько лет.
- Возьми себя в руки, - проговорила вслух, всё равно музыка долбит так, что никто бы не услышал, даже если бы стол рядом.
- Всё, выдохнула, собралась и иди.
Крепко взяла поднос, сжала пальцами.
Испортить нельзя, другого шанса не будет.
Поднимаюсь по ступеням и чувствую чем ближе, тем меньше я волнуюсь, тем холоднее мой взгляд и решительнее шаги.
Сегодня или никогда.
У двери охрана. Черт. Снова заволновалась. Но один из них просто открыл мне дверь и пошло улыбнулся заглянув в декольте, которое я предусмотрительно открыла как можно больше. Все всегда пялятся на мою грудь, на это и расчёт.
Тупица охранник не стал исключением.
- Спасибо, - проговорила я, стараясь не смотреть в его глаза, вошла в зал.
По стенам вокруг диваны. Стою посреди комнаты полной мужиков, и девок сидящих рядом с ними.
В этот момент я не вижу ничьих лиц, только одно…
Единственное лицо. Самое уродливое, самое ненавистное, самое плохое лицо во всей моей жизни. Вижу только его - Барона. Главаря этой волчьей стаи и стайки шакалов.
В центре. По обе руки две проститутки обнимают его и довольно улыбаются.
Несколько секунд я, как загипнотизированная смотрела на него. Опомнилась, поставила поднос на стол, выпрямилась и снова смотрю на самого мерзкого, отвратительного, ненавистного человека во всём этом мире.
Он смеется, открыв рот. Подносит к губам сигарету и щурится от дыма.
Сейчас или никогда.
Рука моя скользнула в карман, нащупала рукоятку маленького пистолета. Я быстро достала его и наставила на свою мишень – на Давида Ольшанского, по прозвищу черный Барон.
- У неё пистолет! - закричал кто-то.
- Гори в аду! – выкрикнула я и нажала на курок.
Прогремел выстрел.
- Сука, бойцы, кто её сюда пустил? Урою каждого, за что я плачу вам бабки… - проговорил Ольшанский, с каждым словом слабея.
Схватился за шею и начал медленно оседать.
Одна из девок возле него пронзительно закричала.
Тяжелый удар по плечу заставил меня выгнуться от боли. Но мне уже было всё равно. Потому что увидела собственными глазами, как умирает эта мразь.
-----
Замельтешило, забегало перед глазами. Острым лезвием пронзило тело Давида, он схватился за шею. Почему именно за шею? Под пальцами мокро. Хлюпает и пульсирует кровь, вытекая из маленького отверстия. Вытянул руку и в неясном, раздражающем свете увидел ладонь перепачканную в бурой жиже.
- Барон, Барон, смотри на меня, смотри на меня! - кричит кто-то и он смотрит, со всех сил открывает глаза, смотрит, но ничего не видит.
Только тени, кривые, пугающие, будто черти набежали растерзать его, в тот момент, когда слабость сковала тело.
Много рук с когтистыми пальцами схватились за него, все и сразу. Сейчас разорвут и утащат туда, откуда нет выхода, в адскую вечность. Это расплата.
Вот он - день икс.
Но почему так неожиданно. Без предупреждения. Он ещё столько всего не успел, столько не сделал.
Ничего не сделал. Ничего не оставил после себя. Раздерут коршуны всю империю, разорвут на куски демоны. Как жаль. Он так долго её создавал.
Мысли бегут, догоняя одна другую. Сознание бросает из стороны в сторону.
- Барон держись! – откуда-то сверху.
- Давид, вы меня слышите?
Среди темноты светлое пятно.
Что ещё за херня?
- Его фамилия Ольшанский, дура ты! Не знаешь Ольшанского!
- Как вы разговариваете с медработниками! Подождите за дверью!
- Делай что хочешь, но чтобы он выжил, иначе не выживешь ты!
,,Тигран как обычно жопу рвёт. Молодец парень. Отгоняй коршунов, этих прожорливых сук, что сбежались выпить моей крови. Может у тебя что-то получится,,.
Наверное сейчас Барон должен подумать о Боге. О его матери.
- Думай, сын мой, обо мне, - сказал кто-то совсем рядом, почти на ухо.
- Нет, я не хочу ещё. Рано, мне нужен сын. Это мне нужен сын, - шепчут губы.
Тело корчится. Снова ворвалась боль. Корежит. Выкручивает руки, ноги, внутренности пляшут безумный танец, заставляя тело биться в предсмертной агонии.
- Раздевайте его, быстро, - снова врывается человеческий голос.
Кто-то рвёт рубашку у него на груди.
- Мне нужен сын, я не могу умереть, - рука цепляется за кого-то, оставляя на белом кровавый след.
- Будет у тебя сын, молчи лучше, ты мешаешь.
И он снова проваливаюсь туда, на облака, в существующее только в его воображении пространство…
Самый страшный человек во всём городе Х. Самый опасный из всех, валяется на диване в сраном клубе и держась за шею, издаёт невнятные хрипы.
Он знал, что не умрёт своей смертью, но чтобы так неожиданно и скоро, совсем не рассчитывал.
Тот, кто держит власть в городе в своих кровавых руках, безжалостный и жестокий, убийца среди убийц, вот так просто корчится, подстреленный какой-то девчонкой. Маленькой сучкой. Это несправедливо…
Сознание врывается назад, в комнату где всё произошло.
Вокруг него мужики и шлюхи. Сегодня повод - день рожденья. Тридцать семь. Ещё один год он у власти. Память водит, подкидывает крупицы воспоминаний.
Эрик сказал, что бабло обдаст завтра, всё до копейки. Сема усмехнулся. Нехорошо усмехнулся. Подозрительно. Тигран зыркнул, показал взглядом – темнят, изворачиваются.
Вошла бесцветная официантка, никто как следует не разглядел её лицо… она достала пистолет. Маленький, блестящий. Наставила на Барона и сказала… что она сказала? От кого предала привет?
Какой урод из этих, что сидели рядом привёл убийцу?
Он заставит их съесть собственные яйца. Нет, сначала поджарит, а потом заставит съесть.
Это они, каждый из них давно и упорно мостятся рядом, хотят скинуть.
И эта чертова сучка, что же она сказала? – Гори в аду!
Самое смешное, что там он и будет гореть.
Только… с ней вместе.
-----
Второй удар выбил из меня сознание…
Холод, первое, что ворвалось в него вновь.
Дрожь в теле не унималась. Нужно унять. Они не должны видеть, что я боюсь. Только моё бесстрашие и безразличие. Да, лучше чтобы это было безразличие.
Понимаю, в живых меня не оставят. Пусть только сделают это быстрее.
Не открывая глаз, пытаюсь сообразить где я, но осознаю одно, лежу на холодном полу. Свернулась, обхватила плечи, пытаясь согреться. Не помогает. Скорее всего, это подвал. Сырость и холод пробирает до костей. Спертый воздух ударяет в ноздри, боль голове не даёт расслабиться, открыть глаза и подняться.
Да и зачем? Что я могу сделать? Сейчас мне все равно.
Время запущенно, таймер скоро остановится. Скорее бы. Я старалась не представлять чего-то ещё, не придумывать разные способы, какими от меня будут избавляться. И чтобы у них не возникло желания долго меня мучить нужно, спровоцировать сразу. Отсюда мне всё равно не выйти.
Время идет, а никто не приходит, чтобы убить. Как долго они тянут.
Чем дольше, тем хуже. Я начинаю хотеть жить.
Начинаю анализировать - стоило ли оно того.
Убила или нет?
Открыла глаза. Темно. Как не пытается глаз приспособиться к абсолютной темноте, ничего не получается. Это невозможно.
Я оттолкнулась от пола и начала вставать. Села, пошатнулась от боли. Ноет под лопаткой и у шеи.
Уроды. Все они уроды.
Встала, почувствовала слабость в ногах и в теле. На холодном полу не слишком хорошие ощущения, но мне всё равно. Я привыкла. Холод не самое страшное, что было у меня в жизни. Он привычен.
Громкие торопливые шаги разрезали тишину, я вздрогнула. Вот оно, начинается. Только бы выдержать, только бы не сломаться…
Дверь со скрипом отворилась и впустила в подвал немного тусклого света. Где-то дальше по коридору горит лампа. Мощный свет фонаря ударил в лицо, я закрылась руками, защищаясь от слепящего света.
- Иди за мной, - проговорил человек.
- Никуда я не пойду, здесь убивай.
- Вот сука, - он пошел на меня.
Защищаясь, я вытянула вперёд руки, но цепкая лапа схватила за волосы и поволокла наружу.
Я шипела как змея, изворачивалась, пыталась дотянуться до лица этого урода, но всё что получалось это беспомощно трепыхаться и хвататься за его рубашку, чтобы не упасть.
- Сука бешеная, сначала узнаем от кого ты, а потом прикончим, не переживай.
Лестница, ещё лестница, меня тащили куда-то вверх. Коридор. Тут пошел уже паркетный пол и стены, не воняющие сыростью. Открылась дверь, меня втолкнули в комнату.
Небольшая, пустая комната с маленьким окном под потолком. Стены - старая, затертая плитка. У стены стол посередине комнаты стул. Человек толкнул меня на этот стул, но я вскочила и отбежала в угол, так хотя бы я могу видеть, кто подходит.
Я влипла в этот угол и посмотрела на того кто притащил меня сюда. Он оказался не слишком высоким коренастым человеком. Молодой, тёмный, явно не русский.
Стараюсь смотреть смело, но думаю, получается не очень.
Стою, жду что дальше, сейчас будут выбивать признание. И что я скажу?
Ещё шаги. За дверью недолго поговорили. Потом дверь открылась, и вошли двое. Один сразу прошел к стене, положил на стол чемодан, открыл его и начал доставать какие-то странные предметы.
Молоток, топор, плоскогубцы, щипцы.
Под кожей у меня зашевелился холодок ужаса. Неужели пытать будут?
А что я могу сказать?
Этот, что привёл меня, о чем-то посоветовался с двумя пришедшими и повернувшись ко мне, засунул руку в карман достал телефон, нажал кнопку и проговорил:
- Как тебя зовут?
- Аня, - говорю давно выдуманное имя.
- Фамилия?
- Лукина.
Парень усмехнулся, и холодный взгляд прошелся по всей моей фигуре.
- А теперь настоящие? - от стола отошел человек в железными щипцами и пошел в моём направлении.
- Это настоящие, - говорю.
- Допустим. Кто тебя послал?
- Никто, - говорю и смотрю на того, что приближается.
- А если подумать?
- Никто, - повторила упрямо.
- Режь, - указал на меня невысокий и прошел в другой угол, как бы отдавая пространство другим.
Двое зашли с обеих сторон. Один начал подходить, и я снова вытянула руки, чтобы защищаться. Но одним уверенным движением он схватил меня за руку, потянул на себя и быстро сцепил на мне объятья. Он обхватил меня так, что я не могла пошевелиться.
Другой подошел, взял мою руку, ухватился за большой палец и наложил щипцы, острый край врезался в кожу и я ощутила, как нажимает он на рукоятку.
Тошнота покатила к горлу, в голове помутилось, я почувствовала, как проваливаюсь куда-то в небытие.
Несколько пощёчин заставили снова открыть глаза. Сижу привязанная скотчем к стулу, руки где-то сзади.
- Ничего я не скажу, лучше сразу кончайте, - говорю смело при этом чувствую, что все пальцы на месте.
- Неужели тебе не хочется облегчить себе участь. Если скажешь сразу от кого ты пришла, мы тебя просто быстро прирежем, раз и всё. Не будешь мучиться.
- Пошел ты, - говорю в рожу нагнувшемуся передо мной человеку.
- Ладно, я пойду, но только сначала ты скажешь, кто тебя послал убить Барона.
- Иди в жопу! - говорю и отворачиваясь.
Чувствую как трясутся у меня ноги, от того как сильно сдавила их плёнка скотча.
- Твоя жизнь сучка ничего не стоит, ты это понимаешь? Ни копейки, а тот человек, что тебя послал сейчас жрёт, наслаждается жизнью, трахается и смеётся над тобой. Ты оказалась такой дурой, что полезла в логово к Барону.
- А мне насрать, - говорю улыбаясь.
- Хорошо давайте, - показывает мужиками и он подходят с каким-то ящиком с проводами.
- Это ток, он пройдёт сквозь всё твоё тело и возможно сожжет что-то из внутренностей.
- Отлично говорю, - а сама представляю.
Они начинают подсоединять ко мне какие-то провода, молча сурово поглядывая на мою грудь.
- Готово, - сказал, один и подошел к аппарату.
- Ну что, ты скажешь или всё-таки ток?
- Включай свою машинку, - говорю смело, - вы все тоже скоро будете гореть.
Злобно плюнула на них, и мужик нажал рычаг.
2
На экране комната. Посередине девчонка, привязанная к стулу.
Сейчас, когда волосы её в беспорядке разбросаны, лицо кажется знакомым. Но это не одна из проституток. Хотя он не сказал бы точно сколько сотен шлюх прошло сквозь его член. Их, ничего не значащие лица он даже не помнит. Просто мелькающие картины. Поэтому сейчас отталкивается только от опыта и интуиции. Не похожа девка на шлюху.
На пытках колются все. Достаточно приложить к пальцам щипцы и все говорят всё. Эта на щипцах молчала. Вырубилась, но не сказала ни слова.
Впервые Давид видит такое, чтобы кто-то не прокололся на щипцах. Дальше ток. Там можно по нарастающей. С малого тока, на первом этапе все начинают говорить. Эта молчит, упрямо стиснув зубы. Видно профи.
Но тогда почему, если она профи, так глупо попалась. Возможно, это и была задача попасть внутрь. Только что она сможет связанная по рукам и ногам. Нет, не профи.
Кто пошлёт не профи. Только идиот.
Давид наблюдает за тем, что происходит в комнате и копаясь в мозгах, отбрасывая всё лишнее, пытается понять, кто послал эту дуру его убивать.
Профи не промазал бы и не стрелял бы в него из дурацкой женской мелкашки. От такой игрушки мало толку. Нужно попасть в глаз, чтобы пробить мозги, и тогда возможно будет смысл. А так, царапина. Правда ещё немного и девка могла попасть в сонную артерию, но и тогда бы его спасли.
От кого же пришла эта сучка?
Весь день, лёжа в палате в клинике доктора Соболева, Давид обдумывает этот вопрос. Парням дал суровое указание выбить из этой суки всё что она знает. Но что-то она не сильно разговорчива. Ещё и смеётся парням в лицо.
Давно он не видел, чтобы так смело вели себя в комнате для пыток. Тем более, чтобы молодая девка. Ей на вид не больше двадцати.
В дверь постучали.
- Входи, - беззвучно проговори Давид и в шее что-то закололо, - черт.
Врач запретил разговаривать, несколько дней нужно молчать как рыба. А как молчать.
Вошел Тигран.
Давид жестом показывает – Ну как?
- Молчит. Хрен его знает, откуда такая взялась упрямая. Сдаётся мне там что-то личное.
Давид губами показал что недоволен.
- Дай время, выбьем. Это мы ещё не всё сделали. Ты оклемаешься, можно ещё попробовать. Пока пусть поваляется в подвале.
Давид показал жестом.
- Та мы ей только воду оставили. Без жрачки пусть посидит, неделю можно.
Указал на шею.
- Нет, пока не узнаем от кого, мочить не будем, не волнуйся.
Удовлетворённый Давид закрыл глаза. Потом снова открыл. Показал пальцем вокруг.
- Всё собираем, как положено. Всё тикает. Конкуренты притихли не к добру это. Как бы не прислали кого посерьёзнее.
Давид согласно моргнул.
- Тут у нас танк не проедет на каждом этаже вооруженная охрана. Очистили этаж сверху и снизу. Нет никого кроме наших бойцов.
Удовлетворенно моргнул.
- Что ещё?
Тигран понимает всё без слов, такой помощник Давиду достался давно. Вытянул пацана с улицы, от наркоты вылечил, теперь этот верный как собака.
Показал рукой, что пишет и пистолет типа держит.
- Да я понял, всех кого замочили - список…
Показывает от пола низко.
- Дети - понял. Всех детей проверить. Будет сделано. Ты это давай быстрее, - Тигран единственный человек кто по-настоящему хочет, чтобы Давид оставался жив.
Пошел к двери, там обернулся:
- Короче, девка будет ждать тебя для разговора.
Моргнул. Показал, чтобы поесть ей дали.
- Ладно, покормим. Но она сука упрямая и дерзкая такая аж бесит.
Ладонью показал, не бесись. Успокойся.
- Хорошо, буду спокойным, насколько это возможно.
Открыл дверь и вышел.
Что-то тут не так. Давид чувствует не простая эта девка. Ох, непростая.
-----
В темноте, словно в бесконечности.
Не знаю сколько прошло дней или недель, не знаю за стеной день или вечер, знаю только что уже скоро жизнь моя изменится. Хорошей она не была, лучше не станет. Оборвётся, только вот как, это ещё вопрос открытый. Я готова ко всему, знаю, эти твари получат своё, пусть не сейчас, но потом.
Единственное чего мне хочется это ещё раз посмотреть в его лицо. Глянуть и умереть. Больше ничего не нужно. Жажда убить его, и жажда видеть переплелись в одну непосильную.
Ненавидеть легче, чем любить, это я уже поняла.
Иногда приходит человек, приносит мне еду, воду и выводит в туалет. Тогда, я встаю с пола и иду на полусогнутых ногах. Несколько шагов из подвала. Потом возвращаюсь в ставшую уже родной темноту. Привыкла. Понимаю, это последнее, что мне предстоит видеть.
Иногда я плачу. Не потому что жалею о том, что сделала и не, потому что попала сюда, а потому что всё могло быть иначе. Если бы только всё было иначе, возможно сейчас я была бы, там, рядом с ним, но я здесь, теперь это моя участь.
А его участь, видно не мной решиться.
Как хотелось стать его убийцей – не получилось.
Шаги. Дверь заскрипела. Вошел человек, осветил меня фонарём. Быстро подошел и прежде чем я успела что-то сказать или кинуться сопротивляться, схватил меня под руку и потащил к выходу.
Всё - это конец.
Силы покидают. Слабость наваливается, сковывает движения, стягивает шаг, заставляет болтаться руки. Мне всё равно. Уже всё равно. Пусть поскорее кончают.
Меня втолкнули в комнату. Двое мужиков схватили за руки, оттянув их назад. Один схватил за волосы, заставляя взгляд неподвижно уставится в стену.
Вошли ещё несколько человек. Среди них Барон.
Вот он, перед моими глазами. Черный, высокий, с тёмным суровым взглядом, обращённым на меня.
- Ну здравствуй, девочка-убийца.
Он проговорил это таким спокойном голосом, что я даже подумала, сейчас меня отпустят и мы просто поговорим. И может быть, у меня появится возможность вцепиться в его лицо ногтями, а может и в шею замотанную тёмным шарфом. Тогда я точно не упущу свой шанс.
- Ты заставила меня разозлиться и убить несколько ни в чём не виновных людей. Нехорошо, Аня Лукина.
- Мне плевать, - говорю зло.
Скулы сводит от натяжения волос, так сильно этот гад держит и так больно, но мне плевать, они не увидят моей боли.
- Ты тоже сегодня умрёшь. Только перед тем как это случится, очисти душу от ненужного зла и голову от ненужных имён. Произнеси их и иди с миром, в мир иной.
- Не дождёшься. Пусть твои мозги всю оставшуюся жизнь будут заняты этим вопросом. А жить тебе недолго осталось. Такие уроды как ты, всегда получают своё.
- Откуда такая уверенность? – на лице его улыбка дьявола.
Снисходительное и удивлённое выражение. Наверное, считает меня глупой.
- Потому что ты мразь, а мрази долго не живут, - говорю, бросая слова ему в лицо.
Взгляд его бегает по мне, пытается зацепиться за что-то, чтобы вспомнить.
- Скажи только одно имя и ты уйдёшь без мучений. Если не скажешь, тебя ждёт очень короткое и очень плохое будущее. Мы всё равно узнаем от кого ты пришла, но хочешь ли ты, чтобы перед этим тебя трахнула толпа потных мужиков? Выбор за тобой.
Не знаю, почему я сопротивляюсь и о каких муках он говорит, не догадываюсь. Не знаю почему не произношу имя, ведь так было бы намного проще. Я не хочу, чтобы эта стайка уродов смеясь и комментируя поиздевалась надо мной, а потом выкинула в мусорную кучу моё тело. Но я упрямо молчу и тем самым ухудшаю своё никак нелёгкое положение.
Страх отключился несколько минут назад, когда я увидела Барона. Неоправданная, губительная смелость вгоняет меня в ситуацию, из которой только один выход – смерть. Но я тяну и ничего не делаю, для того чтобы облегчить или предотвратить.
Почему?
Потому что я не верю в то, что он убьёт меня.
Барон пошел на меня, подошел так близко, что я почувствовала его дыхание.
- Мне нравится твоя смелость, но она тебе не поможет, - проговорил, рассматривая моё лицо.
- Вы все горите в аду, - повторяю фразу, за которой легче спрятаться.
В глазах Барона сверкнула ярость. Он схватил меня за подбородок, сдавил скулы.
- Ад, там где мы, совсем скоро ты это узнаешь.
Несколько раз я вздохнула, а потом собралась с силами и плюнула ему в лицо.
Он замер, прикрыл глаза, словно запоминая этот момент навсегда. Потом прошелся по лицу рукавом.
- Ну что же, сегодня у Лилианны появится новая бесплатная шлюха. Тебя будут драть все кто захочет! И как захочет! Забирайте её!
Меня скрутили и снова поволокли.
- Передайте Лилианне, это подарок от Барона! – крикнул он нам в след.
Не совсем понимаю, что происходит. Ещё не верится в его слова. Под впечатлением от встречи, всё еще не могу переварить, куда и зачем меня ведут.
Вышли во двор, холод охватил босые ступни, кроссовки они сняли с меня ещё в самом начале. Лень наверное было вынимать шнурки. Ветер врывался под распахнутую рубашку. Куртка моя и сумка всё осталось в клубе. Они уже не понадобится.
Меня втолкнули в машину.
Единственное, что поняла - больше не увижу Его никогда.
В машине сижу между двух отморозков. Стиснули твёрдыми боками с обеих сторон.
Руки мои связаны тугой лентой. Не сопротивляюсь, это бесполезно. Не усугубляю положение, оно и так хуже некуда.
В голове хаос. Сейчас, когда сам Барон отправил меня куда-то я понимаю, наверное, теперь придётся совсем не сладко. До этого момента всё казалось нереальным, а сейчас я почувствовала вот оно, совсем рядом. Не хочу представлять, что со мной сделают, но где-то в голове пульсирует - Тебя будут драть все кто захочет! И как захочет!
Ещё теплится надежда. Может, нужно было сказать? Тогда бы убили тихо. А теперь, что будет?
Леденящий страх охватил тело. Чем дальше едем, тем хуже я себя ощущаю. Тошнота подкатывала к горлу, и я закрывала глаза, сдерживая позывы.
В машине только музыка, пара фраз между бандитами, но я не воспринимаю, не слышу о чём они говорят. В голове засели лишь слова Барона.
Если нужно смириться с тем что есть и закрыв глаза принять это, я приму. Обречённо и наверное бессмысленно.
В сердце больше ненависти к нему. Ещё больше. Куда столько? Разве может сердце до того ненавидеть одного человека. Может. Это всё что я делаю последние месяцы. Ненавижу черного Барона. Вталкиваю в себя эту ненависть насильно, для того чтобы вытеснить что-то другое, чего не должно там быть.
Как жаль что не получилось убить. Как жаль. Я начала молиться, просить бога, чтобы кто-нибудь другой сделал это за меня.
Машина остановилась в тёмном пустыре. Дверь открыл тот, что справа и потянул меня за связанные руки. Я вылезла из машины, споткнулась, он удержал меня.
- Не падай, - проговорил даже с сочувствием.
Может, отпустит? Вряд ли.
Пошли к двери очертания которой в темноте не сразу заметны. Парень стукнул пару раз кулаком. Никто не открывает, стукнул ещё раз. За дверью гулкие шаги.
Прогремел засов, со скрипом железная дверь открылась. Мужик с некрасивым лицом прищурившись посмотрел сначала на того кто меня привёл, потом на меня.
- Привет, что тут?
- От Барона подарочек Лилианне. Принимай бесплатную шлюху, - он толкнул меня в проём, а уродливый мужик подхватил за связанные руки.