Измена. Истинное лицо моего мужа

Глава 10

Алиса

- Что?? – рвано выдыхаю и облизываю мгновенно пересохшие губы. Кончики пальцев немеют. Воздух перестаёт поступать в лёгкие, а адреналиновая волна ударяет по мне с такой силой, что в ушах становится слышно бешеную пульсацию собственной крови.

Я резко разворачиваюсь к Артёму всем телом, с силой опираюсь рукой на стол и этим движением сбиваю сахарницу. Белая керамическая крышка бьётся о начищенную столешницу с глухим стуком, и сахар рядом рассыпается горкой… но я почти не обращаю на это внимания.

Меня жгут изнутри, разъедают, изувечивают его слова.

Это же неправда!

Машка бы никогда!

Только не Маша! Нет!

Я с леденящим душу ужасом всматриваюсь в зелёные глаза Артёма, пытаясь найти в них хоть один намёк на то, что он сейчас так неудачно пошутил или просто решил в очередной раз грязно поиграть со мной… Но вижу в них лишь холодную, беспристрастную ясность.

- Скажи, что ты лжёшь! - Требую сипло.

Артём театрально молчит, но холодного взгляда с моего лица не спускает, а уголки его губ медленно ползут вверх, превращаясь в отвратительное подобие презрительной усмешки.

Позёр. Чёртов позёр!

"Ну же, скажи!" - мысленно требую.

Ритм моего сердца набирает обороты, удары становятся всё яростнее, и, кажется, вот-вот оно взорвётся в груди. Боль разъедающим ядом сочится из растревоженной раны.

- Почему я должен врать тебе? - он задаёт этот вопрос мне в лоб, не пряча своего прямого взгляда, лишь его правая бровь медленно ползёт вверх... и я понимаю, что он не лжёт.

Это правда.

Сердце болезненно сжимается в груди, и я чувствую, как по моей щеке медленно стекает одинокая слеза.

Резко отворачиваюсь. Не хочу, что Артём видел меня такой.

Раздавленной. Жалкой. Ничтожной... обманутой всеми.

- Она... она не могла... - горький шёпот сам срывается с моих губ, - не могла... это же моя Машка… - в груди бурлит, сердце нещадно колотит.

Артём молчит, и я благодарна ему за эти мгновения тишины.

Прикрываю глаза, пальцами размазываю по холодной щеке свои слёзы. В памяти всплывают наши встречи с Машей, наши прогулки, дурачества, ночные разговоры...

Значит, всё это была ложь.

Получается, она играла… чтобы что?

Добраться до Яна?

Он ей так понравился или это назло мне?

Я её чем-то обидела, и она отомстила мне так... отвратительно?

Или ей так нужны были его деньги?

Или она сделала это просто из зависти?

Боже! Она же знала, что я люблю его!

Закусываю губу до боли, ощущая, как железный вкус крови смешивается с острой горечью на языке. В груди колет. Сердце то замирает, пропуская удар, то разгоняется и бешено пульсирует где-то в горле.

Прикрываю на несколько секунд глаза, чтобы хоть немного успокоиться и унять вспыхнувшие внутри эмоции.

Боже… Маша и Ян.

Как они могли?

Когда?

И снова в памяти всплывают обрывки воспоминаний.

Я помню, как познакомила их... и в тот момент я ничего такого не заметила. Супруг просто поздоровался с ней и ушёл в свой кабинет. Когда начались их отношения?

Может, они встречались, когда я засиживалась в университете над чертежами?

Или когда он «задерживался на работе»?

Встаю, неуверенно опираясь рукой о стол, когда слышу, как открывается дверь в ванной. Всё тело сотрясает крупная дрожь, но я должна всё узнать сейчас.

Артём вслед за мной молча поднимается. Он больше не смотрит на меня. Выходит из-за стола, освобождая мне проход, и подходит к окну. Открывает его, впуская в комнату холодный воздух, и закуривает.

Прохожу вперёд и останавливаюсь прямо напротив выхода из кухни. Ноги ватные, в горле стоит ком…

Я всё ещё не хочу верить, но с трудом заставляю себе посмотреть подруге в глаза, когда она входит на кухню.

- А что происходит? Почему все такие мрачные? – Маша касается взглядом сначала застывшего у окна с сигаретой в руках Артёма, а потом обращает его на меня… и её сияющая улыбка гаснет, а уголки губ медленно ползут вниз.

Её вопросы повисают в густеющем от напряжения воздухе.

В застывшей тишине кухни сейчас слышно только наше напряжённое дыхание и шум просыпающегося города, который проникает в квартиру в открытое окно.

Я стою напротив Маши, и наверно сейчас я впервые смотрю на неё, не как на свою лучшую подругу, а как на девушку.

Смогла бы она понравиться Яну?

Уверена, что да.

Маша очень красива.

А сегодня она явно превзошла себя, чтобы покорить своим видом одного конкретного хищника на нашей кухне... Возможно, также она постаралась, чтобы заполучить и Яна?

Сейчас её длинные светлые волосы собраны в высокий хвост и завиты на концах. Пухлые губы ярко накрашены красной помадой, а длинные ресницы обрамляют аккуратно подведённые чёрным карандашом голубые глаза.

Она растеряно застывает передо мной. На ней облегающее светлое платье крупной вязки. Помнится, когда-то я назвала его очень сексуальным.

Горько усмехаюсь своей глупости.

- Как давно ты спишь с Яном, подруга? – складываю руки на груди и в лоб задаю Маше свой главный вопрос. Мой голос звучит на удивление громко, ровно и слишком спокойно.

Эмоции быстро начинают сменяться на лице Маши, словно гипсовые маски быстро меняются одна за другой, трескаются, осыпаются. Её красивые голубые глаза расширяются, наполняясь чистым, животным страхом… и она отшатывается от меня, будто я сейчас своим вопросом больно ударила её.

- Я… я… - её яркие красные губы почти беззвучно двигаются, извлекая лишь отдельные звуки, словно Маша от шока не может собрать их в слова… Но самое главное – она не пытается отрицать.

Не кричит: «Как ты могла подумать такое про меня!» или «Что за чушь ты говоришь, Лис?!»

Она просто смотрит на меня тем же перепуганным взглядом, который был у неё вчера, когда Ян тащил её за локоть.

И это – окончательный приговор. Артём не солгал.

Надежда, та крошечная, глупая надежда, что всё это какая-то нелепая злая шутка, рассыпается как карточный домик.

Краем глаза я вижу, как Артём у окна медленно выдыхает дым. Он не смотрит на Машу. Его взгляд прикован ко мне. И в этом взгляде нет торжества. В нём что-то другое… то, о чём я не хочу сейчас думать.

Слишком больно и гадко на душе.

Лучшая подруга и муж меня предали… и я даже не знаю, чьё предательство оказалось больнее…

Мой мир разрушен до основания, и сейчас я стою посреди его кровавых обломков совершенно одна…

Внезапно горячие пальцы Артёма сжимают мою холодную ладонь, и я вздрагиваю.

Поворачиваюсь к нему.

Странно, но я даже не заметила, как он подошёл ко мне, а ведь я никогда в его присутствии не позволяла себе быть слабой, а сегодня… сегодня всё идёт наперекосяк, впрочем, как и вчера.

- Я думаю, нам пора.

Не отвечаю, просто позволяю Артёму вести меня, а когда я прохожу мимо застывшей у порога кухни Машки, она вдруг больно хватает меня за руку и ядовито шипит мне в лицо:

- Ян никогда не любил тебя, дура! Он всегда был моим! Это твой папаша заставил его на тебе жениться!

Глава 11

Алиса

Задыхаюсь от её слов.

Неприятные холодные мурашки мгновенно рассыпаются по моим рукам, а её пальцы больно впиваются в кожу на запястье.

Маша зло прожигает меня своим взглядом, смотрит как на врага… а ведь я все эти годы, что мы учились в универе, считала её лучшей подругой.

Воздух вокруг нас становится густым и едким, словно я вдыхаю не кислород, а разъедающий яд. Вкус предательства, горький и металлический, быстро заполняет рот.

Один глубокий вдох, и я резко выдёргиваю свою руку из её захвата. Злость взвивается внутри ярким, ослепляющим пламенем, выжигая всё внутри.

- Не смей ничего говорить про моего отца! – яростно выдыхаю, и мой голос трещит от напряжения.

Сталкиваемся с подругой-змеёй пылающими взглядами, а она вдруг усмехается:

- Что? Понимаешь, что я права, да? – Маша нагло бросает свой вопрос мне в лицо. Её дыхание касается меня запахом кофе и сладкой жвачкой. – Ян никогда бы не женился на такой замухрышке по собственной воле! Да ты посмотри на себя! Какой мужик на тебя поведётся в здравом уме?! – Противная улыбка расползается по перекошенному от злости лицу Машки, а потом она тихо цедит мне в лицо, немного наклоняясь вперёд и заглядывая в глаза. – Ты была сделкой, Лис. Выгодной сделкой с твоим драгоценным папочкой!

Чувствую, как разъедающая меня горечь ползёт выше по горлу, обжигая его кислотой, но я с силой сжимаю кулаки, впиваясь своими маленькими аккуратными ногтями в ладони.

Боль помогает собраться.

Ни за что не позволю себе при ней раскисать!

Не получит она такого зрелища!

- Что же Ян сейчас за мной бегает, а не за тобой? Похоже, он не сильно нуждается в тебе, Маша. – Ядовитым шёпотом произношу предательнице в лицо и заставляю губы изогнуться в кривой ядовитой ухмылке.

Внутри всё печёт, горит огнём злости, боли и унижения, но я держусь… держусь за собственный гнев.

Она меня предала!

Она врала мне в лицо!

Она спала с моим мужем!

- Ах, ты тварь! – громко рычит «подруга», и её лицо искажается гримасой чистой, неконтролируемой злобы. Она быстро взмахивает рукой, чтобы залепить мне пощёчину.

Я инстинктивно отшатываюсь назад, спиной больно вбиваюсь в стену. Закрываю глаза, жмурюсь, всё тело напрягается в ожидании унизительного и жгучего удара... но ничего не происходит.

Вместо звука пощёчины раздаётся сдавленный, болезненный писк.

Резко распахиваю глаза... и застываю на месте.

Впереди, в полушаге от меня, стоит Артём. Он почти полностью закрывает меня своей широкой мускулистой спиной, обтянутой чёрной водолазкой. Его рука мёртвой хваткой сжимает запястье Маши, остановив её замах на полпути.

«Подруга» кривится от боли, дёргает рукой, пытается вырваться, но из хватки Артёма самой освободиться невозможно… я знаю.

Молча смотрю на них. Страх холодом касается кожи.

Я помню Артёма таким.

Злым. Безжалостным. Опасным... Неуправляемым.

Вижу, как резко бледнеет Маша, а моё сердце запрыгивает в пересохшее горло и начинает неистово там стучать, отдаваясь громким гулом в ушах.

Напряжённые мышцы перекатываются на спине и руках Артёма. Я чувствую исходящую от него волну холодной ярости, будто вокруг него сгущается морозный воздух.

- Ты бы притихла, красавица. - Его голос звучит негромко, почти ласково. Артём не повышает тон. Он его опускает, заставляя леденеть воздух… и эта фраза становится приставленным к горлу Маши отточенным лезвием.

Глава 12

Алиса

- Так ведь и пораниться можно. Согласна?

Тихий голос Артёма мурашками растекается по моей похолодевшей коже. Не выдерживаю и обхватываю себя руками. Воздух буквально пульсирует от напряжения.

Маша испуганно замирает и перестаёт вырываться. Я вижу, как она кусает губы от боли, но не произносит ни звука. Весь её гнев сдувается, сменяясь животным, примитивным страхом.

Нервно сглатываю. Лопатками плотно упираюсь в стену, желая слиться с ней в единое целое.

Тяжесть, с которой Артём смотрит на мою бывшую подругу, ожидая от неё ответа, ощущаю даже я… и холодные капельки пота стекают по моей спине. Я будто вернулась в своё школьное прошлое.

Боже…

Растираю ладонями замёрзшие руки.

Хочется как можно скорее вырваться отсюда, но я знаю, что Артём не отпустит.

Уверена, Маша также остро, как и я, сейчас ощущает исходящую от застывшего перед ней хищника лютую опасность.

Наконец она заторможено кивает, едва шевеля головой. Дыхание вырывается из неё частыми рваными всхлипами.

- Умница.

Этим словом Артём словно поглаживает притихшую от ужаса Машку по голове… как правильно выполнившую команду собаку.

Он медленно разжимает пальцы и отпускает её запястье.

Маша тут же испуганно отпрыгивает на несколько шагов назад вглубь кухни и с силой растирает пальцами покрасневшую кожу.

Я всё это время почти не дышу.

Сердце бьётся в груди неровными, яростными скачками, расталкивая похолодевшую кровь по венам.

Словно в замедленной съёмке смотрю, как Артём медленно поворачивается ко мне. Его лицо не выражает никаких эмоций, но в зелёных глазах, когда он смотрит на меня, на долю секунды мелькает что-то острое, оценивающее.

Проверяет не испугалась ли я, снова встретившись с его скрываемой под слоем лоска настоящей натурой?

- Собирай свои вещи, Элис. Я подожду тебя, - произносит по-прежнему спокойно и ровно, будто сейчас совершенно ничего не произошло… но его тон не оставляет мне места для вопросов или колебаний.

Киваю и быстро отталкиваюсь от стены. Ноги ватные, но я заставляю их двигаться.

Запах морской свежести толкается в нос, как только я вхожу в комнату, в которой спала. Пальцы плохо слушаются, дрожат, когда я быстро снимаю с себя пижаму.

Дышу рвано и тяжело.

Открываю свою сумку, которая вместила самые необходимые мне вещи, когда я вчера уходила из дома… когда надежда, что рассказ о том, что мой муж посещает стриптиз клуб и уединяется в випках с танцовщицами – это чья-то выдумка, нелепая шутка, ещё жила во мне.

Сквозь боль и отвратительную горечь, растекающиеся в груди, я нахожу в себе силы для радости – это счастье, что я вчера не успела разобрать свои вещи!

Вздыхаю и достаю из сумки любимые серые джинсы и белый вязаный свитер. Быстро переодеваюсь и возвращаюсь в прихожую.

Артём уже ждёт меня у открытой двери. Маши не видно – очевидно она прячется в кухне.

Молча подхожу к парню, и он тут же забирает из моих рук тяжёлую сумку.

Касаемся друг друга пальцами… быстро, вскользь, но от этого прикосновения шарашит током.

Секунда глаза в глаза… и Артём шире открывает входную дверь, пропуская меня вперёд.

Делаю шаг за порог, слышу, как в прихожую спешит Маша, но не оборачиваюсь.

Решительно иду вперёд. Мне ей сказать больше нечего.

Дверь с тихим щелчком закрывается за нашими спинами, навсегда отрезая от меня эту часть моей жизни.

К лифту не подхожу. Несмотря на всю мою растерянность сейчас, сознание ещё помнит базовую установку – не оставаться с этим хищником наедине!

Сворачиваю к лестнице, и Артём без разговоров следует за мной. Его шаги гулким эхом отдаются в подъезде… а я своей спиной чувствую его тяжёлый неотрывный взгляд и тороплюсь спуститься скорее.

На первом этаже Артём опережает меня и галантно открывает передо мной дверь на улицу.

Осторожно проскальзываю мимо него.

Утренний воздух, холодный и влажный, сразу приятной прохладой касается моего лица.

Спускаюсь со ступеней подъезда и останавливаюсь.

На улице пахнет мокрым асфальтом и… свободой, новой жизнью, которая сейчас безумно пугает своей неопределённостью.

Артём останавливается рядом.

Чёрт… это так непривычно – стоять плечом к плечу с ним.

Чувствую, как все маленькие чувствительные волоски на руках приподнимаются, и сонмы мурашек растекаются на коже.

- Спасибо тебе, - решительно поворачиваюсь к Артёму и ловлю его взгляд. Сказать что-то ещё не получается – все слова застревают в горле. Так и продолжаем молча смотреть друг на друга.

- Я подвезу тебя.

- Нет! – Слишком резко выпаливаю и замечаю, как мужской взгляд мрачнеет. – Дальше я сама, - говорю уже тише, протягиваю руку за своей сумкой… и цепенею от ужаса.

В нескольких метрах от нас, прислонившись к грязному борту своего чёрного внедорожника, стоит очень злой Ян.

Глава 13

Алиса

Выпрямляюсь, так и не успев взять в руки сумку. Воздух застывает в лёгких, превращаясь в колючую ледяную крошку, и холод ползёт по венам, когда я ловлю на себе тяжёлый взгляд мужа.

Нервно сглатываю и переминаюсь с ноги на ногу.

Артём, сразу уловив перемену в моём лице, напрягается. Его широкие плечи расправляются, полностью загораживая меня от мужа. Он медленно поворачивается к Яну, и я чувствую, как от него снова исходит волна опасного концентрированного холода.

Немного наклоняюсь вбок, чтобы видеть мужа… и в этот момент Ян отталкивается от грязной двери своего внедорожника и широкими размашистыми шагами идёт к нам.

Мне жутко страшно смотреть в его лицо. Кроме свежих следов драки: ссадины на щеке, фиолетового отёка под правым глазом, на нём проступает жгучая ярость, искажающая знакомые черты до неузнаваемости.

Сердце замирает, забывая, что нужно качать кровь, а потом в ужасе ухает в пятки... и я сама бы сейчас, наверно, рухнула на асфальт от страха, но из последних сил заставляю себя стоять ровно и не убегать... и не падать.

Я осторожно делаю шаг назад и вбок, чтобы видеть их лица.

Ян останавливается в полуметре от Артёма. Мужчины застывают напротив друг друга, как два ядерных атомохода, готовых в любой момент взорваться. Они тяжело дышат, сильные плечи расправлены, а ноздри гневно раздуваются.

- Я смотрю, тебе и в глухом лесу были не рады, - голос Артёма звучит ровно, но в нём слышится шипение раскалённой стали. Он делает паузу, давая словам проникнуть в сознание, а потом бросает чётко и холодно в лицо Яну: - Крыса.

Ян вздрагивает, его скулы мгновенно заостряются, и по ним ходят желваки.

- Ах ты, падаль, - он шипит сквозь стиснутые зубы. – Подожди, я ещё доберусь до тебя, мелкий ублюдок.

Ян зло скалится в мерзкой, кривой усмешке... и вдруг резко переводит свой тяжёлый, мутный взгляд на меня. Глаза, налитые кровью, бешено горят обещанием расправы.

Я инстинктивно отшатываюсь назад ещё на полшага.

- В машину, живо! – его хриплый злой приказ бьёт меня, как резкий удар хлыста, но я нахожу в себе силы и смелость отказаться.

Отрицательно качаю головой, чувствуя, как внутри всё сжимается в один маленький, дрожащий комок. Я таким разъярённым мужа никогда не видела… и это жутко, до безумия страшно.

Артём снова плавно, уверенно передвигается и полностью загораживает меня собой. Его спина теперь единственное, что я вижу.

- Отвали от неё, - произносит он ледяным, лишённым всяких эмоций голосом, и он даже меня пробирает до костей, вызывая мурашки по всему телу.

- На хуй пошёл, щенок! – рычит Ян и толкает Артёма плечом, но мой защитник ни на миллиметр не сдвигается. Он будто врос в асфальт. Только мышцы на его спине напрягаются как стальные тросы.

- Рот закрой, - произносит Артём так же холодно, но теперь в его голосе слышна ледяная ярость.

- Что, на жену мою засмотрелся? – подначивает его Ян, подходя к Артёму вплотную, и я не понимаю, чего он добивается?? Зачем дразнит этого опасного хищника?! – Получается, зря тебя папаша в Англию отправлял. Не смогли заграничные цацы вырва...

- Заткнись! – грубо, резко перебивает его Артём. В его голосе впервые прорывается что-то живое – короткая, сдержанная вспышка ярости. – Захлопнись и вали отсюда.

- Обязательно, - слишком довольно, почти торжествующе ухмыляется Ян. – Жену свою только заберу. Алиса, быстро в машину! – громко и грубо бросает он мне из-за плеча Артёма.

- Она никуда с тобой не поедет, - уже более спокойно, но с той же железной уверенностью произносит Артём. Он на пару мгновений оборачивается ко мне, и его зелёные глаза ловят мой испуганный взгляд. – Элис, возьми ключи.

Он быстро опускает в мою холодную ладонь ключи от машины, а потом передаёт мою сумку. Его пальцы касаются моих на секунду – прикосновение быстрое, но от него по руке пробегает разряд тока. Потом он резко оборачивается обратно к Яну, снова становясь стеной между нами.

- Ни хрена! Алиса, не смей! – рявкает Ян.

Мужчины продолжают спорить, а я делаю один шаг назад. Потом второй. Взглядом нахожу на стоянке низкую спортивную машину Артёма, блестящую под тусклым утренним светом… и вдруг понимаю, что меня так напрягло в их перепалке.

Они знакомы!

Ян и Артём давно знают друг друга.

Ян упомянул в разговоре «папашу» и Англию.

Артём знает, что и как говорить, чтобы ударить Яна больнее.

Вот же чёрт...

Бросаю растерянный взгляд на по-прежнему препирающихся мужчин.

Ян стоит разъярённый, жестокий, с лицом, искажённым обидой и злобой.

Артём – холодный и собранный… и смертельно опасный.

Я вдруг отчётливо понимаю, что ничего хорошего для меня от них обоих не будет.

Да, Артём мне помог. Сегодня. Но до этого... Я знаю, каким чудовищем он может быть. Я видела, как он ломал людей не только руками, но и словами, своим ледяным, пробирающим до костей взглядом.

Я всё хорошо помню.

Решение приходит в мою голову внезапно.

Я делаю ещё несколько шагов к машине Артёма. Нажимаю на кнопку брелока. Сигнализация тихо щёлкает, фары мигают… а я наклоняюсь и кладу ключ-карту на мокрый асфальт около переднего колеса.

Выпрямляюсь, удобнее перехватываю ремень своей сумки и, не оглядываясь, стремительно ухожу прочь со двора. Мои шаги постепенно ускоряются, и вскоре я просто срываюсь на бег. Холодный воздух обжигает лёгкие, сумка бьёт по бедру, но я не останавливаюсь.

К чёрту этих двоих! Подальше от них!

Я со всем справлюсь сама!

«Или нет..?» - больно бьёт моё кипящее от страха сознание этот вопрос, когда я врезаюсь с разбегу в твёрдый мужской торс…

Добегалась.

Глава 14

Никита (Бес)

Девчонка врезается в меня всем своим хрупким телом и тут же по инерции отлетает назад, будто наткнулась на стену. Чуть не летит на асфальт.

Осторожно ловлю её за тонкие плечи в мягком белом свитере, и она рвано, испуганно как-то выдыхает, и тут же по её телу проходит мелкая дрожь.

Точно испугалась.

- Куда торопишься? – спрашиваю, стараясь, придать голосу лёгкости, чтобы не шарахалась меня.

Зазноба Тёмыча резко запрокидывает голову. И вот уже на меня смотрят её большие голубые глаза, полные такого страха, что аж меня пробирает. Но уже через пару секунд паника в её взгляде тухнет, сменяясь осторожным осознанием. Девчонка всматривается в моё лицо и, кажется, наконец узнаёт меня.

Бинго.

- Узнала, - констатирую я и пытаюсь растянуть губы в приветственной улыбке, а не в привычном боевом оскале. Не хочу пугать её ещё больше. Она и так выглядит так, будто уже готова рассыпаться в прах.

- Простите… я не заметила... – шепчет тихо, с надрывом. И тут же добавляет: - И... спасибо вам за вчерашнее. – Бля, вот давно мне не выкали…

Словно только опомнившись, она начинает быстро осматривать моё лицо, видимо, в поисках следов вчерашних разборок с её бывшим. Но их нет. Ещё бы я позволил этому суслику себе навалять. Следы остались только на нём, и надолго.