- -
- 100%
- +
Что-то погода в эти дни совсем не радует солнышком, и приходится утепляться… или это просто теплота ушла из меня вместе с маленькой жизнью, поэтому я постоянно мёрзну…
Днём на дорогах мало машин, поэтому такси быстро довозит меня до старой панельной девятиэтажки – моего счастливого беззаботного прошлого.
Я быстро расплачиваюсь с водителем и выхожу.
Останавливаюсь перед знакомым подъездом, запрокидываю голову вверх и приоткрытым ртом жадно вдыхаю осенний воздух. Он пахнет пылью, мокрым асфальтом и прелыми листьями.
Лифт со скрежетом дёргается и поднимает меня на пятый этаж.
Достаю из сумочки свои ключи с подаренным мамой брелоком в виде фотоаппарата, и привычными движениями открываю оба замка.
Сердце безумно колотится в груди. Дыхание спирает.
Дверь открывается, и аромат дома я впитываю, кажется, даже кожей. Здесь и сейчас пахнет душицей, которую так любила мама и чем-то непередаваемо родным.
Детством. Любовью. Материнской заботой.
- Здравствуй, мамочка, - шепчу и тихо стираю со щеки одиноко скатившуюся слезу, - я вернулась.
Закрываю за собой дверь и скидываю кроссовки. Босиком иду на кухню. Холод линолеума касается ступней и змейкой ползёт по ногам.
Открываю окно на микропроветривание, споласкиваю чайник и ставлю воду кипятиться.
Делаю всё механически, словно выполняю знакомые успокаивающие ритуалы.
Потом иду вглубь квартиры, распахиваю настежь двери комнат.
Взглядом пробегаюсь по знакомым обоям, маминым любимым шторам, пыльным полкам...
В этой старой квартире время остановилось… и, возможно, если я постараюсь, то именно здесь я смогу быть той Лерой, которой была до Него.
Резкий настырный звонок в дверь заставляет меня испуганно вздрогнуть.
Сердце на мгновение замирает, а потом срывается в бешеный галоп.
Знаю, что за дверью стоит Борис, хотя я очень надеялась, что он даст мне хотя бы немного времени, чтобы прийти в себя… но увы.
Я понимаю, что нам нужен последний разговор, чтобы поставить в наших отношениях жирную точку. Но хватит ли у меня сил на это?
Услышит ли Боря меня?
- Лера, я знаю, что ты здесь... – его голос приглушён дверью, но я отчётливо слышу в нём ту же усталость, что и во мне. – Лер, давай поговорим?
Я делаю глубокий вдох, подхожу к двери и с тихим щелчком поворачиваю замок.
Боря стоит, опустив голову и прислонившись плечом к косяку. Его чёрное пальто расстёгнуто, а светлые волосы снова взъерошены. В его позе читается такая усталость, что на мгновение мне становится его жаль. Но лишь на мгновение.
Муж поднимает на меня хмурый, болезненный взгляд.
- Впустишь?
Глава 12
Лера
Открываю дверь шире и жестом приглашаю мужа пройти.
Боря отрывается от стены и входит в прихожую, а я тут же отступаю к противоположной стене. Находиться с ним рядом трудно. Внутри ещё кипит обида, но потеря нашего ребёнка перекрывает всё.
Я устала и выжжена изнутри.
Смотрю, как Боря раздевается.
Мой муж… которого я уже больше не считаю таковым…
Наблюдать за этими до боли знакомыми движениями больно… особенно когда понимаешь, что он также приходил и к ней…
Эти же руки обнимали её.
Эти губы целовали её.
А сколько любовниц у него было за эти восемь лет??
Боже, зачем я об этом думаю?
Хочется закрыть лицо ладонями и закричать… но я неподвижно стою у стены.
Напряжение висит в воздухе, словно туго натянутая струна, готовая лопнуть. Мы как одноименные полюса магнитов – отталкиваемся, но не можем отпустить друг друга.
Боже… это невыносимо.
Боря оборачивается ко мне.
Мы молчим. Его пронизывающий взгляд оставляет на моей коже невидимые ожоги. Сердце едва бьётся, сдавленное новой волной боли, которая снова прокручивает все внутренности как в мясорубке.
Обнимаю себя руками, пытаясь хоть как-то укрыться от его взгляда. По телу прокатывается мелкая дрожь, и я резко отталкиваюсь от стены, разворачиваюсь и ухожу на кухню.
Боря идёт за мной. Я чувствую его кожей… и мне это больше не нравится.
Снова ставлю чайник. Надо чем-то занять руки, чтобы не сойти с ума от этого густого, удушливого молчания.
- Чай или кофе? – Спрашиваю нарочито бодро, но мой голос предательски дрожит. – Только у меня нет твоего…
- Я пришёл не за чаем, Лера.
Его горячее дыхание неожиданно обжигает кожу на моей шее. Муж подходит ко мне сзади, так близко, что я чувствую тепло его сильного напряжённого тела... и моё собственное предательски вспоминает его: кожа покрывается мурашками, тело умоляет о ласке, о его прикосновениях, которые когда-то были наслаждением и спасением от всех бед.
Раньше я бы обернулась и утонула в его объятиях, пытаясь найти в них забвение и спокойствие… но не сейчас.
Больше никогда.
Его руки опущены на столешницу по бокам от меня.
Рвано выдыхаю. Сжимаю кулаки, собираю всю свою волю и резко разворачиваюсь.
Врезаемся в друг друга взглядами.
Дышим тяжело, прерывисто, хрипло.
- Лера… - его низкий бархатный голос проходится мурашками по моей коже. Боря поднимает руку и касается ладонью моей щеки.
- Не надо, - отклоняюсь от его ласки, но не сбегаю. Лишь показываю, что он больше не имеет права меня трогать.
Боря злится. С шумом вбирает в себя воздух. Скулы на его лице заостряются. Белая ткань рубашки натягивается на его напряжённых плечах, когда он убирает руки в карманы брюк.
- Хорошо. – Произносит, смотря мне в глаза. – Я не буду тебя торопить, - Боря наконец отходит и садится за стол, но его пристальный взгляд не отпускает меня ни на мгновение.
Щёлкает чайник. Поворачиваюсь обратно и под этим тяжёлым, давящим взглядом разливаю по чашкам чёрный чай. Ставлю наполненные кружки на стол. В звенящей тишине биение ложек о столешницу кажется оглушительно громким.
Сажусь напротив.
Сжимаю в ладонях горячую чашку, пытаясь согреть ледяные пальцы. Холод и пустота расползаются внутри меня с новой силой. Живот ноет тупой, тягучей болью.
Я не смотрю на Бориса.
Даже находиться с ним рядом слишком больно.
Чёрт… очень больно.
Я же никогда не думала, что мы вот так будем...
Касаюсь взглядом только его рук с выразительными выпуклыми венами, лежащими под загоревшей кожей подобно рельефной карте, и утонченных длинных пальцев, будто созданных для виртуозной игры… пальцев, на одном из которых до сих пор горит золотое обручальное кольцо.
Сердце сжимается от нового витка боли.
Я знаю, что выгравировано внутри: «Б и В навечно».
Увы… навечно не получилось.
- Почему ты не позвонила? – напряжённый голос мужа разрезает застывшую на кухне тишину.
- Я хочу развод, Боря, - наконец поднимаю на него свой взгляд. Не уверена, что выгляжу сейчас решительно, но я больше не хочу играть в «кошки-мышки», прятаться и убегать. Я хочу решить всё здесь и сейчас.
- Нет, - отвечает резко и с такой силой сжимает чайную ложку, что пальцы белеют. – Ты вернёшься в нашу квартиру, - заявляет безапелляционно.
Качаю головой.
- Я не вернусь, - тихо отвечаю, но в моём голосе нет колебаний.
Боря молчит несколько секунд. Смотрит на меня хмуро.
- Я знаю, что причинил тебе боль. Сильно обидел. – Он поднимается и встаёт у кухонного гарнитура, опираясь на него, руки скрещивает на груди. – Обещаю, этого больше не повторится.
- Боря, не давай обещаний, которые не сможешь сдержать, - горько отвечаю я. – Ты уже дал их мне когда-то.
Муж злится. Я вижу, как трепещут его ноздри, как заостряются скулы.
- Ты думаешь, тебе будет лучше здесь, одной? – Его голос становится тихим и опасным. – В этой советской развалюхе хрен знает каких годов! – Он презрительным взглядом обводит нашу с мамой кухню. – Ты ничего не заработаешь без меня. – Смотрит на меня зло. – Почти все твои клиенты – это мои знакомые. Лера, ты привыкла к другому уровню жизни. Без меня ты – никто.
Вот. Вот и появился настоящий Борис и высказал всё, что на самом деле думает обо мне!
От его слов становится тошно, но они же дают мне силы на сопротивление.
- Лучше быть одной в «советской развалюхе», чем в золотой клетке с предателем.
Боря медленно подходит ко мне и нависает надо мной огромной скалой. В его глазах больше нет ни боли, ни раскаяния, лишь холодная, хищная решимость.
- Я больше не буду умолять тебя, Лера. По-хорошему у нас почему-то не получается. - Упирается кулаками в стол. - Я дам тебе время. Неделю. Чтобы ты одумалась и приняла единственно верное решение. Потому что альтернатива тебе не понравится, любимая. Поверь мне.
Он резко разворачивается и выходит из кухни, его шаги громко отдаются в тишине квартиры. Муж больше не смотрит на меня, и дверь за ним закрывается с тихим щелчком.
Медленно поднимаюсь, подхожу к стене и прислоняюсь к ней лбом. Закрываю лицо ладонями. Тихий, безумный смешок вырывается из груди.
Вот я и познакомилась со своим мужем.
Настоящим. Безжалостным. Непреклонным.
Он не извинялся, не умолял... собственно, этого мне и не надо.
Но Боря угрожал.
Он уверен, что я сломаюсь. Считает, что я вернусь.
Что ж, его ждёт неприятный сюрприз.
Через неделю Боря узнает, что его Леры больше нет. А та, что осталась, уже никогда не будет с ним.
Глава 13
Борис
Кручу в руках бокал с виски.
Увы, сегодня знакомый аромат солода и пряностей сегодня не приносит наслаждения. Терпкий вкус любимого напитка, всегда такой согревающий, сейчас ощущается на языке только жжёной горечью и пеплом.
Сердце сбоит, дыхание рвётся со свистом.
Лера.
В мыслях, в сердце, в душе только она.
Её обида и холодность кислотой обжигают меня.
Отставляю почти пустой бокал на тёмную, отполированную до зеркального блеска столешницу и откидываюсь на спинку кожаного кресла. Закрываю глаза.
- Ле-рааа, - протяжно тяну её имя, в груди печёт, а перед мысленным взором тут же появляется её бледное лицо, печальные глаза и пустой взгляд.
Чёрт.
Растираю лицо ладонями. Тяжело, с присвистом выдыхаю, словно пытаюсь выдохнуть из себя этот образ. Зависаю на пару секунд, а потом резко встаю и с жутким рыком с размаху бью обеими ладонями по столу.
Внутри всё горит огнём.
Полыхает. Свербит. Раздирает.
Адреналин яростью несётся по раздувшимся венам.
Бокал, ноут и всякая канцелярская шелупонь подпрыгивают и громко звякают… а из меня рвётся рёв.
Оглушительный. Животный. Болезненный.
Сердце дребезжит, шкрябает с силой о рёбра.
- Блядь! Блядь Блядь!!! – Реву, снова с силой бью по столу, а потом со злостью сметаю всё на пол. – На хуя мне нужна была эта Жанна?! Чего, сука, мне не хватало?! Чего?!
Хрустальная пепельница подпрыгивает и со звоном падает на пол.
Ладони горят.
Отлично.
Боль отрезвляет и выжигает минутную слабость. Голова наконец-то начинает работать, мысли из хаотичного перескакивания возвращаются в обычный плавный поток, выделяя для меня лишь одну цель – Леру.
Я верну её!
Верну!
Тело наливается сталью. Плечи расправляются, гудящие от боли ладони медленно сжимаются в кулаки. Челюсти свожу так, что кажется, вот-вот треснут зубы.
Я верну Леру.
В эту квартиру.
В нашу кровать.
Она моя жена, и я не позволю ей уйти от меня!
Падаю обратно в кресло.
В голове зреет план.
Жестокий? Без сомнений.
Грязный? Однозначно.
Но я с предельной ясностью понимаю, что дурацкая гордость Леры не позволит ей меня простить, даже если я буду валяться в её ногах. Она будет упираться. Прятаться в своей обиде. Она навсегда закроется от меня.
Уже, блядь, закрылась!
Бью кулаком по столу.
А мне на хуй не нужна другая!
Понял уже, как чудовищно лоханулся!
Блядь! Знал, ведь, что Лера меня не поймёт, и всё равно, сука, сделал!
Захотел, чтобы как у всех: любовницы, жена и свобода.
Размечтался, удод!
Потираю ладонью напряжённую шею. Выхожу из-за стола, подхватываю рукой почти допитый бокал. Подхожу к окну и всматриваюсь вдаль. Яркие огни города ослепляют и завораживают.
Вот и я в какой-то момент ослеп. Повёлся на дешёвую, светящую неоном игрушку.
Проебал всё. В буквальном смысле про-е-бал.
Делаю ещё глоток, и виски обжигает горло.
Ставлю пустой бокал на подоконник.
Хочется ещё выпить, чтобы хоть немного заткунуть обжигающие мысли в голове. Спрятать под лёгким флёром выпивки свою вину... но, пожалуй, не буду.
Выбиваю из пачки сигарету, верчу её в руках, закуриваю. Дым тут же горечью опускается в лёгкие.
Выдыхаю и рукой опираюсь об оконную раму.
Вариант у меня один – я сломаю эту её чёртову гордость и верну Леру себе.
Неожиданный звонок в дверь отвлекает меня от моих планов.
Перешагиваю сметённые со стола вещи и иду в коридор.
Огонь ещё растекается по венам, а сознание начинает мутнеть от выпитого. Каждый шаг отдаётся в висках тяжёлым стуком.
Резко распахиваю дверь.
На пороге стоит Жанна.
Красивая. Яркая… Бесячая, потому что прекрасно знает, как действует на меня!
Я же не железный!
Леру я люблю, а эта…
Прохожусь медленным взглядом по её затянутой в алое короткое платье фигуре, и животная похоть разгорается внутри.
Блядь…
Наши взгляды сталкиваются.
Жанна улыбается. В её глазах горит не желание, нет.
Предвкушение.
Она медленно, с вызовом, проводит кончиком языка по верхней губе, пристально глядя на меня, а потом игриво закусывает нижнюю.
- Привет, поговорим?
Глава 14
Борис
Утром не могу открыть глаза под громкие вопли будильника.
Чёрт…
Сильно сдавливаю пальцами гудящие виски.
Башка раскалывается на части, каждая клетка тела ноет в унисон пульсирующей боли в висках. А зубодробящая трель на телефоне продолжает назойливо дребезжать.
- Блядь... да заткнись ты уже! – хриплю.
Во рту помойка.
Кривлюсь.
Это ж надо было так нажраться вчера…
Поднимаю и протягиваю руку в бок, смахивая с прикроватной тумбочки всё подряд.
Что-то с глухим стуком падает на пол, а телефон, сука, не умолкает.
- Да твою же мать...
Провожу ладонью по лицу, пытаясь стереть с себя липкие остатки сна, переворачиваюсь на спину… и вдруг чувствую рядом с собой не холодную простыню, а тёплое, обнажённое женское тело.
Сердце на мгновение замирает, а потом радостно делает в груди опасный кульбит.
Лера!
На автомате, так и не открыв глаз, обвиваю руками знакомый изгиб талии, притягиваю жену к себе, твёрдым членом упираясь в её упругие ягодицы.
- Лера... – сонно счастливо шепчу ей на ушко и утыкаюсь носом в её тёплую макушку, чтобы вдохнуть любимый аромат – яблоко и что-то неуловимо-сладкое...
И тут же отшатываюсь, как от удара током.
- Какого хрена…
Чужой, тяжёлый, приторно-сладкий парфюм щекочет ноздри.
- Жанна?! – вскакиваю с кровати, и мир тут же кренится набок. Голова трещит с новой силой. – Какого чёрта ты здесь делаешь?!
Блондинка на моей кровати медленно переворачивается на спину, не обращая никакого внимания на мои крики. Она скидывает с себя одеяло одним небрежным движением, обнажая своё безусловно красивое тело, и бесстыдно потягивается, выгибая спину. Её длинные светлые волосы рассыпаются по моей подушке.
Мой взгляд сам ползёт туда, куда не следует.
Сглатываю и не моргая смотрю, на её голую грудь и аккуратные розовые соски. Внутри всё стягивает от напряжения.
- И тебе доброе утро, - Жанна произносит хрипло и томно, – А что я здесь делаю? Вчера я убаюкивала твою хмельную тоску по жёнушке, если ты не помнишь. – Наглая ухмылка появляется на её красивом лице.
- Блядь... – это слово вырывается у меня с таким отчаянием, что аж перехватывает дыхание. Отступаю, натыкаясь на шкаф. В голове проносятся обрывки вчерашнего: слишком много виски, приход Жанны, моя ярость, её назойливые прикосновения... – Блядь, блядь, блядь! Сколько же я вчера выпил...
Мысли о Лере больно впиваются в мозг. Перед глазами стоит её бледное лицо и пустой взгляд, которым она на меня смотрела.
«С Жанной всё кончено».
Я обещал!
Обещал!!!
Сука…
Растираю лицо ладонями. Шумно выдыхаю. Нутро всё горит.
Сердце колошматит в груди так, что, кажется, вот-вот взорвётся.
Так. Тихо. Спокойно.
Да, твою мать! Какой спокойно?!
Чёрт… а если она узнает?!
Хочется взвыть от своего идиотизма и разгромить здесь всё нахрен!
Лера и так меня ненавидит, а теперь... теперь всё действительно будет кончено.
- Вон отсюда! – рычу, резко опуская руки и впиваясь в Жанну злым взглядом. – Немедленно! Одевайся и убирайся из квартиры!
Подхватываю с пола свои боксеры и быстро их натягиваю.
Жанна лишь приподнимается на локте, и её губы растягиваются в медленной, самодовольной улыбке. Мой взгляд опять против воли скользит по её длинной шее, упругим грудям, плоскому животу...
- Успокойся, герой, - она усмехается. – Ничего сверхъестественного не случилось. Мы все взрослые люди. Тебе нужна была поддержка, я её тебе оказала.
- На хер мне твоя поддержка?! Убирайся!
Жанна лишь хмыкает на мои слова и медленно, с театральной грацией, поднимается с кровати. Проходит передо мной совершенно голая. Её кожа будто светится в утренних лучах. Каждый изгиб её фигуры – чёртов вызов... и мой член мучительно ноет, наполняясь кровью и призывая к активным действям, которые мне сейчас совсем не нужны!
Да что я за...
Слежу за Жанной. Впиваюсь взглядом в её подтянутые округлые ягодицы.
В горле пересыхает. Пульс зашкаливает, в ушах шумит… а Лера... её образ начинает расплываться и тонуть в тумане похоти.
- Ну что стоишь? – Жанна останавливается в дверях ванной и оглядывается на меня через плечо. Её взгляд – прямой, с вызовом. – Идём, я смою с тебя твои угрызения совести. Или ты боишься?
Этот взгляд. Этот голос. Они действуют на меня, как наркотик. Я мысленно костерю себя последними словами – подлец, тряпка, животное... но ноги сами несут меня за ней.
«К чёрту, пусть это будет прощальный секс», - уговариваю себя.
В душе горячая вода наполняет всё пространство паром. Жанна прижимается ко мне своим идеальным телом, её губы быстро находят мои. Сплетаемся языками.
Огонь в горячей крови заставляет забыть и о жене, и о нашем потерянном ребёнке.
Я поддаюсь животной страсти и всепоглощающему желанию.
Сжимаю волосы Жанны, покусываю её твёрдые розовые соски, пальцами впиваюсь в её пульсирующее лоно. Языком слизываю с её шеи капли воды, а потом резко, удерживая Жанну за бёдра, глубоко вгоняю в неё свой член. Слышу её громкий довольный стон и начинаю жадно вбиваться в её податливое тело.
Вот сейчас мне хорошо... нет, отлично!
Когда всё заканчивается, я вываливаюсь из душа, запыхавшийся, мокрый, с пустой головой.
Пар рассеивается… и я в ступоре останавливаюсь.
Бешено бьющееся сердце на огромной скорости ухает вниз.
В нашей спальне стоит моя Лера.
Глава 15
Лера
Что меня подтолкнуло прийти в нашу квартиру именно сегодня?
Не знаю... но что-то отчаянно тянуло меня сюда, и я поддалась этому странному чувству.
А говорят, что интуиции не существует!
Я бы даже усмехнулась сейчас, но мышцы лица будто свело.
Так вот! Интуиция есть! Женская по крайней мере точно.
Я только что проверила это на себе.
- Лера... ты пришла... – растерянно выдыхает мой пока ещё муж и, грубо чертыхнувшись, быстро поворачивается назад и хватает с вешалки в ванной свой чёрный махровый халат.
Он слишком резко накидывает его на плечи, путается в рукавах и, наконец, запахивает его, сводя полы вместе и пряча от меня свою наготу.
Я всё это время продолжаю стоять в нашей спальне между открытым шкафом и смятой постелью.
Что сейчас происходит внутри меня?
Апокалипсис. Мой мир окончательно разлетается на осколки.
Живот пульсирует мучительной тупой болью. Пальцы нервно подрагивают, и я сжимаю ладони в кулаки, чтобы Борис этого не заметил.
Мы с мужем стоим, не смея сделать ни движения навстречу друг другу.
Слов тоже нет. Наши взгляды слишком хорошо выражают то, что мы не решаемся сказать вслух.
Да и к чему нам разговоры?
Я только что слышала всё, что теперь вряд ли удастся забыть… а несколько дней назад видела такое, что никогда не сотрётся из моей памяти, хотя я отчаянно желаю этого.
Сейчас я со всей ясностью понимаю одно - пока я виню себя в смерти нашего малыша и пытаюсь пережить это горе, Боря продолжает развлекаться со своим "партнёром"... но теперь я уже спокойно переношу эту отвратительную правду.
- Я за своими вещами, - наконец оживаю, но стараюсь как можно реже дышать, чтобы не вдыхать витающий в воздухе мускусный запах их секса. - Не переживай. Я быстро и не буду вам мешать.
Боря не отвечает, лишь уголки его губ медленно ползут вниз, а взгляд тяжелеет.
Замечаю, как дёргается его кадык, когда из ванной раздаётся:
- Борь, а ты чего дверь закрыл? Я подумала, а давай в наш ресторан сходим. Ты сегодня был так горяч, - Жанна игриво смеётся, - я очень проголодалась. Надо восстановить калории.
Слышать это мерзко и противно.
Быстро поворачиваюсь к шкафу и достаю снизу свою дорожную сумку. Обычно я её использую для фотосессий на природе, но сегодня она мне пригодится в другом.
Боря по-прежнему молчит, а я начинаю резво скидывать в сумку своё бельё, достаю с полки пару футболок, тянусь за джинсами... и в этот момент из ванны выплывает Жанна в одном, едва прикрывающем бёдра полотенце.
Я не оборачиваюсь, просто ловлю её силуэт краем глаза, а потом слышу притворно-удивлённое:
- Упс. Как неудобно получилось. Лерочка, а мы тебя не ждали.
- Жанна, заткнись! - шикает на любовницу Боря, я же никак не реагирую на её слова и продолжаю закидывать в сумку свои вещи.
Последней забираю свою шкатулку с украшениями.
Беру её в руки, поднимаю, молча рассматриваю несколько секунд. Открыть крышку и заглянуть внутрь не решаюсь, потому что это новая боль – каждое украшение в этой шкатулке для меня что-то значит, и в основном все эти памятные вещицы связаны с Борей.
Облизываю пересохшие губы и всё-таки убираю свою сокровищницу в сумку. Закрываю замок.
Звук молнии слишком громко звучит в тишине спальни. На стоящих рядом со мной любовников не смотрю. Осторожно подхватываю с полки свой фотоаппарат, вешаю его на шею и уверенно шагаю вперёд... а Боря вдруг отмирает, и я слышу его тяжёлые быстрые шаги за своей спиной.
- Лер... - мямлит он позади меня, пока я надеваю кроссовки.
Выпрямляюсь и шагаю к двери, а муж встаёт передо мной, загораживая её своей массивной фигурой. Поднимаю голову, и мы сцепляемся взглядами.
- Лера, это всё... чёрт, - он на мгновение отводит глаза в сторону, а потом снова резко переводит свой взгляд на меня. - Это было в последний раз.
Смешно. Честно. Очень смешно... только вот уголки моих губ даже не дёргаются вверх, не говоря уже об улыбке.
Кажется, недавно я уже слышала от мужа что-то подобное?
Ничего не отвечаю Боре, только чувствую, как моё сердце начинает быстрее и яростней выталкивать из себя бурлящую адреналином кровь.
Так и продолжаем стоять застывшими статуями напротив друг друга.
Боря ждёт от меня ответа, но мне ему сказать больше нечего.
Вздрагиваю, когда он проводит пальцами по моей руке, дотрагивается до запястья.
- Убери, - произношу тихо, но уверенно, а из спальни в этот момент раздаётся:
- Борь, ну чего ты так долго? Провожай уже свою жёнушку и поехали в ресторан или давай продолжим наш марафон, а?
Боря кривится, а я скидываю с себя его руку.
- Не заставляю свою даму ждать, Борис. Завтра я свяжусь с Андреем Александровичем. Предупреди его с утра, чтобы поднял в своих архивах наш брачный контракт.
Глава 16
Лера
Не замечаю, как выхожу из дома.
В голове пусто, в глазах – пелена тумана.
Я даже не чувствую ничего.
Никаких эмоций внутри меня не осталось.
Я просто один сплошной кусок льда.
Наверно, это чувство самосохранения так срабатывает, да?
Психика защищает меня от очередного предательства мужа и от ужасающего хаоса, в который превратилась моя жизнь…
Возможно.
Бездумно шагаю вперёд, с силой сжимая в руке свою сумку. Мыслей в моей голове нет. Кромешная пустота.
Сколько я так брожу по городу?
Десять минут? Час или три?
Не знаю.
Я совершенно не чувствую времени.
Вдруг где-то рядом со мной что-то хлопает… и этот громкий звук резко выдёргивает меня из моего молчаливого транса.
Вздрагиваю. Нелепо застываю на месте. Растерянно озираюсь по сторонам и понимаю, что стою посреди толпы спешащих куда-то людей.