Неформат. Сборник писателей неформата

Космо-туризм и иные миры…

На чужой земле

Они появились внезапно. Самовольно и цинично ворвались они в тихий уголок, именуемый на космических картах диковинным словом «Сэрмосс». Словно острый шприц, проколола их ракета верхний слой атмосферы и бодро, с высоко поднятой верхушкой, опустилась на зелёную поверхность. Жарко горящие дюзы опалили траву и землю под ракетой. Её грозный вид и суровый рёв распугал мошек, гусениц и мелких зверьков. Открылся люк, и на землю важно ступили они – Смирнов и Марино.

Они глубоко вдохнули ароматный воздух, к которому успел примешаться запах палёной травы. Потом Смирнов спохватился, вбежал в ракету и вышел с бутылкой портвейна и двумя бокалами из небьющегося стекла, которые они наполнили до краёв. Смирнов торжественно произнёс:

– Ну, за российско-американскую дружбу в космосе!

На свежую землю упали капли веселящей жидкости. Пришельцы осушили бокалы. Стоял ясный день, и на душе людей было также ясно и до безумия светло.

Первым делом они установили флаги. Рядом с американским звёздно-полосатым знаменем развевался российский триколор. Миниатюрный плеер проиграл гимны обеих стран. Когда ритуал был проделан, мужчины отправились в посёлок, белевший вдалеке.

Это был ничем не примечательный посёлок, застроенный по кругу небольшими каменными жилищами. В середине было обширное пространство, центр которого украшало монументальное каменное сооружение, раз в семь выше домов сэрмиян. Прямоугольный павильон без передней стены явно главенствовал над всей округой. А внутри высились пять фантастических статуй.

– Это же святилище! – поразился Смирнов. – Посмотрите на скульптуры: в них многое от людей, но это явно боги!

– Ладно вам, – сказал Марино. – Ещё вдоволь наглядитесь. Ведь теперь это наша планета и наше селение.

– Да, всё тут наше, – подтвердил Смирнов.

Постояв ещё три минуты перед святилищем, люди пошли дальше. Они вошли в первый попавшийся дом, и Марино потребовал:

– Приведите сюда вождя!

Хозяева – мужчина и женщина – во все глаза смотрели на вошедших. Марино прорычал:

– Что уставились, ведите вашего гегемона, шерифа, мэра – уж не знаю кого!.. Живо!

Мужчина и женщина молча вышли. Смирнов и Марино сели на незамысловатые деревянные стулья и стали ждать. Вскоре хозяева вернулись в сопровождении вождя. Марино встал, засунул руки в карманы, небрежно подошёл к вождю и сказал, пристально смотря ему прямо в лицо:

– Мистер, так получилось, что вы все должны уйти. Покинуть селение, отойти так далеко, чтобы не мешать нам заниматься своим делом.

– Но куда? – спросил вождь.

– Ну, например, в лес, – ответил Марино, махнув рукой в ту сторону, где был, как он предполагал, лес.

– Мы не можем, – сказал вождь, опустив глаза. – Здесь наш дом, наши боги.

– Надо – значит надо! – мощная фигура Марино нависла над тщедушным тельцем сэрмиянина. Его зеленоватая кожа, не содержащая ни единого волоса, покрылась мурашками. Большие, выразительные глаза, занимавшие значительно большую часть лица, чем у землян, часто моргали, а тонкие руки и ноги дрожали. Марино продолжал, отойдя от вождя на несколько шагов и самодовольно улыбаясь: – Ваши прелестные боги нам очень помогут! Так они не помогали даже вам!

– Но это наша территория! – пытался протестовать сэрмиянин. – Здесь мы жили веками, вели хозяйство, молились нашим богам и… – голос его задрожал и смолк.

– Была ваша – стала наша! – изрёк Марино. – Уж поверьте, мы распорядимся территорией лучше, чем ваше низкое племя. Убирайтесь! Вон!! К чёрту!!! – Марино указывал на дверь нервно дрожащей рукой. В ответ на его вопли покорно прозвучал тихий голос вождя:

– Хорошо, будь по-вашему. Мы уходим в лес…

– Даю вам ровно час! – кричал Марино, поднеся к лицу вождя левую руку с часами. – Чтобы через час посёлок был очищен! Собирайте манатки и – к чёрту!

– Да, да… – кивнул вождь и тихо вышел, за ним поспешили мужчина с женщиной.

Марино простучал чечётку, повернулся на месте и, щёлкнув пальцами, выкрикнул: «Хо-хо!».

– Жёстко вы его! – заметил Смирнов.

– С ними иначе нельзя! – сказал Марино. – Они покоряются тогда, когда видят сильного. Таковы все отсталые племена… -Вы только подумайте, какие нас ожидают прибыли! У вас об этом давно мечтали – совместное предприятие с американскими бизнесменами, но чтобы в космосе, так это вам даже и не снилось! Космический туризм набирает обороты! К нам потянутся всякие любители диковинки, притащат фотики с камерами… О, ещё одна идея – экзотические браки! И это не говоря уже о всевозможных учёных – археологов с лопатами, этнографов, начнётся детальное изучение местной культуры. Сэрмосс мы превратим в первоклассный курорт!

Когда жители покинули селение, дельцы вышли наружу. Медленно прошли они вдоль жилищ, которые не были окружены заборами. Сэрмияне, похоже, жили мирно и дружелюбно, да ещё в гармонии с природой и богами. И уж конечно не предполагали, что кто-то может прийти и просто выгнать их, отобрать обетованную землю. Кое-где были высажены причудливые столбовидные растения, напоминающие кактусы без колючек. Казалось, даже они не спешили вооружаться, не подозревая об опасности.

Победно ступая по земле, мужчины подошли к святилищу.

– Поглядите, какая интересная комбинация, – восторженно описывал Марино. – Вокруг – маленькие, наскоро построенные жиденькие домики, а рядом – местное чудо света, подобное, например, Александрийскому маяку! Мышление туземцев довольно странное.

– Ну уж нет, вполне обычное, все древние цивилизации строили свои пирамиды и эти ваши дольмены точно так же! – ответил Смирнов. – Только не совсем понятно, как эти нежные создания смогли соорудить этот колосс.

– Вопрос интересный, – сказал Марино. – Но для нас это не важно. Над этим пусть размышляют они! – он большим пальцем указал на небо. – У нас свой бизнес, а у них свой.

– Значит так, – добавил он после минутного молчания. – Первое время туристы будут жить в хижинах. Пожить как настоящие сэрмияне захотят буквально все. Позже, когда мы накопим нужный капитал, все хибары можно будет спокойно снести. На их месте построим просторные коттеджи, которые люди с солидным достатком смогут купить и поселиться здесь насовсем, а остальным будем сдавать комнаты по умеренной цене.

– А ещё, – подхватил Смирнов, – откроем ресторан с экзотическими блюдами из местного сырья, бильярдом и карточным столом…

– И пустим в ход новый миф, – смеясь, перебил Марино. – Кто хочет подзарядиться божественной энергией, должен оставить каждой скульптуре по одному доллару. А когда ещё прочнее освоимся, станем расширять посёлок, вырубая лес и вытесняя аборигенов вглубь дальше и дальше. Так мы постепенно, ненавязчиво истребим их всех. А пока пускай наблюдают за нашим величием!

Сэрмияне пробирались сквозь чащу молча, изредка слышались печальные вздохи и стрёкот. О чём говорить, когда и так ясно: всё пропало, и безвозвратно. Начинать сначала бессмысленно, их постоянно будут изгонять, разрушать хижины и святилища. Осталось только кочевать, перемещаться с места на место, постепенно возвращаясь к образу жизни предков.

Сегодняшний ужин их состоял из плодов, в изобилии растущих над головой, по сторонам, в траве. Впервые племя уснуло на голой земле. Племя, у которого отняли будущее…

«Вы хотите сменить обстановку? Устали от обременяющего однообразия серой, пропитанной нефтяными отходами Земли? Избороздили её вдоль и поперёк и теперь чахнете от тоски по новым впечатлениям? Ведь так? Тогда прилетайте в гости к Алексу Марино и Станиславу Смирнову! Они дадут вам то, чего вы не получите ни на Марсе, ни на дождливой Венере! Спешите увидеть храм Пентатеос („Пять богов“), уникальный памятник религиозной культуры далёкой космической расы! Вы поймёте, насколько может быть сильна вера, сильнее любви к жизни, даже у такого примитивного народа! Также у вас будет возможность провести несколько дней как настоящий лесной абориген! Спешите встретить новый, 2083 год вдали от родного дома, при сиянии нового солнца! А главное – это ничуть не дороже Лунного Диснейленда! Наш адрес: Система 333, планета номер 3, 30 градусов северной широты 14 градусов восточной долготы. Сэрмосс ждёт вас!!!».

Этот рекламный текст прочитали миллионы землян во всех популярных электронных журналах. Фотография зелёного массива рядом с текстом выглядела привлекательнее голых скал, мёртвых равнин, оврагов и вечных снегов, предлагаемых основными турфирмами. Поэтому желающие нашлись быстро.

Прошло полтора месяца с момента прилёта дельцов на Сэрмосс, и вот Смирнов встречает первых туристов с Земли. Пассажирский корабль доставил тридцать человек. Широко улыбаясь, Стас показывал на табличку, где было обозначено: «50 долларов».

Гости, поражённые столь низкой ценой, тут же расплатились со Смирновым, исполнявшим роль кассира, и зашагали в селение. Перед святилищем стояли пластиковые столы и стулья. Гости расселись, Марино сновал между столами с меню, написанным от руки, в котором было два раздела: «Для пуритан» – несколько земных блюд, а «Для неофилов» – салаты и соусы из диковинных плодов, сами плоды, для которых Алекс придумал длинные, заковыристые названия. Кто-то вставал с места, подходил к статуям и, прочитав надпись на табличке, охотно «ублажал» богов несколькими долларами. Самые смелые забирались внутрь, щупали мощные фигуры, обнимали их, фотографировались. Потом все отправились в двадцатидолларовые хижины, чтобы посидеть на простых деревянных стульях за грубыми столами, прилечь на кроватях, на которых вместо перины были кучи травы, вместо подушек чурбаки, а в качестве одеял – огромные листья какого-то растения. В это время удачливые предприниматели подсчитывали прибыль. Получался неплохой капитал, по крайней мере для первого раза.

Тридцать землян, набравшихся небывалых впечатлений, со звонким, радостным смехом покидали Сэрмосс, искренне благодаря хозяев.

Вечером за портвейном Марино говорил:

– Вот что значит щедрая природа! Нет, вы заметьте, – он уже изрядно выпил, – мы ничего, совсем ничего не делаем, эксплуатируем одни только естественные ресурсы, ведь так?

– Совершенно так, – ответил Смирнов.

– Вот она какая, – продолжал Марино, – моя планета. Моя, моя планета! – хрипло закричал он.

– Вы не забывайте, – возразил Смирнов. – Планета наша!

– Прошу прощения. Наша, наша планета! А ведь если бы мы не влезали к этим зелёным полунасекомым, ресурсы остались бы не у дел, логично?

– Логично, – согласился Смирнов.

– Готовьтесь, Стас, – говорил Марино, – скоро они полетят, как… как… как комары на свет!

Они встали из-за пластмассового столика, поглядели на богов, как ни в чём не бывало взирающих на ставший для них чужим мир. С трудом добрели до хижины и легли в травяные постели, мысленно купаясь в будущих миллионах. Во вне они видели себя кузнечиками, богомолами или сверчками, беззаботно прыгающими в густых зарослях. Они богаты и счастливы, и ничто их не волнует. Прыг-скок… прыг-скок…

Но дальше события развивались не так, как они ожидали. Вторая партия туристов, прибывшая через две недели, состояла из пяти культурологов, которых интересовало лишь святилище. Они очень быстро улетели, не принеся предпринимателям ощутимого дохода.

И третья, и четвёртая группы туристов были немногочисленными, их пребывание в посёлке проходило вяло. Гости часто слонялись без дела, бродили в лесу, нередко до темноты. На расспросы Марино они отвечали, что всё в порядке. Предприниматели были растеряны.

За полгода на планету опустились всего двенадцать ракет. Неделями Марино и Смирнов сидели без дела. Долгими сэрмийскими вечерами они пытались разобраться, в чём может быть загадка.

– Они чем-то недовольны, это точно, – говорил Марино. – Людям чего-то недостаёт. Но чего?

– Они бродят так, будто одиноки, – отвечал Смирнов. – Их не интересует даже святилище, которое, не исключено, соорудили вы сами…

– Что вы мелете! – вспыхнул Марино.

– Ничего особенного. Но у людей неизвестно кем и когда построенные сооружения порождают вполне законные сомнения. Мы поступили неправильно, сразу набросившись на лакомый кусочек. Вначале следовало изучить планету, предоставить народу правдивое и по возможности полное представление о ней. Мы поступили, как бы это сказать… не цивилизованно, объявив Сэрмосс нашим. Он не наш, совсем не наш!

– Как это не наш?! А чей же?

– Настоящих владельцев мы, а точнее, вы нагло прогнали.

– Что? Вы серьёзно?

– Именно. Вы до сих пор не поняли? Туристы ищут в лесу сэрмиян.

– Этих зелёных худых уродцев?

– Не называйте их так. Поймите, сейчас не то время. Сегодня человек восхищается не самим колоссом, а народом, воздвигшим его. Если же не зафиксирован факт существования народа, то ваш архитектурный памятник, скорее всего, искусная фальсификация. Так-то вот!

– Что же нам делать? Может, договориться с туземцами, вернуть их в посёлок, создать совместное предприятие… Но тогда придётся с ними делиться, а это как-то не по мне!

– И согласятся ли они вообще быть на положении декоративных зверьков, которых за деньги показывают публике?

– Конечно, эти насекомые предпочтут смерть пресмыканию перед нами. Так что нам делать?

– Ответ, я думаю, ясен. Мы должны просто уйти.

– Вы думаете, что говорите?! – вскричал Марино. – Бросить всё это и убраться?

– Всё равно мы больше ничего не заработаем, – сказал Смирнов.

Марино долго и мучительно соображал.

– Ладно, – сдался он. Только переждём три месяца. Если никто не появится – так и быть, улетим домой!..

Три месяца протекли в скучном, томном ожидании. Двум бедным дельцам ничего не оставалось, как в буквальном смысле молить богов об удаче. Боги оставались бесстрастными, будто помнили оскорбление в виде таблички с ценой. Марино снял её, чтобы не чувствовать себя духовным спекулянтом.

Недели пустого безделья еле-еле подползли к концу. Отвыкшие от шумной Земли Марино и Смирнов, прихватив заработанные деньги, ушли из никому не нужного селения, добрели до ракеты.

– Эх, Сэрмосс, – сказал Марино. – За что ты невзлюбил нас?

Ракета, словно не вовремя разбуженный лев, сонно заворчала, потом грозно заревела, выдавила из себя столб дыма и пламени и исчезла в небе.

Внезапный порыв ветра опрокинул флаги. Выжженный участок вскоре зарос свежей зеленью, скрыв следы пребывания землян.

Понемногу жители посёлка начали возвращаться в свои дома. Общая молитва перед пятью божествами ознаменовала возвращение племени к привычному укладу жизни.

Страна блаженства

Несмотря на совершенно ясное, солнечное утро, пасмурно было на сердце жителей сэрмийской деревушки, разбросанной по зелёной поляне. Они давно привыкли к страннику, почти месяц прожившему в деревне. И вот теперь Шм снова собирался в дорогу.

Он закутался в балахон, взял посох, положил под мышку небольшую книгу из шкур и вышел из хижины, где его поджидали люди. Вся деревня пришла попрощаться со старым путником. Прибежали дети, которых Шм учил вырезать фигурки из дерева. Женщины принесли молоко и одежду, но Шм от всего отказался, сказав, что нежелательно уносить что-то из селений. Мужчины советовали получше вооружиться, ведь ближайший лес опасней любого другого. Окрестности кроме хищников наполнены изгнанниками и безумцами, потерявшими всякий рассудок. Шм ответил, что обязательно учтёт это.

Его упрашивали остаться. Шм очень помогал жителям, говорили люди. Его занимательные рассказы, добрые и умные речи согревали племя в холодные, скучные ночи, они облегчали страдания четверти жителей, скованных неизвестной болезнью. Дети называли его дедушкой, что было ему особенно приятно. Даже старейшина деревни признавал превосходство странника над ним.

Но Шм настаивал. Надо идти, сказал он, и всё тут. И его отпустили с миром.

Не успел он проделать и ста шагов, как его сзади окликнули. К страннику медленно подходил Бгр, один из самых влиятельных членов племени, правая рука старейшины. Кроме того, Бгр был сельским учителем.

– Может, я тебя задерживаю, но один маленький вопрос напоследок. Куда ты идёшь, Шм? Ведь есть же конечная цель твоих похождений!

Как будто это могло быть по-другому.

– Есть, – ответил Шм, подняв глаза. – Феилия.

– Феилия? – переспросил Бгр.

– Тут всё написано, – Шм достал книгу, которую нёс под мышкой.

Бгр взял книгу, поднёс её близко к глазам и наморщил лоб.

– «Феилия, страна блаженства», – прочитал он заглавие. – Посмотрим, что за страна блаженства…

Он пролистал маленькие страницы, сплошь исписанные иероглифами. Окончив читать, Бгр со смехом уставился на старика.

– Значит, свои светлые и бурные годы, даже десятилетия ты потратил на её поиски?

– А на что же ещё тратить их?

– Как это на что! – Бгр даже вспыхнул. – Любовь, семья, племя, охота…

– Семья, охота, племя, – передразнил Шм. – Везде одно и то же. Куда бы я ни пришёл, в какой бы деревне ни остановился, везде рутина и монотонность! Племя, семья, охота – и этот застой повсюду! С самого рождения сэрмийская цивилизация стоит на месте. Надо, надо искать!

– Искать… – повторил Бгр. – Но не то, что написано в этой глупой книге анонимного автора! Кто тебе её дал?

– Один уважаемый человек, – ответил Шм. – Такой же, как и я, странник.

– Ха, странник! – усмехнулся Бгр. – Все вы, странники, странные люди. А откуда ему пришла книга?

– Не знаю. Но говорят, её автор видел Феилию своими глазами.

– Ты только посмотри, что он пишет! – воскликнул Бгр, развернув книгу на какой-то странице. – В той стране отпала необходимость работать, за людей это делают искусственные труженики! Как в такой среде возможно само существование человека?

– Значит, возможно! – возразил Шм. – Больше того, если верить книге, Феилия процветает.

– Если верить книге… Заметь, в ней сказано, что Феилия имеет обширную систему познания мира. Зачем она человеку? Ведь нам достаточно того, что мы видим, слышим и ощущаем вокруг себя!

– Мы просто не имеем понятия о новом, потому оно и не нужно нам, – пояснил Шм. – А народу Феилии недостаточно даже имеющихся знаний. Я стремлюсь к по-настоящему новому.

– И это стремление заставляет тебя странствовать?

– Конечно!

– Ну что ж, – вздохнул Бгр. – Иди. Не понимаю только, можно ли верить обычной сказке.

– Это старая легенда.

Бгр вернул книгу старику.

– Может, в будущем встретимся, – сказал он. – Хотя не уверен, – добавил он, взглянув на сморщенное лицо путника.

Тот уже собрался идти, но Бгр снова остановил его.

– Смотри, – сказал он, отошёл в сторону и поймал в траве насекомое. Это был богомол, далёкий предок сэрмиян. Посадив богомола на травинку, Бгр сказал: – Гляди, что произойдёт.

Ждать пришлось недолго. Тихий шелест в траве невольно заставил мужчин поёжиться. Из-под зелёного ковра показалась голова змеи. Через мгновение насекомое исчезло в её утробе. Бгр широко улыбнулся.

– Ну, видел? – спросил он.

Шм вопросительно взглянул на него.

– А вот окажись поблизости мангуст… – продолжал Бгр.

– Но в этих местах мангусты не водятся.

– Вот именно! По-моему, Феилия – всего лишь местность, где полно мангустов. Они уничтожают змей, вследствие чего процветает колония богомолов. Автор книги иносказательно описывает такую местность, изрядно присочинив.

Они молча постояли, наблюдая, как облака бегут куда-то вдаль, будто небесные странники.

– Что скажешь, Шм? – спросил Бгр.

Тот ответил:

– Вот дойду до Феилии – тогда и узнаю, что она такое. Может, ты и прав. Но надеюсь, что неправ.

– Тогда прощай, Шм.

– Прощай.

Странник двинулся вперёд, к незримой цели, как и десятки подобных ему искателей. Бгр долго смотрел ему вслед.

– Если дойдёшь… – прошептал он.

Вернувшись в деревню, Бгр долго оправдывался:

– Я уговаривал его, но он – скала, настоящая каменная глыба!

– Он себе на уме! – говорил кто-то. – Он имеет цель, так пусть же идёт к ней!

***

А странник шёл. Шёл без оглядки, устремив глаза только вперёд, туда, где когда-нибудь заблещут огни Феилии. Шм очень верил в это.

Внезапно он резко остановился. Он был не очень далеко от деревни и поэтому не ожидал увидеть здесь эту штуку. Может, с этого объекта начинается Феилия? Что бы это ни было, этот огромный блестящий предмет стоял среди привычных трав, кустов и деревьев.

Вдруг что-то загудело. Шм увидел открывающийся люк. Из образовавшегося проёма вышел… наверно, человек, только очень необычный.

Его звали Льюис Ф. Джонс. Утомлённое лицо его заросло густой и неухоженной бородой. Заспанные глаза рассматривали местность без всякого удивления: для пришельца Сэрмосс, судя по всему, сюрпризом не был. Ростом он был чуть выше туземца.

Шм с Джонсом встретились взглядами, и тут пришелец перепугался.

– Ч… что вы на меня так смотрите? – спросил он.

Шм молчал.

– Э… Здесь частная собственность? – продолжал Джонс. – Я вторгся на чужую территорию, да?

– О чём ты говоришь? – спросил Шм. Странным образом они понимали друг друга, хотя некоторые слова пришельца были сэрмиянину совсем неизвестны.