- -
- 100%
- +
Глава 1. Пробуждение
– Свежий легкий ветер… Чарующая тишина парка Ки́лларни. Все вокруг замирает, и слышно только биение собственного сердца. Настолько ты близко к природе. Чувствуешь, как каждая клеточка внутри тебя начинает танцевать и улыбаться от этого чувства?
Ве́лимонт стоял позади Ло́рен, прижимая ее к себе и обнимая. Он еле слышно шептал ей на ухо, согревая горячим дыханием ее яркие красные волосы, а она, закрыв глаза, слушала биение своего сердца, которое колотилось как бешеное. Спиной она чувствовала, как и сердце Велимонта отбивало два такта в секунду, не уступая ей, и его вечно убранные назад длинные по плечи темные пряди волос легонько щекотали ей плечи.
– Ты теперь вампир, Вель… – тихо произнесла Лорен, – Теперь ты совсем другой.
– Я все тот же, прежний, – усмехнулся Велимонт, – Только теперь у меня есть ты.
После победы над Артом и всем Орденом прошло чуть больше полугода, и теперь время бежало вперед сломя голову. Лорен стала бесстрашной и счастливой, а Велимонт стал гибридом мага смерти и вампира, который мог вполне претендовать на место короля всей нежити, если бы захотел.
Все события смешались, сплетаясь в одну прекрасную картину. Родители Велимонта, Ба́лор и Кэтрин, вернувшись друг к другу, тоже не могли узнать себя от счастья – они даже забыли о магии и прочем, и просто жили как обычная пара возлюбленных. Со своими же родителями Лорен давно уже не общалась – ей было не до этого, да и сами они давно уже с ней не связывались. Как и друзья.
Лорен и Велимонт, встретив с его родителями Новый год в особняке на берегу Донего́ла, решили оставить Кэтрин и Балора одних ненадолго и поехать посмотреть Ирландию: вот уже три месяца они путешествовали. Им не сиделось на месте, как и всем авантюристам – хотелось приключений.
Да и, новая вампирская сущность не давала Велимонту покоя. В нем постоянно ощущалась жажда и неимоверное желание постоянно пить кровь. Это доставило ему немало проблем, но даже они не стали причиной опустить руки.
Пока они путешествовали, Велимонт старался подключить разум Лорен к природе и настроить ее на внутренний контакт со своей сущностью Банши, но пока она думала совсем о другом. Впрочем, как и он сам.
Они постоянно находились рядом, и между ними возникало безумное желание наброситься друг на друга, которое они оба умело скрывали скромностью или порядочностью, и тормозили себя. Такие уж они – Лорен и Велимонт, вечно сдерживают себя, но разве не азартнее наблюдать друг за другом, нежели прикасаться и так далее?
Стоило только солнцу подняться – как они уже снова были в пути. Килларни был лишь небольшой остановкой – на его чистых зеленых полях у подножья гор было невероятно спокойно и красиво. Неподалеку от них непринужденно гуляли олени, а где-то сверху, летая между легкими перистыми облаками, чирикали птицы.
За эти последние три месяца они вдвоем объездили много красивых мест Ирландии: набрали много магической горной породы в Сла́йго, побывали в Долине двух озер Глендало́х. В тех местах горы напоминали крепость, которая надежно защищает их от внешнего мира, и эта крепость пролегала на сотни километров вперед.
Они даже как-то однажды загорали на небольшом каменном холме Ньюгрейндж, безмятежно наслаждаясь спокойствием и свободой. Они забрались туда незаконно, конечно же, но какие это приключения, если нет хоть немного риска?
Теперь перед ними был открыт целый мир. Они могли покорять огромные вершины вместе и больше ничего не бояться – и на каждой очередной остановке они отрывались, как могли.
Они бесстрашно забрались на вершину скалы Слив Лиг и там долго обнимались, смотря вдаль – туда, где перед ними простирались океан и горы. И в тот момент они чувствовали свободу от всего, что происходит вокруг, свободу от своих страхов и предубеждений, скрытых грустных мыслей или назревающих проблем.
Какие проблемы могут волновать человека, который стоит на вершине мира и смотрит только вперед – туда, где полоса горизонта открывает ему новые возможности?
– Я тебя так люблю! – с нежностью восклицал Велимонт, забывая обо всем, и прижимал Лорен к себе покрепче. Она лишь нежно улыбалась, уткнувшись ему носом в грудь, и бубнила что-то в ответ.
Время замирало перед роскошью с виду необъятного побережья, открывая им нечто невероятное и вечное – то, что было и будет даже тогда, когда нас уже давно не будет в живых.
Хотя, кто сказал, что мы не можем жить вечно? У нас лишь есть тело, но то, что останется после нас – будет жить вечно, и мы сами… Мы навсегда останемся в сердцах тех, кто о нас помнит.
Путешествуя, Лорен и Велимонт случайно оказались и на других огромных, возвышающихся над морем утесах Мохе́р и провели там несколько дней, не в силах оставить позади такое прекрасное место.
Лорен отчетливо запомнила, как каждый вечер на закате скалы окрашивались в ярко-оранжевый и красный цвета, будто подыгрывая ее волосам, а небо было настолько цветастым, что, казалось, по нему провели кистью, и художник был весьма безумен и полон ярких эмоций. И солнце было таким радостным и теплым, что они напрочь сразу забывали, что пока еще совсем не лето.
Ну и, конечно же, они не забыли заглянуть на залитый ярким мартовским солнцем пляж и немного понежиться на песке, просто закрыв глаза и взявшись за руки. Пляж, на тот момент полупустой, так и манил к себе, так и хотелось развалиться и остаться там навечно.
Эта жизнь, такая фантастически беззаботная, теперь казалась им безумной сказкой. Немного насладившись моментом, они покинули Портсалон, этот солнечный пляж.
И тут же попали в круговорот событий, который привел их к полуострову на берегу океана, в деревеньку Дингл, где, как оказалось, жила семья Банши́, давно скрывавшихся от мира. Здесь-то они и задержались на целый месяц по многим причинам: Лорен было очень любопытно узнать еще что-нибудь о своей природе и встретиться еще с кем-то, кто понимает ее.
Оказалось, что в этой семье подрастает маленькая худенькая девочка с веснушками и с точно такой же способностью подчинять себе все живое, как и у Лорен. Только она пока еще не совсем подросла, чтобы проявить себя и свою магию, но родители уже втайне опасались за ее жизнь…
Эта семья приняла их как своих, потому что они очень любили принимать у себя путешественников – а, тем более, таких необычных. И путники совсем не заметили, как пролетело время, пока гостили у них.
С тех пор прошло уже немало времени, но они до сих пор вспоминали эту добрую и гостеприимную семью.
– Велимонт, – Лорен обернулась к нему.
Вампир-маг смерти отрешенно взглянул на нее:
– Да?
– Куда мы отправимся после Килларни?
– Хммм… – Велимонт мечтательно задумался и задрал голову к небу, щуря глаза. – Какое изумительное солнце… Люблю когда вот так тепло…
Лорен пакостно ухмыльнулась и легонько хлопнула его по плечу:
– Ну, хватит издеваться, я серьезно!
Велимонт хитро взглянул на нее, пожирая ее своими черными глазами и, приблизившись к ее лицу, загадочно улыбнулся:
– А почему бы и нет, моя дорогая?
– Да, я очень дорогая… Даже не представляешь, насколько, – Лорен скорчила рожицу, но, увидев, что на Велимонта это не произвело никакого впечатления, сдалась и обмякла под напором его завораживающего взгляда. – Ну, хватит… Ты меня с ума сводишь… А, знаешь, здесь весьма неплохо. Но все невозможно знать, и невозможно быть везде и сразу. Но вот растянуть моменты… Я бы хотела, чтобы лето длилось вечно. Чтобы никогда не было холодно.
– А тебе разве холодно? – обеспокоенно спросил Велимонт.
Лорен помотала головой и прошептала:
– С тобой всегда тепло, Вель…
– Хорошо, если так, – улыбнулся тот и приготовился к телепортации, – Нам пора дальше.
Телепортация для Лорен давно уже стала привычным делом. Ее уже не тошнило, и быстрая смена локаций не удивляла ее. Хотя, каждый раз все было по-новому. Например, новые места. Чем бы ни руководствовался Велимонт, выбирая их, но он точно никогда не давал ей заскучать.
Открыв глаза и немного отстранившись от Велимонта, Лорен увидела чуть в стороне от них мрачный заброшенный готичный за́мок на возвышении холма, а к нему вела прямая каменная дорожка, к которой они немедленно и шагнули, заинтригованно переглядываясь и улыбаясь одними глазами.
Над за́мком, как в злой сказке, сгущались почти черные тучи, а сам он был как одна огромная темная каменная глыба, да и внутри него не было явно никакой жизни. Вместе они обследовали его и, тихо шагая и прислушиваясь к каждому звуку, осмотрели его изнутри. Все бы ничего, но Велимонта постоянно что-то настораживало.
– Знаешь, – сказал он, вдруг остановившись, – Что-то мне подсказывает, что мы тут не одни. И кто-то давно уже наблюдает за нами.
Велимонт внезапно застыл и помрачнел. Лорен нахмурилась, проследила за его взглядом, но ничего не увидела, зато вдруг почувствовала, что не может сдвинуться с места. Она вытаращила глаза, которые пока все еще принадлежали ей, но не смогла воспроизвести ни звука. Велимонт отчаянно попытался вырваться, хотя бы шевельнуться, но все тщетно.
Кто-то позади них тихонько посмеялся и, медленно подойдя к ним, наконец, появился в поле зрения.
Юноше было на вид не больше двадцати или двадцати пяти лет, хотя Велимонт прекрасно понимал, что этому вампиру-магу смерти чуть больше, чем ему самому. Выглядел он довольно аристократично, одет с иголочки и опрятен, и смотрел на них обоих изучающе и немного снисходительно пристальным взглядом изумрудных глаз.
Когда-то очень давно они с Велимонтом учились вместе в магической академии Гейнсборо, но почему-то казалось, что это было в какой-то другой жизни. Ведь всю остальную тысячу лет он работал на короля нежити. Матвей.
– Что ты с нами сделал? – Лорен прищурила глаза и дернулась, настороженно разглядывая аристократичного наглеца. Она вдруг с удивлением обнаружила, что он все-таки вернул им возможность разговаривать.
Тот покачал головой и зацокал языком:
– Зря стараешься, Лорен. Если уж он, – Матвей кивнул на Велимонта, – Не может ничего с этим сделать, то ты и подавно. Вы на моей территории. А я ко всем незваным гостям отношусь крайне настороженно.
– Мы рады за тебя, но это все ни к чему, – процедил Велимонт, изнывая в этом невольном магическом заточении.
Матвей важно кивнул головой, соглашаясь с ним, но тут же рассмеялся:
– Попридержи свою предвзятую ненависть ко мне. Вам ничего не угрожает, это – всего лишь меры безопасности. Я не знаю, можно ли вам верить. На самом деле, вам самим следует сейчас порадоваться такому «врагу», как я.
– Это почему еще? – недоумевающе поинтересовалась Лорен.
– А потому, что… – Матвей огляделся, посмотрев куда-то вверх, – Сейчас нигде не безопасно. Если когда-то вы думали, что самым главным вашим врагом был Арт, а сейчас думаете, что теперь повсюду мир и покой, то я вынужден вас огорчить. Пора бы открыть вам глаза.
Он подошел к ним обоим, легонько ткнул пальцем в грудь каждому, и они снова почувствовали, что могут двигаться. Велимонт сразу же дернулся вперед, но Лорен мягко взяла его за руку и потянула назад.
– Я – Матвей, давний знакомый вашего друга, Раймона, – он вежливо шагнул вперед к Лорен, слегка поклонившись. – Да и с Велимонтом мы когда-то были знакомы, – он кивнул и ему.
– Я бы не назвала Раймона нашим другом – скорее, союзником, – протянула Лорен задумчиво.
Велимонт усмехнулся, задрав нос, и сжал руку любимой покрепче.
– Помню я тебя, Матвей, ну, и… – начал он, чуть помедлив, – На что ты собираешься открыть нам глаза?
Матвей снова шагнул к ним, поочередно глядя каждому в глаза, будто заглядывая им в душу, и медлил с ответом. Его намерения были неясны для них обоих, и поэтому от него можно было ожидать что угодно.
– Вы оба даже не представляете, какого зверя вы разбудили. Он уже даже выбрал свою главную жертву…
Такое внезапное заявление сбило с толку их обоих, и они растерянно переглянулись. Лорен решительно шагнула к Матвею, игнорируя умоляющий взгляд Велимонта не делать глупостей и особо с этим типом не разговаривать, и уверенно произнесла:
– Мы уничтожили Арта. Его больше нет. Ты зря только воздух тратишь на пустые угрозы.
– Лорен… – услышала она позади себя и резко обернулась:
– Что?!
– Отойди от него, – тихо ответил Велимонт.
Матвей вдруг рассмеялся:
– Да вы же совсем не доверяете друг другу. Поэтому вы и не видите правду.
Лорен и Велимонт исподлобья зыркнули на Матвея, но тот лишь приподнял бровь и, задумчиво улыбнувшись, продолжил, обращаясь к Велимонту:
– Я вижу, кто ты на самом деле, маг смерти, – вкрадчиво протянул он, – Хотя, ты уже не такой уж и маг смерти, не так ли? Ты такой же, как и я, хоть я и отрицаю свою вампирскую сущность. Но я вижу твою суть. Она дремлет внутри тебя, но я знаю, ты слышишь… слышишь, как она просыпается.
– Что еще за загадки такие? – возмутилась Лорен, – Ненавижу загадки. С ним все нормально. Он просто стал гибридом мага смерти и вампира. Ничего особенного…
– Лорен! – снова услышала она строгий оклик, и вздохнула, недовольно открыв рот, но все же решила промолчать. Велимонт нахмурился и взглянул на Матвея: – Что бы это ни было, мы решим это, как и любую другую проблему. Вместе.
– Как вам угодно, – согласился Матвей и отвернулся. – Но одни вы точно не справитесь. Видимо, вы совсем не знаете, что сейчас происходит в этом мире, и лучше поскорее вникнуть в курс дела, а то потом уже будет поздно, – он шагнул прочь, и очертания его начали расплываться. – Вы знаете, как выйти отсюда.
Лорен растерянно уставилась туда, где только что в воздухе растворился Матвей, и тихо произнесла:
– Ну, и что это только что было?..
– В одном он прав, тебе нужно чаще слушать меня. Я же просил не делать глупостей! – нахмурился Велимонт, озабоченно окидывая себя взглядом.
То, что Матвей только что сотворил с ними, не давало ему покоя. Его возможности вполне можно было сравнить с силами Арта – даже, возможно, хуже. Если бы Матвей захотел, он бы и в порошок их стер. Лорен, видимо, это волновало не так сильно, как то, что в воздухе явно повисло напряжение.
– А что я такого сделала?.. – возмутилась она и отвернулась. – Ну, ляпнула, и ляпнула. Не убил же он нас…
– Ты не понимаешь!.. – строго воскликнул Велимонт, подойдя к ней и развернув к себе. – Каждый раз ты рискуешь, говоря все, что придет тебе в голову! Разве ты не понимаешь, что мне не все равно?
– И, что теперь? Мне молчать в тряпочку? – насупилась девушка и опустила глаза.
Велимонт озадачился, мучительно глядя на нее, и грустно выдохнул:
– Лорен, они – не я. Нельзя говорить им все, что ты думаешь – они могут использовать это против тебя!
– А ты не используешь?.. – парировала Лорен, проницательно зыркнув на него.
Велимонт, потупившись, уставился на нее. Она сбила его с толку. Наконец, он собрался с мыслями и, протянув к ее лицу ладонь, тихо ответил:
– Но я никогда бы не обидел тебя. Я всегда на твоей стороне, ты же знаешь. Никогда не забывай об этом…
Лорен выдавила обиженную улыбку, демонстративно уставилась куда-то в сторону, и пальцы Велимонта коснулись только края ее щеки. Он подошел к ней поближе, положил ладони ей на плечи, но она все еще смотрела в сторону.
– Я ненавижу, когда мне указывают, что мне делать и как делать, – буркнула она, разглядывая облупившиеся стены старого за́мка, – Ты это знаешь.
Велимонт с нежной улыбкой взглянул на нее и легонько сжал ладонями ее плечи:
– Я люблю тебя и такой. Очень сильно.
Лорен только хмыкнула, все еще глядя в сторону, и шмыгнула носом. Велимонт не отступался и все еще нежно смотрел на нее.
– Глупышка… – шепнул он, – Я просто очень за тебя волнуюсь. Вот и все, – девушка, смягчившись, все же взглянула ему в глаза, и Велимонт продолжил: – И, вообще, тебе же всегда нравилось, когда я действовал за нас обоих. Не ты ли мне говорила, что чувствуешь себя со мной в безопасности?
– Ну, началось… – пробурчала она, – Вот только попробуй…
Не дожидаясь приглашения и не дав ей закончить фразу, Велимонт быстро притянул ее к себе и поцеловал в губы, не давая ей никаких шансов отклониться. Лорен только пискнула, но тут же обмякла, прижавшись к нему и отвечая на поцелуй.
– Что же ты делаешь… – прошептала она, когда их губы разъединились. – Ты же знаешь, как на меня это действует. Я в тебе совсем забываюсь…
– Разве это не хорошо? – Велимонт улыбался и гладил ее по волосам. – Идем. Я знаю, как загладить свою вину перед тобой. Ох, я прекрасно понимаю, что тебе нужно свободное пространство, и я совсем не хочу ограничивать тебя. Просто, честно говоря, я не знаю, как заботиться о тебе так, чтобы тебе от этого не было больно… Я никогда этому не учился.
Лорен примирительно схватила его за руку и потащила к выходу из за́мка.
– Главное, меньше грубости! И ты уже на пути к истине, – улыбнулась она.
Велимонт, бросив на свою любимую взгляд, полный терпения, притянул ее к себе, обнял, и телепортировал их обоих из этого мрачного места.
И тут же в глаза Лорен сразу ударил яркий свет красного закатного солнца. Велимонт приложил ладонь ко лбу козырьком и посмотрел вдаль. Лорен, на лице которой ласково плясали теплые лучи солнца, улыбалась и сжимала руку Велимонта, положив ему на плечо голову.
– Ну, хорошо. Я сдаюсь.
Велимонт развернулся, поцеловал Лорен в лоб и молча повел чуть в сторону. И в тот же момент девушка заметила, что они находятся на высоком обрыве скалы, а в стороне от них расположились освещенные красным закатным светом развалины полуразрушенного старого за́мка.
– Снова за́мок? – усмехнулась она, и Велимонт пожал плечами, будто он и понятия не имеет, что происходит.
Лорен весело покачала головой и потянула его к краю обрыва, где они могли бы присесть. Трава была даже на самом краю скалы, и поэтому сидеть было мягче. Велимонт, удобно усевшись, зачарованно наблюдал за своей любимой и размышлял о том, насколько изменились их жизни…
Когда-то он даже и не думал, что сможет так сблизиться с кем-то. Но она… Она в корне перевернула все его понятия и всю его жизнь, буквально вытолкнув его из пустого безжизненного пространства. Кажется, сейчас он мог бы сделать столько всего безрассудного…
Но единственной его мыслью было – провести с ней всю эту безумную жизнь.
Может, когда-нибудь он женится на ней – когда-нибудь, когда она будет к этому готова. А потом в их жизни появятся такие же маленькие пройдохи, которых они будут так же безумно любить, как друг друга.
Но он забегал вперед. Они еще так мало знают о любви и о том, сколько еще им предстоит пережить вместе…
– Какой шикарный закат… – восхитилась Лорен. – А ты знаешь, как удивить девушку. А еще он говорит, что никто его ничему не учил… – она исказила свой голос, немного с издевкой.
Велимонт загадочно улыбнулся и приобнял ее за плечи:
– Ты особенная, и это все меняет. Я учусь всему заново.
– Хммм… А как ты смотришь на то, что я, например, однажды залезла в твой сундук с записками и читала твой личный магический дневник? – ляпнула Лорен, не подумав, и тут же зажала рот рукой. Но было уже поздно.
Велимонт иронично усмехнулся и покачал головой.
– Я давно уже знаю обо всем этом, – с укоризненным вздохом ответил он, – У тебя одно оправдание. Тебе, как раненой однажды девушке, у которой проблемы с доверием, можно это спустить с рук.
– А я, кажется, знаю, почему ты немного разошелся… – промурлыкала девушка, и тот заинтересованно взглянул на нее, приподняв бровь. – Ты уже давно не пил крови. Вампирская сущность дает о себе знать.
– Не могу не согласиться, – ответил вампир-маг смерти и отрешенно уставился на красное солнце, которое уже почти ушло под воду. – Но, раз ты согласилась помочь мне и делиться своей кровью, то я не стану принимать это как должное и дергать тебя каждые полчаса.
Он ожидал ответа, но так и не получил его. Недоумевая, он повернулся к ней и встретился с ее ласковым взглядом, в котором так и читалось желание помочь. Она качала головой и робко улыбалась, протянув ему руку и кивая на нее. Велимонт, недолго думая, поднес ее к своим губам и прокусил ее запястье.
Лорен закрыла глаза, невольно покусывая губы, и все внутри у нее снова загорелось от одного его присутствия. Она и не заметила, как он оторвался от ее запястья, с любовью разглядывая ее лицо и наслаждаясь ее эмоциями. И стоило ей открыть глаза, как он прокусил свое запястье и протянул ей.
Она знала, что это означает: так он предлагал ей забыться вместе, ведь его кровь так же стирала из ее головы все ненужное, оставляя там только эйфорию. С тех пор, как он стал гибридом, его кровь уже не причиняла ей боли.
Лорен без раздумий прижалась к его ране губами, испив из нее, и в следующий же момент почувствовала, как голос разума у нее резко отключился, оставив ей одни лишь эмоции и чувства.
Велимонт осторожно обхватил ее лицо обеими ладонями и приблизил к себе, коснувшись своим лбом ее лба.
Они оба, закрыв глаза, долго сидели на обрыве этой скалы неподалеку от развалин за́мка, забывшись друг в друге: весь мир вокруг них побледнел – все, что происходило в нем в этот момент, не волновало их ни капли.
Повсюду было столько тепла и радости, которыми были наполнены их сердца, и даже на мгновение Велимонту показалось, что они и сами растворились, превратившись в пыль, и потерялись друг в друге навсегда. Это и пугало, и влекло их друг к другу, делая каждый момент неповторимым и чудесным.
Вспомнив о каком-то тихом укромном месте, Велимонт, недолго думая, телепортировал их в маленькую пещеру с водопадом, и там они решили заночевать. Все внутри пещеры было зеленым: ветви деревьев, спускавшихся в эту нишу, переплетались между собой, наполняя все вокруг свежестью.
А посередине пещеры располагался небольшой водоем; и чуть скраю, на широкой тропинке у стены, Велимонт разложил огромный спальник и приготовил все ко сну.
Лорен уже потихоньку засыпала и клевала носом, но это не мешало ей иногда задирать Велимонта или подкалывать его. Тот к ее шуточкам относился терпеливо и снисходительно, как к детским выходкам.
Он заботливо подмял ее под себя, закутал, и прижал к себе посильнее, чтобы она не замерзла ночью. Несмотря на то, что пещера была магически обустроена как оазис – зеленый островок радости, наполненный летом, – холод ранней, апрельской весны проникал внутрь и хорошо освежал все пространство.
– Спи, малышка. Спи, и ни о чем не волнуйся, – шептал Велимонт Лорен, осторожно поглаживая ее волосы.
Утро наступило достаточно быстро, как и осознание того, что их кровь до сих пор течет друг в друге, заполняя пустое пространство в их беспокойных сердцах. Внутри них обоих бурлила жизнь, страсть к приключениям, и друг к другу, которая так и подбивала сделать что-нибудь сумасбродное, или просто развлекаться и радоваться жизни.
Перед ними было открыто еще столько возможностей, а мир был огромным и необъятным – они могли хоть вечность вот так путешествовать вместе. О чем еще можно было мечтать, когда вы рядом и ничто не мешает вам наслаждаться этой близостью?
Стоило им только проснуться, как Велимонт сразу собрал все вещи, подхватил Лорен, телепортировав их на почти пустую поутру автомагистраль, и непонятно откуда выудил большой черный скутер. Лорен, увидев его, в тот же миг воодушевилась, подскочив от радости на месте.
– Ты его что, из своего рюкзака вытащил? – воскликнула она, обрадованно зажав рот ладонями, – Мой отец постоянно раньше возил меня на таком!
Велимонт кивнул на скутер и ухмыльнулся:
– Садись, покатаемся!
Лорен с безумными глазами подбежала к нему, обвив его шею руками, и крепко поцеловала, со всей нежностью. Велимонт подхватил ее, кружа в воздухе, и она с веселыми криками запрокинула голову. В ее серых глазах отражалось чистое голубое небо, и легкий апрельский ветерок развевал ее яркие волосы, разнося ее возгласы эхом вокруг.
Девушка схватила свой рюкзак и резво подскочила к скутеру. Велимонт, последовав за ней, аккуратно усадил ее сзади и сам сел перед ней.
– Держись крепче! – усмехнулся он и резко газанул.
– Вух-хуу! – громко завопила Лорен.
Ей в лицо ударил встречный ветер.
Бешеная скорость, адреналин… вот что сейчас имело значение, только это.
Вся их жизнь была безумной и невероятной, и одними этими мгновениями ее можно было бы описать полностью. Когда ты несешься с огромной скоростью вперед вместе с любимым человеком, а внутри вас закипает кровь, которую вы разделили друг с другом. Дорожные знаки, поля, деревья смазываются и проносятся мимо, а вы все держитесь друг за друга и едете, не оглядываясь.