- -
- 100%
- +
Вероятно, после долгого отсутствия их и Балора, Кэтрин совсем сходила с ума в одиночестве. Теперь же ее лицо даже светилось от радости, что хотя бы с ними все хорошо. Искать Балора было бесполезно: никто не мог почувствовать его присутствия. Но это еще не значило, что он погиб.
Весело позавтракав, Велимонт и Лорен отправились прогуляться на побережье и понежиться на солнышке. Кэтрин осталась в особняке, аргументировав это тем, что уже успела за долгое время нагуляться по берегу.
Волны на берегу были огромными – видимо, ночью действительно был дождь, или уже под утро, когда они уснули. Недолго гуляя босиком по пляжу и обнимаясь, возлюбленные совсем скоро оказались в воде – а, точнее, Велимонт внезапно подхватил Лорен и вместе с ней нырнул навстречу большой океанской волне.
Лорен весело завизжала, колотя его по спине – и, стоило им вынырнуть, окатила его брызгами и начала понарошку топить, опуская его голову под воду.
Совсем заигравшись, они не заметили, как совсем рядом с ними, на берегу материализовалась молодая девушка, примерно их же возраста. Волосы у нее были светло-русыми и сильно кудрявились, плавно падая на плечи, как у Кэтрин. Да и черты лица немного были похожи на нее, на лице макияж в духе Эффи, а глаза у нее были дерзкие и смелые, со своей долей ребячества.
На запястье у незнакомки красовался тонкий браслет, который все еще слегка светился – видимо, телепортатор.
– Привет, братик, – услышали Лорен и Велимонт, и резко насторожились, высунувшись из воды.
Увидев незнакомую девушку на берегу, Велимонт недоверчиво окинул ее взглядом – явно впервые ее видел и не узнавал.
Насколько он знал, у него никогда не было сестры…
Мысли, смешавшись, попытались быстро переварить услышанное. Наверное, кто-то решил пошутить или ошибся.
Сама же незнакомка почувствовала себя неловко – видимо, не ожидала такой реакции. Она вообще сама не знала, чего она ожидала. Даже, наверное, не знала, что сказать. Понимая, что молчанием она точно не спасет положение, незнакомка снова осторожно нарушила тишину:
– Знаю, для тебя это дикая неожиданность… Ведь все думают, что я умерла еще тысячу лет назад. Наверное, родители не рассказывали тебе обо мне, иначе ты не смотрел бы на меня вот так, да… – она разочарованно топталась на месте. – Я – твоя сестра-близнец, Аме́лия. Нас разлучили еще при рождении и отдали двум разным семьям, чтобы уберечь нас от нашего дяди. Ну, про него ты и сам все знаешь…
Лорен, загадочно и с любопытством поглядывая на Велимонта, который был в абсолютном ступоре, вдруг быстро вылезла из воды, спотыкаясь, и протянула кудрявой незнакомке ладонь:
– Я не знаю, что тут происходит, но… Приятно познакомиться! А я его девушка – Лорен, – воскликнула она, не сдерживая радостную улыбку.
Она сама не поняла причины этого порыва, но имя девушки внезапно отозвалось в ее голове, будто воспоминание. Где-то она уже слышала это имя еще до того, как Балор упомянул о погибшей сестре Велимонта – давно, может, в прошлом году. Может, кто-то из Ордена или в Скайла́йте упоминал про нее?
Как и Велимонт. Ему тоже ее имя показалось знакомым. Балор уже рассказывал о ней – но совсем немного. Он вспомнил…
Велимонт, наблюдая за всем этим необычным зрелищем, быстро замотал головой и встряхнул мокрыми волосами, приводя себя в чувство. Он до сих пор не мог поверить в то, что только что услышал.
– Я знаю, кто ты, – дружелюбно ответила Амелия, кивая Лорен и пожимая ей руку, – В магическом мире многие знают тебя, а среди своих – и подавно. Приятно познакомиться, рыжая знаменитость! А братик неплохо так устроился… – она оценивающе оглядела Лорен с головы до ног и довольно улыбнулась.
– Моя сестра жива?.. Один я не понимаю, что здесь происходит, да?.. – послышался голос Велимонта, уже вышедшего из воды. Он растерянно стоял рядом, выжимая свои длинные по плечи волосы, – Мама сознание потеряет, когда увидит тебя… Идем домой, в особняк, познакомишься с ней. Заодно, и, может, кто-нибудь объяснит мне…
Велимонт все еще окидывал Амелию недоверчивым взглядом. Да, бесспорно, она была очень похожа и на мать, и на отца. Как и он. Сам он даже и не думал раньше, как могла бы выглядеть его сестра, хоть и всегда мечтал, чтобы она оказалась жива. И сейчас, когда это произошло, он не мог поверить…
Где-то здесь явно был подвох.
Амелия взволнованно взглянула на красивый белый особняк с коричневыми крышами в стороне от них и грустно вздохнула:
– Сколько лет я мечтала об этом…
Видимо, она и не думала, что ей будет так сложно. Столько сотен лет ждать этой встречи, а на деле… Кто знает, как ее примут родители? Родной брат ее совсем не узнал – может, он даже не знал об ее существовании. А, может, они уже и забыли давно о ней?
От мрачных размышлений ее спас Велимонт, не удержавшись и обняв сестру, которую только что обрел – внезапно, ведь он всегда считал себя единственным ребенком в этой древней семье. Год назад у него даже и семьи-то не было…
– Ты настоящая? – осторожно спросил он, – Ты на самом деле моя сестра?
– Ну конечно, дурачок! – хихикнула Амелия, потрепав его по волосам и обняв еще крепче, – Реальнее, чем твоя мокрая шевелюра!
Они все вместе решительно направились в сторону особняка. Лорен и Велимонт выжимали по пути свою одежду, а Амелия разулась и шла по пляжу босиком. Оказывается, и на побережье она давно не была и совсем забыла, как это замечательно – просто шагать босыми ногами по песку, омываемому океанскими волнами.
Перед входной дверью Велимонт на несколько секунд остановился, оглянулся на сестру, и та, улыбаясь, кивнула ему. Он осторожно приоткрыл дверь, заглянув внутрь. Кэтрин все так же сидела в гостиной, увлеченно читая книгу.
– Мам?.. – Велимонт, помедлив, ступил на порог и глубоко вздохнул, подбирая слова. – Моя сестра-близнец, Амелия… – он снова запнулся и растерянно посмотрел на Кэтрин. Та замерла и взглянула на него так, будто у нее сердце убежало в пятки. – В общем… сама посмотри.
Амелия, выступив из-за плеча брата, вышла вперед и неуверенно произнесла:
– Это я, мамуль. Как видишь, вполне себе живая. С ума сойти, что происходит…
Кэтрин, ошарашенно раскрыв рот, закрыла его ладонями и выронила книгу из рук. Она медленно встала из-за стола, подойдя к ним ближе, смотря то на Велимонта, то на Амелию, и совершенно ничего не понимая.
Перед ней стояла высокая симпатичная девушка, одетая довольно модно и современно, во всем обтягивающем и черной кожанке, с вьющимися светло-русыми длинными волосами и острым, задорным подбородком. В зеленых глазах ее будто бегали чертики, но очень милые и дружелюбные, а по губам бродила радостная улыбка.
– Не может быть… Нам же сказали… Амелия… – выдохнула Кэтрин.
– Мам, все хорошо, не волнуйся! Ты только не волнуйся. Никуда я теперь не денусь. Меня просто скрывали из-за Арта, а теперь, когда он мертв, и я, можно сказать, свободна…
Кэтрин, не удержавшись, подбежала к дочери и обняла ее изо всех сил. Амелия прижалась к ней, как маленький потерянный котенок и прикрыла глаза, забыв обо всем. Когда же еще будет возможность обнять маму, с которой мечтала встретиться уже тысячу лет?
Лорен, взглянув на Велимонта, сразу все поняла. Все его сомнения в одно мгновение развеялись.
Теперь вся семья была в сборе. Почти вся семья…
Не хватало только Балора.
На лице Велимонта было столько неописуемых эмоций, а в голове было бесчисленное количество хаотичных мыслей, что только больше сбивало его с толку. Как такое вообще возможно, что у него теперь есть сестра? Наверняка, что-то вот-вот должно на него обрушиться. Не может все быть так идеально!
«Надо срочно связаться с Артуром… Или хоть с кем-нибудь… Куда же он пропал…» – пролетело у Велимонта в голове.
– Кстати, а где мой папа? – спросила Амелия и сразу, увидев всеобщее разочарование, не на шутку заволновалась.
– Он скоро вернется, – Лорен поспешила ее успокоить, – Просто задержался на очень важном задании…
– На каком задании? – нахмурилась Амелия, заподозрив неладное.
Она пришла оттуда, где сейчас совсем не было спокойно. Повсюду, во всем мире среди нежити уже бурлило противостояние, и этот особняк на побережье казался небольшим райским островком. Но вполне логично было бы ожидать, что все будет не так, как она ожидала. Как и то, что хаос противостояния мог дотянуться и сюда.
И что-то ей подсказывало, что никто из них даже ничего не знает…
– Мы точно не знаем. Он вернется, не волнуйся. Он будет безумно рад тебе, вот увидишь, – с улыбкой ответила Кэтрин.
Амелия, беззаботно пожав плечами, выкинула плохие мысли из головы и осмотрелась, разглядывая все до мелочи. Кто знает – может, действительно с отцом все хорошо, и она просто ошиблась. В такие времена паранойя может стать постоянным спутником – особенно, когда ты все еще впутана во все это по самые уши.
– Как у вас тут здорово! Не то, что в Питере – жуть творится повсюду… Дом у вас красивый, уютный, – восхищалась она.
– Оставайся здесь на какое-то время, с нами, – предложил Велимонт, – Или у тебя какие-то другие важные дела?
– Э-эмм… – Амелия задумалась – что-то явно ее беспокоило.
Конечно, у нее куча дел. Мир потихоньку катится в тартарары. К тому же, ей нельзя пропадать надолго – и вообще нельзя пропадать. Ее личная борьба с развалившимся Орденом еще не окончена. Но семья была важнее всего.
– Нет, – добавила Амелия, – Дела подождут. Я вас сто лет не видела! Точнее, тысячу! Точнее, вообще никогда…
– Вот и отлично! – заключила Лорен, – Велимонт тебя куда-нибудь пристроит, тут места полно.
– Да, – спохватился тот, – Идем, найдем для тебя комнату.
Он подхватил сестру под руку и повел к лестнице на второй этаж.
Попутно Амелия с любопытством рассматривала все, что ей попадалось на глаза, и все охала, восторгаясь особняком. В нем и не было ничего особенного, но внутри было настолько уютно, что совсем не хотелось никуда уходить.
Лорен, оставшись наедине с Кэтрин, снова заметила, как та погрустнела и растерялась. Видимо, упоминания о Балоре снова захлестнули ее беспокойством и тревожными мыслями. Они настолько поглотили ее, что эту тяжесть, казалось, невозможно было ничем скинуть с плеч.
Даже новостью о том, что ее дочь, которую она оплакала еще тысячу лет назад – на самом деле жива…
Кэтрин направилась на крыльцо, присела на лестницу, подперев голову ладонями, и уставилась куда-то вдаль, на океан, на горизонт. Она безумно хотела теперь расспросить дочь обо всем, но совсем не хотела показывать ей своего беспокойства.
Совсем не вовремя. Если бы только Балор был здесь…
Все это было слишком.
Лорен сразу поспешила успокоить ее, не в силах смотреть, как она страдает – вышла на крыльцо и присела рядом с ней.
Океан разбушевался еще больше, а солнце уже медленно опускалось к горизонту – близился вечер, ведь Велимонт и Лорен проснулись довольно поздно. Волны громко разбивались о берег, выбрасывая на песок соленую пену, и возвращались обратно в океан – и так бесконечно. Можно было, засмотревшись, пропасть в этом повторяющемся незамысловатом движении навсегда.
Лорен все думала о словах Матвея про то, что происходит сейчас в мире, а они совсем ничего не знают…
То же самое сказал и Балор – что-то происходит. И даже Амелия вкратце упомянула про то, что в Питере творится какая-то жуть. А раз так – то и их друзья могут быть сейчас в опасности.
«Амелия ничего толком больше не рассказала. Может, она думает, что мы все знаем? А, может, она знает больше, чем говорит. И то, что этот Матвей сказал о Велимонте, о его темной стороне… Как будто он знает, что произойдет, но просто не говорит… Кто знает, можно ли вообще ему доверять после того, как он работал на Орден»
– Ты успокаиваешь всех, а сама с ума сходишь, – укоризненно произнесла Лорен.
– А? – Кэтрин сонно вырвалась из потока своих мыслей и растерянно взглянула на нее, – А, ты об этом… Я просто волнуюсь. Не могу ничего с собой поделать.
– Он вернется, Кэт, – уверенно сказала Лорен, приобняв ее за плечо, – Что-то подсказывает мне, что именно так и будет.
Кэтрин удивленно взглянула на нее:
– Почему?
– Просто у меня предчувствие, что нас всех потом ждет кое-что похуже… Не знаю, что именно. Просто чувствую.
***
День и ночь пролетели быстро, сменяясь еще одним новым днем.
Велимонт с Амелией и Кэтрин много общались обо всем, что можно было обсудить, без умолку болтали. Лорен никогда не видела Велимонта таким, даже немного завидовала Амелии – он буквально светился изнутри. Видимо, он настолько был рад сестре, что просто не мог скрыть своих эмоций.
Лорен оставила их одних, понимая, что им нужно время, чтобы наговориться – когда такое на голову свалилось!
Она гуляла одна по берегу, наслаждаясь одиночеством, которого у нее не было больше полгода – в какой-то степени ей это даже нравилось. Кэтрин была права, иногда нужно отдыхать друг от друга. Лорен любила побыть в одиночестве – слишком уж она к этому привыкла.
А Велимонт сейчас был слишком увлечен встречей со своей новообретенной сестрой, которая, ко всему прочему, еще и оказалась вампиром – поэтому и прожила целую тысячу лет вплоть до этой встречи.
Прибрежные волны, разбивающиеся о песчаный берег, так и манили к себе.
И, какой же это парадокс – смотря на них, Лорен сразу начинала скучать. И сразу на нее наваливалось прошлое большим тяжелым камнем на душу. Она сразу начинала вспоминать то, что давно уже не беспокоило.
– Ужас, прошло уже целых полгода, даже больше! – говорила Лорен океану, – Как же я соскучилась по ним… Давно уже не слышала веселого смеха Дэни, которая вечно издевается над своим любимым угрюмым Богданом. Давно не видела Ди́но и Ваньку, неразлучных лучших друзей… Э́ффи и Ник… Интересно, как у них там дела? А Василиса? Все еще дуется на Ра́ймона? А как там поживают Роза с Артуром, в конце-то концов?
Океан молчаливо брызгал в нее соленой водой и пеной, будто говоря ей о том, что они тоже по ней скучают.
Лорен не выдержала и сняла обувь, окунув ноги в прохладную воду. Какое это было блаженство – наверное, чувство, которое никогда не надоест. Для некоторых океан – лучший собеседник, и иногда он даже лучше некоторых людей.
– Ну вот скажи мне, почему от них ни слуху, ни духу? Они бы в любом случае со мной как-то связались. Они – еще те пройдохи и придумали бы способ, я знаю их, могли бы и телепортировать даже… Они даже в соцсетях не появляются уже давно! Что-то здесь не так, я чувствую! Еще и этот Матвей из бывшего состава Ордена, он меня насторожил. Может с ними что-то случилось, как думаешь?
Океан снова обдал ее прохладной водой, промочив ноги уже до колена и ее легкое сиреневое платье.
Внезапно Лорен заметила вдали еле различимую темную фигурку, которая быстро к ней приближалась, слегка хромая. Лорен недоумевающе пригляделась, зная, что здесь редко кто бывает, и узнала Балора – издалека он еще больше напоминал Велимонта, такой же высокий и темноволосый.
Она охнула и, быстро надев ботинки, кинулась к нему навстречу.
– Что случилось, Балор? – крикнула она, подбежав ближе, – Где ты пропадал?
Балор, не останавливаясь, кивнул на особняк, предлагая идти быстрее домой, и коротко ответил, указав на свою ногу:
– Не могу рассказать ничего хорошего. Только плохое. Можешь помочь мне?
Лорен машинально взглянула на его ногу и ужаснулась – она была вся в крови. Да и не только нога. Девушка бросилась к нему и перекинула его руку себе через плечо.
– Идем быстрее, Кэтрин там просто с ума сходила! И тебе стоит приготовиться к этой встрече, тебя там ждет неожиданный и шокирующий сюрприз…
Стоило им ступить за порог, как сразу послышались облегченные возгласы, и все поспешили к ним, сбиваясь со слов и путаясь в мыслях.
Кэтрин была сама не своя от счастья: она бросилась к Балору, крепко обнимая и целуя его, и даже не задумываясь о том, что они не одни в гостиной. Она озабоченно осматривала его, покачивая головой и цокая языком – лицо его, руки и одежда были в крови, что не означало ничего хорошего.
– Балор! Ты жив! С тобой все хорошо?..
– Да, милая, я здесь. Это не смертельно… Скоро приду в себя. Есть кое-что поважнее… – не успел Балор закончить, как вдруг заметил рядом с Кэтрин кудрявую светловолосую девушку, немного смущенно поглядывающую на него в ожидании чего-то.
Балор совсем не ожидал, что, когда он вернется домой, тут будет кто-то еще, кроме его семьи. Он внимательно присмотрелся к Амелии, мучительно выгребая все из памяти в поисках нужного образа, и все не мог понять, где же он ее видел. Все те же глаза, те же черты лица, как и у Кэтрин.
Это было странно, как во сне. Балор медленно вспоминал то, что, казалось, давно уже постарался стереть из своей памяти…
– Балор, это… – не узнавая свой голос, начала Кэтрин, отстранившись от него.
Балор кивнул, опустил голову и грустно улыбнулся. Точно так же, как и Велимонт на него – эта девушка была чертовски похожа на Кэтрин. И даже будучи в плену недавно, он слышал какие-то сплетни о том, что она жива, но не мог поверить своим ушам. Но, видимо, все это оказалось правдой.
– Я знаю, кто она, Кэт. Моя маленькая девочка… – Балор не узнавал уже свой голос – столько в нем было боли. – Я сразу узнал тебя. Даже по магии твоей сущности… Мы думали, что ты погибла, Амелия. Видимо, мы выбрали тебе правильных родителей. Они позаботились о тебе как следует.
– Ага, – хмыкнула Амелия, и недовольно добавила: – А потом этот идиот Лу́кас меня обратил в вампира. Какая незадача, – она пожала плечами.
– Твой создатель – Лукас? – насторожился Балор и быстро переглянулся с Лорен, Велимонтом и Кэтрин – те были не менее озадачены, но уже знали.
Амелия виновато вздохнула и опустила голову:
– Да, к сожалению… Но сейчас это наименьшая из наших проблем.
Балор, соглашаясь с ней, кивнул и хмуро поинтересовался:
– Об этом чуть позже. Мне интересно другое – почему ты не нашла нас раньше? Прошла уже тысяча лет…
– Это было очень сложно сделать, – охотно поведала Амелия, – Тысячу лет я была чуть ли не на привязи у Лукаса, я и шагу не могла ступить. Он был для меня кем-то вроде душного и жестокого папашки… Да и сейчас он меня никак в покое не оставит. Мои приемные родители говорили мне, что всей моей семье пришлось нелегко, и скорее всего я уже не встречу их. А примерно полгода назад я узнала, кто моя настоящая семья. Мне пришлось очень постараться, чтобы вас найти. К сожалению, ни Ко́вен, ни оборотни не хотят раскрывать ваших тайн, а моих приемных родителей-магов смерти убил Лукас – так что, и у них я бы не смогла ничего узнать. Оставалось только полагаться на слух и интуицию, и на некоторые слухи вокруг… И вот, наконец, я здесь, с вами. И, кажется, я знаю, где ты был, пап, я что-то слышала об этом.
– Да, – оживилась Лорен, взволнованно взглянув на Балора, – Что же все-таки произошло с тобой? И с твоей ногой…
Только в этот момент все снова заметили его окровавленную ногу, и Кэтрин пришлось моментально взять себя в руки, чтобы совсем не сойти с ума от беспокойства.
Балор поспешно объяснил:
– Я был в плену у оборотней в Петербурге. И видел, что там происходит. Черти что… Все с ума посходили. Кстати, я видел Демонти́на. Он и освободил меня, мне очень повезло. Они меня долго пытали – не понимаю, как я еще остался жив.
– Так что творится во всем мире? Почему так произошло? – обеспокоенно поинтересовался Велимонт, осматривая его раны.
Балор переглянулся с Амелией, но та протянула в его сторону ладонь, дав ему возможность рассказать. Он глубоко вздохнул, окинув всех взглядом:
– Там разыгралась настоящая война. После смерти Арта у всех в Ордене просто крышу сорвало. Распустили его и устроили между собой войну, втянув и Ковен. Теперь любой, кто не вампир – враг вампиров, кто не оборотень – враг оборотней, а если ты из магов – скорее всего, тебя ненавидят все и сразу. И так далее, – он вдруг повернулся к Амелии и подозрительно спросил: – Ты ведь здесь не как вампир? Как наша дочь и его сестра? – Балор кивнул на Велимонта.
– Пап, ты чего, конечно! – возмущенно воскликнула Амелия, – Я просто следовала слухам о том, что мои родители и брат живы и живут на побережье в Ирландии, хотя до этого все было глухо. И я решила разыскать вас. Это все, чего я хотела – война меня вообще не интересует, как и борьба за власть. Мне вообще пришлось незаметно слинять, чтобы не вызвать подозрений, чтобы и до вас не добрались… Такая вот заварушка! Мне самой все это ужасно не нравится.
Велимонт, задумавшись, вернулся к теме оборотней:
– А зачем ты понадобился оборотням?
– Банши, – коротко пояснил Балор, и голос его дрогнул от злости. – Все снова всполошились насчет них – ищут любого, в ком течет чистая кровь банши. Я защищал вас до последнего, дамы. Это касается вас обеих. Наш секрет в безопасности. Только мы сами не в безопасности. Мы не можем больше прятаться здесь.
– Что ты имеешь в виду? – уточнил Велимонт.
Все насторожились и прислушались к каждому слову Балора, от чего он даже почувствовал напряжение в воздухе.
– Мы должны вернуться в Петербург, – помедлив, ответил Балор. – Рано или поздно нас здесь достанут, они даже могли последовать за тобой, – он ободряюще улыбнулся Амелии. – Не волнуйся, ты ни в чем не виновата. Мы безумно рады тебе – мы даже и не думали уже, что когда-нибудь тебя увидим живой… Но мы должны вернуться. К тому же, Демонтин сказал мне, что нашим друзьям нужна наша помощь. А связаться они с нами не могли полгода потому, что весь город магически отрезан от всего мира. Они вообще долгое время думали, что с нами что-то случилось.
– Ясно, – грустно кивнула Лорен, – Я так понимаю, мы понятия не имеем, что нас ждет по прибытию, да?
– Именно, – невесело ответил Балор.
Немного в тумане слушая весь этот разговор, Кэтрин вдруг замахала руками, шугая всех, и воскликнула:
– Ну, все, хватит! Балор, ты идешь со мной – и, хочется тебе или нет, но я сейчас займусь всей той дрянью, которая у тебя на ногах, руках и вообще на всем теле. Не могу я на тебя просто так смотреть. Потом еще успеете наговориться, а сейчас мне нужно тебя подлатать.
Все, кроме Балора, услышав ее, с пониманием поспешили к выходу – на пляж, немного прогуляться и оставить их одних.
Кэтрин, укоризненно мотая головой, осматривала его ногу и без конца охала, еле сдерживая эмоции:
– Ужас… Они намеренно ломали тебе кости? Это бесчеловечно! Я постараюсь хоть как-нибудь все это залечить… И даже не отпирайся…
Балор, подыгрывая ей, согласно кивал, хотя боли он не боялся – да и от раны этой ему, в принципе, ничего не будет. Самое ужасное он уже пережил, и Демонтин все-таки неплохо залечил самые опасные раны, используя запрещенные артефакты.
Он почти ничего не почувствовал, только скривился для вида и благодарно поцеловал любимую жену, усадив ее рядом с собой.
– Сейчас еще пойдем и смоем как следует всю эту кровь, – распорядилась Кэтрин.
– Кэт… – мягко начал Балор, но она его перебила:
– Вот только не надо… Ты же знаешь, как я волнуюсь. А еще я волнуюсь насчет Велимонта… – вспомнила Кэтрин, – Они с Лорен встретили некоего гибрида Матвея во время своего путешествия, и он наговорил им много странного о том, что Велимонта ждет в будущем. Не нравится мне все это…
– Матвей?.. – задумался Балор, пожевав губами, – Кажется, я помню это имя… Он ведь был в кругу приближенных Арта, если я не ошибаюсь. Обучал всех и вечно убирал за Лукасом трупы. Надеюсь, я ошибаюсь, и он ничего с ними не сделал при встрече.
– Сделал. Обездвижил их ненадолго, объяснив это своей искренней недоверчивостью ко всему, что движется, – вздохнула Кэтрин, – Идем в ванную, приведу тебя в порядок. Там и договорим уже…
Ветер за стенами особняка завывал все сильнее, предвещая новый шторм. В гостиной стало совсем тихо, когда все разошлись.
Велимонт, Лорен и Амелия в это время, непринужденно разговаривая, слонялись по окрестностям особняка, а после все же отправились на побережье наблюдать закат. Все вокруг уже окрасилось в желтый и ярко-оранжевый цвета. Они нашли удобное местечко на песке и уселись там, наблюдая за горизонтом.
– Кстати, – Амелия подмигнула Велимонту, – В Питере я познакомлю тебя с твоим двоюродным братом. Твоя семья на самом деле больше, чем ты думаешь.
– И откуда у меня, интересно, взялся двоюродный брат? – усмехнулся Велимонт.
– Он – сын нашего «обожаемого» дяди и Ма́ры. Ты ведь помнишь Мару?
– Да уж, – Велимонт многозначительно переглянулся с Лорен, – Мы успели ее узнать. Она спасла мне жизнь чуть меньше года назад.
Лорен молчаливо слушала их разговоры и начинала медленно засыпать, почти в них не участвуя. Она потихоньку замечала, как Велимонт начинает сильно привязываться к сестре, иногда забывая о ней – хотя, сейчас об этом еще рассуждать было рано.