- -
- 100%
- +
… А ветер завывал вдали, нашёптывая свои сказки сонным берегам и оврагам, горам, стелящимся по склонам гор пожелтевшим травам, успокаивая, убаюкивая, укрывая, как покоем, первым чистым снегом, ложащимся ровным покровом на уставшую землю. Песнь эту слышали звери, готовясь к долгой зиме, утепляя норы и запасаясь провизией. Слышали птицы, улетая на юг, махая напоследок крылом приютившей их летом земле. Слышали люди, проверяя запасы дров и готовность к зиме своих жилищ.
И не было на свете никого, кто не ждал бы её – красавицу Зиму, с трепетом и содроганием, ибо никто не знал, что она принесёт им на этот раз, сколь суровым окажется её нрав и как долго задержится она в их краях, белая злая ведьма с холодным безжалостным сердцем и пустыми глазами.
Но, поговаривали, жил в горах один человек, кто не боялся безжалостной ко всему живому зимы, и даже любил её леденящую кровь стужу, а потому был столь же холоден и нелюдим, как и она. Но однажды в его сердце пришла любовь, а вместе с ней и весна, и оттаяло казавшееся насквозь промёрзшим сердце…
Марра слушала, задремав под тихий голос своей матери, лёжа в тёплой и мягкой постели, и была словно не здесь. Ей представлялся мир снаружи, пасмурное зимнее небо, готовое разродится пушистым снегом, величественные горы, бесконечно тянувшиеся вверх, замёрзшие озёра, по которым так уже хотелось скользить на сделанных из оленьей кости ледоступах или санях, на которых её обычно катал отец, когда лёд становился достаточно прочным. А ещё ей ужасно хотелось побывать там, в том месте, про которое каждую ночь перед сном по её же просьбе рассказывала ей мать. В заснеженных горах, в которых обитал тот таинственный герой сей истории…
Леля, решив, что дочь уснула, потянулась к свече, чтобы затушить крохотный огонёк, но ресницы девочки в тот же миг вздрогнули, распахнув веки.
- Мама, расскажи мне ещё…
Женщина устало улыбнулась. Она никогда не сердилась на дочь, ведь та росла скромной и послушной девочкой. Но страсть к сказкам досталась ей от отца. Он и выдумал эту историю, которую рассказал после своей жене, а та, в свою очередь, каждую ночь без устали пересказывала своей дочери.
- Ты уже давно знаешь всё наизусть, - мягко ответила мать. – Поздно уже.
Она поднялась, намереваясь уйти.
- Я хочу знать, что с ним стало, когда его сердце оттаяло… Он умер?
Леля улыбнулась.
- Никто этого не знает, дочка, - она нагнулась, чтобы поцеловать своё сокровище в лоб тёплыми губами. - Спи, это всего лишь сказка, чтобы маленьким девочкам, вроде тебя, было легче уснуть в тёплой кроватке…
Марра кивнула, натянув одеяло до подбородка. Мама ушла, а она ещё долго ворочалась в постели, пытаясь уснуть, но едва закрывала глаза, как слышала его – голос северного ветра, поющий о невзгодах и радостях, любви и потерях, о жизни и смерти. И не было ничего прекраснее и пронзительнее той песни, что слышалась ей ночами напролёт, будто и не было этих стен, отделяющих её от внешнего мира. Разве что шёпот зовущего её, когда песня на мгновение прекращалась.
«Марра, я жду тебя…»
Глава 1
Марра ещё пару минут посидела в кресле, глядя на лежащего в постели брата и пытаясь определить, спит он или искусно притворяется. Тимми было уже почти семь, и он был из тех детей, кто никогда не сидит на месте, находя приключения даже там, где, казалось, их и быть не может. За такими всегда нужен был глаз да глаз, а потому старшая сестра всегда была начеку, чтобы не допустить новых происшествий, которые мог учинить её брат.
Вот и сейчас Тимми делал вид, что сопит, хотя дыхание его было не приглушённым, а губы то и дело вздрагивали, говоря о нетерпении побыстрее спровадить из комнаты свою сестру. Заметив это, Марра скривилась. И поспешила укорить его в этом.
- Тимми, если ты думаешь… - начала она, но тот, хитро заулыбавшись, тут же перебил её.
- Марра, твои сказки скучны, но даже они не способны усыпить меня! – честно и абсолютно без задней мысли выпалил мальчуган. – Я есть хочу, а не слушать эти россказни про зиму, тем более что она уже и так на дворе…
Девушка тяжко вздохнула, совершенно не обижаясь на юного сорванца. Тимми был добрым мальчиком и никого никогда не обижал с умыслом. В нём скорее говорила детская непосредственность, свойственная его возрасту.
- А мне нравилось, когда мама мне рассказывала эту историю, - для чего-то сказала она.
Мысли сразу же понесли её в прошлое, в то счастливое время, когда их мать ещё была жива и беззаботное счастливое детство Марры ничто не омрачало.
Но Тимми совершенно не знал Лелю. Собственно, она умерла в тот день, когда он появился на свет – роды были тяжёлыми, и мама просто не вынесла огромной кровопотери.
Для их семьи это стало настоящим ударом и болью, которую каждый переживал по-своему. Благо, отец не пустился во все тяжкие, а с удвоенной силой принялся за работу, чтобы они, как и прежде, ни в чём не нуждались. Марре же целиком и полностью досталась забота о брате, а это была великая и очень трудная миссия, но это помогало забываться и спасаться от боли потери вот уже семь лет.
Со временем эта боль притупилась, хоть девушка и вспоминала свою добрую и нежную мать каждый божий день. Но радость от того, что у неё появился ещё один родной человек, которому она заменила мать с самого его рождения, в конце концов взял верх над всеми прочими чувствами. И Марра, можно сказать, была абсолютно счастлива.
Только одно немного печалило девушку: братишка не был похож на неё, спокойную, кроткую, во всём послушную родителям, дочь. Правда, с этим ещё можно было смириться. А вот то, что он не любил обожаемые ею с детства сказки, вызывало у девушки немалое изумление. Как можно было не любить эти красочные, снежные истории, которые сама Марра помнила наизусть? Наверное, всё дело было в том, что Тимми был мальчишкой, а им, как известно, истории о настоящей любви были костью поперёк горла.
- Есть на ночь вредно, - произнесла она, не поддаваясь на провокации младшего братца. – Ты хочешь стать таким же толстым, как тётушка Бетти?
Тимми рассмеялся и вслед за ним Марра тоже позволила себе улыбнуться.
- Нет, конечно! – громко воскликнул он. – Но я правда давно не ел. Очень давно…
- Ужин был пару часов назад, - не сдавалась его сестрица. – И, насколько я помню, ты съел целую тарелку куриных крылышек и ещё попросил добавку. Разве дело было не так?
Мальчик надулся, будто обидевшись на сестру. Но ту не так-то просто было пронять или разжалобить.
- Зима будет долгой, - пояснила Марра, поправляя одеяло, чтобы получше закутать брата. – И холодной. Провизию стоит поберечь. Если ты не будешь держать свой аппетит в узде, к весне мы просто умрём от голода.
- Отец наловит рыбы! – продолжил настаивать Тимми.
- И ты собираешься есть рыбу каждый день? – скривилась Марра. – Если так, то…
Она не договорила, когда услышала, как хлопнула входная дверь и затем раздался хриплый удушающий кашель их отца.
- Папа вернулся, - для чего-то пояснила она, хотя кроме него в это позднее время никто больше не мог прийти в их дом.
И девушка тут же поспешила ему навстречу.
Старый Джерри выглядел совсем не важно. Он был весь с ног до головы покрыт снегом, даже его борода блестела от снежинок и, бросив прямо на пол свой улов, он тяжело опустился на лавку, не раздеваясь. Кашель вновь повторился, сотрясая тело старика. Марра, подоспев к нему, заботливо помогла ему раздеться и, взяв отца за руку, с тревогой спросила:
- Что с тобой, отец? Ты простудился?
Джерри, поначалу взглянув на неё так, словно она нанесла ему смертельное оскорбление, после сразу же сдался.
- Подстыл, да. Там такая пурга на улице, что грех не заболеть! А ты, как мать, дочка. Ничего-то от тебя не скрыть!
Марра покачала головой, ставя чайник на угли. Если всё действительно было так, как говорил старый рыбак, то дело плохо.
Девушка коснулась его лба: он пока что был холоден. Руки отца были же словно две ледышки и Марра взяла их в свои, чтобы хоть как-то попытаться согреть.
- Я заварю тебе трав… - пообещала она. – К утру будешь, как новенький!
- Угу, - промычал себе под нос старый Джерри. – Тем более что завтра мне предстоит длинный путь на ярмарку, болеть никак нельзя!
- На ярмарку? – удивилась девушка, а после неожиданно вспомнила, что старик говорил ей что-то такое с неделю назад. – Ох, точно! Но как же ты в таком состоянии?..
- А, - закряхтел старый рыбак. – Не первый и не последний раз… Как-нибудь справлюсь!
- Но если с утра тебе не станет лучше, то…
- Я договорился на всякий случай с Кельвином, не переживай, - успокоил её отец. И вновь повторил. – Не переживай…
Это немного успокоило девушку и она, накормив отца и заварив ему чай из целебных трав, ещё раз проверила Тимми, что успел к тому времени засопеть, совершенно по-настоящему, и сама отправилась спать. Очень надеясь, что отец к утру и впрямь поправится.
Но очень скоро Марра убедилась, что волшебство, способное поставить человека за один день на ноги, бывает только в так любимых ею сказках.
Глава 2
Отец кашлял всю ночь, а наутро, отправившись по нужде в отхожее место, едва не свалился. Марра не спала всё это время, карауля, оберегая его, как когда-то это делала её мать, и едва успела помочь ему, подставив плечо в нужный момент и проводив обратно до комнаты.
- Прости, дочка, - вновь закашлялся он, оказавшись в тепле и облокотившись об стол, сидя в своём потрёпанным жизнью кресле. – Кажется, до ярмарки я точно не доеду…
Марра потрогала его лоб: он был просто огненный.
- Нет, так дело не пойдёт! – произнесла она строго. – Сейчас ложись в постель и попытайся хотя бы выспаться!
Тот кивнул, не став спорить. Глаза старика слипались, а густые седые брови ещё больше опустились на глаза.
Едва он поднялся со своего места, как в дверь постучали. Это был не просто стук, а такой, что наверняка свежий выпавший снег с крыши обрушился, настолько он был громким.
- Кельвин! – почти одновременно выдохнули отец и дочь.
И тот, не дожидаясь приглашения, ввалился внутрь, подтверждая верность догадки Марры: сейчас этот парень, друг её детства, больше напоминал живого снеговика, нежели человека.
Едва он оказался в тепле, снег на его одежде и капюшоне начал таять. Он встряхнулся, подобно собаке, разбросав во все стороны остатки снега, и весело усмехнулся. Девушка воздела глаза к потолку, но тот даже не обратил на это внимания. Вместо этого он радостно поприветствовал хозяев дома:
- Джерри, Марра! Морозного утра! Я вижу, ты совсем, старик, расклеился – того и гляди лужицей растечёшься.
Чего-чего, а оптимизма Кельвину было не занимать. Они дружили с Маррой – с самого детства, и если для неё время хоть что-то да меняло, превращая из пузатого младенца в девочку, а затем из девочки в прекрасную юную девушку, то на её друге оно просто отдыхало. Да, он увеличился в размерах, раздался в плечах и даже начал бриться, но вот разум его по-прежнему был где-то на уровне лет пятнадцати, и Марра не безосновательно полагала, что и через пару десятков лет в этом плане мало что изменится.
Кельвин откинул капюшон, позволив длинным каштановым волосам рассыпаться по спине. Он и так, от природы, был курчавым, но влажный снег на его волосах ещё больше завивал его пряди волос, делая их ещё более привлекательными.
- Да, пару дней отлежаться точно не повредит, - нехотя согласился старик. – Ну что? Ты готов помочь с торговлей? А, Кельвин?
- Я всегда готов! – добродушно воскликнул тот. – Когда прикажешь отправляться в путь?
- Да хоть сейчас! – махнул рукой Джерри. – Вот только цену за помощь мы вчера не обговорили…
- Ха! – весело крякнул Кельвин. – Рука и сердце твоей дочери - и мы, считай, в расчёте!
- Кел! – возмутилась Марра, щёки её вспыхнули, будто она просидела очень много времени возле камина, хоть шутка в исполнении её друга была не новой.
Джерри тоже знал, что парень просто дурачился, но всё же ответил ему, как отвечал всегда, когда тот изволил так шутить.
- Это дела божьи, не мои. Да ещё ваши с Маррой. Вот скажете: идём под венец, тогда и благословлю. А сейчас с меня спрос не велик…
Старик закашлялся и всем вновь стало не до шуток.
Вдвоём они проводили его до комнаты, уложили в тёплую постель и накрыли одеялом. Было заметно, что Джерри очень переживает, что не может поехать сам, и потому старик сильно нервничал.
- Марра, собери вещи, да оденься потеплее, - велел он дочери, на что та удивлённо распахнула глаза.
- Что? Я не оставлю здесь тебя в таком состоянии! – возмутилась она. – К тому же, кто будет присматривать за Тимми, если он затеет очередную шалость или наворочает дел? Я уверена, что Кельвин замечательно справиться и один! Пусть он лучше возьмёт себе побольше часть от продажи. Я не…
- Марра, я не какой-нибудь умирающий старик! – грозно прикрикнул на неё Джерри – откуда только силы взялись? – И в состоянии последить за собственным сыном! К тому же, он уже не маленький. Ему пора научиться отвечать за свои проступки. А тебе…
От его немного гневливой речи Джерри вновь сотряс кашель, но все терпеливо дожидались, когда приступ закончится.
- … а тебе, - продолжил старик как ни в чём не, бывало, - пора научиться торговать самой! Когда ты последний раз была на рынке, Марра? Я не вечен. А ты должна научиться прокармливать себя сама, если добрый муж тебе сыщется не сразу…
При этих словах Кельвин даже надулся, слегка обидевшись. Покосившись на него, Марра обратилась к отцу:
- То ты не стар, то ты не вечен! Уж определись! - произнесла она недовольно. – Поверь, я всё могу и когда придёт время…
- Но вместе нам будет веселее! – неожиданно поддержал старика Кельвин. – Давай, Марра, бери всё, что нужно, и поедем!
- Куда это вы собрались?
В пылу спора никто и не заметил, как в комнате отца появился заспанный Тимми – шум никогда не мешал ему спать и проснулся он, должно быть, выспавшись и отправившись на поиски остальных.
- В соседний город, на ярмарку, - без задней мысли ответил ему Кельвин, хотя Марра изо всех сил пыталась объяснить ему одним только взглядом, чтобы он молчал.
- Возьмите меня с собой! – сразу же загорелся малец. – Я никогда не был на ярмарке!
- Ты останешься и присмотришь за отцом, - поджав губы, тут же принялась отгораживаться от него старшая сестрица. – Он заболел, а потому…
- Вот сама за ним и смотри! – огрызнулся мальчик. – Я не какая-нибудь сиделка! К тому же, я никогда не был за пределами нашей деревни! Ну, пожалуйста! Кел! Хоть ты меня поддержки!
Но парень лишь развёл руками.
- Извини, Тим! Но здесь решаю не я!
И тогда тот, надувшись, нырнул обратно в свою комнату, громко хлопнув дверью. А Марра, тяжко вздохнув, отправилась собирать всё самое необходимое, что могло пригодится ей на ярмарке и в чужом городе.
Глава 3
Сани, запряжённые лошадьми, уже ждали её у входа. Кельвин не любил бездельничать, а потому каждую свободную минуту он пытался себя чем-то занять. Тем более тут нашлось весьма весомое дело, ведь лошадей нужно было вначале накормить, потом погрузить весь товар, подготовить корм и ещё раз всё досконально проверить.
А потом ещё раз.
И Марра была премного благодарно давнему другу за то, что он взял всё это на себя.
Сани были крытыми, потому как зимы в их краях стояли суровые. Частные снегопады и яркое солнце, отражавшееся от снега, тоже требовали защиты от них, и хоть люди здесь были привычны к морозу, но они знали цену теплу и комфорту. А потому, отправляясь в дальнюю поездку, всё было необходимо подготовить заранее.
- Карета подана, моя прекрасная королева! - шуточно раскланявшись, Кельвин подал руку Марре, приглашая её занять место в санях.
- Тоже мне, нашёл королеву! – та улыбнулась, ощущая себя скорее «снежной бабой», потому как была закутана так, что едва могла повернуться и казалась полнее в три раза, чем была на самом деле. Голову девушки венчал тёплый пуховый платок, на руках одеты тёплые рукавицы на меху.
Кельвин, взглянув на неё с весёлым дурачеством, хотел было пошутить на этот счёт, но внезапно заметил выбившуюся из-под платка тёмную прядь, а потому, спешно стащив со своей руки рукавицу, поспешил заправить прядку обратно.
Марра смущённо улыбнулась ему. Парень замер, не в силах оторвать взгляда от той, что давно перестала ему быть просто подругой. Сейчас он испытывал к ней нечто иное, намного большее, чем просто дружба, но признаться в том открыто пока не решался, надеясь, что однажды она поймёт всё сама. Минута затягивалась, и Марра смутилась ещё больше.
В её синих, словно ясное летнее небо, глазах, блеснуло что-то похожее на благодарность, но руки тут же легонько ударили парня в грудь.
- Эй, чего замер? Примёрз, что ли?
Кельвин весело усмехнулся и сделал шаг назад.
- Накидку не забудь! – вместо ответа, произнёс он. – Метель ещё не закончилась и, скорее всего, будет ещё долго.
Он помог взобраться девушке в сани, подал старенькую, но добротную меховую накидку и в два счёта оказался рядом, принимая в руки поводья. Кельвин тоже был закутан, не меньше самой Марры, и сидеть им пришлось тесно прижавшись друг к другу, но зато так было теплее.
Старый Джерри не вышел их провожать, так как после настоя, приготовленного дочерью, ему стало значительно легче, и он уснул. Только вредный Тимми, насупившись, всё это время наблюдал за сборами старшей сестры и её друга. Ему страсть как хотелось отправиться с ними, но старшие его и слушать не желали. А потому сейчас он был страшно обижен на весь белый свет.
- До встречи, Тим! – махнув рукой, словно не замечая взрывоопасного настроения мальчугана, попрощался с ним Кельвин.
- Следи за отцом! – вместо прощания, напутствовала его Марра. – И, если что, беги сразу к тётушке Римуле, она обязательно поможет! Слышишь меня?
Тот, даже не глядя в её сторону, нехотя кивнул, шмыгнув носом.
- И не скучай! Мы скоро вернёмся! – пообещала брату Марра, и тут же обратилась к Кельвину, что терпеливо ждал, когда брат с сестрой распрощаются. – Едем!
Кельвин кивнул и натянул вожжи, заставляя лошадей тронуться с места. Нелёгкая им сегодня предстояла работа - везти обоз с рыбой, да ещё и их двоих в придачу. Но лошади не жаловались. Они делали своё дело, послушно переставляя ноги и вскоре вошли в раж.
Марра беспокойно в последний раз обернулась, чтобы взглянуть на родной дом. Что-то беспокоило её сильнее, чем следовало. Может быть, это был страх за отца, но ведь он болел простудой не в первый раз и вскоре должен был поправиться. А, может, что-то ещё.
В конце концов, девушка решила, что слишком много себе надумывает и попыталась забыться, глядя на дорогу, на дома её родного поселения, что вскоре останутся позади, стоит им выйти на большую дорогу, соединяющую их с той деревней, где должна будет пройти ярмарка. В конце концов ей это почти удалось, Марра успокоилась и лишь негромкий колокольчик беспокойства время от времени вздрагивал в её груди, но она всё так же пыталась не обращать на него своего внимания.
… Тимми же, провожая взглядом тяжёлый обоз, подумал сейчас, как бы хорошо было догнать его, прыгнуть в сани, спрятаться под меха, укрывающие рыбу, и добраться вместе с остальными до ярмарки. Пожалуй, это была сейчас его мечта. И, пожалуй, ничто не могло ей сейчас препятствовать.
Дерзки план созрел в голове мальчика за считанные секунды. А что, если и впрямь ему провернуть такое дельце? Ведь для себя он уже всё решил…
Как и Марра, взглянув на дом, где оставался его больной отец, Тимми решил, что второго такого шанса ему может и не представиться. Маленький рост, тонкое тело помогли ему в этом – он в два счёта догнал обоз, на котором только что отчалили от родного порога Марра и Кельвин, а вновь разошедшаяся пурга сделала его приближение незамеченным – ни сестра, ни её друг так и не поняли, что он успел нагнать их и успешно спрятаться в санях.
Забравшись под шкуры, Тимми довольно улыбнулся сам себе: он оказался хитрее и проворнее взрослых, а, значит, умнее. И теперь они не имели никакого права ругать его за это! Осталось только без приключений добраться до того места, куда они теперь уже втроём направлялись.
Глава 4
Дорога была долгой и ветренной, но Марра, находясь в обществе Кельвина, не успела соскучиться. Парень дурачился и веселил её, как мог, а потому она чаще смеялась, чем предавалась тревожным мыслям, и её щёки были красны от смеха, а не от заметно усилившегося мороза.
Ехали они, не останавливаясь, и не замедляя шага лошадей: хоть те, должно быть, порядком устали, и всё же в чужое селение им необходимо было прибыть до темноты. И хотя уже начало смеркаться, надежда добраться до ночи не оставляла молодых людей, ведь им нужно было найти место, где можно переночевать и при этом оставить в безопасности товар – рыбу, которая, должно быть, уже смёрзлась в ледяные глыбы.
А потому, сцепив зубы, Марра и Кельвин, устав от долгого сидения, терпеливо сносили эти дорожные тяготы. Но их расчёт оказался верным – в нужное селение они успели как раз до закрытия ворот.
Конечно, если бы ворота уже успели закрыть, их бы всё равно впустили, но на это ушло ещё больше времени. А так они беспрепятственно оказались в Сильме – крупном поселении, где уже открылась известная на всю округу ярмарка, в которой они собирались принять участие и получить немалую прибыль.
К сожалению, такие мероприятия случались на так уж и часто и, в основном, в холодное время года. Отец Марры всю жизнь промышлял рыбой, торгуя ей в своём родном поселении, но этих денег было достаточно лишь на то, чтобы кое-как сводить концы с концами. Марра, конечно, помогала, как могла – она плела корзины и собирала ягоды, так же выручая за них монеты, но всё же этих денег было не так уж и много, и шиковать их семья не могла.
Летом же старый Джерри не мог вести рыбу на ту же ярмарку – она успевала испортится в пути под жарким солнцем. А потому вся надежда была на зиму, ведь выручка за товар была значительно выше той, что старый рыбак получал за всё лето. Можно сказать, зимние ярмарки, ежегодно проводимые в соседних селениях, кормили их весь оставшийся год.
И Марра знала, как переживал её отец в этот раз, свалившись как раз накануне столь значительного события. Хорошо, что Кельвин всегда был под рукой и, наверное, Джерри где-то в глубине души был уверен, что однажды он в действительности станет его зятем.
Жаль, что сама девушка в это совсем не верила, но молчала, не желая расстраивать отца.
- Идём, - Кельвин прервал её мысли, когда они оказались на земле и разминали порядком затёкшие ноги, перепрыгивая с одной на другую. – У меня здесь есть родня, они не откажут…
Марра, хоть и смущалась немало, но всё же кивнула, признавая безвыходность ситуации. Можно было, конечно, попроситься на стоянку в ближайший трактир. Но сейчас уже было совсем поздно и в связи с намечавшейся ярмаркой, скорее всего, все съёмные комнаты были заняты, даже самые захудалые. Ну что же, придётся немного потерпеть неудобства и свести новые знакомства с родственниками Кельвина.
- Ты никогда не говорил, - чтобы поддержать разговор, произнесла Марра. – Про родственников в Сильме…
- А зачем? – простодушно ответил тот. – Вот если бы появился повод…
Девушка возвела глаза к небу. Опять он со своими шуточками про свадьбу и всё такое! Но в этом был весь её Кел и, кажется, его было уже не переделать.
Парень, не дождавшись от подруги никакого ответа, даже шуточного, вновь взял лошадей за поводья и повёл вперёд по дороге, которая была здесь пока одна. Марра же послушно зашагала рядом, молча осматриваясь по сторонам. Конечно, ей удавалось бывать здесь и раньше, но только вместе с отцом и довольно-таки много времени тому назад.