- -
- 100%
- +
Кто не завесил чертовы шторы? И почему гадкое солнце так ярко светило в это утро прямо мне в левый глаз! Проклятье какое-то!
Попробовал перевернуться на другой бок и тут же оказался на полу!
Не понял? Когда вдруг моя шикарная кровать в родительском доме стала такой узкой и неудобной!
Потер переносицу, потом глаза, пытаясь сообразить.
В голове гудело после жаркого вечера накануне в одном из баров. Эх, хорошо оторвались. Я даже смутно помнил, как добрался до дома.
Видимо, повезло. Потому что в башке не отложилось ни причитания бабули, ни упреки отца. Надо же… Фартило в кои-то веки.
Но так я думал ровно две секунды, пока мир не стал яснее видеть.
– Ого, – только и вымолвил, понимая, почему дома обошлось без скандала…
Наверное, по причине, что я так туда и не доехал!
– И где я?
Принялся оглядываться! Обои в цветочек мелкий, с подтеками, на потолке тоже пятно желтое, люстра с двумя пыльными плафонами, линолеум старенький под моей пятой точкой. Из мебели – диван, письменный стол, стул и гора учебников на полу.
Ах да, еще одна штора на окне! Аскетично, конечно, и пугающе немного!
Я-то привык по утрам просыпаться на шелковых простынях, потом душ, на завтрак блинчики с икрой, а здесь меня ждала, скорее всего, подгоревшая яичница, если вообще ждала и вода из-под крана.
То ли от пережитого только что шока, то ли от осознания, что пора валить, я вскочил молниеносно на ноги, рванув к двери.
Дернул, в первый миг понимая, что она закрыта. Вот дьявол!
Потянул, как одержимый, за ручку, уже прикидывая, какой тут этаж, высоты я боялся, но, похоже, готов был и сигануть.
Вороны орали за окном, внося последний штрих в это ужасное утро.
На всякий случай еще раз дернул, убедившись, что напрасно тратил силы, но вдруг случится чудо! Нет!
Правда в следующее мгновение кто-то толкнул ее с обратной стороны и надо же… она открылась!
– Доброе утро! – на пороге стояла хмурая девица.
В розовой пижаме со слонами и тем самым вороньим гнездом на макушке.
Аж сердце екнуло. Неужели я с ней, да? Похоже, вчера немного превысил свою меру.
Захотелось немым прикинуться тут же!
– Ты чего оглох? – вскинула она голову, тараня меня взглядом. – Как ночью храпеть так первый, а как знакомиться, так все? Не густо пороха-то в пороховницах.
С каждым мгновением я, кажется, офигевал еще больше, пребывая в этих стенах.
Эка меня занесло!
Надо было слушать батю. Говорил же, что гулянки до добра не доведут.
Вот, наверное, сегодня я в этом убедился. Если девица сейчас еще скажет, что я с ней… на этом диване, то точно возьму аскезу.
– Как там тебя… Иван, да? – поскребла она висок.
Вообще-то, Матвей. Но пусть будет Иван.
Кивнул молча, соглашаясь с ней.
– Супер. Меня Мари, – протянула она руку.
Француженка, что ли? Прикольно. С такими я еще не зажигал!
Кажется, у меня даже в глазах вспыхнуло, но девчонка тут же обломала.
– Но можешь звать Маша и не выделываться!, – махнула она рукой. – Хозяйка упоминала, что снимает вторую комнату студент. Ваней называла. Говорила, что красавчик, – продолжила девица в пижаме, еще раз взглянув на меня. – Обманула!
– В смысле? – впервые подал я голос, думая, что кто-то обнаглел слегка.
– Пошли завтракать, Ваня, – потянула она меня за собой.
Но мы успели выйти только в коридор, как внутрь ввалился Голубев.
Черт! Точно. Вот с кем мы тусили.
Только вот тот самый Ванька – был ботаном, занудой и с каких это пор я стал проводить вечера с очкастыми книжными червями? Еще, похоже, и у них ночевать!
Едва за сердце не схватился!
Главное – чтобы пацаны в универе не узнали. А те спокойно могли. Этот гусак сам бы и растрепал в ближайшее время.
– А это кто? – обернулась Мари, непонимающе тараща глаза сначала на меня, потом на Голубева.
– Иван! – улыбнулся тот в тридцать два кривых, радуясь, что соседку свою увидел.
Тоже, что ли, впервые? Интересно получалось!
Вот чуваку повезло-то! Наконец-то грузовик на его улице перевернулся со сладостями. Почему не на моей-то?
У девицы прикид был, конечно, оторви и выбрось. Но сквозь него формы я рассмотрел. На пару раз сойдет вполне!
– Еще один? – удивленно произнесла она.
– Ага, брат мой, – ляпнул я. – Близнец!
Эти двое захлопали глазами, не понимая, я серьезно идиот или прикидываюсь?
– И тоже Иван?
– Ну, – развел руками, – у родителей с фантазией было не очень!
– Ладно, – с подозрением глядя почему-то именно на меня, произнесла девчонка, – мойте руки и на кухню приходите.
Сама ушла, а мы остались. И Голубев решил совершить марш-бросок, первым рванув в кухню. Но я его удачно поймал за шиворот, прошипев прямо в ухо.
– Исчезни!
– В смысле? – пискнул он. – Я тут живу!
– Жил!
Он свои очки поправил, не въезжая сразу. Ну не бить же его при девушках-то!
– Погуляй пока.
– Нам к первой паре.
– Не нам, а тебе! – поправил я ему окуляры на переносице. – Так что собирайся и в путь.
– А ты?
– А я пока побуду Голубевым, – нашел в кармане сотку и вложил ее в руки Ваньки. – Держи и ни в чем себе не отказывай. Да, и не торопись!
– Тебе все равно придется уйти отсюда к вечеру! – хилый доходяга терялся под моим суровым взглядом.
– Посмотрим. Ты в целом сам виноват, нафига меня сюда притащил? И зачем, и как? – вопросов было много, кстати, хотелось узнать хотя бы малость.
– Я тебя спас! – расправил он гордо плечи. – Пока полиция вязала твоих дружков, ты… – кажется, он хотел сказать какую-то гадость, но в коридоре вновь показалась Мари, и я не позволил опорочить меня при даме.
Просто заткнул рот Голубеву, продолжив за него.
– Достойно вышел из игры, я считаю, не поддался, не струсил, а просто решил вопрос!
– Ага, – зашептал ботан, – спрятался под столом в кладовке.
Ну, гад! Это ты зря! Тем более при девушке, на которую у меня уже планы появились!
Войны захотел? Сам напросился!
Девчонка уже завтра моей станет наверняка, а Ванька еще попляшет!
Глава 2. Маша
Отец опять лютовал! А всему виной вчерашний инцидент, который, между прочим, случился по его же вине.
Я просила неоднократно – дать мне право выбора. Это была моя жизнь и я хотела стать ее хозяйкой. Но отец настойчиво пытался навязать свои стандартны, игнорируя полностью мои желания. Он выбирал мне учебные заведения, потому, наверное, я сменила в свое время несколько школ, он выбирал мне окружение, друзей, одноклассников, позже тоже самое случилось и с ВУЗом и наконец с парнем.
Даже такой радости, как первая влюбленность лишил! Потому что приволок домой сынка своего друга, представив мне того, как своего будущего родственника.
Спасибо, что уточнил хотя бы, в каком качестве видел сморчка. Оказалось, в качестве моего мужа!
И это, кажется, стало последней каплей, после которой я начала потихоньку бунтовать!
Мама в такие моменты делала вид, что она глухонемая, уходя в сторону, и потому бороться мне предстояло одной с этим домашним тираном!
А он каждый раз находил более хитрый способ все проворачивать в свою пользу, делая вид, что вообще не в курсе произошедшего.
Вот и сейчас что-то подсказывало – отец прекрасно знал, что я нашла себе подработку, устав сидеть у них на шее.
– Я иногда сомневаюсь, что она моя дочь! – донеслось до меня в момент, когда аккуратно сбежала по ступенькам, спрятавшись за колонну в гостиной.
– Петя, ну ты что! – всплеснула руками мама, услышав такое.
Наверняка побледнела, принявшись вспоминать, а не числились ли за ней грехи молодости. К счастью, я знала, что мама – женщина приличная и в отличие от отца я даже не задумывалась никогда, что могла быть подкидышем!
– Не нахожу больше объяснений ее поведению! Что за бунты? Люба, я устроил ее в лучший ВУЗ, а что сделала она?
– Что? – мама произнесла медленно, пока еще не зная, что я натворила.
– Она перевелась! Перевелась, Люба, молча, – папа отложил газету.
Тоже мне катастрофа. Подумаешь! Ну не лежала у меня душа к бухгалтерскому учету, тем более на курсе были одни выскочки: сынки бизнесменов, да дочки банкиров, которые ходили в универ не за знаниями, а больше мериться каратами на пальцах.
Папе мой фортель, конечно, не понравился. Слава богу он еще не знал о том, что я поцарапала тачку, сбегая от полицейских, сбила ворота у дома бабули, благо та была в санатории в данный момент, потому о потери ей было неизвестно, а еще… еще я завела питомца… милую и смешную улитку!
– Петя, думаю, Марии надо дать больше свободы, она все-таки живой человек, а не марионетка.
Спасибо, мам. Хорошие слова, жаль поздно!
– Подслушивать нехорошо, – услышала я сзади голос и едва не подпрыгнула от испуга.
Проклятье. Ну кто так сзади подкрывается-то?
– Подсыпь ему снотворного в суп, – сложила я руки домиком, обращаясь к кухарке.
– Может, сразу мышьяк? – буркнула она, прикрывшись листом фикуса. – Отец твой, вот и разбирайся с ним сама. А мне его травить нельзя. Он мне обещал зарплату поднять!
Я только вздохнула, подумав некстати о своей. Копейки и те я получала, впахивая как проклятая по восемь часов. Пары приходилось прогуливать порой, оттого все больше думала о переводе на заочный. Но единственное, что пока от подобного шага останавливало, так это возможный инфаркт отца. А он у него точно бы случился, будь он куда глубже осведомлен о моих желаниях.
– Мари, – отцовский голос раскатом грома прозвучал, пронесшись по гостиной.
Прятаться не было смысла, меня давно засекли!
Вздохнула, понимая, что все безнадежно, кажется. И попытки стать самостоятельной, и мечты о свободной жизни. Не видать мне ее, похоже. Так и буду завидовать другим девушкам, которые могли с легкостью в любое время выйти из дома, пообщаться с друзьями, сходить в кино…
Меня снова, видимо, ожидало заточение в четырех стенах.
– Я знаю, что ты там. Сама кричишь, что взрослая, а прячешься, как нашкодивший ребенок!
Шаркая ногами, я вышла из-за колонны, но даже не собиралась виновато смотреть в пол, наоборот, гордо вскинула подбородок, утешая себя тем, что надолго отца с его нотациями все равно не хватит. Устанет. Да и на работу ему давно пора.
– Ничего не хочешь мне сказать?
– Нет, – пожала я плечами. – Ты и так все знаешь!
– Почти! – кивнул он. – Я еще готов смириться с выбором профессии, в любом случае ты можешь получить второе высшее, но спутник жизни…
– Мне не нравится Даниил, – топнула я ногой. – Он прыщавый, худой и он не любит животных. А еще… – я задыхалась от возмущения, – он скучный!
– Брак вообще не самое веселое мероприятие, – хмыкнул отец, явно не слыша меня.
– Мама, – чувствуя, как слезы подступили, едва не повиснув хрустальными бусинами на ресницах, взглянула я в ее сторону.
Так нужна была поддержка, но она только губы поджимала, не собираясь перечить отцу.
– Не выйду! – настаивала я на своем.
– Это мы еще посмотрим! – расправив плечи, сухо бросил отец, подхватил кейс и направился к выходу.
И как только за ним дверь захлопнулась, я сжала кулачки, глотая ком обиды.
– Ах так! Ну хорошо! Лучше жить на свалке, чем быть женой этого слизня!
– Машенька, – охнула мама, – что ты такое говоришь! Какая свалка?
– Такая мама, – не глядя на нее, сорвалась я с места, собираясь наконец-то разрубить этот узел.
Я обязательно должна была вырваться из этого ледяного замка! Тем более, что вариант, куда идти, у меня уже был. И да, по виду он недалеко ушел от помойки, зато там не было навязанных женихов и противных мажоров, с которыми я ни за что не свяжу свою жизнь!
Глава 3. Матвей
К Голубеву было много вопросиков, к себе, кстати, тоже. Но с этим я решил разобраться потом. В первую очередь, меня интересовало, где я собственно?!
Райончик не приведи боже! Ощущение, что оказался я в период постапокалипсиса. Обшарпанные дома, груда металлолома вместо детской площадки во дворе, исписанные надписями стены панелек. И вишенкой на торте здесь была моя новенькая тачка, которая явно привлекала внимание не только голубей.
Странно, что ее еще никто не уволок, и даже колеса не сняли. На всякий случай обошел вокруг, решив проверить на целостность, но успел только до багажника добраться, как в окне заметил пигалицу.
Черт. Аж с шага сбился.
Наблюдала эта бестия за мной. И в другой бы момент я бы демонстративно бы распахнул дверцы, демонстрируя, что эта красотка моя, а тут только зубы сжал, да улыбнуться попытался.
Дурак ты, Матвей, куда проще сесть и умчаться из этого гадюшника, но проблема была в том, что, во-первых, я понятия не имел, где ключи, во-вторых, ненароком подслушал утром разговор девчонки по телефону. Она что-то говорила, как ненавидит всех мажоров. А я себя к ним вообще-то относил!
К тому же девчонка симпатичная, грех шанс упускать и не попробовать с ней замутить! Осталось только прикинуться на время бедным и несчастным. Очарую, затащу в свое логово, а потом уж можно и признаться. Один черт, отношения мне нужны не были, постоянные подружки тоже!
А в коллекции таких экземпляров еще не было. Потому и решил – упускать не буду!
Поскреб затылок, фыркнул и поплелся домой. В карманах пусто, башка гудела, где проклятая остановка тоже неизвестно.
Хорошо мобильник был с собой. Набрал приятелю, описав обстановку вокруг, он, конечно, ничего не понял, куда ехать и что произошло. Зато вот батя примчался шустро. Сам объявился, я и забыл, какой сегодня день. Оказалось, понедельник!
– Мне тебя на поводок посадить, что ли? – не успел я пристегнуться, как он завел свою шарманку.
– Пап, ну чего ты сразу!
– Как ты вообще сюда попал? – сморщив нос, фыркнул он. – Связался снова не с той компанией? Только пьяниц и маргиналов не хватало!
– Чего это не с той! – возмутился.
Хотя… в какой-то мере он был прав. С каких пор я стал дружить с ботанами? Терпеть их не мог, сам же гонял в универе, раздавая подзатыльники!
– Не ты ли на днях упоминал, что мне стоило бы подтянуть свои знания? Ну я и подтянул. У нас Ванька Голубев, между прочим, отличник и…
Отец глаза шире распахнул. Не знаю, о чем он там подумал в тот момент, но на полуслове замер, дав мне возможность с мыслями собраться. Наверняка, прикинул, что по собственному желанию вряд ли мне кто помогать захотел, а следовательно – я применил силу. Грубую, мужскую… под названием кулаки.
Их я когда-то любил демонстрировать соперникам на ковре, но время то прошло… и воспоминания приносили больше терзаний, чем тихой радости.
– Голубев, значит?
– Ага, кивнул я.
Вроде и не соврал, и правду не озвучил, уже легче.
Папе лучше вообще было ничего не говорить. Он такой… если что-то подозрительным покажется, рыть носом будет, пока в обратном не убедится.
– Ты в девять должен быть у меня в офисе! – напомнил батя. – Практику никто не отменял.
Черт! Действительно. И нафига я согласился пройти ее в фирме у отца. Непруха какая-то!
С одной стороны, заморачиваться не надо было в поиске места, с другой – контроль.
– Ты же мне все равно ее зачтешь!
– Подумаю, – буркнул он. – Чтобы я тебя не видел больше в этом месте и…
– Понял! – вздохнул в ответ, явно не собираясь к советам прислушиваться.
Ага, как же…
Девчонка сама себя в меня не влюбит. Ей помочь следовало, тем более заинтересовала она, чего скрывать. Но для начала не худо было бы отловить Ваньку, да хорошенько расспросить, что за мисс, ненавидящая богатых и красивых парней.
Уж распирало-то меня теперь не на шутку!
– Но вернуться придется, – зевнул я. – Тачка осталась.
– В смысле? – отец резко повернул голову в мою сторону, вдавливая педаль тормоза до упора.
– В смысле… бензин закончился. Да не волнуйся, чего с ней случится?
И впрямь чего? Ну разберут на запчасти или… Ой, лучше не думать об этом!
А срочно следует отловить Голубева. Он меня туда притащил, он пусть мою красотку и караулит теперь!
– Вечером ужин. Надеюсь, помнишь!
– Ужин? – в башке пусто, а папа сыпал какими-то деталями, о которых я слышал впервые.
Ужин, практика… дочь маминой подруги?
Чего? Какая нафиг дочь?
Хлопал глазами, как болванчик, таращась перед собой.
Нет, ну, погодите, мы так не договаривались.
– Ужин. Ужин! Комаровы придут. Дочка у них прилетела в отпуск.
Пытался припомнить.
Вроде две было.
Хм, та блондиночка, да, придет?
А ничего так… горячая штука.
Вторая особо не запомнилась. Наверное, потому что, будучи подростком, я пускал слюни по старшей, у которой были такие формы, что она надолго стала моей ночной фантазией.
Младшая же больше была размытым пятном. Единственное, что отложилось: у нее кривые зубы, толстые короткие ноги и бородавка на подбородке, из центра которой торчала длинная волосина.
Сглотнул слюну, почувствовав, как по спине холодный пот прокатился.
– А в честь чего ужин? – еле повернулся язык, чтобы спросить.
Отец ухмыльнулся. Мне это не понравилось от слова совсем.
– Тебе двадцать два почти, – завел он старую песню. – Я в твоем возрасте уже…
– Женился, – продолжил я за него.
– Правильно мыслишь, – подмигнул папа, прибивая меня просто к месту словами точно гвоздем. – Тебе тоже стоило бы задуматься об этом!
Глава 4. Маша
Побег я давно планировала из дома. Наверное, лет с семнадцати готовилась к этому, откладывала деньги, что давали родители на карманные расходы, периодически изучала объявления об аренде квартир. Но в глубине души никогда не верила, что однажды хватит на это смелости. И, наверное, если бы отец так сильно не давил, до сих пор бы и жила в золотой клетке.
Я пыталась смириться, что мне навязывают друзей, а тех, кого я выбирала сама, наоборот, всячески пытались отбраковать. Мне не давали возможности разбивать в кровь коленки, ощущать себя свободной. Я постоянно была под присмотром – родителей, охранников, воспитателей, и вот настал момент, когда пружина лопнула.
Комнатку на окраине я нашла давно. Выписала номер телефона хозяйки, созвонилась и даже перевела часть денег еще накануне, словно догадываясь, что со дня на день грянет скандал.
Интуиция не подвела, хозяйка квартиры тоже.
Да, у черта на куличках, да, без ремонта, нормальной инфраструктуры рядом. Никаких ярких клумб, черепичных крыш и бутиков. Серость, грязь и маленькая комнатка, напоминающая по размеру конуру.
Однако я и этому была рада. Потому что сама, потому что тут была иллюзия свободы.
– А в соседней кто? – поздно, наверное, я спохватилась, чтобы спросить.
Надеялась, что комната пустовала или на худой конец, какая-нибудь девушка студентка снимала.
– Там Ванька, – махнула она рукой. – Подружитесь! – улыбнулась, видимо, сообразив, что могу дать заднюю. – Добрый парень, рукастый, отличник, кстати. Ты же тоже студентка?
– Да, – кивнула в ответ, выдыхая.
Ванька, значит. Ну, хорошо. Видимо, простой парень. Не мажор, не избалованный гад, раз жил в таких условиях.
Несколько дней никто не появлялся. Я каждый вечер, возвращаясь домой, прислушивалась, пару раз даже в замочную скважину заглянула, одновременно краснея от стыда. Но никаких признаков жизни. А вот с утра слегка обалдела, застав в квартире полуголого мужика.
Вот где щеки вспыхнули, захотелось спрятаться за штору в первый момент, дабы он так не рассматривал меня.
А хозяйка говорила, что парень-то скромный! Хм… Наверное, от неожиданности он так глазел, едва не пожирая меня взглядом. Нахал!
– Понаставят колымаг. Приличным людям пройти даже негде, – услышала я ворчание соседки, выйдя на улицу.
Ее собачонка с интересом кружилась вокруг новенькой тачки, стоимостью, как весь этот район.
С пренебрежением бросила еще один взгляд на красотку. Человек либо очень богат был, либо глуп, раз рискнул оставить такую шикарную машину здесь! Но жаль мне его не было. Поделом!
Дорога до универа заняла больше часа, пока доехала – уже устала.
Но, учитывая, что я теперь сама по себе и ответственность никто не взвалит за мои косяки на свои плечи, прогуливать не решалась.
– Машка, как дела? – подскочила Женька, повиснув на моем локте.
– Я съехала от родителей, – выпалила однокурснице, которой повезло больше.
Она тоже была под опекой, но ее предки хотя бы давали той право выбора, не цепляясь лишний раз и не мешая ей жить.
– Поздравляю. Это надо отметить! – хлопнула она в ладоши.
– Нет, пока не выйдет! С деньгами туго. А еще я наконец-то увидела своего соседа.
– И как? – улыбнулась та хитро.
– Ну, – пожала плечами. – Обычный! – ответила я, поторапливаясь занять место в аудитории.
– Да? Скучно! – тут же с тоской произнесла Женя, словно разочаровавшись. – Самый возраст куролесить и отрываться!
– Да кто бы говорил! – засмеялась я, зная, что у нее тоже с личной жизнью глухо.
– Чего ты вредничаешь?! Между прочим, я накануне так погуляла, – зашептала она, притормаживая. – Со старшекурсниками. Кстати, они местные. Ох, жаль ты не попала. Красавчики, спортсмены, богатые, – изогнула она бровь, делая на словах акцент.
– Я бы все равно не пошла. У меня аллергия.
– На что? – охнула Женька. – На напитки?
– На мажоров! Избалованных сынков богатых родителей. Жень, опаздываем. Пара вскоре начнется.
– Ага, – бросила Женя, но с места не сдвинулось. – Я тебя познакомлю с ними все равно. Ой, чуть не забыла. Я нашла нам место для практики.
– Спасибо. Но я бы сама справилась, – вежливо произнесла.
Хотя в душе была благодарна, наверное. Скорее всего, мне бы дали от ворот поворот и не единожды, а Женька убеждать умела, как я успела удостовериться. К тому же я она была экстравертом, любила компании и могла подружиться, кажется, с кем угодно.
– Пожалуйста! Тусить иногда полезно. Видишь, сходила, время классно провела, связями обзавелась. Ой, – выбросила руку Женька вперед, указывая мне на какого-то парня. – А вон и Матвей. Пойдем, я тебя познакомлю.
– Нет, нет, – испуганно пробормотала я, упираясь пятками в асфальт.
– Да, да, – настаивала она. – Его отец как раз и дал добро.
– Вот черт! – втянула я голову в плечи, не собираясь не идти, не знакомится.
Мне вообще параллельно было на старшекурсников. Меня в аудитории ждал парень моей мечты. Точнее, препод. Умный, интеллигентный, галантный. И дела до других представителей мужского пола мне не было, о чем, между прочим, Женька знала, не забывая подтрунивать периодически.
– Да успеешь ты к своему плейбою, он без лучшей студентки курса все равно лекцию читать не начнет. А вот Матвей редкий гость тут.
– Мажор, прогульщик… – буркнула я.
– Красавчик, чемпион страны.
– Про валянию на диване?
– По… – не успела Женька продолжить, потому как ее приятель на секунду обернулся, взгляд застыл на нас, а потом он резко рванул с места, сбивая нас с толку и своих приятелей с ног.
Глава 5. Матвей
Еще чего! Задумываться! Тем более о женитьбе. Да не барское это дело!