- -
- 100%
- +
Глава 1
Путь Марии – это история каждой женщины в любой точке мира. Путь не только к материнству, но и обретению себя. Путь как с потерями, но еще большими приобретениями. Хотела бы я что-то изменить, оглядываясь назад? Нет. Хотела бы я пройти этот путь снова? Нет.
Когда я родилась, моей маме была 32 года, а папе 39 лет. Маленькая всегда считала, что у меня «старые» родители, поэтому твердо решила, что замуж выйду лет в 18-19, сразу рожу подряд несколько детей. Обязательно будет много детей.
Но у жизни были на это свои планы.
Девочка-отличница, я боялась не оправдать надежд родителей. Еще и вуз выбрала самый непростой – медицинская академия. В студенчестве после курса акушерства и гинекологии, и нескольких историй близких мне людей, у который не получалось родить малышей, я тоже решила, что у меня с беременностью будут проблемы. Нет, нет, никаких предпосылок к этому не было, но установки – вещь сильная. Они прочно усаживаются в нашей голове, и вытащить их не так уж легко.
Замуж я вышла в 26 лет, за мужчину, который мне казался тем самым единственным, с которым у меня много общего, и умру я точно в один день с ним в глубокой старости, ну или на день позже.
В начале декабря 2013 года мы начали встречаться, а 1-го января 2014 года я стала невестой – на моем безымянном пальце появилось обручальное кольцо. Многие решили, что это "залёт", но я то знала, что это была "любовь всей жизни".
Мы шутили с мужем, что хотим пятерых детей, но так скоро к их появлению не стремились. В первый день весны 2014-го года мы стали еще одной ячейкой общества, в апреле отправились в медовый месяц, а в августе отмечали вторую нашу свадьбу для родственников и друзей в Омске, какие ж дети, когда столько дел!
Так получилось, что мы больше не живём вместе с диминым папой. К слову, бывший муж начал изменять мне, когда я была беременная своим сыном. Но это другая история.
Такое бывает – одни в трудностях сплачиваются, другие – мы. Но я благодарна за весь путь, который мы прошли вместе. И, конечно, за нашего сына.
Наступил сентябрь 2014года, вот тут как раз мы и задумались, что "пора". Какой-то подготовки, анализов, тестов на овуляцию не было. Зачем? (Сейчас я всем рекомендую все таки готовится, проходить хотя бы минимальные обследования). Мы и так отдыхали в отпуске, веселились и ели фрукты, овощи, в общем, не «заморачивались». Вдобавок тут же Сергея отправили в командировку в Питер, а я упала ему на хвост, так как к своему стыду, на тот момент, ни разу не была в Северной столице.
На второй день нашего путешествия я стала себя плохо чувствовать, нос заложило, постоянно хотелось спать, живот разрывало от метеоризма. Короче, в Петербурге мне "нравилось", нет, правда нравилось.
Но я пила горстями спазмолитики, заливала в нос сосудосуживающие и дрыхла, пока Сергей был на учёбе. Лечилась как могла от не пойми чего.
У нас была экскурсия в Кронштадт, там у храма можно было попрыгать на брусчатке и загадать желание, моё было – ребёнок. Как уж я там его сформулировала, не помню, но скакала я от души туда-сюда
⠀Из Питера в Надым мы возвращались через Москву, и только в Домодедово я поняла, что у меня первый день задержки. Дома оказались только вечером, Сергей ушёл заниматься машиной, а я бегом делать тест. Две яркие толстые полоски "смотрели" на меня, а я на них.
Беременна! Я беременная!Вот так, с первого раза, ура!
Все мои симптомы стали сразу мне понятными, всё, как по книжке. Тут же позвонила мужу, обрадовала его. Я порхала от счастья, конечно, сразу поделилась с близкими, хотя до этого планировала молчать
Глава 2
Но радость была недолгой, в 6,5 недель началось кровотечение, незначительное, а с ним и паника, страх. Мы собрали вещи и помчали в Приемное отделение.
Был вечер, узи, сердцебиения нет, плодное яйцо всё искареженное, сильнейший тонус.
Я не помню, что мне капали, чем лечили, но беременность сохраняли. Сохраняли 2-3 дня. Сердцебиения так и не появилось, я замерла вместе с ней, жизнь рухнула.
В палате нас было 6 человек, семейная девушка с таким же диагнозом, как у меня, разные женщины, и 17-ти летняя девчонка, которая только узнала, что у неё 5-й месяц беременности.
Она постоянно бегала курить, не знала, как сообщить отцу ребёнка "радостную" весть, так как они виделись всего один раз. Я ненавидела её, не понимала, почему так, зачем ей ребенок, мне же нужнее. (Сейчас так я уже не думаю)
Дальше ждать было бессмысленно, впереди выходные.
Моя доктор дежурила в субботу, поэтому решили меня в этот день с утра и "почистить".
Слезы лились без остановки: это уродская больничная сорочка, кресло, анестезиолог со своими вопросами. Видеть сочувствующий взгляд коллег было невыносимо…
Быть по другую сторону баррикад очень страшно: когда ты врач – всё понятно, да, жалко, но понятно. Мне ничего не было понятно, мне хотелось сжаться клубочком, прям в этой сорочке, прижаться к мужу, и верить – это глупая ошибка. Наркоз, секунды, и я улетела. Всё, что я помню, это страшный звериный вой, раздирающий горло. Потом белые коридоры с полукруглым потолком, какие-то размытые тела в белых одеждах что-то говорили мне, ходили туда-сюда.⠀
Я очнулась в палате, Сергей сидел рядом, все двоилось в глазах. Зашла мой врач: "Маш, у нас ничего не получилось". Я не понимала, о чем она говорит, что не получилось.
"Мы не смогли зайти в полость матки, такое у меня в первый раз, я даже аталью Ивановну позвала из роддома, она не поверила, но тоже не смогла. Шейка деревянная, вообще никак, камень. Мы побоялись, что перфорацию сделаем и без матки тебя оставим". Юлия Петровна протянула мне таблетку, сказала, что надо выпить, что будет медикаментозный аборт, по-другому никак. Пока она всё это рассказывала, Сергей побледнел и вышел.
А звериный вой – это я выла и плакала под наркозом, соседки сказали.
Глава 3
Позже соседки по палате рассказывали, как они испугались моего воя, – словно животное убивали за стеной. Но я не помнила ничего. Прошло несколько часов, живот стал ныть, начались спазмы; я потом поняла, что это были схватки. Я постанывала, поджав колени к груди и отвернувшись от всех к стенке. Соседки хихикали между собой, пили чай, беседовали. А я, тихо лежа в углу палаты, мысленно хоронила свою внутреннюю женщину.
Все закончилось в 21:00: боль в животе утихла, и я провалилась в сон. В воскресенье утром обхода не было, но Юлия Петровна зашла ко мне и позвала на контрольное УЗИ – матка чистая.
Через пару дней меня выписали. Жить не хотелось, всё стало серым. Все пытались утешать, а я ещё больше выла. Коллеги, которые не знали, что я больше не в положении, восхищались моей стройностью. Я бурчала в ответ, что не беременна. Гинекологи успокаивали, что сейчас часто первая беременность заканчивается так; ничего, пройдет полгода – и можно снова пробовать.
А мне надо было попробовать хотя бы жить эти 6 месяцев. Тем более впереди меня ждала первичная герпетическая инфекция.
Я врач, но никогда не думала, что это может быть так страшно. Огромные пузыри, боль, зуд, слабость. С утра мне капали ацикловир, а дальше я бежала к пациентам.
Это был ужас. Организм через 1,5 месяца после гормональной встряски не был готов к встрече с такой агрессивной инфекцией. Иммунитет рухнул. Я постоянно хватала ОРВИ – по три раза в месяц, – но продолжала работать.
Однажды коллега предложила сделать мне УЗИ. Она как раз переучилась из терапевта и «набивала руку». На экране все было в норме, пока датчик не оказался в проекции селезенки. Яна затихла, потом предложила позвать заведующего. Еще через пять минут все врачи отделения УЗИ были в кабинете и смотрели в экран, разводя руками. Мне стало страшно. Каждый из присутствующих в кабинете спросил меня, как я себя чувствую, не болит ли живот. Подкатила тошнота. Живот действительно заныл, голова пошла кругом, в ушах – гул. «Множественные очаговые образования селезёнки».
Что это – никто ответить не мог, так как такой УЗИ-картины ни один коллега в своей практике не встречал. Конечно, все сразу представили самое страшное – рак! Ночь я не спала, рыдала. Утром сдала общий анализ крови. В обед побежала договариваться о компьютерной томографии всего тела. Анализы были плохими и непонятными, не укладывались ни в какую общую картину. Все показатели крови выходили за пределы нормы: одни – в меньшую, другие – в большую сторону. Я фанатично тыкала свой палец скарификатором практически через день. Пачками складывала результаты ОАК в ящик стола. Подбивала данные в таблицу в Word, медленно сходя с ума. «Лимфома селезенки? Рак крови? Это всё, жизнь кончена? Я не буду матерью..»
Смотрим в экран компьютера: на томограмме снова эти же очаги, контраст не накапливают – уже хорошо.
Коллега вроде успокаивает, рекомендует хорошо отдохнуть в предстоящем отпуске (через 2 дня), отключить голову, пить вино и наслаждаться жизнью. А за письменным заключением – прийти завтра. Выдыхаю: вроде не смертельно, есть шанс.
Утро. Забегаю воодушевлённая за заключением, ведь вчера обсудили, что ничего страшного: «Нельзя исключить лимфопролиферативное заболевание селезенки». Рекомендована консультация онколога, гематолога.
Глава 4
Мне ничего не хотелось. Я, позитивный по жизни человек, медленно угасала.В отпуск мы ехали на машине. Всю дорогу я плакала, потом спала, потом снова плакала.
В голове была каша: «Почему я? У меня не будет детей? Я умру? Ведь столько ещё не сделано!»
Заранее договорилась в Омске о консультации с онкологом. Доктор просмотрела все мои обследования, гору анализов. Пропальпировала меня вдоль и поперек, не пропустив ни один лимфоузел. Улыбаясь по-доброму, уверенно заявила: «Это не наше, не онкология!» Я снова заплакала. А она отправила заниматься поиском дальше. Мне ничего не оставалось, как пойти к своим учителям, к светилам науки.
«Кафедра госпитальной терапии». На пороге своего кабинета меня встретил Валейри Иванович Посмотрел поверх очков, пригласил пройти. Я вновь стала рассказывать свою историю. Он просматривал анализы и обследования, тер рукой подбородок. Потом встал и вышел. Через 5 минут заглянул в кабинет и сказал: «Пойдём!» Я покорно последовала за ним в кабинет заведующего кафедрой лучевой диагностики Юрия Тимофеевич. Времени у кафедралов всегда мало: то консилиум, то лекция. Я снова протараторила свой анамнез, а Юрий Тимофеевич рассматривал мои снимки и читал заключения. «Нет, на онкологию не похоже, но что за очаги?»
Ох, я бы тоже хотела знать, что за очаги. Уже не помню, попросил ли он меня его ждать или просто молча убежал на совещание. Я побрела обратно к Валерию Ивановичу, он снова почесал подбородок. Вытащил телефон из чехла и кому-то позвонил: «Александр Дмитриевич, приветствую, я по делу».
Так я оказалась на кафедре инфекционных болезней. Александр Дмитриевич просмотрел все мои бумаги, много шутил, особенно про то, что поздно я герпес поймала, надо было лет в 17. «Ну, не встретила я мужа в 17, судьба такая!» – отшучивалась я, но мне было не смешно…
В общем, врач должен практиковать. При всём моём уважении к нашим педагогам, ничего дельного они мне не сказали… «Что с селезенкой?», «А очаги пройдут?», «Жить я буду?», «А ребенка выносить смогу?»
Я решила просто жить, радоваться тому, что есть, и не думать о плохом. Конечно, лукавлю, думала много, но уже в другом ключе. Главное – я буду жить! Смогу ли родить ребенка? Не факт! Но точно смогу подарить свою любовь ребенку, а значит, возьму из детского дома. Впереди нас ждала поездка на черноморское побережье, поэтому плакать я перестала.
В Новороссийске я делаю уже МРТ. Причём сразу вводить контраст мне не стали: «Доктор сначала без контраста посмотрит, а потом, если надо будет, введём!» «Ну, хорошо, всё равно нужен контраст», – думала я. Естественно, через несколько минут лаборант зашёл со шприцом и катетером.
К.м.н., описывающий снимки, ранее подобной картины тоже не видел и «обрадовал» меня тем, что очаги контраст не накапливают, а что за хворь – не сказал. Ну, и на том спасибо.
После Кабардинки мы отправились в столицу нашей Родины. Через знакомого знакомого знакомого (это не опечатка) мой друг договорился о консультации в центре иммунологии с д.м.н. Андрей Евгеньвич. Мне была прописана схема лечения вируса герпеса на 6 месяцев с последующим контролем МРТ.
Но доктору мало было моих 100500 заключений УЗИ, КТ и МРТ с контрастом – очень нужно было, чтобы специалист из их центра сделала мне УЗИ брюшной полости и всех лимфоузлов. Думаю, многие понимают, сколько я отдавала денег за все обследования. Так вот, это УЗИ мне обошлось как МРТ брюшной полости и малого таза с контрастом – в 10 000 рублей.
Угадайте, что написала «супер»-специалист? «Множественные образования селезенки. Невозможно исключить лимфопролиферативное заболевание селезёнки». Я разрыдалась от бессилия.
Глава 5
Жизнь продолжалась, я по-прежнему пила лекарства и работала. Наступил 2016 год, а значит, пора было делать УЗИ. Я решила, что его будет достаточно – никаких МРТ и КТ. Вы не поверите, но очаги исчезли! Селезёнка почти без изменений, только маленькие белые точки вместо очагов – кальцификаты, как память о перенесённом воспалении. Это был герпес, «всего лишь» герпес, на который так бурно отреагировал мой организм!
Возможно, вы подумали, что теперь я загорелась идеей о ребёнке, но нет. Я эмоционально вымоталась за прошлый год, и мне просто хотелось отдохнуть и восстановиться. Поэтому мы отправились в отпуск.
А вот ближе к осени мы решили, что пора. Тем более я сменила работу: она была в разы спокойнее, чем в стационаре. Просто идеальные перемены для беременности! В этот раз всё было серьёзно: витамины, хороший сон, тесты на овуляцию.
Я чётко помню тот день: «Газпром» отмечал юбилей на природе, за городом. Мы отлично провели время, а через 10 дней тест на беременность «подмигнул» мне тонкой второй полоской. Я ликовала! Я супермолодец! С первого раза забеременела, как по книжке! Но меня не отпускал ужасающий страх – страх снова пережить потерю. Я же отличница по жизни, у меня всё должно быть на пятёрку. Всегда!
В 6,5 недель началось кровотечение. Приёмное отделение, стационар, гематома, слабое сердцебиение у эмбриона. Моим доктором снова была Ю.П., мне назначили сохраняющую терапию. Но я отчаялась и не верила – это была ещё одна ошибка, следствие неумения отключать голову. Необходимо верить всем сердцем, а я лишь убеждала себя на уровне разума, что всё будет хорошо. Но страх победил.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.