Легория. Дилогия

ЧАСТЬ 1 ГЛАВА 1

К полудню распогодилось. Облака рассеялись, и солнце припекало так, будто решило выжечь Нагорию дотла. Вокруг простирались только ржаные поля, да стояла зеленая стена леса на горизонте. Избитая тележными колесами дорога петляла по полю, в раскаленном воздухе плотным туманом висела пыль. Хотя в воздухе все же витали ароматы соломы и свежего хлеба, намекая на близость к селению.

Эльга бодро шагала рядом и воодушевленно рассуждала на тему моего туманного будущего. По её мнению, только она одна знала тот самый истинный путь, по которому мне следовало идти, и при каждом удобном случае учила жизни. С подругой мне повезло: Эльга весёлая, смелая и надежная, как каменные стены Дор-Атона. Высокая магичка с копной огненно-рыжих волос, заплетенных в тугую косу, россыпью веснушек и огромными зелёными глазами приковывала взгляды. На неё засматривались и люди, и нежить, чем Эльга пользовалась без зазрения совести: первых использовала в своих целях, вторых – убивала за монеты. Длинный меч на бедре не только придавал ей шарма, но и лишний раз напоминал о дополнительной «боевой» приставке к магической профессии. Отчаянная смелость подруги граничила с безумной импульсивностью; Она сначала бросалась в бой, подбадривая себя отборными орочьими ругательствами, и кромсала всё, до чего могла дотянуться клинком или магией и только потом думала о последствиях.

Нечисти в Нагории водилось множество, на любой вкус, цвет и уровень подготовки. Мы зарабатывали на еду и кров магией Эльги и моему таланту мешаться у неё под ногами. При всех положительных качествах, у подруги был один жирный недостаток – вера в меня и мое предназначение.

Сейчас я изнывала от духоты. Чтобы отвлечься от унылого созерцания бескрайнего моря колосящейся ржи, развернула потрепанную карту и углубилась в чтение.

Мы находились на границе двух крупных селений. Не знаю, какая муха пролетела век назад над этой местностью, но крупная даже по Нагорским меркам деревня раскололась. Так появились Первая и Вторая Росы. Лично я была рада одному – здесь жили люди, а, значит, будет кров, пища и более или менее чистые простыни в таверне.

Я убрала карту во внутренний карман куртки и остановилась вытряхнуть ржаные колоски, неизвестно как пробравшиеся в обувь. Стебельки отказывались покинуть облюбованное место и намертво вцепились в голенище.

– Ты меня совсем не слушаешь. Можно подумать, я для себя стараюсь! – обиженно засопела подруга, придерживая меня за локоть.

Я продемонстрировала незамысловатые па, освобождая сапоги от сора, и промычала:

– Эля, не обижайся, но магии во мне нет. Если бы была, то вчера точно проявилась бы!

Я не лукавила, ибо верила в это всем сердцем! Ночная охота оказалась сущим кошмаром. Мы рассчитывали на рутинную и легкую работу по зачистке кладбища от нежити, а в итоге удирали от взбешённого упыря по лесу. Ещё неизвестно, кто кого убил бы в итоге, не сломай тварь ногу. Эльга вовремя прибила нежить, оправдав звание боевого мага и честно отработав положенный золотой.

Я обулась и с кряхтением разогнула спину. Брести по жаре было трудным испытанием: тело я имела пышное и крайне неповоротливое, а выносливость и вовсе отсутствовала.

– Ля! Некоторые способности выявляются неожиданно, их просто требуется подтолкнуть, дати стимул.

– Пинок под зад им надо дать, – откликнулась я и с тоской осмотрела нескончаемое поле. – Почему ты не рассматриваешь вариант, что я просто человек?

– Просто человек? – Взвизгнула магичка. – Значит, я для тебя перевертень или, может, вомпэр?

Я спрятала улыбку и изобразила крайнюю степень недоумения (судя по удивленному лицу Эльги, неудачно):

– Нет. Просто говорю, что я обычный человек без талантов, способностей и телепатии.

Воспользовавшись замешательством подруги, я развернулась и потопала дальше, спиной чувствуя её колючий взгляд. Сейчас как швырнёт в меня молнию, – одни сапоги останутся.

– Эко тебя перекосило-то, – буркнула она, догоняя, а я лишь украдкой выдохнула – молний не будет, обошлось.

Солнце встало в зенит. Птицы спрятались в листве деревьев, росших на границе поля. Если в ближайшее время я не увижу одно из селений, умру прямо тут! И подруге придётся тащить на себе мой хладный труп. Да и жажда разгоралась с каждым шагом всё сильнее. Я вырвала из земли колос и разжевала: пить от этого не расхотелось, но отвлечься помогло.

– Лорик, у тебя просто обязана быть сила. Я прочитала твою ауру – энергия переливается с краев. Это что-то очень мощное, просто треба узнать, как активировать её, найти лазейку.

– Магистры высшей магии не смогли увидеть во мне даже задатки сил, а ты умудрилась не то что ауру прочесть, но и что-то в ней найти?! Нет, ты не думай, я тебе доверяю и всё такое, но это…

Эльга схватила меня за плечо и резко развернула к себе. Мои каблуки сделали над землей сальто и подняли в воздух громадный клуб пыли. Пересохшая земля траурным пеплом легла на рыжие волосы подруги. Я с тоской посмотрела ей в глаза и поняла, что молния в меня сегодня точно полетит.

– Мудрена ты жинка, Лорик! – Эльга чеканила слова, скрывая злость. – Мне, практикующему боевому магу ты не веришь, а в себе, жующей траву аки конь, уверена. Как так?

– Ладно, Эля, сдаюсь! – Я подняла руки в примирительном жесте и на всякий случай выплюнула колосок. – Найдёшь дыру в моей ауре, скажешь. Будем творить из меня мага или травника на твой выбор. Годится?

– Годится!

Через час мы добрались до края поля и уткнулись носами в ровный ряд заостренных кольев. Большие белые цветы вьюнка прятались в россыпи зеленых листьев, украшая унылый частокол. Вдалеке виднелись крыши жилых домов, слышалась неразборчивая ругань. Судя по карте, это была Первая Роса.

– Так себе деревенька, – протянула Эльга, рассматривая через ограду крепкий сарай, из которого доносилось протяжное мычание.

– Главное, что тут есть таверна.

Я перевалилась через забор, дождалась от подруги заботливого толчка в спину, и, поболтав ногами в воздухе, благополучно шмякнулась на землю со стороны селения. Эльга перепрыгнула частокол с ловкостью кузнечика, немым укором являя разницу между её ежедневными тренировками и моими плотными ужинами.

Мы проскользнули между сгнившими пучками соломы и мусором таверны: картофельными очистками, ботвой, лужами скисшего пива и содержимого ночных горшков, обошли живописные кучи навоза из добросовестно выскобленного коровника. Разницы между отходами людей и животных почти не было, и аромат далеко не эльфийских духов растекался по Росе, привлекая мух всех размеров и расцветок.

Обогнув таверну, мы сразу наткнулись на конюха. Тощий высокий мальчишка соскочил с крепкого деревянного крыльца и уставился на нас круглыми от удивления глазами. Видимо, в его понимании дамы подобные заведения посещать были не должны. А если и случилась такая оказия, то им следовало гордо шествовать по дороге, а не выскакивать из-за угла, не благоухать ароматами пота и отхожего места, не носить перемазанную грязью с зелёными разводами одежду. Последнее наблюдение относилось ко мне, ибо нечего было, перелезая через забор, висеть на пузе.

– Чего смотришь? – Эльга наступала на конюха, как разъяренный бык на пугало. – Комнату, ванну и еду. Бельё на стирку позже заберёшь, когда спать ляжем.

Запас орочьих ругательств магичка исчерпала ещё на подходе к частоколу, но визга в голосе оказалось с избытком – мальчишка оправился от шока и посторонился, пропуская нас к крыльцу.

– Лошадки-то где? – пискнул конюх и на всякий случай заглянул за угол дома.

– Коней нема, мы пешком приехали.

Я кивнула пареньку, подтверждая отсутствие лошади и у меня, чем тут же ввела его в крайне унылое состояние. Видимо, вечерние медяки выдавались согласно количеству копыт в конюшне.

Гостеприимно распахнутые двери таверны дразнили ароматами жареного мяса и свежего сена, начисто перебивая душок задворок. Голодный желудок мгновенно заурчал, предвкушая скорый обед.

Медленно передвигая ноги за сильномогучей подругой, я поднялась по крепким ступеням крыльца.

***

Первая Роса была копией соседнего селения. Те же домики с соломенными крышами, колокольня из некрашеных брёвен, широкая дорога, ведущая к площади, в центре которой по праздничным дням раскидывался яркий пестрящий рынок. Жители одевались соответственно: цветастые платки, широкие блестящие юбки с рюшами, переливающиеся перья на подолах, нелепые шляпки и мужские трико песочных и ядовито-жёлтых оттенков. У экзотических птиц Дор-Атона было не такое вызывающее оперение, как одежда у селян.

Всё то, что ушлые купцы не могли продать в городах Нагории, что годами лежало в сараях и пылилось на полках захудалых столичных лавок, стекалось сюда, продавалось втридорога и пугало местных ворон. Не удивительно, что здесь такие великолепные урожаи! Будь я птицей, на версту не подлетела бы к такому огромному скоплению передвигающихся и говорящих живых пугал…

***

– Госпожи магички, не соизволите помедлить минуточку? – заискивающий мужской голос ударил в спину, душный запах недельного перегара заполонил крыльцо. Я чуть не взвыла: терять заказ не хотелось (в кармане звенели всего несколько серебряных монет), но голод брал верх над разумом.

– Не соизволим! – выпалила я и толкнула в спину замешкавшуюся на пороге Эльгу.

Мужик попятился, оступился и чуть не рухнул с лестницы. Круглые от испуга глаза уставились на меня с боязливым уважением. Эльга проигнорировала мои попытки добраться до еды с возмутительным спокойствием и царственно обернулась. В отличие от меня, терять возможный заработок она не собиралась.

– Шо случилось? – нежный голос и выгнутая дугой бровь сделали свое дело – будущий работодатель покрылся красными пятнами и застенчиво улыбнулся. С таким актерским талантом подруге надо на свадьбах генерала играть, а не у трактира работу искать.

Я с тоской осмотрела мужика. Не знаю, что поразило больше: коренастая квадратная фигура, огромный живот или великолепные рыжие усы, сильно смахивающие на лисий хвост. Поникшая в них веточка укропа покачивалась в такт дыханию, от фетровой шляпы грязно-зелёного цвета разило кислым пивом, а яркая оранжевая рубаха слепила глаза.

– Преле-естно… – удивленно протянула я и тут же получила ощутимый удар по ребрам, – Эльга зашипела, не сводя с деревенского пугала снисходительного взгляда.

– Тут, эта… Вот оно, значицца, как получается, – неуверенно пробормотал работодатель, и мне поплохело окончательно. Знала я этот тип людей – пока всю родню до пятого колена не перечислит к сути проблемы не подойдёт!

О, как же я была права!

Рассказывал мужик долго, нудно и медленно. Дело пошло бы гораздо быстрее, не кланяйся он каждую минуту. К рассказу я не прислушивалась, – нос дразнил аромат жареной дичи, вырывающийся из распахнутых дверей таверны. Я потопталась на крыльце, заглянула внутрь заведения, прислушалась к угрожающему урчанию в животе и решительно спустилась со ступеней за спину нанимателя. Толкнуть мужика аккуратно не получилось – он даже не заметил моих усилий. Пришлось постараться: уперлась руками в мокрую от пота рубаху и надавила. Наниматель удивленно на меня покосился, но всё же сделал шаг к Эльге. Магичка деликатно попятилась.

К столу продвигались медленно. Очень медленно. На последних метрах я вовсе упиралась в широкую спину мужика плечом, проскальзывая ногами по полу. Чем развеселила почти всех постояльцев. Медведя сдвинуть с места было проще, чем деревенского работягу, сызмальства приученного махать мотыгой!

Наконец мы добрались до свободного стола. Дородная женщина в белом переднике заказ не приняла, просто молча выставила перед нами тарелки с дымящейся похлебкой, несколько кусков хлеба и удалилась. Видимо, здесь подают то, что есть и без права выбора.

Сойдёт.

Я уплетала за обе щеки и изредка косилась на Эльгу: подруга сидела с неестественно прямой спиной и внимательно слушала мужика. К еде она не притронулась, даже ни разу не посмотрела на тарелку.

Я занервничала ещё больше.

Во-первых, мне было жизненно необходимо растянуться на чистых простынях и впервые за три недели поспать на кровати, а не на голой земле. Во-вторых, узнать, возьмёмся ли мы за это дело. Очень не хотелось коротать ещё одну ночь на каком-нибудь кладбище, выслеживая очередного недобропорядочного упыря. В-третьих, моё пухлое тело требовало ванну, а волосы – расческу, ибо сейчас моя прическа больше походила на воронье гнездо. А под глазами уже образовались тёмные круги. Вид – самое оно для ведьмы, но никуда не годен для напарника боевого мага.

Вскоре Эльга кивнула, заканчивая разговор, и велела дать время на отдых. Мужик предложил расплатиться за обед и, встретив отказ, мгновенно ретировался. Он клятвенно пообещал придти с утра, дабы отправить «наидобрейших магичек в чёртово место, будь оно неладно в хвост и гриву» лично и с почестями.

Эля проводила взглядом скрывшегося за дверью усача и принялась уплетать наполовину остывшую еду с урчанием голодной рыси.

– И что он там рассказал? – больше из вежливости поинтересовалась я, одновременно раздумывая – осилит мой желудок ещё одну порцию варева или лопнет в процессе поглощения.

– Дюже интересную историю! – Эльга с восторгом выпучила глаза, запихивая в рот очередную ложку супа.

Судя по тому, как она на меня таращилась, случай и правда был стоящий. Я даже пожалела, что не слушала мужика, вдруг и у меня азарт проснулся бы?

– Заплутана история. – С восторгом добавила подруга. – На сим деле мы можем приобрести колоссальный опыт.

Я икнула от удивления и резко перехотела добавки.

Слово «колоссальный» подруга употребляла редко. Почти никогда. Что уж там, сегодня это было впервые. Даже в последний день зимы, когда на нас напала стая плотоядных гарпий и Эля потом месяц провалялась в кровати, приращивая почти оторванную руку и сломанные рёбра остатками магической силы, кроме как «средненько» эта работа не характеризовалась. А тут – колоссальный опыт!

– В чём подвох? – с замиранием сердца поинтересовалась я, высматривая в таверне эльфа или, в крайнем случае, гнома: у них всегда можно приобрести табак. С Эльгиными новостями единственное, что оставалось – это нервно закурить, рискуя заработать съеживание легких. Но как назло сегодня в Росе откушать решили только люди.

– Есть вариант, шо нас слопают, – радостно пропела подруга, не отрываясь от тарелки.

– Слопают?!

Несколько гостей в дальнем углу таверны покосились в нашу сторону, но ничего не сказали. Подруга продолжила невозмутимо хлебать щи, а я уставилась в потолок, успокаивая расшатавшиеся нервы.

Жирная муха на деревянной балке перекрытия усердно чистила лапки и флегматично рассматривала меня всеми своими глазами. Вот кому не стоило волноваться о будущем: хлебные крошки, небрежно смахиваемые со стола грязным полотенцем, – прекрасная пища, пивная лужа под бочками, уютно прикорнувшими в углу, – питье. В холодные ночи можно греться у огромного очага, отапливающего таверну и верхние этажи с комнатами, подготовленными под сдачу в аренду. А из шести небольших окон открывается великолепный вид на улицу и часть коровника, – любуйся, не хочу.

Да, здесь мухе определенно жилось отлично!

Я посмотрела на подругу самым жалостливым взглядом, на который была способна и загнусавила:

– Эля-а, я сейчас очень надеюсь, что ты откажешься от этого предложения, даже если за неё заплатят десять золотых. Такой опыт нам не нужен. Пойдём на юг, будем искать дырки в моей ауре и изучать травки. Пойдё-ом?!

– Сто по сто золота, два коня и к ним полные упряжи, – пробубнила магичка, не прекращая жевать.

Уж не знаю, отчего мои глаза стали больше, – от полного безразличия Эльги к голосу разума или от суммы оплаты. Сто по сто золотых? Целое состояние!

– А чего это такая сумма немаленькая? – подозрительно протянула я. – Не закрадывается в твою пустую голову, что тут есть один огромный подвох?

– Какой подвох? – Флегматично спросила подруга.

– Обычный: нас не только съедят, но и забудут на отхожем месте в земельку родную вернуть.

Эльга поперхнулась и уставилась на меня взглядом кота, у которого пьяная мышь пьёт из миски молоко и при этом не только не убегает в ужасе, но еще и лапкой в пушистый бок толкает, чтобы подвинулся.

– Чего аппетит портишь? Сходим быстренько, обстановку разведаем и обратно за оплатой. – Воспротивилась Эльга.

– Да-а? А как же твой вариант?

– Який вариант? – Нахалка состроила удивлённую рожу.

– Где нас слопают и не подавятся! – Почти заорала я.

Муха сорвалась с насиженного места и перелетела на другой конец зала, возмущенная моим визгом до глубины души.

– Ля! Где наша не пропадала?!

– Так, Эля, – я неимоверным усилием воли взяла себя в руки и, бросив на стол серебрушку за ужин, поднялась, тяжело упираясь руками в дубовую столешницу. – Идём в комнату, примем ванну и потом серьёзно поговорим.

Эльга мгновенно засияла, втайне радуясь отсрочке неизбежного приговора и последующего наказания:

– Давай, Лорик, а то меня конюх по запаху вже с конем путает. Обидно.

Лестница, ведущая на второй этаж, прижималась к барной стойке. Струганные сосновые ступени поскрипывали при каждом шаге, осыпая хозяина трактира опилками. Он привычно смахнул тряпкой труху со столешницы и ею же протер пивные кружки – в Росе эльфийский сервис нам не светил при любом раскладе.

Вторая налево дверь в узком темном коридоре вела в нашу комнату. Мы замерли на пороге, осматривая новое временное жилище.

Комната была небольшой, но уютной: две кровати, два табурета и стол – то ли подпирающий, то ли упирающийся в тонкую перегородку, отделяющую спальное место от умывального. Широкое окно, завешенное ажурной занавеской в цветочек, смотрелось странно, но мило, – к убранству явно приложила руку женщина. Небрежно накинутое на дощатые кровати постельное белье почти сливалось по цвету с серым полом. Простыни, как я и предполагала, были средней чистоты – следов крови или другой нелицеприятной жидкости на них не было, но и о крахмале они никогда не слышали.

После ванны, втирания в тело различных кремов запасливой магички и намытых до скрипа волос я перестала замечать недостатки временного жилья. Натруженные ноги гудели, а избавленная от песка и земли голова постепенно превращалась в пушинку. Так бы и подремала денек. А то и два.

Расторопный мальчишка-конюх утащил нашу одежду в стирку, за что трактирщик выудил с нас ещё по медяку. Я с грустью пересчитала россыпь жалких монеток – и одной серебрушки не наберётся. Новый заказ был как нельзя кстати, не поспоришь.

– Эля, я готова, – пробормотала я, устраиваясь на кровати. – Давай, оправдывай свой сумасшедший поступок, иначе я не посмотрю, что ты маг – сотру в порошок и тебя и того усатого мужика с его работой, что б ему икалось всю ночь.

– Зла ты, Лорик, людям не доверяешь.

Стенания Эльги грубо прервала предупредительным вздохом. Подруга скуксилась, но историю усача пересказала, благоразумно упустив светлый миг его рождения. Даже поделилась своим планом, которого «неукоснительно треба выполнять, шобы заработать богато грошей».

План был ужасен. Не просто ужасен, – невыполним. Проще говоря, плана не было вовсе. Дабы не опорочить себя и не запятнать честь Нагорской Придворной Школы Боевой Магии, Эльга согласилась на дело, о котором не только ничего не знала, но даже понятия не имела на кого придется охотиться. Поэтому вариант «шо нас слопают», казался ей наиболее вероятным. О чем она мне и поведала под конец рассказа, причитая и заламывая руки, как это умеют делать только на родине новоиспечённого мага в юбке.

Когда очередной поток слёз и воплей вроде: «шо ж делать бедной дивчине» и «прости меня, дурну» прекратился, я села на кровати, завернулась в покрывало и задумалась.

Новая работа выглядела отвратительно и была подозрительно похожа на самоубийство.

ГЛАВА 2

Проселочная дорога, пересекающая Первую Росу, упиралась в Большой Тракт. Поговаривали, его строил союз эльфов и гномов. Дорога получилась на славу: за двести лет ни один камень не выскочил из идеальной кладки, обочины не опустились и не заросли кустарником или репеем. Начинался Большой Тракт у подножия Серых гор на севере и заканчивался у Дальнего моря на юге.

Одним из многочисленных народов, заселявших долины вдоль союзного пути, были легорцы. Гостей этот загадочный народ не жаловал. Не верящие в их негостеприимность люди пытались проникнуть на запретную территорию, но назад уже не возвращались. Раз в сто-двести лет очередной владыка-завоеватель нападал на Легорию. Исход битвы всегда был один и тот же – войско агрессора бесследно исчезало в лесах. Постепенно на странные земли махнули рукой, и попытки захватов прекратились.

Сами легорцы ни на кого не нападали, в преступлениях против народа Нагории замечены не были, а налоги платили исправно. Единственными, кто поддерживал с ними отношение, были всё те же вездесущие торговцы – караван останавливался на тракте у границ Легории и терпеливо ждал покупателей. Легорцы всегда появлялись ночью – наглухо завернутыми в плащи с глубокими капюшонами, скрывающими лица. Так что единственное, что могли рассказать купцы – они были высокими, прямоходящими и вроде как о двух ногах. Легорцы не торговались, исправно платили и никогда не проверяли на месте купленный товар, доверяя купцам. К слову, их никто обманывать и не решался, помня давнюю историю: когда-то один торговец продал легорцу стекляшки под видом алмазов и скрылся в Серых горах. Через месяц его нашли в цитадели гномов – в самом защищенном месте Нагории! – с разорванной грудной клеткой, наполненной битым стеклом. Как неизвестный пробрался в комнату и как ушел, осталось загадкой. Уязвленные гномы чуть ли не по камню разобрали дом торговца, но ни тайных ходов, ни магических следов взлома не обнаружили. С тех пор к девизу горных жителей: «в дом, который построил гном, не проникнет зло» прибавилась оговорка – «окромя легореца».

А сейчас загадочная раса повадилась воровать женщин и уводить скот из Рос. И все бы ничего, но три дня назад они умудрились присвоить любимую дочь нашего усатого работодателя, заодно прихватив с собой его жену и стадо коров в количестве двадцати голов. Такого издевательства оскорблённый муж и отец в одном лице не потерпел, созвал совет старейшин и назначил себя новым старостой Первой Росы. Собрав деньги с обеих деревень (благо легорцы женщинами Второй Росы тоже не брезговали), он решил нанять боевого мага.

В задачу входило: вернуть дорогую дочь, почти любимую жену, а если будет не в тягость, то и остальных деревенских баб. А если маг будет в самом прекрасном расположении духа, то и коров, но это не обязательно. Что толкнуло легорцев на бабо и скотокрадство, не объяснялось. На беду, магами, взявшими этот самоубийственный заказ, оказались мы…

***

– Н-да-а, – в который раз протянула я и потерла виски – от хронического недосыпа голова работала плохо и гудела, как пожарный колокол.

– Лорик, шо делать будем? – всхлипнула подруга, с трудом сдерживая слезы.

Для боевого мага не было ничего хуже, чем согласиться на работу и не выполнить ее. Оправданием служила только смерть. И желательно за неделю до того, как этот самый маг вообще узнает о существовании работодателя.

– Будем брать Легорию измором.

Эльга взвизгнула и бросилась мне на шею, не забывая при этом целомудренно кутаться в простынь.

– Спасибо! Я знала, шо ты меня не бросишь, а там можа грошей заработаем и будем твой талант искать.

– Грошей? – вымученно улыбнулась я. – Жизнь бы не потерять. Воин-то у нас один – ты. Я в драке даже для прикрытия не гожусь. Хотя меня одно радует – когда нас легорцы будут намазывать на хлеб, я хоть посмотрю, как они выглядят. Они же перед обедом наверняка плащи снимают? Или хотя бы капюшоны откидывают.

Эльга рассмеялась, показав крепкие зубы, и вернулась на свою кровать, громко рассуждая о том, на что потратит заработанное состояние и как будут ей завидовать остальные маги. Мысли, что нас покрошат в капусту, у неё не возникало.

Я уткнулась головой в подушку. Последней искоркой в сознании проскочила мысль о гонораре – такое количество золота было, наверно, только в казне столицы. Вопрос, откуда такое состояние у двух деревень, хоть и прижатых к тракту, остался без ответа: сон накрыл меня с головой. Он был странным и обрывистым. Я куда-то бежала, потом пряталась в глубоких ложбинах у корней сосны. Перед глазами мелькали изогнутые лезвия не то мечей, не то ножей, вырывая из темноты кровавые брызги. Я нападала и защищалась до тех пор, пока в клинке случайно не увидела отражение собственных глаз – овальный зрачок, утопающий в желтых сполохах радужки. Звериный взгляд испугал так, что я заорала и проснулась.