Прелюдия надежды и обмана

Глава

Глава 1

Вечер опустился на город, как тяжёлая бархатная штора, скрывая последние лучи солнца за горизонтом. В скромном офисном здании, где эхо шагов отдавалось гулом в пустых коридорах, один из кабинетов стал ареной трагедии. На полу, среди хаоса разбросанных бумаг – счетов, накладных и договоров, – лежал мёртвый мужчина. Его лицо было бледным, как лист бумаги, забытый под дождём, а вокруг шеи обмотан тонкий шнур, словно предсмертный галстук. Сейф в углу зиял пустотой, его дверца распахнута, как рот, лишившийся голоса. Полицейские и понятые толпились вокруг, их лица – маски профессионального спокойствия, нарушаемого лишь редкими перешёптываниями. В углу кабинета, свернувшись в комочек на стуле, плакала миловидная девушка, её слёзы капали на пол, как капли росы на лепестки цветка.

И тут дверь кабинета отворилась, пропустив в комнату волну свежего воздуха, смешанного с ароматом осенних листьев. Вошла она – Ольга Ледянкина, элегантная, как сон поэта. На ней было пальто, скроенное из тёмного бархата, словно обнимающее силуэт королевы, шляпа с широкими полями, скрывающая лицо в таинственной тени, и белый палантин, небрежно намотанный на изящную шею, как лёгкое облако вокруг луны. Карамельные локоны мягко лежали на плечах, переливаясь золотом в свете лампы, а синие глаза – строгие и пронзительные, как ледяной ветер над сибирской тайгой, – окинули сцену быстрым, всевидящим взглядом.

– А вот и следователь, – произнёс один из полицейских, крепкий мужчина в форме, его голос был уважительным, с ноткой облегчения. Он шагнул вперёд, поправляя фуражку, и начал доклад: – Карлов Антон Александрович. Найден в своём офисе час назад той прелестной леди, что плачет в углу. Она вроде как временная бухгалтер, пока основная на больничном. Не женат, детей нет. Занимался грузоперевозками, имел свой бизнес. Всё указывает на ограбление с убийством – сейф пуст, а вокруг беспорядок.

Ольга кивнула едва заметно, её губы сжались в тонкую линию, как струна, готовая зазвучать. Она подошла к телу с грацией кошки, её пальцы в тонких перчатках осторожно коснулись одежды мужчины, ощущая холод, что уже поселился в нём. Её взгляд скользнул по борозде на шее от шнура – глубокая, ровная, как след от верёвки палача, с фиолетовыми и красными краями, где кожа была разодрана, а в центре борозды виднелись крошечные порезы, словно шнур был не просто верёвкой, а чем-то более грубым, с шипами или узлами. Ольга присела на корточки, чтобы рассмотреть лучше: шнур был тонким, но прочным.

Она обыскала карманы пиджака покойного. Ничего подозрительного – только смятый носовой платок, ключи и пачка жвачки. Ольга поднялась, окинув взглядом хаос на столе: разбросанные счета, накладные и стопки договоров, словно кто-то в спешке рылся в них. Среди бумаг, под стопкой старых квитанций, она заметила край белого конверта, выглядывавший из-под папки с логотипом транспортной компании. Внутри оказалась фотография: маленькая девочка, лет пяти, с серьёзным взглядом и аккуратными косичками, сидящая на качелях в парке. Девочка была одета в зелёный вязаный костюмчик, а на фоне – осенние листья, кружившиеся в воздухе. Ольга замерла, её синие глаза сузились: эта девочка была поразительно похожа на неё саму в детстве – те же черты лица, тот же цвет волос. Но почему у Антона Карлова была такая фотография? И почему она спрятана среди деловых бумаг?

Пока Ольга разглядывала снимок, её взгляд упал на пол – там, у самого края стола, темнело странное пятно. Оно было круглым, размером с ладонь, и блестело в свете лампы, как разлитое масло, но с металлическим отливом, словно кто-то пролил серебряную краску. Ольга наклонилась ближе, понюхала – запах был слабый, химический, не похожий на кровь или алкоголь. Она провела пальцем по краю пятна (конечно, через перчатку), и оно слегка размазалось, оставив блестящий след. Странно: в кабинете не было никаких ёмкостей с краской или маслом, а пятно казалось свежим, не успевшим впитаться в ковёр. Что это могло быть? Яд? Наркотик? Или что-то, связанное с бизнесом Карлова – грузоперевозки часто подразумевали контрабанду.

Полицейские переглянулись, а девушка в углу – та самая временная бухгалтер – вдруг перестала плакать и уставилась на пятно, её лицо побледнело. – Это… это не было там раньше, – прошептала она дрожащим голосом. – Я пришла первой, и пол был чистым. Кто-то… кто-то подменил? Ольга не ответила, но в её уме уже зародилась интрига: фотография незнакомой девочки, спрятанная в конверте, и это загадочное блестящее пятно, которое могло быть уликой против кого-то из близких. Возможно, Карлов знал что-то о пропавшем ребёнке? Или девочка на фото – его тайная дочь, а пятно – след от вещества, которое он перевозил?

Вдруг где-то начала играть тихо музыка. Сначала тихо, едва уловимыми аккордами, проникающими сквозь тишину кабинета, как шёпот забытого воспоминания. Затем громче и громче, заполняя пространство мелодией, полной тоски и страсти, – глубокие, вибрирующие ноты, словно сердце, бьющееся в груди гигантского зверя. Полицейские начали удивлённо переглядываться, их лица вытягивались, как тени на стене от мерцающего пламени свечи, а девушка-бухгалтер в углу вздрогнула, прижав руки к груди.

– О, Рахманинов, прелюдия до-диез минор, – тихо сказала Ольга, молчавшая всё это время. Её голос был спокойным, как гладь озера в безветренную ночь, но в нём сквозила нотка удивления, смешанная с чем-то более глубоким – узнаванием, словно эта музыка пробудила спящего дракона в её душе. Все уставились на неё, их глаза – вопросительные знаки в полумраке кабинета, а музыка продолжала нарастать, эхом отдаваясь от стен, заставляя воздух дрожать, как струны невидимой арфы.

Глава 2

Ольга стояла посередине кабинета Антона Карлова, её пальцы в тонких латексных перчатках сжимали носовой платок – белоснежный, с монограммой «АК», пахнущий лёгким ароматом одеколона, как будто он был свидетелем преступления, а не просто предметом гигиены. Рядом суетились двое полицейских и понятые – молчаливые свидетели, их лица были бледными, как воск свечи, догоревшей до конца. Воздух внутри был тяжёлым, пропитанным запахом дорогого одеколона и едва уловимым ароматом свежей крови – металлическим, напоминающим ржавчину на старом ноже. Комната казалась замершей в ожидании, словно сцена в театре, где актёры уже покинули подмостки, оставив лишь декорации: массивный дубовый стол с разбросанными бумагами, кожаное кресло, повёрнутое к окну с видом на ночной город, где огни автомобилей ползли по улицам, как светлячки в поисках укрытия. Но самым странным был звук – громкий, настойчивый, как крик призрака, доносящийся из угла комнаты.

Ольга шагнула ближе к окну, её каблуки мягко скрипнули по паркету, и она замерла, прислушиваясь. Затем повернула голову и увидела на одном из шкафов Bluetooth-колонку – компактную, чёрную, с мерцающим дисплеем. Из динамиков ревела мелодия Рахманинова: мощная прелюдия, полная меланхолии, с аккордами, что обрушивались на уши, как волны шторма, сотрясая воздух кабинета. Ольга закрыла глаза на миг, позволяя музыке проникнуть в неё, как лунный свет сквозь шторы. Эта прелюдия… Отец играл её на пианино, когда был ещё жив, его пальцы скользили по клавишам с такой лёгкостью, что казалось, инструмент оживал под его прикосновениями. В те дни, до аварии, разрушившей их жизнь, музыка была их общим языком – тихим, успокаивающим. Теперь же она звучала здесь, в этом офисе, громко, словно насмешка судьбы, эхом отражаясь от стен и заглушая все мысли.

– Интересно, – прошептала Ольга, подходя ближе. – Кто-то совсем недавно включил колонку. – Она наклонилась, отключила устройство, и музыка оборвалась, оставив тишину, тяжёлую, как обвинение. На экране мигал плейлист: классика, когда-то любимая родителями. Ольга ощутила лёгкий укол в груди – музыка напоминала ей о собственных демонах, о том, как мелодии могут стать последним эхом жизни.

Вдруг из коридора донеслись крики – женские, резкие, полные отчаяния.

– Пустите меня! Пустите! У меня тут встреча! – Сюда нельзя, тут произошло убийство!

– Какое убийство? Он жив? Антон! Антон! – завопила женщина, её голос сорвался в истерику.

– Это невозможно. Антон Александрович Карлов убит.

– Как убит?

Послышался грохот – видать, кто-то упал.

Ольга выскочила из кабинета, её каблуки стучали по коридору, как барабанная дробь в напряжённой симфонии. Воздух был пропитан запахом страха и кофе из автомата в углу – горьким, как правда, которую предстояло раскрыть. Она повернула за угол и увидела картину, достойную кисти художника-романтика: женщина, одетая в элегантное чёрное платье с глубоким декольте, лежала на полу, словно сломанная кукла, её длинные тёмные волосы разметались по линолеуму, а лицо побледнело, как воск свечи, догоревшей до конца. Рядом суетились двое полицейских – один пытался привести её в чувство, обмахивая фуражкой, другой говорил по рации, вызывая медпомощь. Женщина была молодой, лет тридцати, с яркими красными губами и глазами, полными слёз, которые ещё не пролились, но уже блестели на ресницах, как росинки на паутине.

– Она просто упала, как подкошенная, – доложил один из полицейских Ольге, его голос был хриплым от волнения. – Говорит, что у неё была встреча с Карловым. Мы пытались её остановить, но она прорвалась, как фурия.

Ольга присела рядом с женщиной, её пальцы в перчатках осторожно коснулись её запястья – пульс был частым, но ровным. Женщина пришла в себя, и Ольга мягко, но твёрдо подняла женщину за плечи, помогая ей сесть. Женщина посмотрела на неё глазами, полными ужаса и непонимания.

– Кто вы? – спросила Ольга спокойным голосом, который всегда действовал успокаивающе, как бальзам на рану. – И что связывало вас с Антоном Карловым?

Женщина всхлипнула, её плечи задрожали, как листья на ветру.

– Я… Я Марина. Марина Соколова. Мы… Мы были близки. Он обещал мне встречу сегодня вечером. Сказал, что прилетит из Тайланда и всё уладит. Мы должны были встретиться у него в офисе, пока муж на работе выйдет в ночную смену.

Ольга подняла бровь, её взгляд стал острее. – Вы замужем?

– Ну замужем, – усмехнулась Марина сквозь слёзы, но улыбка вышла кривой, полной горечи. – Вы бы видели Антона, он такой обаяшка, хотя, что я говорю, вы же его видели… – Её голос сорвался, и она заплакала, закрыв лицо руками, плечи затряслись от рыданий.

Ольга помогла Марине встать, поддерживая её под руку, и повела в соседний кабинет – пустой, с видом на ночной город, где огни мерцали, как далёкие звёзды. Полицейские принесли стакан воды, и Ольга села напротив, её синие глаза впились в лицо женщины, ища признаки лжи или вины. Но Марина казалась искренней – её горе было настоящим, как свежая рана.

– Скажите, пожалуйста, у Антона были родные, друзья, враги? Расскажите, пожалуйста, всё, что о нём знаете, – попросила Ольга, её тон был мягким, но настойчивым, как волна, накатывающая на берег.

Марина отхлебнула воды, её руки дрожали, стакан звенел о зубы. – Ну бизнес у него свой – грузоперевозки, что-то с импортом. Квартира в центре города огромная, с друзьями он не знакомил. Враги? Он упоминал конкурентов, водителей, которые воруют грузы, но ничего конкретного. А родные… – Она замолчала, вытирая слёзы.

– Может, знаете, кому достанется его квартира? – уточнила Ольга, записывая детали в блокнот.

– Так сестре, наверно. Точно, у Антона есть сестра, Ленка. Больше у него родни и нету. Эх… – Девушка заплакала сильнее, её голос перешёл в вой. – Кто же теперь меня на Мальдивы возить будет и бирюльки покупать? От мужа же не дождешься!

– Да уж, – вздохнула Ольга, её губы сжались в тонкую линию. – Вы его любили?

Марина перестала плакать, вытерла лицо рукавом и посмотрела на Ольгу с неожиданной прямотой. – Ну какая любовь может быть в наше время. Ну встречались, весело проводили время, он щедрый был, высокий такой, красивый.

Ольга вновь подняла удивлённо бровь. – Высокий?

– Ну да, метр девяносто, наверно, если не выше. Я с мелкими-то не встречаюсь, – хмыкнула девушка, но в её глазах мелькнула тень сомнения, словно она только сейчас осознала, что сказала.

Ольга задумалась, её разум заработал на полной скорости. Труп в соседнем кабинете явно ниже указанных сантиметров – рост около 175, не больше. Марина ошибается? Или… это не Антон вовсе? Нити дела путались, как леска на удочке, и Ольга почувствовала, как по спине пробежал холодок. Нужно проверить документы на тело, отпечатки, ДНК.

Тут в кабинет несмело зашёл молодой полицейский, бледный как мел, его глаза метались, а руки нервно теребили фуражку. – Извините, Ольга Сергеевна, там… там… – начал заикаться парень, бледнея ещё больше.

– Слушаю. Что там? – удивлённо спросила Ольга, отрываясь от блокнота.

– Там… там… вас хотят видеть… – выдавил он, голос срывался.

– Минут через пять можете его позвать сюда, я закончу с девушкой, – ответила Ольга, возвращаясь к Марине.

– Вы не поняли, там… там… он очень рвётся… Он… он… – Полицейский запнулся, его лицо стало белее мела.

– Да что там случилось? Ну пусть заходит, – вздохнула Ольга, понимая, что из парня ничего не вытянуть. Она махнула рукой, и молодой полицейский, аккуратно отодвинутый в сторону, отступил.

В кабинет влетел высокий мужчина, под метр девяносто, в дорогом кашемировом пальто цвета полуночного неба, под которым угадывался идеально скроенный костюм. Его тёмные волосы были слегка растрёпаны от спешки, но это только добавляло шарма: острые скулы, пронзительные серые глаза, полные гнева и недоумения, и лёгкая щетина, подчёркивающая мужественные черты лица. Он двигался с грацией хищника – уверенно, властно, заполняя пространство аурой, от которой воздух казался гуще. В руках он сжимал портфель из крокодиловой кожи, а на запястье поблёскивали дорогие часы.

– Антон! – воскликнула Марина и бросилась ему на шею, её слёзы мгновенно высохли, сменившись облегчением. – Ты жив! Почему мне сказали, что тебя убили?

– Вот и мне бы это хотелось знать! – сказал мужчина, его низкий бархатный голос обволок кабинет, как дым от сигары, заставив всех замереть. Он обнял Марину одной рукой, но взгляд его был прикован к Ольге – острый, требовательный.

– Кто вы, представьтесь, пожалуйста, – удивлённо спросила Ольга, вставая. Её сердце бешено забилось: это был он, Антон Карлов, живой и невредимый. Но тогда кто лежит в соседнем кабинете с удавкой на шее?

– Я-то кто? Я Антон Александрович Карлов, – отрезал мужчина, его глаза сузились. – А кто вы и что происходит в моём офисе?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.