- -
- 100%
- +
— Объясни.
— Не здесь. Давай выйдем. Пожалуйста, давай выйдем отсюда.
Киваю и нехотя ее отпускаю.
Полина тут же поправляет одежду, приглаживает волосы и тянется к защелке.
На выдохе открывает дверь, за которой никого не оказывается.
— Сейчас я переоденусь, и мы поговорим. Только не здесь.
— Окей, — соглашаюсь, приваливаясь спиной к стене.
Полина облизывает губы и, кивнув, уходит.
Бегло прохожусь глазами по прихожей. Квартира давно требует ремонта. Он здесь с конца прошлого века не делался.
Убираю руки в карманы, прикрываю глаза, откидываюсь затылком на стену и как дебил улыбаюсь.
Полина появляется минут через пять, уже в своей одежде. Надевает легкую куртку под моим пристальным взглядом, шнурует кроссовки.
— Я готова, — поворачивает голову, сцепляя пальцы в замок.
— Пошли, — киваю.
Мы выходим в подъезд, молча спускаемся по ступеням с третьего этажа. Оказавшись на улице, переглядываемся.
— Куда пойдем? — спрашиваю и протягиваю ей руку.
— Давай прогуляемся, — доверяет мне свою ладонь.
— Окей, — соглашаюсь.
Первые пару минут идем молча. Полина смотрит себе под ноги, а я крепче сжимаю ее пальцы. На улице уже стемнело. Зажглась ночная подсветка. Почему-то именно сейчас в голове всплывает, что Полька любит все эти фонарики.
— Ты сказала, что объяснишь, — напоминаю, теряя терпение.
— Да, — соглашается. — Вэл, я запуталась. Очень и очень сильно запуталась. Мне обидно, что ты поверил отцу, но я могу это понять. Правда могу. Но я не уверена, что он не воплотит свои угрозы в жизнь.
— Поль…
Хочу объяснить ей, что ничего он ей больше не сделает, но Полька перебивает.
— Меня выселили из общаги. Жестко попросили уйти и намекнули, что отчислят. Ну, если я все же решу с тобой помириться. Мне сложно об этом говорить, потому что это твои родные люди, и это — нормально выбрать их. Я бы… — замолкает. — Выбрала. Если бы меня любили, я бы выбрала. Твой отец желает тебе лучшего, любит, поэтому…
Перевариваю все, что она сказала. Занимательно выходит. То есть дед тоже подключился? С чего бы вдруг?
Они решили, что доки я забрал из-за Польки? Меня переубедить не получилось, и они таким образом отыгрались на ней?
— Я сам решу, как мне жить. Не моему отцу решать, кого мне любить, Полина.
Полька едва заметно улыбается.
— Я лицемерно боюсь за себя, — грустно вздыхает. — Если мне сломают жизнь, помочь мне будет некому.
— А я? — протестую, как мальчишка в песочнице.
— Ты хочешь, чтобы мне ее сломали? — смеется.
— Ты поняла, о чем я.
— Поняла, — соглашается. — Я не знаю. Я боюсь. Я не уверена. Я запуталась. Я совсем одна, мне так страшно, Вэл. Так страшно, — всхлипывает и, притормозив, обнимает меня за шею.
17
В груди в этот момент что-то болезненно сжимается.
Меня словно прокручивают через мясорубку. Мясорубку из собственных страхов.
Это уже вошло в привычку — бояться за нее.
— Все будет хорошо, — шепчу, обнимая Польку в ответ.
Обхватываю ладонями ее щеки и чуть-чуть отстраняюсь, так, чтобы заглянуть в зеленые глаза.
Полина поджимает губы. Я вижу ее слезы. Вижу ее страх. Ее отчаяние. Вижу и ненавижу себя за это. Ненавижу, потому что все это из-за меня. Я это допустил.
Говорил же себе не лезть. С самого начала говорил себе держаться от нее подальше, это было предчувствием. Нет, это было банальной адекватностью.
Мы с ней разные. Я подкинул ей проблем, сам того не желая, и если вначале думал, что боль ей причиню я сам, своими руками, то на деле эта миссия досталась моему отцу.
Сука!
— Полина, поверь мне, пожалуйста, — целую ее соленые губы, — поверь.
Полина часто кивает и снова прижимается к моей груди.
Мы стоим так бессчетное количество времени. Просто стоим, молчим и обнимаемся.
— Поехали ко мне, — нарушаю эту тишину первым.
Полина запрокидывает лицо, смотрит на меня, и я задерживаю дыхание, словно жду вердикт. Словно сейчас вершится моя судьба. Хотя именно так и происходит…
— Нет. — Вытирает мокрые щеки. — Давай оставим все как есть.
— Ты серьезно?
Неосознанно повышаю голос, потому что злюсь. Столько было сказано слов, а по факту — ни черта не изменилось.
— Вэл, я не готова. Я не могу.
Моргаю. Мой пьяный мозг не готов мириться с этим решением. Не готов идти на чертовы уступки.
— Можешь, — давлю голосом, крепко сжимая ее ладонь в своей.
Принудить. Заставить. Надавить.
В какой-то момент мне кажется, что иначе ни черта уже не выйдет. Эта мысль залетает глубоко в сознание и отпускает тормоза.
— Ты. Поедешь. Со мной.
— Нет!
— Я же могу и заставить, — произношу вполголоса.
Поля пытается отшатнуться, но у нее не получается.
— Пусти, — дергает рукой, чтобы высвободить запястье из моей ладони. — Вэл, это не смешно.
— Какого хрена, Полина? — спрашиваю, стараясь не повышать чертов голос, но дается это с трудом.
— Не кричи, — бормочет, отворачиваясь.
— Я само спокойствие. Мы поговорили, все выяснили. Можем ехать. Я тебя люблю, чего еще тебе нужно?! — ору, противореча своему первому заявлению.
Полина поджимает губы и смотрит на меня, как запуганный кролик.
Собираю всю свою волю в кулак, на секунды прикрывая глаза, и слышу мелодию, что стоит у меня на звонке.
Вытаскиваю телефон из кармана, на экране которого высвечивается — «Майя».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.