Когда мертвые говорят
- -
- 100%
- +
– Уф, я думал, вы уже никогда не закончите! – Привидение смахнуло со лба несуществующий пот. – А то сюда Флоренс гостей ведет, домом хвастается.
– Демоны, – пробормотал Киану.
Непонятно, то ли раздосадован он фактом покусания своей особы, то ли рад, что стена их больше не держит. И обнимать девушку вроде уже нет необходимости. Но ведь надо же соответствовать образу ловеласа!
Маг притянул к себе незнакомку обратно, дернул за выбившуюся рыжеватую прядку, нарушившую идеальную прическу, и усмехнулся:
– Продолжим, крошка?
Девушка вырвалась, схватилась за щеки, фыркнула, покрутила пальцем у виска, а потом, подобрав юбки, выскочила из комнаты.
Больше всего она боялась услышать за спиной смех.
Когда Флоренс с новоприбывшими гостями вошла в комнату, то о недавних событиях напоминала только обожженная люстра. Но Руби так восхищалась редким черным хрусталем, и молодая хозяйка сама поверила, что так и надо. Она все равно не помнила, где что находится и как это называется.
Оливия вбежала в маленькую крохотную гостиную, одну на три спальни. Захлопнула дверь, прислонилась к косяку и схватилась за сердце. Оно было на месте, но успокаиваться не собиралось.
– Ты где ходишь? Мы же не успеем тебя к ланчу подготовить! – Кузины уже были здесь.
Элиф сооружала из длинных темных волос Эмилии какую-то сложную башню, время от времени посматривая в страницы модного журнала.
– Оливия? – Эми насторожилась. – Все хорошо? Ты выглядишь, будто за тобой кто-то гонится.
Надо их успокоить. Сказать что-нибудь, иначе кузина начнет задавать каверзные вопросы и не отстанет, пока все не узнает.
Ливи глубоко вздохнула, сделала несколько шагов, взяла лист бумаги и карандаш с журнального столика и призналась: «Я решила бегать по утрам. Я слишком толстая!»
– Так надо худеть! – обрадовалась светловолосая кузина. – Корсеты делу не помогут. Я вот прочитала такой рецепт! От самой баварской императрицы!
– Эффективный? – тотчас поинтересовалась Эмилия.
– Эффектный! – Элиф сноровисто закрепила последнюю прядку. Доверять прически големам никто не рисковал, а личных горничных в поместье дедушка запрещал. – Нужно взять свежую телячью отбивную. И положить ее на лицо на всю ночь! И не забыть выпить вечером выжимку из парной утки. Пишут, что это улучшит цвет лица, подтянет кожу и… и запах изо рта исчезнет!
– Ровно как и муж из спальни. – Ее сестра встала, поправила светлое платье с длинным треном по последней моде, на секунду отлучилась в свою спальню и вышла оттуда с двумя вешалками. – Выбирай, Оливия, которое? Мы из тебя красавицу сделаем. И француз от тебя глаз не оторвет. И маг тоже.
Нет, Оливия предпочла бы, чтобы мужчины глаза оставили себе. Поэтому ткнула в жемчужно-серый наряд. Этот цвет ей не шел категорически.
– Должны же и у тебя быть маленькие радости, а? – Девушки споро взяли сестру в оборот, сняли с нее привычное платье, практически без оборок, кружев и вышивки, а одели во что-то гладкое, приятное на ощупь.
Под радостью они, наверное, подразумевали невозможность дышать полной грудью, свободно ходить из-за турнюра и длинного подола, который, к счастью, можно было подхватить специальным зажимом-пажом, и с комфортом сидеть, не рискуя испортить наряд.
– Мне кажется, все-таки новомодный «поглотитель питательных веществ» более эффективен. Рекомендую. – Эмилия затянула шнуровку на спине и принялась за крючочки.
Оливия вырвалась, завладела бумагой с карандашом и накорябала: «Там внутри яйца глистов и ленточных червей! Ты сама-то их, надеюсь, не пьешь?»
– Нет, конечно! – Эми опять оказалась за спиной Ливи и продолжила застегивать крючки. – Я их продаю. И да, официально заявляю, что это домыслы и происки конкурентов. У нас только последние и современные магомедицинские разработки! – Она отошла на несколько шагов и критически осмотрела девушку. – Причесать не успеем, жаль.
– Еще же полно времени! – Художница взглянула на каминные часы с танцующими пастушками. Она сама купила их в прошлом году в Паризии у молодого ювелира, которому пророчили большое будущее. Правда, почему-то в диком Восточном ханстве.
– Они опять сломались!
– Тогда пойдемте. – Элиф поправила розовый бантик на юбке. – Ты такой красивой стала! И лучше всего пить уксус. И худеешь, и томная бледность появляется. Идеальный вариант для тебя, Ливи! А то ты летом так быстро загораешь.
Перед тем как выйти вслед за сестрами из гостиной, Оливия посмотрела в зеркало и застыла. В отражении была она и в то же время другая девушка. Платье оказалось не серым, голубым. С длинным шлейфом, мягкими складками, идеально подчеркивающими фигуру, неглубоким вырезом, украшенным почти невесомым кружевом. Изящное платье, но очень дорогое, выгодно оттеняющее бархат кожи и загадочность глаз.
Девушка в жизни бы не рискнула такое надеть! Слишком красивое, слишком женственное, слишком…
Зеленоглазому гаду точно понравится!
От таких мыслей Ливи испугалась еще больше, отскочила от зеркала и бросилась догонять Эми и Элиф. Это в первый и в последний раз! К вечеру она наденет что-нибудь из своего гардероба, поскромнее и проще.
Сестры даже не заметили ее задержки. Они оживленно обсуждали планы на несколько часов между ланчем, традиционным чаепитием и торжественным ужином.
– Дедушка с Додсоном будут обсуждать новый контракт. – Эмилия четко печатала крошечные шаги.
Оливия знала этот контракт – бутылка эксклюзивного виски десятилетней выдержки.
– А как же снегопад? – волновалась Элиф.
– Поэтому нам нужен колдун. – Девушка резко махнула сложенным веером. – Насколько я могу судить, лорд Дей маг воздушной стихии. Логично, что от бури он нас защитит. До склепа идти всего ничего!
– А француз?
– Он сильный. Если нам опять придется двигать мебель, он будет полезен. Маг для переноса тяжестей тоже пригодится.
– Ах, Киану такой… – закатила глаза светловолосая.
– Он тебе понравился? Зря. Дедушка не одобрит эту партию.
– Он никого не одобрит! – зло выкрикнула Элиф и тут же прикрыла рот веером.
– Если ты о том художнике, – чуть замедлила шаг Эми, – то я полностью согласна с решением деда.
– Он любил меня, слышишь! – тихо зашипела ее кузина. – Меня, а не эту ведьму Флоренс! Он любил меня…
– Он любил только себя! И свои картины. Кстати, портрет Флоренс вышел гениальным! И рисовался так долго, что модель и художник надоели друг другу до зубовного скрежета.
– Я бы спасла его! Он бы не умер… – и легонько всхлипнула.
– Тебе никто не мешает так думать.
– А ты? – взвизгнула Элиф. – До появления Флоренс ты была самой богатой невестой среди нетитулованных и неодаренных. А ты ведь привыкла быть во всем первой!
– Держи себя в руках. – По правде говоря, честолюбие девушки сильно задел факт потери звания самой завидной невесты. А то, что замуж она не собиралась, дело десятое. – Мы уже пришли.
– Позвольте, дамы! – Киану элегантно обошел опешивших девушек и открыл им дверь в столовую.
Сердце Оливии испуганно заколотилось. Спрятаться бы за спины кузин и не показываться.
– Лорд Дей, какая неожиданность. – Эмилии было абсолютно все равно, что подумает незаметно подошедший гость их дома. Рядом с магом появилась и сухонькая миниатюрная старушка, будто сошедшая со страниц пособия «Как должна выглядеть истинная леди». – Ваша тетушка, как я полагаю, уже отдохнула с дороги? Как вы находите Грин-холл?
– Вы очаровательно искренни, леди Эмилия. – Этикет предписывает говорить дамам комплименты. Сказать пару красивых и пустых слов Киану всегда готов!
С легким полупоклоном мужчина пригласил женщин войти внутрь.
– О, прелестное место! – Леди Мак-Грегор подцепила Эмилию под локоток. – Я ничего подобного никогда не видела!
– Дедушка очень много сил вложил, чтобы собрать коллекцию живописи, – вставила Элиф, следуя за сестрой и гостьей в светлую столовую. Девушка обмахивалась веером, тщательно скрывая досаду. Она позволила себе проявить эмоции, которым не нужны свидетели.
Последней шла Оливия, скромно потупив взор и подчеркнуто аккуратно придерживая шелковые юбки. Взгляд украдкой на мага. Тот хитро улыбнулся и нагло подмигнул. Девушка захлебнулась очередным вздохом и почти влетела в дверь.
В столовой за длинным столом с белоснежной скатертью собрались уже почти все, кроме лорда Элингтона и его компаньона. Люди тихо переговаривались друг с другом, ожидая хозяина дома, чтобы начать трапезу. Дорис упорно не обращала внимания на окружающих и рассматривала букеты свежих цветов в центре стола. Ее брат откинулся на спинку стула и дремал, ожидая, когда на его фарфоровой тарелке окажется деликатесная закуска, а в хрустальный бокал молчаливые големы нальют вино цвета темного золота. Марта, Клара и Чарли беседовали с каким-то красивым мужчиной. Наверное, это тот учитель французского, о котором говорила леди Маргарет. Киану цепким взглядом окинул незнакомца. Дружен со спортом, образован, с характером. С Фланнаганами держится вежливо, в меру холодно, с чувством собственного достоинства. Опасный тип. Такие учителями не становятся. А то, что глаза француза при виде входящей Оливии на миг довольно блеснули, так и почудиться могло. Леди Маргарет тихо ругалась, что в своем доме не разрешают выкурить законную трубку перед ланчем, а Флоренс разговаривала с тощей женщиной в аляповатом платье, увешанной таким количеством драгоценностей, будто она демонстрировала половину сокровищницы империи. Руби Додсон, видимо.
– Ральфик мне рассказывал, дорогая, – вещала она, и ее было слышно на всю огромную столовую залу, – про вашу уникальную коллекцию камней!
– Да, – отвечала Фло, чуть склонив голову. – Часть семейные реликвии, но многое, конечно, подарил муж.
– Ах, наденьте, будьте так добры, ваш чудесный рубиновый гарнитур! Я хочу увидеть его своими глазами!
А еще похвастаться парюрой из жемчуга и сапфиров, добытой тремя истериками, сорванной попыткой самоубийства и нервным срывом.
– Он не из рубинов, – поправила леди Элингтон. – Из красных алмазов.
Руби замолчала и захлопала длиннющими ресницами. Алмазы цвета крови встречались так редко, что большинство ювелиров никогда их в руках не держали и вряд ли подержат. Колье и серьги хозяйки дома, которые гостья так настойчиво предлагала ей надеть к обеду, по стоимости, выходит, дороже ее парюры. Пусть даже она почти полная копия драгоценностей дочерей императрицы.
– Ой, Флоренс! – звонко и весело воскликнула Элиф, присаживаясь на свое место. – Конечно же! Обязательно! Они так идут тебе. Ты в них как богиня!
И с неподдельной нежностью посмотрела на жену деда. Француз подскочил и, опередив слугу-голема, отодвинул стул для Оливии. Та зарделась и засмущалась, уронила веер, который галантный кавалер поспешил поднять, чем окончательно вогнал девушку в краску. Потом воспитанный джентльмен отодвинул стулья и для Маргарет с Милли.
Маг покрепче сжал зубы. Чего-то во внешности красавчика не хватало. Синяка под глазом, что ли?
– Я думаю, дедушке понравится. – Эмилия ободряюще улыбнулась леди Элингтон и расправила салфетку на коленях. Марта и Клара восторженно кивали.
И Киану мог бы поспорить на Силу, титул и поцелуй симпатичной девушки, что эмоции женщин были предельно искренни. Секунду назад леди Эмилия и Элиф ненавидели Флоренс, а сейчас в самом деле души в ней не чаяли.
Кольцо-артефакт с молочно-белым камнем подтверждало: никто не лжет.
Глава 5
О милых семейных встречах
Элингтон вошел, громко хлопнув дверью, с шумом отодвинул стул, едва присев, тряхнул в сторону белоснежной салфеткой, хотел было заправить ее за воротник, как привык делать в детстве, но вспомнил про общество, правила и прочие мешающие жить обстоятельства.
– Я рад вас всех видеть, – буркнул он. – Приятного аппетита!
Слуги-големы, недвижно стоявшие у стены, отмерли и начали подносить разнообразные блюда. Крем-суп с красной рыбой, запеченные овощи, тушеный кролик, свежие фрукты, ягодный пирог… Ланч, который давали в середине дня, должен быть легким, не обременяющим желудок и не отягощающим мозг. Голодный Киану не против такого изобилия, а кто-то из гостей оказался еще и недовольным.
Вот та же Руби. Девушка из низов, гордящаяся тем, что всего добилась сама.
«Меню могли бы составить и побогаче, – думала она, придирчиво рассматривая стол. – Деликатесов можно бы побольше. И подороже. А повара выписать из Франции. Или даже двух. И в разговорах этак упомянуть о том, что они лучшие ученики Антуана Мари Карема и обошлись в кругленькую сумму. И стол сервировать настоящим китайским фарфором с позолотой. И столовое серебро нужно новое, а не это старье. И вообще, леди Элингтон не умеет одеваться, и у нее абсолютно нет вкуса к драгоценностям и хорошей жизни! Ральф говорил, у нее целый сейф камешков, а к выходу надела какое-то колечко с дешевым брильянтиком и жидкую нитку жемчуга».
Руби выпила очередной бокал вина и жестом приказала голему налить еще. Пить муж не запретил. Только скандалить и хамить. А ей нужна новая шубка из белой норки. Придется быть послушной.
Вот где в жизни справедливость, а? Почему всем везет, а ей нет? Она первая познакомилась с Элингтоном. Приручала его долго, обхаживала. Кучу времени и нервов на него убила. Карьерой, можно сказать, пожертвовала. А он женился на какой-то пигалице заграничной! Пришлось быстро охмурять его компаньона, а то осталась бы у разбитого корыта. Узнай Додсон ее получше, в жизни бы не связался с такой женщиной!
Но, к удивлению самой Руби и ее мужа, когда они познакомились с молодой леди Элингтон, то были очарованы этой спокойной, полной собственного достоинства красавицей с непривычным, слишком необычным для туманной Англии смуглым лицом. Каждый раз, когда взгляд останавливался на ее точеной фигурке, когда слышался ее голос, душу переполняло восхищение и обожание. Флоренс Элингтон невозможно не полюбить. Поэтому Руби решила помочь провинциальной дамочке освоить науку быть настоящей леди и тратить деньги с умом. Люди, которые знают про голод и нужду не понаслышке, должны помогать друг другу.
– У вас такая неординарная внешность! – начала леди Додсон с комплимента, которым обычно в обществе отмечали наружность безобразную или неприметную. – Вы ведь не из Англии родом?
– Мой отец англичанин. – Флоренс вежливо улыбнулась. – Но я родилась и выросла в колонии.
– А мать кто?
Леди Маргарет довольно поцокала языком. Так бестактно не получалось даже у нее. А уж она старалась.
– К сожалению, я плохо помню своих биологических родителей, – созналась хозяйка дома. – Они погибли во время восстания в Индии. Меня взяла к себе семья миссионеров, и всю сознательную жизнь я прожила с ними в Новом Амстердаме, где и познакомилась с Рэймондом. – Теплая улыбка в сторону лорда Элингтона.
Искренняя она или такая же фальшивая? Восстание сипаев было пятнадцать лет назад, а у Киану абсолютная память. Он никогда ничего не забывал, даже скучные исторические факты. Значит, врет. Девочка десяти или двенадцати лет, а то и старше, своих родителей точно помнит.
– Ах, Новый Амстердам! – закатила глаза в экстазе Руби. – Я слышала, этому городу предсказывают большое будущее! Я читала в «Вестнике сивиллы», что в Театральном квартале будут проходить самые лучшие представления и сыграть на тех сценах посчастливится немногим актерам!
– Вы верите всему, что пишут в «Вестнике»? – холодно бросила хозяйка дома.
– Конечно! Сивилла ее императорского величества гарантирует достоверность информации.
На миг Киану показалось, что доброжелательное и улыбчивое лицо Флоренс потемнело.
– Ах, но предсказания сивиллы бывают такими неоднозначными, – многозначаще вставила Клара, накручивая локон на палец.
– Возможно, – ответила ей Марта, выбирая кусочек кролика пожирнее. – Но, знаешь, она ведь предсказывает глобальные вещи. К примеру, землетрясения. Или как повлияет тот или иной закон на благополучие империи.
– О да! – Эмилия мужественно боролась с соблазном съесть мясо. Она придерживалась очередной модной диеты. Днем. Вечером можно было попробовать и колбаски и окорока. – Я бы не стала опираться на ее суждения при выборе направления торговли!
– Но говорят, в Новом Свете есть один миллиардер, который свое состояние именно благодаря предсказаниям сивилл и заработал. Не так ли, леди Элингтон? – Руби широко улыбнулась.
И чего тебе на другом континенте не сиделось-то, а?
– Знаете, у нас в Штатах сивилла не имеет права занимать свой пост дольше десяти лет. – Фло отложила в сторону вилку и нож. – А вашей старухе пора на покой! Простите, у меня пропал аппетит! Рэймонд, ты не против, я проверю, как обстоят дела на кухне с десертом?
Леди Элингтон решительно встала и вышла из-за стола. Киану задумчиво проводил ее взглядом.
– А что я таки сказала?! – возмутилась Руби на едва слышное шипение своего мужа.
– Марж, дорогая, – шепотом спросила леди Милли на другом конце стола, улыбнувшись подруге. – А нельзя ли взглянуть на ту записку, из-за которой мы оказались в столь теплой компании под Рождество?
– Рэймонд ее сжег, – ответила вдова капитана с такой же милой улыбочкой. В ее исполнении она походила на оскал акулы, у которой вдруг заболели все зубы.
– Как непредусмотрительно с его стороны, – покачала головой седая леди.
Лорд Элингтон все это время молчал, уделяя больше внимания своей тарелке, чем собравшимся за столом людям.
– Руби, а что вы думаете о последней постановке императорской оперы? – спасла компанию от тяжелого молчания Элиф, решившись на неблагодарную роль миротворца. – Леди Мак-Грегор, вы ведь слышали о «Семирамиде»?
– Я больше люблю балет, – дипломатично ответила Милли, вспоминая, когда же в последний раз на сцене «Ковент-Гардена» ставили оперу Россини. Надо будет спросить у племянника. Кажется, она слишком увлеклась выращиванием роз и пропустила момент, когда в Люнденвике опять стали модны итальянские композиторы.
Руби замялась. Все ее познания о балете и опере сводились к тому, что в первом танцуют и скачут, а во втором поют и завывают. Или наоборот?
– А вы, господин Моро? – Клара изо всех сил старалась быть милой. Приятным людям, улыбчивым, готовым помочь и понять, сложно отказать в пустяковой просьбе. Одной, второй, третьей. И шаг за шагом сделать что-то, противоречащее первоначальным убеждениям. А терпения на милоту и улыбчивость у нее хватит. – Вы, наверное, предпочитаете мюзиклы?
Ришар Моро улыбнулся идеальной светской улыбкой, но ответить не успел.
– Он дворянин, моя глупая дочь, – недовольно выдавил из себя хозяин дома. – В его стране он носит титул, равный графскому!
– Разве вы не француз? – театрально вскинула бровь Марта.
– Я бельгиец. – Моро слегка склонил голову.
– Бельгия – это где? – нахмурила лобик Руби. – В Африке?
– Почти. Чуть севернее Франции, около Нидерландского королевства.
Додсон покраснел.
Интересно, почему он не подаст на развод? В светском обществе такие прецеденты случаются. Киану присмотрелся внимательно к тихому господину, старающемуся не привлекать к себе лишнего внимания. Так и есть. На правом лацкане сюртука поблескивал значок Оксфорда. И что бы ни писала пресса о равных правах в образовании, но в одном из престижных университетов империи и всего цивилизованного света учились только одаренные. Как правило, слишком слабые, чтобы связать судьбу с магическими профессиями.
А вот сойти с ума, допустив адюльтер или потеряв целомудрие до брака, – это запросто. Можно сказать, счастливчик! Киану, пусть и не самому сильному магу, грозит смерть. Неудивительно, что Ральф Додсон так долго не женился. Странно, что он выбрал себе такую пару. Или Руби ему «помогла»? Приворот незаконен, но в трущобах Люнденвика всегда можно найти одну-две лавочки, торгующие на свой страх и риск то каплями, то духами. После каждой облавы менялось местоположение и ассортимент, неизменным оставалось их наличие.
Кстати, если сил совсем немного, то вдовец может вступить в новый брак без последствий.
Маг уже по-другому посмотрел на глупышку в дорогом платье. А ведь муж наследник своей жены.
К тому же, вопреки ожиданиям, Додсон оказался молодым еще мужчиной с очень умными голубыми глазами. Как лед.
– Ах, лорд Моро, вам бы так пошли усы! – Марта восторженно вздохнула. – Такие, знаете, шикарные, густые…
– Если вы лорд, то почему подвизаетесь преподаванием языков? – Эмили за подозрительным тоном спрятала досаду. О происхождении «француза», оказавшегося бельгийцем, должна была узнать именно она. А может, на ее настроении сказалось вынужденное голодание? Кролик в белом соусе очень вкусен. И пахнет божественно.
– Мои родители считали, что, прежде чем унаследовать титул и состояние, нужно узнать, как зарабатывают деньги, – без тени снисхождения пояснил Ришар. – Я в течение уже нескольких лет пробую себя в разных профессиях. К примеру, мне довелось заниматься ювелирным делом, служить клерком в банке и секретарем у путешественника. Незабываемый, к слову, опыт. А сейчас я не смог отказать хорошему другу нашей семьи и согласился примерить на себя роль учителя.
– Другу семьи? – всплеснула руками Элиф. – Дедушка, ты не говорил, что у тебя есть друзья в Бельгии!
– Как оказалось, у меня широкий круг знакомств, – прошипел Элингтон, терзая кусок кролика в тарелке.
– О, наша семья очень общительна! – рассмеялся Ришар.
Эмилия решила вспомнить и о других гостях.
– Леди Мак-Грегор, – девушка с большей радостью начала бы препарировать, то есть расспрашивать молодого мага, но следовало уделить внимание его тетушке, – бабушка Маргарет говорила, что вы редко покидаете Люнденвик. Неужели вам не хочется посмотреть другие страны?
– В молодости, моя дорогая, я путешествовала очень много. – Милли загадочно улыбнулась. – Сейчас же у меня нет сил на частые разъезды.
Вот с этим утверждением Киану мог поспорить, его тетушке банально не хватало времени на все ее желания.
– Ах, как, наверное, скучно, – жеманно протянула Элиф, – жить без путешествий! Я бы не смогла добровольно отказаться от прогулок по бульварам Паризии. Или никогда больше не увидеть соборы Флоренции или фонтаны Рима! А сколько необычного таят колонии. Каждая поездка – как новая жизнь. С какими интересными людьми можно познакомиться!
– Боюсь вас разочаровать, – покачала головой седая старушка. – Но люди везде одинаковые. В Люнденвике ли или на краю земли. Сейчас или лет сто назад.
– Вы не правы! – прямо заявила Эмилия. В ее устах это звучало почти как грубость. – В наше время, к примеру, у женщин без магического дара намного больше свободы. Логично, что они и по характеру, по образу жизни и манерам отличаются от своих прабабок.
– Вы удивительно умная девушка, леди Эмили. Но манеры, моя дорогая, это внешнее проявление самоуважения. Я часто замечаю, что, стремясь к свободе, современные образованные девицы из хороших семей не только теряют уважение окружающих, но и перестают сами уважать себя.
– О, поверьте, – хрипло засмеялась Эми, – мне это не грозит! На моей стороне время и прогресс!
– Конечно-конечно, моя дорогая! Я слышала эти слова лет пятьдесят назад.
– А у кого вы служили секретарем, лорд Моро? – быстро спросила Элиф, пока ее кузина не начала доказывать необходимость равноправия. С некоторыми мыслями Эми нельзя было не согласиться, но… кричать о правах хорошо, не вылезая из своего теплого угла.
– Вы, наверное, слышали о Дэвиде Ливингстоне? – Дождавшись утвердительного кивка собеседницы, Ришар продолжил: – У него возникли трудности с финансированием последних экспедиций. Моя семья приняла решение вложить некоторые средства, а я к тому же еще и побывал на берегах Черного континента.
– Моро… – протянул Киану. – Не слышал о таких филантропах. Какая же ваша настоящая фамилия?
– Ах, разве можно быть таким подозрительным, лорд Дей! – Элиф не понравилось, что кто-то был настроен против ее нового кумира. Надо же! Невероятно оригинальная личность! Обворожителен, галантен и интересен.