- -
- 100%
- +
2. не оспариваю их
3. бессмысленно
– Это какой-то розыгрыш. Так не бывает. Ты это человек, о котором я ничего не знаю. И который почему-то называет себя Антоном Кравчиком, то есть моим псевдонимом. Но хрен с ним! Я не понимаю, каким образом ты шлешь мне сообщения с моего же аккаунта.
– 1. пхапх
2. я шлю тебе сообщения со своего акка)
– Это мой аккаунт!
– 1. детский сад – ясельная группа)
2. твой, мой…
3. это мой акк, а ты им пользуешься
– Нет, это мой аккаунт!!! Я его создал. У меня пароль. Я могу его удалить.
– 1. и я могу его удалить
2. и у меня есть пароль)
– Значит, ты взломал его?
– зачем мне взламывать собственный акк
Я решил зайти с другой стороны:
– Так. Сколько тебе лет?
– 22 в мае стукнуло
– Ты говорил, что у тебя есть брат. Как его зовут?
– Влад
– Это моего брата зовут Влад.
– это моего брата зовут Влад
– Как зовут твоих родителей?
– 1. мать – Валентина
2. отца – Анатолий
– Это мою мать зовут Валентина, а отца звали Анатолий.
– 1. да?)
2. ты кст нигде о нем не упоминал
3. но судя по твоему отчеству не сложно догадаться)
– Я не упоминал о нем потому, что он исчез из моей жизни, когда мне исполнилось двенадцать.
– 1. а вот этого я не знал
2. расскажешь?
– Где ты родился?
– в Краснодаре
– Ха! Нет! В Абинске, а записали, что в Краснодаре.
– хм… ну наконец-то ты что-то начал рассказывать о себе)
– Теперь твоя очередь. Рассказывай!
– что
И тут я понял, что этот диалог – ничто иное как хождение по кругу. А самое ужасное, что выхода из него, казалось, не было. Сколько бы и какие вопросы я не задавал этому незнакомцу, ответы на них я знал наперед потому, что отвечающий знал обо мне все, ну или почти все. Это испугало меня не на шутку. «СБУ? Вражеские разведчики?» – мысли одна безумней другой сотрясали мой разум, а сердце замирало от тревоги, граничащей со страхом.
Кое-как дотянув до конца рабочего дня, я поспешил домой. Квартира, в которой я рос и взрослел, некогда ненавистная, некогда безразличная, теперь казалась мне спасительным убежищем, где никто меня не видит, не слышит и где я могу быть самим собой. А, кроме того, меня там ждали еще полбутылки водки и Schweppes Mojito. Выпить сейчас мне было просто необходимо. Впервые за пятьдесят с лишним лет я был рад собственному одиночеству, которое ощущал, сколько себя помню. Впервые мне хотелось, чтобы в квартире не было ни души, чтобы никто со мной не разговаривал, а я не был вынужден что-то кому-то объяснять.
Пока набиралась ванна (от осенней сырости и стресса мне хотелось погрузиться в нечто, обволакивающее тело теплом и нежностью), я быстро смешал выпивку, на скорую руку приготовил что-то перекусить и снова зашел в Телеграмм.
Теперь я совсем не удивился тому, что в избранном светились новые сообщения от Антона:
– 1. это все, конечно, интересно
2. но ты так и не ответил на мой вопрос
– Какой?
– зачем, почему ты бросил Настю?
Не могу привыкнуть к тому, что под именем отправителя в чате с Антоном не появляется «печатает…» Сообщения возникают будто из ниоткуда. «Как это работает? – думал я. – Что-то здесь не так. Человек должен набирать текст. А если он не набирается, значит, я общаюсь с роботом, с каким-то ботом». Но на вопрос решил ответить.
– Это два разных вопроса, Антон: «зачем» и «почему». У меня не было намерения ее бросать. Я лишь хотел поставить наши отношения на паузу, standby. Я испугался, что мы возненавидим друг друга. Ведь с каждым телефонным разговором, с каждой новой перепиской, отношения становились все более напряженными. Мы взрывались руганью и взаимными упреками по любому поводу. Ей не понравилась моя интонация, я мог обидеться на какое-то ее слово… Понимая, что это необходимо как можно быстрее остановить, чтобы не допустить окончательного разрыва, я наконец нашел повод. Но ставить отношения на standby я не умел. Заблокировав ее везде и не отвечая на звонки, я запустил процесс не приостановки, а полного разрушения наших отношений. Вопрос же «почему?» меня самого ставит в тупик. Это было спонтанное решение. Если это вообще было решением. Скорее, это был эмоциональный порыв. Я обиделся…
Впервые сообщение от Антона не выскочило мгновенно. Прошло секунд десять, может – пятнадцать.
– обиделся на то, что она хотела узнать, почему ты никогда не целовал ее по-настоящему?
Хех… Неожиданная точность вопроса ввергла меня в шок. Тайна тайн, о которой я запрещал себе даже думать, сейчас легко была озвучена неизвестно кем в виде вопроса. Никто не мог знать о том самом моменте начала конца моих с Настей отношений. Тот последний наш разговор не сохранился нигде.
Я мыл посуду на кухне и общался с ней по телефону. Именно тогда ничто не предвещало ссоры или даже намека на какое-то взаимонепонимание. Мы оба были в отличном расположении духа, что, почти через год отношений, уже стало редкостью. Мы просто болтали и шутили. Но в разгар наших воспоминаний о встрече Настя вдруг опять спросила о поцелуях.
Она уже не раз задавала этот вопрос: «Почему ты не позволял себе целовать меня тогда, при первой нашей встрече, в Киеве, в номере отеля, когда мы лежали в постели, и я готова была отдать тебе себя?» И каждый раз я уклонялся от ответа. Но сейчас она не просто спрашивала. Она предлагала варианты ответов. Она выдвигала версии. И одна из них меня как молнией поразила. Версия, произнесенная ею скорее в шутку, чем всерьез, оказалась верной.
Ощущения в тот момент я бы сравнил с теми, которые испытал в начале наших. Тогда она, еще не зная кто я на самом деле и сколько мне лет, предложила посмотреть фильм «Двое во Вселенной». Фильм о любви людей с громадной разницей в возрасте. Я же в это время «умирал», разрываясь между необходимостью рассказать Насте всю правду о себе и страхом утратить ее таким образом.
Кажется, я уже говорил о том, что в моей жизни никогда не происходило никаких невероятных событий. Но вот это, именно это, оказалось одним из таких. Некий высший разум, некое провидение, нечто, что над всем и вся, дало ей тогда намек, подсказку, разоблачило меня. Убежденная в том, что влюблена в двадцатилетнего парня по имени Антон, в том, что он любит ее, а на самом деле – я, она наугад находит именно этот фильм, смотрит его и делится им со мной! Мной – престарелым мужчиной, обезумевшим от любви к девятнадцатилетней студентке!.. Теперь я понимаю, что это было удивительное, но всего лишь совпадение. Тогда же я пребывал в ужасе и шоке, ежеминутно находясь на грани разоблачения, ибо «мои» фото были не моими, я скрывал свой голос и никогда не посылал видеосообщений.
То же самое произошло и в том телефонном разговоре. Она наугад озвучила причину, по которой я не мог допустить, чтобы ее язык проник в мой рот. Безумно хотел, страстно желал, но не мог…
Кто же знал об этом разговоре, кроме нас двоих? Кто мог подслушать, если я находился в квартире один? Никто. Разве что я представляю особый интерес для Моссада.
Как бы странно это не звучало, но именно сейчас здравый смысл подсказывал мне, что со мной говорит Антон Кравчик – мой псевдоним, мой интернет-образ, я, но не я, мое альтер эго, тот, кем я бы хотел быть, моя улучшенная виртуальная версия. А, может быть, это тульпа17?..
С понятием «тульпа» меня познакомила Настя. Она открыла для меня многое, о чем я не имел ни малейшего понятия и о существовании чего даже не подозревал. Более того, она практиковала общение не с одной, а сразу с тремя своими личностями. При этом все они были мужского пола. В памяти осталось имя лишь одного – Кирилл.
Мы подолгу говорили о ее снах, подобных некоему сериалу или ее личной виртуальной Вселенной, в которой она взаимодействовала со своими личностями, о их характерах и взаимоотношениях. Мы даже совместно пытались практиковать перевоплощения. Хотя получалось у меня отвратительно. Всегда смешило то, что я, например, пытался быть девушкой, как того ждала от меня Настя. Я не мог настроить свое сознание на личность, которую придумывал искусственно и второпях.
Совершенно иным был мой опыт с Антоном. Выдавая себя за двадцатилетнего парня, постепенно в Сети я создал очень гармоничный, естественный образ, не вызывающий у собеседников сомнений в его реальности. Я выдумал его прошлое, во многом схожее на мое, но с поправкой на возраст Антона. Я придумал черты его характера, которые, по сути, были моими, но на первый план в них выдвигалось то, что нравилось мне в себе. А вот неодобряемые мной черты, например, чрезмерная серьезность, склонность к религиозным и философским рассуждениям, а также к продолжительным депрессиям, в Антоне исчезали. Я выдумал его родственников. Так, его отец тоже был инженером, но не геодезистом, как мой, а – строительной техники. И Антон рос в полноценной семье. Образ его матери я почти полностью скопировал со своих представлений о своей, лишь придав ему респектабельности. Я даже выдумал некоторые события в жизни Антона, как то, описанная в «Скованных» сцена с гадалкой Аллой, которую я, якобы, встретил в маршрутном автобусе, и которая меня, тогда еще несовершеннолетнего, сделала своим любовником.
За несколько месяцев я создал не только свое альтер эго, но и целый мир вокруг него со всеми полагающимися ему атрибутами: прошлым, настоящим, будущим. Поэтому мне не составляло труда быть Антоном Кравчиком. Так любой геймер становится своим «персом»18, погружаясь в виртуальный мир реалистичной компьютерной графики. Я был Антоном – молодым симпатичным парнем, веселым, умным; как все молодые люди, немного безответственным, самонадеянным, упрямым и… романтичным; я был тем, кем себя ощущал.
ГЛАВА 5. «Скованные одной Сетью»
– Да. Но я обиделся не на нее, а на себя. Обиделся на то, что сам урод. Я – старый, потрепанный жизнью урод.
Есть достаточно спорное утверждение о том, что, лишь полюбив себя, ты можешь научиться любить других. Полюбить в данном случае значит принять. ОК, но как? Как принять в себе то, что ужасает, раздражает, что ты ненавидишь и с чем тебе даже не дано бороться? Смириться? Сказать: «Да и хрен с ним! Я такой, и я такой себе нравлюсь»? На тот момент это представлялось мне невозможным. Я не видел в своей внешности ничего, что могло бы мне понравиться. Да и, насколько мне помнится, я не принимал себя с детства. Не научился этому и к пятидесяти.
Знаешь, у меня осталось очень раннее детское воспоминание. Возможно, найдется какой-нибудь психоаналитик-фрейдист, выслушает меня, и объяснит, наконец, возможную связь между этим воспоминанием и тем неприятием себя, которое сделало меня несчастным и внутренне одиноким на все последующие годы. Которое стало моим проклятием.
Это было в детском садике. Мне было годика три. Лето. Я играл в песочнице. Вдруг ко мне подошел какой-то мальчик и протянул конфету. Я совершенно не помню, был ли я рад этому сюрпризу. Наверное, да. Какой ребенок не любит конфет? Я развернул обертку, а там вместо конфеты оказался камешек. Надежда на получение неожиданного, дармового сладкого сменилась внезапным разочарованием и обидой. Возможно, тогда я подумал: «Почему именно я получил камень вместо желанной конфеты? Ведь вокруг полно таких же, как я детей?» Но этот вопрос я никогда и никому не задавал. А может быть и задавал, но не получил ответа или ответ был неверным. Кто знает, не случись тогда со мной той досадной, глупой истории, возможно, я бы сейчас по-другому воспринимал себя? Но, так или иначе, через полвека эта глупая история, вероятно, и поставила крест на моих отношениях с Настей. Возможно, именно тогда мое самоощущение стало одновременно и критичным, и особенным. Я констатировал для себя свою исключительность, но это ни на грамм не повысило моей самооценки. Наоборот, сделало меня несчастным и еще более одиноким. Я отделил себя от социума, замкнулся в себе и на себе.
Важно и то, что, по сути, отношения с Настей были для меня совершенно новым опытом. Новым в двух аспектах: во-первых, я вновь влюбился спустя тридцать лет, и влюбился в очень юную девушку. Первая моя юношеская любовь, одновременно болезненная и прекрасная, закончилась для меня печально, даже катастрофично. Удар, который я тогда, уж не знаю каким чудом, перенес, по-видимому, тоже многое определил в моей жизни и во всех последующих моих отношениях. Сейчас я думаю, что не будь тогда молод, все могло бы закончиться трагедией. Впрочем, разве не является трагедией вся моя жизнь, да и Нины тоже? Разрыв с ней по ее инициативе (глупой в плане мотивации, но столь неожиданной и радикальной для меня) на десятилетия обнулил мою способность любить. Я пытался, но не мог, я прилагал усилия, но лишь создавал иллюзию и у себя, и у обеих моих жен, и у всех девушек, с которыми сводила меня судьба. Чувства же к Насте были пробуждением от тридцатилетней спячки. Они вырвали меня из эмоционального болота, из трясины старения и опустошенности, которая засосала меня вплоть до того, что я стал захлебываться. Однако ей было девятнадцать, а мне пятьдесят. Немаловажный фактор, не правда ли?
Не было ли последствием того удара в юности то, что, уже встретившись с Настей в Киеве, уже раскрыв все свои тайны, уже сбросив все вуали и добившись ее, я продолжал не верить в возможность и искренность ее чувств ко мне? Я не понимал, как симпатичная, умная, со сложнейшей душевной организацией девушка, просто какой-то эмоциональный ураган, могла любить меня – человека значительно старше, ничем не примечательного внешне и вдребезги разбитого внутри? Как могла эта девочка, полюбив моего Антона, после, так же страстно, любить и меня?
По прошествии двух лет, вновь и вновь мысленно возвращаясь к тем событиям, я нашел разгадку. Оказывается, она лежит в половом различии. Я осознал, что женщина, в отличие от мужчины, не любит глазами. Она любит чем-то внутренним и внутреннее. Для нее не важно, какие у тебя уши, ноги или волосы. Для нее ты будешь самым красивым, если ее привлечет что-то незримое в тебе, если она, доверившись, найдет в тебе точку опоры.
Чтобы любить, женщине нужно только убеждение в том, что мужчине можно доверять и с ним ей хорошо, тепло, спокойно, безопасно. Ее страсть порождается ее внутренней интуитивной уверенностью. И только. Женщина не нуждается в том, чтобы ты был идеальным внешне. Полюбив, она сама придаст твоей внешности идеальность. Будет млеть от уколов твоей дурацкой бороды, восхищаться твоими волосатыми и кривоватыми ногами…
Обманув же ее ощущение собственного состояния, ты лишишься ареола, вознесенного ею над твоей лысеющей головой, а затем, с неизбежностью, и – ее любви. Это может происходить не мгновенно. Постепенно ареол будет трескаться, кусок за куском ее ощущения (тебя, с тобой) начнут отламываться. Она будет находить все новые и новые недостатки в твоем облике, поведении, характере, а после, уже навсегда расставшись с тобой, будет удивляться, как вообще могла иметь что-то общее с «таким козлом».
Мужчина же, напротив, любит глазами. Звучит банально, но это факт. Он может восторгаться ее внутренним миром, может слушать ее часами и часами сам говорить с ней. Ее ум может восхищать, а широта ее эмоционального спектра может довести его до поклонения. Но!.. Если он не чувствует к женщине влечения, если она не вызывает в нем «порхание бабочек в животе», если ее тело не возбуждает его, то ничего, кроме всего перечисленного выше, он испытать к ней не сможет. Дружба, уважение, интерес будут. Но любовь? Нет. Они либо навсегда останутся друзьями, либо в конечном итоге их связь оборвется.
Осознав это, я усомнился в истинности знаменитого высказывания Конфуция о любви: «Влечение сердец рождает дружбу, влечение ума – уважение, влечение тел – страсть, и только все три вместе рождают любовь». Чушь все это! Женщине не требуется влечение тела. Это влечение придет к ней позже, а порой и значительно позже, чем к мужчине. А главное, оно будет исходить из влечения ее сердца. Трепет же мужского сердца порождается страстью. По сути, большая часть браков именно поэтому и распадается. Страсть угасает, и мужчину тянет на сторону. Женщине сложно это понять, и я восхищаюсь теми из них, кто, не поняв, принимает и прощает.
Но, так или иначе, два фактора: громадная разница в возрасте и моя неуверенность в себе предопределили разрыв наших отношений. В тот момент я не осознавал, что я теряю, ибо не верил ни ей, ни в себя. Ну, а дальше ты все знаешь.
И снова непродолжительная пауза. Я лежал в горячей ванне в легкой дымке пара, расслабленный теплом воды, растроганный собственными воспоминаниями. Со лба стекали капли пота, попадали в глаза и катились по щекам. Сейчас я не уверен, что в них не было слез. Наконец посыпались сообщения от Антона:
– 1. какого черта ты вообще поперся тогда в Киев
2. зачем нужно было разрушать эту идиллию вирта19
3. ты же сам вначале писал, что не хочешь переносить в реал наши отношения
– В смысле «наши»? – возмутился я. – Мои!
– мои
Последнее сообщение вновь взорвало мне мозг: «Ведь он прав! Пока я был Антоном… Нет, даже не так. Всегда, когда я был Антоном, в его отношениях все складывалось прекрасно. Более того, я и сам чувствовал себя прекрасно. Я любил! Любил без этих всех заморочек, просто и искренне. Я дружил, общался, веселился, отрывался, танцевал, шутил, как тогда, в моей молодости. И Антон на самом деле получался веселым, беззаботным, умным, симпатичным парнем… Я же наполнял его хреновой „житейской мудростью“ и всем тем негативом, которых нахватался как собака блох».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Вейп (от англ. «vaping») – «парение», электронное устройство, генерирующее высокодисперсный аэрозоль, который вдыхает пользователь.
2
Joom – латвийская электронная торговая площадка и одноименное приложение для покупки товаров из стран Азии (преимущественно Китая) и Европы.
3
Мой ангел – речь идет о девушке по имени Мария, с которой у автора во время написания этой книги завязались отношения и которая упомянута в посвящении. (прим. автора)
4
Шрот (от нем. Schrot – обрезки) – в разговорной речи употребляется в значении «вещи, предназначенные к утилизации».
5
Minecraft (от англ. mine – шахта, добывать + craft – ремесло, создавать) – компьютерная инди-игра в жанре песочницы.
6
PUBG – Player Unknown’s Battlegrounds (сокр. PUBG, также известна как PUBG: Battlegrounds) – многопользовательская онлайн-игра в жанре королевской битвы.
7
КС – сокращение от Counter-Strike (также известная как Half-Life: Counter-Strike и Counter-Strike 1.6) – многопользовательская компьютерная игра в жанре шутера от первого лица.
8
Селфхарм (от англ. self-harm – членовредительство) – преднамеренное повреждение своего тела по внутренним причинам без суицидальных намерений.
9
Ich habe es noch nicht herausgefunden (нем.) – я еще не придумал.
10
Здесь и далее грамматика, пунктуация, сокращения и сленг сообщений от Антона сохранены в оригинале. (прим. автора)
11
Man! (нем.) – безличное местоимение. В разговорной речи часто употребляется в виде восклицания и соответствует примерно русскому «черт!». (прим. автора)
12
Здесь размышления автора навеяны фразой из книги «По ту сторону безмолвия» американского писателя Джонатана Керролла: «Великая любовь никогда по-настоящему не кончается. В нее можно стрелять из пистолета или запихивать в угол самого темного чулана в глубине души, но она умна, хитра и изворотлива, она сумеет выжить. Любовь сумеет выжить и потрясти нас внезапным появлением тогда, когда мы совершенно уверены, что она мертва или, по крайней мере, надежно упрятана под грудами прочих вещей». (прим. автора)
13
подвалы моей души – здесь отсылка к известной фразе Зигмунда Фрейда: «В своих исследованиях огромного здания человеческой психики я остановился в подвале». (прим. автора)
14
scio me nihil scire (лат.) – «Чем больше я знаю, тем больше я понимаю, что ничего не знаю», – изречение, приписываемое древнегреческому философу Сократу.
15
Аффирмация (от лат. affirmatio – утверждение, подтверждение) – утвердительное (положительное) суждение. В популярной психологии – позитивное утверждение, краткая фраза самовнушения, создающая правильный психологический настрой.
16
Саблиминалы – аудиоаффирмации, скрытые под шумом, музыкой или звуками природы.
17
Тульпа – термин в мистицизме, обозначающий паранормальное существо или объект, созданный с помощью силы мысли.
18
Перс – геймерский сленг, сокращение от «персонажа», воплощение геймера в виртуальной реальности.
19
Вирт – общение, во время которого два или более человека взаимодействуют в виртуальном пространстве с целью сексуального удовлетворения друг друга, отправляя соответствующие стимулирующие сообщения, как текстовые, так и мультимедиа.