- -
- 100%
- +
Что мне было особенно приятно — меня никто не отговаривал. Да, предупредили несколько раз, насколько все неприятно, но не пытались убеждать, что мне лучше и дальше страховать всех, сидя на пляже.
— Меня пару раз стошнило, — предостерег Стиг-Рой напоследок.
— Ну и фиг с ним! — заявил я с легким сердцем. В конце концов, не на пол же, а в специально предназначенный для таких вещей гель.
— Я буду неглубоко, смогу выбраться быстрее, чем в первый раз, — успокоил Стиг-Роя Светокрыл.
Мне его слова как раз добавили сомнений.
— А вот сейчас давайте тормознем и договоримся сразу, — я чуть было не прибавил себе роста и веса, но потом вспомнил раздувшегося Ти-Рекса и понял, как по-ребячески это выглядит. — Мы лезем туда за информацией. И мое физическое и ментальное здоровье такое же крепкое, как у тебя, — я посмотрел на Стиг-Роя. — Так что работаем на "всю шишечку". Глядишь, сейчас у тебя шок будет не так сильно выражен, и мне передастся поменьше, — это уже было предназначено Светокрылу.
— Не волнуйся, я и не планировал тебя жалеть, — “успокоил” меня Светокрыл. — Я не думаю, что это по-настоящему опасно. Просто неприятно.
— Тогда чего сидим? — поинтересовался я. — Зачетная неделя — вот что неприятно, а с тошнотой я точно смирюсь. Погнали.
Ти-Рекс сочно щелкнул хвостом по кожаной обивке кресла, соглашаясь со мной.
***
Оби-Ван, вот скажи мне, в какой момент я решил, что тошнота — это не страшно? Вычеркни этот день из календаря, чтобы мир забыл об этой ужасной ошибке раз и навсегда!
Знаешь, чем страшна тошнота в иллюзорной реальности? Тем, что она НЕ КОНЧАЕТСЯ!!
Я знаю, что и в реальности такое случается — при повреждении определенных отделов мозга, но это все равно другое. Одно дело, когда тебя тошнит от неполадок в теле, и совсем другое, когда от перегрузки мозга.
Ну зато я теперь смело могу сказать Ри-Рен и Ки-Даю, что мозг у меня есть. И что он не “бездонный колодец, в который сколько ни клади, уровень воды так и не поднимется”.
Ох… Не надо было думать об этих двоих. Только-только откатившийся спазм вернулся с новой силой.
Собственно, в этой самой библиотеке и правда не было ничего страшного — если не считать того, что рассекатели общались световыми сигналами и летали на немыслимых скоростях. Оби-Ван, представь, что ты мчишься на американских горках сквозь страшный сон эпилептика — вот примерно такое у меня было ощущение.
Светокрыл во всей этой светомузыке ориентировался с легкостью. Мало того, отойдя от первого шока, теперь он с жадностью поглощал информацию, подобно хакеру, “серфящему” в Сети. Мне же оставалось лишь наблюдать и стараться не слишком часто осквернять окружающий меня гель.
Я надеялся, что как-то приморгаюсь, приноровлюсь. Но нет. Чем дальше — тем становилось хуже. Светокрыл попытался выпихнуть меня из информационной карусели, но, видимо, слияние работало так, что один пилот так или иначе должен был участвовать в жизни рассекателя и делить с ним беды и радости.
— Не трать на меня время, закончишь — откачаешь, — сказал я в ответ на очередную попытку отправить меня восвояси и крепче схватился за поручень вагонетки.
Конечно же, и вагонетка, и поручень были воображаемыми, но, Оби-Ван, думаю, ты понял, о чем я. Как говорилось в очень старой поговорке, если насилия не избежать, расслабься и думай об Англии. Вот и я сел, сложив ноги "лотосом", и начал старательно отгораживаться от ощущений тела.
Наверное, это единственный раз, когда медитация реально помогла. Просто потому что все мои переживания были у меня в голове, и переключиться на страдания тела — тоже, разумеется воображаемые — было очень легко. Ноги немедленно начали затекать, спина — болеть, ухо — чесаться, нос — шмыгать, и на хаотичную цветомузыку вокруг стало откровенно плевать. Я мужественно терпел, сдавался, чесал все чешущееся, разминал все затекшее и снова преодолевал свои придуманные ужасы медитации, забыв о тошноте.
А потом я с удивлением понял, что вспышки стали не просто быстрыми и яркими, а будто бы слились в один поток. Мелькание было таким быстрым, что я просто перестал его замечать.
Что же это выходило, я — ну или обобщенный пилот в моем лице — тормозил рассекателя в инфопотоке, отвлекая на свое состояние?.. Эту мысль следовало обдумать, обсудить и еще раз проверить. А пока, рейнджер Кон-Рад, слушать команду: медитацию продолжать, тошноте не поддаваться.
Я не знаю, сколько я продержался. Ты знаешь, Оби-Ван? Наверное, несколько часов. Ну мне хотелось бы думать, что несколько часов… В любом случае, когда освещение вокруг стало равномерным, переносить эту пытку стало намного легче.
А потом мы наконец-то оттуда выбрались.
Несколько долгих минут я просто лежал на пляже, хватая ртом воздух. Потом небо мне загородил озабоченный Стиг-Рой.
— Ты как? — спросил он.
— Кажется, лучше, чем могло бы быть, — я сел и, как и он в прошлый раз, напроецировал себе напиток. Только, в отличие от Стиг-Роя, у меня это был огромный запотевший стакан, полный прозрачных кубиков льда и искрящейся колы.
Кстати, ты знал, Оби-Ван, что питание тела в слиянии во многом зависело от работы разума? То есть, когда мы ели и пили в проекции, тело усиленно потребляло воду и питательные вещества. Во все другое время они, конечно, тоже поступали, но в меньших количествах. Вот и сейчас чувство жажды уменьшалось с каждым глотком, как если бы я и правда пил прохладную жидкость.
— Так что? — поинтересовался я бодро, допив. — Сколько времени прошло?
— Примерно полчаса, — ответил Стиг-Рой, и я буквально почувствовал, как у меня вытянулось лицо. Вдоволь насладившись моей реакцией, Стиг-Рой рассмеялся и признался: — Часов двенадцать.
— Ты специально, да? — с улыбкой поинтересовался я и бросил в Стиг-Роя пригоршню песка. Тяжелые песчинки не долетели до цели, осыпавшись золотым облаком рядом со мной. — Ладно, что дальше по плану? — я встал, отряхнул задницу от песка. — Светокрылу, полагаю, надо переварить полученные знания.
— Он отрубился, — Стиг-Рой критически меня осмотрел. — Ты точно в порядке? Какой-то странно бодрый.
— Я нашел способ борьбы с тошнотой, — не скрывая гордости, объявил я. — Медитация!
К моему огромному удивлению, Стиг-Рой скривился.
— Ненавижу, — припечатал он с чувством. — Хуже только бег на месте.
— А ты пробовал? — вот тут я удивился еще раз. Потому что за всеми моими попытками медитировать Стиг-Рой наблюдал, как за забавным действом, ни разу не выказав неприязни или не прокомментировав происходящее, исходя из собственного опыта. — Я про медитацию, не про бег, — я скривился, вспомнив эти ужасные десять минут каждое утро в академии.
"Гигиеническая зарядка" — так обозначалась эта пытка в распорядке дня. К чему нужно было это топтание на месте, если потом мы как минимум два часа проводили на Полигоне, мне так и не удалось понять.
— Довелось, — кратко ответил Стиг-Рой. — Не представляю менее продуктивной потери времени. Но это для меня, — добавил он уже с улыбкой. — Тебе-то оно явно на пользу.
— Хочешь сказать, медитация компенсирует мою шилозадость? — я мыском ботинка выкопал из песка гладкий камень и метким пинком отправил его в набегавшую волну. — Я попробовал просто за компанию с командором, а дальше просто интерес проснулся — получится у меня в конце концов или нет.
— Нет, — без тени сомнений припечатал Стиг-Рой. — Но ты все равно пробуй, — добавил он со смешком, и я снова кинул в него песком.
Светокрыл появился минут через пятнадцать. Я успел окончательно прийти в себя, искупавшись и перекусив.
— Ну? — встретил я его нетерпеливо. — Скажи, что все было не зря!
— Я еще не совсем понял, что именно узнал в этот раз, — Светокрыл потер виски. — Но второй опыт общения с мемопылью определенно удался лучше. Особенно когда я как следует разогнался.
— Значит, мне не показалось, — обрадовался я и пересказал им свои догадки и ощущения. — Наши страдания действуют примерно так же, как "Странник" на твоей спине — тормозят со страшной силой.
— Но при этом и “отключиться” от обоих сразу я не могу, — вздохнул Светокрыл. Оспаривать мое утверждение он даже не пытался. — Не слишком удобно получается.
— Но зато благодаря бесконечным партиям в шахматы я нашел способ, как этот тормоз если не убрать совсем, то сильно ослабить, — воспоминания о многих часах, проведенных Стиг-Роем с Анри, отозвались благодарностью. Уже привычной за Стиг-Роя, ведь я и шахматы — это две противоположные стороны Вселенной, а теперь еще и новой, за нас всех. — Медитация — вот наш путь к светлой стороне.
— Пожалуй, пора примерить черный плащ, — усмехнулся Стиг-Рой и, закрыв нос рукой, сделал пару шумных вздохов а-ля Дарт Вейдер. Я немедленно вскинулся, уже собираясь достать джедайский меч…
— Погодите, — прервал нас Светокрыл. — Я хочу показать вам кое-что интересное, — протянул он загадочно и закрыл глаза.
А в следующую секунду мы оказались в космосе… посреди целой толпы рассекателей.
— Воспоминания о городе, — пояснил Светокрыл, оглядываясь. — Их было много, сделанных в самое разное время. Это — самый расцвет.
— Невероятно… — протянул я с восхищением.
Наши догадки оказались верны: весь огромный магнитный планетоид был разделен на подушки. Они парили в невесомости на фоне яркого, еще живого космоса, словно имперский флот истребителей на фоне Звезды Смерти.
А рассекатели плавали между подушками или отдыхали на них. Перемигивались, общаясь. Рядом со степенными самками крутились несмышленыши-малыши.
Я попытался сосчитать рассекателей, но быстро бросил это дело, потому что их были тысячи.
— А если учесть, что это как бы столица, и большая часть населения рассредоточена по остальной стране, то ваша раса состояла из миллионов рассекателей, — этот вывод отчетливо отдавал горечью и грустью.
— Почему я слышу печаль в твоем голосе? — чуть удивленно посмотрел на меня Светокрыл. — Разве это важно, много нас или мало? Тем более мы не знаем, сколько нас сейчас. Я вполне допускаю, что столько же, сколько и было — просто мы больше не собираемся в одном месте.
Да уж, вот он, яркий пример различия образа мышления рассекателя и человека. Для людей размер популяции имел огромное значение, а прирост населения всегда был одной из главных задач общества.
— Для нас это важно — и сколько нас, и собраться в кучу, поболтать, — вздохнул я. — А еще нам важно знать историю и хранить ее свидетельства. Ты слышал о Венеции? Это город на Земле. Он построен на воде и должен был утонуть лет девятьсот назад. Так вот люди чего только не понапридумывали, но держат его на плаву.
— Мы там даже были, — вздохнул Стиг-Рой. — Даже так: мы бывали там регулярно.
— Дай угадаю, — мгновенно осенило меня, — это был любимый город Да-Атана?
Стиг-Рой и Светокрыл абсолютно синхронно кивнули.
И тут не было ничего удивительного, потому что куда бы потянуло романтическую натуру Да-Атана, как не в город, где туристов до сих пор возят по каналам в весельных лодках. Горожане добились принятия закона, запрещающего в черте города любые механические транспортные средства, кроме велосипедов.
Почему-то эта мысль накрепко засела в уставшем — а я все-таки понял, что устал, причем довольно сильно, — мозгу. И, наверное, из-за этой усталости я далеко не сразу понял, что именно удерживало мое внимание. А потом сообразил. Венецию могло разрушить уже давным-давно, но люди боролись за нее, спасли наследие своего прошлого.
Наследие же расы рассекателей сейчас одиноко болталось в богом забытой части космоса, доступное, но никому не нужное.
И мы просто обязаны были его спасти.
Глава 6
— Мы должны построить новый город.
Эта мысль буквально витала в воздухе, поэтому я не стал героем, придумавшим план спасения мира.
— Вопрос только в том, на этом же месте, или в каком-то другом… — протянул Стиг-Рой задумчиво. — Здесь нет еды и тепла, но зато нет и звезды, которая может взорваться, чтобы все повторилось еще раз.
— Вы можете провести астрономическую экспертизу и выбрать систему с наиболее молодой и стабильной звездой, — предложил Светокрыл. — Вы — я имею в виду, люди. Рассекатели основывались только на наблюдениях.
— Мы в принципе можем помочь, — немедленно загорелся я. — В смысле мы, рейнджеры. Перевезти мемоядро, построить какой-нибудь лечебно-диагностический центр, может быть, подушки вместо магнитных.
— Тем более что некоторый опыт уже есть, — подхватил Стиг-Рой. — База для рассекателей.
— Она слишком близко, — возразил я. — Нужно сделать так, чтобы Ки-Дай и ему подобные до информации не добрались.
— Но тогда нельзя посвящать и департамент, — заметил Светокрыл. — А это значит, что никаких подушек в массовом производстве.
— Подушки? — переспросил Ти-Рекс. Он был явно недоволен, что мы теряем время на разговоры, сидя в "парадной" зале моего замка, а не плаваем в океане, но пока еще терпел и не звал всех купаться.
— Это особые, для рассекателей, — рассеянно пояснил я. В голове крутилась мысль, но поймать ее не получалось. — Что-то все-таки придется рассказать — хотя бы для того, чтобы нам построили контейнер для мемоядра.
— Мне кажется, его можно просто захватить сетью, — заметил Стиг-Рой. — Отрядить на это дело несколько рассекателей повыносливее, в несколько смен дотащат до нужного места за пару лет. Только это место сначала нужно найти.
— И рассекателей тоже... — я побарабанил пальцами по подлокотнику кресла. — Чертовски плохо, что рейнджеры не поддерживают друг с другом связь. Понимаю, что мы работаем каждый своим экипажем, но обсудить бы все это.
— А это можно устроить, — подумав немного, сказал Стиг-Рой. — Отправить запрос на оповещение, назначить дату. Если назвать инициатором Светокрыла, ему не посмеют отказать. Другой вопрос — как пообщаться, не посвящая департамент? Уверен, они найдут способ понапихать камер.
— Мемопыль, — ответил Светокрыл немедленно. — В памяти было об этом. Она пластична, пластичнее, чем магнитная. Ее можно растянуть в очень длинную цепь. Если рассекатель касается ее, то попадает в общее инфополе. Таким образом информация и передается, и накапливается.
— Итого выходит: нам надо вернуться, разжиться пылью и парой-тройкой экипажей и снова прилететь сюда, — подытожил я. — Потом созвать Совет джедаев, а дальше искать место и думать над тем, из чего соорудить подушки. И провернуть все это, не вызывая лишних вопросов и регулярно открывая для Департамента новые планеты.
Далеко идущий план. Как раз на всю рассекательскую жизнь. Но, с другой стороны, жили ж рассекатели порознь столько тысяч лет, еще несколько столетий выдержат.
— Нужно запросить исследовательскую группу, — решил Стиг-Рой. — Такое иногда практикуется. Для небольшой группы базой может стать “Странник”, там я гарантирую отсутствие прослушки.
— Я буду играть с другими собаками? — обрадовался Ти-Рекс. — Скорее, скорее, давайте запросим! — и он застучал хвостом по креслу.
Мы со Стиг-Роем переглянулись, улыбнулись друг другу и не стали преждевременно разочаровывать пса известием, что он такой один во всей вселенной.
— Чтобы найти подходящее место достаточно быстро, нужно хотя бы пять-шесть рассекателей, — Светокрыл задумчиво потер подбородок, явно переняв этот жест у кого-то из нас. — Нам выделят такую группу?
— Ну, меня бы точно послали, а тебе выделят, — заверил его я.
— Но, скорее всего, это будут самые неопытные экипажи, — Стиг-Рой добавил реализма в мой оптимизм. — Впрочем, с этим мы сумеем поработать.
— Еще как сумеем! — я довольно потер руки. — Тогда возвращаемся? Тут же, вроде бы, ничего больше нет?..
— Совершенно ничего, — в голосе Светокрыла снова послышалась грусть, как в первые дни моего с ним знакомства. Только тогда он оплакивал Да-Атана, а теперь грустил о том времени, когда в этой конкретной части космоса было очень даже многолюдно. То есть многорассекательно.
— Хорошо, тогда предлагаю вылететь из этой мертвой зоны, добраться до участка, где достаточно пищи, и устроить привал перед долгим возвращением, — сказал Стиг-Рой. — Спешить некуда, конечно, но не хочется застревать в пути надолго.
— Это разумный план, — согласился с ним Светокрыл. Помедлил, и мерцание пятен на его коже выдало, что он едва справляется с эмоциями. — Спасибо, — произнес Светокрыл. — Вы не обязаны это делать.
От этих слов я, признаться, опешил.
— Не, так не пойдет! — заявил решительно. — Какое спасибо, зачем спасибо? Мы команда или как? Мы же не одолжение делаем. Мы для всех нас стараемся. И вообще. Сколько лет игра в одни ворота? — от этой мысли я даже нахмурился. — Рассекатели помогают людям, но что-то я не помню, чтобы люди так уж сильно помогали рассекателям.
Светокрыл не стал отвечать — просто улыбнулся.
— А теперь — купаться! — Ти-Рекс решил, что проявил достаточно терпения. — А еще — играть!
Я мгновенно почувствовал босыми ногами нагретый солнцем песок: видимо, мой мозг тоже устал от трудных разговоров и перенес меня к океану вслед за псом. А когда набежавшая волна окатила меня с ног до головы, подумал, что в последние дни мы и правда были слишком заняты мемоядром, и Ти-Рекс заскучал без уже привычных героических эпопей на пару со Светокрылом.
УС1
Глава 7
— Ух какие мы грозные, — широко улыбаясь, У-Тер, тот самый "друг из департамента", внимательно разглядывал Ти-Рекса. — До сих пор не верю, что вам разрешили расширить слияние.
— Фактически — не разрешали, — усмехнулся Стиг-Рой. У-Тер был, наверное, единственным человеком на моей памяти, с которым он разговаривал охотно и свободно. Ну, кроме меня, конечно. — Светокрыл продавил всех своей железной волей.
— Он тебя балует, — хмыкнул У-Тер, и я слегка подзавис. Получается, тот знал о желании Стиг-Роя иметь собаку?..
— Или я ему настолько все мозги прозудел, что самому захотелось посмотреть, что за зверь такой — собака, — Стиг-Рой пытался говорить сухим равнодушным тоном, но его голос все равно был напитан теплотой. Да, про существование собак Светокрыл узнал от него, но это не означало, что рассекатель автоматически воспылает любовью к животным. Не захотел же он слияния с конем, хотя в фантазиях Да-Атана они присутствовали постоянно.
— И что, теперь он захотел себе компанию? — У-Тер даже не пытался придерживаться каких-то протоколов, и это в нем определенно подкупало.
— Типа того, — кивнул Стиг-Рой. — Мы наткнулись на интересное и вполне перспективное место, но туда не налетаешься особо. Будет проще, если мы соберемся командой и прочешем все хорошенько.
— Если туда не налетаешься, то, может, и не стоит прочесывать?.. — У-Тер посмотрел на Стиг-Роя таким взглядом, что стало сразу ясно: он прекрасно понимал, что его старый друг чего-то недоговаривает.
— Так сам знаешь, если место сильно перспективное, "не налетаешься" — это не аргумент, — Стиг-Рой не дал сбить себя с толку.
— Ну и галочку на квадранте тоже поставить надо, — согласился У-Тер. — Чтобы остальные потом время и силы не тратили, — он потер гладко выбритый подбородок. — Почему ты не хочешь собрать старую гвардию? Мон-Ри и Джо-Ди вот-вот получат первый класс, а Златокрыл в скорости почти не уступает Светокрылу, и рейнджеры они толковые.
— Почему не хочу? — Стиг-Рой удивленно на него посмотрел. — Я просто думал, что у них свои дела. Но если захотят к нам присоединиться — это было бы отлично.
Еще как отлично! У меня даже на секунду замерло сердце. Если такие опытные и знаменитые рейнджеры узнают о нашей затее, это же будет просто замечательно!
— Нет, они только что закончили обследование очередных планет и сейчас в паре-тройке световых дней от Земли, — возразил У-Тер. — Так что вписывай всех — занятых потом вычеркнем. Молодежь поучится у опытных, вы стариной тряхнете.
Ага, так уж и стариной, учитывая, сколько стандартных лет живут рассекатели.
— А по молодняку дашь данные?.. — Стиг-Рой заговорщически посмотрел на У-Тера.
— Хочешь поудить рыбу? — У-Тер усмехнулся. — Дам, конечно, хоть и не положено. Но кому какая разница…
— А что, еще кто-то контракт заключил? — вмешался в разговор я, поддавшись азарту.
У-Тер окинул меня даже слишком понимающим взглядом.
— Из восточной и южной академий никого, — сказал он, конечно же, зная, какую из академий закончил я. — А вот центральная буквально на днях выдала два новых экипажа. Информационные выпуски еще монтируем, в эфир запустим завтра.
Стиг-Рой помолчал. Я тоже, хотя безумно хотелось узнать…
— Ну? — Стиг-Рой насмешливо посмотрел на У-Тера. — Мне обязательно нужно спросить?
— Да ты думаешь, я помню, что ли? — неожиданно фыркнул У-Тер. — Две девчонки, два парня. По парам. Вроде как с твоего курса, — он кивнул мне.
Стиг-Рой посмотрел сначала на меня, потом повернулся к У-Теру. Я, офигев от новостей, мог только сидеть и смотреть на У-Тера. Ти-Рекс, почуяв сенсацию, навострил уши. Конечно, для него наш разговор был малопонятен: другие люди, другие рассекатели не сильно-то интересовали пса, но изменение интонации он уловил.
— У-Тер... — обманчиво-мягко позвал Стиг-Рой. — Не ты ли в академии на сладкое зарабатывал своей уникальной памятью? Давай колись, я не верю, что ты документов не видел.
Офигеть два раза. У-Тер что, тоже на рейнджера готовился? А не сумев заключить контракт, вернулся на Землю и начал работать в Департаменте? Хотя если у него суперпамять, то работенка с большим объемом информации как раз для него.
— Ну ладно, ладно, — У-Тер сделал вид, что сдался, но лицо у него при этом было ну очень уж довольное. — Те как раз, кого я тебе советовал. Как ты тогда сказал? “Заучка и фифа”?..
Все интереснее и интереснее... я бы лишился дара речи, если бы не онемел еще после первой порции сенсаций.
Это что получается, Стиг-Рой в Академию не совсем вслепую летел? А милый и весь из себя такой независимый чиновник из Департамента сводничеством занимается?
— И ничего она не фифа! — выдал я, когда мой речевой аппарат наконец "разморозился". — Май-Лисса нормальная. А Ша-Рип скорее зануда, чем заучка.
— Ну таких подробностей, мистер “Здравствуй, дорогой Оби-Ван”, я уже не знаю точно, — У-Тер насмешливо развел руками. — Про тебя мне, между прочим, подавали данные с пометкой “невыявленная вялотекущая шизофрения”.
— Я даже догадываюсь, кто заключения подписывал, — фыркнул я, представив, с каким выражением лица Ри-Рен выводила эту фразу. — А Оби-Вана мне психолог посоветовал, так что ничего не знаю... — тут пазл в моей голове сложился. — Вопрос можно? — и, не дождавшись разрешения или запрета, спросил. — Ты эту информацию Стиг-Рою и Светокрылу передавал? Про Оби-Вана? Потому что они как раз на него и клюнули, — припомнил я тот самый день, так круто изменивший мою жизнь.
— Не благодари, — усмехнулся У-Тер.
— Тем более что не за что, — припечатал Стиг-Рой. — Я все равно не успел прочитать. А потом было и незачем — мы уже увидели твои рисунки и все поняли.
— Поняли, что как раз такого на всю голову отбитого в вашей степенной компании и не хватало, да? — усмехнулся я, расслабляясь. Какими бы ни были пути, приведшие меня и Стиг-Роя со Светокрылом на один перекресток в одно и то же время, главное, что мы встретились. Остальное, как говорится, детали.
И кстати о деталях.
— Так что, Ша-Рип и Май-Лисса теперь в одном экипаже? — я решил дожать вопрос. — Надо же, я думал, он без Ли-Суен не станет контракт подписывать.
— А он и не стал, — покачал У-Тер головой. — Ша-Рип и Ли-Суен подписали контракт с рассекателем, который сразу же назвал их имена. Кстати, тут вы не хотите мне ничего рассказать?.. — он хмыкнул и продолжил: — А Май-Лисса и Зу-Янг образовали союз с рассекателем, который уже давно подбирал себе пару. Его зовут Взмах, и, по-моему, он как раз-таки пообщался с тем, что выбрал Ша-Рипа и Ли-Суен, после чего и сделал наконец-то свой выбор.
Зу-Янг?.. Я машинально потянулся к вороту комбинезона — что-то воздуха стало не хватать.