Я, рейнджер

Глава 11

— Контакты через эту машину будут недолгими, но они нужны, чтобы ты лучше понимал, что тебя ждет.

На этот раз Стиг-Рой был в комнате слияния вместе со мной, но сидел в самом обычном кресле, и я уже знал, почему. Об этом он рассказал мне на так называемом “уроке космической истории”. На деле мы снова сидели в его просторном кабинете на корабле, ели сэндвичи и говорили о том, о чем простым людям знать было нельзя.

Тогда-то я и узнал, что на самом деле пилоту не нужно было постоянно находиться в ложе на рассекателе, чтобы сливаться с его разумом. Однажды вступив в связь, они не могли разорвать ее до самой смерти, навсегда становясь единым целым. Менялся даже метаболизм и физиология, что уж говорить о разуме. Поэтому меня в сознание Светокрыла должна была тащить машина, а Стиг-Рою достаточно было сесть поудобнее и закрыть глаза.

— К установлению контакта готов, — я показал Стиг-Рою большой круассан со сливочным кремом. В академии такими не кормили даже преподавателей, но в моих запасах было достаточно вкусностей. — Ты в доле? — достал вторую упаковку.

— Откуда?.. — поразился Стиг-Рой. Но потом улыбнулся и покачал головой. — Оставь, тебе будет нужнее. Один сейчас съешь, второй потом.

— Ну раз ты не хочешь, — я никогда не отказывался от вкусной еды, не стал и теперь. Умяв круассан в несколько жадных укусов, я выпил половину бутылки воды. Теперь у меня появилась привычка повсюду носить ее с собой: раз попробовав воду на борту Странника, пить ту, что была на станции, я просто не мог. Только если в виде кофе или чая. — Ну, погнали?

Стиг-Рой кивнул и дал команду системе включить машину.

На этот раз это был не зал советов Джедаев — и близко нет.

— Что это, черт возьми? — пораженно выдохнул я, оглядываясь.

Все вокруг выглядело как декорации к фильму об эпохе королей: мебель на тонких гнутых ножках, бархат, золото и гобелены. А еще кружева… Я в ужасе уставился на собственный манжет.

— Это не я! — поспешил откреститься под грустным взглядом возникшего передо мной Светокрыла.

— Не ты, — кивнул он. — Это замок Да-Атана. Его всегда увлекала романтика ушедших эпох.

Я с грустью подумал о том ужасе, что творится на моей голове, и как выглядят мои ноги в облегающих чулках. Хотя чего думать, достаточно посмотреть на Светокрыла в одеждах поры Короля Солнце — или как там звали монарха, жившего многие века назад, — и его парик. В озорных локонах.

— Он, должно быть, изучил кучу информации о том времени, — предположил я, рассматривая интерьер. Шестое или какое другое чувство подсказало мне придержать свое мнение о том, что нормальные мужики по такому не фанатеют. Я вон вообще выдуманный мир люблю.

— Мне приятно, что ты заботишься о моих чувствах, но напоминаю: я слышу и чувствую каждую твою эмоцию, — сказал на это Светокрыл.

— И что, вести себя как невоспитанное чмо теперь? — раз уж так, то я озвучил первый пришедший мне на ум ответ.

На это Светокрыл слабо улыбнулся и посмотрел на Стиг-Роя. Тот, к счастью, выглядел совершенно обычно, счастливо избежав превращения в придворного. В ответ на эту мысль Светокрыл тоже изменился, представ перед нами в том же виде, каким я увидел его в первый раз.

— Ты позволишь? — спросил он у Стиг-Роя.

Тот неопределенно дернул плечами, но потом кивнул, мол, валяй.

— Как ты уже отчасти понял, Стиг и Атан стали заложниками именно той ситуации, которой тебе хватило силы воли избежать, — сказал тогда Светокрыл. — Они не были знакомы между собой, и о том, что их темпераменты, увлечения и физические возможности кардинально отличаются, стало известно уже после слияния.

— Кажется, теперь я начинаю понимать, что значили слова о розах, — я мысленно поднатужился, "переоделся" в темно-коричневую хламиду и сел в одно из множества кресел. — Я не могу сказать, что это мне совсем не нравится, — обвел рукой комнату. — Но если мне будет дозволено, я бы кое-что поменял. Например обивку, — и да, на ней были те самые розы. — И картины на стенах. Стиль останется, но здесь уже не будет так душно.

— “Дозволено” — неверное слово, — покачал головой Светокрыл. — Это будет твой дом, и мы оба хотим, чтобы тебе было удобно. Но ты должен понимать: изменить все полностью ты не сможешь.

— Это как фундамент, — подал голос Стиг-Рой. — Можно сменить отделку, но основание придется оставить. Так что вряд ли ты сможешь превратить все в пески Татуина или вулканы Мустафара.

— Если только как отдельную инсталляцию в саду, — добавил Светокрыл с некоторым сомнением.

— На крайний случай, размер инсталляции ведь не ограничен, — я погладил кончиками пальцев гладкое дерево подлокотника. — Но знаете, мне вполне по вкусу этот фундамент — вот если бы Да-Атан сразу начал с Мустафара, пришлось бы хуже.

Надо же, как затейливо издевается над людьми судьба. Да-Атан, чье сердце навсегда осталось среди кружев, шпаг и шляп с пером, родился в век сверхсветовых полетов и колонизации планет в почти всех галактиках Вселенной.

Мы немного прогулялись по замку — совсем чуть-чуть. И Светокрыл даже рассказал о кое-каких геральдических символах. А потом Стиг-Рой вытащил меня из системы.

— Спасибо, — сказал он неожиданно, пока я спешно приканчивал второй круассан.

— За фто? — выдавил я с набитым ртом.

— За то, что отнесся к чувствам Светокрыла с уважением, — сказал Стиг-Рой тихо.

— А как иначе? — уточнил я между двумя кусками круассана. — Мы команда. Без уважения дальше соседнего астероида не улетим.

Стиг-Рой и Да-Атан были слишком разными, чтобы стать близкими друзьями. Я начинал догадываться, что они даже приятелями не были. Но каждого из них выбрал Светокрыл, а значит, к обоим он относился одинаково тепло. Ну или какие там чувства испытывают рассекатели к своим пилотам, надо бы уточнить у Стиг-Роя, только не на Страннике, где нас мог услышать Светокрыл. Ничего криминального в вопросе не было, но мне было бы неприятно слушать, как обо мне болтают.

Или… Возможно, если Стиг-Рой всегда мог войти в сознание Светокрыла, то и тот тоже мог проделать тот же фокус?.. Ну или в любом случае узнает все из его памяти, когда слияние произойдет.

— Идем, — оборвал мои размышления Стиг-Рой. — Я покажу тебе твою часть корабля. Уж там-то можешь делать абсолютно все, что захочешь.

— Вот прямо совсем все? — я соскочил с кресла. Общение со Светокрылом было интересным, но пока жрало слишком много энергии, чтобы просить повторного сеанса. А вот моя часть корабля… это даже не люкс, с таким скрипом выделенный мне Ки-Даем.

Кстати, люкс оказался так себе. Кровать ужасно мягкая, климат-система убитая. Несомненным его плюсом было расположение, а еще личная душевая кабина и уборная. Вчера вечером я провел в душе чуть ли не полчаса, наслаждаясь горячей водой и не рискуя стать объектом очередной шутки Гай-Хи.

— Совсем все, на что хватит денег, — усмехнулся Стиг-Рой. — До первого оплачиваемого полета еще нескоро.

— То есть о золотом унитазе я могу забыть? — я позволил себе не очень тонкую шутку. Но, кажется, в этой ситуации по-другому было нельзя. Деньги — это очень строгий ограничитель. У меня были некие сбережения, но их точно не хватит на масштабную перестройку Странника.

Будем честными, Оби-Ван, моих денег едва хватит на новое обмундирование, “большой” скафандр для выходов в открытый космос и “легкий” для десантирования на планеты. А за них я буду платить сам, не хватало еще настолько бесприданницей в новую семью входить.

— Не волнуйся, через лет пять хоть золотую ванну, хоть золотой пол сможешь установить, — заверил меня Стиг-Рой и, дойдя до развилки коридора, приглашающе указал направо… но сам почему-то помедлил. — Я редко сюда ходил, — пояснил он свое замешательство, когда понял, что я заметил его. — А когда ходил… В общем, это будет очень странно. Что там не будет Да-Атана.

— Трудно смириться с тем, что, когда ты снова окажешься в ложе Светокрыла, вторым сознанием будет мое, а не его? — спросил я, тоже не спеша входить. Глупая мысль, внезапно пронесшаяся в сознании, жутко напугала меня: а что, если в шкафах еще лежат вещи Да-Атана? И мне надо будет собственными руками от них избавиться?

Вещи — это еще полдела, а как быть с личными дневниками? Или коллекцией фильмов в памяти медиасистемы? Голова снова начала гудеть, и дело было совсем не в откате.

Стиг-Рой посмотрел на меня как-то странно, потом глянул на коридор и вдруг выдохнул:

— Давай в другой раз?

— Давай, пожалуй, — согласился я, отчасти даже обрадовавшись шагу назад. Конечно, свитера и галстуки Да-Атана никуда не испарятся, но мне точно не хотелось трогать их сегодня. — Вернемся в зал со смотровым окном? — предложил, понимая, что нейтральная территория будет для Стиг-Роя самым комфортным в психологическом плане местом. А лично мне нравилось смотреть на Светокрыла.

— Извини, — Стиг-Рой резко развернулся и быстро пошел к своему, по всей видимости, любимому месту на корабле.

Глава 12

На этот раз нашей “разговорной трапезой” стали печенье и чай — после свидания со Светокрылом я бухнул туда порядочно сахара.

— Мы с Да-Атаном не слишком хорошо ладили, — начал Стиг-Рой без дополнительных вопросов. — Это не значит, что мы вздорили или типа того. Нет, все было мирно. Но… Как соседи, не более. В первое время Светокрыл старался нас подружить. Потом смирился. Мы словно говорили на разных языках. Порой я совершенно его не понимал.

— Я, если честно, тоже пока не сильно, но на то нас и создали уникальными, чтобы не быть ни на кого похожими, — я с ногами устроился в большом мягком кресле и неспешно жевал печенье. — Но, должно быть, это было трудно — настолько не совпадать.

Ведь даже с Гай-Хи у меня есть общие интересы, например, страсть к пилотированию и неприязнь к Ри-Рен. А Ша-Рип так же ненавидит биомассу, как и я.

Стиг-Рой помолчал, глядя в окно на Светокрыла.

— Это было мое желание, — сказал затем, не поворачиваясь. — Найти нового пилота. Для Светокрыла это намного сложнее, чем для меня.

“Но все-таки на половину Да-Атана ты сегодня не пошел”, — мысленно ответил я ему.

Сколько они летали вместе? Лет двадцать, наверное. Половину жизни. За такое время и просто соседи становятся почти родственниками, а уж если периодически в голову друг к другу залезать… неважно, что Стиг-Рой его не понимал. Любить Да-Атана это ему не мешало.

А еще Да-Атан был его “пропуском” в мир свободы сверхсветовых полетов. Лишившись друга или родственника, человек горюет, но в конце концов оправляется. Смерть Да-Атана подрезала Стиг-Рою крылья.

— А зачем рассекателям люди? — спросил я, пораженный тем, что этот вопрос не возник у меня раньше. — Светокрыл же не лишился способности летать, ему нет нужды зарабатывать деньги и на всегалактическую славу наплевать. Но он решил пройти через сложную процедуру повторного слияния. Зачем? Потому что ты не готов уйти на пенсию?

— Вам даже этого не рассказывают? — вздохнул Стиг-Рой. — Я уже и забыл. Если коротко, то для осмысленных полетов, — он взял из пачки печеньку и поднял ее в воздух. — Рассекатели движутся по космосу примерно так же, как человек по лесу, — он покрутил печенькой в воздухе, закладывая виражи и петли. — Какие-то места им знакомы, какие-то нет. Их природе чужда математика и любые расчеты. Но это прекрасно умеет делать человеческий мозг. Рассекатели разумны сами по себе, но в союзе с человеком приобретают намного больше способностей и возможностей. Проходя слияние, рассекатель становится новым существом. А что пилота нужно два — так это чисто биология. В этом я не слишком силен, Да-Атан рассказал бы больше.

— То есть с нами они не просто мечутся среди сосен, а доносят пирожки до бабушки? — я замотал головой, когда Стиг-Рой вопросительно на меня посмотрел. — Не обращай внимания, это очень старая сказка. Ее Гай-Хи любит, и, подозреваю, это единственная книга, которую он осилил в детстве.

Стиг-Рой хмыкнул и закинул печеньку в рот.

— Да, доносят пирожки до бабушки, — кивнул, прожевав. — А ты всегда такая язва или обычно маскируешься?..

Я улыбнулся.

— Обычно я еще большая язва, с тобой я, наоборот, расслабился, — потянулся за еще одним печеньем. — Без этого в казарме не выжить, затопчут. Ну или кулаками махать, как Гай-Хи, но для этого я слишком мелкий.

— Это даже хорошо, — заметил Стиг-Рой и усмехнулся на мой непонимающий взгляд. — Одного здоровяка на вылазке вполне достаточно. Зато ты сможешь пролезть там, куда мне хода нету.

Вылазки! Оби-Ван, кажется, мне срочно нужен пакет, чтобы подышать в него, потому что голова мгновенно закружилась от открывшейся перспективы.

Как я мог забыть об этой части работы рейнджеров? Хотя почему забыть, я о ней вообще ничего не знал. Да, нас готовили физически, учили стрелять, обращаться с лабораторными приборами, образцы копать. Но и все.

— Расскажи о вашей самой первой, — попросил я. — Наверное, ту планету ты лучше всего запомнил?

— Это была Ангра, — охотно ответил Стиг-Рой. — Планета, полностью покрытая болотами. Но не как та, где скрывался магистр Йода, — он улыбнулся мне, давая понять, что помнит о моем увлечении. — Ровные зеленые поля мха, докуда хватает глаз, залитые солнцем. Там даже исследовать было особо нечего. Животные есть, но почти все живут в жидком грязевом слое подо мхом.

— А атмосфера? — ухватился за новую информацию я. — Если болота, наверное, много всяких горючих газов? Растения же разлагаются.

Насколько я помнил, Ангра еще не была колонизирована. Но, возможно, там добывают какие-то ресурсы.

— Нет, не разлагаются, — Стиг-Рой покачал головой. — Ими питаются все, кому не лень, так что атмосфера совершенно чистая. А вот корабль там не приземлится — твердой почвы я не нашел. Человека выдерживает легко, а вот технику — лишь самую маленькую.

— Понятно, — я надеялся, что в моем голосе не слышится зависти. Потому что да, в этот момент я жутко завидовал Стиг-Рою. А потом за маревом восторга и предвкушения я увидел нечто встревожившее меня. Мысленно повторил последнюю фразу Стиг-Роя, потом предпоследнюю. — Ты не нашел? А Да-Атан? Тоже не сумел?

Усмешка Стиг-Роя на этот раз показалась горькой.

— Он не ходил на вылазки, — сказал он медленно. — А я не ходил в бордели. Все честно.

Боюсь, выражение лица у меня стало озадаченно-охреневшим.

Потому что я несколько секунд всерьез пытался сообразить, зачем рейнджерам ходить в бордель. Уже даже открыл было рот, чтобы спросить: это надо для улучшения слияния с рассекателем?

— Ой, — это тоже получилось не очень умно, но ничего другого я выдать не смог. — А это можно? Нам все о самоопожертвовании твердят, Ша-Рип зуб дает, что рейнджерам на контракте особый имплант вшивают. С подавителем.

— Что?.. — Стиг-Рой посмотрел на меня как на неразумного дитятю, ляпнувшего несусветную глупость. — А ничего, что большинство из нас женаты?

— Как женаты? — выдал я. — А куда же супругов девать?

— А зачем их куда-то девать? — кажется, Стиг-Рой развеселился. Это было плохо. — Они живут либо на корабле, либо на приглянувшейся планете. Рассекателю ничего не стоит слетать на пару дней на вылазку, а потом за пару часов вернуться обратно. Единственное — обе семьи должны жить на одной планете, потому что с одним пилотом полет по заданным координатам на сверхскоростях недоступен. А своим ходом “Странник” будет тащиться годами.

— Здорово, — отрешенно сказал я и почесал лоб. — Остается только гадать, почему бы Ри-Рен или кому другому не рассказать нам об этом? Что, мол, так и так, жизнь ваша, может, и будет необычнее, чем у других, но все равно останется нормальной. У нас половина девчонок отчислилась только потому, что им в перспективе семью хотелось.

— Идиотский и жестокий метод отсева, — Стиг-Рой поморщился. — Но, сам понимаешь, пилоты на этот процесс влияния не имеют. У нас другие задачи. А рассекателям в любом случае есть из кого выбрать.

— Да уж, пока предложение сильно превосходит спрос, — я хотел было спросить о том, что почувствовал Стиг-Рой, когда его планшет осветился зеленым, но неожиданно для самого себя зевнул. — Слияние через машину — ужасно энергозатратная штука, — признал после второго зевка.

— Думаю, тебе не нужно делать это слишком часто, — Стиг-Рой подвинул мне пачку печенья, где оставалось еще больше половины. — Возьми с собой. Завтра посмотрим, как ты подготовлен к вылазкам.

Прозвучало это с настоящим энтузиазмом, и хотя на подступе был и третий зевок, он не помешал мне осознать одну простую вещь: Стиг-Рой мечтал о напарнике. Настоящем, который который прикроет в бою, если такой вдруг случится, подстрахует на спуске со скалы, постоит на страже у входа в темную пещеру. Посплетничает за чаем, в конце концов!

Вот почему Светокрыл согласился на повторное слияние. Не из-за полетов по координатам и не ради денег, которые платят команде рейнджеров с рассекателями.

Стиг-Рой делал свою работу, и делал ее хорошо. Но мог бы делать намного лучше.

А главное — быть намного счастливее.

Глава 13

— Идем!

— Что?.. Куда?..

Не слушая удивленных причитаний и не обращая внимания на повскакивавших со своих мест бывших одноклассников, я схватил Май-Лиссу за руку и потащил за собой.

До отбоя был еще целый час, а у него оставалось полпачки чудесного земного печенья, и это был прекрасный повод оторвать Май-Лиссу от книг.

— Какао или чай? — спросил я, затормозив у автомата. — Лучше чай, а то весь вкус отобьет, — решил раньше, чем Май-Лисса успела ответить, и нажал кнопку. — Что слышно нового?

Разговаривать, зная, что каждое мое слово станет известно Ки-Даю, надо было осторожно. А в том, что Ки-Дай теперь будет следить за мной даже внимательнее, чем за играми Гипермедведей, я был уверен.

— Ты чего такой довольный? — с улыбкой поинтересовалась Май-Лисса, прислоняясь спиной к стене.

Я выдернул ее буквально из кровати, так что всегда аккуратно собранные волосы разметались по плечам, наконец-то обретя свободу. Любуясь этим зрелищем я случайно налил чай до самых краев.

— Ауч, — я отдернул руку, в последний момент успев разжать пальцы и не устроить Май-Ли душ из кипятка. Подул на обожженные подушечки, вынул из-за пазухи сокровище. — Только натуральные ингредиенты, ничего искусственно синтезированного. И не пытайся выяснить, сколько там калорий, ты все равно сжигаешь больше, чем успеваешь съесть за день.

— Я что, на дуру похожа? — искренне обиделась Май-Лисса. — Или ты меня с кем-то путаешь? Никогда такой ерундой не занималась! — она выхватила у меня пачку, но вместо того, чтобы взять печенье, перевернула упаковку, пробегая глазами надписи. — Сделано на Земле! — ахнула, найдя искомое. — Оно же стоит состояние!

— Мне досталось бесплатно, — я осторожно взял стаканчик с чаем и увлек Май-Лиссу в малоприметную нишу в конце коридора. Прослушка, возможно, была и тут, но камеры сюда точно не доставали. Пусть слушают, но не смотрят. — Я буду скучать по этому уголку, — признался я, когда мы устроились рядышком на полу, как много раз до этого.

Только раньше у нас в руках были планшеты и учебники — это было едва ли не единственное место на станции, где можно было позаниматься в тишине. Я улыбнулся, вспомнив, как однажды “вынырнул” из решения задач по астронавигации и обнаружил, что Май-Лисса спит, уткнувшись лицом в учебник. Целую минуту решал, разбудить ее или дать отдохнуть, но она проснулась сама.

Май-Ли покосилась на меня и обхватила колени руками, так и не взяв печеньку.

— А было не так уж и плохо, да? — протянула она. — Несмотря ни на что…

Я понимал, что она имела в виду. Учеба в Академии была трудной. Бесконечная зубрежка, изматывающая физподготовка и совершенно невыносимые учителя. Их будто бы специально тренировали ненавидеть своих подопечных.