- -
- 100%
- +
За дверью раздались спешные шаги, а затем, после короткого предупредительного стука, в комнату вошла мама. Ее волосы, посеребренные временем, аккуратными локонами ниспадали на плечи. На вид она казалась хрупкой женщиной, но это мнение было ошибочным. На самом деле леди Изабель часто брала верх в спорах.
– Винсент, ты почему еще не одет? – возмутилась она, увидев, что я так и не сдвинулся с места c момента ее недавнего визита, продолжая дальше просматривать планы к новому учебному году. Если бы она заранее мне сказала, что в эти выходные планируется помолвка моего младшего брата, я бы нашел тысячу причин, но остался бы в своем доме в Лэндоне и не приехал бы погостить.
– Мама, я тебе уже говорил, что не собираюсь никуда с вами ехать, – мой голос, как всегда, даже не дрогнул.
– Сынок, но они же наши будущие родственники! – она сделала очередную попытку меня переубедить.
– В первую очередь Говарда.
– Неужели ты собираешься пропустить столь знаменательное событие в жизни единственного брата? – мама давила на меня.
– Он же не присутствовал на моей помолвке, ничего страшного не произойдет, если меня там не будет, – спокойно ответил ей.
– Винсент, это все как-то неправильно. А что нам ответить, если Стерны спросят о тебе? Ты же знаешь, что лгать я не люблю, да и не умею.
– Предоставь это Говарду, он в этом большой специалист, – вырвалось у меня.
– Ты снова умолчал о какой-то его выходке? – воскликнула мама.
– Ничего такого, из-за чего тебе стоит расстраиваться, – отругал себя в сердцах за несдержанность.
Каждый раз, когда речь заходила о моем младшем брате, я уже не знал, хватит ли мне сил заверить маму, что ей не о чем беспокоиться. На самом деле, все обстояло не так прекрасно и безоблачно, как я рисовал. Учиться он не хотел, да и мне уже порядком надоело его выгораживать после очередной гулянки. Моя самая заветная мечта – день, когда он покинет наконец-то стены академии, в которой я был ректором. И до ее исполнения осталось всего десять месяцев, ведь Говард с горем пополам все же перешел на последний курс факультета боевой магии.
– Неужели тебе не интересно, как выглядит твоя будущая невестка?
– Что мне на нее смотреть? Ее внешние данные должны беспокоить исключительно моего брата, а не меня. У меня таких целая академия, – вот только я отчислял их без сожаления за провинности, а от одной мысли, что такое «счастье» войдет в нашу семью, по спине пробегала дрожь. Хотя, чему удивляться? Они с Говардом нашли друг друга.
– Эмилия – милая девушка. Она просто еще очень молода, ей же всего двадцать лет. Вот увидишь, со временем у тебя поменяется о ней мнение, – воспротивилась мама. У леди Изабель было такое доброе сердце, что она еще не раз всплакнет из-за выходок очаровательной невестки, о которой земля полнилась слухами. – Стерны – многоуважаемые люди.
– Вот это мне и не понятно, как они могли допустить, чтобы их дочь выросла столь безответственной особой.
– Не говори так! Ты ведь совсем ее не знаешь, – заступалась мама за будущую невестку.
– Неужели она не попыталась испытать на Говарде какое-нибудь свое новое изобретение, как сделала это минимум с пятью своими несостоявшимися женихами?
– Ничего подобного не было, Винсент. По крайней мере, он мне об этом не рассказывал. И не стоит верить сплетням. Ты же знаешь, что о всех любят посудачить.
– Вот только о Марлене я ничего плохого не слышал, – возразил ей.
– Тебе с ней повезло, – заулыбалась мама.
Что правда, то правда. Марлена была именно той девушкой, которую я столько ждал: доброй, тихой, отзывчивой, красивой, умной. Около года назад она пришла преподавать гербологию в академию и практически сразу покорила мое сердце. Я не смог устоять перед её обаянием, и вот уже три месяца, как мы помолвлены, а через пять она сделает меня счастливейшим из мужчин, вступив со мной в брак.
Мои размышления прервал Говард, который ворвался в комнату без стука.
– Как я выгляжу? – он, как всегда, просиял очаровательной улыбкой, демонстрируя все свои тридцать два зуба.
– Великолепно, – ответила ему мама, я же счел нужным промолчать.
– Винсент, ты еще не готов? Мы же опоздаем. Отец и то уже собрался, – возмутился брат.
– Сынок, пожалуйста, – с мольбой в глазах посмотрела на меня мама.
– Только ради тебя, – в очередной раз сдался этой женщине.
Если бы я знал, чем закончится эта помолвка, ни за что бы в жизни не поддался на уговоры своей матери. Ведь этот день перевернул всю так удачно распланированную жизнь с ног на голову. Точнее будет сказать, одна несносная девица, по имени Эмилия, стала причиной всех моих последующих проблем.
Глава 1
Конец августа выдался на удивление жарким, и работать в моей алхимической лаборатории сегодня было трудновато. Пот то и дело крупными каплями собирался на лбу, нервируя меня еще больше. Вот уже несколько месяцев я пыталась закончить свое новое изобретение – эликсир верности. Придуманное название, правда, противоречило его назначению, но ничего, главное, чтобы все получилось.
Густая жидкость ярко-зеленого цвета булькала в котелке. Я добавила к ней недостающего на мой взгляд компонента – пять лепестков мединиллы, которую с таким трудом достала, заплатив за нее приличную сумму денег. Изменений не было до тех пор, пока я не стала читать заклинание, способное наделить эту смесь магическими свойствами. Мне осталось произнести всего два слова, когда содержимое котелка резко изменило цвет. Это послужило своего рода сигналом, что пора срочно делать ноги. Я еле успела спрятаться под столом и сплести охранный щит, как раздался мощный взрыв. Когда плотное облако развеялось, я вылезла из своего укрытия и принялась оценивать ущерб, нанесенный в очередной раз. Стены, пол лаборатории окрасились в красный цвет, словно здесь была битва не на жизнь, а на смерть. Я подняла голову вверх и обнаружила, что котелок зацепился за магический светильник на потолке и покачивался прямо надо мной, готовый свалиться в любой момент. Говорят, мысли материальны. Едва я ступила шаг, как он все-таки спланировал вниз, окатывая медово-каштановые волосы, кремовое платье остатками варева, а затем приземлился у моих ног, словно извинялся за содеянное. Густая масса стекала по щекам, вырисовывая на них кровавые дорожки.
Я злилась. Мне казалось, что именно сегодня должна была закончить работу над своим изобретением, и после удавшегося эксперимента моя жизнь однозначно переменится. Всегда представляла себя великим алхимиком, который непременно войдет в историю империи.
Я направилась в сторону выхода, и тут меня пробрала дрожь, а кровь отлила от лица. Двери не было на привычном месте, она лежала рядом, а под ней торчали чьи-то ноги.
– Мама… – произнесла я вслух и бросилась помогать пострадавшему выбраться из-под тяжеловесного груза.
– Ошибочка дочка – папа, – сердито проговорил родитель после того, как освободился от двери, едва не отправившей его во Тьму.
Это не было похоже на отца. Всегда столь сдержанный и уравновешенный лорд Стерн явно пребывал сейчас не в лучшем настроении. Его левый глаз подергивался, на лбу красовалась большая шишка, а сам он покраснел от злости. Мне хотелось возразить ему, но я понимала, сейчас лучше промолчать, что бы отец ни сказал. Хомячков не боялась, но все же… Он был крупным мужчиной сорока пяти лет, любящим и заботливым отцом, а также известным артефактором. Наверное, в силу его профессии, лорд Стерн очень редко выходил из себя.
– Вот тебе обязательно сегодня нужно было спускаться в свое подземелье и превращаться в нежить? Только посмотри на кого ты похожа! Или ты решила отшить очередного жениха, как и остальных? – его терпение все же лопнуло.
– Нет. Конечно же, нет, – заверила отца.
– С минуты на минуту должны приехать Эвансы. Немедленно марш к себе в комнату и приведи себя в порядок! И только попробуй меня сегодня опозорить! – прогремел звучный голос лорда Стерна. Я виновато опустила глаза и собиралась уже подняться по каменным ступеням, ведущим из моей лаборатории, как на шум прибежали мама и несколько слуг.
– Эмилия, что с тобой? – бросилась она ко мне, сперва подумав, что я в крови, но после ее обеспокоенный взгляд сменился укором, а затем она покачала головой. – Ох, Эмилия, и когда ты повзрослеешь?
– Я буду разговаривать с Эвансами о том, чтобы как можно быстрее состоялась свадьба после сегодняшней помолвки, – пригрозил отец. – Томаш, я же приказал тебе присматривать за ней, – теперь он взялся за слугу.
– Простите, лорд Стерн, не уследил. Вы же знаете, что леди Эмилия может вскрыть практически любой замок.
– Научил на свою голову, – прошептал отец.
Мама в это время подошла к нему, чтобы осмотреть последствия встречи так не вовремя появившегося лорда Стерна с дверью. Я почувствовала вину за то, что отцу придется предстать перед Эвансами в столь неприглядном виде.
– Живо к себе! – приказал он.
Я решила, что стоит побыстрее скрыться с его глаз подальше и бросилась к себе в комнату с такой скоростью, что только пятки сверкали. День однозначно не задался. Эксперимент в очередной раз провалился. Снова ошиблась с составом. Хотя, что я только уже не перепробовала. Значит, без запрещенной миддлемисты красной все же не обойтись. В своем городе мне ее точно не достать, только если в столице, а стоит заикнуться родителям, что мне необходимо отправиться туда за растением с весьма странным названием, как можно на неопределенное время забыть о любых экспериментах.
Отец спросил, почему именно сегодня? Надеялась, что именно этот день станет для меня запоминающимся не только благодаря помолвке с Говардом, но и достижению успехов в алхимии. Мое изобретение непременно сделало бы меня мало того что знаменитой, так еще и богатой. Я не сомневалась в том, что клиентов у меня было бы хоть отбавляй. Какой женщине не хотелось проверить своего мужа на верность? Как говорится, доверяй, но проверяй. Насчет того, что я в очередной раз хотела спровадить жениха, лорд Стерн был неправ. Говард мне очень нравился, и меня больше не пугал факт замужества. Он не смотрел на меня, как на полоумную, когда я с азартом рассказывала ему о своем увлечении, в отличии от предыдущих претендентов на мою руку и сердце. Вспомнив о высоком шатене с невероятно голубыми глазами, невольно заулыбалась. Я была на седьмом небе от счастья, что он обратил внимание именно на меня. Одна только его очаровательная улыбка заставляла взволнованно биться мое сердце. Я не сомневалась в том, что многие девушки были от него без ума и пытались добиться его расположения, но он решил связать свою жизнь со мной, и эта мысль грела мою душу.
Надеялась, провалившийся эксперимент не был изначальным сигналом к тому, что все сегодня пойдет не так. Вот только я не ошиблась в своих предчувствиях.
Я неслась по коридору сломя голову и распугивала слуг, которые вжимались в стены, уступая мне дорогу. Даже моя служанка Мирабель, женщина средних лет, привыкшая уже за долгие годы к моим выходкам, закричала в ужасе, как только я открыла дверь своей комнаты. Она стала что-то причитать, посыпая меня дурно пахнущим порошочком. Возможно, я напоминала ей вампира, устроившего пиршество средь бела дня. Решив сыграть свой образ до конца, провела пальцем по щеке, который сразу же слегка измазался в моем вареве, и сунула его в рот, а затем, прикрыв глаза, якобы от наслаждения, принялась гулко причмокивать. Когда я посмотрела на служанку, то заметила, что та тряслась от страха и заметно побледнела, а ее глаза едва не вылазили из орбит. Меня охватило чувство вины, и я захотела все исправить.
– Мирабель, ну что ты, это же я – твоя Эми, – ласково проговорила и улыбнулась ей от всей души, а затем медленно стала приближаться к ней, желая приобнять женщину и успокоить. Вот только мои действия произвели совершенно обратный эффект. Служанка с жутким воплем ломанулась в двери. Правда попала в проем лишь со второго раза, ударившись до этого лбом о дверной косяк. И чего я добилась своим дурацким поступком? Мало того, что довела служанку, так теперь еще и самой придется собираться. Непременно потом попрошу у нее прощения.
Едва я привела себя в порядок и спустилась в гостиную под одобрительные взгляды родителей, как несколькими минутами позже появились Эвансы в составе четырех человек. Стоило им войти, и мои темно-карие глаза встретились с голубыми, не дававшими мне в последнее время покоя. Говард, как всегда, был великолепен и излучал чарующий магнетизм. Черный костюм придавал ему серьезный вид, невзирая на притягательную улыбку, и делал его чуточку взрослее. Вот только насладиться долгожданным моментом встречи мне не позволил прожигающий взгляд золотисто-карих глаз, который пугал и отталкивал своей холодностью. На меня, не скрывая своего интереса, смотрел высокий элегантный мужчина, которому было чуть более тридцати, имевший прямой нос, четко очерченные губы и скулы, а также короткие иссиня-черные волосы. Он был очень красив и несомненно знал об этом. Серый костюм, белая рубашка, в манжетах которой красовались золотые запонки с выгравированными инициалами, придавали ему деловой вид. Он мог бы мне понравиться, если бы ни его высокомерие, заставлявшее меня всегда сильно нервничать. Он был лидером по своей натуре, привыкший командовать и ни в чем не уступать. Этот мужчина вызвал во мне бурю негативных эмоций. Лишь бы что-нибудь только не вытворила, уж я-то себя знаю…
– Эмилия, это мой брат Винсент. Помнишь, я тебе о нем рассказывал, – представил мне его Говард. – Он ректор академии, в которой я учусь, – мои тонкие брови от удивления непроизвольно взлетели вверх. Помнится, несостоявшийся пока жених упоминал о том, что его старший брат возглавляет академию, но я не могла и предположить, что он окажется настолько молод. Однако больше всего меня заставила изумиться их абсолютная несхожесть, несмотря на то, что они были кровными братьями.
– Приятно познакомиться, Винсент. Как уже озвучил Говард, меня зовут Эмилия, но для близких, можно просто Эми, – я солгала о том, что мне было приятно с ним познакомиться, но у меня не оставалось выбора, кроме как изобразить радушие. Вот только легкая, чуть насмешливая улыбка, появившаяся на его губах после моих слов, дала понять, что он раскусил ложь.
– Эмилия, не представляете насколько мне приятно с Вами познакомиться, весьма о Вас наслышан, – он сразу же возвел между нами незримую преграду, обратившись ко мне полным именем и в придачу на «вы», но его двусмысленный намек о ходивших обо мне слухах стал началом конца дружелюбных отношений.
– Винсент, скажите, а как Вас называют близкие люди? – «Если они у Вас, конечно, есть», – добавила про себя, а затем не дала ему возможности сказать и предложила свои варианты. – Возможно, Веня, Вини, Винс? – Говард разразился громким смехом, в то время как ректор не подал и виду, что его задели мои слова.
– Для Вас только Винсент, – холодно бросил он. Его голос был низким и спокойным, но тревожащим какие-то незнакомые струны в моей душе.
– Как скажете…Веня, – изобразила невинную улыбку, он же никак не отреагировал на мою фразу и направился общаться с моими родителями, чью компанию счел более приемлемой.
– Эмилия, ну ты даешь. Я еще не слышал, чтобы его кто-то так поддел, – сквозь смех сказал Говард.
Немногим позже состоялась церемония помолвки, которую омрачало присутствие ректора академии, а затем и праздничный обед. Как назло, эту холодную тушу усадили прямо напротив меня. Он периодически сверлил меня взглядом, еще немного и у меня в черепе непременно появится зияющая дыра.
– Винсент, а Вы разве не вегетарианец? – поинтересовалась у него, когда он насадил на вилку кусочек бифштекса, так искусно приготовленного нашим поваром.
– Почему Вы пришли к такому мнению? – ректор едва не поперхнулся моим высказыванием.
– Полагаю, если бы у бифштекса были ноги, то под Вашим прожигающим взглядом он непременно бы ими воспользовался, – я старалась не улыбаться. – Да и не только бифштекс…
– Позвольте пояснить свои домыслы, – сейчас однозначно не возникало сомнений, что передо мной сидит ректор.
– Я подумала, что Вы – некромант, – ответила ему, не сдержав улыбки.
– Весьма интересное предположение, чем же оно вызвано?
– Наверное, сия способность весьма помогает Вам влиять на нерадивых адептов, и фраза «убить взглядом» приобретает уже совсем другое значение, более ощутимое, – мои слова вызвали недовольство лорда Стерна, который насупил брови, но еще больше развеселили Говарда, который сидел справа от меня.
– Польщен, что Вы считаете меня столь способным, но неужели Вы думаете, что у меня нет более действенных методов? Или Вы хотите сами в них убедиться? – его последний вопрос мне совсем не понравился.
– Эмилия, когда же ты в конце концов поумнеешь и перестанешь ляпать своим языком где не попадя? – терпение отца было на грани. Ой, мама, запахло жареным! – Лорд Эванс, не могли бы Вы поспособствовать перевоспитанию моей дочери? Я думаю, учеба в Высшей академии магии ей пойдет на пользу. Да и уму разуму поднаберется, – обратился он к ректору, у которого даже вилка застыла на полпути ко рту.
– Что? Нет! – возмутилась я, но меня никто не слушал.
– Действительно, они бы поближе познакомились, узнали бы получше друг друга до свадьбы, – подхватила идею леди Изабель, относившаяся ко мне со всей душой. Она пыталась разрядить обстановку, которая могла вылиться в семейную драму. Лицо ректора на миг перекосило от осознания того, чему могли поспособствовать его слова.
– Я только за! – высказался мой жених. Я же сидела и пыхтела, надувая щеки, словно хомяк, но при этом угрожающе покручивала вилкой в руках, выбирая жертву.
– Набор уже закончился, – в этот момент я была благодарна ректору, что он также, как и я, не желал этого и пытался отбиться от нападающих.
– Винсент, ты же ректор академии. Неужели у тебя не найдется место для своей будущей невестки? – давила на него мать.
– Я оплачу ее обучение за целый год хоть сейчас, – глаза отца светились то ли от радости сбыть свою дочку подальше, то ли от выпитого вина. Мама же упорно молчала, не желая перечить своему мужу.
– Ну что Вы, лорд Стерн, это будет моим свадебным подарком для Эмилии, – внезапно зловеще заулыбался ректор.
– У меня к Вам просьба, лорд Эванс, только будьте с ней построже, – отец демонстративно сжал левую руку в кулак и слегка потряс им в воздухе, давая напутствия моему будущему ректору.
– Даю слово, лорд Стерн, она ощутит на себе все прелести адептовской жизни, – это обещание было дано, скорее всего, в большей степени мне, а не моему родителю.
– Папа! – возмутилась я.
– Вот теперь, доченька, тебе следовало бы сказать «мама», – отец был доволен поворотом событий и сиял, как путеводная звезда в ночи.
Я сидела и пыталась осознать, что произошло несколько минут назад. Перед глазами стояла лаборатория, с которой мне следовало бы распрощаться, как и с тихой, размеренной жизнью. Ну уж нет! С этим я однозначно не готова расстаться! Ректор еще пожалеет о своих словах. С моими способностями мне и трех дней хватит, чтобы он отчислил меня после того, как достану миддлемисту красную. Надеюсь, мы придем к взаимовыгодному соглашению, а если нет, то готовьте, Веня, успокоительные капельки.
Глава 2
– Эми, открой дверь, – услышала заботливый голос матери. Мне пришлось сидеть и молчать все оставшееся время, пока Эвансы гостили у нас, а после их отъезда заперлась в своей комнате, выражая тем самым протест.
– Нет, – пробурчала я.
– Нам следует поговорить, – настаивала она, и я не могла не впустить самого дорогого человека в моей жизни, несмотря на обиду.
Бросила отпирающее заклинание на дверь, не вставая с кровати, и позволила ей войти. Леди Авалайн была доброй и отзывчивой женщиной средних лет, невысокого роста, немного полноватой, но это, как неудивительно, лишь красило ее. Она любила посмеяться и подшутить надо мной. Я всегда делилась с ней своими секретами и немедленно рассказала ей о своих чувствах к Говарду, как только поняла, что он мне небезразличен. Подругами я так и не успела обзавестись к двадцати годам, ведь многие считали меня странной, поэтому мама стала моей самой лучшей подругой.
– Не злись на нас с отцом, – она присела рядом со мной на край кровати.
– Значит, ты тоже считаешь, что он поступил правильно? – посмотрела на нее глазами полными слез.
– Да, Эмилия. Тебе следует уже повзрослеть и перестать сломя голову носиться за своей мечтой.
– Ты тоже перестала меня понимать, – вырвалось у меня.
– Неужели ты недовольна тем, что будешь проводить больше времени с Говардом? Насколько я знаю, он тебе нравится, или что-то изменилось? – обеспокоенно спросила она.
– Нет. Просто никто даже не поинтересовался моим мнением. А ты братца его видела? Да от одного только его взгляда хочется бежать на другой край империи, а теперь он станет еще и моим ректором, – я схватилась за голову. Мне следовало разобраться со своими делами в столице и делать оттуда ноги.
– Эми, я не думаю, что после окончания Говардом академии кто-то будет настаивать на твоем дальнейшем обучении, – заговорщицки подмигнула мама.
– Девять месяцев, – тихо проговорила я вслух. Как же ты ошибаешься! Надеюсь, максимум через неделю после начала учебы я уже вернусь в родительский дом, чтобы продолжить свои эксперименты. – Наверное, вы правы, – выдавила из себя улыбку, – мне стоит поехать в академию.
– Я не сомневалась, что ты поймешь нас. Мы ведь с отцом желаем тебе только счастья. У меня есть для тебя хорошая новость, – заулыбалась леди Авалайн. На ее щеках всегда появлялись ямочки, когда она так делала.
– Какая? – насторожилась я.
– Твой отец переговорил с лордом Эвансом старшим, и они решили, что ваша с Говардом свадьба состоится уже в феврале, в один день с его братом, – я едва не выпала в осадок от такой новости. Неужели они еще не поняли, что это будет просто катастрофа? Да я же ему торт на голову надену, если он и дальше продолжит себя так вести!
– Не думаю, что это хорошая идея, – только и ответила я.
– Ты недовольна, что свадьба так скоро? – изумилась мама.
– Я недовольна всем, что связано с Винсентом, а ведь это будет и его свадьба. О маги, и кто только мог позариться на такого типа? – наигранным голосом проговорила я.
– Чем он так тебе не понравился? Тебе не кажется, что это выглядит немного странно с твоей стороны? Да и, Эмилия, когда девушка выходит замуж за любимого мужчину, то она в придачу получает чемодан в лице его родственников, который и бросить невозможно, и тащить тяжело. А тебе еще грех жаловаться, Эвансы полюбили тебя и готовы принять в свою семью с распростёртыми объятиями. После того, как Говард устроится на работу, у вас будет свой дом, и не думаю, что ты будешь часто встречаться с его братом, – приводила моя мама весомые доводы.
– Ты, как всегда, права, – согласилась с ней. Но, невзирая на открытость в общении, я так и не стала ей рассказывать о тех эмоциях, который вызвал во мне старший брат моего жениха. Мне казалось, что она все равно меня не поймет.
Времени до начала учебного года оставалось не так уж и много. Несмотря на то, что я не собиралась надолго задерживаться в Высшей академии магии, мне пришлось заняться сборами хотя бы для вида. Первым делом я уложила в сумку свои записи, а также кое-какие смеси и травы на тот случай, если что-то пойдет не по плану. Затем уже занялась и остальными вещами. Я и не думала брать с собой много одежды, но мне пришлось отдаться во власть своей матери, решившей помочь, чтобы не выдать секрет, появившийся у меня от нее впервые за долгие годы. Отец же не поскупился и потратил приличную сумму денег, чтобы обновить мой гардероб.
За два дня до учебы из Высшей академии магии пришло сообщение, в котором говорилось, что меня зачислили на факультет… некромантии, вызвав неимоверное удивление, очень скоро сменившееся злостью. На отчаянные крики сбежались практически все обитатели этого дома и смотрели на меня, как на сумасшедшую, не понимая, чем был вызван столь бурный фонтан эмоций. Никогда бы не могла подумать, что ректор, догадываясь о моих увлечениях, отомстит мне подобным образом. Я сомневалась в том, что он впишет мое имя на факультет алхимии, но до последнего надеялась, что наше скорое родство хоть как-то повлияет на его выбор, и им станет, на худой конец, факультет целительства, но некромантии – это был уже явный перебор! Да какой из меня повелитель нежити, если я и сама на нее похожа по утрам, провозившись до рассвета со своими экспериментами?
Мои мольбы, обращенные к магам, не были услышаны, и злополучный день все же наступил. Невзирая на все мои недовольства и протесты, я стояла в сопровождении родителей, как под конвоем, возле огромных кованных ворот, за которыми находилась моя тюрьма. А может все-таки камера временного содержания?