- -
- 100%
- +
Пролог
На улице стояла поздняя московская осень. Небо над городом затянула набухшая водой серая толща туч. Третий день подряд лил дождь, порой переходивший в мокрый снег. Он летел крупными белыми хлопьями, словно тополиный пух летом, и таял, едва касался земли. Еще неделя – и жители столицы начнут месить его ногами, а дворники сетовать на так рано пришедшую холодную пору.
Близился вечер. Люди спешили домой, хотели поскорее скрыться в своих жилищах от пронизывающего ветра и рыхлого снега, от которого быстро намокала одежда.
Касса палеонтологического музея уже закрылась, а охранник, стоявший у входа в зал, каждые две-три минуты поглядывал на часы, мечтая, чтобы последние посетители поскорее разошлись и огромное здание погрузилось в гробовую тишину. Его волновали собственные мысли и совершенно не заботил высокий мужчина, присоединившийся к небольшой экскурсионной группе школьников средних классов.
На первый взгляд в нем не было ничего примечательного – обычный молодой мужчина тридцати – тридцати пяти лет. Несколько серебряных прядок сверкали в густой темной шевелюре. Но если бы охранник тщательно присмотрелся к нему, то заметил бы кое-какие странности. Несмотря на холод, кашемировое пальто посетителя было расстегнуто, и каждый желающий мог заметить дорогой, отлично сшитый черный костюм. Мужчина то и дело пытался ослабить узел галстука, который явно не привык носить. Его начищенные до блеска кожаные туфли не соответствовали погоде. Но кому до этого было дело в столь поздний час?
Не замечала его и невысокая темноволосая работница музея, поглощенная рассказом о представленных в этом зале скелетах динозавров. Простенький серый костюм, туфли-лодочки на плоском ходу, большие очки на пол-лица и никакой косметики. Ее не заботила собственная внешность, она витала в облаках, жила в своем вымышленном мире. Дети, пережив сильный эмоциональный всплеск при виде некогда царивших на земле гигантов, слушали девушку, раскрыв рты.
– …Столь известное ныне слово «динозавр» впервые было произнесено известным английским ученым Робертом Оуэном в тысяча восемьсот шестьдесят первом году. Но тогда к ним приравнивались и слоны, и бегемоты…
Ее мелодичный голос, наполненный восторгом, разливался по просторному помещению. Она настолько была захвачена собственным рассказом, что даже на расстоянии двух метров мужчина видел огоньки в серых глазах молодой сотрудницы.
– А он настоящий? – изумленно воскликнул мальчик, указав на диплодока.
– Нет. К сожалению, это слепок, подаренный императору Николаю II американским меценатом. Оригинал динозавра хранится в Питсбурге.
– А драконы у вас есть? – не унимался любознательный школьник.
– Драконы? – ее губы растянулись в широкой мечтательной улыбке, и огонь в глазах на мгновение вспыхнул еще сильнее. – Разве они не вымысел?
– Нет! – уверенно заявил школьник, слегка поджав от обиды губы.
– Мифы и легенды о драконах существуют у большинства народов мира. Ученые отрицают их существование, утверждают, что древние люди натыкались на окаменелости динозавров, в частности, птеродактилей, но с каждым годом находится все больше подтверждений тому, что драконы жили на Земле. На Руси тоже поклонялись неким змеям с четырьмя короткими ногами и черными телами, подобным ящерам. Однако, согласно сказаниям, в шестнадцатом веке они были истреблены русскими богатырями…
Прозвучал звуковой сигнал, и посетители направились к выходу из музея. Охранник облегченно выдохнул – наконец-то он сможет спокойно попить кофе и дождаться в тишине окончания смены.
Девушка постояла еще пару минут с мечтательным видом посреди зала и, спохватившись, отправилась в служебное помещение собираться домой. Опять она последней покинет музей, а в коммуналке ей в очередной раз влетит за остывший ужин от ворчливой сестры. Даже родная кровиночка не разделяла ее интересы.
Услышав странные шорохи, сотрудница музея повернулась лицом к двери, вскрикнула от испуга и выронила записную книжку в кожаном переплете, на котором были изображены дракон и заглавная буква ее имени – подарок коллег к прошлому дню рождения. Всего в метре от девушки стоял незнакомец, примкнувший к последней экскурсионной группе.
– Простите, не хотел вас напугать, – в его голосе прозвучало неподдельное сожаление. – Мне нужна ваша помощь.
– Вам нельзя здесь находиться. Я позову охрану, – она сделала несколько шагов к двери, но мужчина преградил ей путь.
– Что, если драконы на самом деле существуют и я покажу вам одного? – торопливо вымолвил мужчина, не желая, чтобы поднялась шумиха.
– Вы шутите надо мной! – она вертела головой по сторонам, пытаясь отыскать скрытую камеру, абсолютно уверенная, что стала жертвой розыгрыша коллег.
– Держите, – в доказательство своих слов он предъявил черную непрозрачную пластину, напоминавшую чешую.
Мужчина понимал, что ни один человек в здравом уме не поверит ему на слово. Девушка аккуратно взяла странный предмет и взвесила его на ладони – легкий, почти невесомый. Ей показалось, что он сделан из пластика. Попыталась надломить его или согнуть – не вышло. Проведя пальцем по краю чешуи, отливавшей в свете ламп изумрудно-зеленым цветом… порезалась. Она была острой.
– Это невозможно… – брюнетка, не веря, покачивала головой, не сводя взгляд со странного предмета. Мужчина протянул руку, собираясь забрать его, но девушка сделала шаг назад, не намереваясь расставаться с чешуйкой.
– Несколько минут назад вы доказывали обратное, – с ехидной усмешкой напомнил он. – Вы слышали что-нибудь о Призраках ночи?
– Нет.
Мужчина смог прочесть ответ лишь по губам, настолько тихо она произнесла его, и не скрыл разочарования, испустив горестный выдох:
– Эх… Это усложняет задачу. Призрак ночи считается в нашем мире уже много лет как вымершим видом драконов, – начал он рассказ после затянувшейся паузы. Девушка в это время силилась не моргать, боясь, что стоит закрыть глаза, и все окажется лишь плодом ее воображения. Она смотрела на него, как полчаса назад дети, увлеченные ее рассказом о динозаврах. – Согласно легендам, они обладают невероятной скоростью, интеллектом и невиданным слухом. Вот таким счастьем наградил меня двоюродный брат после своей смерти, – незнакомец не рассказал и половины правды об этих загадочных существах. – Где он раздобыл его – без понятия. Вполне возможно, что погиб Гордон именно из-за него. Теперь и моя жизнь в опасности, но есть причина, из-за которой я не могу ближайшие четыре месяца отказаться от него и передать кому-нибудь другому… Мне нужна ваша помощь.
– Моя? – ей показалось, что она ослышалась. Сказка, о которой грезила столько лет, начинала оживать.
– Да. Хранитель указал на вас. Может, и к лучшему, что его избранником станет человек, не связанный с нашим миром, ибо слухи о Призраке ночи мгновенно разлетятся по всей империи, а у меня сейчас проблем и так в достатке. Так вы согласны?
– С чем? – недоумевала девушка.
– Помочь с драконом, – в его голосе промелькнуло легкое раздражение.
– Но я ничего о них не знаю, кроме сказок и легенд.
– Вот вам и представится возможность изучить их. Разве не об этом вы мечтали?
– Да, – выпалила она на одном дыхании. Ее колебание было сломлено. Лицо мужчины мгновенно посветлело.
– Когда готовы отправиться?
– Когда надо? – от волнения ее дыхание сбилось. Она поправила большие очки, съехавшие на середину носа, и челку, которую давно следовало бы подстричь.
– Чем раньше, тем лучше… Сейчас?
Девушка порывалась согласиться, но, вспомнив о Виктории, которая дожидалась ее в их маленькой комнатушке на другом конце города, тут же схватилась за телефон, лежавший на столе. Она позвонила сестре четыре раза, но никто так и не поднял трубку. Наверняка как всегда слушает музыку в наушниках, бросив мобильник где ни попадя. Работница музея собиралась написать уже сообщение, когда незнакомец прервал ее словами:
– Как насчет завтра? – предложил мужчина, заметив метания девушки. Он подумал, что один день уже ничего не изменит.
– Замечательно, – вымолвила работница музея с явным облегчением и виновато улыбнулась, словно не она ему должна была оказать услугу, а наоборот. – Заодно предупрежу начальство о своем отсутствии. Как долго я пробуду у вас в гостях? – уже более окрепшим голосом проговорила девушка, не решившись задать вопрос иначе.
– Следующий портал, если не считать завтрашнего дня, откроется через два месяца. Думаю, вам хватит этого времени, – иномирянин отвел глаза в сторону, но брюнетка этого не заметила.
– Два месяца, – восхищенно пробормотала она. Мечты снова завладели ее сознанием.
– Вот и ладненько. Только сами понимаете – никому ничего нельзя рассказывать. Подробнее обо всем узнаете на месте.
Работница музея интенсивно закивала, глядя на чужеземца, как верный пес на своего хозяина. Мужчина подумал, что перед ним чудачка, и представился бы ему выбор, обязательно взял бы кого-нибудь другого. Но его не было. Последние две недели после смерти Гордона он только и занимался поисками нужного человека. И не поверил своему счастью, когда хранитель смиловался над ним и дал подсказку, где искать. Мужчина пришел в замешательство, когда узнал, что именно миниатюрная сероглазая брюнетка должна стать его спасением. Однако провидцу виднее.
– С собой можете ничего не брать. Я обеспечу вас всем необходимым. Вот! Возьмите, – иномирянин достал из кармана брюк золотой браслет с синими камнями и протянул девушке. – Наденьте его завтра около одиннадцати дня, и я приду за вами.
Дрожащими пальцами, до сих пор не веря в происходящее, она взяла его и уставилась на камни, игравшие на свету всеми цветами радуги. Когда работница музея подняла голову, то никого в кабинете не обнаружила. Весь этот разговор можно было списать на галлюцинации, но холод драгоценности служил подтверждением реальности.
Придя в себя, девушка спешно накинула старенькое пальто и, взяв увесистую сумку, окрыленная небывалым счастьем, поспешила домой поделиться своей радостью с близняшкой.
Кто из них мог знать на тот момент, что судьба поведет себя, как капризная женщина и… передумает, решит перетасовать им все карты, изменит ход событий? А может, у нее на то имелась серьезная причина?
Глава 1
Куриное филе с овощами по-мексикански было уже полчаса как готово и дожидалось нас в мультиварке. Вернее, возвращения с работы моей сестры Елены, готовой сидеть там днями и ночами.
Я корпела над эскизом татуировки, которую планировала нанести через два дня требовательному клиенту, когда раздался щелчок замка и в дверном проеме появилась долгожданная сестрица. На ее губах играла загадочная улыбка, а глаза горели лихорадочным огнем. Не к добру!
– Я тебе звонила, – обиженно проворчала Лена, сняв пальто и вязаную шапку – подарок соседки бабы Нюры. Женщина продолжала помогать нам даже после смерти родной бабушки, единственной, кто взялся растить нас, когда родители развелись и бросились устраивать свои личные жизни.
– Чтобы сказать, что снова опаздываешь или уезжаешь на полевые работы, как сделала это в прошлом году? – я нажала кнопку подогрева на мультиварке, и скоро из специального клапана тонкой белой змейкой потянулся пар.
– Почти, – виновато ответила она и села на стул, даже не удосужившись переодеться. На нее это было не похоже.
– Давай, рассказывай.
– Меня попросили помочь с дра… диплодоками, – то, как она запнулась, а потом сильно покраснела под моим пристальным взглядом, заставило меня забеспокоиться.
– Хорошо хоть заплатят?
– Не знаю, – она пожала плечами.
– Как это «не знаю»?! Лена, ты как маленький ребенок, – я всплеснула руками, возвела взгляд к потолку и шумно вздохнула. Мультиварка, будто поддакнув мне, издала звуковой сигнал и отключилась.
– У меня свои интересы в этом деле есть! – недовольно воскликнула Лена, решив показать зубы.
– Интересы интересами, а кушать ты на какой шиш планируешь? Вот выйду я замуж, – «Ни за какие коврижки», – спешно проговорила про себя, – на что жить-то будешь?
– Ты не понимаешь, – она слегка выпятила нижнюю губу, а в серых глазах застыли слезы. – Мне выпал шанс один на миллион. Нет! На миллиард! Это будет научное открытие! Я стану великим ученым, – сестра подперла ладонью подбородок и мечтательно посмотрела в пространство.
– Лучше бы ты поваром стала. Мне было бы спокойнее. Я бы хоть знала, что ты не ходишь голодной. Небось опять целый день обед в сумке проносила? – Лена виновата потупила взгляд. Как всегда, ничего нового. – Еще лучше – пошла бы работать в нефтяную компанию геологом, нашла бы там богатого инженера, вышла замуж и жила припеваючи. А от твоей работы никакого толку нет. Зарплата – копейки, хоть бы раз кость какую на суп притащила, – я решила поддеть Лену.
– Что?! Ты в своем уме? – ее глаза по размерам сразу напомнили блюдца из кофейного набора. – Во-первых, они окаменелые, ведь под влиянием химических процессов костный осадок превращается с годами в камень, а во-вторых, это кощунство!
– Уймись. Я пошутила.
– Ну и шутки у тебя, – фыркнула Лена, отправившись мыть руки.
Пока она отсутствовала, я наложила две тарелки филе с овощами и включила электрический чайник.
– Когда уезжаешь? – спросила у сестры, едва она уселась на прежнее место. Костюм Лена все же сбросила и надела привычные спортивные штаны и длинную майку.
– Завтра.
– Завтра?! – я не смогла скрыть удивления. – Как же работа? Ты ведь не от музея едешь?
– Нет. Но с Тимофеем Андреевичем я уже все решила. Полевые работы закончились, есть кому на это время заменить меня с экскурсиями.
В комнате повисла тишина, нарушаемая изредка доносящимися разговорами соседей по коммуналке.
– И как надолго? – аппетит пропал, и я гоняла по тарелке кусочки мяса.
– Два месяца.
– Ты хоть звонить будешь?
– Я не знаю, как там со связью, – Лена потупила взгляд и залилась краской.
Что-то она не договаривала. Хорошо, если дело в мужчине и она из-за него так реагирует на мои вопросы. А если нет? В чем тогда?
Пока сестра уплетала за обе щеки ужин, я не сводила с нее глаз. Мне нравилось то, что я видела – симпатичную, можно даже сказать красивую девушку с чуть вздернутым носиком, не тонкими, но и не пухлыми губами, плавными изгибами бровей, хорошо очерченными скулами, невероятно темно-серыми глазами, обрамленными длинными ресницами, длинными черными слегка вьющимися волосами. Невероятное сходство в мелочах! Когда я смотрела на нее, то словно гляделась в зеркало. Красота, со слов бабушки, досталась нам от матери, но ни я, ни Лена не помнили ее. Внешность сестры портили большие очки, которые я не раз порывалась выбросить в мусорное ведро, а мою – немного излишний вес. Но причиной тому была моя любовь к сладкому, и в первую очередь – к шоколаду.
– И во сколько уезжаешь? – вывела ее в очередной раз из раздумий.
– Где-то в одиннадцать.
– Тогда я не поеду к Артуру на день рождения, – я тяжело вздохнула, не сумев скрыть разочарования.
– Нет-нет! Поезжай! – торопливо проговорила Лена и накрыла мою руку своей. Заметив мой изумленный взгляд, она спешно ее убрала. – Ты просто обязана встретиться со своим школьным другом. Только и переговариваетесь по скайпу. А в живую сколько уже не виделись? Лет пять?
– Девять, – поправила сестру, продолжая наблюдать за столь разительными в ней переменами.
– Да уж, время летит неумолимо, – протянула Лена, поддев на вилку кусочек мяса. – Даже не вздумай из-за меня пропускать такое событие. Кто знает, когда вы встретитесь в следующий раз. Он снова укатит в Германию и, может, больше уже никогда больше не появится. Так что не переживай обо мне, поезжай и хорошенько отдохни.
– Не обидишься? – прищурившись, посмотрела на сестру, которая, казалось, пыталась выпроводить меня из дома.
– Ни капельки, – после этих слов она вновь погрузилась в свои размышления, и я решила не докучать ей. Пока…
Весь вечер Лена, вместо того, чтобы собираться, просидела с глупой улыбкой на лице. Мне не нравилось ее состояние – такое поведение перед экспедициями было несвойственно сестре. Интересно, что все-таки с ней происходит?
Несмотря на нашу внешнюю схожесть, характерами мы сильно отличались. Однако, как правило, не лезли друг другу в душу с нравоучениями и высоко ценили личностное пространство и возможность побыть в одиночестве, хотя это не всегда получалось на совместных восьми квадратных метрах. Иных перспектив в ближайшее время нам не светило – ни я, ни Лена замуж не собирались. Принц, наподобие моего отца, однажды проскакал мимо меня, за что была ему безмерно благодарна.
– У тебя все в порядке? – я решила прервать ее нирвану и попытаться узнать, в чем дело.
– А? Да, – ее улыбка стала еще шире. – Мне так хочется с тобой поделиться своей радостью, но боюсь сглазить.
– Ты же не суеверная, – мои брови сошлись на переносице.
– Счастье любит тишину, – ответила Лена бабушкиными словами и снова замолкла.
– Почему не собираешься? – решила подойти к теме с другой стороны.
– С утра успею. Особо и брать с собой ничего не буду. Сказали, всем обеспечат на месте. Жаль, что я не умею рисовать, как ты. Твой талант сейчас бы очень пригодился мне, – задумчиво произнесла Лена, а потом спохватилась: – Ладушки, я мыться и спать, – она взялась за дверную ручку и собиралась выйти из комнаты, но обернулась: – Во сколько выезжаешь?
– В восемь.
– Так рано?
– С учетом скорости и надежности моего тарантаса следовало бы выдвигаться еще раньше, но буду надеяться, что с горем пополам доеду.
– Она у тебя своенравная, как в том анекдоте – машина Бибиси, метр едет, сто неси, – мы обе заливисто рассмеялись, и Лена вышла, оставив меня в комнате одну.
Я нанесла заключительные штрихи на эскиз, неторопливо собрала в рюкзак вещи, которые мне понадобятся на даче, и легла в постель. Когда Лена вернулась, мы перекинулись с ней парой слов, и я закрыла глаза.
Сестра долго ходила из угла в угол, не раз доставала что-то черное из сумки, бросая в мою сторону косые взгляды, словно проверяла, сплю ли я. В какой-то момент, устав тайком наблюдать за ней, плотно сомкнула глаза и погрузилась в крепкий сон.
* * *На улице было еще темно, когда прозвонил будильник. Лена пробормотала что-то невнятное и перевернулась на другой бок. Через пару минут раздалось ее тихонькое сопение. Скорее всего, сестра опять легла далеко за полночь. Она была истинной совой и могла проспать в выходной день до полудня.
Я откинула край одеяла, нехотя выскользнула из теплой кровати и включила настольную лампу, горевшую тусклым светом. Браслет с синими камнями, лежавший на краю стола, тотчас заиграл разноцветными огнями, привлекая мое внимание. Никогда не видела ничего подобного у Лены. Я дотронулась до него, но взять в руки не решилась. Он был холодным, казалось, даже ледяным. Неохотно отвернувшись, чтобы не искушаться, сходила в душ, надела приготовленные с вечера любимые синие джинсы и джемпер, быстро выпила чашку ароматного бодрящего напитка и, на тот случай, если ребята забудут купить кофе, прихватила с собой немного молотых зерен.
– Лена, – позвала тихонько сестру, как только надела серое пальто. Послышалось едва различимое мычанье, затем шорох простыней, и Лена, с трудом разлепив глаза, вопросительно посмотрела на меня. – Удачи тебе. Не забывай звонить, если будет возможность, – она кивнула и снова уютно закуталась в одеяло.
Я потянулась к выключателю настольной лампы и замерла. Браслет манил к себе, казалось, чей-то голос поселился в голове и подталкивал надеть драгоценность. Внутренняя борьба длилась несколько минут. В итоге я не выдержала, взяла ее в руки и в очередной раз позвала сестру, подумав, что такая вещь вряд ли ей понадобится в ближайшие два месяца.
– Ну что еще?! – на этот раз она даже не повернулась.
– Можно я возьму…
– Да бери что тебе надо! Дай поспать! – гневно выпалила Лена и накрылась одеялом с головой. Она всегда была нервной по утрам. Я защелкнула браслет, взяла вещи для пикника и вышла из крохотной комнатушки, намереваясь вернуться сюда завтра после обеда.
* * *Унылый мелкий дождик накрапывал с самого утра. Моя рука не сразу нащупала ключи от ярко-салатового «Форда», напоминавшего и по форме, и по цвету жука. Кончики пальцев уже сильно покалывало от холода, когда я, наконец, совладала с дверным замком, уселась на водительское кресло и завела чихающий двигатель, и то не с первого раза.
Невзирая на ранний час и выходной день, поток машин был плотным. Они сигналили, обгоняли мою старушку, но я сохраняла невозмутимое спокойствие. К десяти мне удалось добраться до дачного поселка.
И началось веселье…
Стоило съехать с основной дороги, как моя малолитражка судорожно затряслась на колдобинах. Чаще всего их было видно, но самые глубокие ямы таились под водой. Я ругалась на чем свет стоит, сердце болезненно сжималось, когда не успевала объехать очередную рытвину, и попадала в нее колесом, или же машина скребла днищем по асфальту. В это время, как назло, в сумке ожил мобильник. Судя по мелодии, до меня пыталась дозвониться Лена. Я сперва не хотела отвечать, боялась не справиться с управлением, но сестра все звонила и звонила, не оставляя намерений связаться со мной. Едва я вырулила на обочину, приняла вызов.
– Вика! – истерически закричала она в трубку, как только я сказала привычное «алло».
– Что случилось? – никогда не слышала от нее такого панического вопля. – Армагедон настал?
– Пропало, все пропало, – твердила Лена. Я немного успокоилась, когда поняла, что ей не угрожает смертельная опасность.
– Что пропало, шеф? – вымолвила, шутя, желая добиться вразумительного ответа. В трубке повисла тишина, которую сестра через пару мгновений нарушила:
– Ты мой браслет не видела?
– Такой синенький?
– Да! – гаркнула Лена в трубку, словно ворона.
– Нет, не видела – протянула я, сложив губы трубочкой, а сама поглядывала на показавшуюся из-под рукава пальто драгоценность.
– Сними немедленно браслет и возвращайся домой! – завопила Лена пуще прежнего.
– Еще чего?! Ты сама разрешила мне его взять.
– Когда это? – на миг сестра опешила. – Вика, сними его! – требовательно повторила она, и в этот момент двигатель моей малолитражки чихнул и заглох. – Это не безделушка!
– Нет, только не это, – я уронила голову на руль.
– Что случилось?
Ответить мне не довелось, в трубке раздался треск помех, шипение, и разговор оборвался. «И чего так заводиться из-за безделушки? Что на нее нашло? Вроде никогда не была жадиной».
Я несколько раз повернула ключ зажигания, но малолитражка так и не ожила. Вдобавок дождь сменился крупными хлопьями снега, таявшими на пока еще теплом лобовом стекле, превращаясь в тоненькие ручейки. Я взяла увесистый рюкзак и вышла на улицу, надеясь поймать связь и дозвониться до Артура. Пушистые снежинки падали на длинные ресницы, таяли и стекали по щекам, словно слезы, наверняка образовывая черные дорожки из-за потекшей туши.
Я брела вверх по дороге, когда внезапно услышала позади странные звуки. Обернулась и едва не уронила в лужу телефон – посреди безлюдной улицы шли двое ряженых в гриме. Поблизости не было видно ни одной машины. Мимо тоже никто не проезжал. Откуда тогда взялись эти чудики?
Они указали на меня пальцем и ускорили шаг. Я со страху рванула со всей прыти, а нагонявшие панику мужики ринулись вдогонку. Решив, что лучше скрыться от них на чужой территории, побежала к забору, но перелезть через него не успела.
Мужчины схватили меня за ноги и попытались оттащить от изгороди, но я хорошенько вцепилась в нее обеими руками и отбивалась от ряженых сапогами, выкрикивая: «Пустите меня, гады!» Когда они осознали, что со мной так просто не совладать, мужчины, не напрягаясь, легко, словно забор был не цементный, а картонный, сняли вместе со мной прясло[1] изгороди и ступили в откуда-то взявшуюся мерцающую дымку.
Я даже пискнуть не успела, не говоря про то, что отпустить забор, как мой привычный мир перевернулся с ног на голову.
Глава 2
Мне не раз доводилось читать книги о попаданках в другой мир, но, как правило, они умирали, и их души переселялись в тела других девушек, молодых и незамужних, наделенных небывалой красотой и умом. Однако со мной было все иначе – голова не кружилась, в обморок не падала, ощущений, что меня переехал товарный поезд, не имелось, а одежда – по-прежнему моя. Осталось лишь взглянуть на себя в зеркало и удостовериться, что ни капельки не изменилась. Но то, что я куда-то попала – это точно, стоило только поглядеть на интерьер комнаты, в которую меня доставили ряженые. Отпрянув от части изгороди, которая не спасла меня от похищения, я поднялась на ноги и с неподдельным интересом, перемежавшимся страхом, начала осматриваться.