Арийская летопись. Часть 2. Черный омут

Любовь не может быть тихой игрой.

Достаточно искры одной,

Между нами лишь дьявольский зной!

(С) Ария – Дьявольский зной

11 июня, Суббота.

Дни шли своим чередом. К следующим выходным я была полностью в норме. На базу все собрались рано утром в субботу, созвали быстрый совет, на котором я предложила сделать на базе небольшой ремонт и перестановку. Дело заключалось в том, что наша маленькая спальня с одной кроватью не позволяла вместить четырех человек. Конечно, поддержали меня не все, и я была с ними частично согласна. Отшельник заявил, что не против того, чтобы Ангел спала в мужской спальне, а Антихрист высказал общее мнение по нехватке денег и времени. Но, посовещавшись, братство решило, что косметический ремонт Красному камню необходим.

Мы подсчитали оставшиеся финансы, вышло совсем немного. Ребята предложили начать ремонт именно с женской спальни. Мы поговорили с девчонками и решили, что в нашей спальне в первую очередь нужны хотя бы две кровати и небольшой столик с зеркалом, а шкаф для одежды можно заменить парой тумбочек или комодом. Все равно в нем обычно пустовали полки.

С самого начала Отшельник сделал несколько записей в своем блокноте и проговорил:

– Предлагаю поставить две двуспальные кровати в маленькой спальне, три маленьких поставить в большой. А в гостиной… я не знаю, что делать в гостиной.

– Подожди, – Женя достал блокнот и карандаш из внутреннего кармана и в нескольких штрихах легкой рукой сделал набросок гостиной.

– Я предлагаю вернуть старый диван из раздевалки, – предложил он, помолчав.

– Внизу нужны шесть мест, – напомнил Бес.

– Есть идея, – взлохматил затылок Ворон. – Мои родители покупают новую мебель, а старую продавать хотели. Могу обговорить, может, отдадут по дешевке.

– Что за мебель? – поинтересовался Туман.

– Мягкая, но не дорогая, – ответил Марат. – Диван и два кресла. Кстати, в хорошем состоянии, только обивку немного подлатать.

– Супер! – воскликнул Гром. – Чем дешевле, тем лучше!

– Один казус, – внес ложку дегтя в разговор Антихрист. – Денег все равно не хватит. То, что есть – это очень мало!

– Может занять у кого? – не очень уверенно предложил Бес.

– Ага, – кивнул Гром. – У «Воронов»! Вот смеху-то будет!

– Сами справимся, – проворчал Волонтер.

– Я с отцом еще поговорю, – вздохнул Икар. – Может, подкинет чего. Дача-то семейная, в конце концов.

– У меня зарплата на следующей неделе, – сказал Андрей. – Перебьемся, поди…

– Леха, а «копилка»? Может, настал черный день? – спросил вдруг Икар.

– Я посмотрю, – нахмурился Антихрист. – Если там что-то и есть, то не думаю, что это что-то нам очень поможет…

– Что есть «копилка»? – тут же оживилась я.

– Ну, это вообще-то банковский счет нашего братства, – пояснил Лешка. – Комитет периодически скидывает туда энную сумму. Мы, правда, решили оставлять ее на тяжелые времена и еще ни разу не снимали деньги.

– Видимо, пора, – хмыкнула Марго.

– Народ, кто может предложить, как сэкономить на стройматериалах? – спросил Икар. – У кого какие лазейки есть?

– Батя держит хозяйственный магазинчик за мостом, – почесал затылок карандашом Антихрист. – Здесь товара немного, склады основные в Кожевниково, но может и будет чем помочь бедным студентам. Я сегодня же этим займусь.

– Добро, – довольно кивнул Тимур.

– Надеюсь, что мою кухню оставят на месте? – жалостливым голосом проговорил повар-Ворон.

– Не беспокойся, – Туман положил руку ему на плечо. – Твоя комната обустроена лучше наших!

Все прыснули. На этом совет был закончен. Икар распределил, кто куда пойдет и чем будет заниматься. Решили пока что разобрать старые шкафы и вытащить остатки на балкон. Девчонкам предстояло вымывать всю грязь, скопившуюся за время отсутствия в Красном камне женских рук. Марина и Марат, как обычно, заняли место у плиты, а мы занялись ремонтом. Шкафы ломались с громким треском, мальчишки веселились, кидая полки в разные стороны. Мы разбрызгивали воду из ведер, и, в конце концов, все были мокрые и грязные с ног до головы. Пол же был залит водой слоем в сантиметр и засыпан щепками. Вымывали мы это все очень долго!

После обеда уехали Антихрист, Бес и Волонтер, а мы продолжили дела. Когда разгородили окно в комнате мальчишек, спальня сделалась светлой и стала казаться еще больше. Я, Тень и Химера занялись отмыванием стекол от пыли, но, помимо этого, необходимо было покрасить раму. До самого ужина парни хозяйничали в гостиной, а мы проводили генеральную уборку. Антихрист вернулся на отцовском «джипе» и привез немного материала, плинтусы, краску и всякие расходники.

Ужинать сели, когда уже стемнело. Все были уставшие, никто не проронил ни слова. Спать в большой комнате легла опять Ангел, Химеру Икар увез домой, мы с Тенью в нашей спальне остались вдвоем. Было непривычно свободно и тихо. Я в первый раз за неделю уснула, едва донеся голову до подушки. Мы и ремонт-то весь этот затеяли только потому, что у меня руки чесались. Мне необходимо было чем-то отвлечься от грустных мыслей, а ребята понимающе меня поддержали, за что я была им искренне благодарна.

12 июня, Воскресенье.

А проснулись мы от громоподобного топота и криков: кто-то носился по базе. Через пару мгновений мы увидели нарушителей спокойствия. В спальню забежала Марина и с силой прислонилась к двери. Она была в спальной футболке, измазанной зубной пастой, в руке подруга сжимала тюбик.

– А ну открывай! – послышался голос Отшельника.

Марина подперла собой дверь, но ее силы и веса явно было маловато для того, чтобы сдержать широкоплечего парня. В комнате появился Рома, так же измазанный зубной пастой, с растрепанными волосами и в одних спортивных шортах. Марина обреченно замотала головой.

– А ну все вон отсюда!!! – прикрикнула я, вспомнив, как долго нам вчера пришлось отмывать полы. Кинутая мной подушка угодила прямо Отшельнику в затылок. Маринка выбежала в коридор, Ромка – за ней. Послышался громкий не то крик, не то визг. Мы с Машей переглянулись и захохотали.

Накинув халаты, мы спустились вниз. В гостиной тоже уже никто не спал. На кухне давно хозяйничал Марат – пахло жареным хлебом.

– Доброе утро! – улыбнулся Ворон.

– Привет, солнце, – я поцеловала Марата в щеку и заглянула через его плечо. – Что у нас сегодня?

– Все самое вкусное для наших леди! – ответил всегда жизнерадостный Ворон.

День начался с приезда Риты и Тимура. Самая чистая работа вновь досталась Ворону и Ангелу: их отослали на кухню. Икар, Антихрист и Гром остались наводить порядок в гостиной, Отшельник и Туман взялись за плинтусы, а я, Тень и Марго занялись покраской окон. Как и предполагалось, спокойно повозить кисточками по рамам парни нам не дали. В итоге все были с головы до ног измазаны белой краской.

С горем пополам мы выкрасили окна в большой и маленькой спальнях. Парни наладили полы на месте шкафов, в гостиной подклеили обои и поменяли шторы, старые шкафы, точнее то, что от них осталось, спустили в раздевалку и решили пустить на полки в гараж. В общем, выходной прошел в бешеном темпе, все вновь устали и измотались.

Ночевать остались впятером: я, Ангел, Туман, Отшельник и Ворон. Остальные разъехались по домам, договорившись, что соберемся в среду. Спать легли все в гостиной – в спальнях сильно пахло краской. Ворон и Туман устроились на креслах, а Отшельник, Ангел и я поместились на диване. Уснули мы не сразу, запах окрашенных окон проникал вниз, голова болела. Долго лежали в темноте и разговаривали. Решили, что завтра займемся нижней раздевалкой и покраской лестниц, а ночевать оставаться не будем.

Засыпая, я думала о Волке. Наверное, если бы он не уехал, ремонт мы бы все равно затеяли. Зато теперь будет много места для ночевки, не придется больше спать в большой спальне. Дамиру должно понравиться.

13 июня, Понедельник.

Утро оказалось на редкость промозглым и серым. Шел мелкий сплошной дождь, небо было затянуто пеленой серых облаков, из которых, словно через решето, сеяли капли холодной воды, оставляя после себя следы на глади бассейна. Уныло покачивали ветвями молодые яблони за домом, а над высоким забором старые вековые сосны расправили свои мохнатые ветки, подставляя их под моросящую пелену. В углу заднего двора скучали качели, а на пустующем деревянном столике дождь отбивал невнятный ритм, будто кто-то в спешке пробегал по плитам дорожки в саду или перед домом. Но проходило время, и никто не появлялся: не стучал в дверь, не звонил в наружный звонок, не открывал ворота гаража… Красный камень будто бы погрузился в сон.

Я проснулась первой. В окошко стучал летний дождь, в гостиной царили тишина и полумрак. Несмотря на время, а было уже без четверти двенадцать, солнце светить упорно отказывалось, лишая меня возможности увидеть подробную картину перед глазами. Я потянулась и села. Больше наугад, чем с помощью зрения, я определила, что все присутствующие крепко спят: слева слышалось тихое посапывание Ангела и вторящее ему сонное дыхание Отшельника, справа доносилось сопение уткнувшегося лицом в подушку Тумана, а в другом углу различалось еле слышное похрапывание Ворона. В остальном было тихо, если не учитывать все тот же монотонный стук дождя по стеклам и деревянному столику на заднем дворе.

Я встала и поплелась в душ. Редко удавалось вымыться горячей водой, так как обычно я просыпалась одной из последних. Я закуталась в любимый банный халат, который казался еще мягче и уютнее из-за царившего на дворе хаоса. Завтрак пришлось готовить самой, чего я, признаюсь, еще ни разу не делала на базе. Этим всегда занимался Ворон.

Пока я копошилась на кухне, ко мне присоединилась Ангел. Зевая и поеживаясь, она закуталась в черный халат Отшельника и спустилась вниз, а когда вернулась, залпом выпила кружку горячего чая, чего в жизни никогда не делала.

– Будить орёликов? – спросила Марина, когда я, наконец, сняла с плиты омлет.

Повинуясь моему скудному «да», Ангел вернулась в гостиную. Через пару минут сонные и всклокоченные из комнаты один за другим потянулись ребята. Марат не смог сдержать удивленного «вау», когда застал меня у стола, где я раскладывала омлет по тарелкам. Это заставило его раз и на весь день проснуться. Марина убралась в комнате в то время, пока «орёлики» принимали утренний душ. А когда они вернулись, на столе уже дымились омлет с беконом и горячий чай.

– Если бы не вы, – обратился к нам с Мариной Марат. – Я бы весь день пролежал в постели.

– В такую погоду и вставать-то не охота, – поддержал его Отшельник. – Сонная какая-то…

Туман лишь искренне и многозначительно зевнул.

Мы позавтракали и решили заняться делами, не теряя зря времени. Как и договаривались, ребята отправились чинить и готовить к покраске лестницы, а я и Ангел спустились в раздевалку разбирать вещи в шкафчиках. Что-то требовалось постирать, где-то, помимо иглы и нитки, нужны были утюг и просто женская рука. И, конечно, было неимоверное количество пыли.

Крайний шкафчик принадлежал Вампиру. Он оказался пуст, как и полки в шкафчике Волка. Ребята почти все вещи забрали домой. Я вздохнула и открыла следующую дверцу. В уголке были красиво выскоблены буквы «Е» и «Л». Евгений Лавров, Туман.

Я стала выкладывать содержимое кабинки моего нового хранителя, разбирая что-куда. На верхней полке под шлемом я на ощупь, так как по-другому не дотягивалась, нашла несколько блокнотов. Я их уже видела в Жениных руках, когда он молча сидел в стороне и что-то рисовал. Я перебрала блокноты: три я помнила хорошо, я наскоро перелистала их, восстанавливая в памяти, когда какую зарисовку Туман делал. Вспомнила каждую из них. А вот четвертый блокнот в красной обложке с черным драконом я еще не видела. Я открыла первую страничку и удивленно распахнула глаза. На меня, словно из зеркала, смотрела я сама.

– Вау! – послышалось удивленное восклицание. Ангел заглядывала в блокнот через мое плечо. Я резко захлопнула книжечку. – Дай-ка посмотреть!

– Там ничего больше нет, – не очень уверенно проговорила я, бросая блокнот на диван и тут же кидая сверху черную рубашку Тумана.

– А этот рисунок? – насторожилась Марина.

– Он единственный, – ответила я, хватая протянутую к блокноту руку Ангела. – И вообще, не очень хорошо капаться в чужих вещах…

Марина состроила мне мину, на что я ей в ответ кинула настороженный взгляд. Она махнула рукой и сгребла с пола грязную одежду.

– Пойду засуну в машинку, – сказала она и вышла в сушилку. Как только дверь захлопнулась, я бросила заинтересованный взгляд на блокнот под рубашкой. Еще раз оглянувшись на дверь в раздевалку, я села на диван и открыла красную книжечку.

Я перелистала блокнот на пять, а может и на шесть раз, но моей растерянности не было предела. Весь блокнот был посвящен мне. Туман рисовал меня. Одну, среди друзей, с Ангелом и Химерой, с Волком; за столом, на мотоцикле, в кресле, на качелях; смеющуюся, грустную, задумчивую, романтичную… Но больше всего меня поразила последняя зарисовка, где был запечатлен сладкий поцелуй, каким я обычно одаривала Дамира. Но целовала я Женю…

Странный блокнот мне пришлось закрыть и в спешке сунуть обратно на верхнюю полку, так как дверь скрипнула, и в раздевалку вернулась Марина. Больше в этот день о блокноте я старалась не вспоминать.

Мы вымыли раздевалку и выкрасили лестницу на второй этаж. А потом Женя отвез меня домой. Я не стала ничего спрашивать о рисунках, но внутри засел предательский комок недосказанности.

17 июня, Пятница.

В среду на базу поехать я не смогла. До конца недели из дома вообще выехать не получалось. С Туманом договорились на вечер субботы, чтобы он приехал за мной. А до его приезда я была обречена на одиночество.

Вечер пятницы выдался скучным: мама опять уехала в командировку. Я сидела дома одна и штурмовала просторы интернета, пытаясь отвлечься от скучных мыслей, когда вдруг зазвонил мой сотовый. Я выругалась, взглянув на часы:

– Кому там еще не спится в час ночи…

Но в трубке раздался голос Марины.

– Даш, привет, ты дома? – протараторила она.

– Странный вопрос, если ты, конечно, знаешь, который час, – хмыкнула я.

– Я сейчас приду, – сказала Ангел, – Поговорить надо.

Я отключила телефон и стала ждать. Когда раздался звонок, я открыла дверь и ужаснулась. В таком плачевном состоянии я подругу еще не видела.

– Что случилось? – испугалась я, пропуская гостью в кухню.

– Мы с Ромкой расстались…

– Вот те на… – только и вырвалось у меня.

И подруга рассказала мне все, что произошло в этот день. Они с Отшельником отправились развеяться, зарулили в какой-то местный бар и отчаянно там накидались, после чего Рома предложил моей белокурой подружке поехать к нему. Признаться, это меня нисколько не удивило: ребята давно друг в друга втрескались, и дело шло к новому этапу в их отношениях. Когда же они, наконец, остались наедине и решили насладиться друг другом, Ромка в последний момент отказался от близости, решив, что не хочет торопиться.

– Сказал, что не хочет делать этого после всего, что мы выпили. Что утром мы оба будем жалеть об этом.

– Чего-о-о? – недоверчиво протянула я, до этого не перебивая рассказ Ангела. – Серьезно? Так и сказал?

Марина обвинила его в том, что он ей наврал, когда сказал, что любит, оделась и ушла, хлопнув дверью. Отчаянный поступок моей отчаянной подружки.

– Он меня не любит, – прошептала в конце Маринка, уже не давясь рыданиями.

– Какая же ты глупая! – вздохнула я, не сдержав улыбки. – Ты сама-то себя слышала?! Ты же сама говорила, что если бы ему нужно было твое тело, то он взял бы его давно. Он же не сказал, что близкие отношения ему не нужны?

Ангел помотала головой.

– Значит, он – нормальный мужик! – констатировала я. – Дурак, конечно, но это гормональное, быстро проходит. Самое главное, что ничто человеческое ему не чуждо, – я откинулась на спинку стула, стараясь быть убедительной. – Тут вопрос в другом: каким будет ваш первый раз. Он просто не хочет, чтобы вы переспали по пьяни, а потом бы не смогли вспомнить, как это случилось! Как ты не понимаешь, что ему важен не сам факт близости, а как именно это произойдет? Разве самой тебе на это плевать?

– Конечно, нет, – возмутилась Маринка. – Но это не значит, что со мной можно поступать вот так! Я была уже давно готова переспать с ним, даже если бы мы не напились сегодня в баре. Он просто все испортил! Романтик хренов!

– Но ведь ты же его любишь, правда? – снисходительно фыркнула я.

– Кажется, да, – снова начала хныкать подруга. – Очень…

– Значит, придется мне стать миротворцем, – кивнула я, судорожно соображая, как я собираюсь помирить эту парочку.

– Я не хочу его видеть. Не сейчас. Мне стыдно…

– Хорошо, – усталым голосом проговорила я. – Не сейчас. Но когда-то это все равно случится. Во-первых, тебе придется с ним встречаться, ведь он – твой хранитель, а, во-вторых, из-за него ты из братства не уйдешь. Да возьми ж ты трубку, наконец!

Маринкин телефон жужжал все время нашего с ней разговора, а она, видимо, отвечать не собиралась.

– Ответь ты, – Ангел протянула мне мобильник. – Скажи, чтобы оставил меня в покое.

– Ладно, – обреченно вздохнула я. – Давай.

Я взяла телефон и приняла вызов.

– Алло…

– Дэри, привет! – послышался голос Отшельника. – Она у тебя?

– Глупый вопрос, если я отвечаю по ее мобилке.

– Дай, пожалуйста, ей трубку…

– Она не хочет с тобой разговаривать.

– Ну, пойми же, мне очень нужно с ней объясниться! Она неправильно меня поняла, вспылила и исчезла! Даже слова не дала сказать! Прошу, Дэри, помоги. Я тебе по гроб жизнью обязан буду!

– Я понимаю, но ничего не могу сделать, – как можно более сухо постаралась ответить я. – Жизнь до гроба можешь оставить при себе. Прости.

Не дожидаясь прощания, я выключила телефон и отдала его хозяйке.

– Что сказал? – поинтересовалась Марина, кидая мобильник в сумку.

– Догадайся, – без энтузиазма ответила я.

– Жить не может, помирает-любит! И если я к нему не вернусь, непременно выпрыгнет из окна или сиганет на байке под камаз. Я права? – монотонно пробубнила Ангел.

– В первый раз вижу такого догадливого человечка, – хмыкнула я. – Но вам все равно необходимо поговорить, иначе он повесится на ближайшем суку, а ты потонешь в собственных слезах.

Ночевать Марина осталась у меня. После выпитого успокоительного подружка почти сразу заснула, я мне в голову полезли невеселые мысли. А не поторопились ли мы с Волком? Мне вспомнилось дикое желание Дамира обладать мной. Вряд ли он думал о том, торопимся мы или нет, да и я, признаться, совсем не думала об этом. Нас притянуло друг к другу, как магнитами, сминая рамки дозволенности. Возможно, и нам не стоило подчиняться этой безумной тяге, но его страстные поцелуи и едва ощутимые прикосновения, от которых вдоль позвоночника пробегает разряд… Дамир явно в делах постельных имел немалый опыт, в то время как неискушенная я удивлялась реакции своего тела на близость мужчины. Мой первый раз случился с парнем, которого я едва знала, но к которому меня безумно тянуло. Любовь ли это? Или просто яркая вспышка страсти, которой суждено рассыпаться фейерверком разочарований?

Утром Ангел ушла домой, не смотря на все мои уговоры поехать на базу. Я была уверена, что отношения у них с Ромой скоро наладятся, но все равно волновалась. Так или иначе, каждая ссора оставляет свой след в отношениях.

18 июня, Суббота

Вечером за мной приехал Туман. Пока мы добирались до базы, он рассказал, что меня ждет небольшой, но долгожданный сюрприз. С этим самым «сюрпризом» меня познакомили уже через четверть часа. Им оказался приехавший двумя днями ранее Миша Краснов, которого уже успели наречь Аспидом и вручить символическую повязку арийца. Я чуть было не закатила скандал: на посвящении не было четырех человек, помимо уехавших Волка и Вампира. Первым спохватился Икар; унюхав, что пахнет «жаренным», он попытался меня остудить. Однако в перепалку вклинился и без того не слишком дружелюбный после ссоры с Ангелом Отшельник. Мы основательно друг на друга «вызверились», не стесняясь в выражениях, и после этого не разговаривали весь вечер. Рому раздражало все: от начавшегося ремонта до позднего приезда Ворона. Сначала ребята беспокоились, но через некоторое время махнули на его поведение рукой и не стали обращать внимания на Ромину кислую и злую мину.

Аспид оказался веселым и шумным парнишкой, почти моим ровесником, хотя выглядел он совсем не по годам маленьким. Его характер нарушителя спокойствия отлично сочетался с невысоким ростом и худощавым телосложением. А еще мне понравилась его смелая прическа: темные волосы, мелированные хорошо заметным красным цветом. Не смотря на внешнее неспокойствие, Миша, как никто из ребят, показал свое умение распускать «павлиний хвост» перед девушками. В этот вечер на базе оказались только я и Тень, но внимания Аспида хватило на нас обеих.

Ночью мы долго не спали, все сидели внизу, пели песни под гитару, пили пиво и весело болтали. Когда Маша уронила мне на плечо голову, я предложила закончить ночные посиделки. Мы поднялись в маленькую комнату, но парни укладываться не собирались: засыпали я и Тень под любимый «Потерянный рай» Арии.

Спать все ребята улеглись в гостиной: большая спальня была разворочена до основания. Нам с Машей оставалось только посочувствовать набившимся в гостиную, словно селедки в бочку, парням. Мы же спали у себя в комнате, нашу кровать пока не тронули.

19 июня, Воскресенье

А утром снова начался ремонт: ребята собирали привезенные вчерашним вечером кровати. Ворон и Волонтер уехали к родителям Марата за старой мебелью, Туман и Антихрист отправились в мебельную мастерскую, где меняли обивки, Отшельник и Бес занялись перенесением в гостиную старого диванчика из раздевалки, а мы с Машей кочевали от одного к другому, помогая или скорее стараясь не мешать. К обеду Ворон не вернулся, поэтому нам пришлось идти на кухню. Благо, что народу было не много. В общую картину трудящихся не вписывался только мрачный и постоянно кем-то недовольный Ромка.

К концу дня оказалось, что мы сделали больше дел, чем за всю будничную неделю. Ворон и Волонтер вернулись с грузовым такси, на котором доставили диван с двумя креслами. Мебель мгновенно оказалась в подготовленной гостиной. Леша расплатился с таксистом. За час до этого они с Туманом привезли новости из мастерской. Кровати в большой спальне заняли свои места. В нашей же комнате все осталось по-прежнему: единственное, что не успели сделать ребята, – собрать двуспальную кровать для девчонок.

За весь день я вымоталась, словно волчица голодной зимой. Сначала мы снова разругались с Отшельником, после пришлось разнимать Грома с Аспидом, а в довершение к этому Рома сорвался на Ворона за холодный кофе. Такого я уже стерпеть не могла. Меня поддержали Икар и Туман.

– Послушай, Рома, – начала я спокойно. – Если твое плохое настроение будет влиять на внутреннее течение жизни в братстве, мне придется попросить тебя не приезжать сюда, пока ты не сможешь себя контролировать.

– Да кто ты такая, чтобы решать за меня, приезжать мне сюда или нет! – огрызнулся Отшельник. – Ты здесь вообще на птичьих правах!

Из-за моей спины угрожающе шагнул Туман, но я его остановила.

– Пока что я – лидер братства, – твердо сказала я. – И я не хочу, чтобы ваши разногласия с Ангелом стали…

– Не лезь не в свое дело, – процедил Рома сквозь зубы, перебив меня. – Наши отношения – это наши дела. И я сам с ними разберусь. А тебе пора бы уже уяснить, что не все в этом мире вращается вокруг тебя! – Рома уже срывался на звериный рык.

– Эй, брат! Ты чего? – теперь уже Икар возмущенно выступил вперед. – Ты с леди разговариваешь вообще-то!

– А тебя кто-нибудь спрашивал?! – взорвался Рома. – Носитесь тут по ее указке, как щенки! Смотреть противно!

– Остынь! – Туман толкнул Отшельника в плечо. – Ты должен извиниться за свои слова.

– Я никому ничего не должен, – с расстановкой произнес Ромка, глядя в глаза Жене и грозя указательным пальцем. – Тем более какой-то малолетней выскочке!

Отшельник сплюнул в сторону и торопливо зашагал по коридору к лестнице в гараж. Я хотела пойти за ним, но на мое запястье плотно легла рука Жени:

– Пусть уезжает.

– Он поймет, что был неправ, и вернется… – кивнул Икар.

– Надеюсь, – вздохнула я.

Отшельник действительно уехал, но не вернулся. Вечером мы снова посидели в общем кругу, но не долго. Все устали и неспешно разбрелись по комнатам. Я долго не могла уснуть, все думала над сказанными Ромой словами: «Ты здесь вообще на птичьих правах!.. Тебе пора бы уже уяснить, что не все в этом мире вращается вокруг тебя!» Ведь, по сути, так оно и было. Кто я здесь? Временный лидер… Сестра… А возомнила себя настоящим президентом клуба, хозяйкой в этом огромном доме. Рома прав, меня давно пора было поставить на место.