Караоке

Глава 5

Уже пару недель Антон ночевал у Алёнки в гостиной, спасая её ночи. Теперь он вынужден уехать на несколько дней по работе. Алёна останется одна. Справится ли она? Он очень переживал за неё, прекрасно осознавая, что Алёна становится частью его самого.

Вчера созвонился с Игорем. Тот огорошил своим заявлением:

– Мы с Викой решили, что вы живёте вместе. Обрадовались за вас.

– Игорь, ты придурок. Ты же знаешь мою работу. Рядом с моей работой нет места женщине. Особенно Алёнке. У неё и так нервная система работает на пределе…

– А может ты зря так с ней?

– Так это как? – переспросил Антон.

В голосе Антона уже чувствовалось напряжение, Игорь это уловил, но решил идти до конца.

– Она такая же, как и все. У нас риск в командировках не меньше твоего, но наши жёны нас ждут дома. Ждут!.. Понимаешь?

– Я понимаю куда ты, Игорь, клонишь, но для Алёнки я такого не хочу. Да и нет между нами ничего. Блажь всё это. Моя блажь.

– Это ты зря. Алёнка любит тебя. Это заметно, во всяком случае нам. И если с тобой что-то случится, ей одинаково будет больно, будь она твоей женой, или как сейчас – никто, просто знакомая.

Слова Игоря больно ударили Антона. Алёнка для него не была «просто знакомой» и Антон это знал точно, был в этом уверен.

– Во время моего отсутствия позванивайте ей почаще, – попросил он Игоря.

– Может её к нам переселить?

– Боюсь, она теперь не согласится. Она у себя дома. И она уверена, что теперь это безопасно.

– А безопасно? – поинтересовался Игорь.

– Да. У неё личная охрана 24 на 7, дома, на работе, везде, где она бывает. В моё отсутствие будет Макс и Егор. Ты их знаешь. Если ребята обратятся за помощью, не откажи им.

– Это без вопросов, – ответил Игорь. – Но, на всякий случай предложи ей пожить у нас.

– Предложу…

Вечером, поглощая виноград за просмотром комедии, Антон завёл разговор о своей командировке:

– Алёна, я на несколько дней уеду по работе. Одна справишься?

Алёнка молчала, задумалась…

– Охрана остаётся. Вместо меня будет Егор. Но вот в квартире ты будешь одна. Им сюда вход закрыт, – он нежно улыбнулся ей.

– И даже на чашку кофе? – поинтересовалась она.

– И даже на чашку кофе. Алёнка, они на работе, дома их ждут жёны.

– А ты? – спросила Алёнка, пристально глядя на Антона, но в глазах светилась улыбка.

Её давно мучил вопрос: кто она для Антона. Реально понимала, что не просто так он находится рядом. Но почему именно так складываются их отношения?

– Я? Я – нет, я добровольно, – и снова он улыбнулся ей. – Справишься? Или может к Вике с Игорем переедешь?

– Я должна научиться жить одна, Антон. Нельзя всю жизнь прятаться. Я стараюсь, но иногда получается плохо.

– Я вижу, что ты стараешься, Алёнка. Значит дома?

– Значит дома, – уверенно ответила она и прикусила нижнюю губку.

– Молодец. Теперь инструкция, – он взял её руку и переплёл их пальцы. – Алёна, парни будут постоянно рядом. На твой выбор: можешь ездить на своей машине или можешь с ними. Лучше с ними, но как скажешь, так и будет. Все передвижение только вместе. Дом, работа, магазины, друзья. Они – твоя тень. Только очень прошу, не провоцируй их. У них дома семьи, – и снова эта улыбка.

И эта его обворожительная улыбка успокаивала её, укутывало во что-то лёгкое и невесомое, Алёнке становилось спокойно и уютно.

– Хорошо, Антон, я буду во всём их слушаться, – тихо ответила она.

– Не хочу тебя пугать, но предупредить обязан. Бывший затихарился, он нанял частного детектива и пытается отследить твои маршруты передвижения. Поэтому, магазины разные, несмотря на то, что ты предпочитаешь один и тот же супермаркет. Придётся поменять свои привычки, хотя бы на время моего отсутствия.

– Я это время буду оформлять доставку на дом, чтобы по магазинам не ходить.

– Молодец. Так мне будет спокойнее. А теперь давай спать. Я завтра уйду рано. Можно я возьму ключи от твоей квартиры?

– Да, Антон. Запасная связка в прихожей, в ключнице.

– Спасибо. Если у меня будет возможность, я тебе обязательно позвоню. До меня дозвониться будет невозможно, мой телефон будет выключен. Извини, Алёнка, такая у меня работа.

Она ничего не ответила, только улыбнулась в ответ.

Они разошлись по спальням. Алёнка уснула быстро и спала спокойно, сегодня её ничто не тревожило. Она знала, Антон рядом. Когда он ночевал в её квартире, ей всегда сладко спалось и её не мучили кошмары.

А вот Антону в очередной раз не спалось. Он понимал, что привязался к девчонке, привязался и уже не готов её отпустить. С нею рядом ему было по-домашнему уютно. Они могли разговаривать о чём угодно, обсуждать фильм, книгу, могли просто поспорить о чём-то. Она словно была создана для него. Но она такая нежная, ранимая, перенёсшая в жизни так много предательства и одиночества. Что он может ей дать? Чтобы он не мог ей предложить, отголоски его работы всегда будут рядом. Он – телохранитель. Да, сейчас он охраняет бизнесмена, сейчас относительно спокойно. Но, как говорится, дело случая… Он уезжает на пять дней в тайгу. Мужикам захотелось поохотиться. А это уже опасно. Оружие стреляя, иногда попадает в другую цель. И он будет обязан встать между своим объектом охраны и стреляющим.

«Выход есть из любой ситуации. Нужно искать выход», – решил Антон и провалился в сон.

Глава 6

Дни летели быстро. На работе был завал. Молоденькая администратор вечно всё путала, постоянно отвлекалась на личные звонки, переписку, забывая про работу. Алёнка пыталась её учить, но сегодня не выдержала и попросила написать заявление по собственному. Не хочет работать, не надо. Алёна впервые увольняла сотрудника. Было неприятно, но выхода другого она не видела. Алёнке очень хотелось, чтобы её Центр работал слаженно, а слаженно он будет работать только тогда, когда не будет сбоев в работе ни в одном из звеньев общей цепи.

Алёнка нервничала и по-другому поводу: Антон не звонил. Он и не обещал, но она ждала звонка. Сегодня был пятый день. Он должен уже вернуться. Но… тишина…

В пятницу приехав с работы и выйдя из внедорожника Макса, Алёнка услышала жалобный писк где-то рядом с парковкой. Пошла посмотреть. Макс стоял рядом и наблюдал, как Алёнка из-под кустов извлекала «пищащую» коробку. Извлекла и открыла, внутри был маленький черный котёнок, дрожащий, холодный, голодный. Малышу было чуть больше месяца от роду, когда-то такой крохой Алёнка подобрала своего Бонифация.

– Мрази. Зачем выбрасывать, ведь явно на погибель. Ему одному не выжить. Что за бездушные твари, – Макс выругался. – Извините, Алёна Викторовна, никогда не понимал таких людей.

А Алёнка молча запихнула кроху за пазуху и направилась к подъезду. Максим захватил из машины её сумки.

Дома первым делом котёнок был накормлен. Пока бедолага жадно ел, Алёнка устроила ему коробку для сна и примитивный туалет из туалетной бумаги. Потом, когда все свои дела новый жилец сотворил, Алёна устроила ему банный вечер. Тщательно намыла в раковине, высушила полотенцем, почистила уши, глазки. Созвонилась со знакомым ветеринаром, узнала, что нужно ещё сделать обязательно. Договорилась заехать к нему вечером в понедельник и показать котёнка.

Эта была девочка. После водных процедур малышка несколько поменяла окрас и из черного котёнка превратилась в очень красивый трехцветный пушистый комочек с огромными глазами и очень игривым характером.

– Тебя зовут Ириска. Запомнила? Ириска.

Оставшийся вечер Алёнка провела в подборе всего необходимого для Ириски: лежанка, пара подушек, игрушки, туалет, миски, наполнитель, специальный корм для котят. Корм выбрала разный, вдруг у Ириски появятся предпочтения в еде.

В субботу Алёнка с Ириской пытались навести порядок в квартире, Ириска помогала так усердно, что квартира уборке не поддавалась.

Пушистая хулиганка нашла где-то катушку с нитками и устроила гонки по квартире, разматывая нитку. Отобрать катушку у Ириски не получалось, и Алёнка ползала следом и пыталась эти нитки извлечь ото всюду, лишь бы Ириска их не ела.

Днём Алёнка позвонила родителям. Она старалась звонить им каждую неделю, но разговор иногда не получался. Всё зависело от настроения мамы. Сегодня настроение у мамы было хорошее:

– Привет, Алёна. Как у тебя дела, дочь? Долго ещё за рубежом гостить собираешься?

– Мамуль, я уже давно, как дома. Разве Машка не передала? Мы ведь разговаривали с ней.

– У неё в голове полный кавардак: то ли мальчики, то ли ветер. Хорошо, хоть учёбу не забрасывает. Ты хотя бы к нам в гости приехала, хоть на выходные.

– Хорошо, вот только с работой всё улажу и приеду.

Они ещё долго разговаривали с мамой, и после этого разговора Алёнке так захотелось домой, к родителям, к сёстрам. Но она боялась ехать. Она боялась Глеба, который часто гостил у её родителей. Мама никогда этого не говорила, а вот Машка все домашние секреты выбалтывала.

Спать легли поздно, устали обе, и Алёнка, и Ириска.

В воскресенье Алёнку разбудил телефонный звонок. Она, не глядя, кто звонит, нажала на кнопку соединения:

– Да, – голос у Алёнки был сонный.

– Привет. Ты ещё спишь? – в трубке прозвучал заботливый голос мужчины.

Алёнка подскочила в постели. Это был Антон. Он позвонил! По всему телу разлилось тепло, заставляя сердце биться быстрее. Только сейчас она призналась себе, что скучала по этому мужчине.

– Нет, уже не сплю. Привет, – быстро, даже может быть слишком быстро, ответила она.

– Я прилетел. Через час буду свободен. К тебе можно заехать?

– Конечное. Уже жду и обещаю накормить завтраком, – протараторила Алёнка.

– Тогда еду. Только постарайся с порога нас не выгонять, – и отключился.

«Их не выгонять? Кого это «нас» не выгонять?», – промелькнуло в голове у Алёнки, но она уже бежала в ванную, нужно было быстро принять душ и приготовить завтрак для её охранника. А охранника ли? Нет, Алёнка давно не считала Антона охранником, она успела влюбиться в него. Но очень боялась этого чувства, старалась его спрятать от глаз Антона. Кому она нужна с такой потрёпанной нервной системой и с таким бывшим мужем… Ни один нормальный мужик не выдержит.

Под ногами вилась Ириска, ждавшая порцию корма и ласки хозяйки.

– Ириска, сейчас Антон приедет. Веди себя хорошо. Ты в туалет куда ходила? В лоточек? Или мне всю квартиру проверять?

Запихнула овощи в духовку и пошла проверять всю квартиру, на всякий случай. Маленькая Ириска была умница. Всё сделала, как учила её в субботу Алёнка: еда на кухне, туалет – в лоточке, сон – в домике. После сытного завтрака и обследования квартиры вместе с хозяйкой, Ириска удалилась спать в домик.

Алёнка приготовила завтрак, подготовила кофемашину. Из кухни услышала, как открывается входная дверь, догадалась, что Антон не стал звонить в дверной звонок, а открыл дверь ключом. Сердце Алёнки предательски ёкнуло и застучало с новой силой, хотелось выбежать навстречу и повиснуть на шее мужчины, но она вышла тихо и остановилась посреди прихожей.

– Привет. Это мы, – Антон присел к сумке-переноске и аккуратно приоткрыл её.

Из сумки сначала показался чёрный кончик носика, затем носик вылез весь, потом показались глазки-бусинки… А дальше Алёнка уселась по-турецки посреди прихожей и сама извлекла щенка из переноски.

– Антон, это мне? – ещё не веря своим глазам, восхищённо спросила Алёна.

Она не верила своему счастью. У неё будет собака!!!

– Да. Это твоя охрана. Сейчас он маленький, но от хороший родителей и с хорошими задатками. Его уже начали дрессировать, мы продолжим. С ним тебе никто не будет страшен.

Алёнка прижимала щенка к себе, а Антон присел на корточки и любовался Алёнкой.

– А как её зовут? Это же девочка?

– У неё есть только имя по документам: Асси Джеральдина Стоуни Дог. Это имя присваивается заводчиками, но обычно нигде не используется. Кличку имеет право дать только хозяин. Как назовёшь, так её и будут звать. К кличке она привыкнет быстро.

Щенок вырвался из рук хозяйки и заходил кругами по прихожей. Антон бросил на пол пелёнку и малышка быстро поняла, что и где она должна сделать.

– К туалету она уже приучена. Пока на пелёнку. Ей ещё несколько дней нельзя выходить на улицу. Карантин после прививки. Потом будем учиться гулять.

– Антон, это щенок овчарки? – неуверенно уточнила Алёнка.

– Да, Алёнка, это овчарка. Немецкая овчарка. Самая умная из собак. Ты это быстро поймёшь. Если ты не сможешь с ней ужиться, я её возьму себе.

– Что значит ты её возьмешь себе? Бандит… Это моя девочка. А зовут её Джессика, Джесс.

Как только Алёнка сказала: «Джесс», щенок подбежал к ней и лизнул протянутую навстречу руку.

– Значит, Джесс. Ей понравилось, – улыбнулся Антон.

– Пойдём, буду кормить тебя, а потом нужно чем-то покормить её, – решительно сказала Алёна, встала с пола и направилась на кухню.

– У неё питание на сутки есть. А дальше… всё купим…

Алёнке так нравилось, что Антон говорит о них, как о едином целом. Ей это нравилось, и она этого боялась, хотя и тянулась к этому всей душой. Алёна устала быть одна.

Но здесь из спальни вывалилась заспанная Ириска, увидела перед собой нечто, вздыбила шерстку и хвост, зашипела. Джессика дружелюбно тявкнула.

– А это кто ещё? – удивился Антон.

– Это Ириска. Она теперь здесь живёт, – отозвалась Алёнка, наблюдая за реакцией животных и за Антоном.

Антон наклонился, погладил котёнка, затем протянул руку Джесс, дал понюхать.

– Думаю, они подружатся. Обе маленькие, – и, обняв Алёнку за плечи, запустил руку в её распущенные волосы, прислонил её голову к своей груди, глубоко вдохнув её аромат.

– Пойдем кушать, а то всё остынет, – тихо сказала она.

Они вместе позавтракали, а потом прикупили всё самое необходимое для Джессики. Так, у Алёнки появилось сразу две подопечные, две её девочки.

Глава 7

Прошло около месяца. Глеб продолжал звонить, пытался искать встречи, но Алёнка перестала на него резко реагировать. К ней он подойти не мог, а телефонные звонки она сразу сбрасывала. Панические атаки пошли на спад. Антон всё реже оставался ночевать в гостиной.

Алёнка видела, что нравится ему, но он старался ей этого не показывать, как и она тщательно старалась скрыть от него свои чувства.

Каждый вечер они вместе гуляли в парке с Джессикой, но после прогулки Антон уезжал домой. Утром с Джессикой Алёна гуляла самостоятельно рядом с домом под присмотром охраны. Щенку было четыре месяца, но девочка была послушна и хлопот не доставляла. Два раза в неделю ходили к кинологу, который помогал с дрессировкой. У Алёнки складывалось впечатление, что Джесс поддаётся дрессировки лучше, чем её хозяйка всё запоминает. Алёнка сказала об этом Антону, а он посмеялся:

– Что ты, Алёнушка, у тебя всё прекрасно получается. Главное, Джесси тебя понимает и слушается.

За неделю Алёнка устала и в пятницу решила расслабиться. Игорь работал, Викуля на выходные махнула к родителям. Алёнка созвонилась с девчонками, узнала кто из них идёт в караоке и решила присоединиться.

Зайдя в бар, встретила недовольный взгляд Антона. Его она в известность не поставила, хотя должна была. «Я же просил одной нигде не шариться», – говорили его глаза. Она улыбнулась в ответ. Женька, увидев Алёнку, приветливо махнул рукой, позвал за их столик, но Алёнка направилась к столику, где сидела Тая. Девушка на неделе звонила и хотела встретиться с Алёной.

– Привет, девчонки и мальчишки, – поздоровалась Алёнка.

Кто-то из ребят услужливо принёс дополнительный стул, кто-то уточнил про коктейль. У них так было всегда, дружно и весело, одной большой компанией.

Тая рассказала, о чём хотела поговорить, договорились о встрече у Алёнки дома вечером во вторник. Алёна не хотела напрягать охранников, Тая согласилась.

Потом кто-то попросил Алёнку спеть. «Алёнка, спой. Караоке-бар давно не слышал твой очаровательный голос». Она немного засмущалась, петь одной не хотелось.

– Тая, пошли вместе, нашу любимую споём, – предложила Алёнка.

Они выбрали из списка их песню и взяли микрофоны.

Расчешу коню гриву белую,

Распрягу его и дам вольную.

А сама босая и смелая –

К горному ручью да к холодному.

Утонул в реке красный мой платок,

Ты прости меня, милый мой дружок,

За любовь мою окаянную.

Горюшко моё горевальное.

То песок, то камушек,

Синие цветы.

В том, что я не замужем,

Виноват лишь ты.

То смеюсь, то плачу я –

Так судьбой назначено.

В том, что я не замужем,

Виноват лишь ты.

Алёнка в конце песни глазами нашла Антона, он смотрел на неё внимательно и задумчиво.

Тая смахнула слезинку.

– Тая, не плачь. Он не должен видеть твоих слёз, особенно сейчас. Ты же хорошо знаешь Дениса. Он основательно должен всё обдумать и взвесить, – Алёнка попыталась успокоить подругу.

– Зачем я всё это затеяла…– горько прошептала та.

К ним подошел Денис. Сел рядом с Таей и обнял её, нежно прижал к себе. Алёна посмотрела на эту пару. Она хорошо знала Таю, ещё со времён студенчества, в институте учились в одной группе. Но, Дениса она тоже хорошо знала. Ребята вместе были уже несколько лет. Но они были такими разными, хотя их и тянуло друг к другу. «Может именно малыш их соединит», – думала Алёнка, потягивая коктейль. Из задумчивости её вывела песня.

Пусть пока ещё в глазах этих грусть

Отголосками прожитых дней.

Я к ногам её брошу из радуг букет

Эта женщина будет моей!

Я такую искал много лет

В лабиринтах мелькающих дней,

За неё с целым миром сражаться готов

Эта женщина будет моей!

Пел Антон. Как он поёт, Алёна слышала впервые. Она была поражена его голосом. Она перевела взгляд на Антона. Он не отрываясь смотрел на неё.

Денис рядом тихо прошептал Тае: «Извини, крошка, я петь не умею. Но считай, это моим ответом на твою песню». Тая улыбнулась в ответ и, поцеловав Дениса в щёку, положила ему голову на плечо.

Алёнка опустила глаза. Это ответ Антона на её песню? Или это просто одна из песен в выпавшем списке? Как узнать?

Допев песню, Антон подошёл к Алёне и тихо шепнул:

– Поехали. Нам пора.

Алёнка встала, махнула рукой Тае и вышла из бара.

По дороге домой оба молчали. У дома Антон поставил машину на стоянку, открыл пассажирскую дверь, подал Алёнке руку, довёл до квартиры и согласился на чашку кофе. Ночевал Антон сегодня в гостиной на диване.

В выходной гуляли в парке. Выпал первый снежок. Джесси резвилась, таская хозяйку за поводок. Антон шёл рядом, улыбался, молчал, о чём-то думал. А потом спросил, привлекая к себе Алёнкино внимание:

– Алёна, а где твои родители? Ты практически ничего не рассказываешь о своём прошлом.

– Ты тоже не особо откровенен, – с толикой горечи в голосе, ответила Алёнка.

Она не очень хотела продолжать этот разговор, это было совсем личное и неприятное для Алёны. Но Антон явно хотел узнать о ней всё.

– Расскажи, – попросил он настойчиво.

– Родители живут недалеко, в области, но я с ними практически не общаюсь, – Алёна взяла Антона под руку и пошла рядом с ним по дорожке. – После нашего развода мама открыто встала на сторону Глеба, объявив меня полной дурой, коль я потеряла такого мужика. Скучаю только по папе. Но он слова в доме никогда не имел. У нас балом правит мама. Звоню регулярно, но разговор редко получается, мама каждый раз возвращается к Глебу. Бывший до сих пор общается с мамой, возможно помогает им. Не знаю… Ещё есть две сестрёнки. Старшая, Настя, замужем, растит детей и воюет с мужем-пьяницей. Жаль её. Работает она медсестрой в больнице, но денег не хватает, зарплата небольшая и ту муженёк пытается уполовинить. Я всегда старалась помочь племянницам, то посылку отправляла, то денежный перевод. Но летом Настя позвонила и заявила, что если я действительно хочу им помочь, то просто обязана вернуться к Глебу. Тогда и помощь больше будет, а мои подачки ей не нужны. С тех пор я им ничего не отправляю. Мне больно и обидно, хотя и понимаю, что всё это с подачи мамы.

Антон молчал, шёл рядом и молчал… «Может он тоже осуждает меня, но просто помалкивает из деликатности?», – подумала Алёна, тоже помолчала немного, собираясь с мыслями, и продолжила:

– Есть ещё младшая сестрёнка, Машка. Сейчас в одиннадцатом классе учится. Очень хочет, чтобы я её к себе забрала, но мама категорически против. А мне Машу жалко. Что она у нас в городке делать будет? После школы учиться негде, работать тоже… Девчонка в институт хочет. Учится на «отлично». Обидно будет, если медалистка полы будет мыть в магазине, – Алёна замолчала, основательно погрузившись в свои мысли.

– А когда ты к ним ездила последний раз?

– Сразу после развода. Мы тогда с мамой сильно поссорились. Она со мной целый год не разговаривала, даже на мои звонки не отвечала и всем запретила со мной общаться. Только Маша в тайне от мамы со мной созванивалась…

– А хочешь съездить? –Антон остановился посреди аллеи и повернулся к Алёнке, заглянул в её грустные глаза.

– Хочу. Но не поеду… Во-первых, боюсь. Я там беззащитная. Мама сразу Глебу сообщит, что я приехала. Во-вторых, детей своих я теперь на кого оставлю? – улыбнулась Алёнка и подняла на Антона глаза, даря ему свой взгляд.

Они стояли посреди аллейки и молча смотрели друг на друга, держась за руки.

– Давай в следующие выходные съездим. Вместе. Со мною тебе ведь не страшно? – предложил он.

– С тобою – нет, не страшно, – честно ответила Алёнка. – А дети?

– За ними Игорь с Викой посмотрят. Я договорюсь. В субботу утром выедим, в воскресенье – вернёмся назад.

– А тебе зачем это надо? – не удержавшись, спросила Алёна.

– Это нужно тебе, Алёнушка, – ответил Антон. – И нужно это для того, чтобы двигаться дальше. Ты же знаешь Алёна, без прошлого нет будущего.

Последний месяц Алёнка ездила на работу на машине Антона. Он настоял на этом. Для него важна была её безопасность. Алёна и не сомневалась, что Лексус, нашпигованный электроникой, безопаснее её Киянки. На его Лексусе и поехали к родителям Алёнки в гости.

Мамуля встретила дочь приветливо, было видно – рада встречи, скучала. Но к Антону мама отнеслась сдержанно и настороженно. Пока накрывали на стол, успела вставить:

– Нехорошо замужней женщине с чужими мужиками ездить.

– Мамуль, я официально разведена с Глебом и свободна.

– Он так не считает, – ответила мама, – да и я тоже.

– А мне без разницы, кто как считает, – отозвалась Алёнка.

Антон, сидя в зале, разговаривал с отцом, но не упускал ни слова произнесённого на кухне. Виктор Тимофеевич рассказывал Антону о жизни в их городке, о работе на заводе. На вопрос Антона про Алёнку и её бывшего мужа задумался и ответил с присущей ему рассудительностью. Не сразу, но ответил:

– Чужая семья потёмки… Одно могу сказать, Алёнка его сильно любила. Я был против её раннего замужества, ей тогда только двадцать исполнилось. Да и он мне сразу как-то не понравился. Но вначале они хорошо жили. Что произошло потом, не знаю, она молчит, да и я в её душу не полезу. Вижу, болит там всё. А сейчас он некрасиво себя ведёт, не по-мужски, не по-человечески. Измучил он её преследованием. Алёнка даже к нам из-за него ездить перестала, боится столкнуться у нас с ним. Глеб к нам часто приезжает, он всё с матерью общается, шушукаются о чём-то.

Но здесь вошла в комнату Татьяна Алексеевна, и тему разговора мужчины сменили.

Потом, стоя на крыльце дома и затягиваясь сигареткой, Виктор Тимофеевич спросил:

– Ты-то, кто для моей Алёнки?

Антон задумался. Кто он для Алёнки? Он сам себе честно не мог ответить на этот вопрос, но отцу ответил:

– Кто? Не знаю. Честно, не знаю. Я её друг. Сейчас телохранитель. Пытаюсь оградить её от Глеба. Она его очень боится. Таких панических атак, как у Алёнушки после встречи с Глебом, я в своей жизни не видел, хотя повидал многое.

– Алёнушка… – отец вздохнул, было видно, ему понравилось, как Антон назвал его дочь. – У неё в этот приезд глазки другие. Светятся, но только когда на тебя, Антон, смотрит.

– Я знаю… Давно знаю… Сам… – Антон замолчал, собираясь с мыслями, и продолжил. – Понимаете, Виктор Тимофеевич, я профессиональный телохранитель. Это определённый риск. Не хочу я такого Алёнке… Через пару месяцев заканчивается контракт… Раньше думал продлить, сейчас сомневаюсь. У меня есть охранное агентство, так что работа есть, доход не плохой. Алёнка для меня та, с кем хочется постоянно быть рядом, ложиться спать, просыпаться по утру, слышать её голос, её смех… Она моя Вселенная…