- -
- 100%
- +
Пролог
Машина выехала на опушку леса. В глаза ударило яркое солнце и искрившийся на солнце снег. Сердце радостно застучало в груди. Лиза любила свою родную деревеньку, с нетерпением ждала очередной встречи с ней. Особенно в этот раз…
Молодая женщина залюбовалась изменившимся видом родной деревни. Фасады домов были обновлены, покрашены новой краской, прохудившаяся кровля заменена на новую, на окнах домов появились расписные ставенки. Красотища! Глаз не отвести… Как приятно видеть воплощённые в жизнь твои мечты. Дымок струился над крышами шести домов, значит появились жильцы ещё в трёх домах. Это не могло не радовать. Деревня возрождается…
На глаза навернулись слёзы радости…
– Лиза, всё в порядке? – заботливо спросил муж.
Лиза посмотрела на него и улыбнулась, смахнув слезинки, и утвердительно кивнув.
– Милая, я люблю вас, – мужчина заботливо сжал руку жены и нежно поцеловал её тонкие пальчики.
Машина остановилась возле обновленного дома бабушки. На крылечко вышла Серафима. Муж открыл дверцу и помог Лизе вылезти из машины.
– Лизонька, бегом в дом. Вещи я принесу сам, – прозвучал заботливо голос мужчины.
Лизка повиновалась и пошла навстречу к бабушке, оставив мужа разбираться с вещами.
Бабуля поцеловала внучку, лукаво улыбаясь, прижала к себе и тихо прошептала:
– С нормальным мужиком всё по правильному получается. Мать-то знает?
Лиза улыбнулась в ответ:
– Нет. Это для всех подарок к новому году.
– Проходи в дом, Лизавета, нечего на крыльце стоять. Не ровен час, простудишься. Теперь ты и дом-то не узнаешь, – похвасталась бабушка и распахнула дверь, пропуская внучку вперед.
Переступив порог родного дома Лизка замерла. Здесь действительно всё изменилось, но вместе с тем изменения были внесены очень деликатно, не нарушая прежней гармонии. Кухня и гостиная теперь были объединены в одно большое помещение. Вот только в гостиной были большие окна и второй свет. Посреди комнаты красовалась русская печка, немного поменьше, чем была раньше, но с лежаночкой, как и просила Серафима. На печь бабуле забираться уже тяжело, а вот погреться на печи Серафима любила. За печкой спряталась лестница на второй этаж.
В дом зашёл мужчина, поздоровался с бабушкой, по-хозяйски потрогал лежанку.
– Бабуля, хорошо греет? – спросил он.
– Да, сынок. Эту неделю даже стояк у себя не топила. Дверь открыла и так тепло было. Вчерась парень приходил, запустил всё. Трубы тёплые, но к вам не лазала, не смотрела.
– Пойдём, Лизок, я тебе наши комнаты покажу, – и он, приобняв жену за пополневшую талию, увлек её к лестнице на второй этаж. – По ступенькам не бегать, – посмеялся он, – это можно только Ильюшке. Этот шустрик здесь давно всё облазал.
На втором этаже было три комнаты. Мужчина открыл дверь в одну из них и пропустил Лизу вперёд.
Спальня. Их спальня. А над кроватью окно в крыше, как хотела Лиза.
– Нравится? – он нежно прошептал ей на ушко. – Как ты хотела. Сегодня будем наблюдать звёзды и месяц…
Лиза улыбнулась мужу и нежно дотронулась до его щеки.
– Спасибо…
– Лизок, в двух других комнатах детские спальни. Одну из них занял Ильюшка, вторая девчачья. Для неё.
Мужчина положил свои руки на живот Лизы и тут же получил ещё слабенький пинок дочери. Крошка не так давно стало проявлять свою активность и теперь пинала папины руки. Мужчина улыбнулся, наклонился и поцеловал аккуратный животик жены.
Лизка была счастлива. Как круто за эти полгода изменилась её жизнь… Если бы ей об этом сказали год назад, она не поверила бы…
Глава 1
В этом году всё, как всегда. Каждое лето похоже одно на другое. Из года в год… на протяжении многих лет…
После окончания школы Лиза поступила в архитектурный. Студенческие годы пролетели весело, незаметно, хотя и небеззаботно. На работу устроилась уже на третьем курсе. Закрыли деревообрабатывающий комбинат, папа остался без работы. В семье наступили тяжёлые времена, работала только мама. Зарплата учителя так себе, заканчивается очень быстро, поэтому и работать Лиза пошла, чтобы не напрягать родителей. Зато с работой повезло! Практику после второго курса проходила в реставрационном бюро, там приглянулась Борису Яковлевичу. Он и предложил работать у него в фирме. Пока училась, работала вторым секретарём, во всём помогая Регине Яковлевне, секретарю шефа, с документами и выполняя её поручения, получив диплом стала помощником генерального.
Фирма занималась реставрационными работами архитектурного наследия: грязно, трудно, но платили всегда хорошо. Поэтому и держалась за эту работу. Яковлевич был неплохим руководителем, суровым, резким, но справедливым. К Лизе относился по-отечески, как к своей дочери.
Во время учёбы у Лизы не бывало отпусков и каникул. Все каникулы она проводила на объектах. Жила Лиза в съёмной комнатке с бабушкой-старушкой, с которой её свёл шеф.
Тамара Ивановна была его какая-то дальняя-дальняя родственница, ухаживать за ней было некому, родственников не было от слова «совсем», вот Борис Яковлевич и пристроил Лизку, чтобы тётка звонками не надоедала.
Спустя два года, практически перестав выходить из дома, бабуля каким-то чудом сходила к нотариусу, который по стечению обстоятельств работал и жил в этом же доме, оформила дарственную на квартиру на Лизу. Лизка, в силу характера, хотела отказаться, но Борис Яковлевич настоял.
Ещё через год бабули не стало, ушла тихо, просто не проснулась утром, оставив Лизке бесценный подарок и память о себе – квартиру в Бибирево. Небольшую, двухкомнатную квартирку в панельной пятиэтажке, но свою. Правда ремонт Лизка до сих пор закончить не могла. Бригаду нанимать дорого, а Лёхе – лень.
От одиночества, после ухода Тамары Ивановны, страдала девчонка недолго, по глупости выскочила замуж. Ну, как по глупости? и как замуж? С Лёшкой учились в одном институте, но на разных факультетах. Он был старше на пару лет. Сначала жили в одной общаге, потом по работе часто пересекались. Общались, присмотрелись, вроде нравились друг другу. После смерти бабули Лёшка ненавязчиво переселился в квартиру к Лизе. Жили они с Лёшкой уже шесть лет, только замуж он её так и не позвал.
Быт затягивал. Лизе очень хотелось съездить куда-нибудь на море, отдохнуть, как делали все её подружки. Но Лёшку никуда не вытянешь. А отдыхать без него Лизка не умела.
Вот и этот отпуск они проводили в её родной деревне. Лиза любила этот дикий уголок, практически не тронутый цивилизацией. Речка. Лес. Чистый воздух. Утром просыпаешься, а он аж звенит от чистоты и нетронутости.
Их деревенька находилась в глубине леса, в забытом Богом уголке; она не'когда была большой, сейчас ветшала, летом жилыми становилось только семь дворов из двадцати. А зимой здесь жили только её бабушка, соседка тётя Тоня, местный почтальон, да глухой дед Тимофеевич.
Тишина… Природа… Умиротворение…
На неделе у Лизы с мамой состоялся серьёзный разговор. Родители хотели забрать бабулю к себе. Бабуле исполнилось 90 лет, хотя она и была ещё крепенькой старушкой, но зимой ухаживать за собой ей было уже сложно. Вот мама и пыталась склонить Лизу к продаже дома.
– Мы тоже не вечные. Вы в своей Москве целый год живёте, а мы с отцом на себе два дома тянем. Мы ведь уже не молодые, дочь. А так хоть какую-то копейку получим. Без хозяина дом быстро гнить начнёт, – пыталась убедить её мама. – Даже когда вы здесь, от твоего Лёхи толку мало. Всё ждёт, когда у него помощи попросят. Да и попросив, не сразу получишь.
– Мам, если он что-то начинает делать сам, ты его по рукам бьёшь, говоря, что у него руки из ж..ы растут, – попыталась встать на защиту почти мужа Лиза. – Такая работа ему незнакома. Он программист, если что. У своих же родителей на даче он всё делает. И ничего, получается…
– А ты видела? – мама внимательно посмотрела на дочь, не верила она в то, что Лёшка хоть что-то умеет делать своими руками.
Да и Лиза этого точно видеть не могла, так как к родителям Лёшки ездила один раз, в самом начале, как только начинали жить вместе. Потом только его мама в гости регулярно приезжала, свои порядки наводила.
Но Лиза оставила вопрос мамы без ответа. Мама махнула рукой и ушла. Как бы не хотелось Лизе продавать деревенский дом, но объявление она подала в надежде, что покупатель не сыщется.
Но это была первая неприятность за время отпуска. «Пришла беда, отворяй ворота», – часто повторяла бабушка. Вторая неприятность привалила на следующий день к вечеру. Незванно-нежданно приехали друзья Лёшки, принесла их нечистая отдохнуть и порыбачить. Рыбалка в этих краях действительно была отменная.
Если Вадим был адекватным, и Лизка с ним нормально общалась, то вот Мишка, как мелкий гадёныш, предпочитал наносить удар исподтишка, постоянно цеплял Лизку, стараясь доказать другу, что все бабы дуры и стервы.
Стычки начались с первого вечера. С самого начала Мишке не понравилась комната, куда их с Вадимом поселили. У бабушки в доме была одна гостевая спальня. Вернее, спален было три: бабушкина, родительская, которую в отпуске всегда занимала Лизка с Лёшкой, и гостевая. Родители спали в летней комнате. Так повелось издавна.
Лиза принесла постельное бельё в комнату парней и тут же услышала:
– Лизка, для гостей нужно лучшую комнату предлагать. Почему я должен спать в одной комнате с Вадимом, да ещё в этой, – Мишка нагло ухмылялся.
– Не нравится? В городе есть гостиница. Я не держу. Да и в гости я тебя, Михаил Игоревич, не приглашала, – резко ответила Лиза, положила комплекты постельного белья и направилась к выходу, передумав заправлять кровати, от дверей обернулась и съязвила. – Скажи спасибо, что спите на отдельных кроватях…
– С..ка, – процедил Мишка вслед выходящей Лизке.
– Миш, чего ты взъелся? Нормальная девчонка. Чем она тебе не нравится? – Вадим лежал на кровати и наблюдал за очередной перепалкой Мишки и Лизы.
– Все они шл.хи!..
***
Лиза вышла из комнаты парней со спокойной маской на лице, но от напускного спокойствия не осталось и следа, как только оказалась на крыльце. Под руку подвернулся Алексей.
– Лёша, зачем они припёрлись? Их разве приглашали? – возмутилась Лиза.
– Лизок, ну, что ты возмущаешься? Я им рассказывал про местную рыбалку, вот они и приехали, – оправдываясь, ответил мужчина.
– Значит пригласил друзей… Мне почему не сказал? Почему не предупредил?
Лёшка молчал, понимал, Лизка, как всегда, права. Лопухнулся он в очередной раз, с кем не бывает.
– Ладно, мне ничего не сказал, но у бабушки ты обязан был спросить разрешения на приезд твоих друзей. Это её дом, Лёш.
Лёшка хотел возразить, что дом по документам Лизкин, но промолчал. Не нужно злить Лизу ещё больше и так злая, наверное, уже с Мишкой сцепилась. Лёшка приобнял Лизу за плечи.
– Не злись, Лизка, Мишка не такой и плохой. Не обращай внимание на его провокации.
***
Всю неделю Мишка изводил Лизу своими издёвками: всё, что готовила и делала Лиза, было не так, то недосолено, то пересолено, то приправы нет, то её слишком много, то пришла не вовремя, то пошла не туда, то Лёшкой командует.
Последней каплей была фраза, сказанная Мишкой на пляже: «Толстая ты, Лизка. Надо жрать поменьше и в тренажёрку ходить». Сказана эта фраза была в присутствии Вадика и Лёхи. Вадик засмеялся, а Алексей лишь ухмыльнулся, но промолчал. Ни слова не сказал другу в защиту своей женщины.
При ребятах Лиза стерпела, а дома тихонечко поплакала. Было обидно не столько от слов Мишки, сколько от поведения Лёшки. Промолчал…
***
Сегодня Лизка готовила баню, нужно было подготовить ароматные травы для парилки, как нравится им с Лёшкой, заварить свежий чай и вскипятить самовар, как любит бабушка. В суете этой недели Лиза совсем забыла о данном объявлении и продаже дома.
В бане, как всегда, её ждала мамина разруха.
– Мамочка, сколько ещё раз просить не включать стиралку, пока мы не попарились. Для нас это целый ритуал, а здесь машинка за стенкой жужжать будет.
Хотя сегодня Лиза была в этом не уверена. Лизке придётся идти в баню одной. Лёшка не составит ей компанию. Пойдёт с друзьями.
– Бельё когда стирать прикажешь? – деловито возразила мама.
Родители приезжали обычно на выходные. Если не было работы в городе, то папа мог приехать и на неделе. Мама здесь проводила только часть отпуска.
– Я сама всё загружу и выстираю, но завтра, – упрямо произнесла Лиза.
И Лиза решительно собрала всё грязное бельё в корзину, не дав возможности маме сказать что-либо ещё.
Они постоянно с мамой о чём-нибудь спорили. Ну, не умела Лизка в свои двадцать восемь молчать, так и не научилась. Потом постоянно жалела о ссоре, коря себя за несдержанность.
Подготовив баню, пошла на поиски спелых ягод. В саду было всего понемногу и это всё понемногу полетело в миску: малинка, ежевика, голубика, земляника, смородинка, крыжовник, вишня.
В кармане ожил сотовый.
«Кто это обо мне вспомнил?», – Лизка вытащила телефон, на экране высветился незнакомый номер. – «Сбросить?..»
Лиза помедлила. «Завтра покупатель позво'нить. Будь с ним вежлива», – всплыли в памяти бабушкины слова, сказанные вчера перед сном, и Лиза нажала на соединение.
В трубке зазвучал очень приятный мужской голос, от которого у Лизки перехватило дыхание:
– Добрый вечер, Лизавета. Я по объявлению о продаже дома. Ещё не передумали?
– Здравствуйте. Нет, не передумали, – ответила Лиза, тяжело вздохнув и соображая, откуда покупатель знает её имя.
– Мы бы хотели посмотреть дом, подворье, у Вас сад там большой, если я не ошибаюсь.
– Не ошибаетесь. Если Вам будет удобно, то подъезжайте завтра в первой половине дня. Я всё Вам покажу.
– Спасибо, Лизавета. Тогда до завтра. О цене поговорим при встрече, – сказал мужчина и отключился.
Ноги не держали, сердце бешено колотилось в груди, руки сжимали телефон и немного подрагивали, в ушах всё ещё звучал этот чертовски приятный голос. Колдовство, да и только!..
– Чёрт! Чёрт! Чёрт! Что со мной? От одного голоса поплыла.
Лиза зашла в баньку, умыла лицо холодной водой. Посидела немного, пытаясь успокоиться.
О звонке покупателя Лиза никому не сказала.
Вечером Лизавета не могла уснуть. Измучившись окончательно, взяла подушку, плед и вышла в сад, расположилась на подвесных качелях и достаточно быстро провалилась в сон. Только снилось всю ночь странное.
Лиза во сне впервые видела себя со стороны:
«Лиза услышала за спиной голос и обернулась. Перед ней стоял мужчина лет пятидесяти, высокий, мускулистый, ухоженный, с шикарными чёрными волосами и безукоризненной суровой внешностью. Вот только глаза и его бархатный голос немного не сочетались с внешностью. Глаза говорили о власти и необходимости подчиниться, а голос…
– Добрый день. А Вы собственно кто?
– Я потенциальный покупатель вашего домика. Кроме меня его никто не купит. Я не позволю…
Лиза показывала мужчине сад. Это был их сад, но вместе с тем и не их. Покупатель шёл рядом, молчал, но Лиза чувствовала на себе его приятный ласкающий взгляд.
Потом откуда-то появилась большая чёрная машина.
– Давайте в машину присядем и обговорим остальные вопросы, – предложил мужчина.
Лиза, не зная почему, молча согласилась. Она предложение мужчины восприняла как приказ, который не захотелось ни обсуждать, ни перечить ему.
«Если узнает Лёшка, будет скандал», – навязчиво мелькнуло в сонной голове.
Мужчина открыл пассажирскую дверь, помог Лизе устроиться в этом авто. Сам обошёл чёрного монстра и сел на место водителя. Он внимательно смотрел на девушку. В его взгляде была похоть, страсть и что-то ещё, но что это «ещё» сонный мозг не понял. Мужчина с шумом вдохнул воздух и повернулся к ней в пол-оборота.
– Вместе с домом я собираюсь сделать Вам предложение, – ухмыльнулся он. Лиза поёжилась.
– Замёрзли?
– Нет. Немного волнуюсь. Так о чём Вы хотели поговорить?
– Я не ошибся. Нам будет хорошо вместе, – спокойно сказал он.
У Лизы перехватило дыхание.
– В смысле? – уточнила она.
– Я куплю этот дом, но… вместе с тобой, девочка.
Он озвучил сумму покупки дома. Лиза прекрасно понимала, что дом столько не стоит. Это намного дороже его стоимости.
Она пыталась понять, что ему нужно. Мозг работал напряжённо, прокручивая всё с бешеной скоростью. Появилось желание прикоснуться к этому мужчине. Притом дикое желание, непреодолимое…
Мужчина, как будто прочитав её мысли, наклонился над ней и аккуратно прикоснулся к её губам, целуя мягко, нежно, но вместе с тем, как бы ставя своего рода клеймо измены. Она, не давая себе отчёта, ответила на поцелуй. Но почему-то тело резко захотело большего. «Что со мною происходит?» – крутилось в голове у Лизы.
Мужчина, освободив её губы, провёл рукой по её щеке, по которой бежала слезинка. Стёр слезинку своим пальцем и продолжил целовать её, прокладывая дорожку из поцелуев от мочки уха вниз, к ключице.
В машине раздался непонятный писк.
– Чужой. Моя машина сообщила, что к ней подошёл чужой.
Мужчина резко выпрямился, нажал на какую-то кнопочку, засветилась панель, отображающая сигнал с четырех камер. Рядом с машиной стоял Алексей, курил. Лизе захотелось выпрыгнуть из машины, но покупатель перехватил её движение.
– Не нужно, Лиза. Он нас не видит и не слышит. Даже если очень этого захочет… не услышит. Продолжим наше знакомство?
Лиза утвердительно кивнула, хотя внутри всё замерло.
– Лиза, мне нужна ты… Ты именно та женщина, которую выбрало для себя моё второе Я. Обещаю, ты узнаешь всё, в мельчайших подробностях, но позднее, когда будешь к этому готова. Сейчас ты просто испугаешься, и я тебя потеряю. Этого я не хочу. Я слишком долго искал тебя.
Мужчина потёрся о её щёку своей и глубоко вдохнул её запах. Лиза сидела, боясь пошевелиться. Она видела, как у машины всё ещё стоял Алексей, внутри рядом с ней был другой. И её мозг играл на разрыв: она впервые за шесть лет готова была изменить Лёшке. И этой мысли она боялась…».
***
Лиза резко проснулась и села. Она была в саду. Одна, лишь старый кот Барсик дрых рядом на подушке. Уже светало.
«Это просто сон», – выдохнула Лиза. Но осадок от этого сна остался. Нежная истома поселилась в сердце, да ещё этот голос покупателя. Лиза посмотрела на небо. «Ни облачка. Снова будет жарко», – подумала Лиза, встала и ушла в дом, прихватив с собой подушку и кота. В спальне она посмотрела на спящего Лёшку и нырнула под одеяло, прижалась к нему. Он пробурчал что-то и отодвинулся.
Глава 2
Утром Лиза проснулась вся разбитая, из-за бессонной ночи немного болела голова, на душе было полное смятение и ожидание чего-то. Но особо раздумывать было некогда. Нужно было помогать бабушке и маме. Завтрак и живность были на Лизкиных плечах.
Лизка приготовила завтрак для мужчин. Лёшка с друзьями рано утром ушёл на рыбалку и скоро должен вернуться. От него действительно не было никакой помощи, с утра на рыбалку, дальше полдня спал, ну ещё мог до города доехать, если тёща попросит.
Папа возился в мастерской, что-то придумывая для укрепления заднего крылечка, оно прохудилось немного за зиму. Хотя мама и ворчала, что это уже забота новых владельцев, но папа так не умел. Если видел неполадки, то должен был их исправить.
После завтрака Лиза пошла в огород в поисках травы для кроликов. Эти пушистики были ещё теми проглотами, кушали много, хотя и было их всего пятеро.
***
Лиза выходила из сада с корзинкой, наполненной травой, когда у дома остановилась большая чёрная машина. «Прямо как во сне», – опрометью пронеслась мысль в Лизкиной голове, и молодая женщина вздрогнула от этой мысли.
Лиза поставила корзину на скамейку, вытерла руки о фартук и сняла его, сделала шаг в сторону машины. Сделав шаг, замерла то ли от шока, то ли от неожиданности. Водительская дверь открылась и из машины вылез молодой мужчина. Высокий, широкоплечий, но вместе с тем все его движения говорили о какой-то скрытой силе. Густые чёрные волосы волной уходили на затылок. А дальше Лиза даже боялась смотреть, опустила взгляд вниз.
– Добрый день. Елизавета? Я не ошибся?
– Добрый день. Не ошиблись.
– Руслан, – представился он. – У Вас здесь очень красиво и тихо…
Лиза не заметила, как из машины вышел пассажир и подошёл к ним.
– Добрый день, – неожиданно прозвучал рядом вчерашний бархатный голос, от которого у Лизы всё ухнуло вниз.
Она резко повернулась к подошедшему и замерла, как последняя дура. Мужчина был несколько старше Руслана. Высокий, статный, широкоплечий, густые чёрные волосы припорошила серебром седина, скулы и волевой подбородок были скрыты под недельной ухоженной чёрной щетиной, но с той же проседью, прямой нос со слегка заметной горбинкой, чётко очерченные губы, в которых спряталась ухмылка. Такой бог-воин, сошедший со страниц книжки. Лиза понимала, что всё это время тупо пялится на мужчину, но взгляд отвести не могла. Это было выше её сил. От его дьявольской красоты веяло холодом. Его чёрная одежда, а одет он был в чёрные брюки и чёрную рубашку с длинными рукавами, аккуратно завернутыми до локтя, обнажая сильные руки, лишь подчеркивала эту холодность и недоступность, излучая почти гипнотическую ауру властного и умного мужчины.
Молчание затянулось.
– Д-добрый день, – как-то неуверенно и слегка заикаясь сказала Лиза. – Вам показать дом или …
– Давайте начнём с территории, – предложил мужчина и представился. – Сергей Ильич. А Вы, Елизавета Павловна, я правильно понимаю?
– Можно просто Лиза, – тихо попросила Лизка и направилась в сторону сада. – Пойдёмте, – пригласила она мужчин.
Лиза шла по дорожке сада, попутно рассказывая о том, что растёт у них в саду, и отвечая на многочисленные вопросы Руслана про состав почвы, сорта деревьев и кустарников, года их посадки, урожайность.
– Вы ещё не устали от моей болтовни? Я могу долго рассказывать, – поинтересовалась Лизавета.
Она успела немного прийти в себя и разговаривала теперь спокойно, в тем более Руслан ей очень понравился, а о Сергее Ильиче она старалась не думать.
– Рассказывай, Лиза. Меня интересует всё, – услышала она в ответ бархатный голос, резко обернулась и замерла от неожиданности.
– А где Руслан? – растерянно спросила Лиза, обнаружив, что они одни, и Руслан не идёт с ними. – Я думала, что это Руслан покупает наш дом, – она посмотрела на мужчину и, встретив холодный взгляд его сапфировых глаз, быстро опустила свои, но ответ на свой вопрос так и не услышала.
«Ещё немного и земля уйдёт из-под ног, и я пропаду», – констатировала факт Лизка и направилась к речке. Она слышала, что Сергей Ильич идёт следом, вернее не слышала, чувствовала, но шли они молча.
– А вот и наша речка. Спуск к ней крутой, зато от весеннего половодья наша деревня не страдает, – Лиза немного помолчала и добавила. – Пляж песчаный, речка здесь спокойная, водовороты только вверх по течению за поворотом есть. Обычно для детей заводь рыбацкой сетью мелкой обносили. В ней детвора и плескалась. Сейчас не для кого, – грустно добавила она.
Лиза стояла на краю обрыва и чувствовала за спиной дыхание мужчины, сделав пару шагов в сторону, оглянулась. Сергей Ильич стоял и смотрел куда-то вдаль, о чём-то напряжённо думая или что-то вспоминая. Потом резко повернул голову, посмотрел на Лизу и улыбнулся уголком рта.
– Пойдёмте дальше, Лизавета. Красиво здесь…
– У нас здесь красиво и тихо… – печально произнесла Лиза.
Она не смогла спрятать грусть от предстоящего расставания с этим дорогим сердцу уголком.
– Вы любите это место? – его голос заставил Лизу съёжиться.
– Очень. Месяц здесь и целый год можно работать в мегаполисе. Это как центр реабилитации для больных, – Лиза мысленно улыбнулась.
– Не хотите продавать?
– Нет. Но это ничего не меняет. Продавать будем.
Лиза направилась вдоль берега к опушке леса.
– Эта березовая роща тоже наша. Всего без малого гектар.
Они по периметру обошли почти всю территорию. Шли медленно. Сергей Ильич шёл рядом, иногда придерживая Лизу под локоть, где тропинка была узкой, иногда протягивая руку, если нужно было перешагнуть ручеёк или лужицу. Лиза замирала каждый раз от прикосновения его руки, кожа горела под его пальцами.
– Лиза, – Сергей Ильич отвлёк её от воспоминаний, в которые Лиза незаметно для себя погрузилась. – Может присядем здесь?