Златан Ибрагимович. Только бог может судить меня

© Драган Маркович, 2023

© ООО Издательство АСТ, 2023

Обычно говорят, что до смерти мы не можем стать легендами, но я – живая легенда. По крайней мере, в Мальмё.

От автора

Моя мама выросла в крестьянской семье, где спорт считался глупой забавой – если время и силы есть, то лучше сделать что-нибудь полезное по хозяйству, нежели пинать мяч и бегать кругами по стадиону. Как сын такой матери мог увлечься футболом, а после, поняв, что карьера звезды ему не светит, посвятил себя спортивной журналистике – отдельная история. Наверное, сказался пример отца, заядлого болельщика.

Если бы кто-то сказал мне, что мама пристрастится к футболу, да так, что станет разбираться в правилах и знать по именам всех знаменитых игроков, то я бы просто посмеялся над этим. Кто? Моя мама? Да скорее курицы начнут летать, чем такое случится!

Но недаром говорят, что то, чего не может быть, иногда да случается. Однажды, когда мы с отцом смотрели по телевизору встречу «Аякса» с голландской «Бредой»[1], ту самую, во время которой Златан забил гол, вошедший в историю футбола[2], мама вдруг остановилась перед экраном и сказала:

– Ибрагимович? Златан? Это же сын Юрки… Ивица, ты должен помнить задарских[3] Гравичей, тех, с которыми семья моей матери в родстве через Бабичей…

Отец махнул рукой – дай досмотреть игру! – но мама продолжала называть фамилии и имена. Честно говоря, я тоже не слушал, что она говорит, до тех пор, пока не прозвучало имя Златана.

«Родство – главное богатство», – говорят хорваты. Дальние родственники могут ни разу в жизни не встретиться друг с другом, но они знают, кто где живет, кто на ком женат и кого как зовут.

– Златан Ибрагимович – наш родственник? – удивился я. – Но он же босниец…

Фамилия «Ибрагимович» говорит сама за себя. Хорват не может быть Ибрагимовичем, точно так же как босниец не может быть Поповичем, потому что попов у боснийцев нет.

– А разве босниец не может жениться на хорватке? – парировала мама. – Я же вам говорю, что они познакомились в Швеции. Далеко от дома, как известно, и чужой своим становится…

Я не мог поверить своим ушам. Неужели Златан Ибрагимович приходится нам родственником? Родство было дальним, возможно, что в Швеции его бы и за родство не посчитали, но у хорватов наличие общего родственника, пусть и десятью поколениями ранее, делает людей родственниками, и от этого факта никуда не уйти.

Мама начала смотреть игры с участием Златана и понемногу пристрастилась к футболу всерьез. А когда узнала, сколько зарабатывают «эти бездельники», то сильно зауважала футболистов – ясно же, что просто так большие деньги платить не станут. Так Златан совершил чудо, о котором он узнал только много лет спустя, при нашем знакомстве.

Мог ли я не написать книгу о Златане Ибрагимовиче?

Нет, не мог, это было предопределено.

И наконец-то это свершилось…

Когда книга была написана и готовилась к печати, Златан преподнес миру сюрприз, неожиданно объявив о завершении своей игровой карьеры. Пришлось срочно вносить в написанное правки. Когда я упрекнул Златана: ну уж мне-то можно было сказать! – то услышал в ответ:

– Для меня самого это тоже стало неожиданностью. Я понимал, что моя игровая карьера идет к завершению, но, с одной стороны, энергии у меня пока еще хватает, а с другой – хотелось завершить карьеру на красивой цифре в двадцать пять лет. «Четверть века на поле» – это же звучит, черт побери! Но жизнь внесла свои коррективы. Я полгода играл с травмированным коленом, потому что не хотел оставлять команду до конца сезона. Наверное, операцию следовало сделать раньше. Процесс восстановления оказался длительным… Когда мой очередной контракт с «Миланом» подошел к концу, я спросил себя: «Парень, готов ли ты играть еще два-три года?». Подумал и ответил, что не готов, да и вообще уходить нужно на пике славы. Я думал о завершении карьеры все время, пока разрабатывал ногу после операции, но решение должно было созреть, а пока оно не созрело, объявлять о нем не было смысла – вдруг бы я передумал в последний момент? То тебе кажется, что все хорошо, то ты начинаешь сомневаться в этом… И никто не поможет – решение нужно принимать самому. Врачи говорят: «Все зависит от организма» – и ты целыми днями прислушиваешься к нему. Но в какой-то момент все сомнения отпадают… «Завтра я буду свободным человеком», – сказал себе я, проснувшись утром 4 июня 2023 года, и увидел, что за окном идет дождь. «Даже Богу грустно, что я ухожу», – подумал я, но решение мое было окончательным. Пусть я не отыграл на поле четверть века, но я вошел в почетный клуб «Кому за сорок»[4] и мне есть чем гордиться.

Глава первая

Only God Can Judje Me

На левом боку у Златана Ибрагимовича вытатуирован девиз: Only God can judje me («Только Бог может судить меня»). Лучшего девиза для Златана представить невозможно. Он действительно не признает над собой никаких авторитетов и не считается ни с кем, кроме Бога.

– В Русенгорде иначе не выжить, – говорит Златан. – Надеяться можно только на Бога и на себя, такое уж это место.

Русенгорд – один из районов шведского города Мальмё, самого многонационального и мультикультурного города Швеции. Треть жителей города родились за границей, а «чистокровных» шведов, у которых оба родителя принадлежат к титульной нации, здесь около сорока процентов и их доля перманентно уменьшается, поскольку рождаемость среди шведов очень низкая.

Русенгорд возник на стыке шестидесятых и семидесятых годов прошлого столетия, когда в Швеции в рамках так называемой Программы миллиона проводилось массовое строительство домов с малогабаритными квартирами. Всего собирались построить миллион квартир, почему программа и получила такое название. Установка делалась на то, чтобы построить как можно больше жилья, израсходовав при этом как можно меньше средств. Об эстетике никто не задумывался, качеством зачастую пренебрегали, и в результате появились унылые «бетонные джунгли» с быстро ветшавшими квартирами. У жилья в Русенгорде есть только одно положительное качество – стоимость, поэтому люди с низкими доходами предпочитают… нет, – вынуждены селиться здесь.

Законы в Русенгорде суровые. Каждый сам за себя. Кто сильнее, тот и прав. Слабакам здесь не место… В роли ведущего образовательного учреждения выступает улица, на которой местные несовершеннолетние проводят бо2льшую часть своего времени.

У матери Златана Юрки Гравич было пятеро детей, но родной Златану была только его старшая сестра Санела, две младшие сестры и младший брат были сводными. Родители развелись, когда Златану был год с небольшим. Развод при наличии общих детей не приветствуется ни у боснийцев, ни у хорватов, но в Швеции свои взгляды на жизнь, да и ситуации бывают разными. Несмотря на то что в детстве ему часто доставались тумаки от матери – единственное выражение заботы, Златан отзывается о матери тепло и считает себя католиком, то есть исповедует веру матери.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

1

Амстердамский футбольный клуб «Аякс» (Amsterdamsche Football Club Ajax) – нидерландский профессиональный футбольный клуб из Амстердама, выступающий в Эредивизи, высшей футбольной лиге Нидерландов.

НАК Бреда (NAC Breda) – нидерландский профессиональный футбольный клуб из города Бреда, выступающий в Эрстедивизи, Первом дивизионе Нидерландов по футболу. –Здесь и далее, там, где не оговорено особо, примечания сделаны переводчиком.

2

Гол, забитый Златаном Ибрагимовичем 22 августа 2004 года во время игры «Аякса» с «Бредой», зрители канала «Евроспорт» назвали лучшим голом года.

3

Задар – город в Хорватии в центральной части Адриатического побережья.

4

Златан Ибрагимович закончил футбольную карьеру в сорок один год.