- -
- 100%
- +
Телега медленно подошла к воротам, и, как ни странно, со стороны форта не было никакой реакции. Удивлённые таким поведением стражи, трое вскрыли один из кувшинов и облили им саму телегу и небольшую часть стены. Сразу после этого они бросились обратно к Виктору.
Как только трое вернулись, лучники получили приказ и подожгли стрелы, обмотанные тряпками.
Всего лучников было четверо, и они были первыми стражами, которых граф выделил ему. Остальные в жизни не держали луков, потому что просто не было времени их обучать.
Как только Виктор махнул, четыре стрелы полетели в сторону форта, и только теперь стражники отреагировали. Сразу зазвенел тревожный колокол и раздались крики.
У Виктора подскочил адреналин, и сердце забилось в сумасшедшем ритме, но, оглядевшись вокруг, он обнаружил, что так волнуется только он, и солдаты, в свою очередь, дворфы и рыцари были сосредоточены и совсем не волновались.
Как только первые горящие стрелы упали на телегу, она вспыхнула ярко-синим пламенем, но теперь Виктор увидел проблему: пламя было слишком сильным, а сами бочки ещё даже толком не загорелись.
На стене бегали солдаты, и, судя по всему, они тоже готовились к бою, но даже они сторонились той части стены, под которой горела телега.
Когда Виктор уже собирался отдать приказ об атаке, раздался взрыв, который, как выяснилось позже, был вызван взрывом бочки со спиртом. Огонь, словно единый поток, разлетелся по стене, поджигая ту сторону форта, которая была обращена к ним.
– Милорд, если загорится весь форт, они попытаются покинуть его через северные ворота, – напомнил Алганис.
Виктор, не теряя времени, отдал приказ всем атаковать и вместе со всеми направился к северной части форта, чтобы встретиться с противником там. Дело в том, что та часть форта, которую они подожгли, горела слишком сильно, и, вероятно, рыцарь был прав, и весь форт мог загореться.
Солдаты бежали за своим лордом, обнажив мечи, и пытались как можно быстрее достичь указанной точки, но всё равно опоздали.
Первым, кто заметил, что охрана форта уже покинула его, был сам Виктор, и, видя, что всё идёт не так, как планировалось, приказал всем построиться.
С другой стороны, солдаты тоже выбегали и строились. Теперь это становилось похожим на обычное сражение на поле боя, без хитростей и сложных тактик.
Как только отряд построился, Виктор решил, что он сам пойдёт вперёд. По его плану, гномы и Алганис должны были разобраться с капитаном форта и его помощниками, а Линея осталась бы их охраной.
Последнего он совсем не стыдился, потому что эта женщина была куда сильнее любого мужчины на его уровне.
Все шестьдесят человек ринулись в бой, Виктор хоть и шёл со всеми, но на передний край не лез, потому что знал старую поговорку «У стрелы нет глаз».
Когда две армии столкнулись, Виктор увидел, как Гельдор запрыгнул на плечо Балтору и, оттолкнувшись от него, влетел прямо в толпу, одним ударом молота пробив себе дорогу в плотных рядах солдат.
Началось настоящее побоище, но во всём этом что-то было не так. Бой, что должен был быть победным изначально, не был похож на такой.
Солдаты Виктора отчаянно сражались, но их противники не были обычными, как предполагал Алганис, потому что обычный солдат – совсем не противник железному рыцарю.
Но потом он увидел то, что сделало его предчувствие реальным: два гнома сражались против одного человека, и каждое их столкновение распространяло удары магии, явно выше серебряного.
– Милорд! Золотой рыцарь! – крикнул Алганис, сражавшийся сразу с тремся помощниками капитана.
«Откуда тут золотой уровень? С каких пор они стерегут форты?» Пока он раздумывал, стоя позади своих солдат, их вовсю теснили назад.
– Господин… – внезапно раздался шёпот, но, в отличие от прошлого раза, это был мужской голос, и Виктор увидел, как его солдат умирает, проткнутый мечом, а за ним ещё один и ещё.
В одно мгновение погибли трое солдат.
Мозг словно завис, а когда он вернулся в реальность, сражение стало совсем отчаянным, и поражение было неминуемым.
Виктор решил сам вступить в бой и крепче сжал молот в руке. Видя это, Линея, стоявшая рядом с ним, тоже обнажила свой меч, который больше напоминал шпагу, но был чуть толще и немного длиннее.
Однако, когда он собирался сделать шаг вперёд и поднял молот, увидел, что молот словно набирает энергию, и на нём появился новый знак, который ярко светился.
– Надеюсь, ты что-то полезное, а лучше «чудо», – произнёс Виктор и поднял молот над собой.
По всему полю боя прошло кольцо света, которое окутало солдат, и те словно безумные взорвались криком. Солдаты бросались на противника, как волки, и игнорировали любые атаки, тесня противника.
Дворфы, дравшиеся с золотым рыцарем, тоже стали быстрее и сильнее, они прыгали то в одну сторону, перекатывались, и, пока рыцарь пытался атаковать, на него с другой стороны нападал второй дворф.
В один миг всё изменилось, Виктор видел, как его солдат голыми руками сдавил голову врага, который был в шлеме.
«Какого черта происходит? Я сделал их сумасшедшими? Или они стали оборотнями?»
Паладин начал бояться того, что он видел, потому что эта сила подействовала только на его солдат, но они совершенно не слушались его. Даже Линея, которая изначально стояла рядом с ним, обезумев, прыгнула в гущу боя и начала рубить головы врагов, словно это были не люди, а просто препятствия на ее пути.
Бой длился ещё полчаса, когда раздался крик последнего оставшегося противника, которым был золотой рыцарь.
Сражаясь, он пытался отступить, но дворфы бросались на него снова и снова, пока остальные солдаты, обессилев, рухнули на землю. В то время как два брата, казалось, были машинами, игнорируя усталость и продолжая атаковать рыцаря.
– Я сдаюсь! – раздался крик рыцаря, продолжавшего сражаться с дворфами.
Виктор огляделся по сторонам и увидел лишь измотанных солдат и горы трупов, как своих, так и врагов.
По беглым оценкам, в этом бою выжило всего тридцать его солдат.
«Да, чёрта с два я приму твою капитуляцию!» подумал Виктор.
– Гелдор! Балтор! Убейте ублюдка! – крича во весь голос приказал он.
В следующую секунду Балотор подкатился на коленях к рыцарю и ударил его молотом по левой ноге. Рыцарь лишь на мгновение отвлёкся на Балтора, и Гелдор не преминул этим воспользоваться, с размаху разбив ему голову, как арбуз.
– Мы победили, – тихо произнёс Виктор. Он совершенно был не рад победе такой ценой.
Глава 32. Зов о помощи
Огонь продолжал гореть до самого вечера, и только с наступлением темноты полностью погас.
По приказу Виктора все тела солдат виконта были похоронены на месте, а тела солдат Балтес погрузили в телеги вместе с девятью ранеными и в сопровождении шести солдат отправили в замок.
Он хотел отдать им дань уважения и провести церемонию захоронения, одновременно показав своим солдатам, что даже после смерти они останутся солдатами своей территории.
Таким образом, Виктор хотел показать им, что они ценятся и пока верны ему, о них и их семьях всегда позаботятся.
В этом мире тела умерших солдат зачастую остаются прямо на поле боя, становясь пищей для падальщиков и монстров, никому и в голову не придет тратить силы на захоронения обычных солдат, если только это не городская территория, в которой такое может привести к чуме.
Виктор, всё это время наблюдавший за догорающим фортом, наконец решил отправиться в свой лагерь.
Собрав остатки своей армии, они отправились в свой лагерь и вернулись к форту только рано утром.
Солдаты вошли первыми и начали обыскивать сгоревшие здания, время от времени доставая из-под завалов металлические предметы и оружие, попорченное и непригодное к использованию. Однако это всё же был металл, который его кузнец мог переплавить и пустить в дело.
– Милорд, вам лучше не видеть этого, – произнес Алганис, когда Виктор шел к нему.
«Что хуже того, что было на поле боя, я могу увидеть?»
Думая о том, что самое страшное он уже видел, Виктор подошел к сгоревшему зданию и, заглянув внутрь, увидел трупы людей, около сотни тел. Это было лишь то, что он мог увидеть, а скольких невозможно различить.
Сама картина была ужасна, но стоявший запах горелого мяса был еще страшнее. Не удержавшись от увиденной картины, его вырвало прямо на месте. Рыцарь быстро сообразил и оттащил его в сторону, чтобы господин мог перевести дух.
Пока Виктор пытался отдышаться, двое солдат принесли сундук из здания, которое предположительно было домом капитана.
Сундук размером метр на метр был заперт на навесной замок, который тут же был взломан, и, пока Виктор пытался прийти в себя, перед ним стоял открытый сундук, в котором лежала руда, и, судя по цвету, это был мифрил.
«Чтоб тебя, мифриловая шахта, да еще и в таком неудобном месте».
Было нетрудно догадаться, откуда тут взялся мифрил.
– Заберите сундук и отправьте в замок, солдаты останутся тут и похоронят всех людей. – С этими словами он направился к месту, похожему на вход в шахту. Он больше не хотел оставаться рядом со зданием, полным трупов.
Оказавшись внутри, лорд нашел факел, прикреплённый к стене, и, освещая им путь впереди себя, пошёл по тёмному тоннелю шахты.
К сожалению, пройти дальше не удалось, шахта была не более сорока метров в глубину и, видимо, разрабатывалась недолго.
Но вот только проблема заключалась в том, что количество руды, обнаруженное в сундуке, было слишком мало для добычи с такой маленькой площади. И это могло означать только одно: что данная шахта невероятно богата на мифрил.
«За неё однозначно будет война». Первое, что пришло ему в голову.
Виктор быстро развернулся и пошёл на выход. Оказавшись снаружи, он потребовал привести коня и вместе с Линеей во весь опор помчался в замок.
Уже покидая форт, он успел крикнуть, чтобы солдаты торопились и как можно скорее покинули это место.
Он скакал всю дорогу, не останавливаясь, и через пять часов оказался в замке, где быстрым шагом пошёл в свой кабинет.
Сев за стол, он стал писать письмо, а когда закончил, поставил свою печать и снова побежал на улицу.
Линия, находившаяся всё это время в холле, не могла понять, что происходит, ведь с того момента, как они вошли в замок, она стояла и ожидала дальнейших указаний, но вместо этого наблюдала, как лорд носится по замку.
Виктор, не глядя на девушку выбежал на улицу и побежал в бараки, где нашёл 6 солдат сопровождавших телегу с раненными.
– Как тебя зовут? – обратился он к ближайшему солдату.
– Милорд, меня зовут Кролла, – немного замявшись от удивления, ответил парень лет девятнадцати.
– Кролла, возьми с собой тех солдат, что были с тобой, и скачи к графу Шерманин, – начал объяснять Виктор. – Там передашь это письмо, если тебя будут спрашивать, ничего не утаивай и расскажи, как всё было. На словах передай графу, что мы не удержим это место, и оно снова будет захвачено виконтом.
Услышав встревоженный голос лорда и слушая, о чём он говорит, солдат тоже начал нервничать.
Однако Виктор не дал ему время оклематься, а вместо этого сорвал с пояса кошель и бросил его Кролле.
– Тут примерно десять золотых, по пути покупайте лошадей и скачите без остановки, – объяснил он, показывая всю срочность. Ч Если денег не будет хватать, скажите, что барон Балтес отплатит все расходы.
Закончив объяснения, он вышел из бараков и приказал Артуру привести лучших лошадей, а сам тем временем снова побежал в замок и, поднявшись в свой кабинет, открыл скрытую дверь, где находилась его казна.
Подумав, что денег может не хватить, он решил дать им ещё пятьдесят монет в дорогу. Такой суммы хватило бы на покупку десяти боевых коней, не говоря уже про обычных лошадей, но сейчас его не волновали расходы, важно было попросить помощи у графа.
Вся проблема была в шахте, как только виконт получит новости из форта, он не будет сидеть сложа руки, а непременно придёт с войском.
Хоть Виктор и не знал, какими силами обладает его сосед, но уже то, что он смог поставить в охрану золотого рыцаря, говорило о многом, а Виктор сейчас был не в том положении, чтобы вести полномасштабную войну.
Взяв золото, он снова побежал на улицу и отдал деньги солдату, который вместе с товарищами проверял упряжь лошадей.
– Тут ещё пятьдесят монет, делайте что хотите, но доставьте письмо как можно скорее, – сурово приказал Виктор.
– Милорд, не беспокойтесь, мы исполним ваш приказ, – ответив своему господину, Кролла вскочил на коня и, дождавшись остальных солдат, поскакал прочь.
«Что же за невезение такое? Почему именно мифрил? Даже будь там золото, проблем было бы меньше».
Пока он раздумывал об этом, не заметил, что за ним всё это время наблюдали.
Внезапно позади лорда раздался голос Линеи, про которую в суматохе он совсем забыл.
– Барон, вы планируете передать шахту графу? – Позади Виктора раздался голос Линеи, о которой он в суматохе совсем забыл.
Обернувшись и глядя на девушку, которая смотрела на него удивлёнными глазами, он понял её мысли.
В этом мире никто бы так не поступил, аристократы отправили бы туда всех солдат и даже крепостных, чтобы не позволить никому её захватить.
Но его не интересовала эта шахта, во всяком случае, не сейчас. Потому что всё, что она могла дать ему в текущей ситуации, – это золото. Однако с тем, как заработать, у него не было проблем, а вот терять солдат и крепостных, пытаясь защитить шахту, ему вовсе не хотелось.
– На то есть свои причины, – ответил Виктор. – И к тому же я не собираюсь жертвовать людьми ради шахты, чем бы она ни была наполнена.
Сказав это, он направился в замок, чтобы распорядиться о подготовке к прибытию графа. Само его посещение является важным событием на любой территории, не говоря про настолько отдалённую.
Линея продолжала стоять на месте, осмысливая услышанное.
«С каких пор дворян интересует жизнь простых людей? Пытаешься выглядеть хорошим, только вот такие бывают ещё хуже тех, что ведут себя как деспоты».
Девушка не могла понять ход мыслей этого человека и пыталась найти причину в его действиях, потому что не верила в его доброту.
***
Джин, которого отозвали из лагеря и сообщили новость о скором прибытии графа, гонял слуг по всему замку, заставляя их протирать всё, куда падал его взор.
Так как у него совсем не оставалось времени, и всё шло не по правилам аристократии, которые обычно перед прибытием высокопоставленного аристократа сообщат хотя бы месяц, но ему дали не больше недели.
По расчётам Джина, солдаты окажутся у графа через четыре дня, учитывая, что будут скакать день и ночь. У графа на дорогу уйдёт ещё меньше времени, принимая во внимание его лошадей. И во всём этом он винил своего лорда, хоть и не смел высказывать своё мнение.
Сам же Виктор собирался решить ещё пару важных для него дел, по этой причине он отправился в Вестервиль и приказал Рине организовать кладбище за городом, на пути, ведущем в сторону Селитаса.
В будущем он собирался установить там памятник, чтобы покидающие солдаты могли отдать дань уважения погибшим товарищам и видеть, что даже после смерти их будут чтить как защитников.
В мире, где человеческая жизнь дешевле жизни коровы или лошади, такое действо имеет особую ценность и играет важную роль.
Лорд планировал полностью скопировать пропагандистские трюки своего мира, которые использовались для создания у людей, живущих на определённой территории, чувство сопричастности.
В мире, где нет чётких границ и связи между верхами и низами, простые люди не видели разницы в лордах или аристократах. Даже если на территорию войдут войска другого лорда, им не будет оказываться никакого сопротивления без приказа аристократа, руководящего этой территорией.
Виктор пытался внушить людям, как важно, что именно он их лорд и что только при нём они смогут жить лучше, что, по сути, было правдой. Хоть лорд и преследовал собственные цели, но это не исключало лучшей жизни для обычных людей.
Такое отношение также должно было внушить солдатам, что смерть за своего лорда – это честь, которую никогда не забудут, а внушить такое в этом мире для Виктора оказалось несложно.
На фоне других лордов и того, в каком положении находилась вотчина, он выглядел как спаситель, посланный богами, и Виктор не собирался останавливаться, наоборот, хотел большего, сделав свою территорию самой процветающей.
***
Рынок в Айронвуде был наконец построен, и на нём уже началась торговля, но торговали сегодня местами. Виктор решил провести аукцион торговых мест, устанавливая стартовые цены в зависимости от расположения, и, судя по активности торговцев, его идея с повышением привлекательности территории давала результаты.
Однако только часть мест продавалась торговцам, половина рынка предназначалась для местных жителей, но, не имея денег, они не могли их себе позволить, и ему пришлось ввести ещё одно новшество, установив арендную плату.
Но даже так местные не решались участвовать в этом, и Виктор, наблюдавший за тем, что происходит, не видел никакого решения.
Рынок был площадью с футбольное поле, на котором рядами стояли торговые прилавки, но большинство из них были пусты. Торговцы ещё не получили документы на свои места, а местные жители боялись платить одну медную монету и не знали, смогут ли они продать свой товар.
К слову, у людей были товары: куры, яйца, фрукты и ягоды, собранные в лесу, фрукты и многое другое. Но обычно они продавали эти вещи прямо на улице, или их покупал замок.
Наконец, среди людей появилась женщина с корзиной в руках, которая, колеблясь, подошла к солдату, выполнявшему функцию распорядителя, и с трудом что-то сказала ему, после чего солдат кивнул и, улыбнувшись, протянул подготовленный пергамент, одновременно другой рукой указывая на торговое место рядом с ним.
Женщина протянула монету и, обернувшись, позвала ребёнка, который ждал в толпе. Виктор сразу узнал её, это была Лата, женщина, которую он встретил, когда искал молящегося.
После того как Лата встала за прилавок, она выложила из корзины вещи, что принесла, среди которых были куриные яйца, грибы и фрукты.
Стоя поодаль, Виктор очень хотел увидеть начало торговли, однако никто не подходил к женщине, и, боясь, что это может стать плохим примером, он лично подошёл к ней.
Разумеется, человек, на которого до сих пор не обращали внимания, потому что он стоял позади всех и старался не выделяться, теперь привлёк всеобщее внимание.
Он подошёл к женщине и начал расспрашивать её о товаре, после чего выбрал грибы, фрукты и какую-то деревянную поделку и, сделав вид, что очень доволен, расплатившись, ушёл.
Женщина не знала, сколько стоят все эти вещи, потому что перед ней стоял лорд территории, и это все принадлежало ему. Несмотря на это, она все равно получила деньги, и не могла поверить в то, что держит в руках.
Пытаясь сделать хороший рекламный ход, Виктор дал ей десять серебряных монет за товар, который в лучшем случае обошелся бы в пять медных монет.
Все вокруг видели то, что произошло, разумеется, одобрение лорда стоило любых рисков, и те, кто до сих пор сомневался, бросились к солдату.
Виктор не оборачивался, он и так слышал весь этот шум и гомон толпы, а улыбка на его лице была от уха до уха.
Глава 33. Странные меры
Граф Шерманин сидел за своим столом в кабинете и читал письмо от Виктора. Перед столом стоял солдат весь в пыли и с измотанным видом, который явно проделал долгий путь.
Дочитав письмо и положив его на стол, он поднял глаза и беглым взглядом осмотрел стоявшего перед собой солдата.
– Он сказал ещё что-нибудь?
– Ваше превосходительство, я передал всё дословно, – ответил Кролла, мой господин настаивал на срочности этого дела.
– Ступай, – всё, что произнёс граф, и, как только солдат покинул кабинет, он пригласил к себе капитана своей стражи.
Через пять минут перед ним стоял рыцарь в лёгкой броне и довольно стройным телосложением, внешность была даже по меркам этого мира впечатляющей по красоте.
Мужчина был ростом под два метра, с золотыми волосами и голубыми глазами, уверенным взглядом, острым подбородком и слегка заострёнными ушами.
Элиан Форест был полуэльфом, который покинул своих сородичей после войны людей и гномов и путешествовал по континенту.
В этом мире эльфы не считали людей чуждыми и не порицали браки между людьми и эльфами, хоть они и были редкостью из-за продолжительности жизни. Потомство, которое рождалось от таких браков, они старались вернуть в Вечный лес.
Элиан также оказался в лесу эльфов после смерти своей матери, являвшейся человеком, но скучная и однообразная жизнь его не устраивала, и он покинул их.
С графом он познакомился на войне, после сотни лет скитаний и, подружившись с ним, он решил остаться жить у него, а его должность капитана была лишь номинальной, потому что, как и все эльфы, он был чрезвычайно ленив.
Однако его предрасположенность к магии не была чем-то, что мог получить каждый, и сейчас этот рыцарь находился на пиковом уровне бриллианта.
Эльфы, как и дворфы, развивались дольше людей, но если они постоянно отвлекались на кузнечное дело и добычу ресурсов из шахт, то эльфы были просто ленивыми.
Когда ты живёшь больше десять тысяч лет от природы, тебе некуда торопиться, а если ты ещё и повышаешь свой рыцарский уровень, это увеличивает твою продолжительность жизни ещё на десятки тысяч лет.
Такая жизнь не могла не сказаться на этой расе, если бы не постоянные войны с орками, они, наверно, вообще бы спали целыми днями.
Однако прямо сейчас Элиан изучал письмо, полученное от Виктора, и слегка улыбался.
Наконец, закончив его читать, положил его на стол и посмотрел на графа.
– Когда отправляемся? – коротко спросил полуэльф.
Граф хорошо понимал характер Элиана и улыбнулся в ответ, давая понять, что ответ очевиден.
– Я соберу рыцарей, – с этими словами полуэльф покинул кабинет.
– Я переживал за мифриловую шахту, которую пришлось отдать герцогу, а ты мне делаешь такой подарок, – произнёс граф, глядя на письмо, лежавшее на краю стола. – Надо бы отблагодарить своего невезучего сына.
***
Виктор тем временем был занят тем, что наблюдал за строительством новой печи для обжига кирпичей. Желание быстрее перейти к основательному строительству было обосновано необходимостью строительства новых домов.
Зима, которая должна была наступить всего через пару месяцев, унесёт немало жизней, если к ней не подготовиться как следует.
Осматривая «лачуги» местных жителей, он порой не находил в них даже печей, которые могли бы обогревать их. Стены домов представляли собой просто брёвна, сложенные друг на друга.
Вспоминая бревенчатые дома, которые строили на Руси, и сравнивая их между собой, он видел огромную разницу.
В этом мире магии никто не занимался тем, чтобы облегчить жизнь простолюдинов, разумеется, и архитектора, который захотел бы улучшить их дома, также не нашлось.
Прогуливаясь по Айронвуду, он не нашёл ни одного дома, который был бы построен основательно.
Брёвна как есть складывались вместе, делая небольшие канавки вдоль ствола, чтобы они не скатывались друг с другом, а щели забивались песком, смешанным со смолой дерева.
Ремонт этих домов приходилось проводить ежегодно, по новой забивая щели, потому что самодельная «шпатлёвка» не была устойчивой к дождям и морозам.
Осмотрев ход работ по строительству печи, он направился в замок, так как пришёл ответ от барона Клинта на его письмо.
Виктор в письме написал, что хочет нанять Линею как рыцаря для своей территории, взамен он обязуется скупать известняк по пять серебряных монет за тонну и скидку в 20% на все товары, что производит его территория.
Учитывая, что данный товар вообще не имел никакой ценности и при его использовании платили лишь за рабочую силу, которая его добывала, это были баснословные деньги.
На самом деле, изначально он хотел предложить жениться на ней, но даже с учётом того, что он принял себя как барона Балтес, ему не удалось избавиться от мышления современного человека.
К тому же, лорд был не уверен, что сможет этого добиться, так как семья девушки имела слишком слабое влияние на неё.
Однако то, что она согласится стать его рыцарем, он нисколько не сомневался.
Оказавшись в замке, Виктор сразу попросил принести ему письмо от своего соседа и направился в гостиную. Как только он уселся в кресло перед камином, слуги принесли свиток.
Барон, открыв письмо, увидел текст и понял, что не ошибся. В письме хоть и не говорилось напрямую о согласии, но предлагалось провести встречу, для чего барон Клинт сам навестит его через десять дней.