- -
- 100%
- +
– Хорошо, – коротко ответила девушка и больше не задавала вопросов, словно ответив на молитвы Виктора.
Он смотрел на девушку, которую совсем не узнавал. В отличие от их первой встречи, сейчас она вела себя слишком тихо. Порой он вообще забывал о её существовании, и если бы не регулярные приёмы пищи и совместные тренировки, наверно, даже и не вспомнил о том, что она всё время где-то рядом.
– Как вам ваша новая комната? – решив немного разговорить её, Виктор стал задавать вопросы на отвлечённые темы.
– Спасибо, всё хорошо.
«И всё? Она не знает, как поддержать разговор?»
– Вы всегда так разговорчивы или только со мной?
Девушка удивлёнными глазами посмотрела на него, словно не понимая вопроса.
– Я редко покидала территорию и не особо люблю общество других дворян, – наконец ответила Линея.
– Странно, в переговорах мне так не показалось, – с ухмылкой ответил Виктор.
– Я опасалась, что вы собираетесь нас обмануть, – парировала девушка.
«Когда это был хотя бы намёк на обман? Да, я им дал такие условия, что их можно считать подарком».
– Как видите, не все дворяне беспринципные эгоисты, – произнёс Виктор, не отрывая взгляд от девушки.
Девушка лишь слегка улыбнулась, и на этом разговор закончился.
Однако Виктор не мог не смотреть на неё, и когда он видел, как она скачет на лошади, у него создавалось ощущение нереальности происходящего. Потому что она выглядела очень хрупкой, но броня, которую она носила, и меч, что свисал с её пояса, не были тем, что могла носить слабая девушка.
К тому же её внешность контрастировала со всем этим так, словно она была эльфийкой из сказок. Её тонкая талия притягивала взгляд Виктора, а меланхоличный взгляд делал её девушкой, которую хотелось защищать.
Волшебное сочетание невинности и сексуальности не давали Виктору расслабиться в её присутствии, потому что всё это было обманчиво, так как перед ним был бронзовый рыцарь, и, если нет желания лишиться рук или даже головы, лучше быть крайне осторожным.
Но чего он не заметил, так это маленькое семя, которое бросили в иссохшую от долгого одиночества почву в сердце Виктора. Однако прорастёт оно или нет, покажет лишь время.
***
Вернувшись в замок к ужину, двое отправились в столовую, где провели ужин в той же компании, что и за обедом. Как и обещал, граф передал ему письмо, которое он благополучно отдал дворецкому, потому что не хотел его читать сразу, а оставить до той поры, пока не решится вопрос с фортом.
После совместного ужина все разошлись по своим комнатам, только Виктор не мог успокоиться.
Всё из-за письма, которое он получил от герцога, но так и не прочитал.
«Мозг человека – странная вещь, я помню, как злился на девушку, но когда начинаю задумывать об этом, то кажется, что всё не так однозначно, как я видел изначально».
Чем дольше он находился в этом теле и чем больше изучал память предыдущего владельца тела, тем сложнее ему становилось оставаться собой прежним.
Некоторые вещи, которые казались непоколебимыми, уже не были такими однозначными.
Раньше он с трудом переносил, когда ему кланялись или падали на колени, особенно старики или женщины, и, хоть он запретил им последнее, поклоны продолжались и уже не воспринимались им так критично. Разумеется, он не получал от этого удовольствие, но и негативно не воспринимал, скорее, это стало своего рода рукопожатием.
Тоже касалось и дочери герцога, которая вела себя слишком надменно, но, обдумывая всё произошедшее, он стал чуть больше понимать её и то, как сложился такой «персонаж», как она.
«Девочка пятнадцати лет, под гиперопекой отца, потерявшего жену. Таких детей можно было встретить и на Земле. Чего я так бесился-то?»
Он не простил то, как она себя вела, но смотрел на это по-новому, и та ярость при мыслях о ней уже не проявлялась.
«Надо будет как-то решить вопрос с этой свадьбой, а если не получится, то найти способ сосуществовать, но чего не будет однозначно, это рогоносца Виктора Балтес».
Наконец, освободившись от своих мыслей и Виктор смог уснуть.
***
Когда он открыл глаза, в маленькую щель, являвшуюся окном этой коморки, пробивались первые лучи солнца нового дня.
Чувствуя себя бодрым и выспавшимся, лорд вызвал слуг и, после того как они одели его, направился в столовую.
Тут всё было так, словно он вернулся в дом графа. Слуги, прибывшие с отцом, привезли множество вещей, которыми заставили почти всю его столовую и даже заменили посуду замка.
Сам граф также сохранял свои повадки, и он появился последним, как будто был хозяином этого дома. Однако Виктора такие вещи совершенно не волновали.
У него было хорошее настроение и большие надежды на будущее. После завтрака в знакомой компании они вместе покинули замок.
Правда, была одна вещь, которая всё-таки смутила Виктора. За всё время присутствия граф никак не заинтересовался Линеей, лишь однажды выслушав то, как она представилась, и более ничего.
Лорд знал, что высшая аристократия может игнорировать дворян более низкого сословия, но тут была другая причина, которую он никак не мог понять.
Линея же вела себя вполне естественно своему положению и не задавала никаких вопросов о том, почему её игнорируют, так как это можно было отнести к взаимоотношениям аристократов в этом мире.
Правда, думал Виктор обо всём этом недолго, и, как только они с конвоем отправились к мифриловой шахте, вернулся к своим идеям.
Следующие девять часов безостановочного марша к шахте Виктор провел в размышлениях и планировании строительства цементного завода. Он не знал, где его построить – на своей территории или на земле Клинта.
***
Тем временем в лесу у северной стороны сгоревшего форта, находилось пять человек в кожаной броне и луками за спиной. Все они были среднего роста и судя по одежде, больше похожи на разбойников.
– Это флаг Шерманин, что будем делать? – спросил один из мужчин.
– Возвращаемся, мы тут больше ничего сами не решим, пусть думает виконт, – ответил мужчина, судя по всему, лидер этой группы, и, развернувшись, пошёл к лошади.
Глава 36. Сплошные планы и никакого прогресса
Прибывшие к форту солдаты графа рассредоточились по местности и проверяли окрестности, в то время как для Виктора и его отца было обустроено место отдыха.
Аристократы в этом мире даже на войну ходят с комфортом, а такие вылазки были словно пикник на природе.
Слуги разворачивали палатки для отдыха, выгружали столы, стулья и всё для полевой кухни, причём столы были не какие-то компактные и удобные для транспортировки, а полноценные столы на двенадцать мест, и к нему прилагалось кресло с высокой спинкой, отделанное кожей и вставками из золота.
Виктор смотрел на всё это как на идиотизм, но не выказывал своё отношение ни действием, ни словом.
Вообще, они должны были прибыть сюда гораздо быстрее, но следовавших за ними крепостных нельзя было оставлять без охраны, и этот поход затянулся почти на весь день, что крайне не устраивало лорда, потому что он очень хотел вернуться к своим делам.
Кирпичный завод уже начал стабильное производство, и даже при том, что количество брака доходило до сорока процентов, этого всё равно было достаточно для того, чтобы завершить строительство основной печи.
Но вместо работы в своей вотчине он был вынужден заниматься ничегонеделанием и смотреть, как крепостные восстанавливают форт, а солдаты ходят по кругу, делая вид, что очень заняты.
Именно делают вид, потому что достаточно Элиану распространить ауру во все стороны, и он будет знать, что происходит в радиусе километра. Даже насекомые будут сторониться этого лагеря, но солдаты не смели полагаться на полуэльфа, чтобы лучше выглядеть в глазах своего господина.
И это было нормально для этого мира, где из-за сумасбродности аристократии любой рыцарь мог получить титул просто за то, что больше льстил своему господину или был более заметным и учтивым.
Поэтому даже на войне более ушлые старались быть не на передовой, а поближе к дворянину, чтобы он всё время видел их во время военных действий.
Но были и «оригинальные» дворяне, как, например, Пётр Манита, который, по слухам, никому не даёт титулов. Это хоть и было редкостью, но всё же случалось, и, если Виктор не собирался в будущем просто так раздавать титулы, если у него будет такая возможность, чтобы его нововведениям не было сопротивления, то Пётр был просто жадным.
В его подчинении были два по-настоящему хороших рыцаря, и оба они проявили себя как выдающиеся воины на поле боя, но он так и не дал им вотчину, а они не могли его покинуть.
От аристократа можно уйти, но найти потом нового господина почти нереально, никто не захочет себе солдата от другого дворянина, какая бы причина ни была того, что он отступил от клятвы верности.
Таким образом, не только дворянин выбирал рыцаря, но и рыцари выбирали себе господина.
Пётр же был очень состоятельным аристократом, и желающих служить ему было немало.
Но тут опять проявляла себя глупость местных людей, которые, надеясь на лучшее, идут к нему во служение, желая стать первыми, кто получил вотчину и титул, но эта «морковка» так и висела перед их носом, но всегда оставалась недостижимой.
Конечно, аристократ не может совсем игнорировать достижения рыцаря, но почему-то Виктор был уверен, что если один из рыцарей добьётся неслыханных достижений, при которых Манита будет обязан выдать титул и часть своей территории, то с этим рыцарем обязательно приключится какое-то несчастье.
Отданную вотчину нельзя вернуть обратно без веских причин, а присуждение титула вместе с землёй даст такому рыцарю право обратиться в совет дворян в случае, если его сюзерен переступит черту, и именно таких вещей старался избегать виконт.
Хоть Виктора и мало интересовало, что происходит в этом мире, но он старался следить за некоторыми важными вещами, которые касались его. А такие вещи ему были интересны в первую очередь.
Это не только даёт понимание о потенциальной угрозе с севера, но и о том, как в будущем самому решать вопрос о наделении своих рыцарей и подчинённых землями и титулами.
С его знаниями и возможностями он был уверен, что не останется бароном навсегда, а, учитывая вещи, хранящиеся в инвентаре, он мог прямо сейчас преподнести в дар королю некоторые артефакты и получить титул как минимум виконта.
К сожалению, он не мог так поступить по многим причинам, и одна из них – это, граф, чья позиция пошатнётся, если его вассал, по сути, перейдёт на сторону роялистов таким поступком.
***
– Виктор, почему в твоём замке находится дочь барона Клинта? – раздался голос графа.
Они сидели в креслах, установленных рядом друг с другом, разделённых лишь небольшим бронзовым столиком круглой формы. И при разговоре граф делал вид, что очень сосредоточен на происходящем в форте в ста метрах от него.
Не сразу придя в себя, Виктор даже не сразу понял вопрос, но быстро собрался с мыслями.
– У нас с баронством Клинт есть совместные дела, а баронесса хотела лично их контролировать, – ответил Виктор и практически не соврал. Благо, девушка отошла и не могла слышать его объяснение.
– Ты собираешься взять её в жёны?
Виктор ждал чего-то подобного, поэтому не стал отрицать или соглашаться, сославшись лишь на то, что не исключает этого.
Граф не особо зацикливался на всём этом, но предупредил, что он не может на ней жениться, пока не пройдёт свадьба с дочерью герцога.
Обычно при упоминании этой женщины у Виктора начинала болеть голова, но теперь он пересмотрел своё отношение и решил, что всегда будет выход, и эта свадьба ему не помешает в его планах и, возможно, будет даже полезна.
Продолжая разговоры на отстранённые темы, двое просидели так до ужина, после чего отправились спать в свои палатки.
На следующий день Виктор попросил у графа разрешения вернуться в свою вотчину, потому что многое требовало его внимания, и, получив его, сразу отправился в путь.
В форте действительно нечего было делать ни ему, ни графу. Однако, в отличие от него, граф просто хотел показать своё лицо, потому что это будет фактом для всех других дворян, что он не только разместил там свой гарнизон солдат, но и придаёт этому месту важное значение, раз сам решил прибыть сюда.
Такие маленькие тонкости, может, и непонятны обычным людям, но дворянам такое скажет многое. Даже если самого графа никто не увидит, но слухи разойдутся, как ураган, и через месяц об этом будет знать всё королевство.
Виктора же всё это устраивало более чем, потому что теперь северо-восточная часть его территории защищена солдатами графа, и остался только северо-запад, откуда могли прийти монстры.
И этот момент был очень важен, потому что солдаты графа и шага не сделают, если это не будет угрожать форту, а если монстры пойдут вдоль береговой линии, это однозначно их не коснётся.
Он уже начал подумывать не просто о замке на севере, но и стене, которая перекроет весь север, но это в отдалённом будущем, пока всё, чего он хотел, это время.
Планирование строительства – дело хорошее, но военный поход всё ближе, а его солдаты носят старую форму и ещё не отрабатывались совместные действия в условиях боя.
Виктор скакал в Ривенхолл, чтобы проверить ход работ по строительству новых литейных цехов, хоть шахты ещё не были переданы ему, но найти немного металла для того, чтобы сделать экипировку солдатам, он бы точно нашёл.
У него были три кузнеца, и как только будет готов гидромолот и новые меха, скорость ковки увеличится в разы. Чертежи щитов, мечей и брони уже были готовы, и он уже был в предвкушении от того, когда его солдаты предстанут в полной экипировке.
Как только Виктор оказался в деревне, перед ним предстала картина подготовки участка земли у реки, где два гнома громко кричали на всех, словно два прораба, недовольных ленивыми работниками.
– Когда будет готова кузница? – спешившись, первым делом обратился Виктор к дворфам.
Гелдор даже не обернулся, а пошёл к участку, где крепостные выравнивали землю, и вместо него ответил Балтор.
– Думаю, завтра земля будет готова, а сама кузница – не раньше, чем через две недели.
«И тут никак не ускориться, посевная уже началась, и работники нужны повсюду, а у меня тотальная нехватка персонала».
Его идея с привлечением новых жителей только началась, и плодов не было видно.
По его плану Воркат во всех посещённых территориях распускал слухи о глупом бароне, раздающем еду и жильё всем своим жителям. Вообще, когда Воркат услышал слухи, которые он должен был распространять, раза 3 переспросил, потому что такое было неслыханным.
Но Виктор знал, что люди не поверят в щедрого лорда, который заботится о своих жителях, и, наоборот, насторожатся, однако, если выставить всё как глупость, такое может привлечь желающих лёгкой наживы, а так как у него не было идеального варианта, он решил пробовать всё подряд.
Понятное дело, что это привлечёт очень многих нечистоплотных людей, но это уже его забота, как сделать из таких людей достойных жителей его вотчины.
Воркат также должен был подкупать бандитов и разбойников, чтобы те помогали собирать людей и переправлять на его территорию, и это для торговца было куда ближе, чем слухи про дворян, которые могли для него плохо кончиться.
На самом деле, торговля Ворката приносила пока лишь небольшую прибыль, потому что было очень много взяток и подкупа. Ему приходилось делать щедрые взносы лордам других территорий и давать взятки охранникам и стражам практически повсюду, и это не была стандартная взятка, а полноценный подкуп, чтобы обезопасить себя.
Стандартная взятка даже не считалась таковой, а то, что делал торговец, было подкупом ради своевременного предупреждения, если их господин решит конфисковать товар или арестовать его.
Меры предосторожности не были лишними, так как в этом мире дворяне не посмотрят на будущие потери.
Репутация? Что это? Это можно съесть?
Дворяне ничего не должны объяснять торговцу, а если заявится другой дворянин, всегда можно договориться. Только вот кто пойдёт разбираться за торговца, которого неосторожная стража «случайно» забила до смерти?
Так что Воркат постоянно был настороже, а с товаром, который он возил, был осторожнее вдвойне.
***
Думая, как быть с населением, он сел на лошадь и в сопровождении Линеи направился в Айронвуд, где хотел проверить состояние рынка, но его перехватил староста Ривенхолла.
– Милорд, у нас не хватает инструментов, и мы не можем должным образом засеять поля, – сообщил староста.
Вылезла новая проблема, которая возникла из-за новых плугов и оросительной системы. Расширились поля, и с этим понадобилось больше людей, а с ними и больше инструментов, вот только кузнецы сейчас заняты, и отвлекать их он не собирался.
– Я что-нибудь придумаю, пусть продолжают работать с тем, что есть, – приказав, Виктор поскакал в сторону Айронвуда, попутно осматривая поля вдоль дороги.
В этот момент он чувствовал себя хозяином всего этого, всё это было его, и он участвовал во всём, что тут происходит. Ему действительно хотелось, чтобы люди стали жить лучше, и с этим он понимал, что до зимы должен подготовить несколько вещей, которые спасут множество жизней.
Даже сейчас люди умирали в деревнях и страдали от болезней, но помочь им он был не в состоянии, потому что не было ни денег, ни лекарств. Если он бросится им помогать прямо сейчас, то, вероятно, не успеет подготовиться к зиме, и тогда голод убьёт в десятки раз больше людей, чем умирают прямо сейчас.
Стараясь всё это игнорировать, ему приходилось очень тяжело. Одно дело смотреть по телевизору, как диктор рассказывает про голод в Африке и тысячи умирающих от тяжёлых условий жизни, но другое – смотреть, как истощённые дети смотрят на тебя и стараются поклониться тебе, но у них просто не хватает сил на это.
Разумеется, сейчас в деревнях ситуация гораздо лучше, чем была до его прихода, но этого было недостаточно, ему надоело видеть людей в изодранной одежде и полуголодных детей. Это было морально тяжело, а ему даже пожаловаться некому и некому высказаться.
Виктор ехал вдоль полей и вспоминал, как такие же поля выглядели на Земле, но он понимал, что пока такое нереально. Без генной модификации и химических удобрений будет идеально получить семьдесят-сто килограмм пшеницы на гектар земли, но даже в этом он не уверен.
По правде говоря, прямо сейчас он подумал ещё и о том, что надо измерить всю землю, правильно её разметить, и только так можно строго контролировать всё, что происходит на его посевных полях.
Только вот всё опять упиралось в людей, особенно в тех, кто умеет читать и писать.
«Сплошь проблемы и никакого решения». Подумал Виктор, пересекая черту деревни Айронвуд.
Только вот это уже не захудалая деревушка, в которой живёт два с половиной калеки, а крупная деревня, которая в скором времени может стать городом.
По улицам постоянно ездили телеги с грузом, торговцы о чём-то спорили друг с другом, а местные детишки бегали между ними и старались найти себе работу.
Теперь тут есть работа, и, видя этих детей, Виктор решил, что пора строить школу. Каждый упущенный день – это ещё одна упущенная возможность.
«Как только вернусь в замок, прикажу искать учителей, пусть хоть из-под земли достанут!»
– Милорд! – раздался голос.
Опустив взгляд вниз, Виктор нашёл там старосту, а точнее, его сына, который теперь выполнял его обязанности.
Это был мужчина двадцати семи лет по имени Малик, с грубым лицом, голубыми глазами и рыжими волосами, ростом под два метра.
– Что случилось?
– Милорд вас разыскивает человек, по виду – дворянин, – ответил Малик.
– Он сказал, чего хочет? – спросил он в ответ.
Когда Малик хотел ответить, раздался мягкий мужской голос и привлёк внимание Виктора.
– Простите, это я искал вас, – произнёс мужчина в сопровождении двух солдат. – Позвольте представиться, виконт Нолла Бремс.
Виктор спешился и, как полагается дворянину, ответил на приветствие.
– Могу я спросить, зачем вы искали меня?
– Я прибыл из столицы в поисках вашего вина, но, как бы я ни старался, я не могу найти ни одной бочки, – улыбнувшись, ответил Нолла.
Выглядел он лет на двадцать и был очень красивым мужчиной, ростом не уступавший Виктору, с бледным цветом кожи, красивыми острыми чертами лица и самым необычным цветом глаз, который видел Виктор, они были золотыми, как и его волосы.
– Приглашаю вас к себе на ужин, где мы сможем поговорить о делах, – предложил Виктор.
Это было интересно, потому что перед ним был дворянин, не чурающийся торговли, а ещё его вид не показывал никакого снисхождения во время разговора, и он с самого начала вёл себя с ним как с достойным собеседником.
После таких вещей он никак не мог отпустить человека из столицы, не выяснив всё до конца.
Глава 37. Новый вид торговли
Виктор вместе с Ноллой сидели в гостиной, где он угощал своего гостя лучшим вином в его ассортименте.
– Виконт, я приношу извинения за свой вопрос, но не могли бы вы ответить? – заговорил Виктор, сидя в кресле с бокалом вина. – Я никогда не слышал про вас.
В королевстве было лишь два благородных дома, которые занимались торговлей. Но они не вели обычную торговлю, так как первый занимался продажей и покупкой всего, что связано с магическими предметами и эликсирами, а второй – крупной торговлей между королевствами, но ни один из них не вёл дел на низовом уровне. Во всяком случае, об этом не говорилось вслух.
Это были своего рода акционерные общества, в которые вкладывались дворяне и получали прибыль с них.
Руководили этими торговыми домами граф Лисото и граф Криолла, но ни о каких виконтах Виктор не слышал, а учитывая отношение к торговцам, это было ещё более удивительным.
– Я второй сын графа Лисото, – скромно ответил молодой человек.
«Лисото занимается торговлей между королевствами, но это только официально, на самом же деле он ведёт торговлю между крупными дворянами и является единственным, кто может вывозить и ввозить товар в страну».
– Вы прибыли только ради покупки вина? – Виктор сделал вид, что не особо впечатлён услышанным.
В этот момент виконт слегка замялся, и, судя по реакции, его интересовало не вино или не только оно.
– Вообще, я прибыл сюда, чтобы предложить купить сам процесс производства вина, – сообщил молодой человек.
Виктор чуть не подавился, услышав такое заявление, потому что это было за пределами его ожиданий.
– Простите, но это не обсуждается, – ответил он сразу, как пришёл в себя.
Однако Нолла не выглядел расстроенным, на самом деле его лицо говорило о том, что он был готов к подобному ответу.
«Тогда к чему было задавать этот вопрос? Это проверка?»
– Виконт, вы ведь не ждали, что я соглашусь, верно?
– Разумеется, но никто не мешает мне попробовать? – улыбнувшись, ответил молодой человек.
– Тогда в чём суть? – спросил Виктор.
– Вы, возможно, не знаете, но наша семья, в отличие от других дворян, выбирает наследника по успехам в торговле, и это правило, которому следуют уже больше пятисот лет, – ответил тот.
Как он пояснил, такая договорённость существует не только в их семье, но и подтверждена королевской семьёй. Их не так приветствуют среди дворян из-за рода деятельности, и потому им многое позволяется, а учитывая то, что они по своей сути являются казной королевства, на которой всё держится, у них много привилегий.
Виктор слышал об этих графах, но никогда не изучал подробности, потому что они слишком далеко от него и его дел, однако оказалось, что они уже в курсе его мелкой торговли.
– И вы хотите заключить сделку, которая поможет вам продвинуться в направлении места наследника? – наконец спросил Виктор.
Виконт лишь с горечью улыбнулся, ведь он не настолько глуп, чтобы надеяться на то, что кто-то продаст такую технологию.
– Дела у меня идут хорошо, бизнес процветает, но до уровня брата я пока и близко не дотягиваю, – наконец ответил молодой человек.
В комнате воцарилась тишина, потому что Виктор задумался над тем, как можно использовать этого человека, а виконт ждал предложений, которые могли помочь ему.
Когда молодой человек был в деревне Айронвуд, он увидел рынок, и это было тем, что он не видел ни на одной другой территории. Особенно его впечатлила такая мелочь, как стража, которая патрулировала повсеместно и не вмешивалась в дела торговцев, более того, она даже не приближалась к ним.
Наоборот, он стал свидетелем того, как торговцы обращались к ним за помощью, когда понадобилось убрать телегу со сломанным колесом в сторону, чтобы она не мешала проезду.