- -
- 100%
- +
Когда он просил создать плуг у кузнеца, он сделал его примерным, так как в этом мире меры длины не имеют фиксированных обозначений. Зачастую в разных вотчинах дворян – разные меры.
Указанные им размеры примерно соответствовали глубине вспашки 25 см. Он сделал это, исходя из самых худших предположений о состоянии земли.
Чем засушливее земля, тем глубже требуется вспашка, однако это сильно утомляет тягловое животное, и теперь он хотел убедиться, что не ошибся.
Виктор не был великим земледельцем в прошлой жизни, но некоторые вещи ему были знакомы из жизненного опыта. В ПТУ можно было многое узнать, даже просто общаясь с друзьями из разных групп и разных направлений.
Всю дорогу думая о том, что делать, он вспомнил самый важный ресурс его территории – это море, и хоть он мало что знал про то, что там есть, но он был уверен, что вода – основа жизни, и там должны быть съедобные твари. Может, и нельзя далеко заплывать, однако рыба водится и на мелкой глубине.
Пока он размышлял о более масштабных вещах, компания прибыла на поле, которое было убрано ещё весной и теперь всё представляло собой высохшую и потрескавшуюся землю.
– Вскопайте несколько мест в локоть глубиной, – приказал он старосте.
Мужчина хоть и был болезненного вида, однако не посмел возразить и, взяв похожую на лопату деревянную палку, стал копать землю.
Когда Виктор наблюдал за тем, как он копает, ему пришло в голову, что этот мир действительно сильно отличается от Земли. Даже такой немощный мужчина копал лучше здорового мужчины на Земле. В мире, где мана есть почти у всех людей, даже самый слабый человек будет сильнее здорового на Земле.
Уже через минуту мужчина по имени Парис остановился и смотрел на лорда, потому что сам он понятия не имел, что задумал дворянин.
Но лицо лорда в этот момент говорило ему, что он доволен, потому что на нём была улыбка.
Виктор действительно был доволен, потому что на глубине земля была чёрной и, если присмотреться, даже слегка жирной, что означало отличные урожаи в будущем.
– Джин, запиши мой указ: с этого дня в каждой деревне будут выкопаны ямы, куда будут сбрасываться все нечистоты. Также приказываю убрать нечистоты с дорог и перенести туда, назначить двоих ответственных за это в каждой деревне, с платой в 5 медных монет в день, – громко приказал Виктор. – Отныне запрещается испражняться на улице, любого, кто будет пойман за такими вещами, наказать пятью плетьми, за повторное – десятью, на третий раз – казнить.
Он также передал чертежи уличного туалета, которые накидал, пока мужчина копал лунки, и потребовал их построить в первую очередь. Туалет был обычным, только позади него была открытая яма, которую можно было накрыть деревянным настилом, позволявшим получить доступ к яме для извлечения содержимого.
– Мой лорд, зачем всё это и тем более зачем платить? Это же неприкасаемые, вы можете просто приказать, – возразил дворецкий.
– Джин, неужели ты думаешь, что дворянин будет делать что-то себе во вред? – важно заявил лорд, пытаясь скрыть свою истинную цель: – когда ты платишь человеку, это даёт больше стимула, чем если ты будешь ходить за ним с плетью.
На самом деле, ему претила сама крепостная система, это было завуалированное рабство, от чего его просто воротило. И дело было не в том, что он жил на Земле, потому что даже там все рабы, просто в другом виде.
Просто он считал это воровством жизни, как будто демон, собирающий души людей и медленно высасывающий из них жизнь. За все время, что он был в этом мире, он не видел ни одного счастливого лица простолюдина или крепостного, но видел постоянно улыбающихся и плетущих интриги дворян. А из памяти предыдущего Виктора он помнил еще больше отвратительного.
– Однако, мой господин, зачем все эти хлопоты? – не мог успокоиться старик.
– Узнаешь через два месяца, обязательно узнаешь, – загадочно сообщил Виктор, радостно улыбаясь.
Закончив тут, он приказал наградить Париса двумя булками хлеба и бросил ему две медные монеты.
Староста деревни упал на колени и со слезами стал благодарить лорда перед собой, словно тот совершил какое-то чудо.
Виктор уже начал привыкать к такому, но всё равно не хотел этого видеть, поэтому развернулся и, взяв уздечку, запрыгнул на лошадь.
Он повернул лошадь и направился в замок, сегодня он больше не хотел видеть изможденных людей и вонючие деревни, ему хватило впечатлений за один день.
Вернувшись в замок, он нашёл на входе Лулу, которая с яркой улыбкой встречала своего господина.
– Господин, господин, я беспокоилась, вы ушли, не пообедав, – сразу залепетала девушка, подбегая к нему.
Виктор почему-то радовался, когда видел эту всегда позитивную девушку, он с улыбкой погладил её по голове и пошёл вперёд, в то время как девушка счастливая шла за ним.
Позади них шёл недовольный дворецкий, которому не давали выполнять свою работу. Потому что будь его воля, он бы уже устроил ей выговор за такое поведение, но, зная привязанность своего господина к этой девушке, он не посмел бы без серьёзной причины наказать её.
Когда он вошёл в замок, на него нахлынула прохлада, а также тоска, он всей душой ненавидел этот замок, который заставлял его чувствовать себя словно в клетке.
Здание, что должно нести чувство безопасности, нагоняло тоску и желание выбраться из него. Оно было всё в мрачных тонах, и единственное место, где было хоть немного терпимо, была столовая. В ней находился камин и развешены картины непонятных дворян, которых не знал даже предыдущий владелец тела.
Придя в столовую, Виктор сел за стол и стал ждать, пока ему принесут еду. В это время Лулу принесла таз с водой и полотенце. Умывшись, он попросил позвать Алганиса, и когда тот пришёл, пригласил его поужинать вместе.
Дворяне мало с кем могли сесть за один стол. Рыцари практически всегда были из дворян. Как правило, это вторые и последующие в праве на наследство дети мелких дворян, у которых нет титулов, кроме своего текущего, и дети рыцарей, которые находят себе господина и благодаря службе могут сначала получить статус рыцаря, а в дальнейшем более высокий титул.
Алганис был сыном рыцаря и, получив поручительство отца, стал солдатом при графе, и на первой же войне смог получить титул рыцаря, однако он был сторонником бывшей жены графа, и после её смерти стал нерукопожатным в доме графа.
Так и не сумев получить свою вотчину, он в результате был переведён в служение Виктору.
***
Важно понимать, что в данном королевстве виконт мог предоставить четыре титула барона и двадцать рыцарей. Граф мог предоставить шесть титулов виконта, шесть титулов барона и сотню рыцарей. Герцог мог предоставить восемь титулов виконта, двенадцать титулов барона и двести рыцарей. Только король мог предоставлять такие титулы, как граф.
Титул герцога даровался только родственникам короля, и потомки герцогов назывались принцами и принцессами, которые имели право наследовать престол. Если прямая линия наследования прерывалась и, учитывая, что герцогов обычно было минимум два, за этот титул начиналась война.
В свою очередь, маркиз, как правило, был только один, и такой титул давал право занимать должность министра королевства, вторую должность после короля.
Этот титул был призван сбалансировать власть герцогов и короля. Так как, если король поставит на место одного из герцогов, это автоматически ослабит второго, тогда королю самому придётся встать на сторону ослабленного герцога, а это автоматически перевесит министра по всем параметрам, что также приведёт к дисбалансу. Поэтому маркиз так важен.
Сам король всегда будет стоять на противоположной стороне от маркиза, понимая, что тот, скорее всего, встанет на сторону одного из герцогов.
Такие балансировки были необходимы, и ни один из королей не допустил бы усиления одного из герцогов. Потому что, как только останется только один, непременно возникнет подозрение насчёт него, что уже приведёт к вражде между королём и выжившим герцогом, а ему это не нужно.
Проще балансировать и наблюдать за грызней герцогов.
Что касается редких исключений в виде простолюдинов, своими подвигами на поле боя получивших титул рыцаря, то дворяне не воспринимали их всерьёз и, учитывая, что титул не наследуемый, он прервётся после первого же поколения.
В королевстве было много дворян, графов, виконтов, баронов и рыцарей. Однако, как реальная сила, учитывались только те, у кого были вотчины. Вотчина давала им основную власть.
А таких было немного, и на текущий момент основными были шесть графов, включая Шерманин, два герцога и один маркиз, чья третья дочь замужем за Александром Шерманин.
И помолвка Виктора с дочерью герцога автоматически сблизила герцога Леомвиля с маркизом Кройстером, министром королевства.
А Виктор автоматически попал на противоположную сторону от роялистов (сторонники короля и королевской власти).
И хотя это может показаться незначительным вопросом для обычных людей, дворяне относятся к нему с особым вниманием, поскольку министр всегда поддерживает дворян, усиление его влияния также неудобно для короля, и он будет пытаться ослабить министра.
Стало быть, любой потенциальный сторонник маркиза – оппонент королевской власти, если не враг.
И когда Виктор будет становиться сильнее, он автоматически будет считаться угрозой королю.
Вся аристократия существует благодаря сдержкам и противовесам, где малейшая ошибка могла привести к катастрофе, и если думать в этом ключе, становилось понятно, почему такие страны не развивались. Потому что всегда будут те, кто не хочет, чтобы его оппонент становился сильнее.
***
Благосклонно приняв предложение своего господина, Алганис сел за стол и, после того как принесли еду, приступили к трапезе.
В отличие от нашего времени, говорить за едой у аристократов считалось варварством и порицалось, поэтому двое ели в тишине.
После еды они переместились к камину и, сев в кресло, пили местное вино, от которого Виктору хотелось плеваться.
Это было что-то ужасное, в котором плавала мякоть какого-то фрукта, и это был самый дорогой напиток королевства.
Но именно это натолкнуло Виктора на мысль, он не знал, есть ли в этом мире виноград, так как ничего из памяти прежнего владельца тела не нашёл. Но он знал самый простой метод перегонки. Этот метод в России, наверно, знают даже дети, но, если всё получится, он сможет также заработать на такой простой вещи.
Подумав об этом, он попросил слуг принести пергамент и перо, а также позвал Джина, который стоял у дверей комнаты и наблюдал, чтобы его господин ни в чём не нуждался.
– Джин, возьми золото из казны, отправляйся к нашим соседям и купи вина, двадцать бочек, думаю, хватит, – приказал Виктор под расширившиеся глаза рыцаря и дворецкого.
– Мой господин, в подвале и так три бочки, мы планируем устроить банкет? – спросил Джин, хотя даже для банкета столько бы не потребовалось.
– Нет, у меня появилась идея, и я хочу её реализовать, – ответил лорд.
В этом мире ужасное вино, но даже такое отвратительно, оно стоит одну золотую монету за бочку, и он точно уверен, что сможет удивить этот мир.
Не смея больше задавать вопросы, Джин удалился и отправился исполнять приказ. В отсутствии квалифицированных работников большую часть работы приходилось выполнять ему.
Чтобы рано утром отправиться за покупками, надо было готовиться заранее, и он приступил немедленно.
Виктор тоже знал об этой слабости, но не мог с этим ничего поделать. Так как образование в этом мире доступно только богатым людям и дворянам. Будет чрезвычайно сложно заманить таких людей на территорию, находящуюся за пределами цивилизации.
Рисуя перегонный куб, он думал, как добавить вкуса такому напитку, и самый доступный вариант – это добавить корзину для заполнения её сушёными фруктами. Единственное из доступных были фрукты, похожие по вкусу на груши, в этом мире называвшиеся «ромоли».
Нарисовав такой аппарат, он отдал его слуге, чтобы тот отправил кузнецу, и с чувством выполненного долга продолжил сидеть у камина. Даже при том, что было лето, в замке всегда было холодно и сыро.
Виктор решил, что, как только будет возможность, он построит себе усадьбу и переедет туда, потому что такая жизнь – это просто угнетение психики.
Просидев так почти час, общаясь с Алганисом, он отправился к себе в комнату и лёг спать.
В предвкушении новых изобретений и ожидании исполнения своих маленьких фантазий он быстро уснул.
Рано утром его разбудила маленькая горничная, которая, как всегда, счастливо улыбалась, отчего ему стало ещё лучше.
Встав с кровати и дождавшись, пока его приведут в порядок и оденут, к чему он до сих пор с трудом привыкал, Виктор отправился в столовую, где его уже ждал завтрак.
И только после завтрака ему доложили, что кузнец пришёл рано утром, однако дворецкий никогда не позволил бы тревожить господина такими вещами до завтрака, поэтому доложили только сейчас.
Радостный Виктор проигнорировал это, быстрым шагом пошёл во двор, и когда вышел, он на телеге сразу увидел то, что заказывал. Это был деревянный плуг с металлическим ножом. Радостный, он приказал быстро вынести его на ближайшее поле.
Джин, рыцарь и даже маленькая горничная пошли посмотреть, желая увидеть, чему так радуется их лорд.
Вся эта толпа вышла в поле, где вместо тяглового животного запрягли лошадь, конечно, это было сделано только для испытания. Никто бы в этом мире не стал впрягать лошадь.
Когда всё было готово, Виктор хотел показать, как это работает, но под крики и мольбы окружающих он остановился.
Бедный кузнец весь обливался потом, настолько он боялся этой ситуации. Увидев позор дворянина, его могли просто убить, чтобы он нигде не упомянул об этом.
Расслабившись, он сам встал за плуг и под инструкции лорда начал вспашку земли. Сначала плуг падал то влево, то вправо, иногда слишком выходил из земли, но уже через пять минут он приноровился и стал уверенно вспахивать землю.
– Господин, это перевернёт само понятие возделывания земли, – тихо произнёс рыцарь.
Как человек, который жил среди обычных людей на земле отца, он точно знал, что это значит, это позволит возделывать в десятки раз больше земель, а значит, позволит прокормить больше солдат, что сделает сильнее его господина, а стало быть, и его.
И он наконец увидел возможность в этом захолустье.
Посмотрев на своего господина совершенно другими глазами, в своём сердце он вновь присягнул ему на верность.
Глава 7. Пьянству бой! Так выпьем же перед боем!
Виктор позвал кузнеца и приказал ему сначала изготовить куб по его рисункам, а потом изготовить ещё 10 таких плугов.
Кузнец смотрел на рисунок, переданный ему дворецким, но это была какая-то бочка с трубками и небольшим отдельным контейнером.
Он не мог понять назначения, но, помня о том, что он также не знал, зачем нужен плуг, вся его кровь закипела от одной мысли, что это может оказаться ещё одно гениальное изобретение лорда, способное перевернуть его мировоззрение.
– Мой лорд, дайте мне три дня, я всё сделаю, – сказав это, он смотрел на Виктора.
– Сделай за сутки, и я дам тебе ещё одну золотую, – сообщил Лорд.
– Мой лорд, я не смогу быстрее, – сразу ответил Карам. – Для меня дело чести кузнеца сделать для вас его как можно быстрее.
Виктор задумался, потому что слышать слово «честь» от кузнеца довольно странно, а ещё то, что его дочь обучена чтению и письму, также является странным для этого мира.
Люди с такого рода профессиями чрезвычайно редко обучают своих детей таким вещам. Как правило, дочерей готовят к замужеству, а сыновьям передают свои навыки.
– Хорошо, буду ждать хороших новостей, – сказал Виктор и пошёл в сторону замка, а за ним последовал Алганис.
Он направился на задний двор и хотел продолжить тренировку, чтобы как можно скорее увеличить силу, ему надо больше тренироваться.
Как только они с рыцарем оказались на месте, он сразу экипировался в броню, но его удивило, что броня ощущалась легче, чем обычно, однако думал об этом он недолго и сразу встал в стойку.
Подняв щит до уровня глаз, он приготовился к бою, держа его в левой руке, а молот – в правой.
– Нападай, – сказал он, и Алганис не заставил себя ждать.
Снова началось противостояние щита и меча, но в этот раз удары не казались такими сильными, и обрадованный Виктор попросил рыцаря увеличить силу.
С сомнением, но рыцарь поднял свой уровень до бронзового и начал атаковать его. Только теперь к Виктору вернулось то чувство, что было вчера, удары были такими, словно его били кувалдой, и уже через 15 минут он остановил бой.
Запыхавшись, он снял броню и рухнул на землю, однако Алганис смотрел на него удивлёнными глазами и переводил свой взгляд с него на свой меч и обратно.
– Мой господин, это невозможно, – произнёс он, глядя на Виктора.
– Что ты имеешь в виду? – спросил он его в ответ.
– Ваш уровень поднялся на пик железа, но так не может быть, – с сомнением в голосе произнёс рыцарь.
Виктор начал быстро прокручивать в голове, что он мог ему ответить, и всё, что приходило на ум, – это врать и врать безбожно.
– Алганис, моя сила была подавлена, я не знаю, как это случилось и кто это сделал, – начал говорить Виктор. Всё, что смог придумать, – однако, получив эту броню, я смог вернуть свой уровень и даже быстрее расти. Однако, если об этом кто-то узнает, я стану врагом многих людей.
В конце он сделал ударение на том, что у него появятся враги, потому что враги господина автоматически станут врагами его вассалов.
Пусть и без вотчины, но Алганис является вассалом Виктора, а значит, всё, что происходит с ним, произойдёт и с рыцарем.
После этих слов он встал с земли и направился в столовую, где уже вовсю готовились к обеду. Они оба умылись и сели за стол, Виктор открыл меню, где в облачке увидел новые цифры, и они изменились очень сильно.
Сила – 19 поднялась на 8 пунктов.
Ловкость – 15 поднялась на 6 пунктов.
Цифры брони изменились с -91% до -85%.
Однако, два других параметра никак не изменились, и он не знал, как их увеличить. Единственное предположение, которое он имел – это повышение интеллекта путем чтения книг по магии, но не тех, которые он читал раньше, а книг, которые непосредственно объясняют новые заклинания и тому подобное.
Только что такое параметр удачи и как его увеличить, у него вообще не было предположений.
Пока он раздумывал, обед уже закончился, и он так и сидел с ножом и вилкой в руках, пока его не позвала Лулу, проверявшая, не уснул ли он опять.
Это рассмешило его, он отложил приборы и, успокоив маленькую горничную, покинул столовую.
Со своим рыцарем он вышел на улицу, где, взяв лошадей, отправился в ближайшую деревню.
По прибытии он обнаружил людей, суетящихся и убирающих улицы. Они собрали целый пласт земли, высыпали в мешки и уносили на окраину деревни, где была выкопана выгребная яма.
Увидев своего лорда, они снова начали падать на колени.
– Хватит, продолжайте работу, иначе вы так никогда не закончите, – крикнул Виктор, найдя повод заставить их перестать становиться на колени.
Люди всё равно боялись двигаться, пока Алганис не рявкнул и не погнал их работать.
«По всей видимости, мне нужно изменить своё мышление, а не пытаться изменить их», – пришла в голову мысль Виктору.Его доброту они проигнорировали, но как только рыцарь жёстко приказал, они сразу вернулись к своим делам и безропотно пошли работать.
Он смотрел на дороги перед собой, которые люди раскопали почти на метр вглубь, именно столько экскрементов скопилось за долгие годы.
Удивительно, но даже дома были выше, чем казались изначально, потому что крепостные убрали слои вокруг них.
Вся эта работа напомнила ему путь, по которому они прошли, чтобы попасть на территорию, вся дорога была настолько разбитая, что карета не ехала, а скакала, и это также одна из причин того, что сюда не приезжают торговцы.
В этом мире нет такого понятия, как рынок. Торговцы просто имеют прилавки в городах, а путешествующие торговцы ведут свой бизнес прямо с телеги. Они объезжают территории разных дворян, скупая товар, и перевозят его в город, где этот товар требуется, и продают местным торговцам.
С этими мыслями он вызвал старосту и, пока ждал, думал, как устроить то, что ему пришло в голову, пока из этих размышлений его не вырвал голос рыцаря, сообщившего, что староста перед ним.
Опомнившись, он посмотрел на старика. Судя по лицу, тот выглядел лучше, чем вчера. По всей видимости, еда, которую он приказал раздать людям, уже дала небольшой, но положительный эффект, и теперь надо его только закрепить, позволив людям зарабатывать и существовать достойно.
– Напомни, как тебя зовут? – спросил Виктор.
– Мой лорд, этого раба зовут Прот, – ответил старик.
Имена в этом мире выбирались дурацким образом, был даже огромный список имён, запрещённых к использованию, а следили за этим служители церквей, чтобы какой-нибудь раб не взял себе имя короля или дворянина.
В мире существовало шесть основных верований: в богиню земли Ирис, бога света Кироса, богиню тьмы Симилу, богиню жизни Латею, бога смерти Амроса и бога войны Балтара.
А также куча мелких божков, в которых могли верить по всему континенту, но они не имели церквей и проповедников.
– Объяви в деревне, что будет набрано пятьдесят мужчин на строительство дороги, ведущей к территории нашего соседа, барона Клинта, – сообщил он старику. – Передай всем, что я буду платить пять медных монет в день.
Пока чуть не обезумевший старик осмысливал услышанное, потому что их лорд, кажется, сошёл с ума и собирается платить своим же крепостным за работу, Виктор продолжил.
Он приказал собрать людей для того, чтобы подготовить землю к посевной по новому принципу, ведь теперь с плугом понадобится гораздо больше земель, а стало быть, надо расчистить территорию для обработки и посева. Также потребовал отправить людей во все деревни, чтобы сообщить этот указ.
Отдав приказания, он отправился в северную деревню, так как там надо было реализовать кое-что, что даст ещё больше урожая в следующем году.
Приехав в северную деревню, лорд также вызвал старосту и отправился с ним вдоль реки и что-то искал, но ни староста, ни рыцарь понятия не имели что он ищет, а задавать вопросы не посмели.
В километре от деревни он остановился и спешился. Это был ровный участок реки с ровной береговой линией.
Отметив это место, он поехал дальше и нашёл ещё четыре места, которые отметил на пергаменте.
Прошло уже пять часов, как они что-то искали, и их лорд что-то записывал, чего они совсем не понимали, но, судя по его лицу, они могли судить, что его это радовало. А счастливый лорд – это хорошо для его слуг, и, если он счастлив, то какая разница?
После этого он опять бросил старосте две медные монеты и с широкой улыбкой на лице уехал.
Вернувшись в замок, он быстрым шагом поднялся на второй этаж и заперся у себя в кабинете, откуда не выходил три часа.
Виктор сидел за столом и рисовал на пергаменте, потом выбрасывал его и рисовал снова. Вообще, его достал пергамент, он сейчас очень хотел получить китайское изобретение, которое люди в его мире использовали сплошь и рядом. Но, к сожалению, он не знал, как его делать, а в этом мире такого вообще не существовало, и это изобретение – бумага.
Поэтому он мучался с пергаментом, неудобным и с плохим запахом, но выхода не было.
Виктор, конечно же, знал, что бумагу можно получить из целлюлозы, которую получали из ели, сосны, берёзы и других деревьев, но сам процесс был незнаком. Он также думал, как решить эту проблему, но сейчас было не время для этого.
Наконец, поздно ночью его оторвала от письма маленькая горничная. Жалуясь на то, что он не следит за здоровьем, она принесла ему ужин в кабинет и стояла, пока он не поел.
После еды он уже не мог работать, так как его разморило, и он отправился спать.
На следующий день рано утром его опять разбудила Лулу и, счастливая, как всегда, принесла всё для его подготовки.
Спустившись в столовую, он встретил Алганиса и отправился вместе с ним на завтрак. Когда он встал после еды, Джин доложил, что его ожидает кузнец.
Виктор чуть не подпрыгнул от радости, потому что единственная причина его прихода – это готовность перегонного куба.
Еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, он быстрым шагом вышел во двор, где стоял Карам, на лице которого была видна усталость человека, не спавшего несколько суток, но также была видна улыбка.
Когда он подошёл к нему, кузнец поклонился и снял с металлической бочки мешковину, которой та была накрыта, и Виктор наконец увидел устройство, пусть и не точно такое, какое он ожидал, но всё, что было указано в рисунке, соответствовало.