Нокаут чемпиону. Вторая часть

Елена Проценко Иллюстратор

© Галина Маркус, 2021

© Елена Проценко, иллюстрации, 2021

ISBN 978-5-4474-2212-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Обложка: художник Елена Проценко

Нижеприведенный текст является литературным произведением. Все совпадения имен, фамилий, ников и названий, так же, как и описываемых персонажей и событий с реальными являются случайными.

Раунд восьмой

Следом за гостьей в комнату ввалился Серый. Вид у него был ошарашенный, в руках он всё ещё держал Ленкину сумку.

– Где охранник, твою мать? – рявкнул Игорь. – Сигнализация, наблюдение, где, чёрт возьми?

– Это я отключил… – виновато оправдывался Белозерцев. – Позвонил с дороги Денису, сказал, что еду, попросил снять. Мол, дрыхни дальше… Прости, Гош!

– Быстро буди его. И предупреди персонал, – сквозь зубы проговорил Мелихов.

Ленка в недоумении уставилась на них – эти двое понимающе смотрели друг на друга, не обращая внимания на визитёршу, словно и не обменивались оскорблениями ещё пару минут назад.

– Сейчас, – послушно кивнул Серый, бросил сумку на пол и направился в дом.

– Серёжа, – опомнилась Ленка, – я тогда поеду, наверное… Ты такси не отпустил?

– Подожди, Лен, – нетерпеливо мотнул головой тот. – Поедем чуть позже. Стой здесь.

Девушка перевела растерянный взгляд на Игоря. Она не знала, как быть. Понятное дело, её присутствие при семейной сцене необязательно. Пойти в свою бывшую комнату и подождать Белозерцева? Или уехать одной? Но…. При виде Ольги Ленка впала в странное гипнотическое состояние – она не могла оторвать от неё глаз. И не могла уйти, не увидев реакции Мелихова.

– Здравствуй, Игорь, – произнесла Ольга неожиданно низким, грудным голосом. – Чего ты задёргался? Я не привезла с собой батальон немецкой пехоты… Я одна в Москве.

Тот не отвечал – даже не повернулся к ней, а смотрел сейчас только на Ленку. Губы у него были крепко сжаты, глаза горели мрачным огнём. Девушка видела – Мелихов потрясен, но старается держать удар. Бывшая супруга тоже глянула на неё.

– Здравствуйте! Вы – Лена, да? – Ольга и голосом, и улыбкой демонстрировала приязнь. – Очень рада знакомству.

Кажется, баронесса, в отличие от Вики, вовсе не собиралась игнорировать помощницу, а её вежливое, приветливое обращение вызывало невольное расположение. Да и одета она была неярко, по-дорожному – джинсы, свитер, кроссовки. Вещи смотрелись просто, хотя наверняка стоили бешеных денег.

– Я тоже, – пробормотала Ленка.

– Как поживаешь, Игорёк? Где Настенька? Спит ещё? – женщина перевела взгляд на Мелихова.

Однако Игорь продолжал её «не замечать», и она снова обратилась к Ленке, словно желая вызвать её сочувствие:

– Ну, не глупо ли? Ведь взрослые люди… Леночка, насколько я знаю, вы… эм-м-м… – новая сожительница Игоря?

– Не трогай Лену, – произнёс Мелихов.

– Игорёк, ты стал очень нервным. Никаких свар. Я просто знакомлюсь.

– Вы ошибаетесь, – решительно вступила девушка. – До настоящего времени я работала здесь администратором.

– Одно другому не мешает, правда? – рассеянно проговорила баронесса, действительно не вкладывая в свои слова никаких эмоций.

– Неправда, – ответила Ленка раздражённо.

– Странно, а меня так проинформировали. Ну, как хотите. Я ведь очень надеюсь на вашу помощь, Леночка, – снова улыбнулась гостья. – А то с мужчинами разговаривать трудно…

– Я здесь больше не работаю, – быстро проговорила девушка.

– Останься сейчас, – попросил вдруг Игорь, – пожалуйста…

В его взгляде, голосе была настоящая, искренняя мольба – ему снова была нужна Ленкина помощь. И она поняла, что не сможет ему отказать.

– Хорошо, – кивнула Ленка и увидела, как разгладилась морщина у него на переносице.

Повисла пауза, но на эти несколько секунд что-то снова объединило их с Игорем, вернуло к прежнему пониманию и родству.

– Я, похоже, не вовремя? – любезно прервала их молчание Ольга. – Но я здесь ненадолго, пролётом. Хочется побыстрее решить дела.

– Что тебе надо? – Игорь, наконец, повернулся к ней.

– Как что? Повидать дочь.

– Я спросил, чего тебе. Отвечай на вопрос…

– Повидать Настю, конечно же! – баронесса выглядела очень довольной, её словно забавляла его ярость.

А Мелихов, и правда, будто взбесился. Он сделал несколько кругов по комнате, потрясая сжатыми кулаками, и наткнулся на Серого.

– Всё в порядке, – кивнул Белозерцев и уставился на гостью.

Следом за ним появился и встал в дверях Денис. Впрочем, женщина не обратила на охранника ни малейшего внимания.

– Серёжа, ты забыл со мной поздороваться, – она не экономила на улыбках.

– Салют, – буркнул Серый.

– Раньше ты был приветливее… – вздохнув, Ольга снова обернулась к девушке. – Будьте так любезны, Леночка, позовите мне Настю.

– Её здесь нет! – выпалил Игорь.

– А где же она? Мама сказала, что предлагала тебе посидеть с ней, но ты отказался. У Валентины, что ли?

– Юлия предлагала? – хмыкнул Белозерцев.

– Да, – неожиданно призналась Ленка, – несколько дней назад. Это я отказала.

Мелихов поднял на неё удивленный взгляд:

– Почему?

– Мне показалось странным, что… Прости, Игорь, это было спонтанно. А потом не решилась тебе рассказать.

– Ещё бы не странно, – задумчиво произнёс Серёга. – Юлия рвётся сидеть с Настей. Видать, знала, что кое-кто должен приехать.

– И что ты собираешься делать? – шеф старательно скрывал тревогу.

– Увижу дочку, поговорим, – пообещала Ольга. – Так где ребёнок?

– Можешь проверить, её здесь нет.

– Тогда где? Лена, я вижу, вы тут не последнюю роль играете. Вы ведь не собираетесь препятствовать матери увидеть дочь, нет? Это подсудное дело.

– Не надо никого пугать! – не выдержал Мелихов. – Это тебе дорого обойдётся.

Ситуация приближалась к катастрофе. И тогда Ленка заговорила, словно по наитию:

– Игорь, она права, я тебе как юрист говорю. Лучше сказать правду. Понимаете, Насти вообще нет в городе. Она много болела последнее время, мы отправили её в санаторий, для поправки. В Москве холодно, а на юге ещё жара. Не волнуйтесь, она под хорошим присмотром. Если бы вы сообщили о приезде, мы бы подождали с путёвкой.

Баронесса внимательно слушала. Ленка видела: она сосредоточенно пытается понять, не лгут ли ей. В её проницательных, на редкость трезвых глазах словно работал какой-то счётчик. Материнской тревоги в них не было, только что-то другое, и это другое очень пугало девушку. Она сразу решила, что ни при каких условиях не выдаст Ольге, где сейчас её дочь. Даже если это преступно. Вот только не проговорятся ли тренер или горничная? Внезапно до Ленки дошло: да ведь Мелихов и посылал Серого всех предупредить! Как это они оба так сразу сообразили?

– И где же это? – вымолвила гостья. В её голосе слышалось сомнение.

– Краснодарский край, село Вороново, санаторий называется «Солнышко», – не моргнув глазом, выдала девушка. – Это под Анапой. Я думаю, вы можете навестить Настеньку – она будет рада. Наверное, с билетами на поезд сейчас проблем нет, осень всё-таки. Можно и самолётом, но тогда потом два часа на электричке ехать, а до посёлка уже можно автобусом, там часто ходят. Ну, мы вам всё объясним и нарисуем.

Ленка лепила что ни попадя, просто на вдохновении. Она видела – женщина не горит желанием разыскивать дочь в Краснодарском крае. На лице у баронессы появилась досада. Девушке в какой-то момент показалось, что она возмутится, что Настю сплавили так далеко. Но этого не случилось.

– Ты ведь понимаешь, Мелихов, – чуть подумав, Ольга обратилась к бывшему мужу, – я могу это проверить…

Но Игорь уже настолько пришёл в себя, что смог подыграть Ленке.

– Проверяй, ради Бога, – равнодушно кивнул он. – Мы готовились к бою, было не до Настёны. Матери твоей доверия никакого, возьмёт её, а через день вернёт. Моя – приболела. Да и девочка всё лето в соплях. Лена нашла путёвку, мы и обрадовались.

– Поня-ятно… – протянула красавица. – Кстати, прости, совсем забыла – с победой тебя, чемпион! Я видела бой по телевизору, у нас прямая трансляция была. Пришлось уходить из дома – ты знаешь, Томас не даёт мне смотреть бокс. А я… не могла оторваться, хотя через час – на самолёт. Не поверишь, чуть было не крикнула на весь ресторан: «Этот мужчина был мой!»

Она многозначительно усмехнулась и уставилась на Мелихова. Какой надо было обладать силой воли, чтобы выдержать такой выразительный взгляд и не растаять! Ленка понимала – бывшая жена пытается передать сейчас Игорю нечто интимное, что-то типа «а помнишь…»

Девушка перевела взгляд на шефа – как он отреагирует? На его неподвижном лице застыла маска презрения, но под ней, Ленка чувствовала – прячется страх.

– Ближе к делу, Оля, – вдруг тихо сказал он. – Давай без игр. На это уже нервов не хватает.

– Хорошо, – весело согласилась она. – Я решила забрать Настю к себе. Вот и Томас говорит – ну что это такое, ребёнок растёт без матери! Я была слишком увлечена… новым чувством. А теперь поняла, как соскучилась. Да ты, наверное, и сам уже с Настей устал. И девушкам твоим – неохота взваливать на себя чужого ребёнка, правда, Леночка?

У девушки внутри всё похолодело. Она в ужасе ждала, что ответит Игорь. Но он только сложил на груди руки – кажется, всё это не стало для него неожиданностью. Мелихов как будто даже успокоился.

– И что ты молчишь? – не выдержала Ольга.

Она явно рассчитывала на другой эффект.

– Да просто слушаю. Ну и? Говори дальше.

– А что дальше? – заколебалась баронесса.

– Как, разве ты ещё не определилась?

Женщина молчала, глядя на него с лёгким прищуром. Кажется, она всё ещё что-то просчитывала.

– Когда определишься, приезжай, – также ровно продолжил Мелихов. – А хочешь забрать Настю – жди. Она вернётся в начале октября. Или можешь сама за ней съездить.

– То есть, ты не возражаешь? – подняла брови Ольга.

– А почему я должен возражать? Ты ведь сама сказала – я устал. Вот, личная жизнь не задалась, – он зло усмехнулся.

Ленка не могла понять, что же он делает? Собственными руками отдаёт Настю этой женщине? Он подумал, что будет с ребёнком? Наступило напряжённое молчание.

– Всё, Оль, извини, мне некогда, – первый прервал его Игорь. – Телефон мой знаешь? Если захочешь выразиться яснее.

– Я… Я ведь могу и в суд подать, – визитёрша, похоже, произнесла домашнюю заготовку, которая никак не вписывалась сейчас в ход разговора, сама это поняла и досадливо поморщилась: всё шло не по плану.

– Да зачем в суд-то? Разберёмся, – пожал плечами Мелихов.

– Ладно, я тогда позвоню, – она сделала шаг назад.

– Угу…

Ольга неспешно подошла к двери, но у самого порога обернулась:

– Леночка, хочу вам дать чисто женский совет, – серьёзным голосом, с наигранной жалостью произнесла она. – От всей, как говорится, души. Вам это платье, зелёное, в котором вы на матче были, совсем не идёт… У вас ноги короткие и некрасивые.

И, ослепительно улыбнувшись, баронесса скрылась за дверью.

***

– Вот стервь! – сплюнул Серый.

Выжатый, как лимон, Игорь рухнул в кресло и закрыл лицо руками.

– Лихо ты с ней, молодец! – одобрил Белозерцев. – А я боялся, начнёшь буйствовать. Кричать, что не отдашь… Молодец, умно!

А Мелихов ничего не мог сказать в ответ. «Умно – не умно…» Всё равно он опять проиграет… Такого удара судьбы он не ожидал. Почему именно сейчас? Хотя… ясно, почему.

Во всём этом кошмаре была только одна светлая нотка – Ленка пока ещё здесь, и она помогла ему. Сегодня, как только он понял, что, несмотря на все его ухищрения, она всё-таки уедет, он сдулся, выбросил полотенце.

Возможно, он переборщил в своей жёсткой игре. Или наоборот – плохо сыграл, и девушка не поверила…

Когда она наотрез отказалась остаться, Игорь едва сдержал оскорблённый возглас: значит, и работать с ним теперь тоже… противно! Но вовремя остановился. А через секунду вдруг понял, что и это ему больше неважно. Потому что если Ленка сейчас уйдет, то он уже никогда её больше не увидит… что бы там она не говорила про Настю… Никогда.

Впервые в жизни он так попирал свое самолюбие, но факт оставался фактом: ещё немного – и Мелихов забыл бы про всё, начал унижаться и умолять… даже физически удерживать её.

Но что же будет теперь, когда Настя в опасности? Теперь Ленка не сможет бросить его одного. Или – сможет?

– Ладно, Лен, поехали, отвезу тебя, – Белозерцев поднял с пола сумку. – Понимаешь, нельзя было оставлять Гошу наедине с его рыбкой.

Мелихов оторвал ладони от лица и тревожно взглянул на Ленку. Он был слишком измотан, чтобы притворяться дальше.

– Игорь… – произнесла она своим обычным, волнительным тоном. – Ты ведь не собираешься… Настя – ей же нельзя… То есть, конечно, это не моё дело, но… Игорь, пожалуйста, не делай этого! Она же погибнет там!

– Да я умру, но не отдам ей Настёну, – глухо ответил он. – Как ты могла подумать?

– А что же мне думать?

– Да Ольге девочка не нужна! – объяснил Серый. – Это очередной шантаж. Просто набивала цену. А сейчас малость сдулась.

– Как?

– Да так, – безразличным, каким-то чужим голосом, произнёс Игорь. – Мне положен призовой фонд – ты помнишь цифру? Теперь у меня не будет призового фонда – дешевле она не возьмёт, по опыту знаю. Для того и прилетела.

Гнев с новой силой поднялся в нём. Он отвернулся от девушки, чтобы не видеть ужаса на её лице.

– Но ты… ты ведь платил ей уже? Она что, после каждого боя будет…

– А ты не знаешь, что такое шантаж? Заплати один раз, и… – мудро изрёк Белозерцев.

– Если ты… не отдашь деньги, – стараясь справиться с волнением, прошептала Ленка, глядя на Мелихова, – думаешь, она и правда заберёт ребёнка?

– А хрен её знает! – Игорь вскочил и снова заходил кругами по комнате. – Может и заберёт. Отдаст там опять няньке, и дело с концом.

– Ну, Гош, это вряд ли, – протянул Серый. – На ребёнка бабки нужны. А она ж ни копейки не хочет…

– Да что я, рисковать стану?! – не выдержав, заорал Игорь и остановился, упёршись лбом в оконную раму.

Некоторое время все молчали.

– Тут кто кого переиграет, – почесал в затылке Белозерцев. – Ольга не глупа, сейчас подумает-подумает, да и поймёт, что ей голову надурили.

– Зато выиграли время, – неожиданно трезво сказала девушка.

– И что нам это даёт? – Мелихов безрадостно смотрел в окно.

Жёлтые листья, кружась под порывом ветра, ложились на дорожки вдоль дома. Но Игорю мерещился золотой дождь, бесконечный, бесцельный…

– С шантажистами можно бороться, – продолжала Ленка.

– Как? Замочить разве только? – удивился Серый.

– Не пойдёшь же в прокуратуру, не скажешь – мать хочет отобрать дочь, – криво усмехнулся Мелихов. – Спасибо ещё, что ты послала Юлию на фиг! А то сейчас бы цена включала мои последние трусы.

– А по-моему, всё время платить нельзя, – твёрдо сказала Ленка. – Есть другие способы…

Игорь обернулся и с неожиданной надеждой посмотрел на неё.

– Какие, например?

– Подожди. Напомни мне… Ты говорил, никаких решений суда, с кем будет жить ребёнок, или соглашений о порядке осуществления родительских прав у вас с Ольгой не было?

– Ничего не было. Даже расписку с неё не взял! Спохватился потом уже. Позвонил своему адвокату… Тому же, который занимался нашим разводом…

– Вы разводились в России? – уточнила Ленка.

– Нас представляли адвокаты, только один раз слетать пришлось, когда доказывал, что провёл бой с британцем, ну, в ноябре, уже после того, как… как мы фактически расстались. Как же она взбесилась тогда! На самом-то деле в суде я соврал: про барона я узнал позже всех. Но совесть меня не мучила.

– Ещё бы! Твои бабки, птом и кровью… – поддакнул Белозерцев. о

– А её адвокаты тебя что, не уличили во лжи? – удивилась Ленка.

– Не-а. Мне барон помог. Невольно, конечно. Я готовился к бою в тренировочном лагере. А они тем временем светскую жизнь вели. И фон Штольц уже везде представлял Ольгу, как свою супругу. Так что достаточно было нескольких свидетельских показаний… – Игорь поморщился, вспоминая тот мерзкий суд.

– Понятно, – кивнула Ленка.

Сейчас она смотрела на него, как раньше – сочувственно и тревожно, и Мелихов на секунду забыл про выросшую между ними стену. Наверное, что-то изменилось в его в лице, потому что Ленка тут же отвела взгляд, уставившись куда-то в сторону.

– Да к чему это я? – Игорь пытался вспомнить, о чём говорит.

– Ты начал про адвоката, – подсказала она.

– А, так вот… Адвокат мой предложил это самое соглашение составить – с кем будет жить Настя и так далее… Но я побоялся. Задним числом Ольга ничего бы не подписала. Сразу бы новые условия выдумала, да ещё помешала бы нам уехать. Рисковать я уже не мог. Было же предчувствие, что всё сделал не так, что добром не кончится! А в Москве успокоился как-то, забыл. Далеко вроде, Ольга ни разу не объявилась, даже не звонила. Ну, а как возникла сейчас, сразу понял… вот оно, начинается…

– Точно, – подтвердил Серый. – И я, как увидел… Дурак ты, Гош! Надо было обязательно бумажку с неё взять! Спорол горячку…

– Ну, расписка бы её прав на ребёнка не лишила, – перебила Ленка, – Ольга могла бы в любой момент заявить их. Адвокат был прав. Даже чтобы девочка просто проживала с отцом, требуется или взаимное согласие, или решение суда. Но и при этом мать осталась бы матерью, она имела бы право…

– А как её можно лишить этих прав… полностью? – Мелихов в очередной раз прошёлся по комнате и остановился напротив девушки.

Но Ленка только расстроено помотала головой.

– Игорь… послушай… как вариант. Что, если попробовать договориться с нею теперь? Подписать соглашение, что дочь будет проживать с тобой, прописать порядок встреч…

– И заплатить ей за это?! – взбеленился Мелихов. – Чтобы она в любой момент снова потащила меня в суд? А если нарушит? тогда в суд идти? А о Насте ты подумала?! Для чего ей эти визиты и нервотрепка? Ведь Ольге дочь не нужна! Ей только бабки нужны! Она будет продолжать отравлять нам жизнь! И не в деньгах ведь даже дело! Я не хочу, понимаешь, не хочу! Чтобы эта гадина вообще приближалась к девочке! К моему дому! В Москве появлялась! Мне

Тут он схватился руками за голову.

– Верно, – поддержал Серый. – Если уж платить, так чтоб уже не маячила! Пусть подпишет добровольный отказ от ребёнка! Навсегда!

– Такая бумага юридической силы не имеет, – упрямо качала головой Ленка. – Поймите! Лишить родительских прав может только суд, через органы опеки, да и то, потребуются веские доказательства – жестокое обращение, преступление, алкоголизм…

– Ну, а ты предлагаешь оставить её матерью?! Так я тебя понял?! – выходил из себя Мелихов.

– Не ори на меня, – неожиданно жёстко произнесла девушка. – Я просто рассматриваю ситуацию и ищу выход.

***

Она запнулась. Ей не хотелось рассказывать Игорю об ещё одном варианте, но она сделала над собой усилие и произнесла, не глядя на Мелихова:

– Что она может подписать по закону, так это нотариально заверенное согласие на удочерение другой женщиной…

И добавила быстро:

– Но в любом случае это должно быть решение суда. И до этого решения она вправе согласие отозвать.

– Наверняка это должна быть твоя жена, Гош. Чтобы удочерить-то… Не Вике же ты это доверишь? – резонно заметил Серый.

– Я не знаю, можно ли давать согласие, если не указано конкретное лицо, – бесцветно произнесла девушка. – Кажется, можно, когда сдают ребёнка в детдом. Но у Насти ведь есть отец, как-то странно – потенциальной новой жене, что ли? Которой и в проекте нет? Могут возникнуть вопросы. Вообще-то, я не очень хорошо знаю тонкости семейного кодекса. Тебе нужен грамотный адвокат.

Она со страхом ждала, что ответит Игорь. Скажет ещё сейчас, что женится на Виктории и та будет Настиной мамой!

– Нет, это не годится, – помотал головой Мелихов. – Деньги Ольга потребует сейчас, и я хочу, чтобы она убралась побыстрее, пока не увиделась с Настей. Удочерять – тоже некому. Не доверю я больше ребёнка никакой бабе. Нет таких женщин на свете! И адвокатов мне не надо. Никто не должен ничего знать, ещё не хватало мне процессов, скандалов и репортёров! Нет, придумай что-нибудь сама!

«Нет таких женщин»… Ленка могла бы сказать, что… Только теперь он даже слушать об этом не станет. Не будет же она набиваться к нему в жены ради Насти? На фига ему такая супруга, пускай и фиктивная? Курам на смех… К тому же слабо верилось, что Ольга на это пойдёт. Конечно, деньги ей нужны, но она постарается переиграть бывшего мужа и добиться своей цели без серьёзных уступок. С неё станется просчитать, что под старость ей Настя ещё и алименты должна будет платить.

– Да и не подпишет она сейчас ничего, имеющего законную силу… – задумчиво проговорила девушка. – Я бы на её месте не стала. Пока все козыри у неё на руках. Стоит пригрозить Игорю процессом или начать добиваться встреч с дочерью – он и так раскошелится, зачем ей лишние проблемы, официальные инстанции, когда можно снова и снова качать из его кармана.

Мелихов, кажется, совсем упал духом. Он больше не смотрел на Ленку с надеждой, перестал ходить по комнате и рухнул обратно в кресло.

– У меня есть вариант – но не совсем по букве закона, – решительно произнесла девушка. – Если уж придётся снова платить, это должно быть в последний раз. Значит, нам нужны доказательства шантажа.

– Ты же сама сказала, что расписка – это филькина грамота, даже если Ольга её и даст.

– Конечно. Да будь это хоть договор на ста страницах, ни один нотариус не заверит добровольный отказ от ребёнка за деньги. А нам надо, чтобы Ольга чётко выразила свои намерения и назвала сумму. Мы запишем это на диктофон.

– Точно! Или на видео, – подхватил Белозерцев. – У нас же система подключена.

– Да, молодец, Серёж! Ещё лучше! Передать ей деньги – и всё это зафиксировать. Как требует – раз. Как берёт – два.

– Лен, ты же юрист, – Мелихов разочарованно махнул рукой. – Я где-то слышал, что такие записи в суде не предъявишь. Вроде как без санкции…

– Глупости, ты путаешь. Если суд решит, можно предъявить. Но увидишь, до суда дело не дойдёт. Журналистам и этого хватит, чтобы раздуть скандал: «Жена знаменитого боксёра продаёт ему ребёнка!» Думаю, она не захочет, чтобы об этом узнал барон. Или представь, что запись попадёт в Интернет. Ты говорил, Ольга – известная модель?

– Ух ты, хороша рекламка! Можно ведь и работы лишиться, и нового муженька, – одобрительно кивнул Серый.

– А если наплюет на всё это, у нас будут доказательства, какая она мать, – продолжала Ленка. – Сможем сами начать процесс. К тому же, попробуем раскрутить её в этот раз на расписку. Но только на долговую. Такая действительна и без заверения нотариуса, тем более, будут свидетели. Этого по закону достаточно.

– Как – долговую? Она побоится, что мы потребуем вернуть деньги.

– Нет, мы пропишем условие. Такая-то получила такую-то сумму на таких-то условиях. Я ещё подумаю, как лучше составить. А в случае, если нарушит условия, например, захочет увезти девочку от отца, полученная сумма будет считаться долгом. И указать срок возврата.

– Для Ольги – это смерти подобно… – горько усмехнулся Мелихов. – Вряд ли согласится.

– Неважно. Это только дополнительный аргумент. У нас будет самое главное – запись. Главное наше оружие – не бумажка, а угроза огласки!

– А ведь точно! – обрадовался Серый. – И Оленьки больше не будет в твоей жизни! Ты зарыдаешь, Гоша?

– Никогда не будет… – задумчиво произнёс Игорь. – Звучит заманчиво.

– А может, тебе жаль, а? – заёрничал приятель. – Подумай… Предложи ей другие условия. Может, вернёшь себе этот бриллиант? Камушек-то шикарный, даже сейчас загляделся небось, а?

Мелихов медленно поднял на Серого опустошённый взгляд:

– Этот бриллиант не столько сверкает, сколько воняет. Слишком много свиней его скушали…

– А потом высрали, – хмыкнул Серый. – Интересно, кто будет следующий?

В дверях появилась Светка.

– Можно входить-то теперь? – поинтересовалась она.

Никто не ответил, и горничная продолжала:

– Я накрываю тогда на завтрак, да? Игорь Глебович, а бассейн-то сливать?

Игорь вздрогнул и бросил на Ленку невольный взгляд. Девушка залилась краской, а Серый прищурился.

– Сливай, – обречённо ответил Мелихов.

Светка кивнула и вышла.

– Ладно, Гош, мы поехали, – бодро сообщил Белозерцев.

Она замерла в нерешительности. Пора было, и правда, уезжать, но девушка медлила, сама не зная, чего ждёт. Глаза у Игоря тоже стали растерянными.